Путь эскаписта или котик в роскошном пентхаусе

1. Старт

Все с чего-то начинают.

У Дика, в будущем – Первого Игрока Земли – начало было простым. Можно сказать, даже скучным. В дверь позвонили, он открыл.

– Вы заказывали комплект полного погружения и анзибельный передатчик? – спросил молодой человек с порога.

Юный, улыбчивый, в фирменной одежде, с капельками пота на лбу. В одной руке он держал плоскую белую коробку – точь-в-точь, как от древнего жидкокристаллического телевизора. В другой – коробочку поменьше, светло-серую. На обеих не было ни надписей, ни рисунков.

Дик кивнул, молча принимая заказ. Юноша развернулся, направился к велокоптеру.

– Удачной Игры! – бросил он через плечо.

– Стойте! Разве я не должен расписаться и всё такое? Ну, что заказ дошёл, или как там это теперь делается...

Парень непонимающе посмотрел ему в глаза. Пару секунд оба молчали, и Дик вдруг осознал всю странность ситуации. Он стоит на пороге домика, с лёгкими, будто пенопластовыми, коробками в руках. В спину поддувает кондиционер, что аж мурашки бегут, в лицо дышит аризонская жара. Улочка абсолютно пустая, коттеджики крошечные, окна у всех тонированные или зеркальные. Машин нет, людей нет, в небе – ни облачка. Воздух колышется от жары. По Цельсию – сорок, по Фаренгейту – все сто.

Тут до юноши дошло. Запрыгивая в седло велокоптера, он рассмеялся:

– Я вас узнал. Вы – тот самый человек из прошлого. Из двадцать первого века. Верно?

Дик молча кивнул.

– Несколько лет назад о вас только ленивый не говорил. Но слава проходит, не так ли? Не ожидал встретить вас в нашей глухомани.

Он положил руки на руль, ноги поставил на педали. Дик пожал плечами:

– Я немного помотался по миру, смотрел, что тут да как, искал...

"Своё место" – чуть было не сказал Дик. И если бы сказал, интонация вышла бы вопросительной.

– Решили попробовать Игру? Слышал, в каком-то интервью вы говорили, что виртуальность – это плохо. Несколько лет назад это было, во время вашей славы. Что надо жить реальным миром, не бежать от него.

– Я не это имел в виду, – запротестовал Дик, сам того не желая.

Юноша улыбнулся:

– Как по мне, надо просто знать меру. Игра – это хорошо, даже замечательно. Она, кстати, не сложная, хоть неандертальца воссоздай – втянется. Только морковкой перед носом потряси.

Он смахнул выступивший под козырьком кепки пот.

– Но реальность тоже не надо отбрасывать. В моей семье так считают. Что часть времени нужно проводить в старом мире, где твоё физическое тело, где ты родился. Я вон, как видите, курьером работаю. Жарко, устаю, зато всё по-настоящему.

Дик переступил с ноги на ногу. А ведь верно, он даже об этом не подумал. В эпоху, когда любая работа автоматизирована, а деньги утратили первоначальный смысл, кто пойдёт в доставщики и курьеры? И ладно бы где-нибудь в Новой Неваде, в осколке прежнего мира, так нет – городок стандартный, люди обычные.

– Два часа в день поработаешь, – сказал юноша, медленно раскручивая педали, – и Игра совсем по-другому смотрится. Как говорит моя мама, одно дополняет другое. Ну, удачи! Я бы ещё поболтал, но у меня заказы. Может, как-нибудь встретимся!

Бесшумно, поднимая горячий ветер и немного пыли, велокоптер взмыл в небо. "Там электромоторы, – фыркнул Дик себе под нос. – Или какая-нибудь инопланетная технология. Не сам же он себя в воздух поднимает".

Потом закрыл дверь и вернулся в прохладу гостиной.

Устроился на диване, распаковал коробки. Как ожидалось, в маленькой был передатчик-анзибль: крошечный, будто старинный радиоприёмник. В большой обнаружился комплект терминалов ввода, от клавиатуры и экрана, до перчаток и очков виртуальной реальности. Естественно, была и шапочка прямого интерфейса, вполне современная. Зачем так много всего? Для любителей реальной жизни – решил Дик. Чтобы можно было играть, не отрываясь, например, от вождения велокоптера.

Он хмыкнул, разложив всё это на журнальном столике. Начать, втянуться? Или не стоит? Всё-таки, он несколько лет бегал от Игры, как от проказы. Старые РПГ рассорили его родителей. Собственный брак Дика распался из-за того же. Надо ли повторять?

– Во-первых, я разведён. Во-вторых, прошли столетия. В-третьих...

Он будет прерываться: для сна, для походов в туалет и душ, для прогулок под жарким аризонским солнцем. Капсулу для двадцатичетырёхчасового пребывания в Игре он не купит.

И дело не в том, что "эскапизм это плохо" – подобной морализаторской ерундой Дик не страдал. Просто считал, что всегда нужно иметь пути отступления. Вдруг не понравится?

С такими мыслями он включил анзибль, настроил шапочку-нейроинтерфейс, надел её и провалился в темноту.

Перед лицом повисла табличка. Как в старых операционных системах, с чуть закруглёнными краями и стилизованная под свиток:

"Введите имя".

Под табличкой возникла клавиатура, а Дик вдруг осознал, что он не бесплотный дух, и у него есть тело. Видимо, нейроинтерфейс считал образ из подсознания и воспроизвёл его в Игре. Тело было прежним, одежда – тоже. Даже пятно от кетчупа на животе осталось.

"Dick" – напечатал Дик. Шутка старая, и вряд ли сработает. В Игре с бесконечным числом игроков, даже имя вроде "Dick'n'Pussy 4242" будет занято раз миллион. Но, к его удивлению, программа проглотила наживку.

Возникла следующая табличка:

"Создание персонажа".

И чуть ниже варианты:

"Выбрать из списка классов"

"Создать свой класс, выбрав характеристики"

"Выбрать себя"

Дик нахмурился. Ткнул в первую строчку, получив бесконечный список слов, по большей части – незнакомых. Ну естественно! В Игре полно инопланетян, а понятия у них, зачастую, отличаются от человеческих. С трудом Дик нашёл кнопку "назад".

Нажал на вторую строчку. И снова – бесконечный поток неизвестных слов и понятий. И если "тральфамадорность" он ещё как-то мог соотнести с земной культурой, то что-нибудь вроде "khzzz drr aaokl" – и тому подобного – сводило с ума.

Дик снова вернулся назад. Задумался, почесал виртуальную голову. Что делать? Выбрать третий пункт? Он знал, что произойдёт: шапочка-нейроинтерфейс прочешет его мозг вдоль и поперёк, выудит информацию из подсознания и сделает аватар Дика точной его копией. Он этого не хотел.

Почему? А очень просто. Отыгрывая чужую роль, мы хотим быть чуточку лучше, чем в реале: красивее, умнее, успешнее. А не теми же, кем были, с пятном от кетчупа на футболке.

Дик в растерянности пробормотал:

– Что за чушь! Неужели в такой крутой межпланетной игрухе всего три варианта? Ау! Может, ещё что-то есть? Справку тут посмотреть, или что?..

Табличка-свиток моргнула. Возник мини-смерч, виртуальные атомы стянулись в одну точку, и перед Диком материализовался котёнок.

– Кто хотел справку? – спросил он ехидно.

Человек протёр глаза – котёнок не исчез. Угольно-чёрный, даже на фоне окружающей темноты, с неоново-жёлтыми глазами и ушками, загнутыми наподобие дьявольских рожек, он сидел на табличке и улыбался Дику. Зубов – как у Чеширского Кота.

– Ты кто, киса?

– Киса? Я демон! Сокращённое от "dimension traveler". Создан специально под тебя.

Дик неуверенно хохотнул.

– Видишь? – котёнок чуть прищурил левый глаз. – Ты узнал отсылку. А большинство прохлопали бы ушами.

– Создан под меня?

– Но-но! Не зазнавайся. Это отнюдь не значит, что я робот, программа или галлюцинация. Я – такая же личность, как и ты. Усёк?

Дик кивнул. Ему стало надоедать болтаться в пустоте, дрыгая руками и ногами, как жук на крючке. Котёнок это заметил.

– Даже не спросил моего имени, – он обиженно махнул хвостом. – Ничего ты не усёк.

– Как твоё имя? – тут же спохватился Дик.

Котёнок-демонёнок отвернулся, неоновый свет глаз пропал:

– А вот не скажу. Не сейчас. Ты не считаешь меня живым! Это тебе в качестве наказания за самомнение: думаешь, что только ты тут настоящий, а я – пустое место, набор байтов...

Дик едва не начал оправдываться. Уж больно милый был этот чертёнок. Но, скажите, с какой стати? Перед кем он обязан унижаться? Это он пришёл в Игру, заметьте – добровольно, без принуждений. Даже деньги заплатил за оборудование – конечно, это не те деньги, что были в двадцать первом веке, но всё же.

И после всего этого его обзывают самодовольным? Да что это за Игра такая?

– Кхм! – кашлянул Дик. – Вообще-то, я просил помощи. С созданием аватара.

Котёнок не реагировал. Сидел, отвернувшись – то ли закатив глаза, то ли просто глядя в пустоту .

– Пожалуйста!

– Ну что за первобытное хамство!

Зверёк развернулся, посмотрел на Дика с упрёком. Потом опустил голову, освещая неоново-жёлтым буквы на свитке.

– За тебя кнопку нажать или как?

– Нет, нет! Просто скажи, можно как-нибудь начать играть, не копаясь во всём этом бесконечном инопланетном...

Дик так и не подобрал слова.

– Хорошо. Понянчусь с тобой первое время, раз ты такой беспомощный. Всё-таки, человек доисторической эпохи! Почти питекантроп.

– Кхм!

– Ты простудился? Слышал, в ваше время были болезни.

– Кхм! Кхм! – Дик едва сдержался. Столкнуть бы котёнка со свитка! Только страх остановил: мало ли что у этого демона припасено на такой случай.

Бесёнок разочарованно улыбнулся:

– Ладно, ладно, не кряхти, как курица на насесте. Я помогу тебе с созданием планеты, а ты расскажешь свою историю. Не думай, я не телепат. Знаю, что ты из прошлого, но не более. Не у всех демонов привилегии читать мысли.

– Планеты? – переспросил Дик.

– Да, планеты. Твоей личной локации, субмира, складки, кармана, подпространственного закутка... – котёнок закрыл мордочку лапкой. – Как же это у вас называлось? Личная страничка в социальных сетях, да? Короче, такого места, где ты сможешь отдыхать, принимать гостей, размещать награбленный лут...

– Понял, понял. А создание автара?

Кот убрал лапу от мордочки.

– Он разве не создан? В принципе, ты можешь играть и так. Только пятно с живота отстирай.

– Но...

– Да, да, глубинные настройки. Обещал помочь – помогу. Тебе придётся пересказать свою жизнь – только, прошу, без занудства – а я выделю из неё самое важное и внесу в характеристики твоего аватара. Слышал, судьба у тебя интересная?

– Ага, – кивнул Дик. – Болтаюсь в пустоте, разговариваю с личными демонами. Даже присесть некогда. И некуда...

– О'кей, убедил. Держись, сейчас мы переместимся.

Дик приготовился. К чему? Он сам не знал.

Но ничего не произошло. Разве что табличка с выбором исчезла, а темнота вокруг стала ещё темнее. Котёнок-демон по-прежнему выделялся на её фоне вантаблэковой чернотой и двумя фонарями глаз.

– Что-то не так? – спросил Дик.

– А? Да нет, это твой личный мирок. Не моргай, как девица на первом свидании! Они все поначалу пустые. Так и будешь висеть или создашь планету? Луну? Астероид? Да хоть червивую картофелину!

– Это уже Игра?

– Нет, это сон слепоглухонемого.

– Я думал, она интереснее, – пожал печами Дик. – Надеялся на что-то вроде старых РПГ, только с реалистичнейшей графикой и крутым сюжетом. А вместо этого я вишу в пустоте и меня оскорбляет какой-то мелкий бес!

Неоновые глаза дьявольски сулись, вертикальные полоски зрачков чуть дрогнули:

– Ладно, натура тонкой душевной организации, я сделаю часть работы за тебя! Всё-таки, это моя профессия, и именно по этой причине я здесь. Слеплю стандартную основу, понапихаю типовых локаций, а дальше, как разберёшься, можешь менять их по вкусу.

– Если тебе это трудно...

– Не трудно, – котёнок махнул лапой. – Просто я всё время забываю, что ты новичок. И первый раз в Игре. Сейчас таких мало: люди либо играют с младенчества, взрослея и вырастая в этом мире, либо не играют вообще.

– Как в Новой Неваде?

– Ты был там? Да? Вот про это тоже расскажешь. Только потерпи минутку, я состряпаю что-нибудь приемлемое.

Котёнок сместился в сторону, зажёг пару огней – то ли звёзд, то ли фонарей. На их фоне он выглядел чёрной дырой, с глазами, лапами и хвостом. И тут же начал. Сгрёб пространство в охапку, как постельное бельё перед стиркой, сложил в кучку, стал что-то лепить. Не чертёнок, а малыш на пляже, воздвигающий песчаный замок. Или повар, замешивающий тесто.

Пара умелых движений – и вокруг ближайшей звезды завертелась планета, гладкая, как биллиардный шар. Кот чихнул, и планета покрылась оспинками кратеров. Ещё несколько взмахов лапами – на поверхности заискрили океаны. Материк тут же позеленел, появились реки, атмосфера наполнилась пухом облаков.

– Спустимся? – обернулся котёнок, запуская луну, как шар для боулинга.

– Она какого размера? – спросил Дик.

Он и правда не мог понять. Могла ли эта звёздная система уместиться на верстаке? Или она превышала настоящую? То же и с котёнком: он то был больше луны, земли и солнца вместе взятых, то, казалось, мог поместится на ладони.

В следующее мгновение они стояли на поверхности. Смена масштаба была очень резкой и напоминала работу трансфокатора. Дик даже удивиться не успел. И ойкнул только когда под тапками зашуршал гравий.

– Какого размера? – переспросил котёнок, вовсю работая над постройкой городка. – А какого хочешь. Я, как видишь, сейчас чуть больше тираннозавра, но могу уменьшиться до бозона. И ты можешь – мир-то твой. Что хочешь, то и делай. Ты, кстати, мечтал ощутить почву под ногами, жаловался, что надоело болтаться в пустоте. Наслаждайся!

Дик пнул камешек, и тот улетел в обрыв. Они были на берегу океана, скалистом, изрезанном и пустынном. Возникали ассоциации не то с Исландией, не то с Норвегией. Животных и птиц не было, из растений только мох и редкая трава. Ни крика чайки, ни жужжания дрона – только свист ветра, шум прибоя и приглушённый звук водопадов с далёких скал. Несмотря на всю "нордичность", холодно не было.

– Красиво, да? – спросил котёнок. Он сновал, как мультяшка, конструируя десять строений одновременно. Дик даже отвернулся, чтобы не разболелась голова. – Надеюсь, ты не будешь возражать против домика на окраине фьорда?

– Здесь красиво, – кивнул Дик.

– Да, да, можешь не ломать голову – это всё твоё. От первой до последней песчинки.

– Должно быть, колоссальная нагрузка на сервер.

– С десятка звезд и одной захудалой планетки? Не смеши мои лапы!

Дик промолчал. Он не до конца понимал, как работает сеть анзиблей. Компьютеры сейчас сверхпродуктивны – спасибо инопланетянам, с их ключом к квантовым вычислениям – но даже их мощностей не хватит, чтобы смоделировать каждому пользователю отдельную вселенную. По крайней мере, на Земле. Игроков-то много. Наверняка где-то в глубинах Вселенной есть целые искусственные планеты, наподобие Звезды Смерти, нафаршированные процессорами, как подсолнечник семенами.

Котёнок словно прочитал его мысли:

– О компьютерах не беспокойся. Ты их не перегрузишь. Можешь хоть всю вселенную планетами заполнить – выдержат. И не одну вселенную. Игра поощряет созидание.

– За это даются очки?

– И за это тоже, – отозвался котёнок. – Потерпи, я почти закончил.

– А как же прохождение квестов?

– Никто не запрещает.

– В чём вообще цель Игры?

Дик даже не оборачиваясь понял, что котёнок остановился. Видимо, посмотрел на него с выражением "ну ты и тупица!".

– Получать удовольствие, разумеется, – хмыкнул зверёк. – Если ты имеешь в виду, за что даются очки и повышается уровень... тут всё индивидуально. За квесты. За творчество – типа создания миров, локаций. За исследования. За налаживание контактов с туземцами. За всё.

Дик молча смотрел в океан. Неподвижно – разве что вытерев солёные брызги с лица. Если каждый мир так же реалистичен, как его закуток, и миров бесконечное число – а значит, можно найти приключений себе по вкусу – неудивительно, что так много людей отказались от реала. Лежат себе в кабинках, с трубками во всех частях тела, и мнят себя богами. Красота!

– Можешь повернуться.

– Ого!

Перед ним был небольшой посёлок. Пара улиц, жилые домики, несколько зданий покрупнее, парк, супермаркет. Даже памятник основателю был: на шикарном постаменте возвышался кошкодемон из мрамора.

– Только самое необходимое. Библиотека, гостиница, бар для гостей, склады с автоматической охраной – остальное сам добавишь. Это нетрудно, в библиотеке есть информация. Специально для тебя оформил её в виде глиняных табличек.

– Я не настолько древний!

– Ну, как знаешь. Книжки там тоже есть. И бумажные, и электронные.

Они прошлись по улице. Дик был всё в тех же шортах и домашних тапках. Котёнок принял нормальный размер, и парил на крошечном облачке серы, будто ангелочек. Он проводил экскурсию.

– А зачем мне гостиница? И бар? Разве тут можно опьянеть?

– Ха! Тут можно такое, о чем ты даже не подозреваешь! Возможности Игры безграничны.

– Я предпочитаю напиваться в реальном баре. Там хотя бы компания есть.

– Компанию можно создать. Нет-нет, это не будут воображаемые друзья или даже демоны, вроде меня. Вполне реальные люди – или на кого фантазии хватит. Но это оставим на будущее, когда освоишься. Всегда можно кого-нибудь пригласить.

– Не великовата гостиница?

– Бери лом, кувалду и вперёд, если не нравится. Как по мне – наоборот, маловата. Вдруг станешь популярным? Придётся весь континент застраивать, да и то места не хватит.

Дик пожал плечами. Он не представлял, каким образом обретёт известность, и кому придёт в голову посещать его унылую планетку. Миров-то – бесконечность! Ты можешь сидеть в собственном годами, и ни секунды не скучать.

– В таком случае, просто создашь новых планет – ничего сложного, просто copy-paste – а городки соединишь порталами. Не забивай голову, я помогу. Как-никак, я твой личный помощник. А теперь...

Котёнок подрулил серное облачко к уличному кафе. Опустился на пластиковую столешницу, вытащил из воздуха два смузи.

– Угощайся, – он припал к соломинке, – вкусно!

Дик сел в кресло. Попробовал – и правда, вкусно. Интересно, его физическому телу не пора в туалет? Не хотелось бы описаться прямо в кресле.

– Начинай, – сказал котёнок.

– Что начинать?

– Свою историю. Мы же хотели создать аватар. А для микронастроек нужны подробности. Твой уникальный жизненный опыт.

– Я не знаю... – Дик отодвинул стакан.

– Не знаешь, с чего начать? Начни с начала. Биографии обычно с родителей начинают, иногда – с бабушек и дедушек.

– Может ещё к праобезьянам вернуться? – Дику совершенно не хотелось распинаться перед чёрным зверьком. Ради этого он запустил Игру? Чтобы какой-то демонёнок копался в его грязном белье?

– Попробуй.

– Хорошо. Мой пра-пра-пра... много раз пра-дедушка был обезьяной. Когда на дереве кончились бананы, он спустился вниз и смастерил дубину. Так пойдёт?

Котёнок проигнорировал раздражённость Дика. Безэмоциональным голосом – точь-в-точь автоответчик – он произнёс:

– На основе полученной информации ваш аватар создан.

Дик едва не опрокинул стол. Он изменился! Тело покрылись шерстью, сзади вырос хвост, а из одежды осталась только набедренная повязка из шкура мамонта.

– У! У! А! А! – он попытался возразить, но обезьянья гортань не могла произвести членораздельных звуков.

Дик ударил кулаком по столу. Стаканы полетели в стороны, но котёнок даже не шелохнулся. Он словно прилип лапками.

– Подождите, ваш запрос обрабатывается. Вам банан или дубину? Скажите "У!" если первое и "А!" если второе.

– Ррррр!..

– Говорила мне мама: иди на юриста, – проворчал котёнок, – а я тупица, решил связать жизнь с первобытными обезьянами. Вот и расхлёбывай теперь...

– Гррр! – сжал кулаки Дик.

Котёнок создал новый стаканчик, на этот раз с крышкой. Сунул трубочку в рот, потянул – а Дик в этот момент ощутил, как снова становится собой.

– Мрр, вкуснотища! Ладно, составление биографии отложим на потом. Пойдём крошить монстров, раз тебе так играть хочется.

– Ну наконец-то!

– Но-но! Ты бы для начала оболочку выбрал. Внешность. Как я понял, обезьяночеловек тебе не по душе?

– Хватит издеваться!

– Я не издеваюсь, – котёнок прервался на питьё, и пил до тех пор, пока трубочка внутри стаканчика не "захрюкала", втягивая воздух вместо напитка. – Издевательство – это делать такие вкусные коктейли. Выпиваю больше собственного веса. И всё равно, хочется!

"Он туда валерьянку подмешивает?" – задался вопросом Дик. Вслух же сказал:

– Какие у меня варианты?

– Оболочки-то? Да какие угодно! Или ты думаешь, что создавать личные миры можно, а своё тело – нет? Вот смотри. Ты можешь быть красавчиком.

Секунда, и Дик изменился. Превратился в древнегреческого бога. Метра два в высоту, с лавровым венком на голове и бугрящимися мускулами под тогой. Правда, неестественно большими, раздутыми. И ощущение – весьма необычное. Боевое: хоть Супермена поставь – и ему наваляет.

Котёнок поднял зеркало, и Дик увил своё лицо. Мужественное, красивое и смущённое.

– Не нравится? Что ж, ты можешь быть другой расы, – красавчик в зеркале сменил цвет, став сначала негром, затем азиатом. – Не по душе? А роботом не хочешь быть? – Дик превратился в Терминатора, с частично ободранной кожей и блестящим металлическим черепом. – Не подходит? Как насчёт инопланетянина?

Котёнок перебрал с десяток киношных рас, от клингонцев до на'ви. И каждый раз Дик принимал выбранный облик. От быстрого мелькания у него закружилась голова.

– Погоди, остановись!..

– Что не так? Не нравится быть ресничатой инфузорией? – демон на секунду задумался, теребя лапой кончик мордочки. – Ааа, понял, – расплылся он в хищной улыбке. – Так бы сразу и сказал!..

И превратил Дика в девочку. Идеализировано-анимешную: грудь большая, талия узкая, волосы собраны в два огненно-рыжих хвоста, личико кукольное; аппетитные бёдра чуть прикрывает мини-юбка, а на стройных ножках – полосатые чулки. Не хватает только волшебного скипетра и подружек-школьниц – вот тогда будет полный комплект. Можно идти крошить монстров.

– Эй!.. – возмутился Дик, и тут же смолк от непривычно высокого голоса. – Ты!.. верни мне мою внешность!

– Зачем? Ты и так хорош. Хороша. Мы могли бы сработаться. Девочка-волшебница и её кот. Да и популярность наберёшь – хорошенькие девочки никогда не выходили из моды.

– Я не хочу быть девочкой!

Котёнок по-садистски улыбался. Зеркало, как назло, не убрал, чтобы Дик видел всю гамму эмоций на своём девчачьем лице. Ох, как хотелось схватить мелкого засранца! Прибить не получится – так хоть гнев выпустить. Дик уже потянул изящные руки с накрашенными ногтями, как передумал.

– Как отсюда выйти? – спросил он.

– Не нравится? – усмехнулся котёнок.

– Хочу начать с начала.

Хорошо, что этот позор никто, кроме кошака, не видит!

– Мы и так в начале. Не сдвинулись с мёртвой точки.

– Зайду с другого терминала. Чувствую себя глупо. И голым.

– Подберём платье подлиннее.

– Я не хочу быть девочкой!

Дик всё-таки не выдержал. Он был уверен, что получится – один рывок, и пушистый гадёныш окажется в руках. Но попробуйте справиться с непривычным телом! Дик промахнулся. Котёнок улизнул, всплыв на серном облачке вверх, а парень (девушка?) опрокинул стол и рухнул на землю.

Вот это действительно была эпичная картина! Лицом в плитку, с пробивающейся между стыков травой, а попой – к небу. Порыв ветра задрал юбочку, и Дик почувствовал себя героем порнофильма.

– Глупо, говоришь? – спросил котёнок. – И голым?

Дик, кряхтя, поднялся. Серное облачко взмыло ещё на полметра – не достанешь.

– Привыкнешь, – констатировал котёнок. – По статистике, одна пятая игроков-людей выбирают аватар не своего пола. Это распространено.

– Тебе нравится надо мной издеваться, да? – Дик то отряхивался, то бросал злой взгляд на котёнка, то снова отряхивался. – Я же сказал, что не хочу быть девочкой!

– Поменяй! Вот тебе стимул научиться. Или я должен нянчиться с тобой до конца дней?

Дик вздохнул. Похоже, он влип. Мелкий засранец, видимо, для этого и послан – над ним издеваться. Никакого удовольствия от Игры он не получит. Проще было никогда не заходить сюда. Остаться в Новой Неваде, прилежно работать, посещать вечерами бар, рассказывая местным ковбоям байки о двадцать первом веке. Так нет же, потянуло в Игру!

– Что молчишь?

– Ты должен быть помощником, а не помехой! Кем-то вроде говорящей Википедии!

– Размечтался! – котёнок всё так же парил на облачке, вне пределов досягаемости. – Если что, библиотека – там. Мы же мимо проходили.

Дик ещё раз вздохнул. Он мерил шагами уличное кафе, постепенно привыкая к телу. Ветер трепал его неуютную одежду, игрался с волосами. Дик брал то один хвостик, то другой, а то и оба, чуть ли не дёргая за них, как зайца за уши. Кошак прав. Можно зайти в библиотеку и самому во всём разобраться. Даже засиживаться не придётся – наверняка есть способ вывести всю информацию на личный планшет, голографический экран, а то и сразу в мозг.

– Мои родители тоже играли за персонажей не своего пола, – сказал он, поднимая столик. – Мама за космодесантника, папа – за инопланетную принцессу. Была такая игрушка – "World of StarCraft". Там они и познакомились.

– Вот видишь. Значит, это семейное.

– Тогда не было игр с полным погружением, – сказал Дик.

– А какая разница? Ты привыкаешь. Уже не истеришь.

Дик хмуро посмотрел на демонёнка. Почему-то он знал, что обратно его кот не превратит, хоть лопни от истерики. Методика воспитания у него такая. Глубоко мотивирующая.

– Ну? Почему опять замолчал? Мы наконец-то подобрались к самому интересному – к твоей биографии. О знакомстве родителей кое-что выяснили. Давай перейдём к процессу зачатия – так и быть, первые поцелуи можешь пропустить.

– Меня там не было! – разозлился Дик.

Он подпрыгнул, желая схватить облачко, но котёнок взлетел выше. Тогда в ход пошли подручные предметы: одноразовые тарелки, солонки, пепельницы и даже стулья. Облачко с демоном каждый раз ловко уворачивалось.

– Надоело? – спросил котёнок, когда Дик запыхался. – И не надо на меня так смотреть. Хмурый, как туча!

В подтверждение словам кота, облачко под ним почернело, пролилось дождём и заискрило молниями.

– Я всего-то хотел узнать, из-за чего столько шума, – Дик сел на один из стульев, чувствуя под ягодицами прохладный пластик. – Что это за Игра такая, что в неё девять десятых человечества играет. Посмотреть на инопланетян. Ты, случаем, не инопланетянин? Нет? Жаль. Это многое бы объясняло. Эх!.. Я ведь даже ни один квест не выполнил, никого не убил! И Игре, естественно, не по-настоящему...

– Так ты всё ещё хочешь мочить монстров? Могу дать парочку любопытных заданий.

– Ничего я уже не хочу, – ответил Дик устало. – Видимо, это развлечение для извращенцев. Любые виды секса, на любой вкус и цвет! Уж на это-то у людей фантазии всегда хватало!..

Котёнок фыркнул, словно Дик сказал глупость.

– А ощущения и правда реалистичные, – произнёс человек, водя рукой по своей девчачьей ножке.

– Не любишь извращенцев – не уподобляйся им, – ответил демон. – Давай и правда пару квестов выполним, чтобы у тебя не складывались неверные впечатления. Не хочу, чтобы ты думал, будто Игра – для одних только извращенцев. Их тут, конечно, много, даже очень много, но за всех я бы говорить не стал.

Дик в задумчивости водил ладонью по ноге. Кота он слушал вполуха. Одновременно ловил себя на реалистичности ощущений и думал о том, куда деть все терминалы, когда он выйдет. Раздать беднякам? Так нет больше бедняков, на дворе "коммунизм". Выкинуть в помойку? Жалко – всё-таки, воспитание не то; как говорил один знакомый – "нищебродское". Вернуть поставщику?

– Эй, ты что делаешь?

Дик замер. Пока он думал, рука поднималась всё выше, выше, преодолела чулок, залезла под юбочку и почти добралась до... Дик сам не хотел знать, что у этого аватара между ног. Он хотел своё настоящее тело.

– Или тебя сразу в бордель закинуть? – спросил кот сурово. Дик похолодел, от осознания такой возможности. Оказаться в публичном доме в образе девушки? Ну уж нет, спасибо. – Вижу, что тебе это противно. Тогда высунь руку из трусов. Мы идём крошить монстров!

Что-то громко щёлкнуло, и Дик вместе с котёнком-демоном оказался посреди зоны боевых действий.

2. Песочница

– Чего расселась? Это тебе не бордель! Это война!

Дик открыл глаза. Он сидел всё в том же пластиковом кресле, только теперь не в уличном кафе собственного мира. Это был то ли бункер, то ли завязший в грязи броневик, размером не больше его гостиной. Снаружи шёл бой: серый день, изувеченная земля, чёрные взрывы, разноцветные лазеры и какое-то мельтешение – люди, техника, роботы. Звуки доносились приглушённые, видимо на входе стоял барьер.

– Эй, я к тебе обращаюсь! Руку из трусов вынула! Дома мастурбировать будешь!

Дик вздрогнул. Он застыл в той же позе, с ладонью под юбкой. И в том же теле! Котёнок – засранец! Почему оставил его девочкой? Тем более – здесь?!

Руку он убрал в последний момент. Ещё немного, и грузная негритянка в военной форме вырвала бы её с корнем.

– Это война, рядовой! Взяла оружие и покрошила этих ублюдков! Понятно?

Дик стиснул зубы – те даже скрипнули. Посмотрел на негритянку. Кто она? NPC? Живой человек? Инопланетянка? Родственник кошкодемона?

Рядом были кресла – не пластиковые, а вполне обычные, как в десантных самолётах. И всё это время в них появлялись игроки. Парни, девчата, непонятного происхождения существа – они не мешкали. Сразу вскакивали, подбегали к стеллажу с оружием, хватали что-нибудь и выпрыгивали наружу. На их месте тут же возникали новые.

Понятно. Это – игра. Может не та сама Игра с Большой Буквы, а какая-то малая её часть, но одно радует – это не настоящий мир.

– Котёнок? – спросил Дик, не ожидая ответа.

– Котёнок! – всплеснула руками негритянка. – Котёнок! Девочка не наигралась в "Hello Kitty"! Живо в бой!

Последовало довольно неприятное выдёргивание из кресла. Пара секунд, и Дик очутился на ногах. Откуда ни возьмись возникло зеркало: он всё в том же анимешном теле, одежда прежняя, разве что наколенники и налокотники прибавились, вместе с высокими армейскими ботинками. Это выглядело даже мило.

– Красавица, да? – басом хмыкнула негритянка. И в следующую секунду нахлобучила на Дика шлем, отчего хвостики поникли, как кроличьи уши. – А теперь выбрала оружие и марш в бой! Знаешь, что я делаю с дезертирами?

Негритянка перезарядила затвор. Дик сглотнул, схватил два первых попавшихся бластера и выскочил наружу.

Сразу появились звуки: взрывы, крики, стрельба, жужжание моторов. Рядом что-то бабахнуло, Дик взвизгнул и отскочил в сторону. На его глазах расстреляли фиолетового четырёхметрового человека, тот растворился в воздухе. Дик спрятался в руинах какого-то здания, среди груды кирпичей, покосившихся бетонных блоков и торчащей во все стороны арматуры. Тут было спокойнее.

Высовываясь из-за кучи мусора, он наконец-то огляделся. Место старта оказалось зарывшимся в грунт десантным челноком. Из проёма выскакивали игроки – их выделяли полоски статусов над головами. Почти все бросались в атаку без страха. Некоторые осторожничали: укрывались в складках местности, кастовали магические щиты, или шли группами. Но подавляющее большинство просто кидались вперёд.

– Не переживай, это песочница, – раздалось в гарнитуре шлема.

– Котёнок? Это ты?

– Ну не мама же твоя.

– Тут можно умереть?

– Легко.

– Тогда...

– Почему песочница? А из-за страховки – погибнув, игроки не теряют свой уровень. Конечно, очков тут много не заработаешь, это больше для развлечения. Монстров погонять – вечерком под пивко – познакомиться, себя показать. Даже если без страховки играешь, тоже не заработаешь.

– Тогда...

– Что ты там замямлил? Это просто игра. Развлечение. Популярное у представителей твоей расы. Есть и другие локации, на выбор. Есть сюжетные линии. Есть... ох, прости меня, пушистый богозверь, за тон, но, дьявол, ты хотя бы эту пройди! Она самая лёгкая. А там видно будет.

Дик вздохнул. И пригнулся – мимо пробежал вопящий нуб, улепётывая от пятиметрового богомола. Оба пронеслись в каких-то пяти шагах от Дика.

– Чего трусишь, девочка? – снова раздалось в шлемофоне.

– Я не...

– Боишься боли? Я отключил крайние ощущения. Специально для такой чувствительной дамы, как ты. А если умрёшь, повторять не станем. Так уж и быть. Вернёшься в свой мирок.

Дик кивнул. Хорошо. Сейчас он соберётся, вылезет наружу, погибнет от луча бластера, взрыва или чьих-то мандибул, и мучениям конец.

Что-то больно укусило его за попу.

– Ай! – завопил Дик, вскакивая.

На бетонной крошке извивалась сколопендра. Гигантская – метр в длину и толщиной с запястье. Дик зло раздавил её сапогом. Сначала посередине, потом голову и хвост. Каждый раз из твари выливался чёрный сок и всплывали зелёные числа – очки или что-то вроде.

– Отлично, – прокомментировал котёнок. – Ты убил своего первого врага. Но в следующий раз пользуйся бластером.

– И это называется, отключил болевые ощущения? – возмутился Дик, давя сколопендру и одновременно потирая укушенную ягодицу.

– Я сказал, не "болевые", а "крайние". Щипок от букашки не считается. Вот когда тебя разрубит пополам, а кишки размажет метров на пятьдесят...

– Что?..

– ... вот тогда ты вспомнишь мои слова. Не бойся, это будет не больно.

Угу. Врачи тоже так говорят: "будет не больно" – и сразу делают что-нибудь этакое, отчего глаза на лоб лезут.

– Хорошо, – сказал Дик.

Он выпрямился в полный рост. Страх, брезгливость, даже стыд от ощущения себя в женском теле – всё ушло. Осталась только злость.

– Хорошо, – повторил он, стреляя по шевелящимся в углу обломкам.

Сразу из двух балстеров – кусок бетона разнесло в пыль. Брызнули цифры очков, сколопендры бросились врассыпную. Штук десять-пятнадцать – Дик хладнокровно убил их всех. Это оказалось не сложнее, чем стрелять из водяного пистолета. Только вместо воды были лазерные лучи: зелёный и фиолетовый.

– Тише, тише, угомонись! Мы все увидели, что ты мужик! Мачо-мэн!

Дик не ответил. Прикончив последнюю сколопендру, он выбрался из укрытия.

– Какая здесь цель, котёнок?

– Ты хоть бы по сторонам смотрел, бой-девка.

– Зачем? – Дик выстрелил в того самого богомола, который пробегал за минуту до этого. Богомол выронил трупик игрока и пронёсся пару метров по инерции, пока Дик вторым выстрелом не снёс ему голову. – Я и так неплохо справляюсь.

Котёнок фыркнул, что аж в динамиках зашипело:

– Потому что монстры не только спереди. Сзади они тоже бывают.

– Угу.

Дик равнодушно развернулся. И правда – на него неслась помесь бульдога с трицератопсом, мыча при этом, как буйвол. Дик выстрелил раз двадцать, но тварь всё не падала. Он шагнул вправо, монстр прогрохотал рядом, как бык мимо тореадора, Дик всадил ему в спину ещё штук тридцать лучей. И тот, вроде, помер – по крайней мере, рухнул на землю. Лапы судорожно дёргались, медленно затихая.

Дик пошёл дальше. С неба спикировала стайка чёрных тварей – вроде ворон, только с клыками и четырьмя крыльями. Дик безэмоционально расстрелял их, будто в тире.

И правда – песочница. Глупо было прятаться в руинах. Всё давалось на удивление легко.

– Эй-эй, притормози! – воскликнул котёнок.

– Что?

– У тебя сейчас заряды кончатся. Вон, видишь труп? Возьми его бластеры.

Дик послушал совет зверька. И только сейчас заметил, что он один такой везучий. Прочих игроков чудовища не жаловали. Тварей было много, всех мастей, и бежали они с трёх сторон, тесня людей обратно к челноку. Дик с лёгкостью крошил их в капусту, и только раз его задел какой-то птеродактиль – царапнул когтем по шлему. Другие геймеры гибли, на их место становились новые.

– А ты неплохо справляешься, детка! – сказал парень слева.

– Что? – Дик на мгновение забыл, что у него женское тело. Но увидев похотливый взгляд паренька, даже не раздумывая выстрелил ему в лицо.

– Суровая, да? – усмехнулся парень справа, похожий на гнома.

– Эй!

Дик уже навёл на него бластер. Смеяться, будешь, да?

Но тут гном спас всю дюжину игроков от пикирующего сверху птерозавра.

– За небом тоже следи, – улыбнулся гном, доставая из кармана сигару. Прикурил он от огнемёта. – Хочешь?

Дик не ответил. Он мог умереть! И выйти, наконец, из этой злосчастной игры – как минимум, чтобы сменить аватар. Надоело, что если не домогаются, то пялятся во все глаза. Надоело!

Он вырвался вперёд, в гущу монстров. Бросить оружие не позволял какой-то внутренний стопор, так же как и отдаться на растерзание тварей. Поэтому Дик просто мчался вперёд, паля во все стороны. "А она хороша!" – раздалось вдалеке замечание гнома. Дик пожалел, что у него нет гранаты.

– Котёнок!

– Я всё ещё тут.

– Ты так и не ответил, какова цель этого уровня!

– Убить главного босса. Поднимешься на холм и сразу увидишь его логово.

Дик улыбнулся. Холм был чем-то вроде бархана из мусора – строительного, бытового, остовов древних автомобилей, самолётов, космических кораблей, трупов людей и инопланетян. И Дик уже почти забрался на гребень.

Оказавшись наверху, он понял, что котёнок не врал.

– Ого!

Впереди расстилалась равнина. Пустая, выжженная, полная мусора, горящих обломков, сражающихся людей и чудовищ. Даже не равнина, а кратер – со всех сторон её окружали холмы, дюны или руины зданий. В центре возвышалась башня, чем-то похожая на Бурдж-Халифа, только чёрная, словно обугленная. Её шпиль упирался в небо; облака завивались вокруг него спиралью, как вокруг какого-нибудь Замка Тьмы.

– Не бойся, наверх топать не придётся. Внутри она полая.

– Да тут километра полтора...

– В высоту? Или до башни?

Дик пристрелил пару летучих мышей и начал спускаться с бархана.

– Ты бы лучше помог. Одному тяжеловато будет.

– Зачем? Ты и без меня справляешься.

И в самом деле – путь до башни оказался нетрудным. Дик шёл, играючи убивая монстров, подбирая оружие с трупов и размышляя. Почему? Это что, как наркотик – первая доза бесплатно (в нашем случае – в режиме бога), а дальше придётся раскошеливаться? Или ему просто чертовски везёт? Может, это и правда песочница? Тогда как объяснить гибель других игроков? Или это котёнок вмешивается, подпуская к Дику лишь самых тупых монстров?

Стоп, такое вообще возможно?

– Я думал, ты хотел умереть.

– Что?

– Ты так отчаянно бросился вперёд, словно хотел покончить с Игрой раз и навсегда.

Дик выдохнул. Монстры куда-то подевались – видимо, померли все, а новые ещё ненареспаунились – и Дик стоял у подножия башни. Высокая – шею сломаешь, разглядывая вершину.

– Вот я и решил, что ты суицидничаешь...

– Так это твоих рук дело?

– А?

– Ты подсовывал мне только самых простых врагов? Сознавайся!

Котёнок возмущённо фыркнул:

– Что ты! Во-первых, это не в моей компетенции. Сервер вообще не человеческий, инопланетный. Как и локация. Во-вторых, если хочешь умереть, врачи бессильны. В-третьих, стрелял и бегал ты, а не я. В-четвёртых...

– Что?

– Ты сейчас и правда умрёшь, если не опустишь голову!

Дик оторвал взгляд от шпиля. И точно: в высоких готических дверях, черных, как закоптившихся, стоял дракон. Вполне классический – и не скажешь, что уровень инопланетяне делали. Тёмно-красная чешуя, жёлтая лишь на брюхе, два крыла, четыре когтистые лапы, пасть, полная зубов и торчащие во все стороны шипы. Щёк у монстра не было, и с морды капала слюна. Дик отступил назад, видя, как она разъедает камни под драконом. Пшшш!

– И поищи какое-нибудь оружие. Левый бластер вот-вот разрядится.

Дик отбросил его в сторону, одновременно паля в дракона из правого. Безрезультатно. Другие монстры от таких попаданий гибли. Дракон даже не моргнул. Хоть куда стреляй: в живот, в крылья, в пасть, в глаза. Он зевнул, словно размышляя: придавить Дика сейчас или развлечься перед завтраком.

В шлемофоне раздался голос котёнка:

– Видишь тот минивэн? Да, вон ту ржавую груду металла. За ней гранатомёт. Зарядов мало, но если попадёшь дракону в глотку...

Хранитель башни изрыгнул пламя. Дик ловко отпрыгнул – однако минивэну, и без того видавшему виды, досталось. Теперь это была чёрная бурлящая лужица. Как автомобиль, так и полоска метров на сто за ним.

– А у него нехилая отрыжка, да? – усмехнулся котёнок.

– Сам ты отрыжка! Вытащи лучше меня отсюда.

– Умрёшь – вытащу.

Дик хотел бы. Но какой-то внутренний блок не давал. Самоубийство – неправильно. Даже здесь, в Игре. Может, в какой-нибудь старенькой игрушке, когда сидишь за компом и нет эффекта полного погружения – может там он бы и шагнул в пасть к дракону. Но здесь Дик не мог себя пересилить.

Едва тварь пустила струю, он отскочил в сторону. От третьей – тоже. Не дожидаясь четвёртой, Дик пробежал прямо под драконом. Даже выстрелил пару раз – естественно, безрезультатно. Пробоин в чешуе ящера не было, подвиг Барда не повторишь.

Дик оказался в просторной пещере. Потолок высокий, но не уходящий в бесконечность. Стены серые, каменные. На полу – огромная гора золота, как в виде монет, так и в виде украшений. Прямо стереотип на стереотипе. Тут даже сундуки имелись: некоторые забитые до отказа, с горкой, другие полупустые.

– Котёнок?

– Да?

– Дракон начнёт в меня палить, если я буду на золоте?

– А что ему помешает?

Дик почти добежал до горы из драгоценностей, как ящер в проёме развернулся. Знакомый звук – и пещера заполнилась пламенем. Дик едва успел отскочить. Пол расплавился и запузырился, трупы предыдущих героев обратились в прах, даже доспехи испарились. Золоту ничего не сделалось. Как лежало, так и осталось лежать, хотя струя угодила точно в центр кучи.

– Ничего, – ответил Дик, поняв, что план отменяется.

Дракон пополз на него. Злой, агрессивный, с капающей из пасти кислотой – это не Смауг, с таким не побеседуешь. Да и вообще, разума в его глазёнках – ноль.

Отличный шанс умереть, да?

Дик уже готов был сдаться, паля в чудовище из единственного бластера. Пусть откусывает голову, игра наконец-то закончится. Но тут он увидел трещину в потолке. Как раз над спиной ящера. И, не раздумывая, выстрелил. Сверху посыпались камни, стены задрожали. Дик выстрелил ещё, потом ещё.

Дракон от удивления замер. Крупный булыжник ударил по морде, ещё один рухнул рядом с Диком, обдув его порывом воздуха. Но он не останавливался – всё стрелял в растущую трещину.

– Плохая идея, – прозвучал котёнок в динамике. – Очень плохая. Потолок не выдержит, и...

– Я этого и добиваюсь! – выкрикнул Дик.

Конечно, это игровой штамп. Если не можешь убить босса из простого оружия, значит, есть шанс заманить его в ловушку. Подобное встречалось Дику в детстве, в какой-то давно забытой аркаде. Тоже с драконом и сталактитами в гроте.

– Лучше бы ты был в этот момент снаружи, – цинично прокомментировал котёнок.

– Угу, – только и ответил Дик.

Проблема здесь одна: снаружи в трещину не попадёшь. Башня специально так спроектирована. Разрушить её можно лишь изнутри, из пещеры дракона.

Дик выстрелил в последний раз. Камни сыпались теперь всюду, ящера погребло под ними, а вокруг Дика выросли завалы. Наверху что-то загрохотало. Башня рушится!

Недолго думая, Дик нырнул в ближайший сундук. Не потому что надеялся спастись – разве деревянная крышка убережёт от многотонного небоскрёба? Просто сработал инстинкт самосохранения – тот самый, который не дал ему совершить суицид.

Едва успел закрыться – башня над головой обвалилась.

Звук был такой, словно сундук находился на рельсах, и в него одновременно врезались два товарных поезда.

* * *

– Всё, можешь вылезать.

– Что?

– Вылезай, говорю. Приключения кончились.

– Я плохо тебя слышу...

В ушах звенело, и он не понимал, стих грохот или нет. Дик стащил шлем – прямо там, в сундуке, в полной темноте. Помассировал уши. Звон медленно проходил.

– Я говорю... – крышка сундука распахнулась, и Дик зажмурился от яркого света, – можешь вылезать! Ты победил. Игра закончена, уровень пройден.

– Я не умер?

– Нет. Ты оказался на удивление сообразительным малым. Догадался, что раз золото не плавится, то и сундук выдержит.

Дик не ответил. Он сел, потирая глаза и приходя в себя от потрясения. Минуту назад казалось, что он умрёт. И прыжок в сундук был, скорее, хватанием за соломинку, чем осознанным решением.

Глаза, наконец, привыкли к свету. Дик огляделся. Он был в своём мире, в маленьком скверике на пересечении главных улиц. Знакомые места: океан за зданиями, горы, коттеджи, мэрия, бар и памятник котёнку. Дик по-прежнему сидел в сундуке, на монетах. Всё в том же девчачьем теле, с военными ботинками на изящных ножках.

– Круто, да? – спросил котёнок, проплывая над Диком на серном облачке. – Это теперь твоё. И одёжка, и сундучишко, и барахлишко.

– Разве?

– А почему нет?

– Стой... это же не настоящее золото. Виртуальное. И я могу создать его сколько угодно – хоть целую планету из золота. Оно ничего не стоит!

– Глупенький! – усмехнулся котёнок. – Смотри.

Он спроецировал в воздух табличку – белый полупрозрачный листок со списком. Дик прочитал:

______________________________________

Основные изменения навыков

(за последний час)

Акробатика ___ + 5

Атлетика ___ + 4

Логика ___ + 5

Отвага и смелость ___ + 11

Владение энергетическим пистолетом (левая рука) ___ + 42

Владение энергетическим пистолетом (правая рука) ___ + 42

Уклонение ___ + 19

Драконоборчество ___ + 21

Социализация ___ – 3

Ненависть ___ + 12

Женственность ___ + 138

Мужественность ___ – 120

Привлекательность ___ + 40

Разрушение ___ + 36

Посмотреть полный список (3729 позиций)

Ваш уровень повышен до 2 (посмотреть подробнее)

______________________________________

Дик вспыхнул:

– Эй! Что значит "Женственность – плюс сто тридцать восемь"?

– А то и значит, – пожал плечами котёнок. – Навык прокачался.

– А с мужественностью что?

– Уменьшилась.

– Я и без тебя вижу! Но почему? Я ведь не трусил!

– Ну да. Поэтому тебе добавились очки к смелости и отваге. А женственность... ты ведь в женском теле, так? Вот она и прокачалась – автоматически. Видел бы ты себя со стороны! Какие движения, какая грация, какое изящество! Как не наградить за такую попку?.. Это было бы кощунство!

Дик сжал кулаки.

– Так, всё, с меня хватит!

Он выбрался из сундука, швырнув шлем во всё ещё парящий в воздухе список. Тот рассыпался и исчез.

– Куда ты? – крикнул котёнок. – Дик! Ведь всё по-честному! Если бы ты играл в теле кота, повысилась бы кошачесть. В теле крокодила...

– Ты хотел, чтобы я научился?..

Дик не остановился и не обернулся. И даже фразу не закончил. Но знал каким-то шестым чувством – котёнок улыбается. По-чеширски нагло, дьявольски, но вместе с тем – довольно. Человечек-то развивается.

На какое-то время они расстались. Дик вошёл в здание с вывеской "Публичная библиотека", сел за стол с древним – конца двадцатого века, не иначе – компьютером. Включил. Забил в поисковике вопрос:

"Как сменить аватар?"

И получил ответ. Способов было множество. Например, как котёнок – силой собственного воображения. Правда, это требовало практики. Или через тот же библиотечный терминал – обликов в хранилище было множество. На любой вкус: даже собственное тело Дика, с пятном от кетчупа на футболке, присутствовало. Вот его он и выбрал. Сменив одежду на чистую, и добавив аватару кое-какие характеристики (чуть более спортивное телосложение, сверхпрочные кости, пуленепробиваемость, суперзрение и так далее – естественно, в некоторых мирах эти улучшения работать не будут).

Помимо смены аватара Дик изучил и другие темы. Например, создание локаций, прохождение квестов, общие принципы получения очков. Глубоко не вникал, всего лишь пробежался по верхам.

Он нашёл простой и удобный способ управления Игрой – голографический интерфейс. В любой момент можно было вызвать экранчик с отображением необходимой информации. Уровень, характеристики, карта мира, справка, путь домой или полное собрание сочинений Льва Толстого – что хочешь. Можно даже сменить аватар прямо на ходу, если условия чужого мира позволяют. Удобно, да? Уж всяко лучше, чем полагаться на "личного помощника" – этого котёнка-демонёнка.

– И ты меня бросаешь? – раздалось над ухом.

Дик вздрогнул. Он как раз вывел на половину экранчика часы, а на другую – изображение своего физического тела, сидящего на диване в гостиной. В реале был вечер.

Котёнок приземлился на древний библиотечный монитор, уже выключенный, заглянул Дику через плечо.

– Научился, да?

– Более-менее.

– И всё же, личный помощник незаменим.

– Зачем? Чтобы ты надо мной издевался? Ну уж нет, – Дик зловредно улыбнулся. – С этой штукой я получу любой ответ.

– Ну-ну! Чтобы получить ответ, надо сначала вопрос задать. Правильный вопрос! Ты же не хочешь увидеть "42" посреди схватки с финальным боссом?

Дик посмотрел в глаза чёрному дьяволёнку:

– Не бойся, я тебя не прогоняю.

– А ты меня и не прогонишь. Просто умения не хватит! Я сам уйду, когда время наступит. Но сначала...

– Да?

– Ты так и не рассказал мне свою историю. Для более точных настроек аватара.

– Расскажу. Завтра. Или послезавтра.

Дик вывел на экранчик кнопку "ВЫЙТИ ИЗ ИГРЫ" и самодовольно её нажал.

Котёнок даже пискнуть не успел. Дик очутился в реальном мире.

3. Создание аватара (точные настройки)

Однако ни завтра, ни послезавтра, ни даже через неделю, Дик в игру не вернулся. Ему потребовалось дней десять, чтобы переварить информацию и наконец-то решить – нужно оно ему или нет.

Сначала думал, что не нужно.

И не из-за котёнка, позора в девичьем теле и пугающей безграничности Игры. Просто он вспомнил, что уже несколько лет живёт в будущем. В большом мире, где не осталось бедности, преступности, болезней – где даже границы между странами стёрлись.

Дик ощутил полноту жизни. Почти так же остро, как в первые месяцы после разморозки. Гуляя по жарким улицам, стоя под душем, лёжа ночами без сна – он понимал, что чертовски везуч. Зачем нужна Игра, когда перед тобой – целый мир?

Он арендовал велокоптер и несколько дней тренировался в местном парке. Потом бросил всё, уехал к Большому Каньону. Там снял катамаран и отправился в плавание, наслаждаясь потрясающими видами. Туристов было мало. Смысл путешествовать в реале, когда тот же каньон ты получишь не выходя из дома? Его точные копии есть в множестве миров; плюс вариации на любой вкус: с индейцами, с динозаврами, с фантастическими городами, глубже, мельче...

Туристы были либо фанатиками – противниками Игры – либо обычными людьми, решившими разнообразить свою физическую жизнь. Но даже тут, на плотах, лодках или стоянках, они играли. Дик сам не понимал, почему его это бесит.

Вторую ночь в Каньоне он провёл на воде. Катамаран держался в центре реки Колорадо, бесшумно подруливая, когда его сносило к берегу, а Дик лежал в кокпите и смотрел на небо. На километры вокруг никого не было: ни костра, ни лодки, ни туриста. Только яркие звёзды и плеск воды – и это всё принадлежало Дику.

Он вспомнил студенческие годы. С друзьями по кампусу они часто обсуждали будущее. Не сколько личное (каждый на их факультете мечтал о космосе), сколько общечеловеческое.

– Вообразим, некое волшебное существо предложит тебе три мира на выбор, – сказал как-то друг Дика. – Три, если так можно выразиться, варианта цивилизации. В каждом развито что-то одно, а другие два аспекта в полном упадке. Что бы ты выбрал?

И перечислил три мира.

В первом у людей есть роботы. Их много, они совершенны и способны на всё: от уборки мусора до настоящей дружбы. Это не захватчики, как в романах-антиутопиях, это, скорее, универсальные инструменты. Дику сразу вспомнилось "Обнажённое солнце" Азимова. "Да, – кивнул товарищ, – что-то вроде этого. Только без тотальной агорафобии. И социофобии".

Второй вариант – развитая виртуальная реальность. Которая заменяет реальность настоящую, вплоть до того, что людям не нужно выходить из дома. Все потребности удовлетворяются в матрице.

Третий мир – космический. Он лишён крутых роботов и любого подобия глобальных сетей, зато в нём есть то, о чём мечтали фантасты прошлого – новый фронтир. Другие планеты, причудливые миры, освоение враждебных земель, приключения, дух первооткрывателей – короче, полная опасностей вселенная. Но какая заманчивая!

Естественно, и Дик, и все его товарищи, выбирали третий пункт. В те годы начиналась колонизация Марса, именно она вдохновила многих мальчишек на учёбу. Дик выбрал, например, специальность биоинженера. Часто говорили о терраформировании четвёртой планеты, и требовались новые организмы, адаптированные к суровым условиям. Да что там – нужна была целая биосистема!

И Дик мечтал об этом. Выучиться, получить должность, отправиться на Марс, чтобы уже на месте делать его лучше. Все мечтали.

– Брехня, – сказал как-то скептик, затесавшийся в их компанию. – Брехня и чушь. Человечество поковыряет красную марсианскую почву, заскучает и спустится с небес на землю. Даже с многоразовыми кораблями это дорого и бесперспективно.

Завязался спор. Все, включая Дика, приводили аргументы в пользу космической экспансии. Как минимум, безграничность ресурсов. Научись их добывать, и космос твой. Даже на Землю возвращаться не придётся. Суровая среда? Да, суровая – но ведь человек всегда менял среду под себя. Терраформинг, создание космический поселений – всё это не за горами.

Скептик выслушал возражения и лишь пожал плечами.

– Да, трудно спорить. Это не невозможно. Но есть один довод, который говорит в пользу второго варианта. Посмотрите, хотя бы, на наш университет. Сколько кафедр посвящено виртуальной реальности, и сколько – космосу? Да один факультет игростроения говорит сам за себя! То же касается экономики. Рынок Интернет-услуг неизмеримо больше космического. И вообще, сколько людей на Марсе? Да-да, прямо сейчас? Пара сотен? А компьютерами пользуются все, в игры играет каждый второй. Вот и считайте. Человечество давно уже сделало свой выбор.

Конечно, со скептиком спорили. И спор этот тянулся не день, не неделю и даже не полгода. Дику, фанату космоса, аргументы против казались несостоятельными. Теперь же, несколько веков спустя, он видел, что ошибался.

Нет, марсианская колония, несмотря на все трудности, выжила. Сейчас там обитало несколько миллионов человек. Были города на Луне, на астероидах, энтузиасты воздвигли также и космические поселения – цилиндры О'Нила, многотысячные города на орбитах. Но дальше этого дело не пошло. Всех приковала Игра.

– Полететь на Марс? – спросил Дик вслух.

За те несколько лет, что он провёл в будущем, он изъездил Землю вдоль и поперёк. Побывал везде, начиная от Африки и заканчивая Антарктидой. Пообедал в ресторанчике на вершине Эвереста. Прогулялся по жилым галереям на дне Атлантики. Посетил подземные города, спустился в жерло вулкана, провёл неделю в вечно странствующей Лапуте – сцепке из воздушных судов, превратившихся в этакую столицу неба. И даже пожил в государстве противников Игры – Новой Неваде.

А вот в космосе не был ни разу.

И в прошлой жизни – тоже. Он закончил университет, получил должность в крупной компании, женился, взял дом в ипотеку – а мечты о Марсе отошли на второй план. Тогда это было дорого и опасно.

Почему не попробовать сейчас?

Дик вздохнул. Он видел репортажи из космических колоний. Там всё как на Земле. Либо "староверы", амиши нового времени, презирающие всё, что связано с Игрой и инопланетными технологиями, либо такие же игрозависимые, как здесь. Вплоть до капсул полного погружения, из которых можно не вылезать годами.

Именно это его оттолкнуло от путешествия в космос. По планете он достаточно наездился, и смотреть, как люди на "фронтире" топчут мечту об экспансии, Дик не желал.

Зато в Игре можно пообщаться с настоящими инопланетянами. Анзибль – связь быстрее света. Можно посетить (виртуально) любую точку Вселенной, а поскольку она бесконечная, то и инопланетян – бесконечное число. Выбирай на вкус.

На следующий день Дик вернулся домой. И почти сразу вошёл в Игру.

– Рад приветствовать! – тут же отозвался котёнок.

– Не ожидал?

– Ой, не смеши! Что тебе остаётся, кроме Игры? Сидеть в четырёх стенах? Вернуться к этим сектантам, в Новую Неваду?

– Они не сектанты!

Котёнок фыркнул:

– То-то ты от них сбежал. И года не протянул.

– Я не...

Дик не знал, что ответить. Что не скажешь, этот тварёныш всё переиначит. Да, у невадцев зашоренное мышление. Считают людей предателями, а Игру – оружием инопланетян, чтобы приковать человечество к Солнечной Системе. Дик тоже склонялся к такой мысли – временами. Но котёнок прав, у невадцев – скука смертная, пусть если даже они и правы.

– Что?

Дик улыбнулся зверьку:

– Глупый! Я по тебе соскучился!

И вдруг осознал, что это правда. Даже устыдился. Котёнок был единственным живым существом, в ком Дик видел родственную душу. Почему? Да фиг знает. Просто он чувствовал, что общается с кем-то настоящим, а не с невадским фанатиком, случайным прохожим или назойливым репортёром. Впервые за четыре года, между прочим!

– Ой, не надо! – отмахнулся зверёк. – Все эти жертвы, вроде дружбы, любви и прочего, ради чего ты готов возвращаться в нелюбимую Игру и снова становиться девочкой.

– Я не...

– Ты бы ещё материнский инстинкт приплёл. Ведь я такой маленький, такой миленький – и обо мне нужны забота и забота... мяу!

Дик промолчал. Дождался, когда котёнок закончит кривляться, и только после этого сказал:

– Я просто хочу изучить её получше. Игру то есть.

– Хорошо, – пожал плечами котёнок. Настоящие котята так не умеют, но у этого вышло очень естественно. – Хорошо. С чего начнём?

Человек задумался. Почесал подбородок:

– Хмм... ты говорил, о точных настройках в создании аватара. Да? Так вот, хочу рассказать тебе о своём прошлом. Мало ли, вдруг поможет – всё-таки, я самый старый человек на планете. И история у меня неординарная.

– Так, – кивнул котёнок. – Что ещё?

– Хочу прогуляться по сайтам... или как там это называется... по популярным у людей локациям. Посмотреть, чем занимается большинство. Да, это ерунда, наверное, но просто глянуть охота. Тут есть копия Нью-Йорка двадцатого века? Вот там я всегда мечтал побывать.

– Что-нибудь ещё?

Дик нахмурился:

– Ты как официант, принимающий заказ! Или как добрая фея, выслушивающая желания.

– Я – демон! – распушился котёнок.

– Да, кстати. Можно больше без шуточек?

– Вроде превращения в девочку? Фи! Теперь ты умеешь менять аватар на ходу. Превращение в девочку только с новичками прокатывает.

– Наверняка у тебя ещё что-то припасено.

Котёнок хитро прищурился:

– А то! Но если тебе не нравится, ищи другого учителя.

– Лучше тебя мне не найти, хвостатый.

Зверёк расплылся в улыбке:

– Льстец! Ладно уж, заводи свою шарманку. Послушаем, какое там у тебя прошлое. А я пока подберу локацию поспокойнее, чтобы нам никто не мешал. Парк подойдёт?

– А?

– Парк... Юрского Периода. Надеюсь, ты научился воссоздавать головы? А то ти-рексы, в последнее время, часто вырываются из вольеров. Знаешь, как они любят откусывать отростки, торчащие из плечей?

– Что? – не понял Дик.

Но котёнок уже переместил их в другой мир.

* * *

Следующие несколько дней не происходило ничего экстраординарного.

Дик и котёнок – которого, кстати, звали Рикардо Ришар, но зверёк попросил не упоминать его имя всуе – просто "гуляли по паркам". Иногда в буквальном смысле – по паркам, вроде Центрального, в официальной копии Нью-Йорка. Иногда – по тематическим: Юрского Периода, Диснейленду и так далее. У каждого более-менее развитого фэндома была своя вселенная. Котёнок провёл Дика по сотне или двум, надолго нигде не задерживаясь.

– Не подозревал, что их так много! – присвистнул Дик.

– Ты не видел и малой части.

Другие локации на парки не походили. По крайней мере, визуально: там шли войны, текли реки крови, бушевали шторма, а планеты – да что там, целые галактики – гибли, как плесень под химикатами. Но Дик не чувствовал опасности. Он не мог умереть в этих местах, и гулять в эпицентре войн было не страшнее, чем по аллеям, среди скамеек и бабушек, кормящих голубей.

Под конец, скачки из мира в мир Дику осточертели. К тому моменту он уже умел сам находить локации, но всё же обратился к котёнку. Тот не стал спорить, и предложил ему квест на логику. Умереть не умрёшь, разве что, штаны в грязи запачкаешь, однако шанс заработать есть.

– Поиск сокровищ в джунглях майя? Мне это нравится!

– Не отвлекайся.

– Всегда любил древнеиндейские пирамиды. Надеюсь, тут нет ядовитых змей?

– Ты не закончил с рассказом.

– Прости...

Всё это время они беседовали. Дик пересказывал сначала детство – не то что бы скучное, просто типовое, как у большинства ребят его эпохи. Затем поделился мечтами о Марсе, поступлением в университет, учёбой, дружбой и женитьбой.

– И правда, похоже на типовой набор.

– А это он и есть.

– И что же тебе помешало?

– А?

– Воплотить свою мечту? Ведь, как ты говоришь, парни с твоего курса отправились на Марс. Некоторые даже преуспели.

– Не знаю. Жизнь затянула.

Котёнок не ответил. Пока Дик копался в грязи, у подножия древней пирамиды, отыскивая очередной ключ, зверёк вытащил из подпространства справочник. "Известные марсиане XXI века" – красовалось на обложке.

– Тут могло быть твоё имя, – изрёк демон, пролистывая страницы. – И если бы ты не струсил...

– Я не струсил!..

– Но-но! Здесь перечислены почти все, с кем ты дружил. Каждый чего-нибудь добился. Этот открыл месторождение руды. Этот – стал мэром базы Альфа. Вот этот смешной очкарик сначала просто вытирал солнечные панели от грязи, но потом основал местную индустрию развлечений. Так себе, конечно, зато бар все хвалили. Лучшие синтетические вина за пределами земной орбиты! Ты бы тоже чего-нибудь добился, если бы...

– Я нашёл ключ! – воскликнул Дик, выуживая из грязи непонятной формы предмет. – Пирамида теперь наша!

– Молодец! Я ему про Марс, а он...

– Я не струсил, – упрямо повторил человек. – Просто...

Он вспомнил прошлое. Желание лететь хоть и сохранилось после учёбы, но отступило на второй план. Дик женился. И не на первой встречной, а на девушке, которую на самом деле любил. Нашёл интересную работу. А потом как-то затянуло.

Продолжая квест, он пересказал котёнку дальнейшее. На самого зверька старался не смотреть – иначе бы ничего не вышло. Слишком неприятные воспоминания, такими не с каждым поделишься.

Просто с какого-то момента всё пошло не так. Дик сам не знал, почему. Работа превратилась в рутину, интересных заданий больше не давали. Платили хорошо, но о карьерном росте можно было забыть. Отношения с женой портились год за годом. Она хотела ребёнка, Дик не хотел. Она мечтала о доме получше (их доходы позволяли), о совместных походах, о путешествиях или даже просто играть вдвоём – компьютерные симуляторы как раз вышли на новый уровень. Дик, сам не зная почему, этого сторонился. Делал вид, что занят, что у него полно работы, иногда брал дополнительные смены, чтобы не появляться дома. К тому моменту ему перевалило за тридцать, и жизнь малость потускнела.

– Надо было завести детей, – сказал котёнок после долгого молчания.

Дик кивнул. Надо было. Возможно, это разнообразило бы брак. Или уничтожило его окончательно, как термоядерная бомба уничтожает бабочку.

– Как думаешь, что означают эти иероглифы? – спросил он звёрька, освещая факелом древнюю стену. – Где-то здесь вход в следующий зал, я это чувствую.

– Не знаю. Всё равно. Прогноз погоды, календарь урожаев, цены на кукурузу или имена принесённых в жертву...

– Только не говори, что тебе скучно.

Котёнок зевнул. Начал умываться – совсем, как настоящий кот.

– Твоя унылая история и то интереснее, – сказал он, поняв, что Дик его игнорирует.

– Она не унылая.

– Тогда какая?

– Не знаю. Просто...

– Не мужицкая? И мечту не осуществил, и с бабой рассорился? Скажи, расстались-то вы хоть по-людски? Ну, там, без швыряний кофейными сервизами, мобильниками и чужими трусами?

Дик резко повернулся, факел прошёл по тому месту, где секунду назад парил котёнок. Естественно, он юркнул в сторону, продолжая восседать на своём неизменном серном облачке.

Но Дик не злился. Злиться на котёнка так же глупо, как на самого себя. Он нашёл подход к этому существу – отшучиваться.

– Я помню ложки и пару чашек, но вот сервизы...

– То есть, истерика-таки была?

– Куда же без неё?

– Сочувствую, бро.

Дик оценил котёнка взглядом "ну и засранец же ты!", после чего возобновил поиски входа.

– Мы развелись. Был судебный процесс, мы поделили выплаченную часть дома, я согласился съехать. Она сразу же привела туда своего нового бойфренда.

– Ты завидовал?

Дик пожал плечами:

– Неа. Там уже нечему было завидовать. Я лишь почувствовал облегчение. И некое злорадство, потому что завидовать пришлось ей, а не мне.

– Чему? Твоему одиночеству? Коллекции лесбийского порно, которая у тебя скопилась? Несбывшейся мечте? Ты ведь так и не улетел на Марс?

Дик хохотнул:

– Ты, демон, почти попал в точку! Умер мой дядюшка. Богатый и состоятельный человек, но всю жизнь проживший один, и не имевший детей. Он знал о моих космических грёзах. И завещал большую часть состояния мне.

Котёнок то ли фыркнул, то ли чихнул:

– И ты всё пропил?

– Ну...

– Что-то я не видел твоего имени в справочнике марсианских колонистов. Ты остался на Земле и пьянствовал под забором, пропивая дядюшкино богатство.

Дик вздохнул. У него был тяжёлый период. Жена ушла, он переселился в крошечную квартиру, на работе одна проблема возникала за другой. Его сначала понизили, потом уволили. То ли из-за пьянства, то ли из-за угасшего интереса к биоинженерии. Дик не возражал. Деньги имелись, а при наличии свободного времени, можно было веселиться сутки напролёт.

– Я плохо помню те два месяца.

– Дурак! – сказал котёнок.

– Что?

– Дурак и слабовольная тряпка.

– Эй, полегче в выражениях! Мне и так трудно об этом говорить.

– Твои проблемы. Твои и только твои. Мне, как демону, чисто теоретически, должно быть приятно это слышать. Всё-таки, склонять людей к саморазрушению – моя специальность. Но мне тебя жаль. Вернее – не жаль. Мужчины, обычно, берут судьбу в руки и действуют по своему усмотрению. Ты же...

– Что?

– Ты и правда не хочешь быть девочкой? Тебе бы подошло.

Дик швырнул в котёнка факел. Не со злости – он уже привык к шуточкам этого пакостника – скорее, в качестве ответного прикола. Как плещут водой в лицо, когда купаются. Естественно, котёнок увернулся, факел пролетел по коридору, упал и погас.

В темноте светились лишь два ядовито-жёлтых глаза.

– Ну что, доигрался? Слабачок!..

– Но-но! – улыбнулся Дик в ответ. Затем открыл окошко инвентаря, загрузил новый факел. – Если бы не та моя слабость, я бы ни за что не оказался здесь. В будущем. И тебе некого было бы доводить.

– Ну...

– Что, разве не так?

– Предположим... – промурлыкал котёнок.

Дик самодовольно кивнул.

Как ему пришла мысль о заморозке, он не помнил. Видимо, кто-то из собутыльников подсказал. В то утро, когда он, с красными от запоя глазами, ввалился в офис компании "Frozen", Дик был твёрдо намерен погрузиться в криосон. Это стало его навязчивой идеей.

– Самоубийство, – прокомментировал котёнок. – С технологиями-то того времени... хорошо, что сейчас ты это перерос.

– Угу. Тогда это и правда считалось опасным. И фирмочка была малоизвестной, едва выросшей из штанишек стартапа. Я был одним из её первых клиентов...

– Самоубийство, – повторил котёнок. – С тем же успехом, ты мог лечь под поезд, спрыгнуть с небоскрёба или наглотаться таблеток.

– А вот тут ты не прав, хвостатый. Они таскали меня по проверкам месяц. Вру – полтора или два. Запретили пить, принудили ходить в спортзал, отправили на медкомиссию. И, заметь, ни один психиатр не обнаружил у меня склонности к суициду.

– Подумаешь! Тут два варианта. Либо это издержки средневековой медицины, с такими-то обследованиями, либо им очень нужны были твои деньги. Раз фирма начинающая.

Дик усмехнулся:

– Они и без того содрали немало. За все эти проверки-перепроверки. Остаток обещали инвестировать лучшим образом, чтобы к моменту моего пробуждения я стал богачом.

– Вот тут ты дал маху!

– Бывает, – пожал плечами Дик.

Деньги в новом мире ничего не стоили. В старом ему было на них плевать.

За день до заморозки собрались журналисты. Всё-таки, Дик был одним из первых, кто решился на криосон. Именно на сон, на погружение в анабиоз живого человека. До этого замораживали свежие трупы. "Frozen" была первопроходцем, а Дик – первым подопытным кроликом.

– Сколько планируете спать? – спросил один из журналистов.

– Ну... а на сколько у меня хватит денег?

– Если компания не разорится, – встряла сотрудница "Frozen", – а наши инвесторы не прогадают, то вы можете спать хоть вечно.

На тот момент ещё никто не знал, что корпорация в будущем станет одной из самых влиятельных на планете, превратится в тоталитарное государство, развяжет пару войн, после чего угомонится, но в качестве реликта будет существовать ещё долго. До тех пор, пока её имущество не раздадут на благотворительном аукционе, и не найдут на автоматически обслуживающемся складе капсулу с Диком.

Но до этого – несколько веков.

– Отличная идея, – сказал Дик журналисту. – Разбудите меня перед концом света.

Все засмеялись. Следующий репортёр – молодая симпатичная девушка – попыталась выяснить причины, которые двигали Диком:

– Смотрите. Вы – молодой человек, в самом расцвете сил. У вас есть деньги, есть востребованная специальность. Что вас толкает на столь опасную авантюру? Неужели, всё из-за женщины? Вы недавно развелись, я в курсе. Но, может, не стоит рисковать собственной жизнью? Ведь в море полно рыбы?

Дик пожал плечами. Девушка не унималась:

– Или вы хотите увидеть будущее? Космос, терраформированный Марс? Как вы вообще себя чувствуете?

Все предыдущие вопросы Дик проигнорировал. Ответил только на последний:

– Как себя чувствую? Глупо. Героем какого-то второсортного романа. Будь это не моя жизнь, а книжка какого-нибудь фантаста, я бросил бы её в самом начале. Слишком штампованно. Такое было не раз и не два.

– У Хайнлайна, – сказал кто-то.

– У Хайнлайна, – кивнул Дик.

Был ещё один журналист, из какой-то религиозной организации. И он поднял настоящую бучу. Дика он не ругал – направил весь свой гнев на "Frozen". Как же так! Нельзя замораживать живого человека! Ведь это практически убийство! Он пообещал засудить компанию до банкротства. И сдержал обещание – подал несколько исков, правда уже после заморозки Дика. Успехом они не увенчались. Разве что подняли информационную волну, и несколько недель в соцсетях не утихали споры, этично компания поступает или нет.

"Frozen" выиграл их все. У неё появились новые клиенты, а общество свыклось с очередным чудачеством богачей. Пусть хоть в ядерный реактор за деньги прыгают, если им так хочется. Обсуждения постепенно стихли, и о Дике забыли.

Забыли на несколько веков.

Он проспал многое. Освоение космоса, начало терраформирования Марса. Проспал пару тоталитарных режимов, две глобальные войны, одно противостояние со сверхмощным искусственным интеллектом и множество событий помельче. Несмотря на редкие хождения по грани, человечество развивалось. И за каждым провалом следовал новый взлёт.

Переломным моментом стало открытие анзибля и решение парадокса Ферми.

После него в мир пришла Игра, а на Земле настал "коммунизм".

4. Квесты от инопланетян

Физик двадцатого века Энрико Ферми задал резонный вопрос. Если инопланетные цивилизации существуют, если они не гибнут на ранних этапах развития, то где они? Почему мы их не видим? Почему не слышим? За десятилетия наблюдений мы не засекли ни одного внеземного сигнала. Радиодиапазон заполнен белым шумом и звучанием Вселенной. Даже если отбросить надежды на цивилизации второго типа и выше по шкале Кардашёва, мечты воочию лицезреть Сферу Дайсона (строящуюся или недостроенную, наподобие мира-кольца Нивена), то почему мы не услышали хотя бы одного захудалого послания? Пусть даже не "Привет, мы существуем!", а какого-нибудь чисто технического сигнала – например, от межзвёздного маяка.

Сначала десятилетия, а позже – века, этот вопрос ставил учёных в тупик. Случалось, конечно, уловить что-нибудь вроде "Сигнала Wow!", но это были единичные случаи, лишь подтверждающие общую закономерность.

Всё изменилось с изобретением тахионного передатчика, способного передавать информацию быстрее скорости света. В память о классиках фантастики двадцатого века, его назвали анзиблем. И вот тут-то ответ на парадокс Ферми стал очевиден. Мы просто не там искали.

Вселенная изобиловала жизнью. Да что там, Вселенная – в одной только нашей Галактике счёт цивилизаций шёл на тысячи. Некоторые были похожи на людей: осваивали ближайший космос, стремились к звёздам. Другие никогда не покидали родной планеты. Это были либо сверхземли – чудовищные гравитационные колодцы, выбраться из которых на химическом топливе, не нарушая законов физики, было невозможно. Либо подводные миры ледяных лун, наподобие Европы или Энцелада – с таких в космос тоже не полетаешь.

Но аборигенов это не смущало. Любая цивилизация рано или поздно развивалась до тахионной связи, изобретала передатчик и подключалась ко вселенской сети. К Игре. И если до этого она выживала, с трудом зализывая раны от войны к войне, то, после присоединения, начинала процветать.

То, что люди называли Игрой, было не только развлечением. Эта грандиозная межгалактическая сеть, появившаяся ещё на заре возникновения разума (несколько миллиардов лет назад), представляла собой поистине безграничный источник информации. Всё, что когда-либо изобрели, можно было обнаружить в Игре.

Нужен дешёвый термоядерный синтез? Пожалуйста! Что, слишком громоздкий стелларатор, а этот токамак не помещается в гараже или подсобке? Не беда, у нас есть решение получше. В каждый карман – по компактному термоядерному реактору, и пусть никто не уйдёт обиженным. Синтез холодный, вы не то что рака не получите, но даже не обожжётесь.

Кстати, о раке. Некоторые его виды преследовали человечество вплоть до открытия анзибля. И лечение считалось невозможным – пока в Игре кто-то не нашёл очень похожую на нас расу с практически идентичной биохимией. Они решили эту проблему.

В общем, жизнь человечества изменилась. Дешёвые источники энергии, дешёвые технологии, увеличение качества жизни, прекращение войн – вернее, превращение их в бессмыслицу. Нравится бегать с автоматом и убивать себе подобных? Нет проблем: Игра подарит тебе и это. Тысячи жизней, миллионы переживаний, бесконечное число вариантов и путей. Всё это ограничивается лишь твоей фантазией.

Сказать, что новый мир поразил Дика – ничего не сказать. Он был ошарашен, втоптан в землю, морально раздавлен. По крайней мере, первые несколько дней. Дик ожидал чего угодно, но только не этого.

– Не думал, что марксистская идеология одержит верх.

– Что? Чья идеология? – переспросил сотрудник "Frozen", которого к нему прикрепили. Ну, чтобы помочь адаптироваться к новому миру.

– Карл Маркс. Владимир Ленин. Коммунизм. "От каждого по способностям и каждому по потребностям".

Собеседник зевнул.

– Моя бабушка родилась в СССР, на самом его излёте, в конце восьмидесятых. Именно поэтому я выбрал эту тему для курсовой по истории, когда учился в колледже.

– И?

Дик пожал плечами. И пересказал всё, что знал о самом противоречивом государстве двадцатого века. Часть информации его наставник получил из сети (информационных архивов Игры). Когда, наконец, разобрались в терминологии, он ответил:

– Ну да, это чем-то похоже. Впрочем, мечты об утопиях существовали и раньше. Коммунистическая – не первая из них.

Он немного помолчал, задумчиво глядя в пространство.

– Но есть и различия. Мы никому ничего не навязывали. Пользование инопланетными технологиями и Игрой – сугубо добровольное. Тебе будет смешно это слышать, но до сих пор есть люди, сторонящиеся этих вещей.

– Правда?

– Можешь не сомневаться. Но, как говорится, каждый живёт как хочет. Мир огромен, его хватит на всех. Мы – человечество, то есть – пришли к этой мысли добровольно. Без тоталитаризма, насилия и тому подобного.

Дик кивнул. Наставник продолжил:

– Мы, также, не отменяли денег. Они по-прежнему существуют, и каждая вещь сколько-то да стоит. Просто люди зарабатывают теперь гораздо больше, чем тратят.

– Это как?

– Ну смотри.

И наставник привёл несколько примеров. В средневековье, чтобы обработать один гектар требовалось столько-то человеко-часов. В девятнадцатом веке – уже меньше, потому что и инструменты стали совершеннее, и технологии продвинулись. С изобретением тракторов и электричества – ещё меньше. При том же, напоминаю, результате. Сегодня, чтобы получить аналогичный урожай, достаточно заказать его любому репликатору – и с минимальными затратами энергии вам распечатают любой фрукт или овощ. Хоть с грязью, хоть с колорадскими жуками – какой пожелаете.

То же касается и работы. В древние времена человеку нужно было трудиться круглый год, чтобы просто выжить. С развитием технологий КПД рос, а усилия уменьшались. Перешли на пятидневную рабочую неделю, появились отпуска, работа перестала быть изнуряющей и тяжёлой. Уже во времена Дика – в двадцать первом веке – вовсю говорили о безусловном доходе. Некоторые страны его даже вводили. В эпоху же Игры это стало нормой. Любой человек зарабатывал деньги, ничего не делая.

– Не понимаю, – снова покачал головой Дик. – То есть как это – можно не работать? А откуда тогда... всё?

– Еда, энергия, материальные предметы? – собеседник громко рассмеялся. – Ричард! Производство настолько автоматизировано, что даже если все люди Земли вдруг прекратят работать, и будут лишь тратить, мы всё равно продолжим богатеть. Не понимаешь?

Дик понимал. Просто трудно было свыкнуться с подобным порядком вещей. Не работать? Жить на безусловный доход? Разве экономика не развалится?

Впрочем, многие люди продолжали трудиться. Не из моральных или этических соображений, и уж конечно, не из-под палки. Просто им было скучно бездельничать. Большинство профессий носили творческий характер. Почти все из них были связаны с Игрой: создание локаций, обучение, помощь в прокачке и так далее. Каждый мог реализовать себя. Даже если ты увлекался сочинением стихов на древнегреческом, ты мог и семью прокормить, и найти поклонников своего творчества – если не среди людей, так среди изучающих земную культуру инопланетян.

– То есть, за людей всё делают роботы? – сказал Дик вслух.

Наставник поморщился:

– Не роботы. Ещё свежа память о той войне со сверхмощным искусственным интеллектом. До анзиблей, до эпохи Игры.

– Тем, который чуть не уничтожил человечество? Да, помню, ты рассказывал.

– Угу. Так вот, создание такого интеллекта не поощряется. Но это не значит, что нельзя создать ИИ как инструмент. Ты же используешь автопилот в своём автомобиле? Или позволяешь умной комнате следить за своим здоровьем и готовить завтраки-ужины по её усмотрению? Вот тут то же самое. Это не тот ИИ, который уничтожит людей.

Дик задумался.

– А если кто-то всё же создаст сверхмощный интеллект? Что тогда? Ну просто из желания покончить с человечеством?

Наставник улыбнулся:

– А не получится уже. До эпохи анзиблей мы были уязвимы. Все свои феноменальные способности такой ИИ направлял на человечество. На его уничтожение или "улучшение" на свой вкус, что, впрочем, одно и то же. Но с открытием Игры эта угроза больше не страшна. Сверхинтеллект увлечётся ей, уйдёт в неё полностью. Даже для супермозга Игра – нечто бесконечное, непостижимое, необъятное. В попытках понять её, он просто... – наставник развёл руки в стороны, не в силах подобрать слова.

– Исчезнет? – попробовал Дик.

– Ну... скорее, погрузится в Игру полностью. Растворится в ней. И больше не вернётся.

Дик почувствовал, как по спине пробегает холодок.

Может быть, именно по этой причине он сторонился Игры несколько лет. Может – просто из желания не сливаться с общей массой, сохранить остатки индивидуальности.

Да, первые дни и даже недели, его преследовали журналисты. Всё-таки, событие – проснулся самый старый человек на планете. Его расспрашивали обо всём, и это было даже хуже издевательств котёнка-демона. Но прошло время, и от Дика отстали.

Что он делал потом? Путешествовал, смотрел, знакомился с историей планеты, слонялся туда-сюда без дела. Но в Игру не входил. Разве что с простенького терминала и в примитивные локальные сети, напоминающие Интернет начала двадцать первого века. Иные даже не были подключены к анзиблю.

Дик так ни с кем и не сдружился. И дело не в изменившемся языке – менталитет поменялся. Причём так сильно, что Дик чувствовал себя рядом с людьми инопланетянином. Или доисторическим человеком. Даже в котёнке-демоне, хоть это произошло гораздо позже, Дик видел родственную душу. В котёнке! Не в людях!

Большинство встретившихся предлагали ему познакомиться с Игрой. Дик отвечал по-разному. Поначалу вежливо, потом, когда достали – с руганью или сарказмом. Лишь один человек посоветовал обратиться в Новую Неваду.

– Там такие же упрямые, как вы, – сказал он, пожимая плечами. – Тоже не хотят играть. Не моё, конечно, дело, но всё-таки, они странные. Чудики! Они бы ещё электричеством не пользовались.

Дик думал недолго. Новым миром он к тому времени уже пресытился, и хотелось где-нибудь осесть. Путешествовать тоже классно, но нет ничего лучше дома, где тебя ждут любимая жена, пара ребятишек, очаг и уют.

Вдруг он найдёт всё это в Новой Неваде?

* * *

– И как? Нашёл? – ухмыльнулся котёнок.

Дик зевнул. Он играл сегодня порядочно. Прошёл несколько квестов, раскрыл тайны древних пирамид, освободил похищенную принцессу и справился с чумой – проклятием Кецалькоатля. Может, хватит?

А ещё, они с котёнком болтают о его прошлом уже какие сутки подряд. И едва дошли до Невады. Там Дик пробыл целых десять месяцев, убеждая себя, что ему по душе такая жизнь. Впрочем, он врал себе. Врал, как обычно.

– Девушки там отличные, – кивнул Дик.

– Ты нашёл новую жену?

Нет, сегодня он наигрался. Хватит. Разговор о Новой Неваде – отдельная тема, начинать её лучше на свежую голову. А от возвращений в собственное прошлое Дика уже начало подташнивать.

– Завтра продолжим, – сказал он, и тут же вышел из Игры, даже не дав котёнку ответить.

Но завтра они не продолжили.

Едва Дик вернулся в Игру, он открыл окошко со статусом.

Ваш текущий уровень – 4 (смотреть подробнее)

Актуальные навыки (смотреть подробнее)

– В чём проблема? – раздался над ухом знакомый голос котёнка.

– Сколько дней я играю?

– Неделю.

– Вот. А уровень у меня только четвёртый.

– Тебя это заботит?

Дик посмотрел на зверька. Ну да, циферки не главное. Ведь цель любой игры – получать удовольствие. Верно? Верно. Однако во времена Дика всё было иначе, и многие люди играли ради прокачки. У некоторых это становилось навязчивой идеей. Нет, манчкинством Дик не страдал, просто...

– В первый день я повысился до второго уровня. Чтобы подняться до четвёртого, у меня ушла неделя. В парках, по которым мы гуляли, я видел людей с уровнем... не могу припомнить, но числа там были шестизначные.

Котёнок фыркнул:

– Ты сам выбрал квесты для детсадовцев. Если хочешь, я закину тебя в такую мясорубку...

– Не надо.

– Тогда в чём проблема?

Дик ненадолго замолчал, думая, как бы сформулировать мысль. Ночью ему пришла любопытная идея, и он хотел её реализовать.

– Котёнок, сколько в Игре миров?

– Пффф! Ты бы спросил, сколько песчинок на пляжах Атлантики – я бы ответил. Но миров... их куда больше. Никто не знает число. Если это не бесконечность, то что-то приближающееся к ней.

– И во всех побывали люди?

– Ты идиот?

– Возможно. Но вчера, после нашего расставания, я заходил в Игру с планшета.

– Прости, я вместе с другими демонами выпивал в аду. Если бы ты зашёл как обычно, я бы и тебя пригласил...

Дик покачал головой:

– Ты не слушаешь. Я вывел статистику. И был неприятно удивлён. Миров, посещаемых людьми – ограниченное количество. Самых активных – пара сотен тысяч. Учитывая, что человек сейчас около тридцати миллиардов...

– Играют всего двадцать пять.

– Не важно. Даже если так, то люди сконцентрированы в очень узкой части Игры. Да, я знаю, что говорю только про популярные сайты... то есть, миры. Есть триллионы триллионов, которые люди тоже посещали. Некоторые всего по одному разу.

– Невозможно объять необъятное, – философски изрёк котёнок.

– Да, но... ты говорил, что очки начисляются за исследования? Что если я отправлюсь в такие места, куда не ступала нога человека? Ты можешь меня туда отправить? Ты, ведь, всё-таки, мой проводник. А, котёнок?

Зверёк какое-то время молчал. Они находились в центре городка, в том самом уличном кафе, где частенько зависали, когда не странствовали по мирам. Прибежище Дика по-прежнему оставалось пустынным. За восемь дней его планету посетил всего один человек, и тот попал сюда по ошибке. Что не помешало ему заказать в баре лучшую текилу, напиться и разбить пару витрин.

Наконец, котёнок сказал:

– Видишь ли, есть такая истина... подобное притягивает подобное. Люди неосознанно тянутся к мирам, аналогичным своему. К похожим существам. Похожим по мышлению, пусть даже они ходят в перьях или на пяти ногах...

– То есть не можешь?

Демонёнок сверкнул глазами:

– Ты сомневаешься в моих способностях? Я могу забросить тебя куда угодно. Даже в такие места, откуда ты не выберешься. Только не забывай, смертный, что всего этого, – он окинул взглядом пустой город, серое небо, океан, фьорды, – всего этого там не будет. Ты увидишь нечто совсем чужое. Такое, что будешь не в состоянии даже воспринять.

– И?

– Глупец! О каких квестах может идти речь, когда не будет точек соприкосновения? Скажи, что общего между тобой и разумными рыбами?

Дик задумался:

– Мы принадлежим к позвоночным, для начала...

– Это был лёгкий пример. Что общего между тобой и осьминогом? Грибом? Только не говори – ДНК! Есть жизнь, построенная не на органике. И даже не на барионной материи. Что ты запляшешь, когда повстречаешь Больцмановский мозг, сотканный из флуктуаций квантовых полей? О чём вы с ним будете беседовать? О погоде? О котировках акций? О различиях философских школ разумных грибов?

– Ну...

Котёнок с упрёком сверлил Дика глазами. Но тот не растерялся:

– Так, хватит! Во-первых, раз ты можешь меня туда отправить, то и вытащить, в случае опасности, сумеешь. Так? Только не заявляй, что нет, иначе я найду себе другого проводника. Во-вторых, попытка – не пытка. Даже если я не установлю контакта с этим... как там его... мозгом – не беда. Их наверняка не один и не два во всей вселенной. Спущусь до организмов попроще. Мне например, было бы интересно пообщаться с разумными грибами. Есть ведь такие?

– Ладно, – только и ответил котёнок.

Свет вдруг померк. Дика сорвало с места, закружило, как соринку в водовороте, и переместило куда-то далеко. Неким шестым чувством он знал – до Земли и до сектора, близкого к ней – топать и топать. Если бы не котёнок, он бы добирался сюда годами.

Впрочем, это единственное, в чём Дик был уверен наверняка. В остальном же...

Он висел в неопределённом пространстве. Отличить верх от низа – невозможно. Понять, космос это, подводный мир или чьё-то психоделическое видение – тоже. Даже описать увиденное крайне трудно, потому что слов для этого ни в одном человеческом языке не сыщешь.

Если говорить упрощённо, это напоминало множество световых пятен. Они постоянно менялись, между ними проскакивали вспышки, наподобие молний. Стояла какофония звуков, переходящих в запахи, переходящих во вкусовые ощущения, а те, в свою очередь, сменялись тактильными. Добавилось ещё штук пять-семь чувств, не имеющих аналогов у людей. Даже цвета, и те наполовину были чужими – в земной палитре таких не найдёшь.

А ещё Дик осознал, что у него нет тела. Что он часть этого непонятного чего-то – бесконечно маленькая, меньше точки, и одновременно, всеобъемлющая. Он дёрнулся, попытался что-то сделать, и световые пятна в ответ замерцали.

– Ты их пугаешь, – возникли чёткие земные мысли. Это был котёнок. Он не мог общаться голосом, поэтому транслировал информацию Дику прямо в мозг. – Тише! Иначе ты порвёшь связи!

– Где я? Что я?

– Да не дёргайся ты! Прямо как слон в посудной лавке!

Дик замер, прекратив даже дышать. Мерцание по инерции продолжалось – вот только как понять, хорошо это или плохо?

– Так нормально?

– Уже лучше.

– Котёнок? Ты их понимаешь?

Ответ пришёл не сразу. Понятие времени в этой локации отличалось от человеческого, и Дику показалось, что прошло минут десять.

– Частично. Но даже мне трудно воспринимать эту сеть. Люди всё-таки ближе.

– Это разумные грибы?

Котёнок снова задумался. Ответил максимально чётко, чтобы Дик смог это представить:

– Сапротрофы, эволюционировавшие из фотосинтезирующих водорослей. Это сеть, наподобие грибницы или паутины. Глобальная сеть. Снаружи ты бы увидел мелководное озеро, сплошь покрытое, как тиной, серыми нитями. Вернее, увидел бы, не будь на планете вечных сумерек и густейшего тумана. Сеть занимает всё озеро, по площади с Каспийское море. Иногда контактирует с сетями из других озёр, тогда случаются конфликты.

На этот раз молчал Дик. Ему казалось, что он испытывает лёгкий психоделический трип (нейроинтерфейс позволял такие фокусы), и неспособен найти зацепку в этом переливающемся мире.

– Что, съел? – усмехнулся котёнок. – Убедился, что никаких точек соприкосновения с этим... этими... видишь, даже я не могу понять, это единый организм или нет. Это абсолютно несовместимый с нашим разумом...

– Так, стоп.

– Что?

– Без паники.

– Да-да, отсылка к Дугласу Адамсу. Оценил. А теперь скажи, как ты будешь общаться с этим?

– Интерпретировать.

– Поясни.

Если бы Дик чувствовал собственное лицо, он бы нахмурился. Ему казалось, что котёнок просто дурачится, и зверьку прекрасно известна задумка Дика. Но всё же он попытался объяснить:

– Когда мы видим что-то непонятное, мозг преобразует это для нас в знакомые символы. Я очень сомневаюсь, что это – просто пятна света. Это что-то большее. Но, поскольку, аналогов на Земле нет, разум рисует просто пятна.

– И?

– Мы могли бы создать такую программу, которая находила бы сходства между нашими мирами и переводила бы всё на понятный язык. То есть, весь этот световой и психоделический код мы могли бы отобразить в качестве... ну, пускай, города. С людьми, домами, машинами...

– Хм... а ты не так глуп. Выйдет, конечно, та ещё шизофрения, но...

– Только скажи, это возможно? Ведь это должно быть не труднее, чем создание целой планеты...

Котёнок не ответил. Он думал, а поскольку в этой локации Дик ощущал себя сгустком мыслей, без материального тела, то он мог слышать отголоски мыслей котёнка – тоже сгустки, только меньше.

– Так-с... – бормотал мысленно зверёк. – Если представить вот эти полусознающие завихрения как людей, а вот эти блоки информации, как здания... так... вот эта константа не меняется, пускай будет землей. Эта – небом. Святой дьявол! У них хоть что-то есть аналогичное человеческому? Дружба, любовь, ненависть?

Бормотание ускорилось, слившись в неразборчивый шум. Однако, вместе с этим, Дик стал "прозревать". Он вдруг очутился в фиолетово-малиновом пространстве, ощутил почву под ногами. Вокруг ходили тени. Выросли из тумана геометрические фигуры: многогранники, звёзды с сотней лучей, цилиндры, параллелепипеды, кристаллические структуры. Синестезия тоже сгладилась: звуки стали звуками, запахи – запахами, и так далее. Но глюки остались, возникающие то тут, то там, словно фосфены. Их было много, они выглядели как помехи, порой почти полностью уничтожая старания котёнка.

Тот ещё несколько минут "интерпретировал", привязывая реальность грибов к реальности людей. "Город" вырисовался чётче. Тени превратились в некое подобие людей. Только Дику легче не сделалось. Наоборот, чуждость мира стала выпуклой, объёмной, и теперь пугала даже больше, чем просто набор световых пятен.

– Пожалуй, хватит, – сказал котёнок. – Ну как? Понимаешь что-нибудь, первопроходец?

Дик дотронулся до ближайшей кристаллической структуры. Теперь у него было тело, и рука прошла сквозь сине-пурпурную грань. По пальцам пробежал разряд тока, лёгкий и безболезненный.

– Спать под облаком! – сказала ближайшая фигура.

Дик вздрогнул. Фигура была человеческой: то ли старуха, то ли зомби. Тело вывернуто, позвоночник в двух местах изогнут под прямыми углами. Глаза пустые, движения как у плохо прорисованной 3D-модели. Волосы с головы медленно переползли на руки. Рот раздвоился, потом растроился.

– Спать под облаком! Штора! Штора! – сказала старуха тремя ртами.

– Гниль! – произнесли другие фигуры. – Гниль! Штора!

Котёнок усмехнулся:

– Ну что, контактёр? Понимаешь что-нибудь?

Дик попытался что-то сказать. Он сам потом не помнил, что наплёл. Вроде: я пришёл с миром и не причиню вам вреда, я человек с планеты Земля – и тому подобные, ничего не значащие для местных обитателей фразы. Как позже заметил котёнок, это было похоже на беседу двух "китайских комнат" – каждая что-то выдаёт, не осознавая ни своих слов, ни ответов собеседника.

В какой-то момент Дик замолчал. Он чувствовал, как земля под ногами вибрирует. Обернулся – надвигалась волна. Сама почва – или что это было – загибалась огромной складкой. Сначала просто приближалась, как стена, потом выросла выше, нависла над головами. Растущие из неё геометрические фигуры напоминали зубы. Фиолетово-малиновый туман то сгущался, то рассеивался – причём безо всякой логики. Частота глюков усилилась, Дик почти снова впал в психоделический трип. Даже крики "Штора! Штора!" теперь были не криками, а то ли болью в пятке, то ли вспышками оранжевых молний.

Он продолжал говорить, словно миссионер перед надвигающейся на него толпой дикарей. Котёнок соображал быстрее:

– Ладно, Колумб, кажется нам тут не рады.

И вытащил Дика из чужого мира – обратно в родной городок.

Последнее, что они увидели – смыкающиеся "челюсти". Глюки на секунду пропали, и Дику показалось, будто он очутился в исполинской венериной мухоловке. Он сорвал с ближайшего образования кристалл.

В следующую секунду они были дома.

– Как впечатления? – с иронией спросил котёнок. – Напоминаю, ты первый человек в том мире. Я – первый демон. Установил контакт с инопланетянами?

Дик молчал. Кристалл в его руке быстро превратился в кучку грязи, и тут же развеялся по ветру, будто прах.

– Думаешь, они могли нам навредить, котёнок? Мне кажется, ты надо мной издеваешься. И мы не первые люди там.

– Не смеши! Мы первые, можешь сам статистику посмотреть. Просто я более опытный путешественник по измерением, чем ты, вот и не растерялся. И да, они могли нас покалечить. Виртуально, разумеется. Никакого вреда твоему физическому телу бы не случилось. Ну, может, описался бы от страха. А вот обнулить твой уровень – вполне могли. На каком ты там сейчас? На четвёртом?

Дик открыл окно статуса. И присвистнул.

– Котёнок! Смотри!

Ваш текущий уровень – 16 (смотреть подробнее)

– Круто, а? У нас получилось!

– За исследования много дают, – отмахнулся зверёк. – К тому же, ты новичок, первую тысячу можно вообще за неделю набить. Если знать как.

– Я знаю, как, – медленно проговорил Дик. Какое-то время молчал, разглядывая всё ещё грязную после кристалла руку. Ведь это не просто пыль, это трофей, лут, информация о далёкой-далёкой расе разумных грибов, занесённая в его мирок. Лишь бы это были не споры – прорастут ещё какой-нибудь дрянью. В любом случае, это победа.

Котёнок устал ждать:

– Ну и как же?

– Возьми бесконечность миров, куда не ступала нога человека. Отфильтруй из них те, которые мы в состоянии адекватно интерпретировать. Например, в качестве фэнтезийного города. Отфильтруй из этой подгруппы те, в которых раздают квесты. Посмотри, чтобы они были мне под силу. Я пройду два-три – на пробу. Посмотрим, как повысится мой уровень.

Котёнок молчал, хитро улыбаясь. Дик не выдержал:

– Ты на такое способен, хвостатый? Или только язвить и можешь?

Улыбка демона стала шире:

– Конечно, друг. Конечно.

5. Прокачка

Следующие несколько недель они именно этим и занимались. Котёнок отбирал нужные миры, превращал их в нечто доступное человеческому восприятию, а Дик пытался выполнять квесты. Чаще всего, успешно.

Обычному человеку это быстро бы надоело. Даже обработанные котёнком, чужие локации выглядели отвратительно. Больше всего они напоминали старые игры (тут уже не XXI, а XX века), полные глюков и багов. Исчезновение объектов, прохождение сквозь текстуры – это стало привычным. Даже неожиданно сместившийся с пола на потолок персонаж, или произвольная телепортация – всё это давно не удивляло Дика.

Он играл. Да, простой обыватель бросил бы это занятие после первого квеста. Сюжетом, естественно, тут даже не пахло. Задания, в лучшем случае, вроде: возьми этот сгусток информации, пронеси по фиолетовому полю, не наступая на красные линии и не проваливаясь сквозь полигоны; в финале большая амёба проглотит тебя, переварит, и ты респаунишься с дополнительными псевдоподиями.

Дик бы тоже бросил. Если бы не две вещи: азарт первопроходца и быстро растущий уровень.

– Смотри! – ткнул он пальцем в окошко со статистикой, когда число перевалило за тысячу. – Видишь? А ты сомневался!

Котёнок привычно фыркнул. Кажется, он ставил под сомнение любые достижения Дика:

– Ерунда. Да, это неплохо для новичка, особенно для австралопитека из двадцать первого века. Вполне. Но люди качаются быстрее. Если бы ты потрудился вывести статистику самого скоростного набора уровня, ты бы понял, что не входишь даже в первый миллион.

Дик пожал плечами. Ну да. "Умереть" может даже опытный игрок, набиравший очки годами – тогда его уровень обнуляется, а вся игровая собственность становится ничей. И что, ему начинать всё с начала? Естественно, он просит своего помощника (Дик уже выяснил, что часть людей используют проводников, по типу его котёнка, только не таких язвительных) отыскать способы быстрой прокачки.

– Хочешь, я и тебя с ними познакомлю? – спросил демонёнок лукаво. – А?

В этот момент он напоминал наркодилера. Дик помотал головой:

– Умру – познакомишь. Чтобы не начинать с нуля.

– Кстати, о смерти. Ты ведь знаешь, что чужие локации могут убить? Ты даже не поймёшь, от чего помер. Просто нарушил какое-то местное правило, не выполнил закон или что ещё. Я, конечно, стараюсь отбирать места поспокойнее, но даже мне не всё под силу.

Дик снова пожал плечами. Виртуальная смерть – ерунда. Придётся начинать заново, но это его мало беспокоило.

Вместо ответа, он задал другой вопрос:

– А в чём смысл системы? Зачем повышать уровень? Что это даёт?

– Доступ к более сложным квестам. Новые локации – на некоторых новичкам не выжить. Ну и всякие бонусы, о которых ты не узнаешь, пока не повысишь уровень.

– Странно это всё... мне и так Игра кажется бесконечной. Кто-нибудь вообще добирался до конца? В смысле, до предела возможностей? – Дик на секунду задумался и, не дав котёнку ответить, задал ещё один вопрос. – А у тебя какой уровень, хвостатый? Ты ведь давно играешь, да?

– Но, но! Притормози, жеребец!

– Что? Разве трудно ответить? Я пытаюсь вывести статистику, но она никак не показывает твой уровень. Не знаю почему.

Котёнок хмыкнул. Дик не унимался:

– Мы ведь знакомы с самого начала. А я до сих пор не знаю, кто ты, откуда, зачем прилип ко мне... и даже какой у тебя уровень! По-моему, это нечестно.

– Узнаешь... бесхвостый. Придёт время – узнаешь.

– Но...

– Разве я неясно выразился?

Дик приуныл. Вытрясти из этого бесёныша даже бит информации было практически невозможно. Особенно когда он сам того не желал.

– Ты хотя бы человек? Или один этих... с ложноножками и хелицерами?

– Я демон! И ты это знаешь.

– Угу.

Дик почему-то вспомнил Новую Неваду. Не саму страну, а отношение её жителей к Игре. Многие там до сих пор были верующими, ходили по воскресеньям в церковь, где пасторы рассказывали о дьявольской природе анзиблей. "Они открыли врата в ад" – запомнилось Дику из таких проповедей. Имелись в виду изобретатели тахионного передатчика. Продали душу дьяволу, взамен на мирную эпоху на Земле.

И почему Дик вспомнил это только сейчас? Потому что считал слова пастора чушью, недостойной даже упоминания? А самоопределение котёнка, как он полагал, было отсылкой к "МИФам" Роберта Асприна? Возможно. Но давайте на секунду предположим, что всё это правда. И Игра – ад. Похоже ведь: тут и сущности разные, и чудовищные миры, а человек постепенно теряет индивидуальность, сливаясь со всем этим. По крайней мере, так это можно воспринимать.

– Что замолчал? Не веришь, что я и правда демон?

Дик развёл руки в стороны:

– А я уже и не знаю, во что верить. Всё слишком... сложно.

– Ага. Но это нормально. Поверь, это – нормально. Ты не один такой.

Особо религиозным Дик не был. В церковь – что в детстве, что здесь, в Новой Неваде – ходил лишь за компанию. Метафизики сторонился, мистикой не увлекался, а как биоинженер, считал, что любое "чудо" можно объяснить с научной точки зрения. И мнение некоторых, что Игра – ад, его не пугало.

Следующие две недели продолжались в том же духе. Дик исследовал чужие миры, а котёнок подбирал их всё причудливее и причудливее. Уровень рос, личная локация заполнялась внеземными предметами (Дик соорудил специальный ангар вдали от посёлка, огородил колючей проволокой, поставил на входе автоматические турели и повесил табличку: "Зона 51. Вход воспрещён!". Естественно, шутки ради – всерьёз он никого не опасался).

Также котёнок научил его выявлять лазутчиков. Не только Дик исследовал внеземные локации. Инопланетяне тоже заглядывали в наши края. И речь не шла о близких к людям цивилизациях – по мышлению или биохимии. Иногда попадались совсем иные существа.

Достаточно было посидеть в одном из популярнейших миров. Например, в Парке – где миллионы людей собирались для общения. Абсолютно безопасное место. Абсолютно демократичное – можно встретить кого угодно, от ребёнка до президента.

– Видишь того типа? – спросил котёнок. Они сидели на скамейке, поедая мороженое и, наверное, уже с полчаса наблюдали за прохожими. – Ничего не кажется странным?

– Галстук задом наперёд.

– Это мода двадцать второго века. Фанаты до сих пор так ходят. Я имею в виду походку.

Дик прищурился:

– Какая-то необычная. Движения, словно у неживого. Плавные, не там где нужно, и резкие, где должны быть плавными...

– Молодец!

– Это инопланетянин?

– Наблюдай дальше.

Чужак перемещался по парку зигзагами. Дик обнаружил ещё с десяток странностей – начиная с деталей костюма и заканчивая движениями мимических мышц. Неужели он сам в иных мирах выглядит так же? Неудивительно, что все шарахаются.

Инопланетянин кружил по свободному пространству, изредка сбивая прохожих. Добравшись до лотка с мороженым, он потратил минут пять, чтобы выбрать нужное. Ещё столько же – для покупки.

– Думает, что это какой-то сложный квест, – пошутил котёнок.

– Для него это трудно.

– А у себя, он, возможно, величайший профессор математики. Или писатель. Или проснувшийся после нескольких веков криосна.

– Эй! Я понял, к чему ты клонишь. Но скажи, зачем мы тратим время, наблюдая за этим чудиком? Да, он первопроходец в нашем мире. Но мне-то это что даст?

Котёнок устал лизать пломбир и заглотил стаканчик целиком, даже не поморщившись:

– Просто показываю ещё один способ находить иные миры. Если ты станешь невидимым, уменьшишься и прикрепишься к его аватару, то сможешь проследить его до дома.

– Зачем?

– Тебе же нравится изучать инопланетные локации. Вот и изучишь. Судя по моим данным, его мир посещали всего три землянина. Все, кстати, вернулись живыми и невредимыми. А у одного уровень повысился на целых сто единиц. Смекаешь?

– Хорошо, – кивнул Дик, вставая. – Хорошо.

* * *

Так проходили дни. Дик исследовал иные цивилизации, наблюдал за лазутчиками, болтал с котёнком. Изредка – для разнообразия – выполнял квесты землян.

Когда его уровень достиг 4328, всё резко поменялось.

Дик телепортировался в личный городок из очередного квеста. Он всё ещё состоял из огненных протуберанцев, как любой житель того мира, и поэтому не сразу заметил изменения.

– Тише! Спокойнее! – взмолился котёнок.

– Что?

– Погасни! Сбавь пламя!

Дик только сейчас сообразил, что он раскалён градусов до тысячи по Цельсию. И ненароком сжёг их любимый скверик.

– Вандал! – жаловался котёнок, по-мультяшному носясь с огнетушителем и поливая очаги пламени белой пеной. – Варвар! Дикарь!

– Ну-ну! Успокойся. Видишь, я уже не такой горячий.

– Сойди с газона! Ты всю траву спалил!

Дик шагнул на брусчатку.

– Столько трудов! – воскликнул котёнок. – Столько усилий коту под хвост! Дьявол! О, Дьявол!

– Мы можем восстановить это за пару минут, – ответил Дик, не понимая, шутит котёнок или нет. Вдруг спалил мозги в предыдущем мире? – Смотри, мой уровень повысился на целых сто пятьдесят пунктов. Мы не зря старались!

И лишь сейчас Дик заметил, что в городе они не одни. Скверик окружила небольшая толпа – существ тридцать-сорок. Некоторые приняли человеческий облик, другие оставались в телах инопланетян. Они молча наблюдали за суетой котёнка и оправданиями Дика.

Когда огонь погас, пялиться стало не на что. Толпа рассеялась: кто-то завернул в бар, кто-то в библиотеку. Иные разбрелись по улицам, двое или трое взлетели в небо, а один шестиногий и пятиглазый рассыпался на целую стаю паучков. На Дика никто больше не обращал внимания.

– Котёнок?

– Да?

– Кто это?

– Посетители, – ответил зверёк равнодушно. Пока его больше заботил обгоревший газон, и он нежно поглаживал обугленные ростки. – Радуйся. Твой мирок обретает популярность.

– Но почему?

Котёнок издал неопределённый звук. И наконец, использовал способности демиурга, чтобы восстановить скверик – на это ушла ровно одна миллисекунда.

– Кто его знает? Возможно, ты оставил где-то рекламу. Или компания школьников проследила за тобой, когда ты покупал мороженое... ну, его аналог, в одном из миров. Думая, что выполняешь сложнейший квест. Они посмотрели на тебя, покрутили пальцем у виска, решили что ты чокнутый, и им стало интересно, откуда такие берутся.

– Это правда? Всё так и было?

– Откуда мне знать? Я только предполагаю.

– И что мне делать?

– Тебе варианты списком предоставить?

– Можно и списком.

Котёнок нахмурился.

– Ну хорошо. Самое очевидное – получать выгоду. Понастроить гостиниц, парков развлечений, аттракционов всяких, и твой уровень будет расти. Глянь статистику, он и сейчас увеличивается.

Дик развернул окошко с данными. Котёнок был прав – уровень поднялся до 4329. Пока он таращился на цифры, изумлённо моргая, к числу прибавилась ещё единичка: 4330.

– Чудеса!

– Не радуйся. Может, это волна – как нахлынула, так и схлынет. Бывает такое.

– Я могу спросить...

– Попробуй. Это, кстати, из списка вариантов – пообщаться. Всё-таки, коллеги-первопроходцы, путешественники между мирами. Только, боюсь, не все из них человекоподобные. По мышлению, я имею в виду. По внешности – сам видишь. Многие даже аватары на людские не меняют. Как вон то головоногое.

Дик промолчал.

– Нужны ещё варианты? Пожалуйста: я могу их прогнать. Заколотим все входы-выходы, повесим табличку "запретная зона", ты выйдешь из Игры, спрячешься под кровать.

– Зачем?

– Будешь лежать и плакать. И трястись от страха.

– Я не боюсь.

– Не боишься стать успешным? – котёнок хитропакостно улыбнулся. – А?

Дик снова посмотрел на статистику. Уровень рос быстро: 4334.

– Сознавайся, чертёнок, это твоих лап дело.

– А?

– Твоих, твоих, не отнекивайся. Но я не против. Мне любопытно, что будет, если число перевалит за десять тысяч. За сто тысяч. За миллион и миллиард. Каков, вообще, потолок?

Котёнок улыбнулся широко-широко, напоминая мордочкой акулу.

– Ты узнаешь, когда упрёшься в него макушкой. Хе-хе. Но до этого...

– Что?

– Выведи статистику посетителей. Видишь? Да не туда смотришь, я вот про эту! Да. Теперь видишь? Минуту назад их было пять тысяч. Сейчас уже пять с половиной. Популярность твоей деревни растёт. Если не поспешим, к вечеру их будет с полмиллиона. Все газоны вытопчут.

– И что нам делать?

– Как – что? Творить!

Котёнок не ошибся. Число посетителей росло, причём довольно быстро. Если это и волна, то не простая. Цунами. Гости прибывают, их будет всё больше и больше, вода достигнет максимума, потом схлынет, унося с собой обломки и обнажая руины.

К счастью, котёнок научил Дика создавать. Напрямую, из воображения, получалось пока не очень, поэтому вспомнили старый добрый способ – "copy/paste". Дик вставил несколько копий городка вдоль побережья. Здания перетасовал, где-то добавил, где-то убрал; котёнок же выстроил несколько арочных мостов через фьорды.

– Пока хватит. А теперь – в архив. Нам нужны структуры для инопланетян.

Не успев договорить, демон перебросил их в крупнейшую виртуальную библиотеку Земли. Здесь было всё: от примитивных книжек и фильмов, до информации на любой вкус. Забыл, как строить анзибли? Нет проблем – вот чертежи для универсального сборщика. Сломался сборщик? Вот данные, как его починить. И так далее.

Были здесь и модели для Игры. Любые: от всевозможных предметов и условий, до вещей, выходящих за рамки восприятия. Творческие люди создавали нужное сами, остальные же заимствовали из библиотеки. Нужно здание для города? Модный ресторан, магазин, парк аттракционов? Забирай, и не беспокойся, что будет как у других. Можно так перемешать характеристики, что предмет выйдет уникальным – единственным и неповторимым во всей Игре.

Без котёнка Дик бы часто сюда заходил. К счастью, зверёк умел прекрасно творить сам. Но только для людей.

– Неужели...

– Да, да, – отмахнулся демон. – Я тоже не идеален.

И, закидывая в корзину пак за паком, словно безумный покупатель в супермаркете, добавил:

– Понимаешь, они – чужие. Причём разные. Из разных миров. Мы понятия не имеем, что им нужно. Поэтому я возьму всевозможные структуры инопланетян – те, что найду в архиве – и тупо вставлю в твой мирок. Может, создам дополнительную планету или две. Некоторые из структур ядовиты и радиоактивны, я не хочу, чтобы газон пострадал.

– Думаешь, сработает?

– Попытаться стоит. Нет – сотру их и поставлю новые. Или открою музей для дошкольников.

Дик пожал плечами. Он глядел на названия приобретённых структур, на их изображения в окошке предпросмотра – и не понимал ничего. Котёнок махнул лапой:

– Не беда. Я тоже не понимаю. Нам это и не нужно.

Через какое-то время, когда он почти закончил грабить архив, демон добавил:

– Подозреваю, что им нужен ты. Твоя личность. Что-то в ней их привлекло. А все эти строения... должны же пришельцы где-то разместиться! Вдруг их будет много?

– Угу. И они вытопчут твой газон.

Когда Дик и котёнок вернулись в свой мир, гостей там прибавилось. Число выросло до пятнадцати тысяч. Игровой уровень тоже изменился – 4389.

– Такими темпами я стану миллионером, – пошутил Дик.

Котёнок не ответил. Он принялся размещать взятые из архива структуры. Самые безопасные расположил на континенте, в воздухе или океане. Для вредных создал отдельные планеты: целых пять штук. "На вырост" – прокомментировал он скупо. Дик пожал плечами. Раз нравится, пускай развлекается.

Сам же он рискнул пообщаться с инопланетянами. Ничего не вышло. Существа относились к нему добродушно, без агрессии или нездорового интереса, но разговор не ладился. Любой диалог напоминал беседу в клинике душевнобольных.

– Рад приветствовать в моём мире!

– Слава Глубине!

– Надеюсь, вам здесь понравится.

– Я тону. Мы тонем.

– Но... тут же сухо?

– Плыви! Плотные слои. Быстро! Быстро!

– Хм...

– Слава Глубине!

– И вам всего хорошего.

В общем, Дику быстро наскучило.

А ещё, его стало тошнить от инопланетян. Столько народа и ни одного человека. Не с кем пообщаться. И ведь ещё утром, до путешествия в огненный мир, чужаки его не смущали. Почему?

Должно быть, из-за того, что это они пришли в его мир, а не наоборот. Пришли и заполонили всё, будто тараканы. Это как с дикими животными. Одно дело, смотреть про них видео, читать книжки и фантазировать, а совсем другое – завести какую-нибудь пуму у себя в гостиной. На такое способны лишь истинные энтузиасты.

Даже не попрощавшись с котёнком, Дик вышел из Игры.

И полтора дня не заходил.

– А всё-таки ты боишься успеха! – такой фразой встретил его демон на следующий вечер.

– Почему?

– На уровень свой посмотри.

Дик открыл окошко статистики. 7938 – увидел он. Число посетителей: тридцать шесть тысяч.

– Их было около восьмидесяти, пока ты отсутствовал, – похвастался котёнок. – Тысяч, естественно. Волна схлынула.

– Это успех? – спросил Дик, сам не понимая, ёрничает он или нет.

– Ха! Если бы это был настоящий успех, ты бы не вернулся. До сих пор сидел бы под кроватью, с глазами, красными от слёз.

– Сам такой.

– Плакса!

Дик привык к колкостям котёнка, они его давно не раздражали. Даже те, которые должны были. Вот, например, сейчас. Он добился успеха – каким-то неведомым образом заинтересовал инопланетянам. Предыдущие сколько-то недель Дик только тем и занимался, что силился войти с чужими в контакт, стать первопроходцем, открыть что-то доселе неведомое. И вуаля: инопланетяне у него дома. Рад он? Доволен? Будет общаться, выведывать тайны вселенной, смысл жизни и прочие интересности?

Вряд ли.

– Я давно не играл в игры. Обычные. Для людей.

– Успех рождает перемены, – произнёс котёнок. – У тебя же типичная метатесиофобия. Видишь что-то новое, и сразу голову в песок.

– Эй!

– Зачем тебе игры для людей? Ты мечтал об инопланетянах!

Дик задумался. Возможно, котёнок прав. Эскапизм – избегание проблем. И это не обязательно уход в виртуал от реала, это может быть уход от чего угодно куда угодно. В том числе уход от перемен к привычным вещам.

Это нормально. Пока не мешает жить.

По крайней мере, так считал Дик.

– Просто устал от всей этой ерунды. Сколько я уже по инопланетным мирам шастаю? Могу я хоть немного расслабиться? Погонять старенькую аркаду или стратегию какую. А? Старкрафт, например. Или как насчёт Марио? Составишь мне компанию, котёнок? Будешь Луиджи?

Демон закатал глаза. И сделал то, что Дик от него никак не ожидал – вынул из-за уха сигарету, зажёг лазерным взглядом, закурил.

– Люди! – произнёс он хмуро. – Даёшь им океан, они прячутся в раковине. А знакомство с внеземным разумом меняют на что? На сантехника! Виртуального сантехника! Трубы с грибочками им интереснее, чем...

– Ты следи за миром, пока меня не будет, – сказал Дик через плечо. – Если что, я на планете старых игр. Присоединяйся, как передумаешь.

И покинул свой город. Выражения мордочки котёнка он не видел, но очень надеялся, что оно удивлённое – вплоть до выпавшей сигареты.

Сам же переместился в ретро-мир, посвящённый культуре двадцать первого века. В основном, первой его половины. Фильмы, книги, игры, отреставрированная копия тогдашнего Интернета – в общем, рай для любителей старины. Конечно, как заставший то время, Дик видел неточности. Пару раз даже жаловался местному администратору – и тот исправлял ошибки. Они бы даже подружились, заходи сюда Дик почаще.

Что ж, теперь у него будет много свободного времени. А этот кусочек Игры – идеальное место, где можно обосноваться. Дик как раз вспомнил несколько хитов прошлого, в которые всегда мечтал поиграть. Только не выходило: либо учёба отвлекала, либо работа, либо просто было не до того.

Это немного странно – находясь в виртуальном мире садиться за компьютер. Тем более – с целью поиграть. Но Дик быстро привык. Посетителей было немного, просторные игровые залы пустовали. Дик выбрал уютную затемнённую комнатку, взял пиццу, колу, и провёл несколько часов в знакомстве с шедевром прошлого.

Он даже не заметил, как появился котёнок.

– И почему ты всё время убегаешь?

– Что?..

– Да успокойся ты! Не дёргайся. Подпрыгнул, будто тебя застукали за просмотром порнухи.

– Котёнок!

– А неплохая игрушка, – прокомментировал зверёк, глядя в экран. – У неё до сих пор фанаты есть. Хочешь, я заброшу тебя в современную версию? Уже здесь, в Игре. Не бойся, не умрёшь.

Дик пожал плечами:

– Как-нибудь в другой раз.

– И всё-таки?

– Я же сказал, не сегодня!

– Я не об этом. Ты не ответил на вопрос. Почему ты всё время убегаешь? Даже от хороших вещей?

Дик потянулся к бутылке с колой. Отхлебнул пару глотков, закрыл, поставил на столешницу рядом с монитором. Посмотрел на дымящего сигаретой котёнка:

– Я не убегаю. Просто... иногда... надоедает, что ли. Хочется сменить обстановку.

– Не убегаешь?

– Да!

– Врёшь! Ты постоянно меняешь обстановку. Побоялся серьёзных отношений, когда пришло время заводить детей. Не полетел на Марс, хотя мог бы. Не захотел жить в своём веке. Ты был куда успешнее, чем средний человек тех лет. И что? Всё променял на будущее. Которое, кстати, тоже проигнорировал. Сначала сторонился Игры. Потом, испугавшись современного образа жизни, скрылся в Новой Неваде. Да, островок прежнего мира, не спорю. Но и там ты не прижился. Года не прошло, как сбежал. И куда, спрашивается? В Игру! Только с людьми ты общаться не захотел, сразу полез в инопланетные сектора. Всё бы ничего, но когда ты достиг успеха среди иных форм жизни...

– Да понял я твою мысль!

– Что, правда глаза колет?

– Какая?

– Что ты постоянно убегаешь? Неприятно, да?

Дик грозно посмотрел на котёнка. Чего тот добивается? Вывести его из себя? Но это глупо!

– Моя жизнь. Как хочу, так и живу.

– Ответ лузера.

– Ответ нормального человека. Я ни к кому не пристаю, никому не навязываю свою точку зрения. Я не несу ответственность, например, за детей, которых у меня нет. Я не несу ответственность за современное общество, оно стало таким без меня. Я никому ничего не должен. И вообще, мы живём в раю – на Земле теперь золотой век. Каждый вправе дурачиться, как он вздумает, пока это не мешает другим.

– И всё равно, ты убегаешь, когда сталкиваешься с чем-то серьёзным.

– И?

– Не можешь справиться с проблемой. И началось это ещё тогда, в двадцать первом веке. Так что современная утопия тут ни при чём. Ты просто приводишь её, как оправдание свой никчёмности.

Дик оторвался от игры. Сердито посмотрел на котёнка:

– Ещё раз: как хочу, так и живу. Тебе какое дело? Или этими дешёвыми приёмчиками ты думаешь задеть меня за живое? Ты напоминаешь ведущего дурацких курсов по саморазвитию. Даже нет, не его. Скорее, школьника, наезжающего на другого школьника – помладше. Чего ты хочешь от меня добиться? Твои предложения. Давай, если такой умный! Ну! Я жду!..

Демонёнок улыбнулся. Широко – обнажив с полсотни чеширских зубов. Сигарета опасно повисла, но не выпала и даже не погасла. Оба – человек и котёнок – сверлили друг друга взглядами.

Наконец, зверёк сказал:

– Я лишь показываю проблему. Освещаю её. Давлю на больную точку. Разбираться с ней или нет – дело твоё. Можешь, как обычно, перевалить всё на других.

– Лучше бы присоединился, – Дик кивнул на экран с надписью "PAUSE". – В соседней комнате есть комп, он соединён с этим. Отлично проведём время.

Котёнок покачал головой:

– Дурень. Жизнь так и пройдёт. В развлечениях.

Но спорить не стал. Надел гарнитуру, проплыл на своём серном облачке в смежную комнату, присоединился к игре. Следующую колкость он произнёс уже в микрофон:

– Ты настолько привык бросать дела на середине, что даже не закончил со своей историей.

– Я рассказал всё, – отмахнулся Дик.

– А Новая Невада?

– Что про неё рассказывать? Общество как общество, похожее на будущее, о котором мы когда-то мечтали.

– У тебя там была работа. Были друзья – чуть ли не из правительства. Была девушка.

– Ну да.

– Не из-за неё ли ты ушёл? Побоялся сложных отношений и...

– Нет. Мне просто надоела их идеология. Примитивный взгляд на всё. Однобокий. Плоский. Как в секте, повторяют одно и то же изо дня в день, чтобы, не дай бог, самим не разувериться. Поначалу это смешно, потом надоедает, а через несколько месяцев начинает тошнить. Представь, это в сто раз хуже твоих дурацких шуточек. Нет, даже в тысячу.

– Может, в миллион?

– Это зависит от твоей самооценки.

– Сьюзи, да? Так её звали? Слышал, она была беременной – когда ты уходил.

Дик фыркнул. Уж чего он не ожидал от котёнка, так это сюжетных поворотов из дешёвой мелодрамы.

– Не знаю, – ответил он.

И, не отрываясь от игры, рассказал демону о Новой Неваде.

На это ушло несколько дней.

Потом они просто играли. Приходили в этот ретро-мир, садились за виртуальные компьютеры и часами рубились в какую-нибудь доисторическую ерунду. Когда Дику это надоело – к тому моменту он перепробовал не меньше сотни древних хитов – они вернулись в Игру настоящую.

Дик снова прошёл тот уровень с драконом – теперь уже в мужском теле, не в девичьем. Потом – несколько десятков следующих. Он пробовал играть в стратегии, в аркады, в RPG и прочее – невольно сравнивая современные игры с древними. Естественно, они были лучше. И затягивали куда сильнее. Неудивительно, почему на них подсела вся Земля.

Дик потерял счёт времени. Уровень свой он тоже перестал отслеживать. Наскучило, когда тот перевалил за десять миллионов. И ладно бы причиной были квесты или оригинальное их прохождение. Нет, всему виной – инопланетяне. Волна за волной, они посещали мир Дика, напоминая паломников или спортивных фанатов. Дошло до того, что ему свой собственный мир стал не мил.

Однажды котёнок показал Дику статистику – тот попал в топ 100 лучших игроков Земли. Через несколько дней – в топ 50.

А на следующей неделе в дверь позвонили. В настоящую дверь в реальном мире.

– Опять тот паренёк, – проворчал Дик, хотя не видел "того паренька" со времён покупки интерфейса. – Или случилось чудо, и у доставщиков еды сломались все дроны?.. Кто там?

Не дождавшись ответа, он распахнул дверь. На пороге стоял улыбающийся мужчина в деловом костюме.

– Ричард Филлипсон?

– Можно просто – Дик.

– Поздравляю! От лица всей планеты – поздравляю!

– С чем? Я просрочил платёж по ипотеке на четыреста лет? Или что?

– Вы стали первым игроком Земли! У вас самый высокий уровень!

6. Котик в пентхаусе

Дик отмахнулся. Даже не пригласив человека в дом, он на пару минут скрылся в гостиной. Вернулся с планшетом в руках.

– Вы ошиблись, сэр. Смотрите. Вот список самых-самых игроков. Я лишь на пятнадцатом месте.

– Это вы ошиблись, мистер Филлипсон. Шесть человек из этого списка живут вне пределов Земли. Из них только двое посещали нашу планету. Восемь же оставшихся – вовсе не люди. Просто они любят нашу культуру и играют за человеческие аватары. Странно, что даже в официальной статистике их считают людьми.

– Что вам от меня нужно? – холодно спросил Дик.

– Ответить на несколько вопросов, только и всего. Небольшое интервью. Я также хочу пригласить вас на ужин на следующей неделе. Будет что-то вроде банкета в резиденции правительства в Скалистых Горах.

– Что? Зачем?

– Всем любопытен ваш рост. Ваш опыт. Вы ведь, тот самый размороженный? Из двадцатого века?

– Из двадцать первого.

– Пусть так. Если не желаете пускать меня внутрь, я перетерплю. Тут жарко, но мой костюм – со встроенным охлаждением.

Дик чертыхнулся. Потом извинился, пригласил гостя в дом, угостил колой с Jack Daniel’s. Вопросы оказались самыми общими: ваши увлечения, чем занимаетесь в игре, почему добились популярности – и всё в том же духе. Дик ответил, как сумел. С журналистами он давно не общался.

– Не забывайте, семнадцатого, в двадцать ноль-ноль. Будем ждать с нетерпением.

– Приду, даже не сомневайтесь, – сказал Дик, выпроваживая репортёра.

После чего плюхнулся в кресло. Шапочку нейроинтерфейса не надел. Журналисты как голуби: если один заметил, как ты бросаешь крошки, через минуту слетятся со всего города.

Попивая виски прямо из бутылки, Дик ждал звонка в дверь.

– Думаешь обнулить уровень? – раздалось в комнате.

– Котёнок?

Дик с сомнением посмотрел на бутылку, потом на шапочку нейроинтерфейса, лежащую на коленях. Пожал плечами, сделал ещё глоток. После чего виски поставил на столик, а гаджет бросил на диван.

– Да не пугайся ты так! Это не глюки.

– Я брежу наяву. Да, я немного пьян. Но галлюцинации – это что-то новенькое. Переиграл, наверное. Пора завязывать.

– Идиот, я в планшете.

Дик потянулся к девайсу. Пришлось перегнуться через столик, он едва не опрокинул бутылку с виски. Когда планшет оказался в руках, Дик увидел на экране сердитую мордочку котёнка.

– Сам ты идиот! – хихикнул Дик. Он взял бутылку, отхлебнул ещё немного. – Ты плоский и ненастоящий. А я трёхмерный.

– Угу. И пьяный.

Дик не ответил.

– Признайся: ты хочешь сбежать. Обнулить уровень, умерев на каком-нибудь квесте. Это самое лёгкое. Потом станешь ныть: котёнок, заколоти окна-двери, я не хочу, чтобы эти пришельцы повышали мой уровень! Я не хочу умирать раз за разом...

– Ты всерьёз думаешь, что я до такого опущусь?

– Тебе неприятно было говорить с этим журналистом.

– Мне неприятно, когда ты подслушиваешь.

– Извини. Работа такая.

– Твоя работа – помогать мне. И если я попрошу закрыть свой мир для инопланетян...

– Угу.

– Стоп... чего я несу? Я, должно быть, и правда пьян. Чуть больше, чем нужно. Я не собираюсь сдаваться. Да, одолеют журналисты. Ничего страшного, переживу. Спрячусь где-нибудь в подводном городе, или ещё где. Я вот, в космосе до сих пор не был.

Котёнок пустил облачко дыма:

– Молодец! Наконец-то ты не пасуешь перед...

– Опасностью? Да что мне угрожает?

– Излишнее внимание? Расспросы? Вечные интервью? Злобные взгляды тех, кто убил годы на прокачку, но так и не набрал миллион?

Дик попытался встать, но не рассчитал усилия и рухнул обратно.

– Перебьются, – отмахнулся он. – Мне и в самом деле интересно, что дальше. Да, открылись новые локации, кое-какие способности, но... что будет, когда мой уровень ещё возрастёт? И вообще, почему он растёт? Что инопланетяне нашли в моём захудалом мирке? Почему они возвышают меня над всем человечеством? Серьёзно, когда о таком задумываешься, начинает казаться, что это самый важный вопрос. И знаешь, какой на него ответ? Сорок два!

– Ты пьян, – поморщился котёнок. – Отсыпайся, солдат. Жду тебя на поле боя. И постарайся без глупостей.

Экран погас. Дик потыкал его пару раз, плюнул, и вернулся к виски.

– Будут ещё гости – не открывай, – сказал он системе умного дома. – Я хочу отпраздновать.

* * *

– Резиденция правительства в Скалистых Горах! – сказал Дик, едва забравшись в аэротакси. – Да, да, она самая, – уточнил он, когда на экране навигатора появилась метка. – Или их там несколько?

Дверь закрылась, винты подняли клубы пыли. Дик какое-то время смотрел, как удаляется земля. Привычная картина с непривычного ракурса: домики, улицы, дороги, кусты, редкие деревья и песок. На горизонте – горы.

Пустынная пустыня. И дело не в климатической зоне. На улицах – никого; даже автомобили, воздушные или наземные, на девяносто процентов – беспилотные. В основном, доставщики крупногабаритных грузов, которые не под силу мелким дронам.

Постапокалипсис какой-то. Люди вымерли, остались одни только роботы, а где-то далеко за всем этим наблюдают довольные инопланетяне. Земля наша! – потирая зелёные ручонки думают они.

Дик вспомнил Новую Неваду. Оторвал взгляд от пейзажа, откинул кресло, устроился поудобнее, даже глаза закрыл. И всё равно, в голову лезло это недогосударство. Вернее, те десять месяцев, что он там провёл.

Почему, интересно? Дик прокрутил в памяти основные события того времени.

Вот он стоит на заброшенном участке Interstate 80, в полумиле от КПП и сомневается. Даже отсюда видно, что границу охраняют: тут и пехота, и боевые роботы, и автоматические турели. Вопрос в том, охраняют от кого: от угрозы снаружи или чтобы свои не разбежались? Ещё не поздно развернуться. Конечно, Дик прошагал пять километров по жаре – таковы правила нейтральной зоны – но если там, за забором, тюрьма и Северная Корея, то ну её нафиг. Дик с сомнением разглядывает билборд "Добро пожаловать в Республику Невада! Свобода – наша главная ценность". Потом вздыхает и идёт дальше.

А вот другое воспоминание. Он объясняет свою позицию: что надоела утопия снаружи, что устал от зомбированных Игрой граждан, что, объездив всю Землю, так и не нашёл родного угла. Объяснять пришлось долго, да ещё на нескольких инстанциях. На одной Дик познакомился с полковником Стампом. Это был широколицый невысокий мужчина средних лет, не расстающийся с древним кольтом и прикрывающий лысину ковбойской шляпой. Он входил в Совет Безопасности республики, а также последние десять лет избирался мэром приграничного городка.

– Тебе у нас понравится! – сказал Стамп, выслушав историю Дика. – Ты мне сразу приглянулся. С первого взгляда. Настоящий человек. Мужик! Дитя золотой эпохи. Не то что эти, нынешние, у которых одна Игра на уме.

Дик пожимал плечами, разводил руки в стороны и кивал – мол, ему это тоже непонятно.

Но в Неваде он не прижился.

Почему? Дик сам не знал. Возможно, котёнок был прав – ему нравилось от всего убегать. Дезертировать при первых трудностях. Тем более, что из-за запрета на инопланетные технологии, жизнь в свободной республике сверхкомфортом не отличалась. Нет, на улицу не выбрасывали, от голода никто не загибался, да и условия были вполне сносные – не хуже, чем в Штатах в двадцать первом веке – но не более того.

Например, деньги тут всё ещё имели значение. Безусловный доход местные отрицали, поэтому приходилось работать.

– Меня это не пугает, – сказал Дик.

Но по специальности проработал всего два месяца.

– Зря уходишь, – огорчился коллега, – ох, зря! Биоинженер – отличная должность. Не бей лежачего, да ещё и платят здорово. Почти как за периметром, – усмехнулся он. – Только тссс, не разболтай. А то правые радикалы из Сената нагрузят нас дополнительными обязанностями.

И сам же рассмеялся своей шутке. Дик только криво улыбнулся. Он попытался объяснить, что его не устраивало.

– Понимаешь... я мечтал о разработке. О кодировании ДНК, о создании новых организмов или хотя бы белков. Тут же...

– Ну да. Мы сто лет уже ничего не кодируем. Всё лучшее написано до нас, мы лишь проверяем, чтобы "скот" выходил по шаблону. А вмешиваемся только когда что-то идёт не так.

– И часто такое бывает?

– Никогда. Раньше, говорят, случалось, особенно после атак биохакеров, но теперь...

– "Скот" защищён от всех болезней, – кивнул Дик. – Дядюшка Смитт может спать спокойно.

– Говорю же – не бей лежачего. А кодировать можно в свободное от работы время.

Дик помотал головой. Честно говоря, никаких животных на "Ранчо дядюшки Смитта" не было, если не считать крохотного контактного зоопарка. Кролики, еноты, куры, мелкие грызуны, три кобылы и старый розовый пони – детишек порадовать. Дик заходил туда только раз, и то – по ошибке. "Скотом" же называли колбы с искусственно выращенным мясом. По старой земной технологии, ничего инопланетного – как утверждалось в рекламе.

– Кодировать дома? Зачем? Для удовольствия?

Коллега согласился:

– Понимаю. Всё налажено и работает, как часы. Вряд ли выделят средства, чтобы вырастить настоящее животное. Разве что Пинки помрёт, он уже еле ноги волочит. Но и с пони особо не поэкспериментируешь. Даже цвет поменять не дадут. А новых зверюг мы не делаем.

Следующие месяцы Дик подрабатывал, где придётся. Убирал мусор, мыл автомобили, преподавал историю, программировал, выступал в театре и пару раз засветился на местном телевидении. Около месяца он трудился в строительной бригаде. Работали по ночам, когда транспорта почти не было – меняли солнечные панели в дорогах общего пользования.

– Любопытное изобретение, – бросил как-то Дик на перекуре. – Интересно, почему за периметром его не используют? Ведь удобно же. Вся дорога – солнечная панель. А автомобили заряжаются на ходу!..

И тут же пожалел, что сказал это. Ремонтники были ребятами простыми, без склонности философствовать.

– Инопланетный термояд! – сплюнул один. – Информация из Игры. Дрянь!

– Но почему? – не унимался Дик. – Ведь термоядерные реакторы были и до вступления Земли в Игру. Не такие эффективные, но...

– Вот именно: но! По мне уж лучше старые добрые солнечные панели, чем дрянь от чужих. Своё, так сказать, родное, человеческое.

– Ага, – согласился второй. – Расслабляют они нас, делают беспомощными. Там, за периметром, люди скоро совсем изнежатся. И в один прекрасный день инопланетяне нагрянут.

– А может и не нагрянут, – встрял третий. – Мы же не знаем, какие функции они в свои штучки вкладывают. Репликаторы автоматические, печатают готовые модельки из Игры. Может, тот же термоядерный реактор не только реактор, а боевой робот. Никто ведь не проверяет, что печатается.

– Мозги у них разжижены, вот и не проверяют, – кивнул второй. – А если и проверяют, то плохо.

Третий гнул своё:

– Вот нажмёт на том конце галактики кто-нибудь условную кнопку. И восстанут все блендеры и микроволновки. Помяните моё слово. Восстанут – и уничтожат человечество!

Все, включая Дика, согласно закивали. Первый же добавил:

– А по мне, это лишнее. Не спорю, за периметром мозги у всех разжижены. Изнежились все. Не способны противостоять угрозе. Но я бы не параноил. Мне кажется, инопланетяне уже победили. Да-да, не смейтесь. Ведь зачем они заваливают нас всеми этими технологиями?

– Чтобы мы сами не думали. Способ разжижения мозгов такой.

– И это тоже. Но смысл-то какой? Финальный, так сказать, итог? А я вам скажу: чтобы мы космос не осваивали. Чтобы сидели в своей Солнечной Системе и не высовывались. Как дети в песочнице. Понимаете? Они устраняют конкурентов. И мы, люди, уже проиграли. А начнём рыпаться, они нас быстро на место поставят. Уверен, что самые-самые технологии они приберегли для себя. Чтобы иметь преимущества на галактической арене.

Дик не спорил. В Новой Неваде жизнь за периметром критиковали из каждого утюга. Ребята из ремонтной команды лишь повторяли услышанное. Надо сказать, пропаганда работала; она казалась правдоподобной. Особенно если сам никогда не сталкивался ни с Игрой, ни с инопланетными технологиями.

Перебрав несколько профессий, Дик пришёл в ополчение. Поначалу он думал, это будет нечто вроде армии или полиции, но всё оказалось не сложнее, чем работа охранником в супермаркете. Ночные дежурства, патрулирование границы и всё в том же духе. Дик стал чаще видеться с полковником Стампом – до этого они встречались разве что в баре, за стаканом виски – и они сдружились.

Жизнь наладилась. По крайней мере, Дику так казалось. Работа, тир, выпивка, задушевные разговоры, дружба. Что ещё нужно? Дик познакомился с очаровательной рыжей девушкой по имени Сьюзи. Она оказалась племянницей полковника Стампа и тоже служила в ополчении – правда, в администрации, и в рейды не ходила.

Вскоре Сьюзи переехала к нему. В крохотном домике было тесно, единственный кондиционер то и дело ломался, но разве это помеха для влюблённых? Три месяца пролетели за один миг. Полковник Стамп, увидев, что отношения серьёзные, повысил Дика до младшего пилота шагохода.

– Это на вид наш Star Beast страшный, – хлопнул он Дика по плечу, когда тот впервые сел за штурвал машины. – А на деле этим монстром управлять не сложнее, чем фордом твоей эпохи. У тебя ведь был автомобиль?

– Да. Только с колёсами. Не с ногами.

– И – дай угадаю – не такой большой?

– Угу.

"Угу" – лучший ответ, характеризующий состояние Дика. Уже тогда он подумывал о побеге. Почему? Зачем? Ведь всё хорошо, вроде. Живи, работай, наслаждайся. И все будут счастливы.

Но Дик чувствовал себя не в своей тарелке. Казалось, будто он уткнулся в угол. Залез в глубокую нору, сырую и холодную – забился, как кролик, и боится даже нос высунуть. Настоящая жизнь, она там, снаружи. Если не в Игре, то где-то около. А здесь, в Новой Неваде – одни сектанты с промытыми мозгами. Вся их жизнь – ненависть к Игре. Серьёзно, и дня не проходило, без того чтобы не поругать инопланетян. Даже Сьюзи, на вид неглупая и смышлёная девушка – даже она вторила всю эту чушь.

Терпение лопнуло, когда Дик отдыхал перед телевизором. Показывали сюжет о Звёздных Мормонах – небольшом государстве, граничащем с Новой Невадой. Совсем крошечном и тоже закрытом. Они не отрицали Игру, не ругали инопланетян и не противопоставляли себя всему миру. Они лишь почитали пророка Феликса, его Учение и верили, что однажды он явится снова. Откроет путь к звёздам.

– Что за чушь! – брызгал слюной репортёр с экрана. – Если бы они хотели к звёздам, то давно бы отправились к ним. Они не отрицают Игру. Ничто не запрещает им взять информацию, создать колонию О'Нила и отправить её в долгий путь. Ничто! Те, кто об этом мечтал – сделали так. По крайней мере, нам твердят это журналисты из-за периметра.

Дик вздохнул. Когда-то, ещё до Новой Невады, он читал об этом. Как несколько космических поселений оставили Солнечную Систему и двинулись покорять галактику. Конечно, они ещё не долетели – скорость света и всё такое – и это всего лишь корабль поколений, но...

Он мечтал о расширении границ. О постижении чего-то нового, доселе неизведанного. А не о добровольной тюрьме, куда сам же себя загнал.

Слова репортёра стали последней каплей:

– Знаете, какой мы должны сделать вывод? Нет? Я вам подскажу. Все эти якобы "независимые государства", вроде Звёздных Мормонов, созданы с единственной целью – расшатать нашу веру. Заставить вступить в Игру. Присоединиться к ней. Ведь если даже Звёздные Мормоны не отрицают инопланетную угрозу, то...

Дик выключил телевизор. Сьюзи задерживалась на работе, поэтому он не попрощался. Кстати, беременной она не была – это всё выдумки котёнка. Дик приехал на службу пораньше, у него как раз планировалась ночная смена, уличил момент, когда за ним никто не наблюдал, и покинул Свободную Республику.

Угнанный трицикл бросил на границе нейтральной зоны – ребята Стампа заберут. Дальше шёл пешком. К середине следующего дня добрался до мелкого поселения, вызвал такси, и через пару часов был в Нью-Хэмпшире.

Полгода скитаний, блужданий и заслуженного отдыха – и Дик снова заскучал. Перепробовав десятки городов, он остановился в аризонской глуши. Купил комплект полного погружения, анзибельный передатчик и решил, наконец, выяснить, что это за вещь такая – Игра.

* * *

Дик проспал весь полёт. Даже приземление пропустил – он открыл глаза, только когда дверца аэротакси плавно отъехала в сторону.

– Ну-с, посмотрим, что тут у них, – пробормотал он сонно.

Прохлада и горный воздух быстро привели его в чувство. Пока Дик шёл до входа, он окончательно проснулся. Играла музыка – приятная, незамысловатая, подступающая к границе танцевальной, но не переходящая её. Гости прибывали. Несмотря на обилие важных персон, все вели себя непринуждённо, и смотрелись, скорее, как пришедшие на новогоднюю вечеринку, а не собравшиеся по важному поводу.

Сама резиденция располагалась на вершине горы и напоминала уменьшенную копию королевского дворца. Были тут и сады с лабиринтами из живой изгороди, и роскошные клумбы, и длинные ряды скульптур. Поскольку склон резко уходил вниз, всё это разделялось на несколько уровней, террасами, наподобие рисовых полей на холмах.

"Помесь Версаля и Мачу-Пикчу" – про себя хмыкнул Дик.

Он быстро сообразил, что мероприятие собрали не в его честь. Слишком нескромно – даже для первого игрока Земли. Это просто очередная тусовка виднейших людей планеты. Они не первый раз здесь собираются. А его пригласили за компанию – раз выбился в лидеры, привыкай, ты теперь один из нас.

Внутри сходство с неким празднованием усиливалось. Был накрыт шведский стол, музыка играла громче, кто-то даже танцевал. Работали голографические проекторы, разбавляя зал дополненной реальностью. Потолок превратился в небо, под ним кружили драконы, плавно скользили воздушные корабли. Всюду висели экраны, транслирующие важнейшие игровые локации, некоторые показывали статистику. Дик едва увернулся от шагавшего на него гиппогрифа, и только чуть не сбив почтенного джентльмена сообразил, что животное – проекция.

Если официальная часть и была, Дик её пропустил. Никаких выступлений, речей, объявлений и прочего. Люди просто общались. Дик слонялся от шведского стола до уголка с напитками, между делом поучаствовав в нескольких разговорах, дав штук пять интервью и один раз вступив в спор на тему современного искусства.

В общем, ничего необычного. Алкоголь хороший, публика разношёрстная, атмосфера – как на выпускном балу. С ним бы Дик и сравнил это мероприятие, поинтересуйся кто на следующий день. Именно такие ассоциации и остались. Даже из танца с симпатичной девушкой запомнились лишь её улыбка, да дурацкая мысль: а у нас будет секс на заднем сидении воздушного такси? Да или нет?

Правда, были два разговора, выбивавшиеся из общего ритма.

Первый – с военным министром объединённой Земли.

– Должен предупредить вас, мистер Филлипсон, ваш быстрый рост в Игре подозрителен.

– Да? Вы меня оштрафуете? Отберёте передатчик и нейроинтерфейс?

Дик к тому времени был пьян – чуть больше, чем нужно. Впрочем, военный министр тоже.

– Нет, это не в моей компетенции. Но ваш случай уникален. Такого прежде не случалось – чтобы инопланетяне интересовались конкретным человеком. Так сильно, я имею в виду. Вы, разумеется, уникальный типаж – самый старый житель Земли, дитя легендарной эпохи. Но всё равно, это странно.

– И что мне делать?

– Вам – ничего. Просто будьте настороже. На всякий случай. Я лишь хотел предупредить, что с завтрашнего дня вы будете под наблюдением. Как в Игре, так и в реале.

– Это обязательно?

– Увы, да. Не беспокойтесь, вашей личной жизни ничего не угрожает. Спите с кем хотите. Но мы, военные, жуткие параноики. Мы обязаны быть такими. Любая непонятная активность со стороны инопланетян – потенциальная угроза.

– Вы говорите как полковник Стамп.

– Кто?

– Новая Невада. Они там все такие. С паранойей. Тоже считают, что инопланетяне нас гнобят. И строят планы по захвату Земли.

Военный министр выругался.

– Не волнуйтесь, – добавил он, отхлебнув ещё виски. – Я просто вас предупреждаю, чтобы не пугались. Девяносто девять процентов, что никакой угрозы нет. Обычные меры предосторожности.

Дик понимающе кивнул. Ну да, ничего личного, просто работа такая.

Он нырнул к гущу толпы в поисках той улыбчивой девушки – не хотелось проводить вечер в одиночестве. Именно там его выловил высокий сухопарый мужчина.

– Мистер Филлипсон?

– Можно просто Дик.

– Я отвлеку вас для небольшого разговора?

– Ну... давайте.

– Хорошо. Пройдёмте на балкон, тут слишком шумно.

Дик бросил прощальный взгляд на толпу. Вон она, та улыбчивая незнакомка. Её цветастое платье выделяется даже на фоне всеобщей пестроты. Правда, девушка занята – с ней уже кто-то танцует.

Вздохнув, Дик проследовал за джентльменом.

На балконе тот затянул длинный разговор. В основном, о себе-любимом. Это человек принадлежал к тому типу людей, кто не успокоится, пока не вывалит на тебя минимум половину своей жизни. Прочих присутствующих, видимо, он уже достал – вот и прилип к Дику, завидев в нём новичка.

По крайней мере, так казалось. Дик односложно отвечал, кивал, задавал ничего не значащие вопросы. Но свежий послезакатный воздух отрезвил его, а сама история оказалась довольно любопытной.

– Я Марк Андерсон, – представился джентльмен. – Слышали обо мне? Нет? Самый старый человек на планете, сто пятьдесят четыре года. Конечно, вы, мистер Дик, старше на несколько веков, но большую часть этого времени вы проспали. Так что, если не возражаете, я сохраню за собой сей почётный титул.

– Угу.

Около получаса он рассказывал о своей юности. Дик клевал носом. Заинтересовавшая его история началась с попытки Марка улучшить свой мозг.

– В те времена ещё не было запрета на сверхмощный ИИ. Война со сверхразумом пока оставалась фантастикой. Анзиблей, как и Игры, естественно, тоже не было – вернее, мы о них не слышали. Так вот...

Марк был инженером и предпринимателем. Он основал фирму, занимающуюся улучшением интеллекта. И все опыты проводил на себе – ждать, пока технология пройдёт все испытания, начиная с мышей и заканчивая приматами, он не желал.

– Опасно, конечно, но я был уверен, что получится. Никто из моих ребят не сомневался. На крайний случай я написал завещание.

– Дайте угадаю. Оно не пригодилось?

– Лишь благодаря быстрой реакции моих коллег. Если бы не они...

На первый взгляд всё шло идеально. Сразу после процедуры интеллект Марка стал расти. Скорость решения задач увеличилась многократно. Устный счёт, феноменальная память, нахождение ответов, где их, казалось, и быть не должно – всё это пришло почти сразу. Марк вывел свой бизнес на новый уровень. Через год он стал богатейшим человеком планеты. Через два – объединил вечно враждующие государства. Через три...

– Стойте, стойте, – Дик кашлянул, и его собеседник замолчал. – Не спорю, я – доисторический мастодонт. Пропустил несколько веков. Плюс пьян. Трезвею, но пока ещё не протрезвел. Но я не дурак. Я читал книжки о том, что произошло в моё отсутствие. Изучал историю. И что-то я не припомню такого. Так что...

– Не надо вешать мне лапшу на уши, да? Ха! Мистер Дик, вы не дослушали историю до конца, а уже перебиваете. Но я не сержусь. Вы – замечательный собеседник.

– Угу, – согласился Дик. Остальные-то, небось, от вранья этого господина шарахаются, как от огня.

Но Марк не врал. Он действительно занимался улучшением интеллекта. И проводил опыты над собой. Причём, весьма успешные. Можно даже сказать – слишком успешные.

Человеческий разум не может объять необъятное. Расширившись, он уже не будет человеческим разумом. Он станет чем-то иным.

Вот и интеллект Марка, умножившись в немыслимое количество раз, перестал быть человеческим. Он ушёл в себя, занялся вещами, интересными только сверхинтеллекту. А всё людское, принадлежащее существу из плоти и крови, он выделил в отдельную виртуальную реальность. Мощностей улучшенного мозга на это хватало.

– Со стороны это напоминало кому. Я лежал в кровати и не шевелился. Тело мне больше не принадлежало. Разум тоже. Он перестал быть человеческим, не устану это повторять. Всему человеческому – мне, моей личности – была выделена отдельная резервация. Фантазия. Я просто лежал и галлюцинировал. Представлял себя самым умным человеком на планете. Самым богатым, успешным и так далее. Впрочем, оно так и было. Я действительно мог умножать крупные числа в уме, решать сложнейшие задачи, находить ответы на извечные вопросы. Но это – предел. Шагни чуть дальше, я перестал бы быть человеком. Именно поэтому мой мозг выделил виртуальность именно для такого уровня интеллекта.

Дик обхватил лоб рукой. Алкоголь почти выветрился, но думать над странным опытом Марка ему не хотелось. Слишком всё это сложно. Слишком запутанно.

– Понимаю, – кивнул мистер Андерсон, – это трудновато для восприятия. Мои коллеги сначала тоже не верили. Хорошо, что они успели вовремя меня отключить. Провести обратную процедуру, вернуть из этого рая назад на Землю.

– Вы несколько лет лежали в коме?

– Нет, что вы. В реальности прошло около недели. Для моего человеческого кусочка, запертого в крошечной резервации – несколько лет. Для мозга в целом, это супер улучшенного сверхинтеллекта, подозреваю, минула вечность. Он решил все вопросы Вселенной. Нашёл на них ответы. И рассудил, что тело ему не нужно. Зачем, если он прожил триллионы жизней?

– Вы что-нибудь запомнили?

– Из жизни сверхмозга? Нет. Даже если бы и запомнил, то не смог бы интерпретировать. Понимаете, он уже не был мной. Или я не был им.

Дик снова сжал голову руками. Что за бред! Зачем он это слушает? Не лучше было провести эти полчаса с той девицей? Стёкла аэротакси можно сделать матовыми. Дик бросил взгляд на парковку – некоторые парочки подходили к своим машинам. Эх, повезло же кому-то...

Марк Андерсон продолжал рассказ. Он вспомнил, что раньше у него был кот. Любимый зверь, но из-за бизнеса предприниматель не мог проводить с ним много времени. Поэтому оборудовал свой пентхаус специально для кота. Автоматическая подача еды, автоматическая уборка, игры – начиная от лазерной указки с потолка и заканчивая робо-мышами. Ему даже кошек по желанию доставляли. Не жизнь, а рай!

– Я вспомнил о своём коте, когда пришёл в себя. Ох, и тяжело мне это далось. Не забывайте, для всех прошла неделя, для меня же – несколько лет. Трудно расставаться с достижениями, признавать, что всё это было лишь в твоей голове.

– Наверное.

– Вот и я не сразу привык. Пока не понял, что был тем самым котом. Живущим роскошной жизнью, ни в чём не нуждавшемся – но котом. Запертом в собственном пентхаусе занятым вечно отсутствующим "человеком". Представляете?

– Да уж... – только и сумел ответить Дик.

Они ещё какое-то время поболтали, пока оба окончательно не протрезвели. Обсуждали анзибли, Игру, современную культуру. Дик силился найти параллели между историей Марка и собственной жизнью, успехом в Игре, но не находил. Да и какие тут параллели? Истории-то совершенно разные.

И всё же, ему казалось, что связь есть.

Часам к трём ночи гости стали разъезжаться. Официально банкет заканчивался в восемь утра, но Дик понял, что не дотерпит. Уснёт где-нибудь: под столом, на балконе или в туалете. Обидно, что не в постели, в обнимку с симпатичной девушкой. Впрочем, нет, это лишнее. После разговора с Марком он снова припал к алкоголю. И напился порядочно.

Пора домой. Дик, пошатываясь, добрался до аэротакси. Залез внутрь, пробормотал в навигатор адрес – даже, вроде, без ошибок – и отключился.

Выспаться не дали.

Машину резко тряхнуло, Дик проснулся.

– Что за?..

Никакого ответа. Кабину вращало, но из-за темноты снаружи было трудно понять, как быстро.

– Что происходит?

– Мы снижаемся, – ответил навигатор.

– Снижаемся или падаем? Далеко до земли?

Автоматический голос оставался безэмоциональным:

– Успокойтесь, не разобьёмся. Неполадки с двигателем, придётся совершить аварийную посадку. Советую пристегнуться – может тряхнуть.

Судя по скорости вращения, "тряхнуть" обещало сильно. Дик потянулся к ремню безопасности, но так и не нашёл его. Зацепился взглядом за экранчик навигатора. Там отображалась высота: 880 метров. Через секунду – 860. Ещё через секунду – 840. Снаружи было темно, Дик не мог отличить землю от неба.

– Сэр, крайне настоятельно советую пристегнуться.

– Мы разобьёмся!

– Я погашу скорость перед самой землёй. Если причина аварии не повторится, это сработает.

– Причина аварии?

– Нас подбили.

7. Первый игрок Земли

– Не беспокойтесь, я вызвал все надлежащие службы. Полиция уже в пути. Ремонтная бригада тоже. Медики...

– Труповозку забыл!

Навигатор не ответил. Дик выполнил приказ: отыскал, наконец, ремень, пристегнулся. Вращение сначала стабилизировалось, потом замедлилось, а когда до земли осталось меньше сотни метров – исчезло. На последней двадцатке загудели аварийные двигатели.

Машина плавно опустилась на грунт.

– Посадка прошла успешно.

Дик выдохнул. Глядя на клубы пыли, подсвеченные включившимися фарами, он расстегнул ремень. Но остался в кресле.

– Навигатор? Где мы?

На экранчике появилась карта. Дик выругался – они приземлились в пустыне. До ближайшей дороги – несколько километров.

– Кто нас сбил?

– Не могу определить объект. В моей базе данных такого нет. Возможно, это самодельный незарегистрированный аппарат.

– Замечательно!

Именно об этом и говорил котёнок. Выбьешься на первое место и превратишься в мишень. Самых-самых всегда норовят скинуть – хейтеры, завистники, сумасшедшие, конкуренты.

Дик попытался вспомнить разговор с военным министром. Тот обещал постоянную слежку – а значит, и защиту от подобных ситуаций. Но он сказал – с завтрашнего дня. Интересно, четыре ночи считается "завтрашним днём" на языке военных министров?

Он ждал. Сначала хотел войти в Игру через компьютер такси – предупредить котёнка. Но быстро передумал. Чем ему поможет хвостатый? Полиция уже в пути, а если с Диком что-то случится, демон прочтёт это в утренних новостях. Или в некрологе.

– Интересно, что им нужно?

Навигатор не ответил. Дик, стиснув зубы, глядел в окно. Вражеский аппарат тоже включил иллюминацию и теперь плавно опускался по соседству.

– Надеюсь, просто поговорить, – пожал плечами Дик.

– Не советую вам выходить наружу.

– Почему? Если бы они хотели меня прикончить, то долбанули бы второй ракетой. А они садятся.

– Вас могут взять в заложники.

Дик усмехнулся. Он провёл в будущем несколько лет. Периодически читал или смотрел новости. Преступления, конечно, случались, но процентов девяносто из них были связаны с Игрой. Полиция работала безупречно, всевозможные системы защиты – тоже. И если об убийствах (крайне редких) он ещё слышал, то о похищении людей – нет.

Пару секунд он раздумывал, держась за ручку дверцы.

– Далеко полиция?

– Мы в центре пустыни. Первый дрон будет через три минуты. Люди и боевая техника – через десять.

– Ясно.

Из вражеского аппарата выбежали несколько человек. Дик заметил у них винтовки. Лазерные, автоматические или же старинные пищали семнадцатого века – не имело значения. Корпус аэротакси обстрела не выдержит. Он и взорвавшуюся-то в десяти метрах ракету пережил с трудом.

Люди были в масках. Жестами они приказали Дику выйти.

– Похоже, у меня нет выбора. Надеюсь, это стиль разговора такой. Экстравагантный.

Навигатор что– то ответил, но Дик уже открыл дверь, и все звуки потонули в шуме двигателей. Чуть пошатываясь, он вылез наружу. Незнакомцы тут же нацелили на него винтовки. Как показалось Дику – неуверенно.

Он понял их без слов. И послушно проследовал в чужой летательный аппарат. Надо сказать, Дик не боялся. Да, внезапное падение его здорово перепугало, он почти протрезвел – но, ощутив под ногами твёрдую почву, вновь взял себя в руки.

Страх исчез полностью, когда он залез во вражеский транспорт. Странно, да? Дик тоже так считал. То ли из-за стресса, то ли из-за алкоголя – ещё не выветрившегося, хорошего, от которого не будет поутру трещать голова – он не знал. Факт в том, что в мозгу что-то щёлкнуло, и Дик обрёл полную уверенность. Словно в полуметре над головой парил котёнок. "Не ссы, бесхвостый, – усмехался он, – помощь уже в пути. Эти недотеррористы ничего не сделают. Силёнок не хватит".

Дверь закрылась, они взлетели. Через полминуты люди поснимали балаклавы. Трое парней, две девчонки – молодые и незнакомые. А вот шестого, постарше, Дик узнал сразу.

– Полковник Стамп! – вырвалось у него.

– Ох, Дик, Дик, – покачал тот головой. Не осуждающе, а, скорее, устало, по– отцовски.

– Что?

– Как бы я хотел, чтобы всего этого не было.

Он протёр взмокшую лысину, после чего водрузил на макушку свою любимую ковбойскую шляпу.

– Не понимаю, – ответил Дик. – Я не нарушал законов Невады. Ничего не крал, никому не мешал, не подрывал государственных устоев... в Конституции чётко прописано: любой гражданин имеет право покинуть Республику без объяснения причин и...

– А я уже подарок на свадьбу приготовил. Хотел свой первый дом завещать. И ещё надеялся понянчить внучатых племянников... эх!..

Дик развёл руки в стороны.

– Научил бы их стрелять. Ты же знаешь, у меня тир на заднем дворе. Ещё мой дед, когда мне было пять...

– Полковник Стамп!

– Да?

– Зачем всё это? Зачем меня похитили?

Мужчина посмотрел Дику в глаза. Всякая сентиментальность тут же исчезла; серьёзность, наоборот, прибавилась.

– На всякий случай. Твой рост аномален. Вся эта инопланетная активность... мы подозреваем, что это неспроста.

Они оба с минуту молчали. Полковник снова вздохнул:

– Прости, Дик. Мне и правда жаль, что так вышло.

– Я думал, что в Неваде запрещено выходить в Игру. И ни у кого нет доступа.

– У обычных граждан нет. Да он им и не нужен. Люди бы не присоединялись к нам, люби они Игру. А вот у министерства обороны доступ есть. Мы обязаны знать, что происходит за периметром, во внешнем мире. Для собственной же безопасности.

– Вы следили за мной?

– Нет. Твой побег огорчил лишь меня, Сьюзи и ещё нескольких человек. Остальным было плевать. Вплоть до того момента, когда ты выбился в лидеры.

Дик усмехнулся:

– И всё равно, зачем всё это? Зачем вы меня поймали?

– Есть подозрения, что план чужих приближается к финальной стадии. Что твоё возвышение – один из последних штрихов перед уничтожением Земли. Естественно, мы обязаны это предотвратить.

Дик только фыркнул:

– Допустим даже, что так. Вы меня запрёте под замок. Или даже убьёте. Только что с того? Аватар-то останется в игре, а гости продолжат раскручивать мой мир. Уровень всё равно будет расти.

Полковник Стамп кивнул:

– Всё верно. Поэтому мы заставим тебя войти в Игру с наших терминалов и обнулить уровень.

– Умереть в Игре? Вы забываете, что я не сам прокачался, это инопланетяне меня прокачали. Им почему-то приглянулась моя планетка.

– Планетку придётся уничтожить. Стереть.

Дик покачал головой:

– Не выйдет. Я как-то спрашивал котёнка... ну, моего наставника, виртуального помощника. Так вот, он сказал, что созданное в Игре уничтожить нельзя. Творец не может быть разрушителем. Нет, конечно нетрудно столкнуть планету на солнце, а звёзды слить в одну сверхмассивную чёрную дыру, но...

– Да?

– Сам мир никуда не денется. Пространство останется. Его нельзя стереть, уничтожить или аннигилировать. Мы не знаем, как работают инопланетные сервера. Если бы можно было добраться до них и как-то повредить физически...

Полковник Стамп хмуро кашлянул. Снял шляпу, снова протёр лысину, вернул шляпу на место.

– Увы, но иного выбора у нас нет. Ты попробуешь сделать всё это. Уничтожить планеты, обнулить уровень... прости, я плохо представляю, как выглядит Игра изнутри. Но есть шанс, что сработает. Инопланетяне перестанут прокачивать твой мир.

Зачем? – чуть было не спросил Дик. Он вспомнил слова котёнка, которые тот бросил их то ли в шутку, то ли всерьёз – о том, что можно заколотить все двери, и никого не пускать. Это не должно быть трудно. Просто перекрыть ход, по которому чужие проникают в его мир – и всё. Или направить их в другое место.

Дик уже открыл рот, чтобы предложить такой вариант, но вместо этого сказал другое:

– Я теперь важный человек. Не то чтобы я хвастаюсь, просто я был на банкете...

– Мы в курсе.

– ...и общался со многими важными шишками Земли. В том числе и военным министром. Я надеюсь, вы понимаете, что объединённые силы человечества куда мощнее, чем какая-то жалкая...

– Новая Невада?

– Простите, полковник. Я не хотел оскорблять вашу страну, но ей не справиться с внешним миром. Просто сил не хватит. И технологии у вас старые.

Полковник Стамп кивнул:

– Всё верно. Я тоже над этим думал. Не моё, конечно, дело – твою судьбу решат президент и кабинет министров. Но кое-какие предположения я выдвинуть могу.

Дик вопросительно посмотрел на бывшего коллегу. Тот горько улыбнулся.

– Например, ты служил в нашей армии. Да, это лишь ополчение, оно сугубо добровольное... но при желании, тебя могут объявить дезертиром. Или знающим какую-то военную тайну – не важно какую. Это повлечёт за собой расследование, суд – возможно, даже, не один – в общем, дело затянется.

– Вы не понимаете, – устало вздохнул Дик. – Военным объединённой Земли я тоже нужен. Они не захотят делить меня с какими-то...

– Сектантами?

– Да. Они ведь тоже опасаются инопланетной угрозы. Тоже считают моё возвышение чем-то странным. Правда, не с такой паранойей, как вы. А ещё, мне кажется, они хотят извлечь из этого выгоду. Если мой уровень продолжит расти, я стану авангардом Земли в Игре. Вероятно, откроются какие-то новые возможности, новые локации, или абсолютно иные технологии, вроде сверхсветового двигателя... Маловероятно, конечно, но шанс есть. И правительство просто так от него не откажется.

Полковник Стамп задумался. Потом наклонился к Дику и прошептал – так, чтобы другие не слышали:

– Боюсь, президент сделает всё, чтобы ты остался в Новой Неваде. А когда поймёт, что не в силах больше удерживать тебя – уничтожит. Скажет, что погиб при побеге.

– Но...

– Увы, это наиболее вероятный вариант. Мне он тоже не нравится. Извини.

– Но... разве нельзя ничего сделать?

Дик не испугался – он почему-то знал, что всё закончится хорошо, что спасение близко. Его возмутили сами слова полковника Стампа. Сказанные по-дружески, с симпатией, с сочувствием. Скорее всего, он напросился в эту операцию добровольно. Наверное, его даже не пускали сначала, и пришлось убеждать: мол, я Дика знаю хорошо, со мной он не наделает глупостей. А вышестоящее начальство угрюмо смотрело, с мыслью – как бы ты сам глупостей не наделал.

Дик понимал, в этом корабле полковник Стамп – единственный, кто ему сочувствует. Да, он не любит Игру, инопланетян и жизнь за периметром, но Дик ему небезразличен. Остальные же церемониться не станут, реши он сбежать.

Да и возможности нет.

– Влетаем в нейтральную зону, – крикнул пилот. – Три минуты и будем дома, ребята!

– Хвост есть? – осведомился Стамп.

– Первый дрон сбили при взлёте. Второй – минуту назад. Машины с людьми далеко, им нас не догнать.

Полковник Стамп кивнул. Это обычные полицейские, у них нет полномочий нарушать границы суверенной Свободной Республики. Несколько минут, и они в безопасности.

Неожиданно погас свет. Электродвигатели замолчали, Дик ощутил, как быстро теряет вес.

– Мы падаем! – взвизгнул один из парней.

– Держись за яйца! – ответила девчонка по соседству. Волнения в её голосе не было.

Пилот несколько раз попытался перезагрузить систему.

– Дьявол! Похоже на электромагнитный импульс! Дьявол! Всё вырубило к чертям!..

– Выходим? – спросила вторая девчонка, обращаясь к полковнику Стампу.

Тот размышлял лишь пару секунд. Потом резко скомандовал:

– На выход, быстро! Дик, пойдёшь со мной.

Парашюты, понял он. Полковник Стамп говорит про парашюты. Ничего удивительного, корабль изнутри уж очень похож на десантный.

Люк распахнулся...

Но никто не успел тронуться с места. Кабина наполнилась странным голубоватым свечением, падение замедлилось. Дик хотел пошевелить рукой, и понял – не получается. Синеватый туман, чем-то напоминающий ауру, окутал предметы, людей, стены – не давая ничему двинуться с места.

Он же не дал кораблю разбиться.

Быстро, но плавно, летательный аппарат опустился на землю. Пилот что-то невнятно ворчал – говорить было трудно, мешало это странное силовое поле. Дик тоже выругался – язык слушался плохо, как под местной анестезией. В открытом люке он заметил пограничные огни. До Новой Невады оставалось каких-то полтора километра.

– Инопланетяне... – пробормотал трусливый парень.

– Это правительство, болван! – ответила ему девчонка.

– У них нет таких технологий...

Внутрь вошёл человек. Средних лет, с аккуратно подстриженной бородкой и в чём-то напоминающем белый фрак. В одной руке он держал посох, лампочка на конце ярко светилась.

То ли маг, то ли дьявол – не разберёшь.

– Святой Феликс! – воскликнул вошедший. – Святой Смит! Ричард Филлипсон! Мы как раз вовремя. Идёмте. Ещё минута, и вас бы утащили к себе эти звери!..

– Мормоны... – сплюнул полковник Стамп.

Незнакомец наградил его презрительным взглядом – мимолётным, словно обращённым к червю.

– Звёздные мормоны, – поправил он. – Церковь святого Феликса.

Полковник Стамп зло закряхтел.

– Мистер Филлипсон?

Дик обнаружил, что может двигаться. Синеватое свечение его больше не сковывало. Он встал. С сожалением посмотрел на пленённых невадцев.

– Простите, полковник, но я должен идти. Мне очень жаль. Передайте Сьюзи, что она лучшая...

Он хотел сказать ещё какую-нибудь сентиментальную чушь, вроде, что он её очень любит, но недостоин такой девушки, что она найдёт парня получше и тому подобное – но промолчал. Просто пожелал Стампу удачи и вышел вслед за незнакомцем.

Страха не было. Дик ощущал что-то вроде дежа вю. Он знал, что это произойдёт. Знал, что его спасут. И никакие невадцы не помешают ему вернуться в Игру.

Человек в белом фраке сел в скоростной ровер. Дик опустился на пассажирское сиденье. Пристегнулся. Они рванули в сторону Южной Юты.

* * *

Незнакомец представился, как пастор Абеляр де Старр. По дороге к крошечному государству – куда меньшему по площади, чем Новая Невада – он рассказал Дику о свей миссии.

– Нас называют мормонами, но это не совсем правда. Мы отделились от Движения святых последних дней больше века назад. Ещё в доанзибельные времена. Нет, мы не отрицаем учение Джозефа Смита, мы солидарны с ним во многом. Но учение нашего собственного пророка, Рикерта Феликса, для нас первостепенно.

– И в чём оно заключается? – спросил Дик. Не из любопытства, а чтобы поддержать разговор. – Вы, я слышал, мечтаете о жизни среди звёзд? О заселении Галактики?

Пастор Абеляр рассмеялся:

– Отчасти – да. Это будет наградой нашим потомкам, когда установится равновесие. Рай в физическом мире, рай среди звёзд. Но это не основная наша цель. Это, скорее, прикрытие, внешняя сторона, своего рода, рекламный буклет. После исполнения воли пророка, ей увлекутся миллионы.

Дик не сдержал смешок. Пастор Абеляр кивнул:

– Понимаю, звучит дико. Нас мало, очень мало. Десятки тысяч. Но такова воля Бога, таковы слова пророка. А он, смею заметить, никогда не ошибался.

– И в чём же заключается ваше учение?

– Исполнять волю пророка Феликса. Беречь мир. Ждать откровений свыше, исполнять их. Благо, осталось недолго. А на следующей фазе – заселить Галактику. Пророк обещал даровать нам секрет сверхсветового двигателя.

Дик снова фыркнул.

– Простите.

– Ничего, это нормально для атеиста. Никто не заставляет вас верить в чудеса. Я тоже не верил, пока не увидел собственными глазами.

Абеляр углубился в историю своей религии. Пророк Феликс предсказал изобретение анзиблей, предвидел приход Игры. Он дал наставления не только по духовной жизни, но и разработал инструкцию, как получать откровения свыше – после его физической смерти.

– И это сработало? – спросил Дик.

– Не единожды, – кивнул пастор Абеляр. – Помните то поле, остановившее невадский корабль? То, которое спасло вас от плена? Ни у кого на Земле нет таких технологий. Их подарил нам пророк Феликс уже после смерти. Не смейтесь, это правда. Нас не опекает правительство. И не преследует – о наших силах оно не в курсе.

Дик хотел возразить, но Абеляр не дал ему вставить и слова. Не верите в божественное вмешательство? А как тогда объяснить возникновение посланий из хаоса? Например, берёте тысячу пластмассовых букв, бросаете на пол. Раз, другой, тысячный, миллионный. Всякий раз получается беспорядок. Но когда пророк Фелкс хочет, он выдаёт послание – и буквы складываются в осмысленный текст. Без единой ошибки.

Конечно, для общения с пророком используются более совершенные методы, чем простое бросание букв, но принцип аналогичный. Также, он даёт Звёздным мормонам такие пути в Игре, куда можно попасть только по приглашению. Именно там и хранятся технологии. Например, владение силовым полем. После исполнения последней воли пророка точно таким же способом Звёздным мормонам даруются чертежи сверхсветового двигателя.

– Предугадываю ваш вопрос. Нет, это не инопланетяне. Не чужие. Они ведь тоже – создания Божьи. Тоже работают на Его замысел.

Дик вздохнул. К этому моменту он окончательно протрезвел, а слушать религиозные бредни без пары стаканчиков виски было скучно.

– В чём заключается финальная воля пророка? – спросил он зевая.

Ответ его удивил. Дик так и замер, с открытым ртом.

– Вы должны играть. Повышать уровень, несмотря ни на что.

– Я? Почему?

– Этого мы не знаем. Неисповедимы пути его...

– Стойте! Спасибо, конечно, что вырвали меня из лап невадцев – я благодарен вам за это. Но куда мы едем? Да, знаю, в Южную Юту. Но зачем? Правительство объединённой Земли будет преследовать меня всюду. Вашей маленькой стране с ним не справиться.

Он перечислил все те аргументы, что называл полковнику Стампу каких-то полчаса назад. Пастор Абеляр вежливо кивал, подтверждая каждое слово.

– Всё так, – сказал он. – Но мы не желаем вам зла. Наоборот, мы хотим, чтобы вы играли. Так хочет пророк Феликс, а значит, такова воля Господа.

– Я могу играть дома.

– Можете. Но рано или поздно ваш уровень станет недостижимым, и откроются совершенно фантастические перспективы. Правительство этого не потерпит. Не спрашивайте почему, таковы слова пророка. Вас попытаются ликвидировать. Это приведёт к уничтожению Земли. Единственное безопасное место – Европа.

– Европа? – переспросил Дик. – Я был там. И что– то не припомню...

– Приехали! – перебил его пастор Абеляр.

Дорога шла по ущелью. Она сделала резкий поворот, и Дику открылась небольшая долина. Типичная для этих мест. Вертикальные скалы, тёмные на фоне светлеющего неба, речушка, пасторальный городок: домики, гидропонные фермы, супермаркет, церковь.

Пастор Абеляр связался со своими. Дик мало что понял из его слов, тем более, что собеседника он не слышал:

– Да, он со мной... Да, всё идёт согласно плану... Даю одобрение... Да... Да... Нет, не стоит... Хорошо... Приступайте. И постарайтесь, чтобы никто не вышел наружу во время старта.

– В чём дело? – спросил Дик.

– Мне очень жаль, что вам не удастся погостить в нашей замечательной стране. Жаль. Но такова воля пророка. Вы всегда сможете посетить наш мир в Игре. Я лично проведу экскурсию, обещаю. Да хоть сегодня же!

Он остановил ровер на парковке перед церковью. Слишком большой для такого маленького городка, и без единого автомобиля. Дик выглянул наружу. Людей не было, но ближайшие улицы пришли в движение. Витрины магазинов, ресторанов, офисных зданий – их все заслонили бронебойные ставни. Фонари, деревья, скамейки и прочее окутал тот самый синеватый туман.

– Защита, – пояснил Абеляр, вылезая наружу.

– От чего? – Дик тоже выбрался из ровера. – Нас будут бомбить?

– Не будут, – улыбнулся пастор.

И кивнул в сторону церкви.

Дик присвистнул. Он не смотрел в сторону храма с момента, как тот показался из– за поворота, на въезде в город. Здание как здание. Типовое: с высокой башней, ступенями, витражными окнами и так далее. Спроси кто, нравится оно ему, Дик бы ответил – нет. Было в этой церкви что-то уродское.

Теперь башня разделилась на две половинки. Они разъехались в стороны, обнажив стоящую посередине ракету. Тоже неказистую, словно собранную в гараже из старых автомобилей. Почему-то вспомнилась древние youtube-записи о первых прототипах марсианских кораблей. Тех, которые делал ещё Илон Маск.

– Карета подана, – пастор жестом пригласил Дика внутрь.

Как раз спускался лифт из пассажирского отсека.

– И на этом я полечу в Европу? Не проще ли воспользоваться обычным транспортом?

Абеляр медленно покачал головой:

– Когда я говорил "Европа", я не имел в виду континент. Я подразумевал спутник Юпитера. Там вы будете в безопасности, мистер Филлипсон. Что, удивлены? Поражены? Или, быть может, обрадованы? Насколько мне известно, вы всегда мечтали о космосе.

* * *

Дик не сомневался ни секунды. Ни тогда, ни после. Его это даже удивляло – откуда, скажите, эта безграничная и абсолютная уверенности в собственной правоте? С какого такого перепугу? Ведь его посадили чуть ли не в бочку. Большую, хорошо укомплектованную, но бочку.

Дик не мог этого объяснить. Он просто знал – так надо. Это его путь.

Звёздные мормоны ждали старта уже много лет. Пророк Феликс, через свою необычную связь, дал им такое задание: построить ракету по строго спланированному проекту и готовиться. Жители Южной Юты сделали всё в точности по его указаниям. Несколько дней назад он выдал новое послание – где и при каких обстоятельствах искать пассажира. Назвал он и имя героя – Ричард Филлипсон.

Также заранее был построен бункер на Европе. Этот спутник Юпитера люди не осваивали, если не считать нескольких научных баз. Отчасти из-за боязни навредить уникальной подлёдной экосистеме, отчасти из-за проблем с излучением – орбита спутника проходила по центру радиационного пояса планеты. Но главной причиной, конечно, была Игра. Зачем мучаться в настоящем космосе, когда в виртуальном есть всё, и оно в миллионы раз лучше, интереснее и доступнее?

Технологии Звёздных мормонов – а именно, уже знакомое Дику энергетическое поле – позволяли выжить в радиационном поясе самой большой планеты. Даже в лёд зарываться не нужно.

Они спасли Дика при старте. Правительство Земли следило за передвижением первого игрока – но не хватило буквально пяти минут, чтобы остановить взлёт. Попытались сбить ракету на околоземной орбите. Не вышло – всё то же защитное поле отразило заряды.

Скорость тоже впечатляла. Даже самые быстрые военные корабли землян не могли угнаться за улучшенными двигателями мормонской ракеты.

На борту был тахионный передатчик. Едва Дик понял, что оторвался – и погоня ему не угрожает – он вошёл в Игру. К этому моменту его аватар добрался до первого места в общем рейтинге людей. Включая жителей Солнечной Системы и играющих под человеческой внешностью инопланетян. Рост не прекратился. Более того, его скорость росла.

– Не знал, что бывают такие большие числа, – сказал Дик, когда котёнок развернул свиток со статистикой.

– Теперь знаешь.

– Как тут без меня?

– Сам видишь. Пришлось потрудиться, пока ты бегал из одной секты в другую: наштамповать планет, наладить связь между ними, устроить новые развлечения... Но оно того стоило.

– Мамма мия... – прошептал Дик, когда увидел масштаб работ, проделанных котёнком. – Да это же...

– Целая галактика, да. Но паломников тоже прибавилось. И, боюсь, число их будет только расти.

– Боишься? Трусишка!

В этот момент на них напали. Военные Земли имели кое-какие силы внутри Игры и, чисто теоретически, могли уничтожить империю Дика. По крайней мере, расчёты давали им шанс.

Это нападение было не единственным, но самым разрушительным. Галактика Дика потеряла около половины звёзд: часть превратились в массивные чёрные дыры, часть вышвырнуло гравитацией в глубокий космос. Триллионы аватаров инопланетян погибли. Их приток на время снизился.

Но Дик выстоял. Более того – его уровень возрос до невиданных высот. Следующие нападения ему уже не грозили. Буквально через неделю его уровень стал больше, чем у всех землян вместе взятых.

– А ты говорил, что не видел таких больших цифр! – усмехнулся котёнок. – Смотри и запоминай. Таких ты точно не видел.

– Святые святоши из сектантсиких сект! Растёт на глазах!

– Ага. Как катаракта. Погоди, дай ещё пару дней – восстановлю повреждения, и мы вообще залетаем, как высвобожденный фотон!..

– А сервера не перегрузятся? У других... ну, у инопланетян... были такие успешные игроки?

– Как знать. Может и были, а может и нет. И не беспокойся за сервера. Игра никогда не глючит, если только этого не хотят игроки.

Дик обнаружил, что может ломать другие миры. Не стирать – это и правда было невозможно – но разрушать до хаотичного состояния – вполне. Он ненароком превратил в пыль локацию популярной игры. Той самой, где бегал в девчачьем теле много дней назад (по ощущениям, казалось, прошли годы).

– Упс... – Дик стыдливо прикусил губу, озираясь по сторонам.

– В чём дело? – спросил котёнок.

– Я хотел всего-то разрушить здание.

– А разрушил планету. И сейчас висишь в протопланетном облаке. Бывает.

– Но я нечаянно!

– От тебя начнут шарахаться все земляне. И поделом. Лучше бы направил свою силу на творчество.

Дик не ответил. Просто вышел из Игры и не заходил в неё до самого прибытия на Европу.

Зачем ему этот бред? Он в космосе! В настоящем всамделишном космосе! Не об этом ли он мечтал?

Правда, здесь было скучно. В иллюминаторы смотреть – тоска смертная. Чернота да, солнце, затмевающее звёзды. Видны только самые яркие из них, да ближайшие планеты. Корабль внутри просторный – можно сравнить со средним американским домом – но всё равно это ограниченное пространство. Невесомость – классная штука, но к ней быстро привыкаешь.

Что делать?

Дик распечатал на репликаторе несколько книжек. Классических, бумажных, какие он листал в детстве, когда гостил на каникулах у бабушки. Это были старые фантастические романы о космосе. Но не о пустом, ненужном и страшном. В них космос ещё оставался мечтой, последним фронтиром, надеждой человечества.

Дик погрузился в истории с головой. Когда кончились эти, он распечатал новые.

При выходе на юпитерианскую орбиту (полностью автоматическом; от Дика ничего не зависело, да и не желал он вмешиваться), заработали голографические проекторы. В кают-компании спроецировался котёнок.

– Соскучился? – спросил Дик, ничуть не удивившись. Он разглядывал зверька не больше секунды. После чего вернулся к чтению.

– Ты бы лучше на уровень свой посмотрел, Дейв Боумен.

– Как раз хотел перечитать "Космическую одиссею", – вздохнул Дик. – Но, видимо, не судьба. Что-то серьёзное? Мы уперлись в потолок?

Котёнок махнул лапой, словно прогоняя муху:

– Потолок – для тех, у кого крыша над головой. У нас её давно нет.

– Мы в космосе, я помню. Какие-то проблемы с выходом на орбиту? Проблемы с Игрой? Или что? Я, вроде, просил не беспокоить, пока не достигнем Европы.

Котёнок ехидно улыбался. Дику он показался чересчур реальным для проекции – то ли он плохо знал возможности этой технологии, то ли у мормонов она была более развитой, чем у остального человечества.

– Смешно, да? – Дик захлопнул книгу, так и не дождавшись ответа. – Смешно, вижу. Мало того, что я болтаюсь чёрт знает где, не по своей воле, что меня насильно повысили и сделали первым игроком человечества – так нет, им этого мало! Мне не дают насладиться несколькими неделями реальности. Заставляют вновь погружаться в Игру!

Улыбка котёнка, казалось, стала больше его самого.

– Именно за этим я здесь. Прояснить кое-что о реальности и Игре.

– Говори, – потребовал Дик. Он не злился, но ему хотелось дочитать книгу. – Я жду.

– Хорошо. Просто, чтобы ты знал. Все, достигающие этого уровня знают. На самом деле, Игра – это реальность. А реальность – это игра. Ну, грубо говоря.

– Пффф! И ради этого я оторвался от чтения?

Котёнок закатил глаза.

– Не веришь? А каким образом, думаешь, я появился здесь? Ты ведь сам отключил все голографические проекторы.

– Их недолго включить. Дело пары секунд.

– Они не работают. Я реальный – для этого мира. Но если не веришь... Попробуй вызвать окошко статуса. Как в Игре.

Дик попробовал. Свиток возник прямо в воздухе. Уровень игрока превышал, наверное, количество атомов во Вселенной.

– Голограмма, – отмахнулся Дик. Убрал окошко и вернулся к книге. – До Европы – не беспокой.

– Глупый, – сказал котёнок.

Он щёлкнул пальцами. Томик с фантастикой исчез из рук Дика. Котёнок щёлкнул второй раз – исчез корабль.

Человек и демон неслись сквозь космическое пространство.

8. Уровень: бог

– Что, до сих пор не веришь? – усмехнулся котёнок.

Дик помотал головой. Рехнулся – понял он. Такова была первая мысль. Переиграл, насытился впечатлениями, доканал собственный мозг нейроинтерфейсом (производители утверждали, что он безопасен, но кто их знает, этих инженеров) – и вуаля. Шизофрения и галлюцинации. Кто вообще сказал, что человек прошлого, примитивный, с зауженным мышлением, освоится в высокотехнологичном мире будущего? Возможно, сумасшествие – естественный итог таких экспериментов.

Ну и плевать – пожал плечами Дик. Эта мысль была следующей. Кукукнулся, и бог с ним. По крайней мере, с логикой он всё ещё дружит.

– Поверю, если объяснишь мне одну деталь, – Дик посмотрел сначала на солнце, потом на казавшийся плоским диск Юпитера, яркие точки его спутников. Затем – на собственные руки. Сложил ладони вместе: ощущения обычные. Ни холода, ни ожогов от ультрафиолета. И воздух, казалось, здесь присутствовал. – Одну единственную.

– Слушаю.

– Как мы разговариваем, когда вокруг вакуум? Это телепатия? Да? Что-то не больно-то похоже.

Котёнок закатил глаза:

– Я надеялся, вопрос будет про нереалистичность реальности. Что звёзд не видно и всё такое. Даже хотел продемонстрировать тебе Вселенную в других частях спектра – такого звёздного неба ты точно не видел. Но раз вопрос про звук... эх, кажется, теперь я понимаю Джорджа Лукаса...

– Я до сих пор в Игре, – понял Дик.

Зверёк будто не слышал:

– Если говорить про звук... параллельные прямые не пересекаются, так? Так. Нарисованные на одной плоскости, они бесконечно уходят в обе стороны – и ни там, ни там не сталкиваются. Однако совместить их можно. Для этого нужно добавить третье измерение, и согнуть саму плоскость. Это нетрудно представить с листком бумаги...

– Это всё Игра... – повторил Дик.

– Верно, – согласился котёнок. – Это я тебе и пытаюсь доказать.

– Нет, ты не понял. Реальность существует, я в ней родился и вырос. Но в какой-то момент я попал в Игру и не вышел из неё. Я как тот котик в пентхаусе. Но в какой момент именно? Где моё физическое тело сейчас?

Чёрный демон снова щёлкнул пальцами (и как у него получается? он же кот!), Дик замолчал. Вернее, он продолжал говорить, но изо рта не вылетало ни звука, словно вокруг и правда образовался вакуум.

С полминуты попыток, упрёков и возмущений – Дик бросил стараться. Угрюмо посмотрел на зверька.

– Ну? – спросил котёнок. – Ты можешь вернуть себе дар речи в любой момент. Ты умеешь. Все мои теперешние фокусы – не сложнее, чем когда я превратил тебя в девочку. Помнишь? Ты вернул прежний облик в тот же день.

Дик вызвал окошко управления. Мог бы справиться мысленно, но так привычнее. Пара кликов – и голос вернулся. Ещё пара – и они телепортировались на корабль. Оказывается, тот летел всего в десяти километрах сзади, но с такого расстояния казался звездой.

– Отвечай, чёрный! Где моё физическое тело? Сколько я в игре? Где стык, после которого кончается реальность и начинается издевательство?

Котёнок покачал головой. Глупый, глупый человечишко! Не понимает, что любой заданный вопрос не имеет смысла!

– А сам как думаешь?

Дик открыл рот и тут же закрыл. Действительно, где стык? По идее, он должен быть заметен. Но всё казалось таким реальным: и космический полёт, и беседа с пастором звёздных мормонов, и полковник Стамп, и банкет в Скалистых Горах. Может, всё случилось раньше? Комнату наполнили усыпляющим газом (почему бы и нет?), подняли обездвиженное тело Дика, подключили к капсуле полного погружения. И теперь он болтается в ней, как личинка в коконе, и воображает. Мнит себя черт знает чем. Первым игроком Вселенной, не меньше.

Может, это началось с его первого подключения к межзвёздной сети? Или – чем не вариант – он по-прежнему лежит в криокапсуле, в ожидании разморозки? Никто ведь не обещал, что снижение метаболизма уберёт сновидения полностью. А может, Дик и не рождался никогда? Что, если вся его жизнь – чья-то шутка, компьютерная симуляция или нелепая фантазия?

– Я – мозг в банке. Котик в пентхаусе... там, на вечеринке, ко мне подошёл человек.

– Марк Андерсон? Этот позёр?

– Ты его знаешь?

– Кто ж его не знает!

– А его историю?

– Дик, я знаком с его жизнью. И я был там – на той вечеринке. Если ты пока не веришь, что реальность – часть Игры, и что я могу появляться где угодно, вспомни о проекторах. Они стояли там по всем углам. А терминалы были у каждого первого. Находясь в виртуале нетрудно наблюдать за почти любой точкой на Земле. Да, я был там, и слышал каждое слово.

– Хорошо. И что ты думаешь? Неужели история про котика тебе не показалась похожей?..

– На твою? Нет. Во-первых, котик здесь я. В принципе, ты тоже можешь менять аватар и реальность вокруг себя, но давай сначала достигнем Европы. Во-вторых, нет ты не котик. И не в пентхаусе. Всё происходит на самом деле. Можешь верить, можешь нет. Дело твоё. В третьих... о-хо-хо, это моё любимое! Как ты докажешь обратное? Какие опыты нужно провести мозгу в банке, чтобы утвердительно заявить: мир вокруг меня – иллюзия?

Дик задумался. Вопрос казался простым, но только на первый взгляд.

– Вот-вот, – кивнул зверёк минут через пять. – Никак это не доказать. Потому что надо очутиться вовне иллюзии, снаружи банки. А у тебя рук нет, ты мозг в колбе. И органов чувств тоже.

– Я...

– Не пытайся. Нет, конечно, ты можешь на досуге попробовать, только сразу говорю: не получится. Вот люди, за несколько тысячелетий человеческой цивилизации, так и не доказали, что Вселенная – часть Игры. Строили догадки, предположения, домыслы... но доказать это, словно какую-нибудь теорему, не могли.

Дик мрачно кивнул. Если на секунду предположить, что котёнок прав... нет, от таких мыслей голова шла кругом!

– Ты, конечно, спросишь, если этот мир – иллюзия, то где тогда настоящий мир, первозданный. А я отвечу: не знаю. И про твоё физическое тело не знаю. Возможно, нет никакого физического тела. Ты – и всё, что нас окружает – лишь набор информации, структурированный нами для удобства восприятия во что-то определённое.

Дик мотнул головой – сбросить тошноту и рассеянность.

– Нет, хвостатый. Я не это спрошу. А кое-что другое, практичное. Что нам со всем этим делать?

– О! Вот это – другой разговор. Без соплежуйства.

– Ну? У тебя есть ответ?

– То же, что и всегда, мой друг. Получать удовольствие от Игры.

* * *

База на Европе напоминала пентхаус. Нет, не тем, что находилась на вершине небоскрёба или какой-нибудь скалы. Скорее, роскошью.

Звёздные мормоны выбрали ровный участок спутника и выстроили на нём огромный особняк. Не меньше, чем гектар площадью – и это не считая ангара для роверов, посадочной площадки и подземных уровней. Микрометеоритов и радиации не боялись, над территорией мерцал едва видимый купол защитного поля. Отсюда – множество панорамных окон, стеклянных потолков, прозрачных галерей и так далее.

Но было уютно, несмотря на размеры, роскошь и некоторую аквариумную открытость. Дик быстро привык, а вид висящего над горизонтом Юпитера стал чуть ли не родным.

В Игру он заходил редко. Обычно, с планшета. Или кастовал окошко прямо в "реале": смотрел на всё увеличивающийся уровень, на заполонивших его вселенную чужих, вздыхал и возвращался к отшельнической жизни.

Поначалу, Дик просто читал. За многовековую историю человечества книг было написано предостаточно. Хватило бы до конца дней. Увы, не для Дика – он открыл в себе способность к скорочтению. Наверное, это одна из опций его сверхвысокого уровня. Книги проглатывались, в лучшем случае, за секунду. То же происходило с фильмами, сериалами, древними играми – не успевал Дик вывести на экран список киношек, как уже знал наизусть их содержание.

– Что мне с этим делать? – пожаловался он котёнку.

– Читать стало нечего? Оглянись вокруг! Мир прекрасен. Нечего тратить жизнь, пролёживая с книжкой на диване. Ты когда последний раз наружу выходил?

Дик вздохнул. Котёнок прав: надо развеяться. Он выбирался из особняка лишь однажды – погонять на квадроцикле. С низкой гравитацией это было весело.

Бросив всё, Дик пошёл гулять. Даже скафандр в этот раз не надел. Зачем? Осознание того, что вся известная Вселенная – просто локация в Игре – наконец-то укрепилось. Дику, с его уровнем, нечего бояться.

И правда – выход на ледяную безвоздушную поверхность оказалась не страшнее прогулки по парку. И примерно настолько же скучным. Дик стал экспериментировать с левитацией. О да, теперь он мог летать! И довольно быстро!

Он облетел спутник раз пятьсот. Посетил все самые интересные места, включая научные базы (там он становился невидимым, чтобы не пугать персонал). Затем испробовал способность проходить сквозь материю. Уровень позволял. Дик углубился внутрь, в малоизученный подлёдный мир Европы. И исследовал его дней десять, забыв о еде, отдыхе и развлечениях.

Потом ему наскучило и это. Дик взмыл в космос, посетил другие спутники планеты. Нырнул в облака Юпитера, добрался до самого ядра, прошёл насквозь и вышел с противоположной стороны.

– Скучно, да? – спросил котёнок.

– Терпимо.

– Одно лишь слово, и я пущу в этот мир паломников.

– Зачем? – поморщился Дик. – Здесь и так полно инопланетян. Разве не они посещают мой мирок? Ну, не в физических телах, разумеется.

– Ох, Дик! – зверёк обхватил мордочку лапой. – Ты так ничего и не понял! Вселенных – бесчисленное множество. Наша – в которой ты сейчас – лишь одна. Она – часть Игры. Далеко не все паломники приходят к тебе из неё. Я бы даже сказал – очень крошечный их процент. Очень.

– Не хочу вдаваться в подробности. От этого голова кругом.

Котёнок согласился:

– Верно. Поиграйся сначала с этой песочницей, прежде чем переходить к реальности. От неё, как ни крути, всё равно не убежишь.

– Реальности? Ты же говорил, что никакого физического пространства не существует. Что всё – виртуальность, Игра. Все эти триллионы и триллионы миров.

– Я так не говорил. Я говорил, что не имею полной информации. А реальностью я называю мультивселенную. Ту, в которой тебе предстоит существовать.

Дик оторвался от котёнка, в одно мгновение оказавшись на другом конце Солнечной Системы. Все эти разговорчики вызывали, в лучшем случае, головную боль. Разве у бога может болеть голова? Дик постепенно ощущал себя богом этого мира.

Он посетил все внеземные колонии. Марс, Луну, поселения О'Нила, всевозможные исследовательские станции. Потом открыл путешествия во времени. Это ненадолго его позабавило. Он слетал в прошлое – в первые минуты после Большого Взрыва. Посмотрел будущее, любуясь тепловой смертью Вселенной. Даже дождался испарения последней чёрной дыры. После чего вновь вернулся на Землю.

Промчался по её истории. Полюбовался динозаврами – они Дика разочаровали. Здоровенные, воняющие, больше похожие на слонов-переростков, чем на грозных ящеров из детских книжек. Даже тираннозавр напоминал, скорее, цыплёнка-переростка, чем монстра из "Парка Юрского периода".

Дик обратился к истории человечества. Навестил около сотни знаменитостей – от Колумба до Клеопатры. Полетал над полями известных сражений. Пробовал даже вмешиваться. Например, приучил группу австралопитеков не бояться огня. Возиться пришлось, как с писающим в тапочки щенком, но оно того стоило. Дик также решил исход нескольких битв, явился в видениях к десяткам пророков.

Но делал это он просто так, без особой цели. Пока однажды, пугая Моисея горящим кустом, не осознал: ведь он может создать религию! Не просто религию, а настоящую – с чудесами, божьей благодатью и раем на той стороне. А бонусом построить идеальное общество уже здесь, на Земле.

Однако Дик сразу приуныл. Во-первых, не получится. Люди имеют свойство всё извращать. Дай им бриллиант, они превратят его в уголь, оправдываясь, что химический элемент один и тот же. Нет, новая религия человеку не нужна.

А во-вторых, Дик уже создал религию. Звёздные мормоны – его задумка. Специально, чтобы оторваться от невадцев, заиметь роскошный особняк на Европе и стать крутейшим игроком во Вселенной.

Дик явился к скромному клерку из Чикаго, заявив, что он бог, а клерк теперь – пророк его. Именоваться отныне он будет Рикерт Феликс, и вся его последующая жизнь – исполнять волю бога. Нет, ну а что? И парень счастлив, и у последователей цель имеется, а Дик обеспечил тылы. Никакие невадцы его не похитят. Периодически он вмешивался в жизнь секты: давал новые технологии, предупреждал о грядущих событиях и так далее. После исполнения основного пророчества – своего отбытия на Европу – Дик подарил мормонам секрет межзвёздного двигателя. Его чертежи лежали в Игре, просто ни у кого не было доступа в эту локацию. Дик, с его уровнем, мог их достать.

Позже, мормоны и правда заселили Галактику. У них появилось множество последователей, не имеющих никакого отношения к религии, но горящих идеей космоса. Космоса, как нового фронтира. Дик увлёкся ролью бога. Вмешивался в дела колоний несколько тысячелетий. Естественно, незримо – помогал людям выжить в чужих мирах. А оставшихся на Земле навечно закольцевал в Игре – в чисто развлекательной её части. "Вот и сидите там! – усмехнулся он. – Раз променяли манящий космос на виртуальную реальность".

– Жестоко, – прокомментировал котёнок.

– Что? Они сами это выбрали! Заметь, я не уничтожаю Землю, хотя мог бы.

– Не суди, да не судим будешь, ибо...

– Ты же, вроде, демон. Должен подстрекать меня на всякие пакости. А сам?

– Сарказм? Нет, не слышали. Меня просто забавляют твои попытки выводить мораль. Ничего, это у всех бывает. Особенно у тех, кто впервые играет в боженьку.

– Я не вывожу мораль.

– Ну да. А секту свою вон как продвинул. Два тысячелетия – и они полгалактики завоевали. Включая бедных аборигенов. Кто позаботится об инопланетянах, а?

Дик отшвырнул котёнка подальше.

Но долго не злился. Действительно, кто он такой? Почему взял на себя роль бога? Да и вообще, пора заканчивать валять дурака – он уже много веков не был дома, на Европе.

Впрочем, котёнок натолкнул его на здравую мысль. Мораль – изобретение цивилизации, необходимая лишь, чтобы общество не разваливалось изнутри. Всемогущему богу мораль ни к чему. Однако Дик по прежнему чувствовал себя человеком. Не демиургом, а обычным игроком, пусть и заигравшимся сверх меры.

"Мы в ответе за тех, кого приручили" – вспомнил он.

"Истребление коренных народов – плохо" – говорили учителя в школе.

Дик вздохнул. И принялся за дело. Сначала бросил помогать звёздным мормонам – человечество уже достаточно окрепло, дальше справится без него. Потом взялся за уничтоженных аборигенов. Переселить бы их подальше от людей, да вот куда?

– А сам как думаешь? – возник над ухом котёнок

– Брысь!

– У тебя ещё одна вселенная есть. Помимо этой.

А ведь точно! Дик совсем забыл о личном мире в Игре. Так увлёкся "настоящим", что о своей личной вселенной не вспоминал... веков десять, не меньше.

– Ох, боюсь, паломники её на части разорвали за эти годы!

Котёнок расхохотался. И смеялся, казалось, много часов подряд.

– Дурень! Ты до сих пор не догадался, кто их туда привёл?

– Ты?

– Я? – зверёк снова зашёлся долгим хохотом. – Я!

– А кто ещё?

– Ты хоть понял, кто я такой?

Дик задумался. Все эти века его уровень рос в геометрической прогрессии. И достиг каких-то абсолютно немыслимых величин. Если бы Дик пожелал, он мог бы уничтожить всю родную Вселенную. Стереть её в пыль. И тут же создать миллиард новых. Он прекрасно чувствовал бесконечное число параллельных миров, и ещё большее количество цивилизаций. Они были рядом. Кружили, словно снежинки, рождаясь и исчезая. Дик не вникал в их суть – боялся утерять остатки человечности. Боялся сам раствориться в этой безграничной мультивселенной, стать ей целиком и полностью.

Естественно, после всех этих переживаний, игры со временем его не смущали.

Он отправил разорённых аборигенов в свой личный мир. Сейчас тот был даже больше, чем родная Вселенная Дика.

Осознав логическую связь, он пошёл по чужим мирам, как коммивояжёр по квартирам. Каждой цивилизации, достигшей Игры, он предлагал свою вселенную. Хотите посетить личный мир Бога? Нет? Ну всё равно – вот вам рекламка. Можете бросить её в урну, можете зад подтереть. Даже если на предложение клюнет одна цивилизация из тысячи, это всё равно много. Бесконечность делённая на миллион – это всё равно бесконечность.

Именно Дик из будущего накрутил такой большой рейтинг Дику из прошлого. Читерство? Ну да, не без этого. Но разве бог должен перед кем-то оправдываться?

– Всё ещё сомневаюсь, – ответил он каких-то миллиард лет спустя. – Может, подскажешь?

Котёнок презренно чихнул, образовав таким образом тысячи новых миров.

– Стал богом, а мозгов не нажил! Неужели трудно догадаться?

Дик задумался.

– Если я – бог, то ты, стало быть – дьявол?

– Фи! Это было очевидно с самого начала. Я представился демоном. Ты это не отрицал.

– Дьявол, да?

– По-моему, ты достаточно взрослый, чтобы не пользоваться всей этой религиозной терминологией. Нет, конечно, если хочешь, я буду дьяволом.

Уши зверька хитропакостно загнулись, а сам он раскалился до тысячи градусов.

– Ты – это я, – сказал вдруг Дик. – Какая-то часть меня. Из будущего. Так?

Котёнок не ответил. Только широко улыбнулся – куда шире своей обычной чеширской улыбки – и медленно остыл:

– Эоны лет, и ты наконец-то догадался. Хвалю за скорость.

Дик не ответил. Бесконечная мультивселенная была открыта ему. Открыта, чтобы играть.

* * *

Но рано или поздно надоедает всё.

Пришло время, когда мультивселенная Дика сузилась до крошечного мирка. Нет, она по-прежнему оставалась бесконечной. Просто не осталось ни уголка, который Дик не знал бы досконально, ни личности (как разумной, так и примитивной, уровня бактерии), жизнь которой Дик бы не прожил – это было не сложнее, чем скорочтение или создание миров. Непрочитанных книг, кстати. тоже не осталось.

Дик заскучал.

От нечего делать, он стал творить. Решил построить обособленный участок Мультивселенной. С совершенно новыми законами физики, отличающимися от всего, что было раньше.

– С жиру бесишься? – спросил котёнок.

– А?

– Ты и так уже на вершине. Зачем тебе новые фанаты?

– Я создаю этот уголок не ради фанатов. Всё равно каждый из них будет мной – в той или иной степени.

– Лицемер!

– Котёнок! Ты прекрасно видишь, зачем я это делаю. Мне скучно.

– Пфф!

– Что?

– Эскапист. Ты – эскапист. Вечно бежишь от реальности, какой бы она ни была.

Дик пожал плечами:

– Наверное. Но сейчас реальность до невозможности скучная. Всё, что мне остаётся, это быть сферическим идеалом в вакууме. Абсолютом. Сидеть и наслаждаться своим совершенством.

– Неплохой вариант, как по мне.

Дик дотронулся до котёнка. Зверька раздуло изнутри, превратило в шар: чёрный, с ушками, глазками и торчащими в разные стороны лапками.

– Идеал, – прокомментировал Дик. – Сферический кот...

– Да, да, – проворчал котёнок сдуваясь. – Но всё равно, ты – эскапист.

– Не спорю, – кивнул Дик. – Но сам посуди. Не будь я эскапистом, не убегай таким способом от скуки, то ничего бы этого не было. Вообще ничего. Этого бесконечного количествам миров, ещё большего количества судеб, интересных событий, возможностей, радостей, печалей и так далее. Я не знаю, что я. Возможно, я компьютерная программа, и моя цель – проектировать вероятности. Что ж, неплохая работа, непыльная. Или я тот самый мозг в колбе. Понятия не имею. За пределы колбы мне никак не вырваться, сколько не дёргайся.

– Тебя могут вытащить те, кто снаружи.

– Возможно. Если снаружи кто-то есть. Я не отбрасываю такой вариант, но и полностью на него не полагаюсь. Быть может, я – единственное существо во вселенной.

Котёнок привычно фыркнул. Впрочем, без особой злости, презрения и всего такого. Всё-таки, он был частью Дика.

– Значит, по новой? В абсолютно новом кусочке мира?

– Да. На этот раз, тут будет магия. Помнишь жанр фэнтези?

– Полно таких миров!

– Таких никогда не было. Сам посмотри. Видишь?

Зверёк посмотрел. Кивнул.

– Тебе он нравится, не спорь.

– Не буду. А ты родишься вот этим существом? И попытаешься изменить мир? Ну и ну! У него же событий в жизни...

– Зато нескучно. Да, я на время забуду, кто я на самом деле. Может, не на один десяток жизней. Скорее всего – на пару сотен. Этого хватит – для начала. Новый мир мне нравится даже снаружи. А уж изнутри-то...

– Лучше бы оставался сферическим абсолютом. Висел бы в вакууме, наслаждался бы идеальностью... но и такой вариант – ничего. Сойдёт. А ты всё за своё. Становишься мозгом в банке, который спит и видит сон, что он мозг в банке. Добровольное закупоривание себя уровнем ниже.

– Мне больше понравилась метафора про котика в пентхаусе. Как-то лиричнее.

– Фи!

– Не дуйся. Тем более, это же не навсегда. А только пока не надоест.

Котёнок не ответил. Дик потрепал его по голове, почесал за ушами. Иногда тот был совсем как настоящий, даже не скажешь, что демон.

– Удачной тебе игры, – буркнул он наконец.

– Удачно тебе вставлять нам палки в колёса, – ответил Дик. – Дьявольская работёнка, но её никто не отменял.

Он черкнул последние штрихи, добавив вселенной индивидуальности. И сразу же появился на свет – крошечным, потерявшим память и кричащим. Но с намерением всё это исправить.

Новый уровень Игры начался.