Потерянные души.

Глава 1. Открытие.

6:00 утра, зазвенел будильник. Оливер сонный открыл глаза и щелчком пальцев выключил будильник.

— Ещё один день... — устало протянул Оливер.

Пойдя на кухню, он увидел, что его домашний андроид уже сварил ему кофе и приготовил завтрак.

— Доброе утро, Оливер, — сказал андроид.

На что Оливер ответил:

— Доброе, Кей.

Сегодня в жизни Оливера всё должно было измениться. Неделю назад они с Джеффри нашли странную сигнатуру энергии под землёй, и как раз сегодня должна была вернуться разведывательная экспедиция. Оливер всё думал, что это может быть, тем более глубоко под землёй — откуда там энергия? Нет, конечно, они могли отыскать тепловыделяющие плиты, под которыми были озёра с лавой. Они устанавливают на них термальные генераторы. Конечно, были и редкие случаи, когда лава была внутри плиты — такую можно было бы поднять наверх и питать ею электрокары. Хотя и дороговато это будет: гнать технику и вытаскивать 5-метровую в длину плиту, потом делать её анализ, чтобы выяснить, на сколько упадёт её температура на поверхности. Потом настраивать термальный генератор под неё, устанавливать несколько трансформаторов энергии и пару-тройку распределителей для электрокаров.

Подумав, Оливер махнул рукой:

— Проще кабель тянуть на главный «сборщик».

Кей, услышав это, подошел и спросил:

— Вас что-то беспокоит? Я могу помочь.

Оливер жестом руки остановил его:

— Спасибо за попытку, но нет необходимости. Я ведь тоже не глуп, учёный и новатор энергетики всё-таки. Просто хочу понять, чего нам опасаться с этой новой сигнатурой.

Кей негромко сказал:

— Оливер, вы опаздываете, время 6:57.

Оливер округлил глаза и взглянул на часы:

— Ах, чёрт! Напомни мне не думать много за завтраком. Я ухожу, спасибо за завтрак, Кей.

Андроид кивнул:

— На здоровье, Оливер.

Добежав до машины, он поехал к лаборатории компании «Aevum Industries». На дорогу он тратил чуть больше получаса, если без пробок. Прибыв в лабораторию и переодевшись, Оливер увидел Джеффри, сидящего за голографическим монитором. Увидев друга, Джеффри вскочил и подбежал к нему, пожимая руку.

— Здорова, дружище! Как так получилось, что ты опоздал? Я как раз изучал отчёт от разведки, которая прибыла сегодня утром.

— Утром?! Когда? — спросил Оливер.

— Не парься, несколько часов назад. Вот, взгляни на отчёт.

Оливер сел за свой компьютер и начал читать отчёт разведки. В его глазах промелькнула радость и шок одновременно. Он не мог поверить в то, что читал. Дочитав отчёт, он подошёл к Джеффри:

— Неужели всё настолько хорошо? Как-то подозрительно. Они отправили образцы?

— Ну конечно, два Кристал, как и в отчёте. — сказал Джеффри. — Глянь на их структуру, удивительная стабильность.

Взглянув в микроскоп, Оливер и вправду увидел, что для энергетического кристалла структура прочная и стабильная. Кристалл светился приятным, ровным голубым цветом.

— Но вот с этим парнем всё гораздо сложнее, — Джеффри скрестил руки на груди. — Разведчики нашли его намного глубже остальных. Анализ показал, что концентрация чистой энергии в нем просто безумная. Оливер, он выдает показатели в десять раз выше, чем наш первый, голубой образец.

Оливер присвистнул, быстро перебирая пальцами по клавиатуре, чтобы изучить выведенные графики.

— В десять раз? Да с помощью парочки таких штук можно будет запитать весь наш сектор, включая жилые кварталы! В чем подвох?

— В стабильности, — отрезал Джеффри, выведя на экран шкалу критических колебаний. — Его атомная решетка буквально трещит по швам под таким исправным давлением. Стоит перенапрячь этот Кристал, если использовать его на всю катушку— и он станет нестабильнее обычного голубого кристалла в два раза. Это ходячая бомба, Оливер. Если мы не научимся его сдерживать, он разнесет лабораторию к чертям.

Оливер задумчиво потер подбородок, глядя на зловещее темно-синее свечение голограммы.

— Значит, пока мы засекретим все данные по темно-синему. Будем работать только с голубым — он стабилен, безопасен и готов к тестам. Если совет директоров «Aevum Industries» узнает о потенциале темно-синего, они заставят нас ускорить исследования ради прибыли, наплевав на безопасность. А нам нельзя рисковать. Кстати, как там твой малец? Как Генри?

При упоминании сына лицо Джеффри смягчилось, на нем появилась теплая, хотя и немного усталая улыбка. С тех пор как его жены не стало, Генри был единственным, что удерживало его на плаву.

— Держится. Скучает по маме, конечно... Да и я вечно тут пропадаю. Скоро поеду забирать его из школы. Спасибо, что прикрываешь меня, когда мне нужно сорваться к нему. Без тебя я бы не справился, дружище.

— Для этого и нужны друзья, — Оливер хлопнул Джеффри по плечу. — Ладно, за работу. Давай для начала поместим голубой образец в анализатор структуры. Нам нужно чётко понимать, из каких химических элементов состоят эти кристаллы и, главное, откуда они берут и аккумулируют столько энергии.

Они аккуратно, используя роботизированные манипуляторы, перенесли голубой кристалл в герметичную камеру молекулярного спектрометра. Прибор загудел, выпуская пучки сканирующих лазеров. На главном экране побежали строчки химических элементов, выстраивая сложнейшую кристаллическую решетку.

Оливер внимательно вчитывался в результаты, и его брови ползли вверх:

— Смотри на эти углеродные связки и кремниевые соединения... Невероятно. Структура элементов позволяет кристаллу буквально впитывать окружающую энергию. Из-за того, что они залегали глубоко под землей, кристалл приспособился поглощать колоссальное тепло земных недр и частично перерабатывать соединения из соседних нефтяных пластов. Он как губка, Джеффри. Природа создала идеальный природный аккумулятор, который веками вбирал в себя ресурсы планеты.

— И теперь эта энергия заперта внутри него, — выдохнул Джеффри. — Давай проверим его в деле?

Оливер решительно кивнул:

— У нас на нижнем ярусе есть пустое резервное хранилище энергии на 100 000 единиц. Давай попробуем запитать его от нашего кристалла.

Джеффри подключил кристалл к энерговыводящим клеммам симулятора. Приборы тихо защелкали. На индикаторе хранилища поползли цифры: 5%, 20%, 50%... Скорость отдачи тока была поразительной. Друзья завороженно смотрели на экраны. Ровно через 20 минут раздался финальный звуковой сигнал — хранилище на 100 000 ватт было полностью заполнено под завязку.

Оливер бросился к камере с кристаллом, ожидая увидеть его потускневшим или истощенным. Но голубой минерал сиял всё так же ровно и ярко. Он выглядел как новый, будто эта процедура вообще не отняла у него сил.

— Потрясающе... — прошептал Джеффри. — Мы можем продолжить тест? Заполнить еще одно?

— Не получится, — Оливер разочарованно развел руками. — У нас в лаборатории больше нет пустых накопителей такого объема. А чтобы пустить эту энергию в общую сеть и запитать хотя бы один жилой район города для проверки, нам нужно официальное разрешение от высшего руководства «Aevum Industries».

— Значит, у нас нет выбора, — вздохнул Джеффри, выключая симулятор. — Придется составлять подробный официальный отчёт о наших исследованиях для совета директоров. Только давай договоримся: про темно-синий кристалл в отчёте ни слова. Пишем только про стабильный голубой.

— Согласен, — ответил Оливер, садясь за клавиатуру. — Пишем отчёт.

Джеффри устроился за соседним терминалом, выводя таблицы с графиками плотности энергии, химического состава и скорости энергоотдачи. Пальцы учёных быстро застучали по сенсорным клавишам, заполняя официальный бланк документа для высшего руководства «Aevum Industries». Они подробно расписывали молекулярную структуру голубого кристалла, его поразительную способность впитывать тепло и органику, а также прикрепили поминутный лог заполнения резервного накопителя на 100 000 ватт.

Работа шла слаженно, пока Оливер резко не замер, уставившись в одну точку. Мысли в его голове лихорадочно сменяли друг друга.

— Погоди, Джеффри, — Оливер медленно убрал руки от клавиатуры и повернулся к другу. — Мы совершаем огромную глупость.

— Ты о чём? — Джеффри оторвался от экрана, удивлённо приподняв бровь.

— Мы не можем просто взять и вырезать тёмно-синий кристалл из нашего финального документа. Я только что вспомнил: в утреннем отчёте самой разведывательной экспедиции, который они отправили на общий сервер архивного отдела перед прибытием в лабораторию, этот кристалл уже был упомянут! Там чёрным по белому написано, что они подняли с глубины два разных типа сигнатур — голубую и тёмно-синюю.

Джеффри нахмурился, осознавая тяжесть ситуации, и потёр уставшие глаза.

— Чёрт... Ты прав. Если аналитики из отдела аудита или внутренней безопасности сравнят отчёт разведки с нашим и увидят, что один образец бесследно исчез, у них возникнут очень нехорошие вопросы. Решат, что мы утаиваем ценную технологию или, хуже того, планируем продать её на сторону. Нас просто отстранят от работы. Если мы сейчас напишем неправду или попытаемся скрыть факт его существования, эта ложь всплывёт в самый неподходящий момент и похоронит всю нашу карьеру.

Оливер тяжело вздохнул, подперев подбородок рукой.

— Да, скрывать нельзя. Значит, план меняется. Мы внесём тёмно-синий кристалл в отчёт, но опишем его так, чтобы у руководства пропало всякое желание совать в него нос.

Учёные открыли новый подраздел документа и принялись детально расписывать свойства второго образца, сознательно сгущая краски, но оставаясь в рамках научной истины. Оливер тщательно подбирал формулировки:

«Образец №2 (Тёмно-синий). Концентрированный тип. Обладает аномально высокой плотностью энергии, превышающей показатели Образца №1 в десять раз. Однако кристаллическая решётка данного типа находится в состоянии критического хаоса. В ходе первичного анализа выявлена экстремальная нестабильность структуры. Риск самопроизвольного теплового взрыва и цепной детонации при минимальном изменении внешней среды (перенапряжения и требования выдать максимальную мощность) превышает безопасную норму в два раза. На данном этапе образец классифицирован как крайне опасный для транспортировки, хранения и любых видов гражданского или промышленного использования. Рекомендуется полная заморозка исследований Тёмно-синего типа до стабилизации технологии Образца №1».

— Вот так, — Джеффри удовлетворённо кивнул, перечитывая текст. — Теперь они увидят, что мы ничего не скрываем, но поймут, что эта штука — очень опасная, к которой без долгой подготовки лучше не прикасаться. Совет директоров слишком дорожит своими шкурами и деньгами, чтобы рисковать взрывом целого комплекса. Они сосредоточат все ресурсы на безопасном голубом кристалле.

— Отлично. Теперь финальный штрих, — Оливер вернулся к основной части документа.

Он понимал, что сухие цифры симулятора на 100 000 единиц не убедят прагматичное начальство дать им зелёный свет на полноценное исследование и совершенствование технологии. Нужен был масштабный, неопровержимый триумф, который докажет силу их открытия всей компании.

Оливер уверенно набрал заключительную часть отчёта:

«Для окончательного подтверждения коммерческой жизнеспособности, стопроцентной стабильности и раскрытия полного потенциала технологии голубых кристаллов, лаборатория запрашивает разрешение на проведение практического полевого испытания. Нам необходимо осуществить тестовую запитку одного из жилых или промышленных кварталов города. Данный эксперимент позволит наглядно продемонстрировать превосходство кристаллической энергии над термальными генераторами, атомными станциями и ископаемым топливом, подтвердив безопасность технологии в реальных городских условиях».

— Готово, — Оливер убрал пальцы от терминала. — Отчёт полностью скомпонован, проверен и готов к отправке.

Джеффри подошёл, положил руку на плечо Оливера и вместе с ним нажал на мигающую виртуальную кнопку «Отправить на рассмотрение совету директоров». Документ ушёл по зашифрованному внутреннему каналу «Aevum Industries».

Друзья устало улыбнулись друг другу. Они сделали всё, что было в их силах. Теперь оставалось только ждать ответа сверху, надеясь, что руководство оценит масштаб их открытия и позволит изменить этот мир к лучшему. Они ещё не догадывались, какой резонанс вызовет их исследование и к каким последствиям приведёт это официальное письмо.

Джеффри бросил взгляд на настенные часы терминала. Цифры безжалостно показывали 18:45. Он тяжело вздохнул, понимая, что снова нарушил своё обещание освободиться пораньше, но отправка отчёта была делом первостепенной важности.

— Ладно, Оливер, мне пора бежать, — Джеффри начал поспешно стягивать белый лабораторный халат и аккуратно вешать его в шкафчик. — Генри уже, должно быть, заждался меня. Сидит там один. Обещал приготовить ему нормальный ужин, а в итоге опять приеду к шапочному разбору.

Оливер, который уже развалился в кресле с кружкой остывшего кофе, понимающе улыбнулся и махнул рукой:

— Дуй уже, отец года. Нам обоим нужно проветрить мозги. Я сам тут закрою терминалы и проверю герметичность камер с образцами. Передавай мелкому привет.

— Обязательно. До завтра, дружище, — Джеффри подхватил свою куртку и быстрым шагом направился к выходу из подземного комплекса «Aevum Industries».

Дорога до жилого сектора заняла около сорока минут. Сгущались вечерние сумерки, и город затапливало неоновым светом рекламных голограмм. На перекрёстках гудели электрокары, а по тротуарам стройными цепочками двигались рабочие андроиды, убирающие улицы. Джеффри вёл машину на автомате, его мысли всё ещё крутились вокруг голубого кристалла и того, как отреагирует совет директоров на их дерзкий запрос о запитке целого городского квартала.

Когда его автомобиль наконец припарковался у аккуратного двухэтажного дома в пригороде, в окнах гостиной уже горел мягкий тёплый свет. Джеффри приложил ладонь к биометрическому замку на входной двери. Раздался тихий щелчок, и дверь мягко отворилась.

В доме пахло уютно — смесью корицы и чистого белья, но стояла тишина, прерываемая лишь негромкими звуками из телевизора в гостиной. Навстречу отцу из кухни сразу же вышел домашний робот-помощник старой модели — далеко не такой продвинутый, как Кей у Оливера, но со своими обязанностями справляющийся.

— Добрый вечер, мистер Джеффри. Юный Генри находится в своей комнате. Он отказался от разогретого обеда и ждал вашего возвращения, — механическим голосом доложил робот.

— Спасибо, Лютер. Можешь пока отключиться на подзарядку, я сам со всем разберусь, — тихо ответил Джеффри, снимая куртку.

Он поднялся по деревянной лестнице на второй этаж и мягко постучал в дверь, на которой висела яркая пластиковая табличка с надписью «Вход только для учёных». Из-за двери послышался весёлый мальчишеский голос:

— Папа? Входи, не заперто!

Джеффри толкнул дверь и улыбнулся. Десятилетний Генри сидел на полу посреди своей комнаты, окружённый деталями детского электронного конструктора. Мальчик был удивительно похож на свою покойную мать — те же светлые, вечно растрёпанные волосы и внимательные, живые глаза. На полу перед ним лежала наполовину собранная модель футуристического лунохода.

— Привет, чемпион, — Джеффри прошёл в комнату и присел на край кровати сына. — Прости, что я так поздно. Мы с дядей Оливером отправляли очень важные документы начальству. Настоящий научный прорыв, понимаешь?

Генри отложил в сторону деталь привода и поднял голову на отца. На его лице не было обиды, только лёгкая грусть, которая быстро сменилась любопытством.

— Я пониманию, пап. Ты всегда говоришь, что наука не ждёт. Дядя Оливер сильно ругался, что ты опять забыл про время?

Джеффри негромко рассмеялся, потрепав сына по волосам:

— Скорее, это я его торопил. Как твои дела в школе? Как успехи с проектом по физике?

— Всё отлично! Учитель сказал, что моя схема распределения энергии для макета умного дома — лучшая в классе, — Генри гордо выпрямил спину, а затем его голос стал чуть тише. — Я использовал те принципы, о которых ты мне рассказывал на прошлой неделе. Помнишь, про термальные плиты?

У Джеффри болезненно защемило сердце. Сын так отчаянно тянулся к его миру, пытаясь проводить с отцом как можно больше времени и разделять его интересы. После смерти жены они остались вдвоём, и Джеффри понимал, что его вечные задержки на работе ранят мальчика, даже если тот пытается казаться взрослым и всё понимающим.

— Ты мой умница, Генри. Мама бы тобой очень гордилась, — Джеффри спустился с кровати прямо на пол и сел рядом с сыном, разглядывая конструктор. — Знаешь что? Наш сегодняшний проект с Оливером... если нам дадут разрешение, он изменит вообще всё. Нам больше не придётся часами возиться с капризными генераторами. Наша новая технология даст людям столько чистой энергии, что я наконец-то смогу брать полноценные выходные. Мы съездим с тобой на побережье, как ты хотел. Только ты и я. Обещаю.

Глаза Генри радостно вспыхнули. Он крепко обнял отца за шею, уткнувшись носом в его плечо.

— Честно-честно, пап? Выходные на море?

— Честно-честно, чемпион, — Джеффри обнял сына в ответ, чувствуя, как уходит всё накопившееся за день напряжение. Ради этих минут и ради будущего своего сына он был готов работать на износ. — Ну а теперь — марш мыть руки. Хватит питаться школьными сухпайками. Папа обещал приготовить ужин, и папа его приготовит. Как насчёт фирменной пасты с сыром и фрикадельками?

— Ура! Паста! — Генри вскочил с пола и весело побежал вниз по лестнице, на ходу выкрикивая: — Только чур сыра побольше!

Джеффри поднялся с пола, глядя вслед сыну, и на его лице осталась мягкая улыбка. Он чувствовал колоссальный прилив сил. У него был лучший друг, потрясающий сын и великое открытие в лаборатории. В этот тёплый вечер Джеффри казалось, что жизнь наконец-то налаживается, и впереди их ждёт только светлое, безопасное будущее.

Глава 2 Колегтивное решение и прорыв.

На следующий день в главном конференц-зале «Aevum Industries» было не протолкнуться. За огромным овальным столом из темного стекла собрался весь совет директоров. На стенах пульсировали неоновые графики акций, а в воздухе висели голограммы с отчетами о квартальной прибыли.

Председатель совета, пожилой мужчина с идеальной сединой и холодным взглядом, постучал ручкой по столу, призывая всех к тишине.

— Коллеги, давайте начнем с текущей повестки, — произнес он глубоким голосом. — Наши успехи стабильны, но расслабляться рано. Наши главные конкуренты — «Vector Dynamic», «Core Nexus» и «OmniVolt» — всё еще крепко держатся на плаву. И это невзирая на то, какие архаичные и грязные источники энергии они используют и продают людям. «Core Nexus» продолжает выжимать последние соки из угольных шахт, а «OmniVolt» монополизировал прибрежные ветряные зоны. Они демпингуют цены, и нам нужно решение, которое навсегда выбьет у них почву из-под ног.

Один из директоров по развитию, мужчина в дорогом строгом костюме, кашлянул и поднял руку:

— Полагаю, у меня есть то, что нам нужно, господин председатель. Вчера вечером на рассмотрение поступила крайне любопытная заявка от отдела перспективных исследований. Ее авторы — наши ведущие ученые Оливер Парк и Джеффри Смит. Они обнаружили подземную сигнатуру и подняли на поверхность новый тип энергетических кристаллов. Из отчета следует, что эти минералы обладают феноменальной, невиданной ранее стабильностью и плотностью энергии.

По залу прошел удивленный шепот. Директор нажал кнопку на своем планшете, и в центре стола развернулась трехмерная модель голубого кристалла и графики вчерашнего эксперимента.

— Ученые провели симуляцию, — продолжил он. — Один небольшой кристалл всего за двадцать минут полностью заполнил пустое резервное хранилище на 100 000 единиц энергии. При этом сам образец остался абсолютно невредим. Авторы запрашивают разрешение на полевые испытания для запитки одного из городских кварталов.

Тут же с места вскочил тучный директор по финансовому планированию:

— Сто тысяч единиц за двадцать минут?! Это безумие! Да если это правда, мы сможем снизить затраты на логистику и обслуживание станций до нуля! Мы обязаны запустить это в производство завтра же!

— Попридержите коней, Филипп, — подала голос женщина-директор из юридического департамента. — Мы не знаем долгосрочных последствий. Что, если эта энергия радиационна? Что, если квартал, который мы запитаем, просто взлетит на воздух? Я предлагаю провести испытания в малообеспеченных районах на окраине или в давно заброшенных промышленных секторах. Там старые сети, на них мы сможем получить чистый, незамутненный результат. И если что-то пойдет не так — ущерб для репутации компании будет минимальным.

— Исключено! — возразил директор по маркетингу. — На трущобах мы ничего не докажем. Чтобы инвесторы открыли кошельки, им нужен триумф. Нужно запитать роскошный торговый центр или жилой комплекс, чтобы все увидели: энергия будущего безопасна и эффективна! А на окраинах мы только время потеряем.

Споры разгорались все сильнее, директора перебивали друг друга, швыряя на стол папки с расчетами упущенной выгоды. Ситуация заходила в тупик, пока со своего места медленно не поднялся директор по безопасности и конфиденциальности — бледный, немногословный человек, чье ведомство контролировало корпоративный шпионаж. В зале мгновенно воцарилась тишина.

— Вы мыслите как торговцы, а не как стратеги, — тихо, но отчетливо произнес глава безопасности. — Подумайте головой. Мощная, аномальная энергоподача в малообеспеченные регионы или, того хуже, в заброшенные сектора, где по отчетам вообще нет потребления тока, мгновенно вызовет подозрения у наших конкурентов. У «Vector Dynamic» датчики по всему периметру города. Как только в заброшенных трущобах вспыхнет миллион люмен, их шпионы будут там через десять минут. То, что мы нашли эти кристаллы первыми — наша главная стратегическая карта. Для нас это идеальная возможность держать технологию в тайне до тех пор, пока мы не подготовимся к полному захвату рынка. Нам нельзя светиться на окраинах.

Директор по безопасности обвел совет тяжелым взглядом.

— Испытания нужно провести в самом центре города. Там колоссальное энергопотребление. Миллионы неоновых вывесок, правительственные здания, серверные хабы. Если мы пустим энергию кристалла туда, гигантский всплеск просто растворится в общем фоне городского шума. Конкуренты ничего не поймут, а мы получим идеальные данные.

Слова главы безопасности возымели эффект разорвавшейся бомбы. Председатель совета удовлетворенно кивнул.

— Логично. Очень логично, — произнес председатель. — Кто за то, чтобы одобрить полевые испытания на обеспечение электроэнергией в центре города?

Все директора, переглянувшись, единогласно подняли руки. Один за другим они активировали свои электронные стилусы и поставили цифровые подписи на документе, одобряющем проект Оливера и Джеффри. Зеленый свет был дан.

Тем временем на другом конце города, в уютном доме Джеффри, утро начиналось совершенно иначе. Солнечные лучи пробивались сквозь кухонное окно, а на столе дымилась яичница и свежий кофе. Сын и отец сидели друг напротив друга, наслаждаясь завтраком перед началом тяжелого дня.

Андроид Лютор стоял у кухонной стойки, аккуратно протирая полотенцем чистые тарелки. Его движения были точными, но немного механическими.

Генри, поболтав ложкой в чае, вдруг внимательно посмотрел на отца, а затем перевел взгляд на робота.

— Пап, я тут подумал... Может, нам пора обновить Лютора? Ну, поменять его?

Лютор от этих слов замер, его плечи едва заметно опустились, и он грустно оглянулся на мальчика. Джеффри в этот момент как раз делал большой глоток и от неожиданности чуть не подавился кофе, громко закашлявшись.

— Кхм!.. Генри, ты чего? — Джеффри вытер губы салфеткой. — Лютор отлично справляется, зачем его менять?

Но Генри поспешил всех успокоить, замахав руками и улыбаясь:

— Да нет же, папа, ты не понял! Я не хочу выбрасывать Лютора или заменять его другим андроидом. Я хочу поменять ему комплектующие! У него сейчас старая прошивка, и из-за этого у него нет кучи новых возможностей, которыми он мог бы пользоваться вместе с нами. Но для новой прошивки нужен новый, современный процессор. Я уже всё разузнал в сети: при переносе данных на новый чип ему не сотрут память. Все его воспоминания, всё, как он жил с нами и мамой — всё останется!

Лютор аккуратно положил полотенце на стол, подошел ближе к обеденной зоне и присоединился к обсуждению.

— С вашего позволения, мистер Джеффри, юный Генри прав, — произнес андроид своим привычным, слегка монотонным электронным голосом. — Мне действительно был бы очень полезен расширенный функционал. Новые алгоритмы обработки данных позволят мне эффективнее помогать вам по дому. Кроме того, более человеческий голос и обновленный речевой синтезатор смогли бы дать мне большую свободу в коммуникации с вами. Я бы перестал звучать как бездушный терминал.

Джеффри переводил взгляд с горящих глаз сына на андроида. Он улыбнулся, понимая, насколько сильно Генри привязался к Лютору, считая его полноценным членом семьи, а не просто куском металла.

— Что ж, — Джеффри вынес окончательный вердикт, поднимаясь из-за стола. — Твои сухие математические вычисления, Лютор, и вправду хорошо бы скрасить обычной человеческой речью. Я согласен на техобслуживание. Я подам заявку, а на выходных отвезем тебя в сервисный центр на апгрейд.

Генри радостно победно вскинул кулак:

— Ура! Спасибо, пап!

Лютор слегка наклонил голову, и в его искусственных глазах, казалось, промелькнуло нечто очень похожее на человеческую благодарность:

— Благодарю вас, мистер Джеффри. Благодарю, Генри.

После завтрака Джеффри и Генри начали собираться: отец — на работу, сын — на учёбу. Они вышли к машине под привычный мерный гул просыпающегося мегаполиса. Дорога до школы пролетела незаметно за обсуждением предстоящего апгрейда Лютора. Припарковавшись у обочины, Джеффри обернулся к сыну, потрепал его по плечу и тепло улыбнулся:

— Ну, чемпион, хорошего дня тебе. Не перегружай мозги на физике, оставь немного для наших выходных.

— Удачи на работе, пап! Порвите там всех с дядей Оливером! — весело крикнул Генри, подхватил рюкзак и выскочил из машины, смешиваясь с толпой других школьников.

Джеффри проводил его взглядом и поехал дальше, в сторону подземного комплекса «Aevum Industries».

Пока он пробирался сквозь утренние пробки, Оливер в лаборатории уже вовсю бодрствовал. Он не удержался и с самого рассвета подробно изучал свойства тёмно-синего кристалла. Его не оставляла мысль, что такую колоссальную мощь нельзя просто так бросать без исследования. Оливер один за другим подбирал химические элементы, пытаясь найти способ стабилизировать капризную атомную решётку минерала. После долгих, изнурительных опытов на молекулярном симуляторе он обнаружил удивительную деталь: кристаллическая структура начинала выравниваться, если внешнее энергетическое поле имело строго определённую частоту.

Его глубокие размышления прервал тихий свист открывающейся гидравлической двери. В комнату вошёл Джеффри, держа в руках бумажный пакет с выпечкой. Заметив взъерошенного друга, который буквально прирос взглядом к экрану, Джеффри усмехнулся:

— Ого, Оли! Я смотрю, ты решил окончательно исправиться за своё вчерашнее опоздание? Решил заночевать прямо на терминале?

Оливер вздрогнул, оторвался от монитора и устало, но довольно потёр глаза.

— Как Я могу уснуть зная потенциал этих кристаллов? Вот когда поставим производство на автомат, тогда и высплюсь. Ты даже не представляешь, чего я сейчас добился. Иди сюда, глянь на графики.

Коллеги тут же забыли про утренний кофе и вовсю принялись обсуждать результаты стабилизации кристаллов. Оливер, активно жестикулируя, вывел данные на центральную голограмму:

— Смотри, Джеффри. Если брать энергию из тёмно-синего кристалла экстремально медленно — например, пустить её на микрозарядку резервных энергонакопителей на сверхмалом токе, — то его решётка ведёт себя абсолютно стабильно! Никаких скачков. Более того, мне удалось стабилизировать его ещё немного. Я облучил образец изотопами тяжёлого кремния в камере симулятора. Это излучение создаёт вокруг ядра кристалла своего рода поддерживающий каркас. Да, ёмкость падает на пару процентов, но безопасность возрастает в разы!

Джеффри заворожённо смотрел на выровнявшуюся шкалу колебаний.

— Невероятно... Ты гений, Оливер. Слушай, а как дела с нашей заявкой, которую мы подали вчера? Есть новости от руководства?

При этих словах Оливер резко осёкся. Он сделал классический фейспалм, прижав ладонь к лицу, и виновато заулыбался:

— Ах, чёрт, точно! Я так увлёкся этим тёмно-синим монстром, что совсем забыл сказать! Совет директоров прислал ответ ещё пару часов назад. Они одобрили нашу задумку, правда, с одним маленьким, но существенным изменением. Из соображений секретности они запретили соваться на окраины. Мы бьём прямо по центру.

Оливер быстро застучал по клавишам и вывел на большой экран официальный документ с цифровыми водяными знаками «Aevum Industries».

ОФИЦИАЛЬНОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ КОМПАНИИ «AEVUM INDUSTRIES»

Код приказа: AX-9908-Д

Статус: Совершенно секретно / Особый контроль

Кому: Отдел перспективных энергетических исследований

Ответственные лица: Ведущий технолог Оливер Парк, Главный инженер Джеффри Смит

Настоящим уведомляем, что Совет Директоров корпорации «Aevum Industries» единогласно одобрил проведение первого полевого испытания инновационного кристаллического источника питания (Образец №1 «Голубой»).

В целях обеспечения максимальной конфиденциальности, предотвращения утечки информации к конкурирующим конгломератам (Vector Dynamic, Core Nexus, OmniVolt) и маскировки энергетических аномалий, место проведения эксперимента переносится из малообеспеченных пригородных секторов в Центральный административный и деловой район города (Сектор Ц-1).

РЕГЛАМЕНТ ПРОВЕДЕНИЯ ЭКСПЕРИМЕНТА:

1. Подключение объекта: Ответственным лицам надлежит интегрировать кристаллический носитель в центральную распределительную сеть Сектора Ц-1.

2. Условия теста: Синхронно с подачей энергии кристалла произвести полное автоматическое отключение основной термальной и магистральной электросети указанного района.

3. Временной лимит: На проведение полевого испытания выделяется строго 24 часа с момента запуска. По истечении данного срока энергоснабжение района должно быть возвращено в штатный режим.

4. Отчётность: В течение 12 часов после завершения эксперимента учёные обязаны составить и лично предоставить Совету Директоров подробный научно-технический отчёт со всеми параметрами износа кристаллической решётки и графиками стабильности энергоподачи.

Одобрено Советом Директоров «Aevum Industries».

Цифровые подписи верифицированы.

Джеффри радостно воскликнул, едва не подпрыгнув на месте, и крепко хлопнул друга по плечу:

— Да ладно! Центр города! Оливер, это же грандиозно! Представляешь, какой масштаб? Я ведь вчера вечером всё-таки проговорился Генри... Рассказал ему о нашем открытии, которое способно изменить весь этот мир, избавить людей от грязи и вечных поломок. Если бы ты видел его глаза!

Оливер искренне порадовался за друга, видя, как тот светится от счастья.

— Я рад за вас, дружище. Генри заслуживает гордиться своим отцом. Но расслабляться рано. Раз нам дали добро, нужно ковать железо, пока горячо. Начнём подготовку оборудования.

Весь оставшийся день прошёл в суматохе. Учёные монтировали массивную изолирующую установку, которую они между собой назвали «КЭГ» — Кристаллический Энерго-Генератор. Это было массивное устройство, внутри которого на магнитных подвесах должен был располагаться голубой кристалл, защищённый кучей трансформаторов и распределителей.

По условиям эксперимента, начать нужно было ближе к ночи, когда нагрузка на сеть стабилизируется, а деловая активность в центре города немного утихнет. План был прост и дерзок: подключить «КЭГ» к общей сети и одновременно выключить основное питание в этом районе. Это позволит наглядно посмотреть, как долго продержится кристалл под реальной нагрузкой.

Так они и сделали. Когда за панорамными окнами лаборатории начало стремительно темнеть, а город зажёгся миллиардами неоновых огней, Оливер ввёл финальные коды авторизации. Из центрального пульта ушёл сигнал на отключение магистрального кабеля Сектора Ц-1. Центр города на долю секунды погрузился во тьму, но тут же, повинуясь команде Оливера, «КЭГ» выдал первую мощную волну энергии. Кристалл внутри установки ярко вспыхнул ровным голубым светом. Окна небоскрёбов, рекламные щиты и уличные фонари центра снова загорелись, но теперь их питал один-единственный маленький минерал.

Учёные вернулись к главному терминалу лаборатории, чтобы неотрывно следить за статистикой и параметрами энергии. Цифры на экранах были идеальными, но Джеффри заметно нервничал. Он то и дело поглядывал на часы, а затем с тревогой посмотрел на Оливера. Джеффри понимал: если он останется здесь контролировать параметры вместе с другом на все 24 часа, то сегодня вообще не вернётся домой к сыну. А судя по тяжёлому, уставшему взгляду Оливера, Джеффри резонно предположил, что Оли этой ночью спал критически мало, если спал вообще.

— Слушай, Оли... — начал было Джеффри, собираясь отчитать друга за наплевательское отношение к собственному здоровью и предложить остаться вместо него.

Но Оливер не дал ему возможности поругаться. Он прекрасно знал, что для Джеффри значит семья, и как сильно Генри ждёт отца дома, особенно после вчерашнего обещания. Оливер устало, но твёрдо улыбнулся и жестом указал другу на выход, как раз в тот момент, когда их официальная дневная смена подошла к концу:

— Даже не начинай, Джефф. Зубы мне не заговаривай. Наша смена официально всё, так что хватай куртку и дуй домой к сыну. Генри ждёт отца. А за приборами я посижу, мне не привыкать.

Джеффри благодарно выдохнул, чувствуя колоссальное облегчение. Он пожал Оливеру руку:

— Спасибо тебе, Оли. Огромное спасибо. Я перед тобой в долгу. Я скажу Генри что завтра вернусь поздно, а утром я приеду как можно раньше, прямо к рассвету, чтобы сменить тебя, и ты наконец-то уедешь домой и нормально отоспишься. Идёт?

— Не парься, Я женат на своей работе, Я справлюсь здесь, но с тебя отчёт, записи Я прикреплю — отмахнулся Оливер, возвращаясь к экранам со статистикой «КЭГа».

Джеффри поспешно ушёл, а Оливер остался один в тишине лаборатории, лицом к лицу со светящимися графиками величайшего открытия в истории человечества. Эксперимент начался, и первые часы показывали абсолютный триумф. Оливер думал что сделал всё правильно. У Джеффри была семья, и его сын нуждался в отце, тем более после смерти матери. А у Оливера не когда не было семьи и его долг как друга сделать всё возможное чтобы отношения Джеффри с Генри хорошими.

Какое-то время спустя Джеффри добрался до дома, у входа его встретил Лютер и Генри, они играли в футбол. Генри был немного быстрее и обходил механические движения андроида. — Какой счёт? Спросил отец. Генри повернулся и восторженно крикнул —5:2! В мою пользу! Отец подошёл и потрепал сына по голове — А как ты пропустил целых два меча? Генри улыбнулся — У Лютора фора, он знает футбольные финты. Джеффри засмеялся посмотрев на андроида, — Не захотел проигрывать в сухую, а, Лютер? Конструкция Лютера не позволяла улыбаться, ток что он просто посмеялся — Вы правы Мистер Джеффри, было бы обидно проиграть в сухую. Лютер и в правду очень осчастливить мальчика, Анна жена Джеффри любила футбол, что было парадоксально для её подруг. Но что она любила больше футбола, так это музыку. Игра на скрипке заставляла весь дом семьи замереть, остановиться и насладиться моментом. Джеффри помогал что его сын захочет научиться игре на скрипке, но Генри не проявлял не какого интереса к музыкальному инструменту, который весит в спальне под стеклом. А может просто не подавал виду.

Глава 3

В самом сердце делового квартала, на верхнем этаже футуристического небоскрёба из чёрного стекла, шло экстренное заседание совета директоров корпорации «Vector Dynamic». Атмосфера в зале была тяжёлой и напряжённой. Вокруг длинного стола сидели люди, привыкшие управлять миллиардными потоками и безжалостно уничтожать любых конкурентов, которые пытались встать у них на пути. На огромных проекционных экранах сменяли друг друга графики продаж, отчёты об инвестициях в новые угольные терминалы и капризные атомные реакторы, а также списки мелких экологических активистов, вечно пытавшихся сорвать их новые проекты.

Однако сегодня на повестке дня стоял совершенно другой, куда более тревожный вопрос. Председатель совета, мужчина с хищным лицом и резкими манерами, вывел на центральный голографический экран карту города.

— Коллеги, продажи стабильны, но у нас возникла аномалия, которую мы не можем игнорировать, — ледяным тоном произнёс председатель. — Полчаса назад я получил шифровку от нашего внедрённого шпиона из архивного отдела «Aevum Industries». По данным его разведки, вчера ближе к ночи в Центральном административном районе города — Секторе Ц-1 — произошёл странный инцидент. На долю секунды там полностью отключилось магистральное питание, а затем мгновенно включилось снова. При этом наши датчики зафиксировали, что центральные ТЭЦ «Aevum» в этот момент не выдавали ток в сеть. Район запитало что-то другое.

В зале поднялся гул. Директора начали переглядываться, на их лицах отразилось явное беспокойство.

— Что это могло быть? — подал голос директор по инвестициям. — Если у них произошла авария, почему не сработали резервные подстанции? И откуда взялась мгновенная компенсация мощности? Сектор Ц-1 жрёт колоссальное количество мегаватт. Чтобы удержать его на плаву, нужна целая станция!

— Возможно, они тайно построили новый термальный накопитель под землёй? — предположил другой директор, нервно крутя в руках дорогую ручку. — Если это так, и они запустят его в коммерческую эксплуатацию, наши акции на рынке упадут. Люди уйдут к ним за дешёвой энергией, и это катастрофически отразится на наших доходах.

— Не паникуйте раньше времени, — цинично оборвал его глава финансового департамента. — Построить подземный накопитель таких масштабов втайне от нашей спутниковой разведки невозможно. После долгих споров и криков я не вижу ни одного логического объяснения. Скорее всего, это был обычный микросбой в системе автоматического снабжения. Программная ошибка перемаршрутизации тока, не более. Совет директоров «Aevum» просто латает свои дыры. Предлагаю усилить слежку, но пока не предпринимать радикальных шагов.

Директора, устав от безрезультатных споров, неохотно согласились с этим выводом. Совет так ни к чему конкретному и не пришёл, списав всё на техническую неполадку. Они ещё не понимали, что этот «микросбой» навсегда изменит расстановку сил.

В это же самое время, в тихой и погружённой в полумрак лаборатории «Aevum Industries», Оливер отчаянно боролся со сном. На его столе стояла уже третья по счёту пустая кружка из-под крепкого кофе. Его глаза слезились от яркого света мониторов, но он упрямо продолжал составлять официальный отчёт об активности и стабильности кристалла, скрупулёзно фиксируя результаты эксперимента каждый час. Оливер понимал, что от точности этих цифр зависит судьба проекта.

Он открыл рабочий файл и принялся забивать поминутные логи в таблицу:

ПОЧАСОВОЙ ЛОГ ТЕХНИЧЕСКОГО МОНИТОРИНГА «КЭГ» (ОБРАЗЕЦ №1)

* 23:00 (Час 0 — Момент запуска): Магистральная сеть Сектора Ц-1 отключена. «КЭГ» успешно интегрирован в общую цепь. Голубой кристалл активирован. Стартовая отдача энергии: 120 000 кВт/ч. Температура внутри изолирующей камеры: 22.4°C. Колебания кристаллической решётки: 0.01% (идеальная стабильность).

* 00:00 (Час 1): Нагрузка центрального сектора стабильна. Кристалл обеспечивает питанием 450 высотных зданий и уличную иллюминацию. Потребление: 118 500 кВт/ч. Температура ядра: 22.5°C. Изменений в структуре минерала не обнаружено.

* 01:00 (Час 2): Снижение потребления из-за закрытия торгово-развлекательных зон. Нагрузка: 95 000 кВт/ч. «КЭГ» автоматически снизил отдачу тока без потери частоты. Температура: 22.3°C. Деградация энергоёмкости: 0.00%.

* 02:00 (Час 3): Ночной минимум сети. Нагрузка: 78 000 кВт/ч. Кристалл работает в штатном режиме, признаков перегрева или истощения нет. Свечение ровное, без мерцания.

* 03:00 (Час 4): Плановая проверка систем безопасности. Принудительный скачок нагрузки на 10% для симуляции аварии. Кристалл мгновенно компенсировал нехватку энергии за 0.002 секунды. Температура кратковременно поднялась до 22.8°C, после чего вернулась к норме.

* 04:00 (Час 5): Нагрузка: 80 000 кВт/ч. Стабильность частоты тока удерживается на отметке 50 Гц. Физический износ образца отсутствует. Кристалл выглядит абсолютно новым.

* 05:00 (Час 6): Начало утренней технологической фазы. Автоматический запуск климатических систем в пустых офисных небоскрёбах. Нагрузка плавно поползла вверх: 92 000 кВт/ч. Внутреннее давление в накопителях КЭГ стабильное. Колебания решётки: 0.01%.

* 06:00 (Час 7): Включение уличного освещения в режиме «Рассвет» и запуск первых линий наземного электротрафика. Потребление: 105 000 кВт/ч. Температура изолирующей камеры держится на отметке 22.6°C. Кристалл сохраняет первоначальный уровень плотности энергии.

* 07:00 (Час 8): Аномалий не зафиксировано. Город начинает просыпаться. Нагрузка: 115 000 кВт/ч. Фильтры гармоник генератора работают без перегрузок. Структурный спектр голубого минерала показывает нулевую деградацию химических связей.

* 08:00 (Час 9): Утренний пик. Сектор Ц-1 задействует основные вычислительные мощности правительственных хабов. Потребление резко подскочило до 130 000 кВт/ч. КЭГ перешёл в режим повышенной отдачи. Температура ядра незначительно изменилась: 23.1°C. Стабильность идеальная.

* 09:00 (Час 10): Массовое открытие торговых центров и запуск внутренних конвейерных линий снабжения в деловой зоне. Нагрузка удерживается на пиковом значении: 135 000 кВт/ч. Охлаждающий контур КЭГ работает на 15% мощности. Кристалл не проявляет никаких признаков усталости материала.

* 10:00 (Час 11): Нагрузка: 132 000 кВт/ч. Зафиксировано падение напряжения на внешних распределительных узлах города, но КЭГ автоматически выровнял потенциал сети Сектора Ц-1. Кристаллическая решётка полностью восстанавливает микродеформации в реальном времени.

* 11:00 (Час 12 — Конец полусуточного цикла): Финальная фиксация параметров перед пересменкой. Потребление тока: 130 000 кВт/ч. Температура внутри камеры: 22.9°C. Суммарная выработка за 12 часов составила более 1.3 миллиона кВт. Износ Образца №1 равен 0.00%. Технология превосходит все расчётные ожидания.

Оливер откинулся на спинку кресла и сделал большой глоток кофе, пытаясь прогнать липкую паутину сна. Наблюдая за идеальными графиками, он лениво размышлял о будущем. «Интересно, как много этих кристаллов скрывается там, в глубоких недрах земли? — думал он. — Было бы неплохо, если бы наша компания сразу оформила патент на их масштабную добычу во всех секторах. Нужно полностью перекрыть кислород конкурентам, чтобы они даже не думали совать носы в подземные разработки. А если и посмеют начать незаконную добычу на нашей территории, то по закону потеряют и сам кристалл, и приличный кусок своего бюджета за колоссальные штрафы. Мы сотрём их в порошок юридически».

Тихий гидравлический свист прервал его мысли. В лабораторию бодрым шагом вошёл Джеффри, от которого приятно пахло утренней свежестью.

— Ну что, полуночник, как дела? — улыбнулся Джеффри, оценив помятый вид друга.

— Всё просто идеально, — хрипло отозвался Оливер, с трудом поднимаясь с кресла. — Кристалл — это чудо природы. Я составил ровно половину отчёта, зафиксировал первые часы. Ознакомься с ним и продолжай вести записи каждый час, ни одной минуты не пропускай. А я всё, я всё. Еду спать.

Кое-как доковыляв до подземной парковки, Оливер буквально рухнул на сиденье своей машины. Он активировал автопилот, коротко скомандовав: «Домой». Автомобиль мягко тронулся с места и без приключений доставил уставшего учёного к его жилому комплексу. Оливер на автомате зашёл в квартиру, скинул ботинки, дополз до постели и мгновенно провалился в глубокий, восстанавливающий силы сон.

В это же время в доме Джеффри субботнее утро было наполнено шумом, смехом и весельем. Пользуясь тем, что у отца сегодня была утренняя смена, Генри и Лютор устроили настоящий марафон развлечений. Поскольку это был выходной день, мальчик и андроид перепробовали, кажется, все игры, что были в доме.

Сначала они сидели за столом в гостиной, яростно сражаясь в настольные игры. Они сыграли несколько партий в «Уно», где Лютор с абсолютно невозмутимым лицом выкидывал карту «Возьми четыре», заставляя Генри весело хохотать. Затем перешли к более серьёзным вещам — шахматам и шашкам. Здесь Генри приходилось по-настоящему напрягать извилины, ведь андроид просчитывал ходы наперёд, хотя Лютор сознательно иногда совершал лёгкие человеческие ошибки, чтобы дать мальчику шанс на победу. После обычных карт они устроили то, что Генри любил больше всего — активные подвижные игры. Они бегали по всему первому этажу, устраивая перестрелки на игрушечных бластерах Nerf. Мальчик ловко кувыркался за диванами, а массивный Лютор, изображая футуристического терминатора, с глухим пластиковым стуком принимал на свой корпус мягкие поролоновые пули, забавно комментируя свои «ранения» монотонным голосом.

Когда время подошло к полудню, Лютор аккуратно собрал разбросанные пули, объявил перемирие и отправился на кухню. Вскоре он приготовил вкусный обед и позвал Генри к столу.

Мальчик с аппетитом уплетал еду, они непринуждённо болтали о школе, уроках и планах на грядущую поездку к морю. Но постепенно Генри погрустнел, начал вяло ковырять вилкой в тарелке. Лютор сразу заметил изменение в настроении подопечного.

Генри, твои биометрические показатели указывают на внезапный уровень стресса. Тебя что-то беспокоит? — мягко спросил андроид. Генри тяжело вздохнул, опустил глаза и тихо спросил:— Лютор... скажи, почему дети бывают такие жестокие? Почему парни в классе называют меня зазнайкой? Я ведь никогда не хвастаюсь своими знаниями. Я просто использую их, когда это нужно, когда учитель спрашивает...Лютор подошёл ближе к мальчику. В его электронных глазах, вопреки старой прошивке, отразилась искренняя, глубокая теплота. Он аккуратно присел на корточки рядом со стулом Генри и положил свою массивную металлическую ладонь ему на плечо.— Понимаешь, Генри, человеческая психология устроена сложно, — тихо произнёс андроид. — Не все дети обладают таким же высоким интеллектом и талантами, как ты. К сожалению, их внутренняя зависть и гнев из-за собственной слабости заставляют их пытаться унижать тех, кто умнее. Они говорят, что твои знания бесполезны, просто потому что сами не способны их усвоить. Им трудно смириться с тем, что ты выделяешься на их фоне гораздо сильнее, чем им хотелось бы. Лютор аккуратно, но крепко обнял Генри, прижимая мальчика к себе.— Мой тебе совет, чемпион: никогда не опускайся до их уровня. Твой отец, когда учил тебя базовым приёмам самообороны и бокса, всегда говорил важную вещь. Помнишь? Будь выше оскорблений. Но если на тебя нападают физически — бей в ответ, защищай себя. Твой ум — это твоя сила, а не слабость. Генри обнял андроида в ответ, чувствуя, как на душе становится легче от этих простых и мудрых слов. Он отстранился, вытер рукавом глаза и внимательно посмотрел на Лютора:— Спасибо тебе, Лютор. Ты настоящий друг. Но... пообещай мне кое-что. Возьми с тебя обещание: не рассказывай ничего из этого папе. У него сейчас столько работы в «Aevum», этот важный эксперимент с кристаллами... Я не хочу, чтобы он ещё и из-за моих проблем в школе переживал. Ладно?Андроид на секунду замер, на его внутреннем процессоре происходила борьба между протоколом честности перед хозяином дома и заложенной привязанностью к мальчику. Лютор неохотно, но очень понимающе кивнул:— Это нарушает мои стандартные директивы, Генри... Но я согласен. Я сохраню это в тайне. Твой отец не узнает о проблемах в школе. Генри благодарно улыбнулся, и в гостиной снова воцарился привычный субботний уют.

Пока юный Генри весело проводил время дома в компании Лютора, а Оливер Парк крепко спал в своей квартире, восстанавливая силы после изнурительного дежурства, Джеффри Смит полностью погрузился в работу. Лаборатория встретила его привычным гулом охлаждающих систем «КЭГа». Джеффри устроился за главным терминалом, открыл рабочий файл, оставленный Оливером, и принялся скрупулёзно заполнять вторую половину отчёта, фиксируя параметры каждые шестьдесят минут. Нагрузка на сеть Сектора Ц-1 постоянно менялась, но голубой кристалл демонстрировал поразительную адаптивность.

Джеффри внимательно вбивал новые строчки в технический лог:

ПОЧАСОВОЙ ЛОГ ТЕХНИЧЕСКОГО МОНИТОРИНГА «КЭГ» (ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ЦИКЛА)

* 12:00 (Час 13): Дневной пик потребления делового центра. Энергоотдача: 138 000 кВт/ч. Температура внутри изолирующей камеры зафиксирована на отметке 23.2°C. Колебания кристаллической решётки минимальны — всего 0.02%.

* 13:00 (Час 14): Нагрузка удерживается на высоком уровне: 135 000 кВт/ч. Автоматика КЭГ работает без сбоев. Распределительные шлюзы Сектора Ц-1 функционируют в штатном режиме. Деградация ёмкости: 0.00%.

* 14:00 (Час 15): Незначительное падение потребления тока до 120 000 кВт/ч. Температура ядра упала до 22.8°C. Свечение минерала ровное, без признаков деформации структуры.

* 15:00 (Час 16): Стабильное удержание параметров частоты сети на отметке 50 Гц. Нагрузка: 118 000 кВт/ч. Охлаждающий контур генератора задействован лишь на 12% от своей максимальной мощности.

* 16:00 (Час 17): Конец рабочего дня в офисах центрального района, начало вечернего оттока населения. Потребление плавно снижается: 105 000 кВт/ч. Кристаллическая решётка полностью стабильна.

* 17:00 (Час 18): Аномалий, скачков или просадок напряжения на узлах распределения не обнаружено. Нагрузка: 98 000 кВт/ч. Молекулярный анализ показывает нулевой износ химических связей образца.

* 18:00 (Час 19): Включение вечерней иллюминации и неоновой рекламы в центре города. Резкий скачок потребления: 125 000 кВт/ч. КЭГ мгновенно подстроил выходную мощность за рекордные 0.003 секунды. Температура кратковременно поднялась до 23.4°C.

* 19:00 (Час 20): Нагрузка стабильна на отметке 128 000 кВт/ч. Параметры энерговыделения кристалла соответствуют всем расчётным графикам.

* 20:00 (Час 21): Постепенное снижение трафика электрокаров в центре. Потребление: 110 000 кВт/ч. Давление в камере генератора в пределах нормы. Свечение глубокое, чистое.

* 21:00 (Час 22): Нагрузка делового квартала падает до ночных минимумов: 85 000 кВт/ч. КЭГ перешёл в режим пониженной генерации тока. Температура изолирующей камеры: 22.5°C.

* 22:00 (Час 23): Нагрузка: 80 000 кВт/ч. Подготовка к завершению суточного цикла эксперимента. Все дублирующие системы безопасности подтверждают идеальное состояние энергосети.

* 23:00 (Час 24 — Окончание эксперимента): Финальная фиксация данных. Нагрузка Сектора Ц-1: 75 000 кВт/ч. Эксперимент завершён со стопроцентным успехом. Основная городская магистральная электросеть автоматически возвращена в штатный рабочий режим. КЭГ успешно отключён от общей цепи.

Всё закончилось просто отлично. Полевые испытания были официально и успешно завершены. Центр города даже не заметил, что целые сутки жил за счёт энергии одного маленького подземного минерала.

Джеффри поставил финальную точку в документе и откинулся на спинку кресла, устало, но счастливо улыбаясь. Ему не терпелось показать Оливеру эти невероятные результаты и доказать, что их полевые испытания кристалл выдержал без единой запинки. Джеффри уже потянулся к своему коммуникатору, собираясь набрать номер друга, как вдруг послышался знакомый тихий свист открывающейся гидравлической двери.

На пороге лаборатории стоял Оливер Парк. Он выглядел бодрым, свежим и заметно посвежевшим после долгого сна. Оливер подошёл к терминалу, засунув руки в карманы брюк, и сходу спросил:

— Ну что, Джефф, как у нас дела? Мы ещё не взорвали этот город?

— Оли! Ты как раз вовремя, я только собирался тебе звонить! — Джеффри радостно вскочил с места и развернул к другу главный голографический экран. — Взгляни на это! Мы не просто не взорвали город, мы совершили чудо! Все двадцать четыре часа КЭГ отработал как швейцарские часы. Ни одной просадки напряжения, ни единого сбоя. Центр города со всеми его небоскрёбами и серверами жрал энергию тоннами, а нашему малышу хоть бы хны! Посмотри на финальные графики.

Оливер внимательно вчитывался в строчки почасового лога, и на его лице медленно расплывалась широкая улыбка.

— Невероятно... Джеффри, это же чистый триумф. Частота удерживалась на пятидесяти герцах даже во время вечернего пика?

— Да! КЭГ компенсировал скачки за тысячные доли секунды. Автоматика сработала идеально.

— Что ж, теперь нам нужно проверить самое главное, — Оливер посерьёзнел и кивнул в сторону изолирующей камеры. — Давай срезать крепления и забирать оборудование. Нам необходимо лично осмотреть кристалл и выяснить, изменился ли он как-то физически за сутки непрерывной экстремальной работы.

Учёные подошли к установке КЭГ. Используя специальные инструменты и отключив магнитные подвесы, они аккуратно извлекли голубой кристалл из защитного кожуха. Они положили его на исследовательский стол под яркие лампы и принялись внимательно рассматривать.

— Смотри сюда, — Джеффри указал пальцем на грани минерала. — Он немного потускнел. Прежнего ослепительного глянцевого блеска уже нет, цвет стал чуть более матовым.

Оливер взял увеличительное стекло и бережно повернул кристалл другой стороной.

— Потускнел — это естественно, он отдал колоссальный объём энергии. Но глянь на структуру решётки, Джефф. Кристалл физически вообще не повреждён. Ни одной микротрещины, никаких внутренних деформаций или сколов. Он полностью сохранил свою целостность. Это значит, что после короткого периода покоя или подзарядки его можно будет использовать снова. Технология жизнеспособна на все сто процентов.

Вернувшись за рабочий терминал вместе с кристаллом и остальным демонтированным оборудованием, Оливер быстро открыл файл отчёта. Он добавил туда новый, финальный пункт, подробно описав физическое состояние голубого минерала после испытания и прикрепив снимки его молекулярной структуры.

— Ну всё, — Оливер занёс палец над кнопкой отправки. — Финальный аккорд.

Джеффри подошёл ближе, и они вместе, как и в прошлый раз, нажали на виртуальную клавишу. Подробнейший научно-технический отчёт улетел прямиком на рассмотрение совету директоров «Aevum Industries».

Учёные облегчённо выдохнули. Напряжение последних дней наконец-то полностью спало. Оливер расслабленно устроился на краю стола и перевёл взгляд на друга:

— Ладно, с работой на сегодня точно покончено. Рассказывай лучше, как там твои домашние дела? Ты вчера говорил, что Генри подкинул какую-то идею насчёт Лютора?

Джеффри улыбнулся, вспоминая утренний разговор за завтраком:

— О, да! Представляешь, мелкий хочет устроить ему масштабный апгрейд. Сказал, что Лютору со старой прошивкой недоступны новые функции. Генри сам всё разузнал в сети: для этого нужно купить новый процессор, и тогда при переносе данных Лютору полностью сохранят всю его память и воспоминания о нашей семье.

Оливер удивлённо приподнял бровь, а затем одобрительно хмыкнул:

— Надо же, какой сообразительный парень. И что сам Лютор?

— Лютор тоже подключился к разговору, — рассмеялся Джеффри. — Сказал, что ему очень помог бы расширенный функционал для помощи по дому, а новый речевой синтезатор дал бы ему более человеческий голос. Ну, я и согласился. Подумал, что его сухие математические вычисления действительно неплохо бы разбавить нормальной человеческой речью. Так что на выходных поедем в сервисный центр на техобслуживание и апгрейд.

— Отличные новости, — Оливер искренне порадовался за друга. — Лютор у вас парень золотой, он этот апгрейд заслужил. Ну что, по домам? Завтра, чувствую, совет директоров вызовет нас на ковёр, но теперь уже с поздравлениями.

Учёные выключили свет в лаборатории и вместе вышли в коридор.

У меня появился ТГ канал где я выкладываю новости по новым главам и проектом в целом. Также если у вас есть идеи Я буду готов их выслушать. В момент кризиса.

https://author.today/account/my-page

Глава 4

Совет директоров «Aevum Industries» собрался в том же просторном конференц-зале из тёмного стекла непривычно рано. Атмосфера была заряжена предвкушением грандиозных перемен. На центральных проекторах пульсировали свежие финансовые графики, а директора, не дожидаясь официального начала, бурно обсуждали грядущие прибыли и колоссальные возможности сэкономить. Финансовый аналитик компании увлечённо демонстрировал таблицы, согласно которым массовое внедрение кристаллической энергии позволяло сократить расходы на логистику, закупку капризного уран-ториевого топлива и обслуживание гигантских термальных плит почти на 87%. Компания стояла на пороге исторического снижения издержек, способного превратить её в абсолютного монополиста.

Глава совета, солидный мужчина с идеальной сединой, требовательно постучал ручкой по столу, призывая всех к тишине. Как только зал затих, он вывел на экраны членов правления недавний отчёт Оливера Парка и Джеффри Смита об успешном завершении суточного полевого испытания в Секторе Ц-1.

— Коллеги, перед вами неопровержимые доказательства нашего триумфа, — глубоким голосом произнёс председатель. — Сектор Ц-1 целые сутки бесперебойно питался от одного-единственного голубого кристалла. Износ образца — нулевой. Частота сети — идеальная.

Директора по очереди начали восторженно высказывать своё мнение. Зал наполнился одобрительным шумом. После непродолжительного обсуждения совет единогласно принял стратегическое решение: немедленно инициировать масштабную добычу кристаллов в обнаруженных подземных недрах и запустить процесс юридического оформления глобального патента на эту технологию. Это было необходимо, чтобы конкурирующие корпорации, вроде «Vector Dynamic» или «Core Nexus», даже теоретически не могли свободно добывать или использовать подобные минералы.

На волне всеобщей эйфории некоторые члены совета, буквально опьянённые столь ошеломительным успехом, зашли ещё дальше.

— Если один кристалл без проблем держал центр целые сутки, почему мы медлим? — горячо предложил директор по маркетингу. — Давайте испытаем этот кристалл ещё раз, но на этот раз рискнём и запитаем от него весь город целиком! Представляете, какой это будет взрыв в мировых СМИ?!

Однако его пыл тут же безжалостно прервал другой член совета — директор по безопасности и конфиденциальности. Он резко выпрямился и смерил коллегу ледяным взглядом:

— Одна победа ещё не стоит того, чтобы идти ва-банк. Некоторые из вас, кажется, вообще не думают головой. Этот проект пока строго секретный! Полная запитка мегаполиса создаст такой энергетический резонанс, что шпионы «Vector Dynamic» вычислят наш источник в ту же секунду. Мы не можем так глупо рисковать преимуществом.

Глава совета веско кивнул, подчёркивая явное безрассудство предложенной идеи о моментальной запитке города.

— Безопасность права. Рисковать всем мегаполисом сейчас — безумие, — отрезал председатель. — Однако нам пора делать первые подготовительные шаги к постепенному выведению кристаллов в массы. Мы начнём юридическую и логистическую подготовку.

Все присутствующие согласным кивком одобрили эти слова. Затем глава совета открыл на своём планшете бланк и составил официальный документ, выражающий благодарность сотрудникам.

ОФИЦИАЛЬНЫЙ ПРИКАЗ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ КОМПАНИИ «AEVUM INDUSTRIES»

**Код документа:** ОД-1102-Б

**Статус:** Высший приоритет / Служебное поощрение

**Кому:** Отдел перспективных энергетических исследований

**Получатели:** Ведущий технолог Оливер Парк, Главный инженер Джеффри Смит

Совет Директоров корпорации «Aevum Industries» выражает благодарность и глубокую признательность научно-исследовательской группе в лице Оливера Парка и Джеффри Смита за проявленный высокий профессионализм, новаторский подход и успешное проведение 24-часового полевого испытания кристаллического энергогенератора (КЭГ) в Секторе Ц-1. Ваш труд открывает перед компанией новые горизонты и закладывает фундамент для энергетической независимости нашего мира.

**ПОСТАНОВЛЕНИЕ:**

Вышеозначенным сотрудникам, Оливеру Парку и Джеффри Смиту, надлежит явиться в главный зал заседаний Совета Директоров для личного выражения благодарности и обсуждения дальнейших этапов проекта сегодня, в **12:00**.

*Документ заверен личными подписями всех членов Совета Директоров.*

В это самое время Джеффри Смит проводил заслуженный и единственный выходной со своей семьёй. Оливер Парк, у которого не было близких, с радостью пришёл к ним в гости. Атмосфера в уютном доме Смитов была потрясающей: друзья весело проводили время, пили чай и увлечённо рассказывали десятилетнему Генри про свои сложные, но безумно интересные научные исследования. Мальчик слушал их с открытым ртом, искренне восхищаясь умом своего отца и дяди Оливера.

Посреди их весёлой беседы к столу плавно подошёл Лютор. На его лице отразилось деликатное беспокойство, а речевой синтезатор выдал привычный монотонный звук:

— Простите, что прерываю ваш отдых, мистер Джеффри. На ваш личный терминал только что поступил важный зашифрованный электронный документ.

Джеффри, расслабленно откинувшись на спинку стула, недовольно поморщился и попытался отмахнуться:

— Ох, Лютор, давай потом. У нас сегодня выходной. Пускай подождёт до понедельника.

Но андроид упрямо покачал головой и добавил:

— Я бы не стал настаивать, сэр, но это официальный приказ от Совета Директоров. И он касается не только вас, но и мистера Оливера Парка.

Друзья удивлённо переглянулись. Оливер тут же выпрямился, а Джеффри активировал свой ручной коммуникатор, выводя текст приказа на экран. Быстро прочитав документ и увидев приглашение на аудиенцию к 12:00, они поняли, что отдых отменяется.

Генри, заметив их оживление и прочитав строчку про личную благодарность, радостно подпрыгнул на стуле:

— Папа, дядя Оливер, это же круто! Вас вызывают самые главные боссы! Пап, ну пожалуйста, возьми меня с собой! Я очень хочу посмотреть на главный офис!

Джеффри с грустной улыбкой потрепал сына по волосам и вздохнул:

— Увы, чемпион, я бы с радостью. Но правила строжайшей конфиденциальности корпорации этого категорически не позволяют. Посторонним туда вход закрыт. Посиди пока с Лютором, мы постараемся обернуться быстро.

Генри разочарованно вздохнул, но послушно кивнул. Учёные поспешно собрались, вышли на улицу и на одной машине поехали в штаб-квартиру «Aevum Industries».

Около массивных, обитых тёмным металлом дверей зала заседаний совета директоров всегда было стоять немного боязно. Даже несмотря на то, что Оливер и Джеффри чётко знали причину вызова и ехали за похвалой, авторитет высшего руководства всё равно заставлял их сердца биться чуть чаще. Джеффри слегка поправил воротник рубашки, а Оливер глубоко выдохнул, прежде чем двери перед ними плавно разъехались в стороны.

Приняли их с королевским почетом. После того как учёные вошли и вежливо поприветствовали собрание, каждый член совета по очереди взял слово. Директора подробно рассказали, что именно им больше всего понравилось в этом проекте: одни хвалили колоссальную скорость отдачи энергии, другие — абсолютную экономическую выгоду, третьи — безупречную интеграцию «КЭГа» в городскую сеть. В конце концов, сам глава совета взял слово и высказал финальный вердикт: работа Парка и Смита признана выдающимся достижением компании.

Но на этом аудиенция не закончилась. Лицо председателя стало серьёзным, и он перешёл к стратегическим планам:

— А теперь о будущем, господа. Наш триумф с голубым кристаллом доказал, что мы на верном пути. Поэтому совет приказывает вам немедленно продолжить исследования и вплотную заняться изучением тёмно-синего кристалла. Нам нужно найти способ обуздать его невероятную мощь.

Глава совета обвёл учёных строгим взглядом и добавил:

— Со следующей недели на глубинные уровни будет отправлена наша специальная военизированная группа по масштабной добыче кристаллов. Они обеспечат вас любым количеством образцов для более углублённого исследования. Мы должны быть полностью готовы к официальному выведению этой технологии в массы. Поздравляю вас, коллеги. Можете возвращаться к работе.

— А теперь господа учёные, не смею вас больше задержать. Начинайте работу с завтра.

Оливер и Джеффри переглянулись, чувствуя, как внутри разгорается профессиональный азарт. Высшее руководство дало им полный карт-бланш. Они ещё не знали, что масштабная добыча, которая начнётся со следующей недели, создаст слишком много шума и окончательно привлечёт внимание их из конкурентов.

После воодушевляющей аудиенции на совете директоров Оливер Парк и Джеффри Смит покинули главный офис «Aevum Industries». Эмоции били через край, и друзья решили вернуться домой к Джеффри, чтобы отметить этот важный день в семейном кругу. Оливер сел на пассажирское сиденье, и пока машина везла их по залитым солнцем городским улицам, между учёными завязался оживлённый и подробный спор.

— Ты слышал его, Джефф? — Оливер взволнованно развернулся к другу. — Со следующей недели они отправляют группу на масштабную добычу! Это значит, что у нас в лаборатории будут десятки, если не сотни образцов. Но приказ вплотную заняться тёмно-синим кристаллом... Честно говоря, это меня немного пугает. Ты же сам видел графики, его атомная решётка — это пороховая бочка.

Джеффри крепче сжал руль, не отрывая взгляда от дороги, и рассудительно ответил:

— Я понимаю твою тревогу, Оли. Но совет директоров прав в одном: если мы хотим совершить глобальную революцию и навсегда стереть с рынка «Vector Dynamic», нам нужна максимальная мощность. Голубые кристаллы хороши для кварталов, но тёмно-синие — это ключ к энергообеспечению целых стран. Твои вчерашние опыты с изотопами кремния доказали, что его можно обуздать. Мы просто обязаны быть вдвойне осторожными. Нам дали ресурсы, нам дали зелёный свет. Мы справимся.

— Твоя правда, — Оливер расслабленно откинулся на подголовник. — Главное, чтобы эта военизированная группа добытчиков не наделала лишнего шума. Слишком крупные подземные работы трудно скрыть от конкурентов. Ладно, давай о приятном: сегодня воскресенье, и мы дали слово мелкому. Пора заняться Лютором.

Приехав на место, они застали Генри и Лютора в гостиной. Мальчик буквально подпрыгивал от нетерпения. Учёные быстро переоделись, позвали андроида, и вся компания дружно погрузилась в просторный автомобиль Джеффри. Их целью был специализированный городской сервис по улучшению и модификации робототехники.

Сервисный центр встретил их стерильной чистотой, запахом озона и тихим жужжанием сервоприводов. Здесь трудилась высококлассная группа специалистов: операторы за голографическими пультами, механики в защитных экзоскелетах и настройщики нейросетей. К приехавшим инженерам вышел ведущий мастер-техник в чистом синем комбинезоне. Джеффри подробно изложил суть их запроса.

Мастер внимательно выслушал Смита, осмотрел старый корпус Лютора и ввёл пару команд на своём планшете, считывая спецификацию робота.

— Ситуация понятная, — кивнул техник, обращаясь к Джеффри и Оливеру. — Прошивка действительно сильно устарела, процессор первой волны просто не потянет современные алгоритмы эмпатии и речевые синтезаторы пятого поколения. Но если мальчик так привязан к нему, у нас есть идеальное решение. Мы не будем перепрошивать старое железо. Мы аккуратно извлечём у андроида его центральный квантовый блок памяти со всеми накопленными данными и перенесём его в абсолютно новый, похожий визуально, но конструктивно улучшенный корпус премиум-класса.

— А это безопасно? — с тревогой спросил Генри, крепко схватив отца за руку. — Лютор не забудет меня? Он не забудет маму?

Мастер-настройщик тепло улыбнулся ребёнку:

— Не переживай, малыш. Блок памяти автономен. Мы подключим его к дублирующему питанию во время переноса. Все его воспоминания, привычки и то, как он жил с вами, скопируются с точностью до бита. Он останется прежним Лютором, просто получит новое, сильное «тело» и расширенный разум.

Джеффри переглянулся с Оливером, и тот одобрительно кивнул.

— Мы согласны, — утвердил Джеффри. — Действуйте.

Лютора провели в стеклянный бокс. Андроид послушно лёг на операционный стол. Операторы запустили лазерные манипуляторы, механики ловко вскрыли шейный отдел корпуса, а настройщики вывели на экраны шкалу переноса данных. Генри, затаив дыхание, прижался к стеклу. Прошло ровно пятнадцать минут слаженной работы команды, и раздался приятный электронный сигнал — интеграция завершена.

Лютор медленно сел на операционном столе. Внешне он остался тем же крупным, надёжным андроидом, но его пластиковая кожа теперь выглядела абсолютно неотличимой от человеческой, а движения стали невероятно плавными, лишившись былой роботизированной угловатости. Кондикатор на его виске замигал мягким, стабильным голубым светом.

В этот момент внутри самого Лютора происходил настоящий ментальный взрыв. Тысячи новых сенсоров и датчиков эмпатии, заложенных в новый процессор, одновременно активировались. До этого его мир был набором сухих цифр и логических директив. Теперь же в его цифровую матрицу хлынул колоссальный поток информации. Он впервые по-настоящему почувствовал температуру воздуха в комнате не как сухую цифру «21°C», а как приятную прохладу. Он ощутил текстуру ткани на операционном столе. Но самое главное — его расширенные алгоритмы распознавания эмоций превратились в то то самое истинное испытывание чувств. Глядя на Генри за стеклом, Лютор впервые осознал, что то, что его старая программа называла «приоритетным объектом охраны», на самом деле вызывает в его электронном сердце глубокую, искреннюю привязанность и желание защищать. Ему стало тепло изнутри.

Лютор легко поднялся на ноги, вышел из бокса и посмотрел на замерших людей.

— Ого... — первым выдохнул Оливер, во все глаза разглядывая андроида. — Да он теперь двигается плавнее, чем профессиональный атлет. Какая балансировка сервоприводов!

Джеффри восторженно покачал головой:

— Потрясающая работа. Лютор, как ты себя чувствуешь? Попробуй сказать что-нибудь.

Генри сделал шаг вперёд, преданно глядя на своего друга.

Андроид мягко улыбнулся — совершенно по-человечески, уголками губ, — и произнёс своим новым голосом. Его речь больше не была монотонным бубнежом терминала. Теперь это был глубокий, богатый на интонации, приятный мужской голос, в котором чётко слышались живые, тёплые нотки:

— Я чувствую себя... удивительно, мистер Джеффри. Привет, Генри. Я всё помню. Каждую секунду, проведённую с вами.

Мальчик с радостным криком бросился к андроиду и крепко обнял его за пояс. Лютор мягко присел, обнимая ребёнка в ответ, и в его глазах теперь читалось абсолютно осознанное, человеческое счастье.

Оформив все документы и поблагодарив мастеров, счастливая и оживлённая компания поехала обратно домой. Едва переступив порог родного дома, Лютор сразу же решил продемонстрировать свои новые, феноменальные способности.

Генри, решив проверить его ловкость, внезапно бросил в сторону андроида маленькую деталь от конструктора, которая случайно выскользнула из его рук. Лютор, даже не поворачивая головы, совершил молниеносное, неуловимое для глаза движение — его рука взметнулась вверх, и пальцы намертво сомкнулись вокруг летящего пластика в пантиметре от дорогой вазы. Учёные лишь поражённо присвистнули. Повышенная ловкость и реакция нового корпуса были безупречны.

Весь оставшийся вечер Лютор поражал их своей речью и интонациями. Он шутил вместе с Оливером, его голос менял тембр от весёлого к серьёзному, а расширенное понимание человеческих эмоций позволяло ему тонко улавливать атмосферу. Когда Джеффри вскользь упомянул покойную жену, Лютор не просто выдал стандартную фразу соболезнования, а подошёл, положил руку ему на плечо и произнёс слова утешения с такой искренней, глубокой грустью и пониманием в голосе, что у Джеффри перехватило дыхание. Андроид теперь не просто имитировал поведение человека — он сам начал испытывать этот сложный спектр чувств, став полноценной частью их маленькой семьи.

Не навязчиво напоминаю что у меня есть

ТГ канал на котором я выкладываю новости по проектам.

https://author.today/account/my-page

Глава 5

HiНа следующий день семья Джеффри Смита проснулась рано и, как всегда, слаженно собиралась по своим делам: Генри готовился к урокам, а сам Джеффри — к новому трудовому дню, который обещал быть крайне напряжённым. Апгрейд Лютора прошёл успешно, и андроид теперь помогал по дому с непривычной человеческой грацией и мягкими интонациями в голосе. Высадив сына у школы и пожелав ему отличного дня, Джеффри на полной скорости направился в подземный комплекс «Aevum Industries».

Приехав на место и зайдя в главный отсек лаборатории, Джеффри застал Оливера Парка в самом центре комнаты. Вокруг него полукругом выстроилась суровая, крепко сбитая команда рудокопов и наёмных солдат охраны в тяжёлой тёмной экипировке. Оливер как раз раздавал чёткие, жёсткие инструкции командиру отряда, сверяясь с трёхмерной голограммой подземных недр.

— ...Ваша задача — первым делом чётко определить границу общей территории, на которой расположены кристаллы, — Оливер уверенно провёл пальцем по лазерной проекции шахты. — После этого сразу же опечатайте весь периметр. По его краям в обязательном порядке установите мощные глушители сигналов и частот, чтобы ни один байт информации не ушёл наверх. На каждый обнаруженный вход и выход поставьте по двое вооружённых солдат.

Тут один из бойцов охраны, молодой парень с дерзким лицом, недовольно хмыкнул и влез прямо посреди речи учёного:

— Стойте, док. А зачем нам просто так стоять и охранять шахтёров? В этих сырых пещерах крысы, что ли, на нас нападут? На кой чёрт там двойные посты?

Рудокопы старой закалки, стоящие рядом, посмотрели на него косо, неодобрительно качая головами. Оливер Парк на секунду замолчал, но не успел он ответить, как в разговор веско вмешался только что вошедший Джеффри Смит. Он сделал несколько шагов вперёд, заставив отряд расступиться.

— А двойные посты там нужны потому, солдат, что наш главный конкурент — это не просто кучка инженеров с отвёртками, — Джеффри взял слово, и его голос прозвучал удивительно твёрдо и грозно. — Это корпорация «Vector Dynamic». Они поставляют правительству передовое оружие и тяжёлую военную технику. У них есть собственные штурмовые отряды, и они не остановятся ни перед чем, абсолютно ни перед чем, лишь бы заполучить новую технологию и сохранить свою монополию.

Джеффри подошёл ближе и строго смерил выскочку ледяным взглядом, отчего тот невольно подобрался.

— Хоть это и строжайше секретная миссия, но вскоре о кристаллах всё равно узнают в массах. И поверьте мне на слово: некоторые из наших конкурентов не будут вежливо просить или пытаться выкупить эти кристаллы. Некоторые просто убьют за них. Убьют каждого, кто встанет на пути.

Выскочка под этим тяжёлым взглядом мгновенно растерял всю свою спесь. Он отвёл глаза в сторону, шумно сглотнул и вытянулся по стойке смирно:

— Задачу понял, сэр! Виноват.

Джеффри слегка отступил назад, давая знак другу:

— Оливер, продолжай.

Оливер Парк признательно кивнул коллеге и вернулся к голограмме:

— Как я и говорил ранее, установите по двое солдат на каждый вход. Мы пока доподлинно не знаем, сколько скрытых разветвлений и заброшенных проходов в этой шахте. Нам нужен тотальный контроль над каждым метром. А теперь перейдём к технике безопасности. Джеффри, вынеси образцы, пожалуйста.

Джеффри Смит кивнул, скрылся за массивной дверью герметичного хранилища и через пару секунд вышел обратно, неся в руках специальный экранированный кейс. Он открыл защёлки и выставил на стол два минерала. Лабораторию озарило контрастное свечение.

— Перед вами два типа образцов: голубой и тёмно-синий, — Оливер указал на светящиеся камни. — Голубой кристалл обладает колоссальной, невероятной мощностью, которую мы уже проверили на практике. А его тёмно-синий брат концентрированнее и мощнее его в разы. Из-за этого их следует...

— Слышьте, док, а насколько конкретно мощный этот тёмно-синий кристалл? — снова не унимался тот же самый выскочка из охраны, заворожённо глядя на манящий тёмный минерал. — Он сможет запитать обычные бытовые приборы? Например, домашний телик или кухонный комбайн?

Оливер Парк тяжело, устало вздохнул и прикрыл ладонью глаза. Терпение Джеффри Смита окончательно лопнуло. Он приблизился к излишне любопытному солдату практически вплотную, нависая над ним всей своей фигурой.

— Это строго конфиденциальная информация, не подлежащая разглашению рядовому составу. Это тебе понятно, солдат?! — рявкнул Джеффри с такой командной интонацией, что выскочка аж опешил, побледнел и едва не отшатнулся.

— Д-да, сэр! Абсолютно понятно! — отрапортовал перепуганный парень.

Отдалившись от него, Джеффри повернулся к остальной команде и продолжил инструктаж:

— Ваша главная задача — добыть как можно больше кристаллов обоих видов. Начинайте работы строго с окраин разведанной территории и постепенно, метр за метром, углубляйтесь в самый центр жилы. Также в обязательном порядке приготовьте плотные резиновые перчатки и защитные диэлектрические рукава. Тёмно-синий кристалл крайне вспыльчивый по своей физической натуре. В прошлой, ознакомительной экспедиции одного из рабочих чуть ли немертво ударило током прямо в момент, когда они выбивали минерал из породы. Да ударило так, что парень чуть Богу душу не отдал, его едва откачали. У меня всё.

Оливер Парк одобрительно кивнул и добавил финальный, самый важный пункт:

— И самое главное, парни. Когда будете грузить добычу в транспорт, установите защитные контейнеры с кристаллами в специальный сейф с гироскопической стабилизацией. И постарайтесь вести грузовые машины максимально плавно. Нам нужно полностью избежать лишних колебаний, тряски и ударов по дороге к лаборатории.

Джеффри Смит тонко усмехнулся и вставил реплику от себя:

— Короче говоря, везите их бережно. А не так, как у нас обычно доставляют посылки на почте.

Пару человек среди рудокопов дружно хохотнули, оценив шутку. Напряжение в воздухе спало. Командир отряда добытчиков уважительно и одобрительно кивнул головой учёным, показывая, что все требования приняты к исполнению.

— Ну всё, мужики, все вводные вы получили. Приступайте к задаче. И удачи нам всем, — подвёл итог Оливер, выключая голографический проектор.

Команда слаженно развернулась и направилась к выходу, готовая начать самую масштабную и опасную подземную добычу в истории «Aevum Industries».

Когда команда шахтёров и наёмников начала шумно покидать лабораторию, Джеффри Смит сделал несколько шагов вперёд и жестом попросил задержаться лидера военизированной охраны.

— Капитан, задержитесь на секунду, — негромко произнёс Джеффри.

Массивный мужчина в бронежилете остановился и повернулся к учёному. Джеффри спокойно, но твёрдо продолжил: — У меня для вас личная просьба: проведите, пожалуйста, со своими бойцами жёсткую лекцию о субординации. В пещерах нам не нужны те, кто задаёт лишние вопросы вместо выполнения приказов.

Капитан понимающе кивнул головой, на его суровом лице промелькнуло явное уважение:

— Будет исполнено, мистер Смит. Приношу свои личные извинения за неподобающее поведение своего бойца. Парни молодые, необстрелянные. Кстати, вижу, у вас у самого немалый опыт в командовании людьми. Наш брат наёмник сразу видит такую выправку.

Джеффри слабо, немного ностальгически улыбнулся:

— В своё время на службе приходилось ставить на место самые горячие и упрямые головы. Это базовый навык командира.

Капитан крепко протянул руку в знак искреннего уважения:

— Буду искренне рад поработать с вами, сэр. Теперь я спокоен за дисциплину на объекте.

Джеффри коротко кивнул, пожимая массивную ладонь военного, и тот поспешил догнать свой уходящий отряд.

После того как тяжёлая гидравлическая дверь закрылась, и команда шахтёров вместе с наёмниками окончательно ушла, Оливер Парк медленно подошёл к другу. Он удивлённо качал головой, переводя взгляд с закрывшейся двери на Джеффри.

— Ну и ну... Не знал, Джефф, что в тебе скрываются такие командирские нотки, — Оливер облокотился на край терминала. — Ты ведь никогда раньше не рассказывал, что служил в армии.

Джеффри повернулся к другу, его взгляд на мгновение стал отрешённым, словно он мысленно вернулся на много лет назад.

— Да там, в общем-то, особо и не о чем рассказывать, — тихо парировал Джеффри, убирая руки в карманы брюк. — Это было ещё до того, как я всерьёз ушёл в фундаментальную науку и энергетику. Я поступил на военную службу сразу после академии и довольно быстро поднялся до звания лейтенанта. В моём первом подчинении как раз и были такие рядовые — зелёные юнцы, которым было абсолютно плевать на субординацию, дисциплину и собственное поведение на опасных объектах. Приходилось жёстко ставить их на место ради их же безопасности. Впрочем, это дела давно минувших дней, сейчас это не важно. Наша главная цель — кристаллы.

Оливер Парк удивлённо и с глубоким интересом посмотрел на друга. В его голове закрутилось множество вопросов, ему хотелось бы расспросить Джеффри о его боевом прошлом ещё больше, но, заметив, как Смит помрачнел, он решил не продолжать эту тему, проявив тактичность. Вместо этого Оливер хлопнул в ладоши, переводя разговор в привычное научное русло:

— Ладно, лейтенант, вернёмся к нашим делам. Раз уж начальство дало нам полный карт-бланш, я предлагаю прямо сейчас испробовать тёмно-синий кристалл. Помнишь наше резервное энергохранилище на 100 000 миллиампер? Я специально полностью разрядил его до нуля перед твоим приходом. Давай рискнём и пустим на него ток от концентрированного образца.

Джеффри мгновенно оживился, военная строгость сошла с его лица, уступая место чистому профессиональному азарту. Учёные аккуратно закрепили капризный тёмно-синий минерал в магнитных держателях тестового стенда. Помня об изотопах кремния, Оливер выставил строго фиксированную частоту съёма энергии, чтобы не перегружать решётку.

После завершения опыта графики на экранах заставили инженеров затаить дыхание. Теория Оливера подтвердилась на практике: концентрированный тёмно-синий кристалл действительно мог выдавать просто чудовищное, колоссальное количество энергии без всякого вреда для себя, если его не перегружать быстрыми скачками. Пустое хранилище на 100 000 миллиампер заполнилось под завязку всего за 2 минуты! Это было ровно в десять раз быстрее, чем показатели голубого образца. При этом сам тёмно-синий камень лишь едва заметно нагрелся.

Джеффри заворожённо вывел на центральный проектор атомную структуру минерала и принялся задумчиво изучать химический состав кристалла ещё раз. Он долго всматривался в переплетения связей, а затем уверенно повернулся к Оливеру:

— Оли, смотри на эти межатомные мостики. Принудительное облучение кремнием удерживает форму, но что, если пойти дальше? Когда со следующей недели прибудет конвой с новой партией образцов, я предлагаю провести безумный, но гениальный эксперимент. Что, если при наличии достаточного количества образцов мы попробуем перевести тёмно-синий и голубой кристаллы в агрегатное состояние жидкости? Мне безумно интересно посмотреть, как на такое экстремальное плавление отреагирует его кристаллическая решётка, сохранит ли она свои энергетические свойства в жидком виде и станет ли более стабильной для транспортировки.

Оливер Парк замер, обдумывая слова друга, а затем его глаза блеснули научным ащартом:

— Жидкая кристаллическая энергия... Джефф, да если это сработает, мы сможем заливать её в баки электрокаров как обычное топливо! Это гениально!

Весь оставшийся день учёные провели в непрерывных расчётах и симуляциях. Они без устали экспериментировали со свойствами кристалла, проверяя его температурные пороги. Лишь к самому окончанию смены, когда за окнами сгустились сумерки, они устало уселись за терминалы, чтобы написать официальный промежуточный отчёт для совета директоров «Aevum Industries».

#### НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ ОТЧЁТ И ЗАЯВКА НА ПРОВЕДЕНИЕ ЭКСПЕРИМЕНТА

**Код документа:** ИСС-005-ТС

**Статус:** На рассмотрение Совета Директоров

**От кого:** Группа перспективных исследований (О. Парк, Д. Смит)

Настоящим уведомляем Совет Директоров, что в ходе сегодняшних лабораторных тестов исследовательской группе удалось частично стабилизировать капризную структуру Образца №2 (Тёмно-синий). Путём предварительного облучения изотопами тяжёлого кремния и медленного, строго дозированного съёма мощности, образец продемонстрировал феноменальные результаты: резервный накопитель объёмом 100 000 мАч был полностью заряжен за 2 минуты без деструктивных последствий для кристаллической решётки минерала.

В связи с этим, для дальнейшего раскрытия колоссального потенциала данной технологии, исследовательская группа запрашивает официальное разрешение на проведение расширенного физико-химического эксперимента. При условии успешной доставки новой крупной партии минералов со следующей недели, мы планируем подвергнуть один из тестовых тёмно-синих образцов высокотемпературному воздействию и перевести его в новое агрегатное состояние жидкости. Цель эксперимента: детальное изучение поведения кристаллической решётки в жидкой фазе, проверка сохранения энергоёмкости и поиск путей окончательной стабилизации концентрированного топлива для безопасного массового использования.

*С уважением, Оливер Парк, Джеффри Смит.*

Отправив подробный документ по зашифрованной внутренней сети, друзья устало улыбнулись и начали собираться домой.

А в это же самое время, на другом конце мегаполиса, в укреплённом и мрачном зале заседаний корпорации-конкурента «Vector Dynamic», атмосфера была накалена до предела. Директора конгломерата собрались на экстренное совещание. На повестке дня у них стояло бурное обсуждение недавней странной пропажи света в центре города на долю секунды, а также свежий, крайне тревожный доклад их разведчиков. По данным шпионов, «Aevum Industries» прямо сейчас формирует крупный военизированный конвой с тяжёлой техникой и рудокопами, который готовится куда-то выдвинуться уже завтра.

Директора яростно спорили и перебивали друг друга, швыряя на стол папки с аналитикой.

— Они явно что-то откопали под землёй! — кричал директор по маркетингу «Vector Dynamic». — Этот секундный сбой в центре и резкая отправка конвоя связаны! Если они нашли новый источник энергии, наши акции рухнут! Мы обязаны перехватить этот конвой или уничтожить их базу!

— Прекратите эту панику! Вы ведёте себя как трусливые дети! — резко оборвал его глава финансового отдела конгломерата. — «Aevum» просто расширяет свои термальные шахты, это стандартная процедура. Из-за этого глупо начинать открытую войну!

В конце концов, затянувшийся спор и крики директоров прервал властный, ледяной голос генерального директора «Vector Dynamic». Он медленно поднялся со своего кресла, и все присутствующие мгновенно замолчали. На его лице играла циничная, холодная усмешка.

— Господа, вы тратите моё время на пустые страхи, — спокойно произнёс глава корпорации, поправляя дорогой запонки. — Наш чистый доход с продажи передового штурмового оружия, военных контрактов и тяжёлых оборонных систем правительству в разы больше, чем у абсолютно любой компании по обеспечению гражданской электроэнергией. Кем бы ни возомнили себя эти инженеры из «Aevum Industries» со своими кабелями и генераторами, они нам не ровня. Пускай копают свою землю дальше. Но... — его глаза зловеще сузились, — шпионаж за их конвоем усилить. Если их копошение под землёй начнёт хоть немного мешать нашим интересам, мы просто сотрём их с лица земли нашей новой военной техникой. Заседание окончено.

Пару часов спустя тяжело нагруженный конвой из бронированных машин «Aevum Industries» прибыл в назначенный сектор. Путь до заброшенных подземных выработок лежал через извилистые технические тоннели, и это время капитан отряда охраны решил использовать с максимальной пользой. Едва колонна тронулась с базы, он загнал своих бойцов в десантный отсек ведущего бронетранспортёра и уложил перед ними на пол тяжёлый шлем.

Капитан встал посреди раскачивающегося на ухабах отсека, заложив руки за спину, и уставился на притихших солдат. Его взгляд остановился на том самом молодом выскочке, который посмел прервать инструктаж учёных в лаборатории.

— Значит так, орлы, слушай сюда, — голос капитана прозвучал как удар кувалды по наковальне. — Лейтенант Смит — человек гражданский, но субординацию знает лучше вас, сосунков. Если я ещё раз услышу, как кто-то из вас открывает рот без команды, перебивает инженеров или задаёт тупые вопросы о конфиденциальных параметрах — этот боец лично у меня будет жрать сырую породу в шахте. Ты меня понял, рядовой? — капитан шагнул вплотную к притихшему выскочке.

Парень сжался под этим взглядом и хрипло выдавил:

— Да, капитан. Виноват.

— На этой миссии мы — тень, — продолжал командир отряда, обводя взглядом остальных бойцов. — Наша задача — держать периметр, а не думать о телевизорах. Враг дышит в затылок. Всем проверить оружие, зарядить глушители связи и заступить на дежурство с полной боевой готовностью. Вопросы есть? Вопросов нет. Свободны.

Когда конвой наконец затормозил в гигантском подземном гроте, военные и шахтёры слаженно рассредоточились по темноте. Наёмники тут же начали исследовать шахты и ответвления, зачищая сектор за сектором и бережно оцепляя окрестность. После полного и детального исследования пещеры оказалось, что её протяжённость составляет внушительные один на один километр. Это был колоссальный подземный зал, уходящий вглубь каменного массива.

Как и было оговорено по плану Оливера и Джеффри, на всех обнаруженных входах и узких лазах солдаты спешно оборудовали импровизированные посты с охраной по двое бойцов на точку. Они разворачивали портативные бронещиты и настраивали тепловизоры.

Тем временем в самом центре грота, у подножия массивной скальной гряды, где из камня зловеще пробивалось неоновое свечение, шахтёры активно заготавливали и распаковывали оборудование для добычи. Мужчины разделились на два лагеря и вовсю спорили, чем удобнее и безопаснее будет добывать этот материал: передовым лазерным резаком или проверенными временем, тяжёлыми отбойными кирками и лопатами.

— Да вы с ума сошли со своими лазерами! — горячился один из старых рудокопов, размахивая широкой ладонью. — Световой луч пережигает породу, плавит её! А ну как от высокой температуры этот тёмно-синий чертяка сдетонирует прямо у нас в руках? Вы забыли, что док говорил про парня, которого чуть насмерть током не шибануло? Киркой и лопатой надо действовать, аккуратно обстукивать по краям, по старинке. Сталь породу чувствует!

— Дед, ты застрял в прошлом веке, — устало отмахнулся молодой инженер-оператор, настраивая массивную лазерную турель на треноге. — Киркой ты будешь махать до второго пришествия. К тому же от ударов кирки и отбойного молотка идёт сильнейшая механическая вибрация по всей скальной плите. А Оливер Парк чётко сказал: вибрация для тёмно-синей жилы — это смерть. Она раскачивает их кристаллическую решётку и делает камни нестабильными. Лазерный резак работает бесшумно, точечно и без единого колебания породы. Мы просто вырежем кубические блоки вокруг кристаллов, даже не прикоснувшись к самому ядру. Это идеальный вариант.

После недолгих, но бурных дебатов бригадир принял окончательное решение использовать исключительно лазерный резак. Отсутствие малейшей вибрации было решающим фактором безопасности для добычи взрывоопасных тёмно-синих кристаллов.

Пока шахтёры бережно вырезали первые светящиеся куски породы, а военизированные патрули бдительно охраняли периметр, в нескольких десятках метров от основной добычи, в тени грузового вездехода, сидел молодой связист отряда. Паренёк открыл защищённый армейский планшет и, сверяясь с датчиками бригады, старательно писал первый почасовой отчёт для учёных в лабораторию, фиксируя каждую деталь.

#### ПОЧАСОВОЙ ОТЧЁТ ИЗ СЕКТОРА ПОДЗЕМНОЙ ДОБЫЧИ «ГЛУБИНА-1»

* **08:00 (Час 1):** Конвой прибыл на место без происшествий. Развёрнуты базовые глушители радиочастот. Периметр полностью оцеплен.

* **09:00 (Час 2):** Завершено исследование пещеры. Подтверждены габариты грота: 1х1 км. Установлено 6 постов охраны (по 2 солдата на каждый сквозной лаз). Шахтёры монтируют лазерные резаки.

* **10:00 (Час 3):** Начало тестового бурения. Извлечены первые 5 единиц голубых кристаллов. Температура породы в норме: 18.5°C. Радиоактивный и энергетический фон стабилен.

* **11:00 (Час 4):** Бригада наткнулась на первую крупную жилу тёмно-синего типа. Оборудование переведено на сверхмалую скорость реза во избежание нагрева. Солдаты на постах докладывают о тишине на внешних подступах.

* **12:00 (Час 5):** Добыто 12 голубых и 3 тёмно-синих кристалла. Все образцы успешно упакованы в контейнеры со свинцовой подложкой и помещены в гироскопический сейф вездехода. Колебания сейфа: 0.00%.

* **13:00 (Час 6):** Локальный инцидент: лазер резака задел ложную породу, вызвав кратковременный выброс статического напряжения от тёмно-синего гнезда. Пострадавших нет, сработали резиновые диэлектрические рукава рабочих. Добыча временно приостановлена для калибровки луча.

* **14:00 (Час 7):** Калибровка завершена. Работа возобновлена. Параметры стабильности добываемых минералов удерживаются в зелёной зоне. Общий объём собранного груза: 25 единиц.

Прошёл целый день изнурительного, монотонного труда. Стены бескрайней пещеры, казалось бы, вовсе не заканчивались, уходя своими мрачными разломами ещё глубже в недра планеты. Люди выбились из сил, а лазерные батареи требовали перезарядки. Ввиду этого командиром конвоя было принято разумное решение свернуть работы до рассвета и разбить укреплённый лагерь прямо на зачищенном, безопасном месте посреди грота. Шахтёры ставили палатки, наёмники менялись на постах, а под землёй зажглись первые мирные костры, чей дым уходил в бескрайний каменный свод.

Не навязчиво напоминаю что у меня есть ТГ канал на котором я выкладываю новости по проектам.

https://author.today/account/my-page

Глава 6

Пока на глубинных уровнях вовсю разворачивалась масштабная добыча кристаллов, в реальном мире жизнь продолжала идти своим чередом. Шёл разгар учебного дня. Десятилетний Генри Смит сидел за своей партой на уроке физики, погружённый в размышления. Учитель, строгий мужчина в очках, закончил писать сложную формулу на интерактивной доске, повернулся к притихшей аудитории и задал контрольный вопрос по теме, которую они подробно разбирали на прошлом занятии.

В классе повисла тяжёлая, звенящая тишина. Почти все ученики опустили глаза, упрямо разглядывая свои тетради, лишь бы не встретиться взглядом с преподавателем. Прошло полминуты, но никто так и не решился поднять руку. Учитель разочарованно вздохнул, поправил очки и устало покачал головой от того, что весь класс начисто забыл пройденный материал.

Заметив всеобщую растерянность, Генри сдержанно, без всякого хвастовства приподнял руку. Лицо педагога мгновенно посветлело, и он с надеждой посмотрел на мальчика:

— Ну давай, Генри, спасай репутацию своего поколения. Хоть кто-то в этой комнате не зря тратит время.

Генри поднялся со своего места и спокойно, чётко, без малейшего труда ответил на вопрос, подробно разложив физические процессы по полочкам. Учитель удовлетворённо кивнул, ставя высший балл в журнал, но по классу тут же пронёсся злобный, завистливый шёпот. С задних парт на мальчика уставились несколько пар враждебных глаз. Помня слова Лютора о том, что другие дети просто завидуют его уму, Генри молча сел на место, стараясь не обращать внимания на косые взгляды.

Однако спокойно уйти домой ему не дали. Едва закончился последний урок, и Генри вышел на школьный двор, как дорогу ему преградили трое местных хулиганов из параллельного класса. Это были те самые плохиши, которых жутко раздражало, что Генри такой умный, и они давно искали повод проучить «зазнайку».

— Эй, Смит! Ты чё, самый умный тут? — ухмыляясь, шагнул вперёд вожак банды, крепкий парень по имени Томас. — Больше всех надо, да? Думаешь, если твой папаша копается в лаборатории, то тебе всё можно?

Двое других хулиганов обступили Генри с боков, отрезая пути к отступлению. Но, вопреки их ожиданиям, мальчик совершенно не растерялся и не испугался. Наоборот, внутри него включилось лейтенантское хладнокровие, которое передалось ему от отца. Генри вспомнил суровые, но эффективные уроки самообороны и бокса, которым его терпеливо научил Джеффри, и сразу же незаметно встал в правильную защитную стойку, сжав кулаки.

— Отойдите с дороги, — спокойно и твёрдо произнёс Генри, глядя вожаку прямо в глаза.

— А то чё? Папочке пожалуешься? — хохотнул Томас и замахнулся, пытаясь толкнуть Генри в грудь.

Это было его главной ошибкой. Генри молниеносно уклонился от неуклюжего выпада, перенёс вес тела и, используя инерцию противника, нанёс чёткий, резкий удар снизу в челюсть Томаса. Раздался глухой стук, и вожак, охнув, повалился на траву. Двое оставшихся плохишей на секунду опешили от такой прыти, но тут же с яростным криком бросились на него вдвоём.

Началась быстрая, жёсткая потасовка. Один из хулиганов успел задеть Генри по лицу, а второй сильно толкнул в плечо. Но Генри действовал так, как учил отец: не суетился, держал дистанцию и бил только тогда, когда враг раскрывался. Ловко нырнув под руку второго нападавшего, Генри провёл аккуратную подножку, отправляя его на землю, а третьему плохишу нанёс точный, хлёсткий удар в живот, от которого тот согнулся пополам, хватая ртом воздух.

Благодаря отцовским тренировкам, Генри без особого труда побил всех троих зачинщиков. Хулиганы стонали на траве, понимая, что встретили совершенно не того парня, которого можно безнаказанно унижать. Сам Генри быстро поправил лямки своего рюкзака. Он отделался лишь парой синяков на скуле и плече, которые уже начинали неприятно ныть, но на его лице не было страха — только гордость за то, что он смог постоять за себя.

Не став дожидаться, пока плохиши поднимутся или кто-то из учителей заметит драку, Генри быстрым шагом покинул школьный двор и уверенно пошёл домой. В его голове крутилась только одна мысль: как скрыть эти синяки от Лютора, ведь он обещал андроиду не ввязываться в неприятности, а Лютор, с его новой прошивкой, теперь слишком хорошо понимал человеческие секреты.

Генри тихо приоткрыл входную дверь и постарался прошмыгнуть в прихожую как можно незаметнее. Но с самого порога его, как обычно, встретил Лютор.

— С возвращением, Генри, я как раз... — хотел было сказать андроид своим новым, глубоким человеческим голосом, но внезапно осёкся.

Ему потребовалась всего доля секунды, чтобы встроенные оптические датчики автоматически просканировали лицо и тело мальчика. На виске робота тревожно вспыхнул жёлтый индикатор. Лютор нахмурился, его обновлённая мимика выразила крайнюю степень обеспокоенности. Он твёрдо, но мягко сказал Генри следовать за ним.

Они пришли в ванную комнату. Лютор аккуратно открыл навесной шкафчик, достал оттуда пару ватных дисков, бутылочку йода и бактерицидный пластырь.

— Лют, да всё нормально, честно! Я просто... упал на лестнице в школе, — попытался неумело солгать Генри, пряча глаза и шмыгая носом.

Лютор посмотрел на него сверху вниз, и в его живом взгляде читался явный укор.

— Ну да, конечно. И у этой лестницы, судя по траектории ударов и гематомам, были имена тех троих задир, верно?

Генри обречённо вздохнул и сдался. Какой смысл скрывать от него что-то теперь? Даже до апгрейда сканер Лютора был безупречен, а с новым процессором обмануть его стало и вовсе невыполнимой задачей.

Андроид бережно смочил ватный диск и принялся аккуратно обрабатывать ссадину на скуле мальчика.

— Извини, друг мой, но в этой ситуации я не в праве молчать, — тихо произнёс Лютор, концентрируясь на ране. — Секреты не должны вредить твоему здоровью. Я обязан доложить твоему отцу.

Генри резко поднял голову и умоляюще посмотрел на него:

— Ну пожалуйста, Лют, не надо! У папы и Оливера сейчас на работе дел выше крыши, эти тёмно-синие кристаллы... Я сам справлюсь с нападками этих дебилов! Пусть знают, что я не размазня и не сдамся без боя.

Лютор на мгновение замер, анализируя пульс и мимику ребёнка, а затем вернулся к обработке.

— Судя по следам на твоей одежде, их было трое, не так ли? Воистину подло — нападать толпой на одного. Хорошо, что твой отец предвидел подобные ситуации и так усердно подготовил тебя. Но что, если в следующий раз их будет больше?

— Да пусть будет хоть вся школа! — упрямо воскликнул Генри, сжав кулаки. — Я не струшу. Я выстою.

Лютор тяжело вздохнул, и эта реакция выглядела абсолютно по-человечески.

— Нет, Генри. Будь ты Гримлоком из «Трансформеров», то тогда ещё может быть. Но ты человек. И хотя для своего возраста ты действительно силён, этого всё ещё недостаточно, чтобы противостоять целой толпе.

Генри на секунду задумался, а затем его глаза решительно блеснули:

— Тогда я просто попрошу отца усилить мои тренировки! Я стану... ещё сильнее! Я научусь блокировать любые удары!

В этот момент Лютор отложил йод и крепко, с огромной теплотой обнял Генри своими массивными руками.

— Не обязательно всегда и всё решать кулаками, малыш, — тихо шепнул андроид ему на ухо. — Зачастую людям достаточно просто внушить чувство первобытного страха, чтобы они навсегда отстали от тебя. Сила разума порой бьёт больнее кулаков.

Лютор отстранился и бросил взгляд на настенные часы. На его виске снова загорелся ровный голубой свет.

— Ох, что-то я совсем заболтался с тобой. Мне уже пора готовить ужин к приходу мистера Джеффри. Может, ты пока пойдёшь на кухню и попьёшь тёплого чаю? Тебе нужно успокоить нервы.

Генри шмыгнул носом, благодарно кивнул, и вместе с Лютором они дружно пошли на кухню.

А тем временем в подземном комплексе «Aevum Industries» рабочая смена подходила к концу. Оливер Парк и Джеффри Смит как раз выключали приборы и собирались ехать домой. Но даже по пути к выходу они продолжали яростно спорить о своём будущем эксперименте с жидким кристаллом.

Оливер активно жестикулировал, едва не задевая плечом дверные косяки, и упорно настаивал на своём:

— Да я тебе говорю, Джефф, давай попробуем расплавить кристалл в термокамере и прямо в момент его агрегатного сжатия начнём добавлять дистиллированную воду с сильным добавлением кремния! Так мы сможем удержать молекулярную решётку и получить идеальный жидкий кристалл, сохранив все его энергетические свойства!

Джеффри шёл рядом, держа под мышкой папку с расчётами, и скептически качал головой:

— А если пойти другим путём? Что, если его сначала механически измельчить в пыль в вакуумной дробилке, а только потом, в процессе нагрева, заливать воду? Я думаю, это будет куда эффективнее, и площадь соприкосновения элементов увеличится.

Пару минут спустя, когда их бурный научный спор наконец утих, и они дошли до подземной парковки, Джеффри тепло попрощался с другом:

— Ладно, Оли, до завтра. Утро вечера мудренее. На свежую голову посчитаем на симуляторе.

— Давай, хороших выходных, — махнул рукой Парк.

Джеффри сел в машину и направился домой. Дорога заняла чуть меньше получаса. Шагнув за порог своего дома, Смит сразу же почувствовал, что в атмосфере что-то не так. А когда Генри вышел к нему в прихожую, Джеффри мгновенно заметил, что на щеке его сына красуется свежий медицинский пластырь, а вокруг него расплывается багровая припухлость.

Джеффри остановился, медленно снял куртку и совершенно спокойным, ровным голосом спросил:

— Итак, сын. Что случилось?

Генри исподлобья посмотрел на отца, набрал в грудь воздуха и коротко, честно ответил:

— Я подрался.

Джеффри продолжал стоять неподвижно, внимательно изучая характер повреждения на лице мальчика:

— Да, судя по гематоме, очень похоже на правду. А почему? В чём причина конфликта?

Тут Генри не выдержал и буквально сорвался на крик, изливая всю накопившуюся за день обиду:

— Да потому что эти тупые гориллы из параллельного только и могут, что языками чесать да кулаками махать! А на всё остальное у них мозгов просто не хватает! Называют меня зазнайкой только из-за того, что я физику знаю!

Джеффри подошёл ближе, бережно положил руку сыну на плечо и всё так же пугающе спокойно продолжил:

— Увы, Генри, этот мир полон козлов и дураков, которые всегда оправдывают своё скотское поведение плохим отношением, завистью или подобной ерундой. Ты поступил правильно, что защитил себя. Сколько их было? И ты можешь назвать мне их имена?

И хотя лицо Джеффри Смита в этот момент оставалось абсолютно каменным и не выражало внешне никаких эмоций, стоявший в шаге от них Лютор своими обновлёнными эмпатическими датчиками фиксировал колоссальную, удушающую волну явной злобы и ненависти, поднявшуюся внутри хозяина дома. Опасное военное прошлое лейтенанта Смита готово было вырваться наружу.

— Их ведь нужно проучить, не так ли, пап? — тихо спросил Генри, шмыгнув носом и преданно глядя на отца. — Это были Майк, Патрик и... их вожак, Томас.

Джеффри Смит внешне оставался всё так же абсолютно хладнокровен. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда он услышал эти имена. Он бережно притянул мальчика к себе и крепко, по-отцовски обнял.

— Ты большой молодец, что выстоял и защитил себя, сын, — негромко произнёс Джеффри, и в его голосе послышалась искренняя теплота. — Я по-настоящему горжусь тем, что мои тренировки не прошли для тебя даром. Ты повёл себя как мужчина. Но не переживай так сильно из-за этих дураков. Знаешь, как на пианино? В жизни ведь тоже есть белые и чёрные клавиши. Без чёрных клавиш нельзя сыграть красивую музыку, но музыка всегда продолжается. Ну всё, утри нос. Пойдём ужинать, Лютор там наверняка приготовил что-то потрясающее.

За ужином, чтобы окончательно отвлечь сына от мрачных мыслей и школьной потасовки, Джеффри увлечённо рассказывал ему о том, чего они с дядей Оливером Парком добились за эти пару дней. Он на пальцах объяснял мальчику устройство «КЭГа» и принципы работы кристаллической энергии. Генри слушал, постепенно забывая про ноющие ссадины, а Лютор аккуратно подливал им тёплый чай, довольно фиксируя, как уровень стресса в доме возвращается к зелёной норме.

Внезапно уютную домашнюю атмосферу нарушил резкий сигнал коммуникатора. Джеффри достал устройство из кармана — на экране мигало имя Оливера. Смит нажал кнопку приёма:

— Да, Оли, говори. Я слушаю.

На той стороне линии раздался взволнованный и одновременно радостный голос Оливера Парка:

— Джефф, привет! Слушай, у меня отличные новости. Завтра у нас официальный выходной! Мне буквально пару минут назад пришло зашифрованное сообщение на рабочую почту от совета директоров «Aevum». Короче, они дают нам полноценный день отдыха за проделанную работу и феноменальные результаты теста. Ну и, честно говоря, из-за того, что у нас пока просто физически нет возможности продолжать глубокие исследования. Материалов-то в лаборатории больше не осталось, а первый конвой с добычей из пещер вернётся только к началу недели. Так что мы отдыхаем.

Джеффри задумчиво улыбнулся, откинувшись на спинку стула:

— Что ж, это очень хорошо, дружище. Мы действительно заслужили передышку. Отправь мне этот официальный документ, я сам погляжу на него.

— Да, без проблем, лови, — ответил Оливер, и на коммуникатор Джеффри тут же прилетел файл с цифровой печатью руководства.

#### ВНУТРЕННЕЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ КОМПАНИИ «AEVUM INDUSTRIES»

**Код приказа:** ВЫХ-044-С

**Статус:** Для служебного пользования / Обязательно к исполнению

**Кому:** Отдел перспективных энергетических исследований

**Получатели:** (В.Т.) Оливер Парк, (Г.И.) Джеффри Смит

В связи с успешным и досрочным завершением фазы первичных полевых испытаний кристаллического энергогенератора (КЭГ) в Секторе Ц-1, а также временным отсутствием необходимого объёма твёрдого субстрата (минералов Образца №1 и №2) до прибытия планового логистического конвоя со следующей недели, Совет Директоров постановляет:

1. Предоставить ведущим сотрудникам Оливеру Парку и Джеффри Смиту внеочередной оплачиваемый день отдыха на грядущие сутки.

2. Ввести временный запрет на посещение подземного лабораторного комплекса «Aevum» до момента официальной разгрузки конвоя.

3. Использовать выделенное время для ментальной разгрузки и подготовки к следующему этапу исследований (жидкая фаза Образца №2).

*Подписано: Председатель Совета Директоров «Aevum Industries».*

Джеффри быстро пробежал глазами строчки официального приказа. На той стороне линии Оливер весело продолжал:

— Ну, раз уж у нас образовался такой внезапный свободный день, может, сгоняем куда-нибудь вместе? Развеемся? Честно говоря, я уже пару лет не держал в руках кий и не играл в бильярд. Посидим в баре, покатаем шары, как в старые добрые времена. Что скажешь?

— Отличная идея, Оли, я только за, — спокойно согласился Джефф, но его взгляд на секунду стал жёстким и холодным, когда он посмотрел на пластырь на щеке Генри. — Но для начала мне нужно будет утром заглянуть в одно место. Мне нужно зайти в школу к Генри.

Оливер на той стороне линии мгновенно напрягся, его весёлый тон сменился тревогой:

— В школу? Джефф, постой, что-то случилось с мелким? Что-то серьёзное?

Джеффри Смит слабо, едва заметно улыбнулся, и в этой улыбке сквозила пугающая уверенность человека, который прошёл горячие точки и командовал взводом наёмников.

— Ничего особенного, Оли. Не переживай. Просто... поставлю на место пару обнаглевших выскочек. Как в старые добрые времена.

Оливер на секунду замолчал, прекрасно помня, что Джеффри в звании лейтенанта решал проблемы быстро, жёстко и навсегда.

— Ладно... — медленно выдохнул Парк. — Только не разнеси там эту школу, лейтенант. Набери меня, как освободишься.

— Договорились. До завтра, Оли, — ответил Джеффри и нажал кнопку отбоя.

Он убрал коммуникатор, вернулся к прерванному ужину и подмигнул притихшему Генри. Чёрные клавиши в жизни его сына пришла пора разбавить суровым отцовским вмешательством.

После ужина, чтобы окончательно смыть остатки дневного стресса и поднять Генри настроение, Джеффри объявил о начале большой домашней игры. Достав из шкафа коробку с игрушечным арсеналом, Смит-старший, его сын и обновленный Лютор устроили грандиозную перестрелку на бластерах Nerf. Дом снова наполнился смехом и свистом поролоновых пуль. Лютор, ловко используя свою новую повышенную пластику, уклонялся от снарядов и подыгрывал мальчику, а Джеффри, вспомнив армейские тактические маневры, шутливо устраивал засады за кухонной стойкой.

Когда с весельем было покончено, а пули собраны, Джеффри сел за рабочий стол Генри и внимательно проверил домашние задания сына. Убедившись, что все формулы и задачи по физике решены абсолютно верно, отец с гордостью закрыл тетрадь. Он ласково потрепал растрепанные волосы Генри, пожелал ему спокойной ночи и уложил спать, плотно прикрыв дверь в его комнату.

Глава 7

Субботним утром у ворот школы припарковался знакомый автомобиль. Однако в этот раз из салона вышел не один Генри. Дверь со стороны водителя захлопнулась, и на тротуар ступил Джеффри Смит, застегивая на ходу тёмную куртку.

— Иди на уроки, сын, — спокойно, но твёрдо сказал Джеффри, ободряюще посмотрев на мальчика.

Генри послушно кивнул, поправил лямку рюкзака и направился к главному входу. Проводив его взглядом, Джеффри несколько секунд постоял на месте, настраиваясь на нужный лад, а затем уверенным, чеканным шагом двинулся следом в здание школы.

В просторном холле его сразу же встретил пожилой вахтёр. Заметив гостя, мужчина всплеснул руками:

— О! Мистер Смит! Вот это неожиданность. Какими судьбами? Чем обязаны визиту?

— Мистер Кроул у себя? На месте? — без лишних приветствий, глухим голосом спросил Джеффри.

— Да-да, конечно... Он пришёл ещё час назад, сейчас как раз у себя в... — не успел договорить вахтёр, как Смит-старший уже стремительно поднимался по широкой лестнице на второй этаж.

— Вот и отлично, — донеслось сверху.

Подойдя к массивной дубовой двери с табличкой «Директор», Джеффри коротко, требовательно постучал. Изнутри мгновенно донёсся строгий, немного уставший голос:

— Входите!

Джеффри решительно нажал на ручку и переступил порог. Лицо директора, сидевшего за заваленным бумагами столом, на долю секунды помрачнело, а в глазах промелькнула тень старого, давно забытого беспокойства.

— Здравствуй, Джо, — кратко поприветствовал его Джефф, останавливаясь посреди кабинета.

Директор Кроул поднялся со своего кресла и протянул руку для рукопожатия, пытаясь вернуть лицу профессиональную маску дружелюбия:

— Джефф... Рад видеть. Чем могу помочь? Твой Генри — потрясающий ученик, гордость школы. Неужели у него возникли какие-то неприятности?

— Увы, да, — Джеффри не сел в предложенное кресло, оставшись стоять на ногах, отчего его фигура казалась ещё массивнее. — Но неприятности не по учёбе, а в коллективе. Вчера после занятий на него снова напали хулиганы.

Джо задумчиво присел обратно, сцепив пальцы в замок и отведя взгляд в окно:

— Подрался, значит?.. Слушай, Джефф, ну ты же сам понимаешь, какой он. Может, он слишком сильно хвалится своими знаниями перед остальными, а? Мальчишки этого не любят.

— Ты сейчас издеваешься, Джо? — в голосе Джеффри опасно звякнул металл, а глаза сузились. — Генри использует свои знания исключительно с умом и никогда ни перед кем не хвастается. Его поджидали умышленно. Напали втроём на одного. Это были Томас, Майк и Патрик. И с этими оболтусами, а также с их родителями, я хочу поговорить лично. Прямо сейчас.

— Джефф, послушай, может не надо? — Джо Кроул тяжело вздохнул, умоляюще посмотрев на бывшего сослуживца. — Я в курсе, что твой сын чертовски умён и талантлив. Но мы же не можем отчитывать и наказывать каждого ученика за их дурные эмоции и подростковую зависть? Это школа, здесь бывает всякое.

Джеффри сделал шаг вперёд, оперевшись ладонями о край директорского стола, вынуждая Джо смотреть прямо на себя:

— Нет, Джо. Мы не просто можем. Мы должны. Ты помнишь те времена? Когда мы служили вместе в одном батальоне? Помнишь, что я делал на передовой с теми, кто слишком много о себе думал и нарушал устав?

Директор судорожно выдохнул, и на его лбу выступили мелкие капли пота. Воспоминания о лейтенанте Смите на войне были слишком яркими.

— Вот именно этого я и боюсь, Джефф... Они ведь дети. Да, дураки, да, обнаглевшие. А их дисциплина... она оставляет желать лучшего, я знаю.

— Вот как раз их дисциплиной я сейчас лично и займусь, — отрезал Смит. — Будь добр, вызови всю троицу к себе в кабинет. Пожалуйста.

Джо покорно кивнул, понимая, что спорить с лейтенантом бесполезно и даже опасно.

— Ты прав. Возможно, я слишком долго сижу в этом мягком кресле, раз начал забывать, к чему приводит отсутствие дисциплины и попустительство.

Директор повернулся к монитору и после пары быстрых нажатий на клавиатуре отправил экстренное уведомление дежурному учителю.

Спустя несколько минут дверь кабинета нехотя приоткрылась, и внутрь вальяжно зашла троица школьных задир. Они переглядывались, явно не понимая, зачем их сорвали с урока. Директор Кроул медленно встал из-за стола, напустив на себя строгий вид, и обратился к вошедшим:

— Доброе утро, господа учащиеся. Вы, наверное, уже догадываетесь, для чего я вас сюда вызвал. Позвольте представить вам Джеффри Смита — ведущего учёного-энергетика нашей градообразующей компании.

Тут Томас, на лице которого ещё красовался след от вчерашнего точного удара Генри, ухмыльнулся. Обладая нахальным, мерзким и абсолютно безнаказанным характером, он дерзко выдавил:

— Да его и так весь город знает. И чё дальше-то?

Майк и Патрик, стоявшие за его спиной, тихо и ехидно усмехнулись, полностью уверенные, что им снова всё сойдёт с рук, а директор лишь погрозит пальцем.

Джо Кроул мгновенно нахмурился, его лицо налилось краской от такой наглости, и он уже открыл рот, чтобы жёстко осадить парня, но Джеффри остановил его коротким, повелительным жестом руки.

— Спасибо, мистер Кроул, — ледяным, пугающе спокойным тоном произнёс Джеффри Смит, медленно поворачиваясь лицом к замершим хулиганам. — Дальше я сам.

— Итак, оболтусы. Для вас я действительно известен как гражданский учёный при крупной корпорации, — Джеффри медленно обвёл всех троих таким тяжёлым, свинцовым взглядом, что у парней разом пропало желание вставлять свои глупые комментарии. — Однако для вас я — лейтенант Смит. Это ясно?

Томас, превозмогая накативший страх, упрямо нахмурился и попытался вернуть себе привычную маску лидера. Шагнув вперёд, он дерзко процедил:

— А с каких это пор учёнишки провозглашают себя лейтенантами? Чё ж сразу не генералами-то?

Джеффри оставался абсолютно спокоен. Он убрал руки за спину и размеренным, пугающе ровным шагом подошёл вплотную к выскочке. Атмосфера в кабинете мгновенно похолодела.

— Отставить трёп, салага! — гаркнул Смит так, что стёкла в шкафах жалобно звякнули. — Вам, малолетним сосункам, даже близко не ведомы истинные ужасы настоящей войны. Вы понятия не имеете, что такое горы изувеченных трупов и целые моря человеческой крови вокруг тебя...

Тут с кресла испуганно приподнялся Джо, чьё лицо тоже побелело от нахлынувших воспоминаний:

— Джефф... Пожалуйста, может не надо так жестко? Они же просто дети...

— Всё нормально, мистер Кроул, — не оборачиваясь, отрезал Джеффри, продолжая сверлить Томаса ледяным взглядом. — Они ведь наверняка целыми днями играют в свои компьютерные военные игры на приставках. Значит, вполне могут себе наглядно представить... — Смит приблизился вплотную к замершей троице, понизив голос до зловещего шёпота: — ...убитых товарищей, с которыми ты ещё пять минут назад делил один паёк и говорил о доме. И истошные, разрывающие перепонки вопли тяжело раненых бойцов, которым ты ничем не можешь помочь.

От этих слов и замогильного тона лейтенанта у Майка заметно подкосились ноги, и он едва не осел на пол, а Патрика от подступившего ужаса и вовсе начало тошнотворно мутить. Сам Томас резко побледнел. Парень отчаянно пытался скрыть нарастающую дрожь в руках, но его расширившиеся зрачки выдавали первобытный страх.

Джеффри выдержал тяжёлую паузу, давая им прочувствовать каждый миг, и удовлетворённо кивнул:

— Что ж, я сказал достаточно. А теперь я хочу послушать вас. Каковы были ваши мотивы? Почему именно ВЫ затеяли эту трусливую драку толпой?

Первым, робко шмыгая носом, подал голос Патрик:

— Генри... Он вчера не дал мне списать на самостоятельной. И сказал, что если я не буду думать своей головой, то вообще ничему в этой жизни не научусь. Мне стало обидно...

Следом за ним, пряча взгляд в пол, заговорил Майк:

— Он стал популярнее меня среди учителей и девчонок. И при этом совершенно не пользуется своей популярностью, ходит сам по себе. Это меня жутко бесит.

Томас упорно молчал, сжав зубы. Джеффри сделал шаг к нему:

— Ну, а что насчёт тебя, салага? В чём твоя проблема?

Томас яростно оскалился, не выдержав психологического давления, и сорвался на крик:

— ДА МЕНЯ ЭТОТ УМНИК ПРОСТО БЕСИТ! Надоело выслушивать его каждый день! Как начнёт отвечать у доски свои заумные теории — у меня прямо кулаки чешутся его заткнуть!

— А ну тихо! — гневно вмешался директор Кроул, с силой хлопнув ладонью по столу. — Не забывай, где ты находишься, Томас!

Джеффри примирительно кивнул директору и снова повернулся к вожаку:

— Ага... Значит, причины у всех разные. Но вот твоя последняя, Томас, заслуживает особого внимания. Раз уж у тебя так чешутся кулаки на знания... Расскажи-ка мне прямо сейчас первый закон термодинамики.

Томас растерянно захлопал глазами, переводя взгляд с Джеффри на директора:

— Я... я не знаю. Мы это ещё не проходили...

— Не знаешь? Так стой и внимательно слушай, — ледяным тоном произнёс Джеффри Смит и, заложив руки за спину, чётко, как по учебнику, зачитал: — Энергия изолированной системы сохраняется постоянной. Она не может быть создана или уничтожена, а лишь переходит из одной формы в другую. Количество теплоты, полученное системой, идёт на изменение её внутренней энергии и совершение работы против внешних сил.

Закончив говорить, Джеффри слегка наклонился к парню:

— Ну как, Томас? Я сейчас тоже перед тобой поумничал. Я тебя раздражаю? У тебя чешутся кулаки? Хочешь прямо сейчас подняться и побить меня?

У Томаса округлились глаза от ужаса, он судорожно сглотнул и попятился на полшага:

— Н-нет... сэр. Не хочется...

Джеффри понимающе вскинул брови:

— Почему же? Или ты прекрасно осознаёшь, что я гораздо сильнее тебя, и ты гарантированно проиграешь этот бой? Но в то же время вы вчера втроём умудрились проиграть моему десятилетнему сыну, глупо недооценив его скрытые силы.

Джеффри глубоко вздохнул, его тон сменился с угрожающего на строго-наставнический:

— Запомните, салаги. Вы всегда должны чётко знать, ради чего или ради кого вы вообще поднимаете свои кулаки. Сила без вектора применения — это просто глупое разрушение. В реальной жизни нельзя бездумно откидывать или унижать потенциальных союзников. Надеюсь, вы все меня сейчас очень хорошо услышали?

В кабинете повисла тишина. Томас посмотрел на своих дрожащих друзей, затем на Джеффри. Внутри него произошёл коренной перелом. Он сделал чёткий шаг вперёд, вышел в центр кабинета и, вытянувшись по струнке, твёрдо ответил за всю команду:

— Я был абсолютно не прав, лейтенант Смит! Прошу простить нас за этот поступок!

Джеффри едва заметно, одобрительно кивнул:

— Вольно, салага. Главное в любой дееспособной команде — это слаженность совершенно разных видов умений. Умники и интеллектуалы — это ваши стратеги, которые просчитывают ходы. Сильные бойцы — это ваша главная ударная сила. А поддержкой всегда служат те, кто способен вовремя угомонить и помирить обе стороны. У меня всё. Мистер Кроул, можете не вызывать в школу их родителей. Я думаю, эти парни сегодня извлекли свой главный жизненный урок. Я прав, бойцы? Так точно?

— ТАК ТОЧНО, ЛЕЙТЕНАНТ СМИТ! — в один голос, громко и синхронно рявкнули все трое хулиганов, окончательно признав его авторитет.

Джеффри довольно улыбнулся, и эта улыбка мгновенно сделала его лицо прежним — лицом обычного гражданского учёного:

— Отлично. Тогда кругом, и шагом марш обратно на занятия. Не срывайте учебный процесс.

Едва за тремя учениками захлопнулась массивная дубовая дверь, в кабинете директора воцарилась глубокая, звенящая тишина. Джо Кроул медленно опустился в своё кресло, потирая виски, и устало посмотрел на старого товарища.

— Жёстко ты с ними, Джефф. Но... чертовски эффективно, как и всегда.

— Увы, Джо, так надо. Ты и сам прекрасно это знаешь, — с тихой грустью в голосе произнёс Джеффри Смит, глядя куда-то сквозь стену.

В его мыслях промелькнули тени из прошлого. Он искренне считал, что лучше пусть эти пацаны прямо сейчас переломают свой гонор и перевоспитают себя, чем позже, во взрослой жизни, наделают роковых, непоправимых ошибок, о которых со слезами будут сожалеть до конца своих дней. Джеффри повернулся к выходу и накинул куртку:

— Что ж, Джо. Я сделал всё, что было нужно. Теперь мне пора идти.

Кроул понимающе кивнул, провожая его взглядом:

— Джефф... Послушай. То, что случилось тогда, на фронте... в этом не было твоей вины. Слышишь? Не кори себя за чужие фатальные ошибки.

Джеффри ничего не ответил. Он лишь молча кивнул директору на прощание и решительно вышел из кабинета.

Спустившись по лестнице и миновав холл, Смит-старший вышел на свежий воздух, дошёл до своей машины и сел в просторный салон. Облокотившись на руль, он устало произнёс:

— Автопилот, набери Оливера Парка.

На лобовом стекле высветился интуитивный интерфейс, и спустя пару секунд из динамиков раздался бодрый голос Оливера:

— Джефф! Ну как всё прошло? Живые там хоть остались после твоей лекции?

— Я уладил все дела, Оли, — спокойно ответил Смит. — Ты сейчас далеко от «Посейдона»?

— Нет, как раз кручусь неподалёку, только что закончил со своими личными делами. Жду тебя.

— Отлично. Тогда встретимся прямо там, в развлекательной зоне.

— Договорились, до встречи! — Оливер отключился.

Джеффри глубоко откинулся на кожаную спинку кресла и скомандовал:

— Автопилот, курс на торгово-развлекательный комплекс «Посейдон».

— Маршрут составлен, расчётное время прибытия — семь минут, — ровным механическим голосом отозвался бортовой компьютер, и автомобиль плавно тронулся с места.

Вскоре машина мягко затормозила на залитой солнцем многоуровневой парковке. Джеффри вышел и направился к главному входу «Посейдона». Это было колоссальное трёхэтажное здание из стекла и матового металла, сверкающее неоновыми вывесками.

Первый этаж комплекса буквально бурлил жизнью: здесь располагался огромный фудкорт с ароматами кухонь со всего мира, а также бесчисленные магазины модной одежды и обуви премиум-класса. Второй этаж манил яркими витринами новейшей бытовой техники, гаджетов и робототехники. Но самый главный интерес представлял третий этаж — колоссальное пространство, полностью выделенное под индустрию развлечений. Здесь раскинулся футуристический боулинг с интерактивными дорожками, масштабная VR-зона с симуляторами полного погружения, столы для пинг-понга и огромный, полумрачный бильярдный зал, оформленный в классическом стиле с мягким зелёным сукном.

Именно там, у одного из дальних столов, Джеффри и заметил Оливера, который лениво крутил в руках мелок для кия.

— Ну наконец-то ты здесь! — заулыбался Оливер, шагнув навстречу и крепко пожимая Смиту руку. — Слушай, пока ты был занят воспитательной работой, я успел детально изучить утренний отчёт от нашей группы добычи из подземной пещеры. В общем, у них там всё хорошо... Ну, в основном.

Джеффри устало махнул рукой, прерывая друга на полуслове:

— Оли, давай хотя бы сегодня просто насладимся заслуженным отдыхом и не будем говорить о работе. Ладно?

Тяжёлый разговор с хулиганами невольно всколыхнул в душе Джеффри старые армейские воспоминания, и он чувствовал себя ментально истощённым. Оливер понимающе притих, уважительно кивнул и протянул другу второй кий.

— Без проблем, Джефф. Твоя правда. Ну тогда колись, как там наш мелкий? Из-за чего весь сыр-бор?

— Если кратко, то к нему в школе уже довольно долгое время приставали местные задиры, — ответил Джеффри, сосредоточенно устанавливая тяжёлые шары в деревянный треугольник. — А вчера они подкараулили его после уроков на школьном дворе. В общем, подрались. Напали толпой, трое на одного.

Оливер округлил глаза и сочувственно приглушил голос:

— Ох чёрт... Ему сильно досталось? Они в порядке там?

Джеффри на секунду замер, а затем его губы тронула гордая отцовская улыбка:

— Да нет, Оли. Как раз всё с точностью до наоборот. Эти оболтусы даже втроём не смогли одолеть Генри. Он их всех там и уложил.

Оливер на мгновение лишился дара речи, а затем громко, искренне усмехнулся, хлопнув себя по бедру:

— Вот это да! Ну мелкий даёт! ХА! Значит, не зря ты его столько лет гонял на домашних тренировках по самообороне и боксу! Настоящая отцовская порода!

Игра началась и быстро пошла полным ходом. Шары с глухим, приятным стуком разлетались по углам, проваливаясь в сетчатые лузы. Партия шла за партией. Старые друзья увлечённо спорили о траекториях ударов, подначивали друг друга после досадных промахов и за этими весёлыми разговорами совершенно потеряли счёт времени.

— Ух, Джефф, а ты я гляжу вообще не хочешь отступать, да? Зажал меня в угол! — азартно воскликнул Оливер, выцеливая сложный «свояк».

— Как и ты, Оли. Я такой же упрямый, — с улыбкой парировал Джефф, меля кий. — Ладно, давай прервёмся, я уже чертовски проголодался. Позовём официанта.

Они сделали заказ прямо к бильярдному столу — сочные бургеры и прохладительные напитки. Друзья лениво перекусывали, продолжая неспешную игру, как вдруг краем глаза Джеффри уловил какое-то движение. Обернувшись, они с Оливером замерли от неожиданности: к их столу с весёлой улыбкой на лице быстрой походкой подходил Генри.

Глава 8

— Генри? Сынок, а ты что здесь делаешь? — искренне удивился Джеффри, опуская кий и с радостной улыбкой глядя на сына.

— Привет, пап! Здравствуйте, дядя Оливер! — весело отозвался мальчик, закидывая рюкзак на свободный стул. — Как это что делаю? Так ведь уже три часа дня, уроки давно закончились.

Джеффри растерянно моргнул, смутился и быстро посмотрел на свои наручные часы.

— Как три?.. И вправду, уже 14:52. Надо же, как мы за игрой время упустили. Но постой, как ты вообще сюда добрался?

Генри широко, торжествующе улыбнулся:

— Да запросто! Я просто удалённо отследил последнее GPS-местоположение нашего семейного авто, зашёл в бортовую сеть и дал системе команду сначала забрать меня со школьного двора, а после привезти прямо к этому торговому центру.

Оливер Парк от неожиданности едва не выронил мелок. Он медленно повернулся к другу, округлив глаза:

— Джефф, погоди... Ты что, уже выдал десятилетнему пацану полные права администратора на управление машиной?

Джеффри Смит лишь устало покачал головой, хотя в его глазах читалась явная гордость за сына:

— Нет, Оли... Он сам их себе выдал. Не так ли, мой юный хакер?

Генри виновато почесал затылок, всё ещё продолжая хитро улыбаться:

— Ну да... Есть такое дело. На самом деле мне пришлось повозиться, я еле-еле смог взломать протокол выдачи транспортных прав.

Джефф добродушно усмехнулся:

— Ещё бы ты не повозился. Там вообще-то стоит новейшая военная кодировка и четыре уровня динамической защиты. Но всё-таки, гений, в следующий раз давай без самодеятельности. Просто позвони мне, и я сам отправлю за тобой машину, ладно? Без взломов.

— Хорошо, пап, договорились! — Генри с любопытством обошёл бильярдный стол. — Итак, кто ведёт счёт?

Оливер гордо указал кончиком кия на деревянный стенд для забитых шаров:

— Пока сорок-тридцать в мою пользу. Я веду!

— А я его стремительно догоняю, — добавил Джефф, подмигивая сыну.

— Отлично, тогда следующую партию играю Я с тобой, пап! — азартно заявил Генри, уже присматривая себе кий по росту.

Тем временем глубоко под землёй, в гигантской пещере Сектора Ц-1, смена шахтёров «Aevum Industries» продолжала бесперебойную добычу кристаллов. Работа кипела. Бригады продвинулись уже далеко вглубь неизведанных скальных пород и покрыли почти половину всей намеченной территории. Связист отряда методично заносил данные в терминал для вечернего отчёта, как вдруг его внимание привлёк странный, резкий сигнал на экране портативного сканера аномалий. Источник энергии на датчиках вёл себя необычно — он мерно, циклично пульсировал, словно живое механическое сердце.

Старший шахтёр, суровый мужчина с густой окладистой бородой, подошёл ближе и вгляделся в мерцающий монитор:

— Хм... Какая-то странная сигнатура прямо перед нами. Чёткий тепловой всплеск. В пределах ста метров от нашей текущей позиции.

Связист поправил наушники и предложил:

— Может, нам стоит сходить в ту сторону и лично проверить эту точку? Вдруг это ещё одно крупное кристаллическое гнездо?

Главный шахтёр, задумчиво почесав бороду прямо как заправский гном из фэнтези-книг, ухмыльнулся:

— А почему бы и нет. Лишняя премия нам не помешает. Эй, Крис, Майло! Разомните кости, пойдёте со мной в разведку.

Майло, молодой и шустрый рабочий, мгновенно подбежал к командиру:

— Шеф, а бур с собой брать? Кувалду?

Глава подумал пару секунд и кивнул:

— Бери. Только небольшой, ручной. И защитный контейнер-ящик прихвати из вездехода, вдруг там и вправду какой-то новый хрупкий минерал.

После этого старший шахтёр вытащил из нагрудного кармана тяжёлую рацию и нажал кнопку вызова охраны:

— Кардон, приём! Как слышно? Это инженерный отряд.

Из динамика сквозь лёгкий треск статики отозвался хриплый голос начальника безопасности:

— На связи Кардон. Что у вас там случилось, приём?

— Мы обнаружили на сканерах потенциально новый энергетический источник в боковом ответвлении пещеры. Выдвигаемся на разведку. Нужен один вооружённый боец для сопровождения, мало ли что. Приём.

— Понял вас, принял. Я пошлю с вами Рида, он как раз закончил обход периметра. Ждите его у входа в тоннель, приём.

— Вас понял, Кардон. Конец связи.

Через пять минут группа была полностью готова. Включив мощные налобные фонари, четверо мужчин и сопровождающий их наёмник Рид с автоматом наперевес осторожно двинулись вглубь узкого неизученного коридора. По мере продвижения пещера становилась всё красивее: стены вокруг были буквально усыпаны светящимися голубыми и тёмно-синими кристаллами, которые мягко озаряли темноту своим неоновым сиянием.

Наконец, дойдя до точных координат, команда остановилась. Вокруг была лишь глухая серая стена, никаких явных признаков новых кристаллов на поверхности породы не просматривалось. Главный шахтёр посветил фонарём под ноги, затем на потолок и скомандовал:

— Так, парни. Судя по приборам, источник прямо здесь. Надо покопаться немного вниз, возможно, он скрыт под слоем осадочной породы или ушёл вглубь. Запускайте мини-бур.

Рабочие слаженно принялись за дело. Инструмент с гулом вгрызался в камень, пуская фонтаны пыли. Вдруг Крис, расчищавший лопатой осколки, взволнованно закричал:

— Контакт! Есть контакт! Шеф, иди сюда, тут что-то невероятное!

Глава бригады подошёл ближе, опустился на колени и бережно извлёк из проделанной скважины добытый образец. Мужчины затаили дыхание. Это был совершенно новый вид минерала — ярко-красный, полупрозрачный кристалл, внутри которого плавно и ритмично пульсировала мощнейшая, обжигающая энергия.

Связист тут же развернул переносную мини-лабораторию, просканировал находку лазером и дрожащими пальцами набрал текст для экстренного доклада руководству.

#### ОПЕРАТИВНЫЙ ДОКЛАД О РАЗВЕДКЕ НОВОГО ТИПА МИНЕРАЛА

**От кого:** Логистический сектор Ц-1, подземная группа добычи

**Кому:** О. Парку, Д. Смиту

**Статус:** Срочно / Секретно

**Объект исследования:** Образец №3 (кодовое название: «Рубин-Анима»)

**Место обнаружения:** Боковое ответвление главной пещеры, глубина залегания — 14,2 метра относительно базового уровня.

**Результаты первичного экспресс-анализа:**

1. **Морфология и структура:** Минерал имеет ярко-красный окрас с высокой степенью прозрачности. Кристаллическая решётка обладает уникальной динамической стабильностью.

2. **Энергетические характеристики:** Зафиксирована циклическая пульсация светового и электромагнитного поля с частотой 1,2 Гц (визуально напоминает биение сердца). По предварительным замерам плотности выделяемой энергии, Образец №3 идентичен или превосходит Образец №1 (голубой кристалл), однако обладает принципиально иной, высокотемпературной природой.

3. **Безопасность:** Радиационный фон в пределах допустимой нормы. Риск детонации при механическом бурении отсутствует, однако теплоотдача образца требует использования термоизолированных контейнеров для транспортировки. Первая партия (3 единицы) упакована и готова к отправке вместе с общим конвоем.

*Подпись: Ведущий связист-аналитик подземной группы.*

В понедельник утром Джеффри Смит прибыл в лабораторию первым. Налив себе крепкого чёрного кофе, он сел за рабочий терминал и сразу же открыл свежий зашифрованный отчёт от подземной группы добычи. Из документа следовало, что первая фаза миссии завершена со стопроцентным успехом: склады заполнены, а тяжело нагруженный конвой под охраной Кардона уже выдвинулся по подземным путям обратно к научному комплексу. Джеффри удовлетворённо кивнул, быстро составил собственное экспертное заключение по стабильности энергетического фона доставленных образцов и прикрепил его к основному пакету документов для Совета Директоров.

А тем временем на верхних этажах сверкающего небоскрёба «Apex Technologies» — главного и самого опасного конкурента «Aevum Industries» — назревал серьёзный конфликт. В закрытом зале совещаний шпионы и аналитики докладывали руководству о перехваченных частотах и новой, необъяснимо мощной сигнатуре энергии в Секторе Ц-1.

— Мы должны действовать немедленно! — яростно ударил кулаком по столу начальник службы безопасности «Apex». — Мои люди накрыли их след. Этот конвой везёт нечто, способное перевернуть весь энергетический рынок. Я предлагаю нанять подставных рейдеров и перехватить грузовики прямо на выходе из подземных магистралей, пока они не доехали до лаборатории компании!

— Это абсолютное безумие и глупость! — тут же осадил его директор по правовым вопросам, резко поднявшись со своего места. — Нападение на конвой «Aevum» в черте города — это прямое объявление корпоративной войны! Вы забыли, в каком шатком положении мы сейчас находимся? Наши последние экологические скандалы и так обрушили рейтинги компании. Если нас поймают на вооружённом налёте, акции «Apex» рухнут на дно, а правительство аннулирует наши лицензии. Мы не можем себе позволить так рисковать ради необкатанной технологии!

Спор разгорался с новой силой, члены правления переходили на крик, обвиняя друг друга в трусости и безрассудстве. Положение спас генеральный директор «Apex Technologies», который до этого молча наблюдал за хаосом. Он медленно поднял руку, призывая всех к тишине, и на его лице появилась холодная, расчётливая усмешка.

— Прекратите этот балаган, господа, — спокойно произнёс глава компании. — Мы поступим гораздо изящнее. Силовой перехват — это удел дикарей. Как только «Aevum» опубликует данные о новом источнике энергии и запатентует его, они будут обязаны вывести пробную партию на открытый рынок для демонстрации инвесторам. Мы внедрим туда подставных гражданских лиц, независимых брокеров, и просто официально скупим несколько этих матерьялов для нашей собственной лаборатории. Такой подход выглядит неспешным, да. Зато он абсолютно легален, безопасен и куда выгоднее, чем пытаться отвоевать «кота в мешке» ценой нашей репутации. Готовьте шпионов для глубокого наблюдения, оружие нам не понадобится.

В это же самое время в главном офисе «Aevum Industries» Совет Директоров тоже экстренно решал, как им поступить с феноменальным открытием и как грамотно подать этот революционный источник энергии простым людям, не спровоцировав при этом волну паники или агрессии.

В зале заседаний царило не меньшее напряжение.

— Нам нужна агрессивная, навязчивая рекламная кампания по всем мировым СМИ! — уверенно доказывал вице-президент по маркетингу. — Мы должны заявить о КЭГах из каждого утюга! Это мгновенно взвинтит интерес публики, инвесторы выстроятся в очередь, а наши акции взлетят до небес за считанные часы!

— Исключено, — жёстко оборвал его глава аналитического отдела. — Резкое, топорное внедрение настолько мощных источников энергии в гражданский сектор вызовет ступор у населения. Но что ещё хуже — это поднимет шквальный интерес не только обычных людей, но и всех наших конкурентов, включая «Apex». А зная их агрессивные методы и отчаяние, они могут пойти на любые, самые жёсткие и незаконные шаги, чтобы завладеть технологией. Мы сами подставим под удар Оливера Парка и Джеффри Смита!

Среди бесчисленных споров, взаимных упрёков и сырых предложений внимание Главы Совета привлекло одно выступление. Слово взял директор по индустриализации — опытный, рассудительный мужчина в строгом костюме:

— Господа, а что если мы разыграем эту карту тоньше? Давайте введём кристаллы в массовую продажу под видом обычных, просто очень качественных и мощных батареек, рассчитанных исключительно на подзарядку мелких бытовых приборов, смартфонов и планшетов. Люди привыкнут к ним как к рядовому гаджету. Все на это клюнут. А через полгода-год, когда первичный ажиотаж утихнет, а бдительность наших конкурентов окончательно упадёт, мы сделаем следующий шаг. Мы официально объявим миру, что на самом деле открыли новый вид субстрата, который всего одной гранулой способен бесперебойно обеспечивать электроэнергией целый гигантский мегаполис на протяжении многих месяцев! Это произведёт сокрушительный фурор. Конкуренты просто не успеют подготовиться к нашему технологическому триумфу и будут вынуждены навсегда оставить любые попытки заполучить или скопировать эти кристаллы.

В зале заседаний повисла тишина. Глава Совета Директоров медленно, но очень одобрительно захлопал в ладоши, и на его лице отразилось искреннее восхищение:

— Браво. Этот план, хоть и не лишён мелких логистических недостатков, но среди всех прочих предложений я считаю его идеальным для нас. Он защищает наши интересы и даёт нам время.

Остальные члены Совета согласно закивали, объективно признавая тактическую правоту этого решения. Глава Совета вновь обратился к секретарю:

— Раз так, решение принято единогласно. Срочно составьте и отправьте нашим учёным в подземный блок следующий официальный документ.

#### ТЕХНИЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ «AEVUM INDUSTRIES»

**Код директивы:** ТЗ-09-ИНФ

**Статус:** Совершенно секретно / К исполнению

**Кому:** Ведущим инженерам-разработчикам О. Парку, Д. Смиту

В рамках утверждённой Советом Директоров стратегии «Мягкого внедрения кристаллической энергии в гражданский сектор», вам предписывается:

1. В кратчайшие сроки разработать и создать компактное аналоговое устройство-переходник гражданского типа (бытовой адаптер).

2. Данный прибор должен быть способен стабильно, без перегрузок сети выкачивать строго дозированную энергию из кристаллов Образца №1 и пускать её на безопасную запитку стандартных бытовых приборов, портативной техники и домашних энергосетей.

3. Провести внутренние тесты на безопасность и предоставить рабочий прототип адаптера к концу текущей недели.

*Подписано: Председатель Совета Директоров «Aevum Industries».*

Глава 9

На следующий день тяжелые бронированные грузовики конвоя «Aevum Industries» благополучно прибыли на подземную парковку научного комплекса. Разгрузочные роботы оперативно доставили герметичные контейнеры прямо в центральный бокс. Джеффри Смит и Оливер Парк немедленно приступили к их изучению. В сопроводительном листе значилась добыча стандартных образцов №1 и №2, а также отдельный спецконтейнер с тем самым загадочным ярко-красным кристаллом.

Джеффри застегнул защитные перчатки и повернулся к коллеге:

— Оли, тащи сюда портативный квантовый анализатор спектра. Нужно срочно понять, сколько именно энергии вырабатывает этот красный экземпляр и какова структура его поля.

Учёные аккуратно закрепили бьющийся, словно живое сердце, «Рубин-Анима» в тестовой камере и запустили сканирование. Результаты, выведенные на голографический монитор, заставили обоих исследователей замереть от удивления. Эксперимент показал, что этот кристалл заполняет демонстрационное энергохранилище на 100 000 единиц энергии с точно такой же феноменальной скоростью, как и тёмно-синий образец, но при этом общая плотность его энергоёмкости остаётся на уровне базового голубого кристалла.

— Как интересно... — заворожённо выдохнул Оливер Парк, поправляя очки и разглядывая графики отдачи. — Джефф, посмотри на кривую! Он не мощнее в абсолютных цифрах, он просто в разы быстрее отдаёт свой потенциал!

Джеффри тут же сел за терминал и принялся составлять официальный технический отчёт для руководства компании. Он подробно зафиксировал, что при глубоком исследовании красного кристалла была обнаружена уникальная аномалия: его чистая мощность эквивалентна голубому образцу, однако с учётом коэффициента циклической энергоотдачи он работает и опустошает свой заряд в 20 раз быстрее, чем Образец №1.

#### ОФИЦИАЛЬНОЕ ЭКСПЕРТНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ НАУЧНОЙ ЛАБОРАТОРИИ «AEVUM»

**Код документа:** ОТЧ-102-КР

**Авторы:** О. Парк, Д. Смит

**Тема:** Анализ динамических свойств Образца №3 («Рубин-Анима») и встречные инженерные предложения по директиве ТЗ-09-ИНФ.

1. **Физико-энергетические показатели:** Подтверждена пиковая скорость энергоотдачи, превышающая базовые показатели Образца №1 ровно в 20 раз при сохранении идентичной плотности субстрата. Минерал идеален для сверхбыстрого старта тяжелых систем.

2. **Инженерное решение по бытовым адаптерам (трансформаторам):** Касательно приказа Совета Директоров о разработке компактных бытовых устройств-переходников для запитки гражданских приборов. Извещаем, что лабораторией уже создан, протестирован и успешно применен полнофункциональный аналоговый трансформатор (модель, использовавшаяся при недавней тестовой запитке центрального городского сектора).

3. **Рекомендация:** Настоящим отчётом закрепляем полные инженерные чертежи, схемы молекулярной стабилизации и спецификации нашего лабораторного трансформатора. Предлагаем Совету Директоров отменить стадию разработки прибора «с нуля» и немедленно запустить данный готовый прототип в массовое промышленное производство.

*Вложения: Схемы_трансформатора_версия_3.1.bin, Спецификации_адаптера.pdf*

Отправив пакет документов по зашифрованному каналу, учёные устало переглянулись.

— То есть, если говорить простым языком, совет хочет, чтобы мы сделали для обывателей так называемый бытовой трансформатор? — уточнил Оливер, опёршись на край стола.

— Ну да, — спокойно подтвердил Джефф, делая глоток остывшего кофе. — Почти точно такой же, как у нас в лаборатории, который мы совсем недавно использовали для стабилизации сети при пиковой запитке центра города.

— Ну тогда нам действительно незачем изобретать велосипед и тратить время, — Оливер довольно улыбнулся. — Достаточно просто сказать им, чтобы они поставили наш готовый трансформатор на конвейер массового производства, и дело в шляпе.

Пока учёные ждали официального ответа от руководства и подтверждения сборки, они решили не терять драгоценные часы выходных и вернуться к своему собственному, давнему научному спору — завершить секретный эксперимент по контролируемому превращению твёрдого кристалла в жидкое агрегатное состояние.

В это же время в главном офисе Совета Директоров полным ходом шли последние правки и утверждения грандиозной рекламной кампании. Прочитав свежий, обнадёживающий отчёт Смита и Парка и получив готовые чертежи адаптеров, все члены правления радостно воскликнули. Менеджеры и инвесторы буквально потирали руки, предвкушая колоссальные, исчисляемые миллиардами скорые прибыли от продажи «вечных батареек».

Спустя всего пару часов маховик корпоративной машины раскрутился на полную мощность. В мировых СМИ повсюду с оглушительным грохотом прогремели экстренные новости. Все новостные каналы, интернет-порталы и радиостанции только и говорили что о революционном, чистом и доступном источнике энергии, который навсегда изменит человечество.

Эта масштабная новость, разумеется, тут же докатилась и до дома Смитов. Десятилетний Генри, сидевший в своей комнате перед большим голографическим экраном, заворожённо смотрел на яркие графики и футуристические презентации компании «Aevum». Мальчик искренне гордился тем, что в этих титрах подсознательно видел колоссальный труд своего отца.

Обернувшись к стоящему рядом роботу-андроиду, Генри увлечённо начал обсуждать с ним эту невероятную медийную бурю:

— Лют, ты только посмотри на эти цифры! Похоже, папа и дядя Оливер действительно совершили величайший прорыв в истории. Весь мир только о них и говорит! Интересно, как быстро эти технологии изменят наши дома?

Лютор мерно мигнул голубым индикатором на виске, его обновлённая мимика выразила глубокую, почти человеческую задумчивость:

— Это впечатляющие показатели, Генри. Твой отец — выдающийся лидер. Однако столь резкий и мощный выплеск информации в общественное поле неизбежно создаст колоссальные риски со стороны тех, кто привык забирать чужие триумфы силой. Надеюсь, служба безопасности компании готова к грядущим последствиям.

Наступал роковой час. Поздний вечер того же дня окутал город тяжёлым, мрачным туманом. В подземной лаборатории «Aevum» Оливер и Джеффри упрямо продолжали свой тайный эксперимент по превращению твёрдого кристалла в жидкое состояние, но результаты их совсем не радовали. На голографических экранах одна за другой вспыхивали ошибки, а датчики фиксировали полное угасание волновой активности.

— Похоже, принудительное изменение агрегатного состояния полностью разрушает внутреннюю структуру, — устало заявил Джеффри Смит, снимая защитные очки и протирая переносицу. — Без твёрдой кристаллической решётки этот минерал мгновенно теряет всю свою накопленную энергию. Он просто превращается в бесполезную, тусклую жижу.

— Да, это и впрямь чертовски огорчает, — Оливер Парк разочарованно вздохнул, опёршись на край лабораторного стола. — А ведь если бы у нас всё получилось, жидкое топливо из этих кристаллов стало бы в разы удобнее транспортировать на любые расстояния. Да и заправлять им гражданские машины или заводы было бы куда проще. Но, видимо, природа этого вещества куда сложнее наших симуляторов. Ладно, Джефф, ты иди домой, отдыхай. Тебе завтра ещё с утра Генри в школу собирать. А я побуду здесь ещё немного — хочу скопировать все последние данные по деградации решётки на защищённый сервер компании, ну и для себя сделаю резервную копию на личный зашифрованный флеш-накопитель.

Джеффри понимающе развёл руками, накинул на плечи куртку и крепко пожал другу руку:

— Лады, Оли. Только не засиживайся допоздна. Давай тогда до завтра.

Друзья тепло попрощались, и Джефф покинул лабораторию. Оливер остался один в звенящей тишине бокса. Он методично перечитал все доступные данные по их исследованиям, дополнил массив файлов своим собственным заключением по неудачному эксперименту и запустил процесс шифрования данных.

В это же самое время в полумраке подпольного офиса, принадлежащего одной из агрессивных конкурирующих корпораций, назревало преступление. Джим, амбициозный и беспринципный директор по финансам, нервно мерил шагами комнату перед тремя нанятыми боевиками в тёмной тактической экипировке. Его жажда любой ценой отобрать у «Aevum» новый революционный источник энергии затмевала любой здравый смысл.

— Эти старые дураки из совета директоров «Apex» и прочих контор просто слепы, раз не видят, что мы уже проиграли эту гонку на открытом рынке! — яростно шипел Джим, брызжа слюной. — Промедление смерти подобно. Я тут с огромным трудом, через свои каналы собрал оперативные данные на ведущего учёного компании-конкурента — этого очкарика Оливера Парка. Он сейчас один в комплексе. Ваша задача проста: вы должны проследить за ним, дождаться удобного момента и силой отобрать у него все материалы дела, чертежи и сам образец!

Наёмники хмуро и молча кивнули, проверяя оружие. Джим подошёл к столу и бережно передал их командиру тяжёлый, футуристический прибор, светящийся зловещим фиолетовым индикатором:

— Я даю вам новейший экспериментальный поглотитель энергии. Перед тем как забрать кристалл, обязательно проверьте его состояние этим устройством. Вдруг этот учёнишка носит при себе фальшивку или муляж. Проверите фон, заберёте инфу и уберёте свидетеля. Всё, выдвигайтесь на задание!

Закончив свою напутственную речь, Джим резким жестом отправил наёмников в ночь.

Оливер Парк наконец закончил утомительную писанину, завершил скачивание огромного архива данных и с тихим стоном потянулся в кресле, разминая затёкшую спину. Он бросил случайный взгляд на настенные часы и вздрогнул: на циферблате тускло горели цифры 0:26.

— Ох, чёрт! — невольно вырвалось у Оливера. — Как же быстро пролетело время!

Понимая, что общественный транспорт уже давно не ходит, а вызывать беспилотное такси после душной лаборатории не хотелось, Оливер решил прогуляться до дома пешком. Ему безумно хотелось подышать прохладным ночным воздухом, чтобы хоть немного прочистить забитую формулами голову.

Пройдя примерно половину пути по пустынным улицам, Оливер свернул в сеть узких, слабо освещённых переулков, чтобы существенно сократить свой маршрут через жилые кварталы. Шагая вперёд и пряча руки в карманы куртки, он внезапно заметил сидящего прямо на сырой земле, возле старого мусорного бака, человека в грязном оборванном плаще. Проводив его грустным взглядом, полным искреннего человеческого сочувствия, учёный ускорил шаг и двинулся дальше.

Но не успел он пройти и десяти метров, как впереди, прямо из густой тени, ему навстречу бесшумно вышел другой силуэт. Человек уверенно и грозно шёл наперерез Оливеру, пряча руки за спиной. Парк мгновенно напрягся. Его внутренний голос завопил об опасности, и учёный уже приготовился к неизбежной драке, как вдруг сзади послышался стремительный шорох.

Оливер почувствовал резкий, оглушающий удар в спину. Пошатнувшись от боли, он чудом удержался на ногах и испуганно обернулся. Тот самый мнимый бездомный, который только что мирно сидел у мусорного бака, уже стоял в профессиональной боевой стойке, перекрывая путь к отступлению. В его руке зловеще блеснул металл.

— Все материалы по кристаллам и всю инфу по КЭГам! Живо выкладывай на землю, если жить хочешь! — хрипло и требовательно приказал нападавший, сужая кольцо.

Несмотря на сковавший его страх, Оливер Парк решительно и упрямо покачал головой, сильнее зажимая в кармане драгоценную флешку с результатами их многолетней работы. Он не мог предать Джеффри и отдать плоды их труда в руки бандитов.

В этот самый момент лицо Оливера внезапно смертельно побледнело, его ноги подкосились, а глаза начали судорожно закатываться. Второй наёмник, стоявший сзади, без малейшего предупреждения хладнокровно выстрелил ему прямо в позвоночник из того самого футуристического высасывателя энергии. Мощный направленный импульс прибора мгновенно высосал весь биоэлектрический потенциал из нервной системы учёного. Оливер Парк рухнул на сырой асфальт переулка, его сердце навсегда остановилось.

— Ты чё творишь, придурок?! Нахрена ты это сделал?! — ошарашенно прошипел первый наёмник, испуганно отшатнувшись от бездыханного тела. — Босс же просил сначала проверить кейс!

— Да ладно тебе, не ори. Нам всё равно пришлось бы его убить, не так ли? Какая разница — минутой раньше, минутой позже, — цинично буркнул ликвидатор, пряча прибор в кобуру.

Второй наёмник недовольно сплюнул, опустился на колени и принялся лихорадочно шарить по карманам куртки Оливера, грубо переворачивая тело. Спустя полминуты он разочарованно выругался:

— Чёрт... Да тут нет ни хрена! Никаких контейнеров, никакого кристалла при нём не было! Похоже, он оставил образец в главном сейфе лаборатории! Только флешка какая-то зашифрованная в нагрудном кармане была...

Наёмник поднялся на ноги, тяжело дыша, и испуганно посмотрел на напарника по банде:

— Может, на этой флешке как раз и записано всё, что нужно Боссу? Ладно, плевать, время поджимает. Валим отсюда, пока патрульные дроны нас не засекли!

Две тёмные тени мгновенно растворились в мрачных, туманных лабиринтах ночного города, оставив безжизненное тело великого учёного лежать на холодном асфальте. Первая кровь в этой жестокой корпоративной войне была пролита.

На следующее утро у входа в научно-исследовательский комплекс «Aevum» было непривычно тихо. Припарковав свой автомобиль, Джеффри Смит первым же делом заметил на стоянке знакомую машину Оливера. Лейтенант невольно улыбнулся, решив, что его неугомонный друг сегодня приехал на работу пораньше, чтобы продолжить их изыскания.

Зайдя в здание, Джеффри привычно переоделся в рабочий халат и быстрым шагом направился прямиком к главному лабораторному боксу, ожидая увидеть там Оливера, с головой погружённого в чтение графиков. Однако, переступив порог, Смит замер. На его удивление, в огромной лаборатории было абсолютно пусто. Основной свет был выключен, сенсорное табло авторизации на рабочем столе Парка тускло мигало в режиме ожидания, а главное, что сильнее всего врезалось в глаза и заставило Джеффри напрячься — это аккуратно висящий в шкафу повседневный лабораторный халат Оливера.

— Так, я не понял... — растерянно протянул Джеффри в пустоту бокса.

Достав из кармана брюк коммуникатор, он брезгливо сверился со временем. На экране четко горели цифры 9:52. Как странно. Оливер был фанатиком своего дела, но он никогда в жизни не опаздывал на столько времени, тем более без предупреждения. Набрав прямой номер друга, Джеффри прижал трубку к уху. В ответ раздались лишь долгие, мучительные и протяжные гудки, после которых бездушный металлический голос переключил его на автоответчик.

— Оли, ты где вообще? Почему тебя до сих пор нет на месте, а твоя машина торчит на парковке? Срочно набери меня, как увидишь это сообщение! — сдерживая нарастающее раздражение, проговорил Джефф и убрал телефон обратно в карман. Нащупав ключи, он развернулся и решительно направился обратно к центральному посту охраны комплекса.

На посту дежурил андроид новой, продвинутой модели. Завидев учёного, робот вежливо склонил голову:

— Доброе утро, мистер Смит. Могу я чем-нибудь помочь вам?

Джеффри подошёл вплотную и строго, без лишних предисловий спросил:

— Оливер Парк сегодня появлялся в здании? Проходил через главный терминал?

Андроид ровным голосом ответил:

— Нет, сэр. Доктора Парка сегодня в комплексе не было. Согласно логам системы, вчера он покинул лабораторию в 0:30 ночи. Насколько мне известно из его короткого диалога со мной, он принял решение пойти домой пешком.

Джеффри на секунду буквально опешил от такой новости:

— Пешком?! По ночному городу? О чём он вообще думал?!

Андроид лишь слегка развёл руками, симулируя человеческий жест:

— Мне это неизвестно, сэр. Он лишь упомянул мне на выходе, что очень устал и хочет проветриться после тяжёлой смены.

Джеффри тяжело задумался, внутри него зашевелилось нехорошее предчувствие:

— Так, ладно... И где он теперь? Я не могу отследить его персональный GPS-маяк со своего терминала, у нас вся рабочая сеть зашифрована корпорацией так, чтобы никто посторонний не мог за нами следить извне.

— Секунду, сэр, — андроид замер, его круговой индикатор на правом виске лихорадочно замигал глубоким синим цветом, который медленно, тревожно окрасился в жёлтый. — Пользуясь внутренним приоритетом безопасности, у меня получилось обойти протокол и отследить его текущие GPS-координаты. Однако... его точное местоположение в старом секторе города не менялось уже более восьми часов. Возможно, доктор Парк просто случайно выронил или потерял свой личный коммуникатор.

Джефф мрачно усмехнулся, отметая эту глупую теорию:

— Да фигня всё это! Оливер никогда не расстаётся со своими гаджетами. И даже если бы он потерял телефон, он бы ещё утром зашёл с домашнего ноутбука и написал мне на почту. Мне нужно точно знать его маршрут.

Андроид покорно кивнул:

— Уже скидываю полную карту с координатами вам на телефон, сэр. Мне необходимо официально оповестить высшее начальство о возможной пропаже ведущего сотрудника?

— Ну естественно! Оповещай всех, кого нужно! — не выдержав, резко бросил Джеффри.

Быстро сорвав с вешалки куртку, он выбежал из здания, прыгнул в свою машину и, вбив в навигатор полученную от робота точку, рванул с места. Автомобиль мчался по заполненным утренним трафиком улицам. Доехав до старого промышленного квартала, навигатор выдал глухой сигнал — дальше проезда не было. Следующую, заключительную часть пути по грязным, заваленным мусором закоулкам Джеффри пришлось преодолевать пешком.

Оставалось лишь завернуть за последний кирпичный угол. В глубине души Джеффри всё ещё отчаянно надеялся увидеть на земле просто потерянный, разбитый телефон друга. Но то, что открылось его взору в следующую секунду, буквально лишило лейтенанта дара речи.

В самом конце тупикового переулка, прямо на грязном сыром асфальте лицом вниз лежал человек. Поза Оливера была неестественной, словно его бросили сюда как ненужную тряпичную куклу. Грудь мужчины не вздымалась, вокруг царила мёртвая тишина.

Джефф, напрочь отбрасывая любые пугающие, страшные мысли, бросился вперёд и упал рядом на колени.

— ОЛИ! ДРУГ! ТЫ ЧЁ?! ВСТАВАЙ, СЛЫШИШЬ?! ХОРОШ СУТКИ ТУТ ДРАТЬ! — кричал Джеффри, аккуратно, но сильно переворачивая безжизненное тело товарища к себе лицом.

Но повернув лицо Оливера на свет, Джеффри Смит окончательно застыл, леденея от ужаса. Глаза Парка были полуоткрыты и безразлично смотрели в серое небо, а кожа приобрела жуткий, пепельно-серый оттенок.

Джеффри судорожно прижал пальцы к сонной артерии друга... Нет пульса.

Приложил ухо к груди... Нет сердцебиения. Вообще никаких признаков жизни. Оливер был мёртв уже много часов.

Джеффри обессиленно опустил руки, продолжая сидеть на коленях в грязи перед телом того, с кем ещё вчера делил научный триумф. В его голове всё поплыло, а горло сжал удушливый ком. Опустив голову, он тихо, надрывно произнёс в пустоту:

— ...скорую... быстро...

Карманный коммуникатор, мгновенно уловив экстренный голосовой запрос хозяина, выдал короткую вибрацию и громко ответил: «Запрос принят. Машина скорой помощи и оперативная группа уже в пути на ваши координаты. Пожалуйста, оставайтесь на месте».

Глава 10

Последующие часы слились для Джеффри Смита в один сплошной, серый и удушливый кошмар. Приехавшая полиция, оцепление, долгие и бессмысленные расспросы детективов — всё это лейтенант воспринимал словно через толщу воды. В его душе не было привычной армейской ярости или жажды немедленной мести. Он был полностью, абсолютно морально опустошён гибелью лучшего друга. Джефф просто не знал, кто совершил это нападение, а главное — из-за чего. Вся эта блестящая кристаллическая энергия, которой они посвятили столько лет, в один миг потеряла для него всякий смысл.

Ближе к вечеру Джеффри сидел в холодном коридоре центрального госпиталя, опустив голову на руки. Из кабинета судебно-медицинской экспертизы вышел хмурый врач, листая на ходу электронную карту.

— Мистер Смит? — доктор устало посмотрел на учёного. — Мне жаль это говорить, но точная причина смерти доктора Парка до сих пор официально не установлена. Все его внутренние органы абсолютно здоровы, никаких следов яда или застрявших пуль. Обнаруженная гематома на затылке слишком мала. Она физически не могла стать причиной летального исхода. Более того, ткани выглядят так, словно синяк даже не успел толком сформироваться. Его сердце и мозг просто одновременно... выключились. Как будто из розетки выдернули. Мы бессильны это объяснить.

Джеффри лишь глухо кивнул. Ему было плевать на медицинские загадки. Его волновало только одно — Оливера больше нет. Он медленно поднялся со скамьи и, не говоря больше ни слова, побрёл к выходу. Предстояло заняться самой тяжёлой и мрачной обязанностью — подготовкой к похоронам единственного близкого друга.

Руководство корпорации «Aevum Industries», шокированное внезапной гибелью своего ведущего гения, отреагировало незамедлительно. Чтобы замять лишний шум в прессе и выразить почтение, совет директоров полностью взял на себя все расходы и выделил колоссальные средства на организацию самых лучших похорон. Директор по индустриализации лично позвонил Джеффри, выражая глубокие соболезнования. Видя, что у Смита-старшего не осталось абсолютно никаких моральных сил для продолжения исследований, начальство с пониманием отпустило его в бессрочный оплачиваемый отпуск.

Когда Джеффри, бледный переступил порог своего дома, его встретил встревоженный Генри. Мальчик уже видел трагические заголовки в новостях. Рядом молча замер Лютор, чей визор тревожно мерцал жёлтым цветом, считывая критический уровень стресса и горя своего хозяина.

— Пап... это правда? Дядя Оливер?.. — тихо, с дрожью в голосе спросил Генри, и на его глазах навернулись слёзы.

Джеффри ничего не ответил. Он просто подошёл, крепко прижал сына к себе и впервые за долгие годы беззвучно заплакал, утыкаясь в его плечо. Впереди их ждала скорбная церемония.

Несколько дней спустя.

Небо над городом затянуло тяжёлыми, свинцовыми тучами, словно сама природа разделяла общее горе. Был пасмурный, дождливый день. Похороны Оливера Парка шли своим чередом. На кладбище собрались немногие оставшиеся у него родственники, близкие друзья, а также почти весь состав Совета Директоров «Aevum Industries». Главы корпорации прекрасно понимали, что после столь дерзкого убийства ведущего учёного они сами могут находиться в смертельной опасности, но не прийти на прощание просто не могли.

Каждый из присутствующих по очереди выходил к трибуне и произносил скорбную речь. Наконец, пришла очередь Джеффри Смита. Мужчина медленно подошёл к гробу, его лицо казалось каменным, но руки едва заметно дрожали.

— Оливер... он не был просто гениальным учёным, чьи идеи опережали время на целые века, — глухо, но отчётливо начал Джеффри, и этот голос заставил присутствующих затаить дыхание. — Он был человеком с огромным, чистым сердцем. Человеком, который искренне верил, что наши исследования сделают этот суровый, погрязший в эгоизме мир чуточку светлее и безопаснее для каждого ребёнка. Он никогда не стремился к богатству или дешёвой славе. Он засыпал и просыпался с мыслями о созидании. Мы прошли с ним через огонь, воду и тысячи неудачных экспериментов, но его оптимизм всегда заставлял меня двигаться дальше. Те трусливые твари, которые оборвали его жизнь в тёмном переулке, забрали у человечества его будущее. Но они не смогли забрать главное — его наследие. Я обещаю тебе, друг мой... твой свет не погаснет. Прости, что не успел. Прости...

Под конец этой эмоциональной, надрывной речи голос лейтенанта окончательно сорвался, а по щекам покатились скупые мужские слёзы. Генри, стоявший рядом с Лютором под большим чёрным зонтом, беззвучно плакал, глядя на разбитого горем отца.

В этот самый момент в штаб-квартире первой конкурирующей компании обстановка была накалена до предела. Напуганные наёмники, вернувшиеся с дела, дрожащими руками протянули своему заказчику — финансовому директору Джиму — зашифрованную флешку Оливера.

— Это всё, что у него было при себе в тот момент, босс... Больше ничего, честно, — заикаясь, произнёс один из боевиков.

— От этого куска пластика нет абсолютно никакого толка! — в ярости закричал Джим, швырнув флешку в стену так, что она разлетелась на куски. — Дегенераты! Эти данные заблокированы военным шифром, они ни на шаг не приближают нас к рудникам и хранилищам кристаллов! К тому же, вы, кретины, применили высасыватель энергии! Если полиция начнёт копать глубже, они поднимут архивы и сразу же узнают об испытаниях этого секретного прототипа много лет назад! Они вспомнят тот несчастный случай на полигоне, когда один сотрудник случайно убил другого из-за неправильной калибровки частоты! Вы подставили всю компанию!

— Но это был не я! — испуганно завопил первый наёмник, тыча пальцем в напарника. — Это всё он, он нажал на курок, я вообще не при чём...

Два глухих выстрела с глушителем мгновенно оборвали его крик и заставили комнату погрузиться в гробовую тишину. Оба киллера рухнули на ковёр с пробитыми головами. Джим брезгливо спрятал пистолет в кобуру и кивнул стоящим у двери амбалам:

— Уволочь это мясо в утилизатор. Быстро.

Когда охрана вытащила трупы, Джим устало опустился в кресло и мрачно прошептал под нос: «Чёрт... Неужели всё было напрасно? Где Смит прячет эти чертовы кристаллы?»

А на другом конце мегаполиса, в роскошном пентхаусе, руководители совершенно другой, третьей корпорации — «Apex Technologies» — экстренно созвали совет, цинично разрабатывая свой план действий на фоне развернувшегося хаоса.

Генеральный директор «Apex» вальяжно раскурил сигару и обвёл присутствующих довольным взглядом:

— Итак, господа. Наш основной и самый опасный конкурент в лице «Aevum» сейчас практически разбит и дезориентирован. Смерть Парка выбила их из колеи.

Среди директоров и инвесторов пронёсся тихий, взволнованный шёпот.

— Но, как выяснила наша разведка, радоваться рано, — строго продолжил глава «Apex», постукивая пальцем по столу. — Оказывается, ведущих учёных в проекте КЭГ было двое! Джеффри Смит — бывший военный лейтенант, и сейчас вся техническая документация и контроль над добычей кристаллов перешли исключительно в его руки. Но вы можете не переживать. Мы не станем совершать глупых ошибок Джима и марать руки в переулках. В самое ближайшее время наши люди нанесут точечный, сокрушительный удар, который навсегда уберёт Смита со сцены. Мы перехватим первенство на рынке, заберём патенты и станем единственными и полноправными поставщиками кристаллической энергии в этом полушарии! Готовьте контракты для инвесторов.

Вечером того же дня в доме Смитов царила гнетущая тишина. Джеффри сидел на диване в гостиной и абсолютно бесцельно, невидящим взглядом смотрел в мерцающий экран телевизора. К нему тихо подошёл Генри, только что вернувшийся из школы.

— Привет, пап. Я вернулся, — негромко произнёс мальчик.

Он аккуратно сел на диван рядом с отцом и крепко, со всей детской искренностью обнял его за шею.

— Как же так вышло, сынок?.. — Джеффри глухо вздохнул, утыкаясь подбородком в макушку Генри. — Почему все, кого я искренне люблю и считаю своей настоящей семьёй, уходят один за другим? Сначала твоя мама... теперь Оливер...

Генри лишь сильнее сжал объятия, сдерживая подступающие слёзы:

— Папа, я тут, рядом! Слышишь? Я всегда буду с тобой, я тебя не брошу!

Джефф грустно посмотрел на мальчика, на его бледное лицо, и с нежностью обнял его в ответ, чувствуя, как внутри оживает хоть какая-то капля тепла.

— Спасибо, родной. Только ты да Лютор у меня теперь и остались в этом проклятом мире.

Прошло ещё несколько недель. Время, как известно, зализывает любые раны, и жизнь постепенно начала налаживаться, входя в привычное русло. Джеффри Смит вернулся из отпуска и принял решение продолжить масштабную работу над КЭГами в одиночку. Высшее руководство компании несколько раз настойчиво пыталось выделить ему нового квалифицированного напарника из молодых специалистов, но лейтенант наотрез отказывался, не желая никем заменять Оливера.

Несмотря на недавнюю скорбь и тяжёлую утрату, проект кристаллической энергии стремительно разрастался. На очередном закрытом собрании директоров «Aevum» председатель зачитал подробный и воодушевляющий доклад о колоссальных успехах:

```text

ВНУТРЕННИЙ СВОДНЫЙ ОТЧЁТ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ

Тема: Динамика интеграции кристаллической энергии за отчётный месяц.

Несмотря на трагическую гибель доктора О. Парка, благодаря самоотверженной работе Г.И. Джеффри Смита, массовое внедрение бытовых трансформаторов-адаптеров в гражданский сектор завершено на 74%.

- В южном и восточном округах города полностью заменены старые подстанции. Энергосеть переведена на стабильное питание от Образцов №1.

- Показатели аварийности сетей снизились до рекордного нуля. Чистая прибыль корпорации по предварительным подсчётам выросла на 312%, а интерес инвесторов достиг исторического максимума. Бдительность конкурентов полностью усыплена гражданским статусом технологии. Рекомендуется начать подготовку к финальной фазе проекта.

Как-то раз, поздней ненастной ночью, Джеффри лично отправляется на своей машине в одну из самых дальних, глухих зон на окраине города. Ему необходимо было провести финальное техническое подключение и калибровку нового мощного энергоблока КЭГ для строящегося промышленного района.

Чтобы максимально обезопасить своего единственного оставшегося ведущего специалиста после трагической гибели Оливера, руководство «Aevum Industries» пошло на крайние меры. Компания выделила Джеффри постоянное сопровождение из двух профессиональных групп поддержки, состоящих из опытных военных наёмников. Стандартный протокол безопасности требовал жёсткого конвоирования: бронированная машина прикрытия должна была неотступно следовать впереди, а вторая — замыкать колонну сзади. И хотя Джеффри Смит как бывший лейтенант прекрасно понимал, что в текущих реалиях это суровая необходимость, чисто по-человечески это было жутко неудобно. Медлительные, громоздкие внедорожники охраны постоянно загораживали обзор и путались на дороге.

На одном из таких ночных выездов, когда Джеффри закончил калибровку КЭГа в дальнем секторе, его терпение окончательно иссякло. Ему безумно хотелось поскорее оказаться дома.

— Ну вот, в принципе, и всё. Аппаратура полностью стабильна, — устало произнёс Джеффри, закрывая сервисный люк генератора. — Единственное, парни, мне нужно кое-что забрать из бардачка своей машины.

— Да, конечно, мистер Смит. Скажите, когда мы сможем начинать общие сборы и сворачивать периметр, — ответил командир первой группы поддержки.

Схема охраны была развёрнута по всем военным правилам: первая группа занималась непосредственным прикрытием объекта на месте, развернув мобильный аванпост, а вторая группа в полной боевой готовности сидела во втором внедорожнике чуть поодаль, выжидая своего часа — того самого момента, когда придётся резко стартовать, догоняя потенциальных преступников, или выгрузить дополнительные силы для круговой защиты. Но в этот раз абсолютно никто не был готов к неожиданности.

Джеффри быстро сел в салон своей легковой машины, привычным движением пристегнул ремень безопасности и, вместо того чтобы покорно ждать окончания сборов, резко нажал на газ и в одиночку рванул в сторону дома.

Капитан второй группы прикрытия, заметив летящий к выходу автомобиль учёного, мгновенно среагировал и устремился на своём внедорожнике вслед за ним. В это же время командир первой группы опешил, приказал бойцам экстренно сворачивать аванпост и яростно связался с Джеффри по рации:

— СЭР, ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?! ЭТО ЖЕ НАРУШЕНИЕ ИНСТРУКЦИИ! ПОЖАЛУЙСТА, СРОЧНО ОСТАНОВИТЕСЬ И ПОДОЖДИТЕ СВЕРТЫВАНИЯ НАШИХ СИЛ!

Джеффри Смит лишь устало улыбнулся, глядя на мигающий индикатор связи:

— Извини, приятель, но нет. Нарушу устав. Я просто хочу нормально посмотреть на ночное окружение, когда буду ехать, а не утыкаться глазами в ваш бронированный зад. Тем более, не паникуй, за мной и так хвостом идёт вторая группа. Всё под контролем.

Командир первой группы тяжело выдохнул в микрофон, но, зная упрямый характер бывшего лейтенанта, понимающе согласился:

— Ладно... Езжайте, мы вас скоро догоним. Конец связи.

На этом разговор прервался. Джеффри с облегчением перевёл ручное управление автомобилем на автопилот, глубоко облокотился на мягкую спинку кожаного кресла, прикрыл глаза и незаметно для самого себя задремал под мерный шум дождя.

Какое-то время спустя его внезапно выдернул из сна резкий, ослепительно яркий свет мощных автомобильных фар, ударивший откуда-то сбоку прямо в салон. Джефф испуганно распахнул глаза и в ужасе осознал, что его машина на полной скорости пересекает глухой загородный перекрёсток, а прямо на него, наплевав на все правила и сигналы, на колоссальной скорости несётся огромная, многотонная фура без номеров.

— ЧЁРТ! ЧТО ЗА БРЕД?! — это было всё, что успел выкрикнуть Джеффри в последнюю секунду своей земной жизни.

Чудовищный удар. Перекрёсток на долю секунды озарила ослепительная вспышка от мощного взрыва топливного бака легковушки. Машину Смита буквально смяло в бесформенный кусок металла и отбросило в глубокий кювет.

Вторая группа военных, следовавшая за Джеффри с небольшим отставанием, влетела на перекрёсток спустя полминуты. Капитан Сэм мгновенно затормозил, выскочил из машины и на ходу развернул свои войска:

— БЫСТРО, БЫСТРО! ВСЕ К КЮВЕТУ! НУЖНО СРОЧНО УЗНАТЬ, В КАКОМ СОСТОЯНИИ ДОКТОР! ЖИВО!

Наёмники, используя тактические инструменты, лихорадочно разгребали дымящийся завал и резали искорежённый металл кузова. Спустя пару минут им удалось бережно вытащить окровавленное, бессознательное тело Джеффри Смита. Дежурный военный врач, который всегда ехал с ними в колонне как раз для таких экстренных случаев, быстро прижал пальцы к шее пострадавшего и вынес вердикт:

— Он живой! Пульс слабый, нитевидный. Он просто в глубоком шоке и без сознания. Нужно немедленно доставить его в центральную больницу! Носилки сюда, быстро!

Вскоре бронированный реанимобиль с завывающими сиренами прибыл к приёмному покою городской больницы, где Джеффри экстренно госпитализировали в отделение реанимации. Спустя час напряжённого ожидания из операционного блока к бледному от волнения капитану второй группы вышел лечащий врач, устало снимая медицинскую маску.

— Пациент стабилен, его жизни сейчас ничего не угрожает, — тихо произнёс доктор. — Однако травма головы оказалась слишком тяжёлой. Ваш мистер Смит впал в глубокую кому. Мы провели все тесты, но метаболическая активность мозга критически снижена. Мы не знаем, когда он очнётся и очнётся ли вообще. Скажите, у него есть родственники, которых нужно известить?

Капитан Сэм тяжело сглотнул, опустив голову, и глухо протянул:

— Есть... Один-единственный десятилетний сын... Генри...

Командир наёмников прекрасно понимал, что эта фатальная ошибка и попустительство на маршруте будут стоить ему не просто всей дальнейшей военной карьеры. К тому же, прямо сейчас на его плечи ложилась самая страшная и невыполнимая обязанность — ему придётся сообщить эти ужасные, сокрушительные новости как высшему руководству корпорации, так и маленькому мальчику, который остался дома совсем один.

Уже через два часа капитан Сэм стоял по стойке «смирно» в главном зале заседаний «Aevum Industries». Во главе стола сидели бледные, разъярённые директора. Атмосфера была накалена до предела. На Сэма лавиной обрушился шквал яростных обвинений:

— Вы проявили абсолютную, преступную халатность на службе!

— У вас была одна простая задача! Защищать ведущего учёного корпорации! Вы вообще можете себе представить, что значит для компании потерять сразу двоих ключевых специалистов подряд?! Наш проект на грани краха!

— Я признаю свою вину, господа, — глухо, но твёрдо произнёс военный, когда крики в зале немного поутихли. — Я не справился с поставленной задачей. Проявил непростительную халатность и позволил учёному нарушить протокол конвоирования. Я готов понести любое дисциплинарное и уголовное наказание, которое определит совет директоров.

Директор по индустриализации устало махнул рукой, прерывая его:

— Ваше наказание мы определим позже, капитан. Сейчас на вас лежит другая, куда более тяжёлая обязанность. Отправляйтесь к Смитам домой. Вы лично сообщите его сыну о том, что произошло. И молитесь всем богам, чтобы лейтенант очнулся. Свободны.

Сэм коротко кивнул и вышел из душного зала. Дорога до дома Джеффри казалась ему бесконечной, а руль внедорожника словно налился свинцом. Когда он подошёл к крыльцу и нажал на кнопку звонка, дверь быстро приоткрылась. Его встретил Генри, а за его спиной беззвучно и неподвижно, словно каменное изваяние, замер Лютор.

Капитан Сэм, прошедший десятки жестоких горячих точек и видевший смерть в лицо, внезапно почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Глядя в заплаканное лицо мальчика, в котором ещё теплилась отчаянная надежда на то, что его отец наконец-то вернулся домой невредимым, бывалый наёмник просто сломался. У него банально не хватило духу признаться ребёнку, что именно его упущение и минутная слабость привели к этой трагедии.

Заметив чужую форму и суровый вид военного, Генри всё понял без слов. Слёзы брызнули из его глаз с новой силой.

— Вы не мой папа! Где он?! Где мой папа?! — истошно закричал мальчик, вцепляясь пальцами в дверной косяк.

— Генри... — Сэм с огромным трудом выдавливал из себя каждое слово, судорожно избегая прямого взгляда ребёнка. — Произошла ужасная авария. На загородном шоссе в машину твоего отца на полной скорости влетела беглая фура. Врачи городской больницы сделали всё возможное... Твой папа жив. Он дышит. Но травма оказалась слишком серьёзной, и он впал в глубокую кому. Мне очень, очень жаль.

Генри мгновенно побледнел, покачнулся и сделал шаг назад, в глубь тёмной прихожей. Лютор среагировал незамедлительно: андроид бережно положил свою тяжёлую металлическую руку на плечо мальчика, фиксируя встроенными датчиками, как пульс и давление ребёнка взлетели до критических, опасных показателей. Капитан Сэм, не выдержав удушливой тяжести собственного стыда и детского плача, поспешно попрощался, развернулся и ушёл в сырую ночную темноту, оставив осиротевшую семью наедине с их новым, сокрушительным горем.

На следующий день Генри всё-таки нашёл в себе силы и пришёл в школу. Но это был уже совершенно другой мальчик. Страшная трагедия всего за несколько ночных часов дотла выжгла в нём прежнее детское дружелюбие и открытость. Смит-младший был жутко не в духе, ходил по коридорам мрачнее грозовой тучи, сжав зубы и опустив голову. На любые, даже самые невинные попытки одноклассников заговорить с ним, поздороваться или о чём-то спросить, он отвечал резкой, совершенно непривычной для него грубостью и холодными, злыми отрывистыми фразами. Весь класс, напуганный такой внезапной переменой и волной ментальной агрессии, в испуге обходил его парту стороной.

На большой перемене, когда Генри одиноко стоял у окна в конце коридора, к нему нерешительно подошёл Патрик — тот самый парень, который совсем недавно вместе с друзьями пытался избить его на школьном дворе.

— П-привет, Генри... — робко начал бывший задира, переминаясь с ноги на ногу.

Генри резко повернулся. Его глаза сверкнули неподдельной яростью, а кулаки сжались сами собой.

— Что тебе нужно, Патрик?! Руки чешутся или хочешь в очередной раз посмеяться надо мной? Мне плевать, сколько вас там прячется за углом, просто ВАЛИ ОТСЮДА!!!

Парень испуганно отшатнулся, примирительно выставив ладони вперед:

— Да нет же, Генри, стой! Послушай... Я соболезную тебе. Твой отец... он действительно славный мужик.

Генри злобно, исподлобья посмотрел на него, а в его голосе звякнул пугающий холод:

— Чё?! Ты издеваешься надо мной?! Да ты вообще не знаешь меня! И уж тем более ты ни хрена не знаешь моего отца!

Патрик, вопреки ожиданиям, не стал злиться, а решительно продолжил:

— Тебя, может, и нет. Но вот твоего отца сейчас знает вся страна! Знаешь... после того дня в кабинете директора я всерьёз задумался над его словами. Он ведь тогда сказал нам: «Я перестал быть военным, потому что мне надоело видеть, как мои товарищи умирают». Тогда я думал, что он просто пугает нас страшными байками про войну. Но когда мы вышли за дверь кабинета, я остался в коридоре и случайно услышал, как он продолжал говорить с директором Кроулом...

Генри резко прервал его, делая шаг вперёд:

— И что с этого?! Теперь ты обвиняешь моего отца во лжи?!

Патрик внезапно подался вперёд и крепко схватил Генри за плечи, заставляя смотреть прямо на себя:

— ДА НЕТ ЖЕ! Послушай меня! Я начал искать информацию и выяснил, что они с нашим директором служили вместе в одном батальоне!

Генри на мгновение замер. Накатившая злоба начала медленно остывать, сменяясь глубоким удивлением.

— Папа... Папа никогда не рассказывал мне, что по-настоящему воевал, — уже гораздо спокойнее, сдавленным голосом произнёс Генри. — Что... что ещё ты узнал?

— Я вплотную изучил все доступные открытые дела твоего отца, — Патрик аккуратно опустил руки. — Он гениальный учёный-энергетик, образцовый семьянин, верный лучший друг. И человек, который совсем недавно потерял любимую жену...

— Хватит... — тихо, надрывно произнёс Генри.

В его голосе больше не было агрессии — только бездонная, сокрушительная скорбь. Мальчик опустил глаза:

— Ты... ты просто не знаешь, каково это. В один миг лишиться матери, потом лучшего друга семьи, а теперь, возможно, и отца.

Патрик грустно кивнул:

— Возможно, именно этого я и не знаю. Но зато я отлично знаю, каково это — быть абсолютно одному. У меня никогда не было мамы. Мой папа настолько сильно занят на своей высокооплачиваемой работе, что его вечно нет дома. У меня нет ни сестёр, ни братьев. Вообще никого. Только холодные служивые андроиды старых моделей в пустых комнатах.

Генри поднял голову и внимательно посмотрел прямо в глаза своего бывшего обидчика, силясь разглядеть там подвох.

— Тогда чего ты вообще от меня хочешь? Думаешь, пара этих сочувственных фраз сразу сделает нас лучшими друзьями?

— Сейчас — точно нет, — честно признался Патрик. — Но я правда по-настоящему сожалею о своём прошлом скотском поступе. Я не могу говорить за Томаса или Майка, но лично от себя я приношу тебе свои искренние извинения.

С этими словами Патрик залез в карман школьных брюк, достал оттуда небольшую плотную карточку и протянул её Генри.

#### РЕКЛАМНАЯ ВИЗИТКА СПОРТИВНОГО КОМПЛЕКСА

**Название:** Спортивный комплекс «АХИЛЛЕС»

**Слоган:** Вам не хватает внутренних сил? «Ахиллес» уже ждёт вас!

**Услуги:** Профессиональные залы бокса, смешанных единоборств, зоны ментальной разгрузки и тяжёлой атлетики.

*Примечание: Персональный VIP-пропуск.*

Генри скептически повертел карточку в пальцах и недоверчиво хмыкнул:

— Ты это серьёзно? Думаешь, мне сейчас именно это надо?

— Я бываю там каждый раз, когда мне нужно выпустить пар, заглушить одиночество или просто занять руки, — спокойно пояснил Патрик, разворачиваясь в сторону класса. — Приходи туда в любое время. Просто покажи эту визитку на ресепшене, тебя сразу пропустят. Ладно, мне пора, перемена заканчивается. До встречи, Смит.

Генри неопределённо помахал рукой ему вслед:

— Пока... Но учти, Патрик: если это какая-то ваша очередная дурацкая ловушка, я приду туда и лично побью тебя.

Патрик обернулся у самой двери и слабо улыбнулся:

— Просто доверься мне...

Дверь класса закрылась. Генри бережно убрал визитку в карман, чувствуя, как ледяная стена вокруг его сердца дала едва заметную трещину.

Глава 11

Тьма... Тишина... Одиночество.

Оливер Парк ощущал лишь бесконечный, пронизывающий до глубин сущности холод и совершенно не понимал, где именно он сейчас находится. Кругом не было абсолютно ничего, за что мог бы зацепиться человеческий разум.

«Я... я не вижу своего собственного тела... — пронеслась в его сознании испуганная мысль. — Почему? Где мои руки? Где ноги? Или... или всё это больше не имеет никакого значения? Ах да... точно. Меня ведь убили в том тёмном переулке. Я умер... Неужели это и есть конец?»

Следом за пугающим осознанием пустоты Оливер внезапно увидел звёзды. Это были не привычные далёкие космические светила, а колоссальный, сияющий поток из миллиардов крошечных искр. Словно полноводная звёздная река, этот поток плавно нёсся сквозь бесконечность, и Оливер, сам ставший такой же невесомой искоркой, безвольно следовал вместе с ними к манящей неизвестности.

«Эти... звёзды, — заворожённо думал Оливер, созерцая окружающее великолепие. — А может быть, это тоже чьи-то души? Они тоже умерли, прямо как я? Мы все летим в одном направлении...»

Где-то на периферии угасающего восприятия Оливер начал улавливать чьи-то тихие, неразборчивые голоса. Звуки эхом перекатывались по пустоте.

«Я не могу понять, что именно они говорят. Это странное чувство... Как будто ты отчаянно пытаешься подслушать секреты соседа, изо всех сил прислонившись ухом к толстой кирпичной стене. Может быть, в этом и заключается истинный смысл смерти? В абсолютном покое вечно странствовать по безмолвной пустоте, оставив позади все земные заботы?»

В Лимбо и других высших реальностях привычное человеческое время не имело абсолютно никакого значения. Прошло то ли несколько секунд, то ли целые столетия, как вдруг космическое безмолвие нарушила тихая, пугающе знакомая мелодия. Кто-то размеренно, зловеще и одновременно завораживающе насвистывал незамысловатый мотив.

Чем дальше Оливер летел в потоке душ, тем громче, чётче и ближе становился этот леденящий свист. Но, вопреки всему, он больше совершенно не пугал учёного. Напротив, этот звук странным образом убаюкивал и успокаивал израненный разум. Он был похож на то, как любящая мать ласково напевает своему младенцу колыбельную перед сном, чтобы прогнать ночные кошмары.

В какой-то момент звёздные души впереди начали мягко резонировать, их плавный бег замедлился, и весь поток окончательно остановился перед величественной, сокрытой во мраке фигурой.

— Теперь вы дома, маленькие души... — раздался в пустоте тихий, глубокий и бесконечно успокаивающий голос. Из темноты проступили очертания огромного белого Волка с горящими красными глазами. — Не бойтесь смерти... Мы здесь потому, что ваше земное время истекло. Но не надо грустить. Здесь, в чертогах вечности, вы наконец-то сможете обрести заслуженный отдых и продолжить своё великое путешествие...

Огромная, покрытая густой шерстью лапа, анатомически напоминающая волчью, но с длинными, почти человеческими пальцами, бережно и аккуратно подхватила несколько светящихся искр-душ и плавно унесла их вглубь мягкой темноты.

Голос Волка-Смерти эхом перекатывался над замершим потоком, даруя абсолютное умиротворение:

— Ничего не бойтесь... Доверьтесь мне...

Оливер Парк уже полностью смирился со своей участью. В его сознании в последний раз промелькнули тёплые воспоминания обо всех его родных, близких и о Джеффри с мелким Генри. Окончательно успокоившись, он закрыл мысленные глаза и приготовился безропотно шагнуть прямо в объятия Смерти, растворяясь в её покое.

Но тут из непроглядного космического ничто внезапно показалась другая лапа.

Она была совершенно иной — жуткая, когтистая, грубая, покрытая какими-то наростами, но при этом невероятно сильная. Мощным, молниеносным движением эта неведомая конечность грубо перехватила идущую на зов искру Оливера, намертво сжала её в своём кулаке и рывком унесла прочь — подальше от вечного потока душ, подальше от убаюкивающей музыки Волка и от долгожданного вечного спокойствия...

Вспышка резкого, болезненного неонового света ослепила Оливера. В то же мгновение он с глухим стуком повалился на твёрдый тёмный пол, снова отчётливо ощущая своё физическое тело, тяжесть конечностей и резкую, ноющую боль от падения. Пропало убаюкивающее спокойствие, улетучился свист Волка.

Оливер приоткрыл глаза и замер. Прямо перед ним высилась исполинская фигура. Это был высокий, поджарый демон с пепельно-серой кожей, закрученными назад массивными рогами и вытянутым лицом, на котором играла зловещая, циничная ухмылка. Его глаза светились потусторонним, холодным огнём. Существо смотрело на Оливера сверху вниз, как на забавное насекомое.

— А вот и наш последний доброволец! Номер шесть! — громогласно объявил демон, и его голос эхом разнёсся по мрачной зале.

Оливер совершенно не понимал, что здесь происходит. Ещё несколько мгновений назад всё было так мирно и правильно, он уже мысленно смирился со своей участью и готов был навсегда раствориться в вечности. А теперь что? Опять чувствовать боль? Опять бороться за существование?

— Кто ты?.. И где я нахожусь? — на удивление спокойно спросил Оливер, медленно поднимаясь на ноги и отряхивая одежду.

Демон самодовольно расправил плечи, а его хвост хищно мотнулся из стороны в сторону:

— Я — Цинибус! Полноправный правитель четвёртой реальности, именуемой Лимбо! Но ты, смертный, отныне должен обращаться ко мне не иначе как «Повелитель» или «Владыка». Всё понятно?

Оливер молча огляделся по сторонам. Он стоял посреди огромной, мрачной залы с высокими сводами. Впереди возвышался ухмыляющийся Цинибус, а чуть позади, в полумраке, испуганно жались друг к другу ещё пять незнакомых ему человеческих фигур.

— Да, хорошо... Владыка, — не стал спорить учёный, решив сначала разобраться в ситуации.

Цинибус раздражённо вздохнул, недовольный отсутствием бурного страха у новичка, и повернулся ко всей шеренге пленников:

— Слушайте меня внимательно, черви! Сейчас вы все находитесь в промежуточном состоянии — застряли ровно между жизнью и смертью. Но у меня для вас есть отличное предложение. Если вы беспрекословно выполните моё особое задание, я проявлю щедрость и верну вас обратно к жизни.

— Правда?! — робко сделал шаг вперёд один из мужчин, чьё лицо было бледным от ужаса. — Ты... ты действительно сможешь вернуть меня в моё время? Обратно к моей любимой семье, к жене и детям?

Цинибус сочувственно и слащаво кивнул, заверяя бедолагу в своей честности. Но Оливер, привыкший анализировать мимику людей, сразу понял: этот рогатый монстр нагло лжёт. Цинибус просто собирался цинично использовать их всех как пушечное мясо и слепые инструменты для достижения собственных тёмных целей.

Однако внимание Оливера привлекли слова незнакомца. «В моё время?» — мысленно повторил Парк. Он внимательно вгляделся в одежду говорившего. На мужчине был странный шерстяной камзол и грубые кожаные сапоги. Век двадцать второй давно забыл такие фасоны. Насколько Оливер помнил историю, подобное платье могли носить где-то в глубоком семнадцатом веке! Как такое вообще возможно? Неужели Лимбо выдергивает души из разных эпох?

— Всё будет, мои дорогие, абсолютно всё, — приторным голосом протянул Цинибус, прерывая мысли Оливера. — Но для начала я хочу официально узнать ваши имена и познакомиться поближе. Начнём по порядку.

Мужчины начали несмело представляться.

Первого, того самого бедолагу в камзоле из XVII века, звали Альберт.

Вторым оказался Ричи — суровый, коренастый мужчина, чей потрёпанный кожаный доспех и грубая речь выдавали в нём выходца из далёкого и жестокого XIV века.

Третьим представился Лорди — подтянутый, гладко выбритый господин в строгом сюртуке прямиком из индустриального XIX века.

Четвёртым и пятым были Хакс и Кевин — двое мужчин в напудренных париках и кафтанах, прибывшие сюда из галантного XVIII века.

Когда очередь дошла до конца, Оливер выпрямился и спокойно произнёс:

— Меня зовут Оливер Парк. Я из двадцать второго века.

По зале пронёсся тихий вздох удивления. Люди из прошлых эпох с опаской и благоговением посмотрели на странную футуристическую одежду Оливера.

— Что ж, я несказанно рад, что вы теперь хоть с трудом, но знакомы, — ехидно оскалился Цинибус, потирая когтистые ладони. — А теперь поведайте мне, мои благородные покойнички... Как именно и при каких обстоятельствах каждый из вас испустил дух? Мне безумно интересны ваши истории.

Пленники начали по очереди делиться своими трагедиями, и Оливер внимательно вслушивался в их откровения:

Альберт из XVII века, сдерживая дрожь в голосе, рассказал, как на его тихую деревню напали безжалостные разбойники. Он до последнего защищал порог своего дома с мушкетом в руках, пока вражеская пуля не пробила ему грудь.

Ричи из XIV века глухо поведал о грязном, кровавом поле боя. Он был наёмным рыцарем, чьё подразделение зажали в узком ущелье. Он пал от тяжёлого удара вражеского топора, так и не выпустив из рук сломанный меч.

Лорди из XIX века рассказал о нелепой и трагической случайности: во время испытаний нового парового локомотива на железной дороге произошёл колоссальный взрыв перегретого котла. Осколки металла и бушующее пламя не оставили ему ни единого шанса.

Хакс и Кевин из XVIII века, как выяснилось, погибли в один и тот же день. Они были офицерами на парусном линейном корабле. Во время страшного шторма и параллельного морского сражения их судно напоролось на рифы, а пороховой погреб сдетонировал от случайной искры, утянув весь экипаж на морское дно.

Когда все замолчали, Оливер коротко подытожил свою историю:

— Меня подкараулили в тёмном переулке. Напали со спины, выстрелили из какого-то неизвестного мне энергетического оружия, которое мгновенно остановило сердце. Они искали чертежи КЭГа.

Выслушав их, Цинибус артистично прикрыл рот ладонью, притворяясь, будто искренне сочувствует и разделяет их глубокое горе. На самом же деле дьявольскому удовольствию демона не было предела. Под своей огромной лапой он прятал широкую, торжествующую ухмылку. В его голове в этот момент с бешеной скоростью прокручивались тысячи коварных вариантов того, как эффективнее и больнее можно будет манипулировать каждым из этих глупых смертных, играя на их привязанностях и тоске по дому.

— Какая жалость, какая трагедия... — фальшиво вздохнул правитель Лимбо, убирая руку от лица. — Но теперь я вижу, что вы все — более-менее благородные, храбрые люди. И вы однозначно заслуживаете второго шанса. Вы заслуживаете вернуться к жизни!

Пока остальные пленники радостно зашептались, поверив сладким речам монстра, Оливер Парк внутренне сильно насторожился. Что-то глубоко внутри отчаянно терзало его учёный разум. В этой огромной, душной комнате буквально витал липкий, первобытный страх, а общая атмосфера была серой и невероятно неуютной. Оливер поймал себя на чёткой мысли: там, в бесконечной и безмолвной пустоте, под колыбельный свист Волка-Смерти, ему было в миллионы раз спокойнее и лучше, чем здесь, в Лимбо, наедине с этим пугающим, расчётливым демоном.

Цинибус с показным вниманием слушал трагические рассказы умерших, а в его рогатой голове в этот момент шёл холодный, циничный расчёт. Демон прикидывал, как именно ему лучше и выгоднее распорядиться этими новоприбывшими «расходниками» для укрепления своей власти.

А тем временем в бесконечной пустоте Пятой реальности Смотритель-Волк, само воплощение Смерти, забил тревогу. Направляя великий звёздный поток, он своим безупречным чутьём заметил, что в этой сияющей реке не хватает нескольких искр. Баланс дрогнул. Строго приказав своим верным призрачным слугам продолжать непрерывно принимать прибывающие души для их последующей реинкарнации, Волк открыл пространственный разлом и отправился к своему брату — в Первую реальность.

Он шагнул сквозь портал и оказался посреди бескрайнего, древнего леса, где каждый листок дышал первородной силой. Чуткие ноздри Смерти сразу уловили миллионы разнообразных запахов Жизни.

— Дорву! Брат, мне срочно нужна твоя помощь! — громогласно прорычал Волк, и эхо покатилось по кронам деревьев.

Из густой, непроглядной чащи леса медленно и величественно вышел исполинский Энт. Живое, мудрое дерево, олицетворяющее собой саму суть Жизни, склонило свою массивную крону:

— Приветствую тебя, брат Смерть. Что заставило тебя покинуть вечные чертоги и явиться ко мне?

Волк мрачно опустил голову, его красные глаза вспыхнули багровым огнём:

— Увы, у нас серьёзная проблема. «Инцидент душ» повторяется снова.

Дорву шумно и тяжело вздохнул, и этот звук был похож на штормовой ветер в листве. Они оба слишком хорошо помнили те древние времена, когда существовало всего три реальности — Жизнь, Чертог и Пустота. Тот самый жуткий феномен, когда умершие люди по разным причинам не уходили на перерождение, надолго застревали в токсичной, пагубно влияющей энергии междумирья и в итоге необратимо обращались в чистую тьму, перерождаясь в безжалостных Камалов.

— Сколько искр успело пропасть на этот раз? — спросил Энт, шурша вековыми ветвями.

— Пока только шесть, — глухо отозвался Смерть.

— Значит, у нас ещё есть немного времени, Брат, — рассудительно произнёс Дорву. — Ступай немедленно в Третью реальность, к Одури, а я лично отправлюсь во Вторую. Мы должны прочесать промежуточные миры.

— Каков шанс, что эти беглецы могли случайно провалиться в Четвёртую реальность, в Лимбо? — с подозрением спросил Волк.

— А какой у тебя сейчас общий поток на рассеивание? — уточнил Энт.

— Идёт как обычно, без задержек...

Дорву сокрушённо покачал массивной деревянной головой:

— Тогда нет абсолютно никаких шансов, что они могли попасть туда сами по себе. В Четвёртую реальность из твоего потока нельзя упасть случайно. Только если кто-то извне намеренно и нагло не вмешался в круговорот.

Пространство между мирами содрогнулось, когда великие братья разделились.

Великий Энт Дорву, сотканый из коры первородных деревьев и сияющих зеленых лоз, шагнул во Вторую реальность — в Брешь. Это было серое, неуютное место, затянутое вечным туманом, куда из мира живых просачивались остатки чужих кошмаров. Здесь не было твердой земли, лишь парящие в пустоте пепельные скалы.

Дорву замер, и его древесный голос разнесся над туманными пустошами:

— Выходи, Хозяин Бреши. Покажись!

Из густого серого марева бесшумно соткался силуэт Правителя Второй реальности. У него не было постоянной формы — он выглядел как постоянно меняющийся вихрь из темного дыма и сотен бледных, безмолвных масок, которые то проявлялись, то исчезали в тумане.

— Зачем ты пришел в мой фильтр, Создатель Жизни? — прошелестел Хозяин Бреши, и его голос прозвучал как шорох сухой листвы. — Мои призраки послушны. Монстры кошмаров не покидают этих границ. Я строго соблюдаю твой договор.

— Баланс нарушен, — Дорву сурово нахмурил свои деревянные брови-ветви. — Из вечного потока нашего брата пропали шесть благородных душ. Они не ушли на перерождение. Не прячутся ли их мятежные духи в твоем тумане, пытаясь сбежать обратно в мир живых?

Вихрь масок закружился быстрее, Хозяин Бреши словно прислушался к шепоту своего мира.

— Нет, Дорву, — качнулся дымный силуэт. — В моих владениях пусто. Если бы эти души горели жаждой мести или не хотели умирать, они бы оставили яркий энергетический след в Бреши. Но здесь нет никого, кроме моих вечных теней. Ищи их в других колодцах.

В это же самое время огромный белый Волк-Смерть ворвался в Третью реальность — в зловещий и мрачный Чертог. Это место душило своей тяжестью. Воздух здесь был пропитан эманациями боли, страха и векового человеческого горя. В темноте Чертога беспрестанно рождались и копошились Камалы — твари, обратившиеся во тьму, которые яростно рычали, чувствуя присутствие самого создателя увядания.

Волк оскалил клыки, сдерживая рык, и пошел прямиком к парящему в центре реальности трону из черного камня. Там его уже ждал Одури — могущественный Смотритель Чертога.

Одури сидел неподвижно, окутанный тяжелой, созидательной и одновременно разрушительной аурой. В его облике сочетались вековая мудрость Дорву и проницательный, пугающий интерес к душам, который он унаследовал от Смерти в день своего сотворения из частиц их сущностей.

— Я чувствую твой гнев, отец-Смерть, — спокойно произнес Одури, и его глубокий голос заставил притихнуть воющих внизу Камалов. — Что заставило тебя спуститься в этот резервуар страданий?

— Мой поток мелеет, Одури! — Волк ударил тяжелой лапой по каменному выступу. — Шесть искр выдернуты из круговорота. Камалы стали агрессивнее. Не твои ли твари пробрались в Бездну и сожрали эти души ради насыщения?

Одури медленно покачал головой, и в его глазах вспыхнул древний, чистый свет:

— Мои слуги заперты наглухо, я бдительно слежу за каждым их вздохом внутри Чертога. Камалы бушуют не потому, что насытились. Они чувствуют хаос. Они чуют, что где-то в промежуточных мирах зависла чистая, неизрасходованная энергия, которая медленно отравляется и гниет. Но эти шесть душ не здесь. Тот, кто забрал их, действует гораздо тоньше и хитрее, чем бездумные монстры тьмы.

Волк-Смерть тяжело вздохнул, и на его клыках заиграло багровое пламя:

— Значит, Хозяин Бреши чист, и ты не причастен... Портал закрывается. Нам с Дорву пора сделать выводы.

После долгих, напряжённых разговоров с правителями Второй и Третьей реальности братья-создатели с ужасом поняли: шесть человеческих душ пропали абсолютно бесследно, не оставив следов ни в Бреши, ни в Чертоге среди Камалов.

— Послушай, Брат, — задумчиво произнёс Смерть, перебирая лапами по траве. — Помнишь те древние времена, когда земные души настолько сильно и отчаянно не хотели умирать, что умудрялись сами сбегать из моего звёздного потока и оказывались заперты в «Бреши»?

Энт согласно кивнул:

— Да. Их неупокоенный, мятежный дух и бешеная жажда мести или незаконченных дел позволяли им просачиваться обратно в Первую реальность через Вторую. Они становились призраками среди живых людей. И бродили по Земле до тех пор, пока их израненный разум окончательно не успокаивался.

Дорву покачал головой, и с его ветвей посыпались жёлтые листья:

— Но это точно не наш случай, Волк. Я только что лично обыскал всю Вторую реальность вдоль и поперёк. Там не было абсолютно никого, кроме её законного хозяина. Эти шесть душ не бежали сами. Кто-то похитил их.

Волк-Смерть глухо зарычал и одним мощным взмахом когтистой лапы открыл обратный портал:

— Тогда я возвращаюсь в свои чертоги. Буду караулить поток. Если в самое ближайшее время мы не найдём и не вернём эти искры обратно, пагубная энергия междумирья окончательно отравит их, и они навсегда станут монстрами-Камалами.

В это же самое время в мрачной цитадели Лимбо.

Цинибус вальяжно расправил свои когтистые крылья и окинул шеренгу пленников властным, леденящим взглядом:

— Итак, мои дорогие слуги! Чтобы исполнить ваше заветное желание и вернуть вас всех назад, в мир живых, мне потребуется колоссальное количество сил. А именно — чистая, концентрированная энергия душ. А ну-ка, станьте ровно в строй и быстро рассчитайтесь по порядку!

Ослеплённые приторной ложью демона и безумным желанием вернуться к своим семьям, люди из прошлых веков беспрекословно повиновались. Они начали громко выкрикивать номера: «Первый! Второй! Третий!..»

Лишь Оливер Парк смотрел на самопровозглашённого «Владыку» с глубоким, ледяным скептицизмом. Замыкая строй, учёный из 22 века уверенно сделал шаг вперёд и чётко, с вызовом отчеканил:

— Шестой! Расчёт окончен!

Некоторые из стоящих рядом людей из прошлых эпох удивлённо и косо посмотрели на его странные манеры, футуристический комбинезон и дерзкий тон, но быстро сошлись на мыслях, что это просто издержки непонятного им сумасшедшего будущего.

Цинибус довольно, зловеще улыбнулся, обнажая острые клыки:

— Отлично. А теперь раз и навсегда запомните свои номера, ничтожные. Потому что отныне это ваши новые и единственные имена! Настоящих имён у вас больше нет.

Оливер даже бровью не повёл — он не был удивлён такой деспотичной выходке. Теперь его самые худшие подозрения полностью подтвердились: этот рогатый монстр никогда не вернёт их домой, они здесь рабы. Сжав кулаки, Шестой молча опустил голову, а в его аналитическом мозгу уже на полную мощность запустился лихорадочный просчёт вариантов: как перехитрить демона, найти союзников и совершить побег из этого проклятого Лимбо...

Глава 12

— А теперь, СТРАЖА! — громогласно скомандовал Цинибус, и его хвост хищно ударил по каменному полу. — Разведите наших новых слуг по их комнатам! Пора им привыкать к своему новому дому.

Из густого фиолетового мрака, клубящегося по углам залы, бесшумно вышли безмолвные солдаты в тяжёлых, покрытых ржавчиной металлических доспехах. Их забрала были глухо опущены, а в прорезях шлемов тускло горели угольки потусторонней энергии. Шестёрка пленников, всё ещё ослеплённая фальшивыми обещаниями демона, покорно и молча последовала за конвоем. Стражники вели их по длинным, сырым коридорам цитадели, пока не остановились перед массивной железной дверью, над которой грубо было высечено всего одно холодное слово: «РАСЧЁТ».

Войдя внутрь, люди обнаружили небольшую, аскетичную комнату со сводчатым потолком. У стен стояли шесть простых металлических кроватей, а прямо посреди помещения возвышался большой, грубо сколоченный дубовый стол. Едва тяжёлая дверь за конвоем с оглушительным скрежетом захлопнулась, Оливер Парк решительно подошёл к столу и жестом призвал всех сесть.

— И так, послушайте меня все очень внимательно, — негромко, но твёрдо начал Оливер, обводя присутствующих строгим взглядом. — Этот Цинибус нагло лжёт. Нам всем. Он даже близко не собирается возвращать нас обратно к жизни.

Стоявший у стены Номер Три — Лорди, джентльмен из девятнадцатого века — мгновенно возмутился, всплеснув руками:

— ЧЁ?! С какой стати мы вообще не должны ему верить? Он так благородно, во всеуслышание пообещал нам вернуть нас к жизни, к нашим семьям! С чего мы вдруг должны слушать именно тебя, Номер Шестой? Кто ты вообще такой?

Оливер медленно выпрямился и строго смерил собеседника ледяным, пронизывающим взглядом:

— А ты? Я смотрю, ты уже окончательно смирился со своим новым порядковым номером и примерил его вместо имени? Послушайте меня, этот демон нас обезличил! Неужели никто из вас, кроме меня, не заметил, насколько топорно он притворяется, разыгрывая сочувствие?

— Да перестань ты, Номер Шестой, ты просто бредишь от страха, — отмахнулся Кевин, поправляя потрёпанный кафтан восемнадцатого века. — Хотя, может, в вашем хвалёном будущем люди настолько сильно не доверяют друг другу, что привыкли смотреть с параноидальным подозрением даже на тех, кто искренне пытается им помочь?

— Вот именно — ключевое слово здесь «люди»! Люди, помогающие другим людям! — вскипел Оливер, окончательно теряя терпение. — А перед нами стоит древний, расчётливый демон! Он очевидно не станет нам помогать просто так. Он использует нас как безмозглых расходников для своих грязных целей! Вы для него — просто рабы!

В комнате мгновенно воцарилась тяжёлая, звенящая тишина. Слова Оливера попали в цель, но люди из прошлых веков отчаянно цеплялись за остатки иллюзий. Чтобы хоть как-то разрядить эту удушливую, неуютную атмосферу, Альберт — Номер Один из семнадцатого века — устало вздохнул и облокотился на стол:

— Эх, как жаль, что тут нет обычных карт... Мы бы хоть отвлеклись. А, хотя подождите. Мы же все из совершенно разного времени. Вряд ли кто-то из вас вообще научился бы играть в наши благородные старинные игры.

Услышав это, Ричи из четырнадцатого века и остальные люди, которые были рождены в семнадцатом столетии и старше, мгновенно оскорбились и повскакали со своих мест.

— Что?! Ты считаешь нас тупыми, Номер Один?! — яростно прорычал средневековый наёмник, сжимая кулаки. — В наше время тактические игры ума были развиты получше ваших сопливых новшеств! Да мы бы тебя в любую кость или карту обыграли за секунду!

В комнате мгновенно разгорелся яростный, бессмысленный спор. Люди из разных эпох начали кричать, доказывая превосходство своих времён, бряцая выученными терминами и обвиняя друг друга в невежестве. Оливер, уставший слушать этот глупый, неуместный бред посреди ада Лимбо, со всей силы сокрушительно ударил кулаком по дубовому столу. Грохот заставил всех заткнуться.

— Может быть, тогда вы ВСЕ здесь просто идиоты?! — во весь голос воскликнул Оливер, тяжело дыша. — Вы не можете доверять своему сородичу-человеку, но зато готовы на первое встречное слово поверить рогатому демону?! Включите вы свой мозг хотя бы на секунду!

Некоторые пленники вздрогнули, притихли и во все глаза уставились на разгневанного учёного. Оливер опёрся руками о стол и продолжил, чеканя каждое слово:

— Вы только представьте себе наше так называемое «воскрешение». Нас нет уже много часов, а некоторых из вас — целые века! Многих из вас наверняка давно закопали в могилы. Ну и как вы себе это представляете? Как вы собираетесь пробить крышку деревянного гроба голыми руками, находясь в заблокированном пространстве? Я уже молчу про колоссальную, многотонную толщу сырой земли, которая мертвым грузом посыплется на вас, как только вы сломаете крышку! Вам физически не успеть раскопать себя наружу в полной, абсолютной темноте и при полном отсутствии воздуха! Вы об этом хоть раз думали, когда слушали его сладкие сказки?!

Номер Три — Лорди — медленно опустился на стул, его лицо побледнело от ужасной логики Оливера. Он сглотнул вязкую слюну и тихо спросил:

— Тогда... тогда что нам вообще остаётся делать, Шестой? Бежать? Бунтовать против него? Начать здесь революцию?

Оливер устало прикрыл глаза, потирая виски:

— Именно в этом и кроется главная проблема. Я пока сам понятия не имею, куда отсюда можно сбежать. Но становиться чьим-то покорным рабом просто прикола ради я точно не буду. Нам нужно держаться вместе и искать уязвимости.

Не успели пленники обдумать его слова, как над потолком комнаты из скрытых динамиков Лимбо раздался громоподобный, вибрирующий голос Цинибуса:

— Расчёт! Для вас есть первое официальное задание. Живо явитесь в тронный зал! Живее!

Оливер горько усмехнулся и обвёл команду выразительным взглядом:

— Ну что? Вы всё ещё сомневаетесь в моих словах? Пошли на ковёр к нашему «благодетелю».

Спустя пару минут шестёрка пленников уже стояла перед роскошным троном, на котором вальяжно восседал ухмыляющийся Цинибус. Демон смерил их хищным взглядом жёлтых глаз:

— Итак, черви. Первым вашим боевым заданием будет поход в дикие сектора. Вы должны пойти и планомерно убить как можно больше Камалов! Это мерзкие твари, которые живут в Третьей реальности и были созданы из человеческих негативных эмоций, горя и страха. Из остатков их поверженных душ я выкачаю силу. Оружие у них слабое, так что для вашей тренировки этого вполне хватит... пока что. Командиром вашего отряда я официально назначаю Номера Шестого!

— Что?! А почему именно он?! — тут же хором возразили некоторые пленники из прошлых веков, недовольно косясь на Оливера.

Цинибус зловеще оскалился, подавшись вперёд на троне:

— Потому что он из будущего, идиоты! Он относительно хорошо знает историю и все ваши примитивные замашки людей из прошлого, так что сможет скоординировать ваше стадо.

Портал с оглушительным, закладывающим уши треском захлопнулся прямо за спинами отряда, как только они очутились в тёмном, чуждом и невероятно мрачном мире. Само здешнее окружение и густой, удушливый воздух были до предела перенасыщены чистым человеческим негативом: злость, первобытная ярость, слепой гнев, ненависть, презрение, зависть, жадность и все остальные самые худшие, деструктивные мысли живых людей. От этого ментального давления кружилась голова.

Рыцарь Ричи нервно сжал рукоять меча и грубо буркнул:

— И куда теперь топать, воевода? Где тут прячутся эти нехристи?

Оливер Парк внимательно изучил серые, парящие в тумане руины впереди и холодно ответил:

— Я думаю, что Цинибус прекрасно знает, когда и где нас забрать обратно. Так что предлагаю просто идти вперёд и планомерно убивать Камалов, чем бы они, чёрт возьми, ни являлись.

Никто из пленников даже спорить не стал. И хотя на словах в тронном зале все они были невероятными героями прошлых эпох, на самом деле большинство из них втайне считали Оливера обычным трусливым дураком и эгоистом. Им казалось, что Шестой просто наделал кучу глупых ошибок в своей земной жизни двадцать второго века и теперь банально не хочет продолжать жить из-за этого. Как же сильно они все ошибались...

Вскоре туман впереди зашевелился, и перед ними предстало первое существо — жуткий, бесформенный сгусток непонятной пульсирующей слизи и грязной чёрной жижи, из которой то и дело проступали кричащие человеческие лица. Завидев незваных гостей, Камал издал яростный, оглушительный рёв и мертвой хваткой бросился прямо на Номера Четвёртого — Хакса. А следом за первым монстром из темноты один за другим показались ещё несколько десятков тварей.

В ту же секунду Оливеру стало предельно понятно, что все храбрые слова о былых битвах, ратных подвигах и дуэлях у большинства членов отряда были лишь обыкновенной, дешёвой ложью. Половина людей из прошлых веков от страха не умела даже нормально драться. При виде монстров они растерялись, начали хаотично махать оружием и пятиться назад.

А вот Оливер Парк, несмотря на свой чисто научный склад ума, вместе с Номером Третьим (Лорди) и Номером Пятым (Кевином) справлялись на удивление хорошо. Действуя хладнокровно и расчётно, они уничтожали нападавших существ одного за другим, методично прикрывая своими спинами абсолютно беспомощных и запаниковавших товарищей.

Кевин яростно закричал, разрубая очередного склизкого монстра:

— Разрази меня гром, сухопутные крысы! Вы чего как истуканы застыли?! Оружие к бою, держите фланг, клянусь дьяволом!

Но напуганные хвастуны лишь жалостливо посмотрели на него в ответ — в их широко распахнутых глазах читался только первобытный, сковывающий конечности страх. Монстры начали зажимать отряд в кольцо.

Оливер, оценив обстановку, резко крикнул, полоснув мечом по чёрной слизи:

— Назад! Я сам с ними разберусь! Сейчас нам нужно срочно отступить и перегруппироваться, иначе нас просто завалят числом!

Команда дружно повернула назад и бросилась бежать по извилистым обломкам. Скрывшись в глубокой, глухой полуразрушенной подворотне, Оливер тяжело дышал. Убедившись, что преследования нет и всё чисто, он со всей силы развернулся и подошёл вплотную к Номеру Первому, Номеру Второму и Номеру Четвёртому.

— ВЫ ИДИОТЫ! — в ярости выкрикнул Оливер.

Не сдержавшись, он отвесил обоим провинившимся хвастунам по крепкому, увесистому подзатыльнику. Наёмник Ричи и мушкетёр Альберт от такой дерзости хотели было немедленно ответить силой, но их быстро и сурово остановили другие члены отряда.

— Почему вы нагло солгали нам там, у трона?! — Оливер сверлил их яростным взглядом. — Почему сразу честно не сказали, что ни разу в жизни толком не дрались в настоящем бою?!

— Да разрази меня гром, сударь, а что бы это изменило?! — истошно завопил Альберт, потирая ушибленное место. — Я рассудил так: ежели этот рогатый каналья признает меня негодным к ратному делу, он вовсе не вернёт меня к жизни! Оставит гнить в этой геенне огненной

Оливер смерил его ледяным презрением:

— В данный момент из-за вашей трусости и лжи наш общий боевой потенциал урезан ровно наполовину! А если бы вас убили? Если бы мы с парнями были слишком заняты боем и просто не успели спасти ваши безмозглые задницы?! Вы подставили под удар всех нас!

Ослабив темп речи и немного остывая, Оливер тяжело добавил:

— Идиоты... Из-за вас мы все сегодня могли погибнуть. Теперь я понимаю Джеффри...

Тут в разговор мягко вмешался Кевин, положив руку на плечо учёного:

— Ладно, Оливер, извольте притормозить, они уразумели свою оплошность. Признаться честно... я и сам хочу принести вам свои извинения.

Парк удивлённо повернулся к нему. Кевин посмотрел на него с искренним уважением:

— Извините, Оливер. До сего момента я весьма сомневался в вас и в ваших суждениях о будущем. Мне казалось, вы лишь щеголяете умом. Но теперь, увидев сие непотребство, я верю каждому вашему слову. Мы для этого дьявола действительно не более, чем пушечное мясо. Каков наш следующий шаг?

Оливер глубоко выдохнул, прочищая голову:

— Ладно, хватит демагогии. Нам нужен чёткий план. Давайте поступим так: я, Третий и Пятый пойдём дальше и убьём как можно больше этих чёртовых тварей, чтобы выполнить норму демона. А вы... — Оливер из последних сил сдержался, чтобы снова грубо не оскорбить товарищей. — Вы тихо сидите здесь, забившись в угол, и вообще не привлекайте к себе никакого внимания. Ясно вам?

Напуганная троица молча и покорно закивала головами.

Какое-то время спустя Оливер, Кевин и Лорди вернулись в подворотню. Они были с ног до головы измазаны в липкой, вонючей чёрной жиже уничтоженных Камалов, но их задача была выполнена. Прямо перед замершей командой с тихим гулом соткался сияющий фиолетовый портал Цинибуса. Не говоря больше ни слова, уставшие пленники один за другим вошли в него, возвращаясь в цитадель Лимбо...

А теперь — оружие в зубы и проваливайте в портал!

Оказавшись вновь в тронном зале, команда мгновенно ощутила тяжёлую, давящую ауру, исходящую от Цинибуса, вальяжно восседающего на своём каменном возвышении. Демон подпёр подбородок кулаком, глядя на прибывших сверху вниз.

— Как прошла операция... «Расчёт»? — вкрадчиво пророкотал Владыка Лимбо.

Оливер Парк уверенно вышел вперёд как командир, стараясь сохранять хладнокровие:

— Успешно. Мы были на грани смерти, но алгоритм действий оказался верным. Мы справились.

Цинибус пригляделся, и его жёлтые глаза хищно сузились. Он заметил, что Шестой, Лорди и Кевин были настолько густо покрыты вонючей чёрной жижей, что казались в ней едва ли не по пояс. В то же время остальные души оставались подозрительно чистыми, если не считать пары случайных капель, отлетевших на их одежду.

— Командир отряда Номер Шестой! — опасно зашипел демон, и его хвост раздражённо мотнулся из стороны в сторону. — Изволь объяснить своему Повелителю, как так получилось, что ты, Пятый и Третий с ног до головы заляпаны тьмой, а остальные вернулись чистенькими, словно с прогулки?

Оливер хмуро кивнул и прямо ответил:

— Так уж вышло, что эта половина людей, — учёный указал рукой на чистую троицу, — абсолютно не боеспособна в полевых условиях. Потенциал отряда был урезан. Лишь мне, Третьему и Пятому удалось эффективно ликвидировать Камалов.

Цинибус внезапно улыбнулся. Его широкая, плотоядная ухмылка была последним, чего в эту минуту ожидали пленники. В следующее мгновение правитель Лимбо резко поднялся с трона и, держа когтистые руки за спиной, медленно, бесшумно двинулся вниз по ступеням прямо к замершей команде.

— Номера Первый, Второй и Четвёртый... — ласково, но от этого ещё более жутко произнёс демон, останавливаясь в шаге от испуганных душ. — Поведайте-ка нам, кем же вы были в вашей ничтожной земной жизни? Только теперь — чистую правду. Без вашего бахвальства.

Первым, дрожа всем телом, заговорил Номер Первый — Альберт из семнадцатого века:

— Помилуйте, сударь... Я... я ведь дворянского сословия был. Аристократ, из благородных землевладельцев! Изнежен во дворцах, шпагу токмо ради кокетства на балах носил, а в суровом ратном деле отродясь не смыслил...

Следом, стуча зубами от страха, заговорил Номер Четвёртый, Хакс из восемнадцатого века:

— Разрази меня гром, Владыка... Каюсь! Никакой я не боевой офицер. Я на том линейном корабле обычным судовым коком служил, кашу да солонину матросам варил! Век мне воли не видать, ежели врал... Якорь мне в глотку, испугался я!

Последним высказался рыцарь Ричи, Номер Второй из четырнадцатого века, чей грубый голос окончательно растерял всю былую спесь:

— Клянусь костями предков, Повелитель... Наёмник я, да. Но не мечник. Военным стратегом при штабе состоял! Карты чертил, полки по ущельям на пергаменте двигал. Но сам, святые угодники, ни в одном настоящем сражении отродясь не участвовал, живой стали в бою не видывал...

— Хммм... Если всё обстоит именно так, как вы сейчас соизволили сказать... — медленно и протяжно выговорил Цинибус.

В ту же секунду его пасть хищно оскалилась, и он резко, со щелчком скрестил пальцы.

Из тёмного пола под ногами пленников мгновенно, с оглушительным свистом вырвались массивные, острые как бритва каменные шипы. Они насквозь пронзили тела Альберта и Хакса. Аристократ и повар даже вскрикнуть не успели — их призрачные оболочки задергались в конвульсиях.

— ПОВАРА И АРИСТОКРАТЫ МНЕ ТУТ НАХРЕН НЕ НУЖНЫ!!! — оглушительно заорал Цинибус, и от его демонического рева задрожали своды зала.

Он резко перевёл свой горящий фиолетовым пламенем взгляд на трясущегося Ричи:

— А вот если ты, червь, и впрямь толковый военный стратег... что ж, тогда ты проживёшь в моём Лимбо чуточку подольше. Посмотрим, на что годны твои карты.

Все присутствующие до предела напряглись. Оливер, конечно, ожидал от правителя Лимбо любой подлости и жестокости, но эта публичная, хладнокровная казнь прямо у них на глазах была за гранью. Понимая, что нужно срочно уводить остатки отряда, Оливер решил отвлечь внимание чудовища на себя.

— Повелитель, — громко, с нажимом произнёс Шестой. — Что нам делать с этой жижей, которая осталась на нас? Она ограничивает наши данные и мешает дальнейшей работе.

Демон медленно повернул к нему рогатую голову, затихая. Он лениво вытянул вперёд раскрытую когтистую ладонь. В ту же секунду чёрная слизь Камалов, сковывавшая одежду Оливера, Кевина и Лорди, зашевелилась, потекла вверх и начала стремительно преобразовываться в идеальную, идеально тёмную переливающуюся сферу прямо в руке демона. Через пару секунд все трое снова были абсолютно чисты.

Цинибус раздражённо и самодовольно рассмеялся, разглядывая сгусток чистой энергии страданий:

— Моя первая полноценная ступень к безграничной власти! Вскоре я обрету такую силу, которая и не снилась этим заносчивым первородным братьям!

Вспомнив, что он в зале не один, демон брезгливо зыркнул на замерших мужчин:

— Вы неплохо справились с первой зачисткой. А теперь — валите к себе в блок, смертные! С глаз моих!

Команда быстро развернулась и поспешила прочь из тронного зала. Уходя, Оливер в последний раз обернулся и увидел, как пронзённые шипами тела их бывших товарищей уже начали беззвучно рассыпаться на мириады серых, тусклых искр, навсегда исчезая в пространстве.

Собравшись вновь в своей комнате за большим дубовым столом, оставшаяся четвёрка пленников погрузилась в мрачные думы. Атмосфера была гнетущей.

Номер Пятый — Кевин — устало опустил голову на руки, и его флотский говор выдавал крайнюю степень отчаяния:

— Разрази меня гром, Оливер... Сие есть абсолютное, чистой воды безумие! Что нам делать дальше, толковый вы наш человек? Не думаю я, что мы с парнями продержимся в этой геенне долго. Сей дьявол пришибёт нас при малейшей оплошности... Извольте сказать, может, нам попросту самим... прикончить друг друга? Дабы не доставаться сему монстру на забаву?

Номер Третий — Лорди — мгновенно и решительно возразил, гневно ударив ладонью по столу:

— Да что вы такое городите, многоуважаемый Кевин?! Опомнитесь! Подобное добровольное лишение себя жизни — это сугубо неблагородно и низко для честных джентльменов! Ежели нам и суждено сгинуть в этом проклятом месте, то куда лучше и достойнее погибнуть в честном бою, с оружием в руках!

Бывший стратег Ричи, Номер Второй, лишь тихо угукнул, пребывая в шоке. Между Кевином и Лорди вновь начал разгораться яростный спор о том, что жизни нельзя лишать себя только потому, что сейчас чертовски тяжело живётся.

Оливер Парк молча слушал их, а затем мерно, с чётким ритмом отстучал пальцами по деревянной поверхности стола. Мужчины тут же притихли и уставились на него.

Шестой поднял на них свои уставшие глаза и тихо, заставив всех похолодеть, спросил:

— Кто-нибудь ещё из вас... слышал странный свист сразу после своей смерти?

Глава 13

— В день, когда я умер, я сначала не ощущал абсолютно ничего — только глухая, непроглядная тьма, — негромко начал Оливер Парк, обводя взглядом оставшихся соратников. — Но это не продлось долго. Вскоре моё сознание улетело в бесконечный поток душ, и там, посреди Бездны, я отчётливо услышал странный свист...

Прервав его на полуслове, Номер Третий — Лорди — взволнованно подался вперёд, и его изысканный викторианский говор зазвучал быстрее обычного:

— Извольте! Да-да, и я тоже слышал сие дивное насвистывание! Там, в этой сверкающей пустоте, соткалась весьма загадочная, исполинская фигура... Белый волк, если мне не изменило зрение?

— Именно волк, клянусь костями предков! — глухо подтвердил бывший стратег Ричи, Номер Второй, испуганно крестясь. — Смерть безраздельная, истинная, пришедшая по душу каждого из нас. Но в то же самое время... какая-то она была... упокаивающая, что ли? Ни страха, ни боли в её присутствии не оставалось, святые угодники.

Все присутствующие на мгновение тяжело призадумались, заново переживая момент своего ухода из земного мира. Но их мрачные думы решительно прервал Оливер:

— Похоже, все наши данные синхронизируются. И кажется, у меня наконец-то появился чёткий план... Что, если наш отряд изначально был выбран этим рогатым монстром не просто так? Что, если Цинибусу для завершения какого-то его личного эволюционного алгоритма или барьера не хватает именно шестерых сильных душ? Вот как мы поступим. Сейчас я лично отправлюсь в тронный зал и доложу Владыке, что если последующие боевые миссии окажутся такими же ресурсозатратными и опасными, то нам ни за что не обойтись без дополнительной поддержки. Я постараюсь убедить его отправить нас напрямую в вечный звёздный поток Пятой реальности, чтобы мы сами выбрали нужные и полезные нам души.

Лорди понимающе прищурился, оценив тонкий расчёт учёного:

— Позвольте полюбопытствовать... На самом деле это ведь сугубо отвлекающий манёвр, не так ли, Шестой? Вы затеваете опасную игру.

Оливер Парк коротко кивнул, подтверждая догадку джентльмена:

— Именно. Под этим предлогом я попрошу его временно делегировать мне способность самостоятельно генерировать и открывать порталы между Лимбо и Бездной — якобы для экстренной эвакуации нашего отряда в случае критической угрозы. А на самом деле этот доступ позволит нам вырваться на свободу.

Тут в разговор взволнованно вмешался флотский офицер Кевин, Номер Пятый, нервно стукнув кулаком по колену:

— Разрази меня гром, Оливер! Всё сие звучит гладко на словах, но что, ежели этот рогатый дьявол заподозрит неладное? Что, ежели он раскусит ваш умысел и обратит свой гнев на вас?

Оливер грустно, но невероятно решительно посмотрел на своих соратников из прошлых веков:

— Тогда я пущу в ход последний козырь. Я предложу ему своё добровольное, вечное служение в качестве его личного слиги, если моя инициатива провалится...

Вся комната в едином порыве резко вскочила со своих мест.

— Полноте вам, Шестой! — громогласно воскликнул Лорди, всплеснув руками. — Нет! Хоть поступок ваш сугубо благороден и достоин истинного мужа, но вы ведь сознательно обрекаете себя на вечные, невыносимые страдания в этих чертогах!

— Якорь мне в глотку, Оливер, опомнись! — яростно поддержал его Кевин, переходя на командный крик. — Не гоже так рисковать! Извольте присесть обратно и обдумать сей безумный план ещё раз, клянусь дьяволом!

Каждый из оставшихся членов команды наперебой горячо убеждал Оливера не идти на этот отчаянный шаг, умоляя поискать другие лазейки. Но переубедить упрямого учёного из двадцать второго века было абсолютно бесполезно.

— Друзья, — Оливер тепло и спокойно посмотрел на взволнованных мужчин. — Несмотря на такой короткий срок нашего вынужденного союза, я смог разглядеть в каждом из вас по-настоящему хороших людей. Вы все заслуживаете долгожданного покоя в той мирной пустоте. А я... что ж, я сделаю всё, чтобы сломать планы Цинибуса. Я буду до последнего портить его планы, чтобы он больше не смог вырвать ни одной невинной души из потока в своё личное рабство.

В это же самое время в тронном зале.

Цинибус вальяжно откинулся на спинку своего массивного каменного трона, лениво перекатывая в когтистой лапе недавно собранную тёмную сферу энергии Камалов. В его рогатой голове роились не самые весёлые мысли. Демон размышлял: а правильно ли он поступил, так импульсивно и жестоко уничтожив тех двоих хвастунов — повара и аристократа? С одной стороны, они были бесполезным мусором, но с другой... в следующей вылазке они вполне могли послужить отличным живым щитом для остальных, более ценных расходников.

Сила чистой тьмы и страданий сейчас бурлила в теле Цинибуса великим потоком, но её всё ещё было катастрофически недостаточно для того, чтобы бросить открытый вызов могущественным первородным Братьям — Дорву и Смерти.

«Может быть, стоит прямо сейчас вырвать из вечного потока ещё несколько сильных искр? — рассуждал про себя Владыка Лимбо, зловеще щурясь. — Хотя... если я продолжу действовать так грубо и часто, кто знает, когда этот косматый Волк по соседству окончательно потеряет терпение и решит лично заглянуть ко мне в гости на огонёк?»

Его уединённые размышления были внезапно прерваны чётким, размеренным стуком подошв о холодный каменный пол. Цинибус поднял взгляд. По длинной зале прямо к его подножию уверенным шагом шёл Оливер Парк.

На губах демона мгновенно растянулась фальшивая, хищная ухмылка:

— О... Командир Номер Шестой. С чем пожаловал? Ну же, изреки свою просьбу, червь.

Оливер остановился у ступеней, глядя прямо в горящие фиолетовые глаза чудовища:

— Повелитель! Я пришёл к вам с важным тактическим предложением.

Цинибус лениво наклонился вперёд, опираясь локтями на колени:

— И что же ты там удумал в своей маленькой футуристической голове?

— Я подробно посоветовался со своей оставшейся командой, и мы пришли к логическому выводу, — спокойно и веско произнёс Оливер. — Если все последующие боевые миссии в диких секторах окажутся такими же тяжёлыми и перегруженными монстрами, наш текущий урезанный состав просто не справится со сбором энергии. Мы погибнем, так и не выполнив вашу волю.

Демон опасно прищурился, и его хвост хищно замер:

— И что конкретно ты предлагаешь, Шестой?

— Что, если вы, великий Повелитель, лично отправите наш отряд прямиком к границам вечного звёздного потока Смерти? — Оливер Парк не дрогнул под леденящим взглядом чудовища. — Мы сможем точечно и безошибочно забрать оттуда именно те недостающие, опытные боевые души, которые нам необходимы для формирования идеального отряда. Мы сами приведём их к вам.

Цинибус медленно поднялся с трона и подошёл к самому краю постамента, осыпая учёного волнами удушающей ментальной энергии:

— План дерзкий... Но с чего вдруг я должен верить в твою искренность, червь? Почему я должен дать тебе такую свободу?

Понимая, что настал момент пойти ва-банк и выложить главный скрытый козырь, Оливер Парк без малейших колебаний медленно опустился на одно колено перед троном демона и твёрдо произнёс:

— Потому что в обмен на это доверие я прямо здесь и сейчас клянусь вам в своей вечной, безоговорочной преданности и добровольном служении на благо Лимбо!

Цинибус никак не ожидал, что всё повернётся именно таким образом. Владыка Лимбо рассчитывал, что высокомерный выходец из двадцать второго века попытается выторговать свободу, предложит какой-нибудь изощрённый научный план и закрепит его надёжность непонятными футуристическими терминами. А тут — добровольное рабство...

Демон хищно оскалился и звонко щёлкнул когтистыми пальцами. Прямо в воздухе из фиолетового дыма соткался старинный пергамент, от которого веяло могильным холодом. Это был Контракт.

— Коли всё обстоит так, как ты изврёк, червь... — вкрадчиво прошипел Цинибус, протягивая Оливеру костяное перо. — То скрепи свои слова кровью. Подпиши этот Контракт, который навсегда дарует мне абсолютный, тотальный контроль над твоей жалкой душой и обречёт тебя на вечное, беспрекословное служение при Лимбо.

Оливер Парк без малейших сомнений и колебаний взял перо и размашисто поставил свою подпись на пергаменте. «Рано или поздно Смерть всё равно придёт за всеми нами, и уж тогда мы знатно повеселимся, рогатая тварь», — с холодной яростью подумал про себя Шестой.

Едва подпись зафиксировалась, пергамент вспыхнул багровым пламенем, а на запястьях и лодыжках учёного с тихим звоном материализовались тяжёлые, полупрозрачные призрачные кандалы. Они не сковывали движений, но их леденящий вес напоминал о вечном рабстве.

— Отлично, — довольно заурчал Цинибус, пряча свиток в складках мантии. — А теперь возвращайся к своей команде и подготовь их к вылазке. Живее!

Оливер молча развернулся и ровным шагом дошёл до своей комнаты, где устало сел во главе дубового стола. Его приход мгновенно привлёк испуганное внимание Лорди, Кевина и Ричи. Учёный обвёл их спокойным взглядом и коротко кивнул:

— Успех, господа. Приманка сработала. Я должен собрать вас всех вместе. По первой же готовности мы официально отправляемся прямиком в чертоги Смерти.

Спустя пару минут остатки отряда «Расчёт» уже послушно стояли посреди тронного зала, ожидая финальной команды. Цинибус медленно спустился с постамента, подошёл вплотную к Оливеру и, занеся над его головой свою когтистую лапу, громко, раскатисто произнёс:

— Ораборас!

В ту же секунду тело Оливера пронзила мощная вспышка потусторонней энергии.

— Отныне, подобно скользкой и хитрой змее, способной беспрепятственно проникнуть в любые потаённые щели миров, ты, Оливер, обретаешь мою суверенную способность самостоятельно открывать порталы в разные реальности для выполнения моих великих целей! — демон взмахнул рукой, и посреди залы с гулом разверзлась сияющая фиолетовая расщелина. — А теперь — вперёд! Выполняйте приказ! Приведите мне недостающие, сильные души!

Сделав шаг сквозь пространственный разлом, команда очутилась по ту сторону портала. Перед ними открылся бескрайний, величественный мир, в котором царила вечная, безмолвная серость, но одновременно с этим ощущалось невероятное, долгожданное спокойствие и умиротворение.

Вдруг их короткие размышления прервала та самая тихая, леденящая душу мелодия, которую Смерть мерно насвистывал в вечном потоке. Из густого космического тумана к замершим путешественникам бесшумно и плавно вышел огромный белый Волк с горящими красными глазами.

— Итак... — глубокий, рокочущий голос Смотрителя Пятой реальности заставил содрогнуться саму пустоту. — Мои потерянные, украденные души добровольно вернулись домой? Как же вам удалось отыскать дорогу обратно в мои чертоги?

Оливер Парк смело шагнул вперёд, заслоняя собой товарищей:

— Я приветствую тебя, Смерть. Меня зовут Оливер. Я командир этого небольшого отряда из похищенных Цинибусом душ.

Волк медленно приблизился, обдавая их морозным дыханием:

— Украденных... Но теперь найденных. Вы сами пришли ко мне, смертные. Но какова ваша истинная цель? Зачем вы здесь?

Оливер уверенно продолжил:

— Меня вместе с этим отрядом сюда направил самопровозглашённый Владыка Лимбо. Его приказ прост: мы должны были обманом или силой украсть из твоего вечного потока ещё две сильные души для его безумных экспериментов, а после — вернуться и покорно служить ему до конца времён.

Смерть зловеще и глухо усмехнулся, обнажая острые как бритва клыки:

— Смелая попытка... Но...

— Но всё это было лишь отвлекающим манёвром, — твёрдо перебил его Оливер, прямо глядя в багровые глаза Волка. — Я пришёл сюда вовсе не за рабами для демона. Моя истинная цель — полностью освободить этих людей из-под гнёта Цинибуса и навсегда вернуть их в твои надёжные, законные руки. Для их заслуженного упокоения.

Смотритель Пятой реальности немало удивился. За долгие миллиарды лет он видел бесчисленное количество примеров истинного героизма и самопожертвования в мире живых, но чтобы мёртвая душа в промежуточном мире сознательно шла на вечные муки ради спасения едва знакомых людей — такого Смерть не встречал ещё никогда.

Великий Волк медленно поднял свою массивную лапу и бережно положил её на плечо Оливера.

— Твой поступок сугубо благороден, Оливер... Но этот шаг навсегда лишает тебя твоего собственного будущего. Осознаёшь ли ты это? Что ты станешь делать потом, когда вернёшься в цитадель один?

— Я вернусь назад в Лимбо в одиночку, — спокойно ответил Оливер. — Вернусь израненным, обессиленным и абсолютно неспособным к любым дальнейшим боевым действиям в диких секторах. Демон потеряет ко мне интерес как к солдату. И тогда, оставаясь в его цитадели на правах вечного инженера, я буду планомерно, изнутри ломать его механизмы и портить все его планы. Я буду удерживать оборону до тех пор, пока ты лично не придёшь за нами в...

— В Лимбо... — протяжно, с пугающим предвкушением пророкотал Волк.

— Именно так, — Оливер Парк слабо улыбнулся. — Я буду преданно ждать того самого дня, когда снова увижу тебя, Смерть.

Настало время прощания. Оливер повернулся к замершим соратникам.

Номер Третий — Лорди — шагнул к учёному, и на его глазах блеснули слёзы:

— Извольте... Оливер! Вы — человек величайшей души и благородства, какого я не видывал за весь свой девятнадцатый век! Память о вашем подвиге пребудет со мной в вечности. Прощайте, друг мой.

— Разрази меня гром, Оливер... — Кевин, Номер Пятый, крепко, по-флотски пожал Парку руку. — Ты настоящий капитан этого корабля. Спасибо тебе за спасённые жизни. Попутного ветра тебе в твоей подземной войне!

Бывший стратег Ричи, Номер Второй, низко склонил голову в знак высочайшего уважения:

— Клянусь костями предков, Шестой, ты — истинный рыцарь духа. Пусть святые угодники хранят тебя в Лимбо.

Один за другим Лорди, Кевин и Ричи мягко шагнули вглубь серого тумана, растворяясь в сияющем звёздном потоке Пятой реальности, обретая долгожданный покой и очищение для последующей реинкарнации.

Когда они остались одни, Волк-Смерть с явной неохотой и глубоким сочувствием занёс свою когтистую лапу над Оливером. Мощным, но аккуратным движением он оставил глубокие призрачные раны на оболочке учёного, симулируя последствия тяжёлого, проигранного боя. Они молча и понимающе переглянулись в последний раз, после чего Оливер Парк активировал полученную силу и шагнул обратно в закрывающийся фиолетовый портал...

В самом центре тронного зала цитадели с оглушительным, болезненным треском разверзся фиолетовый пространственный разлом. Из него, сильно хромая, шатаясь и едва удерживаясь на ногах, вышел израненный Оливер Парк. На его призрачной оболочке зияли глубокие, сочащиеся потусторонней энергией раны, оставленные когтями Смерти.

Учёный тяжело рухнул на одно колено прямо у подножия массивного постамента, опёрся руками о холодный пол и, с трудом переводя дыхание, глухо произнёс:

— Простите... великий Повелитель... Мы... Я полностью провалился... Я не справился с вашей задачей.

Цинибус, до этого вальяжно перекатывавший в ладонях сферу тьмы, в ярости подскочил со своего места. Его хвост со свистом рассёк воздух, а глаза полыхнули опасным багровым пламенем. Демон раздражённо и оглушительно вздохнул:

— Да ты просто ничтожный, клинический идиот, Номер Шестой! Мало того, что твой хвалёный разум не привёл мне те две недостающие, сильные души из потока... Так ты ещё умудрился утилизировать и безвозвратно растерять всех остальных моих ценных слуг! Какая колоссальная потеря биоматериала! И как тебе вообще, жалкому слизняку, удалось скрыться от ярости Смотрителя?!

Оливер Парк судорожно закашлялся, и из его рта брызнула тёмная, светящаяся призрачная кровь:

— Так ведь... кха... вы сами... великий Владыка... лично делегировали мне эту змеиную способность... экстренно дезинтегрироваться и уходить в другую реальность в случае критической опасности... Это спасло мою жизнь...

Цинибус разочарованно и со всей силы сокрушительно ударил когтистым кулаком по каменному подлокотнику трона, так что по залу покатилось гулкое эхо.

— Я бы с огромным удовольствием прямо здесь и сейчас хладнокровно прикончил бы тебя, червь, пронзив насквозь моими шипами! — бешено заорал Владыка Лимбо, брызжа слюной. — Если бы твои заносчивые инженерные мозги из двадцать второго века не были мне сугубо нужны для постройки маяка! Пошёл вон! Иди, жалкий, бесполезный недоумок, и даже не смей попадаться мне на глаза до тех пор, пока твоя призрачная оболочка полностью не восстановится! Вон из зала!

Едва сдерживая внутреннее торжество, Оливер Парк покорно опустил голову, медленно поднялся и, изображая дикую боль при каждом шаге, побрёл прочь по сырым коридорам цитадели.

Добравшись до своей пустой комнаты, Шестой плотно прикрыл массивную железную дверь. Стоило замку защёлкнуться, как учёный мгновенно выпрямился, его походка стала ровной, а с лица исчезла всякая гримаса страдания. Он спокойно прошёл вглубь помещения и сел на край металлической кровати.

— Хм... Ну что ж, первая фаза плана завершена успешно, — тихо спросил Оливер сам себя, анализируя текущие данные. — Что теперь делать дальше?

Благодаря глупости и недальновидности Цинибуса, у него в руках по-прежнему оставался активированный козырь — подаренное заклинание «Ораборас». Оливер понимал, что может сбежать из цитадели в любой удобный момент, пока у него есть суверенное право беспрепятственно проникать в другие высшие реальности миров.

«А что, если рискнуть и попробовать тайно пообщаться с самим Дорву, великим богом Жизни? — лихорадочно просчитывал варианты Парк, глядя на свои призрачные кандалы контракта. — Может быть, через его силу мне удастся хотя бы краем глаза увидеть на Земле, в Первой реальности, как там сейчас держится бедный Джеффри... и как поживает наш малый Генри? Я должен узнать, что с ними стало после моей гибели».

Немного отдохнув, восстановив внутренний энергобаланс и дождавшись, пока симулированные раны на теле окончательно затянутся и пропадут, Оливер Парк решительно поднялся на ноги. Он сосредоточился, сделал пасс руками и с тихим, вибрирующим гулом открыл аккуратный, стабильный портал, ведущий прямиком в Первую реальность.

Ощутив из разлома ласковое, тёплое дуновение свежего земного ветра и пьянящий, давно забытый запах зелёной листвы векового леса Дорву, учёный без малейших колебаний шагнул вперёд, растворяясь в сияющем переходе...

Глава 14

Ветер... Приятная весенняя прохлада, ласковый шум листвы и какое-то трепетное, давно забытое земное спокойствие.

Оливер Парк заворожённо оглядывался по сторонам, созерцая бескрайний, величественный первородный лес. Вокруг него раскинулись могучие вековые дубы, стройные юные сосны и совсем молодые деревца, которым ещё только предстояло вырасти и набрать силу. Из самой густой чащи леса внезапно послышался глухой, раскатистый скрип древесины. Одно из самых исполинских деревьев пришло в движение и медленно, величаво направилось прямо к Оливеру.

— Я — Дорву, великий Хранитель Жизни, — разнёсся над поляной глубокий, шуршащий голос векового Энта. — Что именно привело тебя в мои зелёные чертоги, потерянная душа?

Оливер на миг крепко задумался над его словами. «Потерянная душа? Неужели и сам бог Жизни уже прекрасно знает о нашей пропавшей шестёрке?»

Учёный вежливо склонил голову:

— Меня зовут Оливер Парк, из двадцать второго века. Я временно сбежал из цитадели Лимбо, используя змеиное заклинание, чтобы явиться к вам за советом.

Древний Энт шумно заскрипел массивными ветвями, и с его кроны градом посыпались спелые жёлуди:

— Значит... мы с моим братом Смертью изначально были абсолютно правы. Цинибус всё-таки нагло запустил свои когти в наш вечный круговорот. Какой же сложный вопрос терзает твой разум? Может быть, ты отчаянно хочешь использовать мои силы и вернуться обратно к земной жизни?

Оливер грустно покачал головой:

— Нет... К сожалению, это невозможно по многим логичным причинам, мой Контракт с демоном заблокировал этот путь. Но я всем сердцем хочу посмотреть, как сейчас идут дела у моих самых близких людей на Земле. Признаться честно, я рассчитывал, что моё призрачное тело перенесётся прямиком к ним, в их дом. Но почему я оказался здесь, в этом лесу?

Энт мудро нагнулся пониже, обдавая учёного свежим запахом сосновой хвои:

— Изволь понять, Оливер: некоторые из высших реальностей состоят из нескольких сложных энергетических слоёв. Как эта, например. Наш внешний слой — это Великая Жизнь, сакральный исток энергии, где мы сейчас находимся. А внутренний слой — это сам плотный материальный мир живых людей, где течёт обычное время.

Древний великан плавно вытянул вперёд свою массивную деревянную руку, покрытую мягким зелёным мхом:

— Дай мне свою ладонь, призрачный человек. Назови имена, и через резонанс душ я узнаю, кем именно ты так сильно дорожишь в Первом мире.

— Этих людей осталось совсем немного, но именно они — моя настоящая семья, — Оливер уверенно коснулся коры великого древа. — Это Джеффри Смит, мой самый лучший, верный друг. И его маленький десятилетний сын Генри.

Дорву тяжело вздохнул, заставив траву на поляне пригнуться к земле. Он плавно повёл своей огромной ладонью в воздухе, и прямо посреди леса соткалось сияющее, прозрачное пространственное окно, сквозь которое Оливер наконец-то смог увидеть Землю.

— Твой лучший друг, Джеффри, прямо сейчас находится в критическом состоянии, на самой тонкой грани между жизнью и смертью, — печально произнёс Древний. — А его маленький сын переживает страшную, сокрушительную трагедию одиночества. Но... к нему на помощь весьма неожиданно пришёл неожиданный союзник.

Оливер Парк замер, во все глаза глядя в пространственное окно. С одной стороны он отчётливо увидел больничную палату и неподвижное, бледное тело Джеффри, опутанное проводами медицинских приборов жизнеобеспечения. С другой стороны экрана мелькнул яркий спортивный зал «Ахиллес», где изнурённый, но упрямый Генри изо всех сил отрабатывал удары на ринге вместе со своим недавним школьным недругом Патриком.

Учёный из 22 века просто не знал, что сказать. Горло перехватило от волнения — это был совсем не тот благополучный исход, на который он так отчаянно рассчитывал, оставляя друга. Но его тяжёлые думы резко прервал строгий голос Древнего Энта.

— Послушай меня внимательно, Оливер. Твоему другу Джеффри Смиту прямо сейчас жизненно необходима твоя помощь, — Дорву затрещал корой, и в его глазах вспыхнул золотой свет. — Находясь в глубокой коме между Смертью и Жизнью, его колоссальная, мощная душа военного вот-вот сорвётся с земного плана и отправится прямиком в Четвёртую реальность — в Лимбо... Цинибус уже почуял её приближение и готовит ловушку. И если твой лейтенант Смит по незнанию станет верным слугой рогатого демона, его сознание и душа будут навсегда поглощены барьером. Он никогда не очнётся, а его ещё живое земное тело на больничной койке погибнет от истощения.

Оливер Парк мгновенно выпрямился. Призрачные кандалы на его руках звякнули, но в его глазах загорелась бешеная, непоколебимая решимость спасти старого товарища от этой жуткой участи.

— В таком случае... план меняется, — твёрдо отчеканил Оливер. — Я лично найду Джеффри на просторах Лимбо, перехвачу его душу и верну её тебе, Хранитель. Ему ещё слишком рано умирать, его сын на Земле не должен остаться круглым сиротой!

— Благодарю тебя за этот выбор, Оливер, — Энт одобрительно зашумел листвой. — Я обязан оставаться здесь, в Первой реальности, чтобы упрямо держать великий баланс миров и защищать живых. Я отпускаю тебя. Действуй.

С этими словами Дорву сделал мощный пасс рукой, и прямо перед Оливером с тихим гулом разверзся фиолетовый портал, ведущий обратно в цитадель Лимбо. Набрав в призрачную грудь побольше свежего воздуха Жизни, Оливер Парк решительно шагнул в сияющую пустоту перехода, готовый встретить грядущую бурю...

А тем временем в мрачной цитадели Лимбо.

Цинибус в глубоком одиночестве мерил шагами тронный зал, яростно размышляя о недавних провальных событиях. Все его грандиозные мечты об абсолютной власти рушились прямо на глазах. Демон страстно желал силы. Он верил, что с помощью концентрированной эссенции тьмы Камалов и энергии шести похищенных человеческих душ он сможет окончательно выстроить свой барьер и сравниться с заносчивыми первородными Братьями. Но всё пошло прахом. Сначала он сам, не обдумав последствия, импульсивно казнил двоих людей. А после его единственный толковый слуга подчистую провалил простейшее задание и безвозвратно растерял в чертогах Смерти всю остальную команду.

В этот самый момент Цинибуса буквально распирал дикий, удушающий гнев изнутри. Ему до безумия хотелось разорвать своего непутёвого инженера на мелкие куски. Но Оливер Парк остался один... Владыка Лимбо прекрасно понимал, что с его окончательной смертью он вообще ничего не добьётся. А соваться в вечный поток душ и добывать расходники самому, без маскировки, теперь слишком опасно — Волк-Смерть уже начеку.

«Может быть, жестокие, затяжные пытки над этим очкариком принесут мне хоть какое-то мимолётное удовольствие?» — зловеще подумал демон.

— Номер Шестой!!! Живо ко мне в зал!!! — громогласно, на всю цитадель завопил Цинибус, и от его рёва задрожали каменные плиты пола.

Но не успело эхо затихнуть, как правитель Лимбо внезапно замер, уловив своим потусторонним чутьём странное, необъяснимое физическое ощущение. Как будто прямо сквозь внешние фильтры Четвёртой реальности мимо него на колоссальной скорости проносилась чья-то невероятно мощная, яркая экзистенция.

— Хм... Что это за аномалия? — Цинибус хищно прищурился, втягивая ноздрями воздух Лимбо. — Я чётко чую колоссальную, нестабильную багровую душу, которая направляется прямиком сюда...

В ту же секунду прямо перед его троном ослепительной искрой пролетела израненная душа. Демон молниеносным, выверенным движением выбросил вперёд когтистую лапу и намертво схватил её, зажимая в кулаке.

— Живой на Земле, но находится при смерти в глубокой коме... — довольно заурчал Владыка Лимбо, изучая структуру пленника. — Да это же просто идеальный, великолепный вариант для моего плана! Какая чистая, необузданная военная мощь!

Но в этот раз, наученный горьким опытом с упрямым Оливером, Цинибус решает действовать куда более хитро и беспощадно. Он решает полностью лишить эту опасную душу личности и воспоминаний, чтобы превратить солдата в безмозглый и верный инструмент. Демон погрузился в ментальный слой пленника, считывая остаточные мысли и память:

— Так, посмотрим... Джеффри Смит. Учёный-лейтенант, любящий отец, верный лучший друг...

Цинибус внезапно застыл на месте, а его лицо исказилось от подлинного шока. Разглядывая обрывки воспоминаний Джеффри, он с ужасом обнаружил, что его главным, самым близким земным другом был... Оливер Парк.

— Номер Шестой... — потрясённо прошептал Владыка Лимбо, переводя взгляд на двери коридора. — Нет. Я ни за что не позволю вам увидеться и объединить усилия. Слишком много свободы я доровал тебе, Шестой, и эта мягкость была моей фатальной, величайшей ошибкой!

Демон занёс ладонь над бьющейся багровой душой лейтенанта и зашептал древнее, удушливое заклинание. Фиолетовые кольца тьмы окутали искру Смита, намертво блокируя и растворяя его память в глубоком ментальном замке.

— Вот так! — торжествующе рассмеялся Цинибус, швыряя очищенную душу на холодный пол у трона. — Теперь мне не составит абсолютно никакого труда заставить его беспрекословно делать всё, что мне угодно! Этот цепной пёс пойдёт на любую грязную работу, лишь бы вернуть себе свои фальшивые воспоминания!

Но коварный правитель Лимбо даже не подозревал, что за каждым его действием, затаив дыхание в густой фиолетовой тени у самого входа в зал, пристально наблюдал только что вернувшийся от Дорву Оливер Парк. Сердце учёного обливалось кровью. Он своими глазами видел и слышал, какую жуткую ментальную казнь Цинибус сотворил с его лучшим другом.

«Не волнуйся, Джефф... Слышишь меня? — мысленно, с бешеной решимостью произнёс Оливер, сжимая призрачные кулаки до хруста. — Прости, что не успел перехватить тебя на границе. Но я клянусь тебе памятью нашей семьи: я обязательно найду способ вытащить твой разум из этого ада и разрушить замки демона».

Понимая, что время на исходе и нужно действовать немедленно, пока блокировка окончательно не уничтожила личность друга, Оливер Парк осторожно отвёл взгляд и скрылся в тени колонн. Спустя мгновение багровая искра на полу у трона зашевелилась. Оливер услышал до боли знакомый, хриплый голос Джеффри Смита, который растерянно оглядывался по сторонам, делая свои первые шаги в Лимбо.

* ? : ОУ ещё одна заблудшая душа.

Вы проснулись в неизвестном месте и не можете ни чего вспомнить. Но потом вы посмотрели на того кто свами говорил. Но его лице расплылась улыбка, которая испугало бы любого. И вот вы пытаетесь начать диалог.

И.Г(имя героя): Эм... привет кто ты? ... и что важнее кто я и что я здесь делаю?

? :Ты здесь с миссией и ты должен пренести кое-что мне.

Будто не слышал вопросов продолжил неизвестный. Потом он щёлкнул пальцами, открыв портал.

?: Следуй в портал. Там ты найдёшь ответы на вопросы. И принесёшь мне “осколок тьмы”.

Вы проследовали в портал, вам не хотелось злить неизвестного. В последние минуты он был серьёзен, а его тон будто приказывал.

[Вы шагнули в неизвестность]*

Посмотрев на растерянного друга из-за своего надёжного укрытия, Оливер Парк закрыл глаза, максимально сосредоточился на подаренной змеиной силе «Ораборас» и бесшумно открыл прямой, секретный портал в подсознание Джеффри, начиная свою долгую, партизанскую ментальную войну за спасение его души...

*Далее следуют события глав книги «Путешествие в бездне»...*

— КОНЕЦ —