Последний взгляд

Глава 1

[ЕГВ 77,5211 ГС][Земля]

В один прекрасный день я все долги отдам,

Все письма напишу, на все звонки отвечу,

Все дыры зачиню и все работы сдам —

И медленно пойду к тебе навстречу.

Там будет мост — дорога из дорог —

Цветущая большими фонарями.

И на перилах снег. И кто б подумать мог?

Зима и тишина, и звёздный хор над нами!

Лидия Чуковская

Я прилетала на Землю множество раз, думала Дария.

Она даже не могла сказать, сколько. Но в первый раз – в одиночестве. Без родителей, без детей, без коллег, без помощников. Если искать в происходящем символизм, то это символично.

Он ждал её у причального мостика, в лучах лунного света, густого, как сливки. Один, как она и просила. Сотрудник представительства Иштар на Земле – крепкий мужчина, светлокожий и рыжеватый, как и положено быть иштарийцу. Не старый. Впрочем, для неё теперь все вокруг – молодёжь.

Она даже помнила времена, когда от Тау Кита до Солнца приходилось лететь едва ли не две декады. А сейчас путь от порта до порта взял всего шесть часов. Великолепное изобретение эти прыжковые корабли.

Дария шагнула вперёд, в лунное молоко, стекающее с прозрачного потолка. Испытующе посмотрела на встречающего снизу вверх. Маленькой женщине приходится изобретать всякие трюки, чтобы быть с высокими мужиками на равных.

– Добро пожаловать на Землю, Дария Зэе Данавен, – сказал он. – Я Арон Гарай Ксаф, оператор Представительства. Я доставлю вас, куда потребуете.

Арон не дрогнул ни голосом, ни лицом. Конечно же, он знал, что Дария умирает, и был готов ко встрече. Но она всё равно уловила его смятение.

Как же нехорошо я выгляжу?

Люди в наше время мало меняются с возрастом – пока не начнётся финальное разрушение организма. Как сейчас у Дарии.

Может быть, следует посмотреться в зеркало? Первый раз за год? Ты всегда была смелой, ты сможешь. Вот только зачем? Радости это не принесёт.

Дария знала, что уже потеряла весь фуксин, кожа и волосы её стали бесцветными.Она видела свои руки, и того достаточно. Интересно, а глаза? Их цвет от меланина. Год назад её радужки всё еще оставались синими. А сейчас?

Синее на бесцветном – довольно стильно. Возможно.

– Спасибо, Арон. Я хотела бы для начала немного осмотреться на Земле, – сказала Дария. – Вы можете опуститься к городу Мак-Мёрдо? Это в Антарктиде. А потом полетим в Брисбен, пожалуй.

– По вашему желанию, сениора, – церемонно ответил Арон. – Проследуйте к моему планетолёту.

Хороший парень. Чуткий и понимающий. Будь она ещё на посту, взяла бы в помощники.

Дария не захотела воспользоваться трилифтом, предпочла неторопливо идти на противоположную сторону космопорта «Полярная Звезда», к причалам челноков, поддерживая вежливую и довольно бессмысленную светскую беседу.

Дария разглядывала голубую в разводах облаков Землю, а серебряная Луна и золотое Солнце подсматривали за ней, с двух сторон заглядывая в галереи смотровых палуб.

Сотни раз виданные виды, но впечатляют по-прежнему.

Арон помог Дарии забраться в салон планетолёта. Она, не спрашивая позволения, села в кресло второго пилота, на хороший обзор.

Дария достала фляжку и хорошенько из неё отхлебнула. Коньяк лучше всякой хитрой фармацеи помогал, когда подступала боль или начинали мёрзнуть руки и ноги. Разумеется, этот способ анестезии был ей вовсе не полезен, имел последствия, но терять Дарии было уже особо нечего.

Решение уехать на Землю было правильным. Смерть в конце концов вещь довольно интимная. Негоже умирать там, где все тебя знают, среди множества сочувствующих и внимательных глаз. Лучше уж тут, где никто не угадает, кто она. Где есть возможность слиться с толпой. Приобщиться к большинству, как говорили предки.

Дария собиралась наблюдать за спуском к Земле, но задремала сразу после старта. Даже лёгкая прогулка её утомила. Плюс алкоголь, разумеется. Проснулась уже в атмосфере, над белым ледниковым щитом. Впереди в дымке проступало тёмное пятно Оазиса и знакомый силуэт двуглавого вулкана.

– Сосновая сорок два, – произнесла она впервые за век. – Мне нужен этот дом.

– Посадить машину? Вы выйдете?

– Нет, зависни рядом, на уместной дистанции. Я посмотрю сверху.

Планетолёт замедлил ход и замер над купами деревьев, окружавших двухэтажный дом в североевропейском стиле, с эркерами и верандами. Крыша его сейчас была чёрной, работала на поглощение энергии. Очень старомодно.

Прошло сто тридцать три года, как она последний раз восходила на его порог. Или стоит перейти уже на земной счёт годов? Сто земных лет вместо ста тридцати трёх иштарийских? Вряд ли она проживёт больше года. Так что привыкать к земному календарю смысла нет.

– Этот дом, – качнулась вперёд Дария. – Совсем не изменился. В Антарктиде чтут традицию. Как построили его века назад, так и сохраняют. Знаешь, Арон, я заметную долю детства провела в этих стенах. Среди друзей и дальних родственников. Здесь случился мой первый секс. Тут много что со мной произошло. Славного, непостижимого и простого. В этом доме я впервые увидела… одного человека. Мне было, если не ошибаюсь, восемь лет[1], и я очень смутно представляла, для чего в этой жизни нужны мальчики. Но твёрдо решила, что это будет мой мальчик. И настойчиво добивалась его. Всеми силами.

Арон промолчал.

– А там я училась, пока жила в Мак-Мёрдо. Во-он, видишь, за пригорком Круги. А возле озера по вечерам молодёжь собиралась на пошумелки и танцульки. И мы туда бегали. Помню.

Из дома вышел высокий светловолосый парень. Внимательно посмотрел на висящий в воздухе планетолёт и пошёл через лужайку куда-то под деревья.

– Ох, – слабо выдохнула Дария. – Совсем как тогда. Такой же молодой и красивый. И небось такой же нахальный. Судя по возрасту, это его правнук. Или даже праправнук. Интересная порода. Все парни в роду как один белобрысые. Ладно, Мария… его мама, была блондинкой. Но его дети – от брюнетки. И у сына подруга вроде была тёмненькая. Откуда только рецессивные гены лезут… Или внуки не от тёмненькой? Вот не скажу. А дальше и не знаю, как продолжился род. Могла узнать, средств доставало, но посчитала недостойным следить за судьбами тех, кого сама оставила. Как-то это липко. – Арон покосился на неё. – Хотела ли я увидеть его ещё, спрашиваешь? Хотела, разумеется, но не должна была. И не увидела.

Дария долго смотрела вниз. Арон упорно молчал.

– Вот жизнь и прошла, – сказала она. – Большая жизнь. Сто семьдесят шесть лет. Или тут следует всё же считать жизнь земными годами? Все мы происходим отсюда, с материнской планеты, её ритмы в наших генах и психике. Тогда сто тридцать два земных. Такие люди, как я, редко живут столь долго. Слишком много важных событий, конфликтов, кризисов и тяжёлого труда. Одна война чего стоила. Я шестьдесят четыре года[2] была администратором планеты. Дольше, чем кто-либо из предшественников. И неплохо управляла, верно ведь, Арон? Раз уж меня выбирали двенадцать раз.

Спутник энергично кивнул. Вынужденная реакция. Но не врёт, решила Дария, сам верит.

Она давным-давно научилась видеть людей насквозь.

– Ещё я рисовала, и мои работы до сих пор востребованы. Я нашла возможность родить и вырастить детей. У меня хорошие дети, Арон. Но сделать счастливыми их отцов мне уже не достало сил. Нет, я довольна своей жизнью. Полной счастья борьбы. – Дария ещё раз приложилась к коньяку. – Но может, лучше было бы прожить её в тихом счастье? С высоты своего жизненного опыта могу сказать: ничего отсюда не видно. Да, он бредил Пространством, мечтал летать к звёздам. А я не захотела становиться против его мечты. Или ждать, пока звёзды отберут его у меня. Гордыня одолела, видишь ли. Отпустила и поставила точку. А ведь могла бы, наверное, сохранить, оставить себе и провести целую жизнь в любви. Что ты вздыхаешь, Арон? Ладно, молчи. Понимаю тебя. Такой вот день выдался. И до вечера ещё далеко. Но не до зимы.

Она откинулась на спинку кресла, вытерла лоб. С сомнением посмотрела на фляжку и спрятала поглубже в карман. У Дарии всё ещё оставались ясными ум и сознание, не стоило их туманить.

– По-моему, довольно, – решила Дария. – Мои города пусты. Все люди, которые меня знали и любили на Земле, давно ушли. Пусть мир всё так же полон надежды, веры и любви, но они уже не для меня. Не повторятся памятные события и встречи. Нет смысла посещать старые места. Не следует мне лететь в Брисбен. И в Кейптаун тоже не надо. Серебряные деревья столько не живут, чтоб я нашла моё. Мак-Мёрдо, прощай. Хочу куда-нибудь, где ещё не была ни разу. Как можно дальше на север, в другое полушарие. Летим в Канаду, Арон. Думаю, мне там понравится.

Протвино, 19-21 октября 2022

[1] Восемь иштарийских лет – шесть земных.

[2] Иштарийских. Или 48 земных.