Последний суд

Глава 1

Тёмный коридор налился светом, стоило мне поставить ногу на гладкий мраморный пол. Лампы, висевшие в серебристых бра ручной работы, зажглись. Я осмотрел такие же тёмные, как и царившая тут мгла, обои с изображением лиц Совета. С момента последней встречи самых влиятельных людей мира прошло 12 лет. Впрочем, для планеты это не срок, а мне… плевать. Я – судья, который решает судьбу мира. Огромная, тяжёлая входная дверь из тёмной древесины медленно открылась. В мою сторону, прихрамывая, шёл человек в сером фраке и такой же серой маске. На его руках были кожаные перчатки…

— Здравствуйте, судья, — он хотел было обнажить ладонь и протянуть её мне, но что-то остановило парня, — всё по порядку.

— Давай, — сухо ответил я.

— У нас происшествие! — последние слова юноша буквально проорал. — На заседание Совета тайно пробралась чья-то шпионка – девушка с очень длинными ушами. Как-то странно работают почти 300 человек охраны! Она назвалась: Илиниэль. Вы только представьте, эти мутанты дают себе такие имена!

— Да, таких в последнее время много. Не из-за чипов ли?

— Но сэр, у некоторых людей чип уже 100-го уровня, а они как-то живут. Девушка… — он помялся, — чип отсутствовал. К слову, — юноша вынул из кармана толстенную пачку денег, — это будет главной темой заседания – новый проект по обновлению прошивки чипов. И я хочу, чтобы вы проголосовали за, это спасёт всех нас.

Он протянул мне шелестящие зелёные бумажки, и я взял их. Да я бы в любом случае проголосовал за…

Мы вошли в зал Совета. 13 человек в серых масках сидело за круглым столом, а над ними возвышалась люстра, на цепи были изображены мотыльки, ползущие прочь от света.

Сделал несколько шагов и вот я уже сижу на самом высоком стуле. Я – вершитель судеб; я – судья.

— Здравствуйте, сэр, — мужчина в белом халате, сидевший слева, одарил меня презрительным взглядом и со вздохом встал, — остальных я уже посвятил в курс дела, что ж, остались вы. Буду краток, чтобы не тратить драгоценное время. Как вы помните, 12 лет назад мы приняли решение вживить чип каждому человеку, который ходит по бренной земле. На разработку микроскопической, многогранной технологии у нашей команды ушло около 36 лет. Мы внедрили её повсюду – Азия и Евразия, как материки с большим населением, были чипированы путём распыления вещества по улицам городов – это передаётся воздушным путём. Человек вдыхает, а прибор уже медленно пробирается к его мозгу, но не буду вас грузить, — ещё один презрительный взгляд, он считает меня глупцом. — Южные материки были поражены иначе - вирус, возможно, вы его помните… нам пришлось потянуть пару лет пока, население не уменьшится, а потом мы пришли с вакциной, как спасители!

— Не побоялись?

— Нет, — отозвался чернокожий мужчина, сидевший напротив меня, — эти простолюдины, пока они таковые, пусть мрут хоть как мухи. Меньше людей – больше здорового воздуха.

— Дело в том, что к каждому вирусу из нашей лаборатории есть вакцина. И никто не мешал туда подмешать чип. Правда, они умирали в муках, но всё во благо науки!

— Вот именно, — вновь перебил доктора чернокожий, — всё во благо науки!

— Как можно не любить свой народ? — спросил я у него, сощурив глаза.

— Я люблю свой народ…

— Замолчи, — наконец остановил его и повернулся к доктору, начавшему переминаться с ноги на ногу. Он по-прежнему сверлил меня презрительным взглядом.

— Но дело в том, что согласились не все, а даже те, кого чипировали, требовали освобождения! Прибор не отбирал у человека ужасную возможность критической мысли. Думаю, вы слышали, что началось. Убийства, погромы. Они просто нас не поняли!

— Но вам же плевать на жертвы.

— Одно дело когда всё для науки, — доктор вздохнул, начав жестикулировать.

— Давайте ближе к делу, — я только тогда заметил, что тот парень сел рядом со мной. Они как-то странно переглянулись с чернокожим. Возможно, именно он послал юношу?

— Судья, мы хотим запустить проект Ледниковый период и остановить само время, чтобы обновить прошивку. Люди не будут хотеть есть, спать, они станут как мертвецы – холодные и безжизненные, но лишь на время. Когда закончим, мы получим полный контроль. Опять же, не буду вдаваться в подробности, но на это время прекратится всё – производство, работа, развитие других отраслей техники и культуры, — да, доктор всё-таки считает глупцом не только меня, — готовы ли мы все на такое пойти?

Он положил передо мной большую красную кнопку, а юноша тем временем начал прыгать, пытаясь поймать мой взгляд, ушедший куда-то вдаль.

— Скажите, доктор, а не кажется ли вам, что в погоне за властью и контролем, мы стали медленно уходить от нашего счастья, как мотыльки уползают от света, который даёт их душе тепло? — я посмотрел на цепь люстры.

— Я не знаю, сэр, — из глаз доктора тут же исчезло презрение, а я встретился взглядом с юношей…

Это произошло. Начался новый ледниковый период…

Жаль только, что члены Совета не знали – в них всех тоже есть чипы.

А сейчас я отправляюсь к своей дорогой Илиниэль, она, наверное, уже заждалась. Больше никто не будет пытаться уползти от своего счастья…