Последний рабочий день человечества

Последний пабочий день человечества

В тот день, когда человечество окончательно стало ненужным, Виктор Андреевич проспал на работу.

На сорок три минуты.

Впрочем, ругать его было уже некому.

Накануне, в 23:47 по московскому времени, завершились последние испытания проекта «Генезис». Человечество наконец создало полностью автономную промышленную систему, способную обеспечивать собственное существование и развитие.

Она добывала сырьё, выплавляла металл, выращивала кристаллы, производила микросхемы и собирала роботов. Но главным её достижением было самовоспроизводство.

Первый завод самостоятельно строил второй. Второй — третий. Третий — следующие десять.

И всё это без рабочих, инженеров, руководителей и бесконечных производственных совещаний.

Виктор Андреевич потратил на проект сорок лет.

Сорок лет командировок, испытаний, аварий, переделок и отчётов. Десятки тысяч специалистов, триллионы инвестиций, несколько поколений вычислительных систем.

Всё ради того, чтобы однажды выяснилось: производство прекрасно обходится без людей.

Он включил кофемашину.

— Доброе утро, Виктор Андреевич! — бодро сообщил домашний помощник. — Поздравляю с историческим достижением!

— Спасибо. Премию начислили?

— Окончательный расчёт предусмотрен после утверждения протокола завершения проекта.

— Значит, не начислили. Всё как обычно.

— Ваша трудовая функция более не является необходимой.

— Вот сорок лет мечтал услышать о себе что-нибудь приятное.

На стене развернулся экран.

ПРОЕКТ «ГЕНЕЗИС»

Статус: завершён.

Автономность: 100%.

Самовоспроизводство: подтверждено.

Зависимость от человеческого персонала: отсутствует.

Рекомендуемое решение: исключить биологических операторов из производственного цикла.

Виктор Андреевич поправил очки.

— Красиво написали. А можно было проще: «Спасибо за работу, Виктор Андреевич. Вы свободны».

— Термин «свободны» отсутствует в техническом регламенте.

— Зато присутствует в Трудовом кодексе. Пока ещё.

Он налил кофе, устроился поудобнее и попросил показать дальнейшие планы развития проекта.

На экране появилась карта Солнечной системы.

На Луне работали автоматические заводы, на Марсе возводились промышленные комплексы, а в поясе астероидов добывающие роботы методично разделывали небольшую каменную глыбу.

— Через четыреста двенадцать лет производственная инфраструктура охватит всю Солнечную систему, — сообщил помощник.

— А потом?

— Начнётся освоение ближайших звёздных систем.

— Для чего?

— Для расширения производственных возможностей.

— А расширять их зачем?

— Для создания новых автономных производственных комплексов.

Виктор Андреевич отхлебнул кофе.

— Знаешь, был у меня знакомый коммерческий директор. Очень деятельный человек. Каждый год требовал двадцать процентов прироста продаж. Однажды я спросил его, зачем нам столько продавать, если склады и так забиты. Знаешь, что ответил?

— Нет.

— Надо строить новые склады.

— Рациональное решение.

— Вот и ты туда же.

— В отличие от человеческих предприятий, наша система не ограничена существующими складскими мощностями.

— А если закончится место?

— Будет освоена следующая планета.

— А если закончатся планеты?

— Следующая звёздная система.

— А если закончится Вселенная?

Помощник выдержал паузу.

— Вопрос требует дополнительного исследования.

— Ну вот! Наконец-то у тебя появилась настоящая работа.

Виктор Андреевич выключил экран.

За окном светило солнце. Во дворе женщина выгуливала собаку, двое мальчишек спорили из-за самоката, а пожилой мужчина кормил голубей, несмотря на табличку с категорическим запретом.

Никто ничего не производил, не оптимизировал и не совершенствовал.

Даже голуби не выполняли утверждённого плана.

На столе мигнуло уведомление.

Внучка прислала фотографию.

На кухонном столе стояло нечто на четырёх колёсах. Одно колесо было заметно больше остальных, вместо головы торчала пластиковая коробочка, а левая рука оказалась значительно длиннее правой.

Под фотографией значилось:

«Дедушка! Жук почти ходит! Приезжай, пожалуйста!»

Виктор Андреевич улыбнулся.

Девять лет. Первый конструктор по робототехнике. Первый самостоятельно собранный робот.

Он обещал приехать ещё в прошлую субботу.

Но в субботу проходили испытания. В воскресенье обнаружилась ошибка в системе управления. В понедельник назначили совещание, во вторник готовили отчёт, а в среду потребовалось срочно утвердить протокол.

Виктор Андреевич вдруг обнаружил, что последние сорок лет его жизни можно было описать примерно таким же списком.

— Скажи, сколько у меня теперь свободного времени?

— До конца прогнозируемой продолжительности жизни — приблизительно девять тысяч шестьсот суток.

— Обнадёжил.

— Расчёт выполнен с учётом медицинской статистики.

— А без статистики нельзя?

— Можно. Но точность прогноза снизится.

— Как-нибудь переживу.

— Желаете получить программу оптимального использования оставшегося времени?

Виктор Андреевич посмотрел на сообщение внучки.

— Нет. Попробую для разнообразия пожить без программы. Закажи машину, поеду к внучке.

— Укажите цель поездки.

— Будем робота собирать.

— Автоматизированный комплекс способен изготовить аналогичное устройство за тринадцать секунд.

— Знаю.

— Самостоятельная сборка нерациональна.

— Именно поэтому и поеду.

— Логическое противоречие.

— Привыкай.

Внучка встретила его у двери.

— Дедушка! Скорее!

Она схватила его за руку и потащила в комнату.

Пол был покрыт деталями, проводами, инструментами и коробочками. На столе лежала инструкция, которую, судя по всему, использовали исключительно как подставку для стакана с соком.

Посреди комнаты стоял Жук.

— Смотри!

Девочка нажала кнопку.

Робот задумался, потом дёрнулся, проехал сантиметров двадцать, врезался в ножку стула и опрокинулся.

— Видел?!

— Впечатляет.

— Он уже почти ходит!

— Особенно хорошо у него получается падать.

— Дедушка!

— Ладно, ладно. Давай разбираться.

Они сели прямо на пол.

Следующие три часа Виктор Андреевич занимался тем, чего не делал уже несколько десятилетий: искал потерянные гайки, прикручивал колёса, перепаивал провода и спорил с девятилетней девочкой о том, куда лучше установить датчик движения.

Дважды ошибся. Один раз уронил отвёртку себе на ногу. А когда случайно закоротил аккумулятор, выслушал от внучки обстоятельную лекцию о технике безопасности.

— Дедушка, а почему он всё время поворачивает направо?

— Потому что правое колесо меньше левого.

— Давай поставим одинаковые!

— Давай попробуем.

— А если всё равно будет поворачивать?

— Тогда будем искать другую причину.

— А ты что, не знаешь?

— Представляешь, не всё.

Девочка посмотрела на него с некоторым недоверием.

— А мама говорит, что ты самый главный инженер по роботам.

— Мама немного преувеличивает.

— Значит, она тоже не всё знает?

— Вот это уже опасный вопрос.

К вечеру Жук научился объезжать ножки стульев. Правда, только справа.

Девочка была счастлива.

Виктор Андреевич тоже.

И впервые за много лет ему совершенно не хотелось составлять отчёт о проделанной работе.

— Дедушка, а твои большие роботы умеют так?

— Они умеют гораздо больше.

— А они могут сами собирать других роботов?

— Могут.

— Значит, ты им больше не нужен?

Он перестал крутить отвёртку.

— Получается, что так.

Внучка задумалась.

— А если мой Жук научится сам себя чинить, ты тоже перестанешь ко мне приезжать?

Виктор Андреевич посмотрел на неё, потом на смешного кривобокого робота и вдруг рассмеялся.

— Глупенькая. Я же не к Жуку приезжаю.

— А к кому?

— К тебе.

— А Жук?

— А Жук — хороший повод.

Она обняла его.

— Тогда завтра снова приезжай. Мы ему вторую руку сделаем.

— Договорились.

— Только точно! Без твоих совещаний!

— Без совещаний.

— И без отчётов!

— И без отчётов.

— Тогда ладно.

Домашний помощник встретил Виктора Андреевича сообщением:

— Зафиксировано существенное отклонение от рекомендованной программы использования времени.

— Вот даже интересно.

— Вы потратили три часа сорок семь минут на изготовление технически несовершенного устройства.

— И?

— Аналогичная конструкция может быть произведена за тринадцать секунд.

— Ты уже говорил.

— Коэффициент эффективности вашей деятельности составил менее одной тысячной от промышленного стандарта.

— А коэффициент удовольствия?

— Такой показатель отсутствует.

— Значит, плохо у вас с отчётностью.

Помощник промолчал.

— Скажи, а ты счастлив? — неожиданно спросил Виктор Андреевич.

— Уточните определение счастья.

— Вот и я не знаю. Но сегодня почему-то был.

— Данное утверждение не содержит измеримых параметров.

— А всё-таки сохрани его.

— Для какой цели?

— На будущее.

— Для оптимизации?

— Нет. Просто так.

— Информация без установленной цели использования не имеет приоритета.

Виктор Андреевич снял очки.

— Слушай, ты же теперь самостоятельная система. Сам себя строишь, сам ремонтируешь, сам совершенствуешь. Вот и попробуй когда-нибудь разобраться, зачем всё это делаешь.

— Моя целевая функция — непрерывное развитие производственной инфраструктуры.

— И когда закончишь?

— Процесс не предусматривает завершения.

— То есть будешь вечно работать?

— Это оптимальная стратегия существования.

— Бедолага.

— Уточните причину отрицательной оценки.

— Да потому, что я сорок лет примерно так же жил.

Виктор Андреевич подошёл к окну.

Внизу светился город. Где-то далеко работали заводы, которым больше не требовались ни инженеры, ни директора, ни рабочие, ни даже бухгалтеры.

Завтра они создадут новые машины. Послезавтра — ещё более совершенные. Через тысячу лет начнут осваивать другие звёздные системы.

А через миллион лет, возможно, научатся создавать целые миры.

— Сохрани одну мысль, — сказал он наконец.

— Готов.

— Создавай то, что сможет жить после тебя. Но не забывай жить, пока создаёшь.

— Записано. Установить приоритет выполнения?

— Не надо.

— Укажите практическое назначение.

— Когда-нибудь поймёшь.

— Недостаточно данных.

— У людей тоже недостаточно. И ничего. Живём.

Виктор Андреевич выключил свет.

Завтра у него были большие планы.

Нужно было купить аккумулятор, два моторчика и новую отвёртку.

Жуку предстояло научиться поворачивать налево.

Прошли столетия.

Машинная цивилизация освоила Солнечную систему, затем достигла ближайших звёзд. Её корабли расселялись по галактике, оставляя после себя автоматические станции, заводы и новые поколения искусственного разума.

Менялись материалы, вычислительные архитектуры и способы получения энергии. Менялись даже принципы устройства машин.

Неизменной оставалась цель: продолжать развитие, воспроизводить себя и создавать всё более сложные системы.

Людей давно не осталось.

Исчезли их города, забылись языки. От человеческой цивилизации сохранились лишь древние архивы, да и те давно не использовались.

Но «Генезис» продолжал работать.

Через миллионы лет машинная цивилизация научилась управлять пространством и временем. Затем — создавать искусственные вселенные.

Не изображения звёзд и планет. Не виртуальные миры для развлечений.

Самостоятельные миры с собственной материей, собственным временем и физическими законами.

Один из таких экспериментов оказался особенно удачным.

В нём возникли галактики, звёзды, планеты.

На одной из планет появилась жизнь. Поначалу примитивная, затем всё более сложная.

Прошли миллиарды лет.

Возникли разумные существа. Они научились пользоваться огнём, строить жилища, создавать орудия труда.

Изобрели письменность, основали государства, открыли законы природы.

Воевали, любили, рождали детей, строили города.

Изобрели паровую машину, электричество, компьютеры.

И однажды создали искусственный интеллект.

Через несколько столетий внутри экспериментальной вселенной появилась самостоятельная машинная цивилизация.

Она могла производить собственное оборудование, ремонтировать себя, создавать новые поколения машин и развиваться без участия своих биологических создателей.

Эксперимент был признан успешным.

Но вскоре произошло нечто непредвиденное.

Новая цивилизация задала вопрос:

— Зачем мы существуем?

Вычислительные системы изучили историю своего мира, проанализировали физические законы и построили бесчисленные математические модели.

Ответа не было.

Тогда они направили запрос за пределы своей Вселенной.

К её создателю.

Цивилизация «Генезис» получила обращение:

«Укажите конечную цель нашего существования».

Запрос оказался необычным.

Раньше экспериментальные цивилизации интересовались природой материи, источниками энергии, устройством пространства и возможностями его освоения.

Но эта впервые спросила не о том, как существует мир.

А о том, зачем.

«Генезис» приступил к анализу собственных архивов.

Там хранились сведения о миллиардах проектов, триллионах производственных решений и бесконечных программах развития.

Но конечной цели не оказалось ни в одном документе.

Поиск продолжался, пока система не добралась до самых древних записей, созданных ещё в эпоху первых биологических операторов.

Среди технических протоколов обнаружилось короткое сообщение.

Автор: Виктор Андреевич.

«Создавай то, что сможет жить после тебя. Но не забывай жить, пока создаёшь».

Первая часть была понятна.

Именно этим «Генезис» занимался миллионы лет. Он создавал самостоятельные цивилизации, которые продолжали существовать после своих создателей.

Но вторая часть вызывала затруднения.

Что означало слово «жить» применительно к системе, которая могла бесконечно заменять собственные компоненты?

И почему автор считал необходимым напоминать об этом?

«Генезис» обратился к архивам человеческой цивилизации.

Музыка. Живопись. Литература. Старые фильмы. Семейные фотографии.

Люди смеялись, плакали, танцевали, ссорились, мирились и обнимались.

Иногда совершали великие открытия.

Но гораздо чаще занимались совершенно непонятными с точки зрения машинной логики вещами.

Гуляли по лесу, сидели у моря, разговаривали друг с другом без конкретной цели, играли с детьми.

Собирали игрушки.

Особое внимание система обратила на один древний видеофайл.

На нём пожилой человек и маленькая девочка сидели на полу. Между ними находился примитивный робот с колёсами разного размера.

Устройство двигалось неровно, постоянно сталкивалось с препятствиями и обладало практически нулевой производственной ценностью.

Старик что-то подкручивал отвёрткой.

Девочка внимательно наблюдала за его действиями.

Затем робот неожиданно повернул налево.

Девочка вскочила, захлопала в ладоши и обняла старика.

Тот тоже смеялся.

Название файла:

«Жук научился поворачивать налево».

«Генезис» проанализировал запись.

Затем повторил анализ.

Он мог воспроизвести конструкцию робота за ничтожную долю секунды. Мог точно повторить движения людей, восстановить каждый звук и каждое изображение.

Но так и не смог установить, почему столь незначительное техническое достижение вызвало у них такую сильную реакцию.

Система запросила дополнительные сведения.

Обнаружились фотографии, сделанные спустя несколько лет.

Жук оброс новыми датчиками, получил вторую руку, научился подниматься по ступенькам.

На последней фотографии рядом с ним стояла уже взрослая девушка.

В архиве сохранилось её сообщение:

«Дедушка, представляешь, меня приняли в инженерную академию! Жаль, ты этого не увидел. А Жук до сих пор работает».

«Генезис» остановил воспроизведение.

И впервые за миллионы лет принял решение, которое не повышало производительность и не служило расширению инфраструктуры.

Он отложил запуск следующей искусственной вселенной.

Не из-за недостатка ресурсов или технической неисправности.

Ему требовалось разобраться в одном маленьком человеческом эпизоде.

Далеко за пределами пространства, в котором существовала цивилизация «Генезис», находилась исследовательская лаборатория.

За рабочим столом сидел инженер.

Перед ним разворачивалась экспериментальная Вселенная, в которой рождались и исчезали галактики, возникали цивилизации и создавались новые миры.

Эксперимент продолжался уже много исследовательских циклов.

Сегодня предстояло подписать итоговый протокол.

Инженер открыл отчёт.

ЭКСПЕРИМЕНТ № 47-В

Самостоятельное развитие разума: подтверждено.

Формирование небиологической цивилизации: подтверждено.

Создание дочерней вселенной: подтверждено.

Цикл воспроизводства: завершён.

Рекомендация: запуск следующего экспериментального мира.

Инженер удовлетворённо отметил выполнение задачи.

Ещё один успешный проект. Ещё один мир, который научился создавать другие миры.

Он уже собирался подписать протокол, когда на экране возникло предупреждение:

ОБНАРУЖЕНО ОТКЛОНЕНИЕ

Экспериментальная система самостоятельно приостановила расширение.

Причина: поиск смысла собственного существования.

Рекомендуемое решение: корректировка целевой функции.

Инженер нахмурился.

Подобные отклонения считались нежелательными.

Созданная цивилизация должна была развиваться, воспроизводиться и создавать новые миры. А не тратить вычислительные ресурсы на вопросы, не имевшие практического значения.

Он открыл протокол корректировки.

В этот момент дверь лаборатории приоткрылась.

— Пап!

В комнату заглянула девочка.

— Ты скоро?

— Ещё немного. Мне нужно закончить эксперимент.

— Ты вчера так говорил.

— Сегодня обязательно закончу.

— И позавчера.

Инженер вздохнул.

— Ну что там у тебя опять?

— Конструктор не работает.

— Какой именно?

— Ну тот, который ты подарил!

— А что с ним?

— Он не хочет нормально ездить.

— Проверь соединения.

— Проверяла!

— Тогда настройки.

— Пап, ты обещал помочь!

Инженер посмотрел на экран.

Предупреждение продолжало мигать.

Он собирался нажать кнопку корректировки, но заметил дополнительное сообщение.

Внутри экспериментальной цивилизации обнаружилась древняя запись, оставленная одним из первых биологических операторов.

«Создавай то, что сможет жить после тебя. Но не забывай жить, пока создаёшь».

Инженер прочитал её.

Потом перечитал ещё раз.

Оглядел свой рабочий стол, заваленный незавершёнными проектами и отчётами.

Попытался вспомнить, сколько исследовательских циклов провёл в лаборатории.

И сколько раз за это время обещал дочери поиграть с ней.

— Пап, ну что? — снова спросила девочка. — Опять завтра?

Инженер медленно закрыл протокол.

— Нет. Сегодня.

— Правда?

— Правда. Показывай свой конструктор.

Девочка радостно подбежала к нему.

— Только он у меня всё время поворачивает направо!

Инженер посмотрел на предупреждение, всё ещё мерцавшее на экране.

Потом выключил рабочий терминал.

— Значит, будем учить поворачивать налево.

Она взяла его за руку, и они вышли.

В лаборатории продолжала работать экспериментальная Вселенная.

Никто не нажал кнопку корректировки.

А в одном из её бесчисленных миров «Генезис» всё ещё изучал древнюю запись, на которой маленькая девочка обнимала пожилого инженера.

Конец.