Полемика: враг исподтишка

Глава 1

Вот и все. Настал конец.

Больше ни крови, ни волнения, ни удовольствия. Только пустота.

Я сделал первый шаг навстречу неизвестности. Но почувствовал удар в груди. Не было больно, не было страшно; удар, как удар – пойду дальше. Монотонная молчащая серость впереди притягивала. А я и не сопротивлялся – теперь уже все равно.

Снова удар. Гораздо сильнее предыдущего, но какая, разница? Надо идти вперед, думать больше не о чем. Я уже чувствую, как мысли в голове исчезают, становясь менее… сложными? Это не приносит радости и не причиняет боли. Нужно лишь дойти до конца. Осталось совсем немного.

Удар. Больно! У меня не получается сделать вдох и подняться на ноги.

Стоп. Я дышу? Я не могу! Мне нужны силы. Зачем? Что еще?

Удар! Больно! Ярко! Холодно!..

-… Давай!

- Выах!

Воздух! Горячий! Жжёт! Боль! Аргх, я ничего не слышу, ничего не вижу! Кто я? Что происходит?

- Владислав? Владислав, очнитесь!

Я дышу. Я дышу? Да, я дышу. Тяжело, очень тяжело. Но я живой. Да, живой.

- Кхэ-кхэ-кхэ… - с болью вырвалось из меня. Перед глазами стояла мутная картинка, уши наполнись едким звуком на пару с раздражающим стуком, руки и ноги ощущались ватными. Но все это терпимо. Нужно лишь продышаться.

Я увидел чье-то напуганное лицо в противогазе, зависшее надо мной и лихорадочно дергающее руками. Выглядит знакомым. Степан? Нет, это…

- Толя? – почти беззвучно произнес я.

- Владислав! Вы живы! – отозвался он. Еще немного прокашлявшись, я ухватился за протянутую руку и пересел на задницу. Неприятные и болезненные ощущения медленно отступали, но дышать все еще было тяжело. Потянувшись рукой ко рту, я обнаружил и на себе защитную маску.

- Толя, что произошло? – увереннее сказал я, осматривая окружение. Подземный бетонный коридор особо не изменился, только света стало меньше, а в воздухе теперь витает подозрительная дымка.

- Ох, я уж пересрался. – новобранец уселся напротив, откинувшись к стене. Было слышно, как он тяжело дышит. – Это была засада. Похоже, «искровики» знали, что мы придем.

- Засада?

- Понятия не имею, что мы сделали; коридор наполнен газом. Вас сразу вырубило, но вы будто не сознание потеряли, а уснули. И с каждой минутой ваши сердца бились все медленнее. Я боялся, что уже остался один.

- Как ты выжил?

- Я же последним шел – успел маску надеть, как только почувствовал чужеродный запах. Хотя она все равно сквозит. Надеюсь, не вырублюсь.

- Понятно. А что со Степаном?

В ответ напарник кивнул головой в сторону. Я увидел неподвижно лежащее тело, уткнувшееся лицом в пол.

- Прошло слишком много времени – он не проснется. У меня был выбор: откачивать либо его, либо Вас.

Толя замолчал. Кажется, он пытался унять слезы.

- А сколько… сколько времени прошло?

Новобранец посмотрел на руку.

- Семнадцать минут. С того момента, как Вы упали.

Теперь все понятно. Главное, что я живой.

Произошедшее не входило в наши планы. Но если это действительно была засада, выходит, что сигнал – не более, чем приманка. И единственное верное решение сейчас – возвращение на базу, пока мы окончательно не окочурились в этом подземелье.

Отдышавшись, я поднялся на ноги.

- Возвращаемся в альма-матер.

- Что? – искренне удивился Толя.

- Возвращаемся, говорю. Надо спасаться. И побыстрее.

- Но… как же радиосигнал?

- Толя, это все - ловушка. Нет там ничего. Уходим отсюда.

Я схватил напарника за руку и поднял. Он вырвался.

- А как же… задание? Нас же командир…

- Анатолий. – я держался, чтобы с криком не сорваться на пацана. – Я понимаю, что проваливать свою первую операцию не хочется. Но сейчас – это не твоя вина. Ты сделал все, что должен был. Теперь надо уходить.

- Владислав, даже если это ловушка, – не унимался новобранец. – мы все равно должны добраться до этого сигнала.

- Зачем?

- Затем, чтобы на него больше никто не попался. Поэтому, Вы, как хотите…

Постояв еще пару секунд, парень вытащил пистолет, неуверенно снял его с предохранителя и направился вглубь коридора. Я не мог решиться, к кому в этот раз прислушаться: к голосу разума или мнению совести. Да, устранить источник сигнала – это правильно, но в потрепанном состоянии лучше вернуться на базу и подправить здоровье. Ну, или как минимум выбраться на свежий воздух, чтобы дождаться прибытия подкрепления. С другой стороны, бросать человека, который спас мне жизнь – отвратительно. А поскольку его юношеский максимализм переломить не получится, остается либо гнуть свою линию, либо подчиниться чужой воле.

Решать надо быстрее. И в данном случае выбор очевиден.

Рефлекторно плюнув в маску, я быстрыми шагами догнал парня, который застрял у металлической двери.

- Подожди. – позвал я. – Если она так надежно прижата – есть шанс, что газа там не будет. Поэтому, как откроется, быстро забегаем внутрь и закрываем за собой.

- Ага. – отозвался Толя и добавил. – Спасибо.

Мы ухватились за штурвал и навалились на сторону, чтобы привести его в движение. Механизм не сразу, но со скрипом поддался. Переглянувшись, я сделал несколько оборотов и открыл проход для напарника. Когда он заскочил, я нырнул следом, после чего мы вместе закрыли дверь за собой. И очень быстро поняли, что зря старались – злосчастным газом было переполнено и это помещение.

- Либо засаду сделали помасштабнее… - начал новобранец.

-… Либо герметизация тут полное говно. – закончил я, стараясь часто не дышать.

Как и предшествующий коридор, в комнате горел тусклый, видимо, аварийный свет в абсолютной тишине. Отсюда расходилось три пути: налево, направо и вперед. Никаких ориентиров рядом не было.

- Куда пойдем? – Толя предоставил мне право выбора.

- Прямо. И держись рядом, чтобы я видел тебя.

За следующей дверью оказался спуск в другую комнату – гораздо просторнее предыдущей. В нем расположилось нечто, похожее на генераторы, провода от которых уходили в разные стороны.

Я подошел к ближайшему и провел рукой.

- Теплые. Их недавно выключили.

- Недавно? А насколько?

- Я не силен в вопросе энергоснабжения – допускаю, что прошло несколько часов. Но суть в другом: мы здесь не одни.

- Ох, твою мать… - с выдохом произнес парень. Я обернулся – он весь сжался и поник.

- Что случилось?

- Владислав… Когда мы пришли сюда, газ уже был. Может, его запустили не против нас. Но даже если так – здесь обитают существа, которые к этому газу явно неуязвимы.

Я начинал понимать ход мыслей новобранца, который от навалившихся раздумий сел на ступеньку.

- Толя. Толя, успокойся.

- Это мутанты. Они быстрые, опасные и вечно голодные. – бегло зазвучал голос под маской. – Ты прав – надо уходить. Мы с ними не справимся. Я до этого отстреливал только диких собак из «Стаи». А в этом бункере живет что-то другое – что-то страшное…

- Толя, угомонись! – я потряс напарника за плечи, чтобы он обратил на меня внимание. – Толя, я был в подобных бункерах – они по всему городу разбросаны. Ни в одном из них нет и не было никаких мутантов. Не знаю, где ты этих баек наслушался. Но единственная реальная опасность в городе – «Стая» и «Искра». А мутантов нет.

- А газ? – не унимался Анатолий. – Его Вы тоже встречали?

- Увы, эту херню я встречаю впервые. Но если бы здесь действительно были неуязвимые к нему существа – они бы нас уже нашли.

Уговоры подействовали на парня – он немного успокоился и попытался вытереть запотевшее лицо, но наткнулся на защитную маску. Усмехнувшись, Толя поднялся на ноги.

- Ладно, пойдемте дальше. Надеюсь, Вы действительно правы.

- Пойдем. И пожалуйста – зови меня просто Владом. Я всего на десять лет тебя старше, так что не зачем «выкать».

- Хорошо… Влад.

Мы прошли в следующую комнату. Здесь места было не так много, но внимание привлекла массивная дверь – почти как та, что была после злополучного коридора. Только…

- Она приоткрыта. – я посветил фонариком. – Проверим?

- Конечно.

Я подошел к двери и прислушался – за ней было тихо. Но исключать возможную опасность нельзя, поэтому в голове созрел план:

- Толя, - шепотом обратился я. – по моей команде резко открываешь дверь. Я буду держать проход под прицелом. Все понял?

- Да.

- Давай.

Мы перестроились. Я проверил предохранитель на автомате и прицелился. После короткого кивка, напарник распахнул дверь. Мой палец дрогнул на спусковом крючке.

Внутри оказалось пусто. Точнее, ничего опасного или быстрого в нашу сторону не вылетело. Но в свете фонариков удалось разглядеть частично работающие компьютеры и двух людей, сидящих в креслах к нам спиной.

Я медленно вошел первым, продолжая целиться перед собой. Никакой реакции на мое вторжение не последовало; на первый взгляд, сидящие вообще не подавали признаков жизни. Я пощупал пульс – мертвы.

- Заходи. – скомандовал я.

Войдя, Толя сразу заметил два трупа, но сумел перехватить рвотный рефлекс. На их плечах были нашивки «Революционной искры» и никаких видимых причин смерти.

- Походу, тоже от газа откинулись. Но у них даже масок нет – они не были готовы.

- Значит, засада предназначалась не для нас? - предположил парень. – Они тоже пришли на сигнал.

- Который, видимо, исходит отсюда. – я бегло посмотрел на мерцающие мониторы, но ничего не понял. – Ты сможешь с ними разобраться?

- Думаю, да. – он взглянул ближе. – Здесь запущены какие-то процессы. Мне понадобится минут десять.

- Хорошо. Занимайся, я пока попробую связаться с командованием.

- Вы пойдете на поверхность? – голос парня задрожал. В ответ я покачал головой.

- Здесь неглубоко. И раз уж смогли перехватить этот сигнал – связаться по рации будет легко.

Уступив Толе место у компьютеров, я вышел из помещения. Достав рацию и набрав пароль, я настроил частоту и обратился:

- Библиотека, это Словарь-1. Как меня слышно, прием?

- Словарь-1, это Библиотекарь. – прошипело устройство. – Как ваша прогулка?

- Сережа так и не вышел башню строить. – сообщив кодовую фразу, я потратил секунду на формулировку отчета и продолжил. – Докладываю: источником сигнала оказался военный бункер класса «луковица». Он до краев заполнен ядовитым газом неизвестного происхождения. Также найдены два тела – предположительно, «Искровики» - и несколько работающих компьютеров. Толя сейчас занялся их изучением.

- Как он себя чувствует?

- Сильно нервничает, но ведет себя достойно: вперед не лезет, приказам следует. А вот Степан, к сожалению, не выжил.

- Что с ним?

- Газ.

Наступила тишина. Я обернулся – парень стучал по клавишам и кликал мышкой, что-то внимательно высматривая на мониторе. Наконец, рация снова заговорила:

- Это плохо. Очень плохо, но… Пожалуйста, береги Анатолия. Он мой единственный сын.

- Не переживайте, Кирилл Вячеславович. Надеюсь, мы тут скоро закончим, и отправимся на базу.

- Хорошо, Влад. Но у меня к тебе сразу новое задание. Я бы хотел, чтобы ты занялся им в одиночку, поскольку лишь у тебя есть связи с «Искрой».

Звучит интересно.

- Слушаю.

- Наш агент доложил, что в здании муниципалитета нет документации относительно телевизионной вышки. В лучшем случае, есть информация под графой «разведданные», но нам это не поможет.

- Так, и что дальше?

- Есть предположение, что на территории телевышки действует та же неизвестная группа, которая держит под контролем электроподстанцию. И, как мне кажется, пробраться туда несколько проще, чем к радиолокационному строению.

- Кирилл Вячеславович, Вы говорите о «разведданных» - значит, «Искра» и неизвестная группировка являются противниками. Если это так, то как мои связи могут помочь?

- Влад, ты же знаешь, что простые солдаты могут знать больше, чем их командование. Вдруг им удалось втихаря сформировать партнерство и прочее? Выбора у нас нет – придется перепробовать все возможности.

- То есть, Вы хотите, чтобы я пробрался на электроподстанцию и раздобыл там планы телевизионной вышки? Со всеми проходами, опасными зонами и огневыми позициями?

- Это в идеале. Постарайся просто сделать все, что в твоих силах – хотя бы просто получить доступ к этому объекту уже будет успехом.

Еще одно бремя на мою голову. Стоит ли оно того? Уже столько времени работаю на «Отделение», а к своей цели так ни на йоту не приблизился. Конечно, отключение глушилки, из-за которой нельзя связаться с внешним миром, пойдет и мне на пользу. Но как долго они собираются меня использовать? Хотя, какая разница – другого выбора нет.

- Ладно, Кирилл Вячеславович. Постараюсь.

- Спасибо, Влад. Конец связи.

- Конец связи.

Я вернул рацию за пазуху и вернулся к Толе. Перед ним на мониторе светилась карта с кучей цифр и отметок.

- Что это? – спросил я.

- Не могу сказать, чем занимались эти двое, - начал парень издалека. – но они собирались переслать какие-то зашифрованные данные. И, видимо, из-за газа не успели выбрать точку для отправления. Отменить процесс передачи и разобрать файл не получится – стоит пароль. Но можно выбрать, куда послать эти данные, и на месте их принять.

- Хорошо, а что с сигналом?

- Источником сигнала и является эта шифровка. Компьютер как бы говорит, что хочет передать данные, но не сделает этого, потому что не выбран адресат. Это как привязанный к забору воздушный шарик: на ветру колышется, внимание привлекает, но его нужно отпустить, чтобы он полетел по своим делам.

- Интересная аллегория. В альма-матер сможем отправить?

- Боюсь, что нет – тут своя сеть. Я открыл карту с доступными точками, но пока не разобрался, где это и что.

- Ну-ка, ну-ка… Отдали немного. Север наверху, правильно?... Хм, похоже на дорогу. А здесь поселок «Локомотивный», верно? Тогда это тоже юго-запад. Это ведь как раз точка для передачи?

- Да, но мы не знаем, что там такое. Вдруг это такой же бункер?

- Насчет бункера – не знаю, однако в тех местах я видел недостроенную трансформаторную будку. Думал, это еще до войны хотели что-то провести. А сейчас подозреваю, что это бутафория.

- То есть, туда отправлять?

- Другого варианта у нас нет. Или предлагаешь задыхаться от газа, ожидая специалистов из «Отделения»?

- Нет, но… Хорошо. Сделаю.

Снова защелкав мышью и застучав по клавиатуре, Толя через несколько секунд выдал:

- Отправка завершена. Что дальше?

- Выбираемся из бункера, конечно же. И пойдем, заберем эти данные.

- А это далеко?

- Если не будем тормозить, то за полчаса дойдем.

- Так, может, бегом быстрее будет?

- Не будет. Тебя, разве, не учили, что единственная адекватная причина для бега во время вылазки – спасение жизни?

Парень не ответил.

- Всегда береги свои силы. Здесь за тобой в любой момент могут погнаться пули или звери. И тогда бежать не можно, а нужно. А сейчас просто скорым шагом выходим на поверхность, пока фильтры окончательно не сдохли.

Оставив компьютеры в рабочем одиночестве, к выходу мы отправились тем же путем, по которому и добрались сюда. У двери наткнулись на тело Степана. Я догадывался, что предложит Толя, поэтому опередил парня:

- Мы не можем взять его с собой – он нас только задержит.

- Нельзя бросать погибшего товарища. Это же бесчеловечно!

- Война бесчеловечна. И подобные поступки для нее – нормальны. Похороны человека в такое время – не обязательное мероприятие, а благоприятное стечение обстоятельств. Которых у нас нет.

- Да, но… неужели мы его просто оставим вот так?

- Ну, однозначно нет.

Я склонился над трупом. Все опознавательные предметы остались на базе, но Степана могла выдать серо-зеленая форма, характерная для «Отделения сорок четыре». Поэтому я забрал его рюкзак, вытащил из пояса пистолет и извлек запасные магазины. Все передал Толе.

- Как заберем данные – ты отправишься в альма-матер, я вернусь за ним. Если кто-то опередит меня, думаю, сочтет Степана за гражданского.

- И что с ним будет?

- Кто бы сюда не пришел, человеческие чувства и банальная логика близки всем: от мертвого тела толку мало, а скармливать зверью – только приманивать его. Так что, его либо похоронят, либо вообще трогать не станут.

Наконец, мы вывалились на свежий воздух. Напарник сразу рухнул на ноги, срывая с лица маску и жадно вдыхая кислород. Я же потратил несколько секунд на закрытие дверей, сделал пару шагов в сторону, и лишь потом избавился от противогаза. Он не пьянил меня так, как молодого парня, который за восемнадцать лет понюхал лишь пороха. И то – на стрельбищах. Все же, я не первый год спускаюсь в катакомбы, участвую в перестрелках и сталкиваюсь с животным дерьмом. Но этот газ – действительно что-то новенькое и неожиданное. Неплохо бы выяснить, откуда он взялся и в чем его суть.

Мы стояли в окружении лесных деревьев перед искусственной насыпью с массивной металлической дверью. Воздух здесь был чище и спокойнее, однако задерживаться нельзя – минуты на передышку более, чем достаточно.

- Вставай, Толь. Надо идти.

- Да, сейчас… - он все еще жадно дышал.

Посмотрев на часы и на солнце, я примерно определил курс дальнейшего пути. С учетом погрешности, когда мы дойдем, трансформаторная будка окажется в радиусе сотни метров. Не страшно.

Обойдя насыпь и посмотрев в нужном направлении, я увидел их: в нашу сторону шли два солдата «Революционной искры». Судя по снаряжению - патрульные с урезанными автоматами Калашникова. Нас они пока не заметили – есть время на подумать.

Стрелять бессмысленно: из парня боец никудышный, а в одиночку я не справлюсь. Отвлечь их внимание и дать Толе уйти? Да он потеряется через десять минут и точно также нарвется либо на пулю, либо на патруль. А мне че-то настолько глупая смерть не нравится. Остается попытка инсценировки, но прокатит ли? Не уверен, что эти повстанцы меня знают. Да и как ему всё объяснить? Не поймет же ни хрена.

Выбор рискованный. А противник все ближе. Но в данном случае выбор очевиден. Я засунул маску под одежду и прижался к уху только поднявшегося напарника:

- Анатолий, ты мне доверяешь? – шепотом прозвучали мои слова. Он так же тихо ответил:

- Ну, отец доверяет, поэтому…

- Запомни – я тебя не предам. Поэтому доверься мне и молчи.

Следующую фразу я прокричал максимально уверенно и пугающе, одновременно сбивая парня с ног:

- А ну, стой, сука! Куда полез?

Я прижал его лицом к земле, заломив руки за спину. Для острастки ударил кулаком рядом с головой, но тут же сообразил, что этот хлопок никто не услышит.

- Кто ты? Из «Отделения»? Из армии? Гражданский? Отвечай, падла! – я прижал ладонь к его рту, чтобы Толя даже не пытался что-то сказать. Однако он то ли доверился мне, то ли просто пребывал в легком шоке с того, что я делаю.

- Руки вверх! – раздался со стороны незнакомый, повелевающий голос.

Я поднял голову – «Искровики» стояли в десятке метров от нас со стволами наперевес и не спешили приближаться. Поэтому я просто ждал следующего вопроса, продумывая возможные реплики наперед.

- Влад? – спросил один из повстанцев. – Это ты?

Кажется, наше положение сейчас облегчилось в два раза.

- Ага. – я кивнул в сторону лежачего. – Вот, диверсанта поймал. Кажись, пытался в ваш бункер пробраться. Но молчит, как рыба об лед.

Я поднялся на ноги, продолжая одной рукой сжимать Толю за запястья, а второй за плечо. Хорошо, что он продолжал молчать.

- Может, конечно, он просто мимо проходил. Но у него дыхательная маска на шее болтается. Явно готовился к походам в подземелья. Вот и решил перехватить на всякий случай.

- А сам-то ты что здесь забыл? – заговорил второй солдат. На такой вопрос у меня был ответ.

- Стрижа знаете? Он попросил проведать одно место неподалеку отсюда – говорит, дошли слухи о перестрелке. Вот и пошел посмотреть. Как минимум, уже не зря.

Все это я говорил спокойно, с ноткой завышенной уверенности в себе – за несколько лет научился общаться с представителями «Искры». И в этот раз мой блеф сработал – незваные гости припустили стволы, думая, что делать дальше. Поэтому буду продолжать по-крупному.

- Ну-с, господа, забирайте. – я подтолкнул товарища к ним, не выпустив его из рук. – Я вам услугу оказал. Так что, ведите на допрос или куда там хотели. А мне надо дальше двигаться.

Я почувствовал ладонью, как Толя прифигел с такого поворота. Пришлось еще сильнее сжать пальцы на нем, надеясь, что он не разрушит легенду. «Искровики» же в свою очередь переглянулись.

- Никуда не уходи. – ответил один из них. Оба сделали пару шагов назад и начали перешептываться. Я сделал вид, будто вообще не слушаю их, но краем уха все равно улавливал суть разговора. Кажется, они сомневались по поводу дальнейших действий: один предлагал отвести «пойманного» на базу, второй что-то говорил про «задание» и выдвигал идею разделиться, однако первый не соглашался вести «пленника» в одиночку, допуская, что его может отбить «Отделение». Вроде бы, все идет по плану. Но чтобы напарник случайно этот план не разрушил, я прошептал ему:

- Молчи. Нас сейчас отпустят.

Наконец, двое наговорились всласть и вернулись к нам.

- Послушай, Влад. За то, что ты поймал диверсанта, мы тебе говорим спасибо. – не без легкой улыбки начал первый. – Но нам сейчас некогда вести его по назначению. Поэтому, не будешь ли ты так любезен, проводить его до ближайшего аванпоста?

Я изобразил недоумение:

- До ближайшего? Это до какого?

- Тут кафе около западного шоссе. На выезде из города. Предупредить их?

- Не нужно – меня там знают. – я задумчиво вздохнул. – А что мне за это будет?

Второй солдат передернул затвор и ответил:

- Мы тебе скажем большое спасибо. Понял?

- Понял, понял. Ладно.

Изобразив разочарование и повиновение, я снял с плеча свой автомат, толкнул его стволом спину напарника и скомандовал «Пошел!». Толя неспешно зашагал вперед, я зашагал следом с дистанцией в несколько шагов.

Прошло сорок секунд – идущий впереди продолжал покорно ступать по земле. Обернувшись назад, я убедился, что нас никто не видит, и сказал:

- Стой.

Парень послушался. Я закинул автомат на плечо и поравнялся с товарищем:

- Ну что, идем.

Но он явно не хотел двигаться дальше – на его лице читались ужас и удивление. Он хотел то ли расплакаться, то ли порвать меня на части. Поэтому пришлось снова взять инициативу в свои руки:

- Теперь понял, почему я не ношу форму «Отделения сорок четыре»? Понял, почему твой отец доверил тебя мне? Или ты хотел как-то по-другому разобраться с двумя профессиональными, вооруженными противниками?

Толя не сразу выдавил из себя слова:

- Что… что это было?

- Это называется инсценировкой, блефом – как угодно. Но самое подходящее определение случившемуся – я спас тебе жизнь. Так что, мы в расчете, разве нет?

Кажется, он все еще не понимал моего плана. Я осознавал, что это обсуждение отнимает драгоценные минуты, однако лучше потерять их на разговор, чем из-за недопониманий преждевременно лишиться членства в «Отделении».

- Ты правда собирался сдать меня?

- Нет, Анатолий. Иначе бы зачем я тебя сейчас отпустил? Это была постановка и только.

- Почему?

- Повторюсь: ты хотел как-то по-другому разобраться с двумя профессиональными, вооруженными противниками? Я выбрал самый оптимальный выход из ситуации. Как видишь, не зря.

- Но они тебя узнали. Ты коллаборационист, Влад! Ты предатель!

Последние слова он чуть не прокричал. Я не придумал ничего лучше, кроме как достать рацию, включить её и обратиться:

- Кирилл Вячеславович, будьте добры, объясните Анатолию, откуда у меня связи с «Революционной искрой».

- Влад, что у вас приключилось?

- Сейчас все нормально. Просто объясните ему, пожалуйста.

- Ладно, передай трубку.

Я протянул рацию. Толя с опаской принял ее.

- Отец? Прием?

- Толя, что с вами? Ты в порядке?

- Я в порядке. Пока что. – его голос дрожал. – Отец, чего я не знаю? Что ты должен мне сказать?

Наступила тишина на пару секунд.

- Толя. Влад – бывший «Искровик». Он несколько лет служил в рядах революционной ОПГ, прежде чем перебрался к нам.

- Но как?

- Он не был в этой фракции с самого начала. Еще в 1987 году Влад приехал сюда вместе с товарищем в поисках работы, но остался один. Когда в 1992 случилась революция, город окружили и заперли. Вот он и подался в «Революционную искру» с одной лишь целью - выжить. Не нужно его за это винить; он хоть и убивал, и разрушал, но никогда не поддерживал идеи повстанцев. Это просто безысходность, помноженная на войну. Тем более, что свою вину он давно загладил.

- Почему Влад сейчас с нами?

- В 1995-ом в группировке произошел раскол – командование сменилось. Тех, кто не присягнул на верность новому начальнику – некому Господину –, расстреливали. К счастью, Влад успел дезертировать в Южный район, прибрав с собой немного ценной информации. Там случайно пересекся с бойцом сопротивления. Вот и закрутилось. Последние два года он стабильно с нами.

Рация замолчала. Анатолий молчал. Я молчал. Время шло. А ситуация – нет.

- Толя? – снова зазвучало в руке парня.

- Да? – ответил парень и сразу продолжил. – Все понятно.

- Что у вас случилось?

Толя посмотрел на меня, будто ждал ответа. Я сохранял каменное лицо, тяжело вздыхая и глядя в глаза напарника.

- Все нормально. Влад спас мне жизнь.

- Где вы сейчас?

- Мы уже выбрались из бункера. Сейчас зайдем проверить одну точку и отправимся на базу.

- Я вас жду, сына.

- Спасибо, отец. Конец связи.

Парень вернул мне рацию, немного помялся и добавил:

- Почему же ты пошел в «Отделение», а не присягнул новому командованию?

В этой атмосфере искренности и трогательности я чуть не выложил всю свою подноготную. Однако вовремя спохватился и решил умолчать об истинных намерениях. Поэтому ответил несколько уклончиво:

- Как ты знаешь, в городе действует таинственная глушилка, из-за которой нельзя связаться с внешним миром, но можно поддерживать связь в зоне действия. Ее, вроде как, подключили правительственные военные, однако за столько времени «Революционная искра» так и не добилась успехов в устранении «купола». Я понял, что с ними ловить нечего, и просто ждал подходящего повода сбежать. А «Сорок четвертое»… Ну, просто под руку попалось, скажем так.

- И «искровики» тебя простили за дезертирство?

- Честно говоря, не знаю, как это назвать. Некоторые из тех, с кем был знаком, меня напрочь забыли. Другие помнят, кто я в принципе, но ничего из сопутствующих обстоятельств. Есть и те, кто меня вообще не знал. В любом случае, формировать связи пришлось почти с нуля, оказывая им мелкие услуги, потихоньку сотрудничая и прочее. Не так активно, как в период постоянного членства. Но, как ты уже убедился, иногда это очень сильно помогает.

- Понял. Все понял. Прости, что так отреагировал на твое…

- Все нормально. – отмахнулся я. – Пойдем уже. Мы и так слишком задержались.

До пункта назначения добирались скорым шагом. К счастью, никаких преград, кроме бурной растительности и поваленных деревьев нам не встретилось. Однако, когда мы приблизились к юго-западному шоссе, пришлось остановиться – неподалеку раздался звериный вой. Я знал, что это «Стая», но чего от нее сейчас ждать – непонятно. Поэтому мы просто отсидели в кустах несколько минут, будучи готовыми сорваться наутек. К счастью, этого не произошло – вой больше не повторялся, и вскоре мы продолжили путь.

Мои предположения оказались верны: пострадавшая от времени трансформаторная будка, на первый взгляд намекающая на довоенные планы провести еще одну линию электропередач, была целью нашего кратковременного похода. По крайней мере, стояла она там, где мы и предполагали. С одной из ее сторон обнаружилась дверка с навесным замком, который я без зазрения совести сбил. За ней находились непонятные мне устройства, провода и набор кнопок с цифрами.

- Разве подобные устройства не должны находиться на аванпостах или в более укреплённых местах? – поинтересовался новичок.

- Город наполнен всякими секретами военного характера – бункеры, подземные тоннели, узлы связи и прочее. Многие из них находятся, можно сказать, в свободном доступе, поскольку в нерабочем состоянии не представляют ценности.

- В смысле?

- Представь себе телефонную будку. В обычном состоянии она бесполезна и неинтересна. Но это до тех пор, пока ты не захочешь сделать с нее звонок. А не зная номера, ты все равно ничего не добьешься. Так что, смысл ее куда-то прятать?

- Кажется, понял. Хорошо. – продолжал Толя. - Когда я отправил данные, система вывела на экран шестизначный код. Думаю, это пароль для получения информации.

- Надеюсь, ты его запомнил?

Вместо ответа напарник подошел к расположенному оборудованию, немного повозился с запуском и под тихо звучащее гудение ввел комбинацию чисел. Будка еще немного погудела, прежде чем из нее полез лист бумаги с напечатанными сроками. Толя подхватил выдачу руками и начал вчитываться. В его глазах были серьезность и сосредоточенность, которая быстро сменились удивлением и незначительной радостью.

- Влад! Это же… Я понял!

- Что там такое?

- Смотри! – Толя всучил мне бумагу. – Эти люди в бункере действительно принадлежали «Искре». И они выяснили, как можно выбраться за периметр, минуя все эти заставы из солдат и артиллерии. Тут, правда, не говорится, как именно. Но «Искровики» уже сформировали экипаж для того, чтобы выбраться из города. И выбраться не глубже в область, где та же самая война, а за ее пределы! Понимаешь, это же наш шанс на спасение!

Парень едва сдерживал эмоции, чуть ли не крича от этой новости. Он вел себя так, будто война закончилась, а повстанцев уже отдали под суд. Однако речь идет всего лишь о способе выбраться из плотного полукольца армейского контингента, который никого не впускает и никого не выпускает. Именно это и беспокоит меня.

- Я знаю – надо передать документ моему отцу. – продолжал Толя мысли вслух. - Он внедрит агента, и тот выяснит все подробности этого способа эвакуации. Возможно, дальше придется его отвоевать. Но оно того стоит. Главное, что появился! Влад! – он снова обратился ко мне. – Тоже задумался? Пошли быстрее на базу.

Я не спешил – взвешивал все варианты «за» и «против». Картина вырисовывалась такой, что сейчас предстоит принять радикальное решение. Но я не спешил. Поэтому решил удостовериться.

- Это все данные, которые мы нашли в том бункере?

- Больше ничего система не выдала. Тут нужны более опытные программисты. Но даже то, что мы получили, неужели не повод для радости?

Я промолчал. Как бы сказать помягче?

- Знаешь, Толя. Пожалуй, я займусь этим вопросом сам. Все-таки, у меня связи в «Искре» - мне будет легче.

Он задумался.

- Хм, ты прав. Думаю, отец действительно назначит тебя на это дело. Надо будет ему подсказать. Хотя, уверен, он сам догадается.

Увы, но Кирилл Вячеславович точно не поручит мне это задание. Ведь у меня в работе уже есть электроподстанция с ее неизвестным гарнизоном. Это только усугубляет положение.

- Ну, чего стоим? – не унимался парень. – Пошли, альма-матер ждет.

- Ты иди. А я пойду сразу к «Искре» – попробую нарыть дополнительных сведений и навести справки.

На этом моменте Толя начал что-то подозревать. Поэтому тон его голоса изменился:

- Влад, но ведь субординация. Мы хоть и не военные, но все равно действуем по уставу. А просто так пуститься на задание – это самоволка, разве нет?

Я молчал. Старался не отводить взгляд, пытаясь подобрать менее резкие слова. А он продолжал:

- Давай хотя бы по рации свяжемся с командованием. Чтобы здесь же определиться с дальнейшими действиями.

- Нет. – ответил я. – Мы не будем ни с кем связываться.

- Почему?

Толя начал действительно беспокоиться. Точка невозврата пройдена. Чтобы бумажка не мозолила взгляд, я убрал ее в карман.

- Видишь ли, Анатолий. Ни твоему отцу, ни тебе я не сказал кое-что важное – и в «Искру», и в «Отделение» я вступал под одной причине. Дело в том, что мне наплевать. Меня не волнуют ценности повстанцев, захвативших этот город, я не поддерживал армию, пытавшуюся в первые месяцы уничтожить революционную группировку, и мне до лампочки интересы гражданского сопротивления в лице «Отделения сорок четыре». Я хочу лишь одного – выбраться отсюда. Побыстрее и подальше. А, как ты уже знаешь, я торчу в этом проклятом месте десять лет, половину из которых борюсь за выживание. К сожалению, несколько шансов спастись уже упущено. Но с этим я так легко не расстамся.

По глазам было видно, в каком ужасе пребывал Толя. Однако дело надо довести до конца. Поэтому я снял с плеча автомат и опустил флажок предохранителя. Напарник дрогнул.

- Влад… - со слезами начал он. – Если мы выясним, что это за способ эвакуации, ты ведь тоже сможешь спастись.

- Увы, твой отец этого не допустит. Он выведет только женщин, детей и прочих не боеспособных людей. А со всеми, кто еще может держать оружие в руках, он будет до последнего бороться с повстанцами, «Стаей» и прочим непотребством. Бесспорно, цель благородная. Но мне это благородство поперек горла.

Я направил ствол на товарища. Он уже едва сдерживал слезы.

- Если я оставлю тебя в живых, ты помешаешь моему шансу на спасение. Так что, выбор очевиден, понимаешь?

- Владислав… Я же Вам жизнь спас…

Знаю. Но…

- Мы в расчете, забыл?

Больше нечего сказать. Я нажал на спуск.

Я не услышал выстрела, не почувствовал отдачи. Даже в глубине души не ощутил, что сделал что-то скотское или правильное. Полное безразличие к произошедшему. Но этим трупом я поставил точку на дальнейшем сотрудничестве с «Отделением». Да и больно нужно – справлюсь своими силами. Как и всегда.

Оставив тело и трансформатор, я отправился в обратном направлении. Надо добраться до аванпоста «Искры» и попробовать выяснить насчет этой эвакуации. По любому потребуют за сведения что-то стоящее, так что придется попотеть.

Я вышел на шоссе. Правда, не в том месте, где мы пересекали его полчаса назад, а немного западнее – у автомобильной колонны, давно брошенной гражданскими попытками спастись. Слева от нее, ближе к городу, наблюдается плотное, невысокое движение. Похоже на «Стаю», но проверять не хочу. Надо обойти ее, не привлекая лишнего…

- Эй, вы! – раздался громкий голос справа. - Можете помочь?

Я обернулся; по дороге шел некто, облаченный в форму «Искры». Но где оружие? И что это за легкомысленная походка, будто он на прогулку вышел?

Тут что-то не чисто. Нужно незаметно подкрасться к нему и выяснить, кто он такой. Если он действительно «искровик» - такая находка с лихвой оплатит мой интерес к возможности остаться в живых.