Платформа справа

- Пролог -

Поезд был прекрасен... Совершенство внешних линий и триумф технологий внутри. Казалось он сошёл в нашу реальность из самых смелых фантазий фантастических фильмов. Форма состава напоминала иглу, что, по замыслу конструктора, должно было облегчить прокалывание туннелей подземки. В отличии от старых моделей, которые были скорее похожи на поршни внутри шприца. Композитный корпус ещё не был осквернён фирменными цветами метрополитена и тускло фосфоресцировал белой грунтовкой...

В депо началась ночная смена. То тут, то там взвизгивала болгарка, сыпались искры и слышался треск электросварки. Мужчина медленно поднялся по небольшой приставной лестнице и вошёл в последнюю дверь вагона. Он не спешил, он осматривал. Намётанный глаз замечал каждую мелочь - вот на стыке поручней недостаточно заполировали шов, а вот с одного из информационных экранов не до конца сняли защитную плёнку. Он тут же машинально отклеил мозоливший глаза кусочек, но мусорить не стал, а спрятал его в карман осеннего пальто. Мужчина присел на сидение, поёрзал на нем, проверяя удобство, потом достал телефон и подключил его к одному из встроенных в поручни разъёмов зарядки. Экран моргнул, показывая процент зарядки. И тут тоже все было в порядке.

Мужчина волновался. Завтра предстояло последнее приемо-сдаточное испытание состава - проекта, которому он посвятил последние десять лет своей жизни. Своему детищу, в которое вложил больше, чем просто средства инвесторов и свою репутацию. Этот поезд должен был изменить все, и всех...

Мимолётом глянув на часы он поднялся и продолжил свой путь к началу состава. Поезд имел свободный проход от начала и до конца - модная схема без деления на вагоны. Секции поезда соединялись гармошками, рядом были оборудованы места для велосипедов или колясок. Каждые десять метров были установлены информационные экраны, на которых показывался маршрут поезда, текущая и следующая станции и ещё много другой полезной и не очень информации. Система кондиционирования работала исправно и автоматически подстраивалась под количество народу в составе - комфорт для пассажиров один из ключевых параметров в современной действительности. Пассажиру должно быть комфортно даже в часы пик. Пассажир должен влюбиться в это поезд, должен радоваться, когда он прибывает на станцию.

Поезд подошел к концу... Осталось только кабина машиниста, которую мужчина оставил на последок. Тесное помещение, спереди почти все было застеклено, что носило скорее чисто декоративную функцию - состав был обвешан камерами, количество которых было просто фантастическим. Это давало полный обзор обстановки вокруг, внутри, сверху и даже снизу. Органов управления в кабине было по минимуму, никаких рядов кнопок, тумблеров или рычагов. Самые современные это позволяли. Мужчина ещё раз оглянулся, улыбнулся, вышел обратно и захлопнул дверь кабины.

Кабины, в которой отсутствовало кресло Машиниста...

- 1 -

Я люблю свой Город. И дело даже не в патриотизме, и не в том, что я тут родился и вырос. Просто в Москве каждый может найти своё место. Для кого-то это тишина спальных районов, кто-то в восторге от спокойных улочек центра, где даже в часы пик не шумно и почти нет машин. Другие предпочитают «человейники» Жулебино и Новой Москвы. Кому-то нравится атмосфера Крылатских холмов, где в низине можно испить воды из святого источника. И, даже «рабочие кварталы» - Капотня и Некрасовка, найдут своего почитателя. Мы, со всеми своими радостями и горестями, часть огромного мегаполиса, может не самая лучшая, но без нас не было бы духа и души этого города, а без Города не было бы нас...

И Город знает это. И всегда отвечает взаимностью на любовь. Отвечает как умеет - прекрасными закатами на смотровой площадке Воробьевых гор, зелёными коридорами улиц по дороге домой в часы пик, минимальным временем ожидания трамвая при пересадке и ещё многими другими, иногда почти не заметными, вещами.

Я как-то читал в одной книжке, что у каждого города есть своя аура, которая и определяет его характер и характер его жителей. Тот, кто бывал в Питере меня поймёт. Не знаю, правда это или нет, но иногда я очень чётко ощущаю за спиной незримое присутствие чего-то огромного, дышащего теплотой и спокойствием.

Вот и сегодня, по дороге на встречу, я явно ощущал, что Город на моей стороне. Майский вечер среды был тёплым и ясным. Дороги почти освободились от машин, и путь до пересечения Алтуфьевского шоссе и улицы Хачатуряна занял у меня не более тридцати пяти минут. Припарковав машину на дублёре, я поднялся на второй этаж Чайханы №1 - именно тут мы договорились встретиться с Феликсом. Хостес спросила имя брони, и тут же поспешила предупредить, что меня уже ожидают. Меня проводили на открытую веранду - погода позволяла. Феликс поднялся мне навстречу и широко улыбнулся...

Честно говоря, я прилично набрался... Ещё не до такой степени, чтобы не стоять на ногах, но язык уже работал почти без тормозов. Сегодня я выбрал пиво, а вот Феликс напротив, не стал изменять крепким напиткам. Он предпочитал виски, причём не самый дешёвый.

- Фел, - я осёкся, глядя как он слегка нахмурился - он очень не любил, когда его имя сокращали. - прости, дружище. Я до сих пор ничего так и не понял... Ответов до сих пор нет... Зачем это все? Блин, прости, я уже начинаю повторятся.

- Саша, я тем более не знаю, - он смотрел куда-то в сторону через бокал.

- Я вот думал - стану машинистом и станет понятно. А я, как говорит «Восьмёрка», только вожу составы...

- «Восьмёрка»? -

- Да, зовут его так. На самом деле их два брата - «Тройка» и «Восьмёрка». Я о них рассказывал давно - это они вышли на меня и просили разобраться в том кризисе. -

- Странные имена... - сказал Феликс.

- Там странная история. Они детдомовские, отказники. Кажется задержка в развитии, а может ещё что-то. Они всегда вместе и почти не разговаривают ни с кем. Но они машинисты... Как они вообще допуск получили? Меня перед выпуском так гоняли, что вспоминать страшно, да еще потом полгода под присмотром на маршруты выходил. Остальные тоже ничего не знают. Напрямую я не спрашивал - сам понимаешь, но хоть какие-то намёки же должны быть. А может дело в том, что я ныряльщик, который стал машинистом? Не знаю...

- А ты ходил в погружение после инцидента? - спросил Феликс.

- Нет, - ответил я. - Честно говоря как-то даже и не думал об этом...

- Интересно... - тихо произнёс Феликс. - попробовать не хочешь? -

- Страшно. Не знаю, но чувствую, что не надо. -

- Ладно, ладно, - Феликс развёл руками. - Настаивать не буду.

Мы замолчали. Принесли очередное блюдо и мы отвлеклись на еду. Время бежало незаметно, за окном окончательно стемнело и на улицах расцвела иллюминация - фонари, вывески и фары машин. Я невольно залюбовался этим калейдоскопом.

- Саш, ты где витаешь? - вывел меня из созерцания вопрос друга.

- Да, вот залюбовался что-то, - ответил я, немного смутившись.

- А может бросишь это? Вернёшься к старым занятиям, фирму я на тебя обратно отпишу, да и сотрудники там все старые остались - хорошая команда. Они точно будут рады. -

- Не могу. И объяснить почему, тоже не могу. Как-будто не отпускает что-то... -

Когда два года назад я принял решение пойти в Машинисты, я передал свой налаженный бизнес Феликсу и попросил позаботится о нем. Друг не подвёл - контора по сей день процветает и приносит хороший доход. Феликс, кстати, всё-таки умудрился втихаря не убирать меня из учредителей и регулярно выплачивал часть доходов от бизнеса. Необходимости в средствах у меня не было, но у Феликса обострённое чувство справедливости, поэтому пришлось смириться.

С тех пор я ни разу не осмелился уйти в погружение...

- Скажи, а ты ощущаешь, когда кто-то уходит в погружение на твоём маршруте? - спросил Феликс.

- Я просто веду состав. - с сарказмом ответил я. - да в том-то и дело, что ничего, я даже не знаю - погружается кто-то на маршруте или нет. Вообще ничего, ноль ощущений. Ощущение полной безвыходности! Уж прости, накипело! Мы часть этой системы, ну ты-то точно, про себя уже и не знаю. Почему мы должны быть слепыми проводниками чего-то замысла? Да, наши метания в разные стороны в итоге оставляют реальность в хаосе и равновесии. А для чего? Кому это надо? Смысл? -

- Костя, - пробормотал Феликс. - Ты говоришь как он... Помнишь, что ты ему отвечал? -

- Помню, - я отвёл взгляд. - Какая разница? Работает - не трожь. А теперь вот понимаю, что не прав...

Я сделал знак официанту повторить пиво. Феликс, отличающийся чувством меры и благоразумием, не стал препятствовать, и, даже, бровью не повёл. Наверное понимал, что мне надо выплеснуть все это наболевшее негодование.

- Скажи, а ты за последние два года ощутил какие-то изменения? - спросил я, отхлебнув из бокала.

- Сложно сказать, наверное нет... - Феликс слегка призадумался. - Могу только сказать, что количество погружений не изменилось. Я стараюсь держать постоянную клиентскую базу и мне вполне хватает. В теории можно конечно брать ещё заказы, но боюсь мне физически не хватит времени на все. -

- Да, понимаю... -

- Хотя... Вот ты спросил про изменения... Не уверен, но есть что-то такое смутное и еле уловимое... Не могу точно описать, наверное просто перестал обращать на это ощущение внимание. Как предчувствие что-ли... -

- Интересно - пробормотал я. - Ты знаешь, а у меня вообще никаких ощущений не осталось после. Как будто что-то отрезали от меня. Может это расплата за мою любознательность? -

- Не знаю, не знаю... - ответил Феликс.

- А ты никогда не задумывался, почему у тебя этот дар? - спросил я. - Ведь согласись, вы ныряльщики все очень разный народ. Возьми хотя бы тебя и Стрельницкую - вы же совершенно разные, абсолютно ничего общего. Ты, кстати, слышал про нее что-нибудь? -

- Нет, мне она не интересна от слова совсем. Но думаю, что для неё ничего не изменилось. По прежнему решает свои мелкие личные проблемы через погружения. Прям вот уверен. -

- И тут нет ответов... - тяжело вздохнул я. - Ну ладно, нам не дано понять зачем это все, но мы даже не знаем - почему мы. Или тоже скажешь, что это не важно? -

- Саша, ты прав. - он немного придвинулся к столу. - Мироздание, или что там на самом деле, сделало нас инструментами для поддержания порядка или для хранения равновесия - выбери, что тебе больше по нраву. Мне не то чтобы по нраву такая роль, но и ничего против я не имею. Это ведь идёт на пользу всем - и людям, и реальности. Молотку не свойственно задавать вопросы, почему он молоток и зачем им забивают гвозди. -

- Мы инструменты... - я снова глотнул пива. - Обидно. -

- Ну почему? - Феликс приподнял брови. - Молоток - полезная штука. -

- Да, только для того, кто держит его в руках. Но никто не спрашивает мнения молотка. -

Феликс расхохотался. Искренне. Я несколько секунд смотрел на него - а после тоже присоединился. Наверное он представил себе молоток, взявшийся рассуждать о своём существовании и его смысле. Мы отсмеялись, а потом ещё на некоторое время отвлеклись на еду.

Я огляделся по сторонам, зал был почти пуст, что не удивительно - засиделись мы до поздна. Но ресторан ещё не закрывался, а вечер был тёплый и спокойный. Торопится, ну по крайней мере мне, было некуда. Смена была только после завтра, поэтому я вполне мог себе позволить просидеть до полуночи. Что касается Феликса, то ему судя по всему тоже некуда было торопиться. Ибо, как гласит народная мудрость - начальство не опаздывает, оно задерживается.

Веранда была на втором этаже, поэтому улица хорошо просматривалась. Я задумчиво смотрел в даль, а в голове был маленький хаос из мыслей и шума от алкоголя. Приводить это в порядок не было никакой возможности и, главное, желания. По шоссе проехал поздний автобус, в салоне которого почти не было пассажиров. Только на переднем сидении, почти у самого места водителя сидели двое. Сначала я не обратил на них особого внимания, но потом что-то зацепило мой взгляд. Я повернул голову, провожая автобус, и, в этот момент, пассажиры обернулись...

- Твою дивизию! - я выскочил из-за стола и пробежал до края веранды.

- Эй, Саш, хорош чудить. - Феликс приобнял меня за плечи и мягко направил назад за стол. - Не пугай народ. -

- Слушай, или я уже совсем нарезался, или там в автобусе были Тройка с Восьмёркой. - я немного ошарашенный присел обратно на стул. - Нет, ну это уже ни в какие ворота... -

- Да успокойся ты уже. - Феликс добавил в голос стали. - Глотни вот лучше, переведи дух. -

- Ох, да... - я наконец-то оторвался от бокала. - И впрямь, что-то я погорячился. -

- Сильно тебя эта ситуация зацепила. - задумчиво сказал он. - Нервы ни к черту. Слушай, реально, может тебе стоит отдохнуть, ну там в отпуск сходить или больничный возьми. -

- Да какое там. - отмахнулся я.

- Я серьёзно. По тебе же видно, как ты изнутри выгораешь из-за своих заморочек. -

- Ты еще меня к психологу отправь. - криво усмехнулся я.

- Ага, только ты считаешь, что настоящему мужику все это не к лицу, да? -

Я смутился и снова посмотрел на улицу. Надо немного успокоится. Что-то и впрямь я перенервничал.

Мы просидели до закрытия. Минут за двадцать до полуночи официант сообщил нам, что заведение закрывается. Мы попросили крепкий кофе и счёт. Как обычно взялись спорить, кто закрывает счёт, как обычно не нашли согласия и доверили дело случаю - подбросили монетку. Сегодня повезло мне.

Как я добрался до дома, я уже помнил смутно. О том, чтобы ехать на машине не было и речи. Вроде Феликс вызвал такси и сопроводил меня до подъезда. Подождал, пока в моих окнах не загорится свет и потом уехал.

Я небрежно скинул обувь в коридоре, убирать её не было ни сил, ни желания. Крепко шатаясь добрался до балкона и упал в кресло. Потом с кряхтением открыл окно и на лоджию ворвался уже прохладный воздух. Меня немного мутило от выпитого. Понимая, что делаю глупость, я нащупал на столике пачку сигарет и зажигалку. Да-да в последнее время я скатился до банального курения. Кое-как достал сухими губами из пачки сигарету, прикурил...

Сразу после первой затяжки меня повело. В голове был раздрай, на душе паршиво. Борясь с накатывающей дурнотой, я с трудом подвинул к себе пепельницу. Хоть тут мозгов хватило - а то до пожара не далеко. Последнее, что я помню - как сделал ещё несколько затяжек, потом совсем уже на «морально волевых» затушил сигарету - вроде бы даже в пепельнице и провалился на фоне пришедших «вертолётов» в забытье - сном это назвать было нельзя. Расплата за сегодняшний вечер будет только завтра.