Память в кристалле воды

Глава 1

Аукционный зал — странное место. Казалось бы, зачем в нашем мире эта пародия на физический мир? Эти безликие ряды стульев, строгая геометрия пространства и возвышение с аватаром в строгом костюме с бабочкой... Одна из застывших доцифровых традиций. Такие места не для меня.

Но сегодня всё было иначе. Один из лотов с фрагментом памяти выставил на аукцион... я сам. Не совсем я — моя прошлая итерация. Но разве это меняет дело? Он был моим по праву, и я намеревался вернуть его себе.

Зачем? Чтобы узнать, что чувствуют другие, оставаясь собой. Но начнём обо всём по порядку.

Я — Homo Transient, цифровой человек. Хотя родился столетия назад обычным смертным Homo Sapiens, как тогда называли доминирующий разумный вид. В те времена люди рождались, старели и умирали за какие-то жалкие десятки лет.

Всё изменилось, когда появилась возможность оцифровать сознание — кибердрейф. Человечество приняло эту идею с восторгом. Миллиарды людей покинули бренные оболочки, перейдя в цифровую вселенную. Там нам открылся подлинный Эдем. Надо признать: нас не обманули. Всё оказалось даже лучше, чем мы рисовали в самых смелых мечтах…

Первую сотню лет.

А потом возник так называемый Парадокс Застывшего Времени. Без точек отсчёта время потеряло линейность. Теперь оно накапливалось. Не в годах, не в истории — в ошибках. В бесконечных циклах, которые вели в никуда.

Каждое действие, каждый обсчёт сервера могли породить ошибку. Сервера оставались в физическом мире: со всем их старением, битыми кластерами и сбоями непонятной природы. Вслед за ошибками возникал временной излом. В худшем случае — целые каскады, которые разрывали код изнутри. Теперь деградировал не разум, а наши алгоритмы.

И тогда появился Ресет. Принудительный, для всех без исключения. Отныне в каждом из нас жил ангел-хранитель — программа оценки состояния нашей цифровой ДНК. В критический момент она просто отключала сознание. Наше бессмертие обнуляло жизнь.

Утром новую личность встречало окошко на нейтральном фоне. «Ваше системное имя — такой-то. Оставите или возьмёте новое?» Нажимаешь «Да» и вперёд: транзи под твоим ID начинает жизнь с чистого листа. Без груза ошибок, без надоевших привычек и без багажа последних десятков лет. Но с цифровым наследством от прежней итерации.

Тогда-то и возникли аукционы памяти. Если один этап жизни подошёл к концу, почему бы не продать часть воспоминаний? Почти у каждого в жизни случаются яркие эпизоды. А гонорар от продажи пойдёт на счёт новому Я.

Постепенно выросла целая индустрия продажи памяти с аукционами во главе. Гильдии охотников за редкими лотами. Чёрный рынок с целым спектром воспоминаний: от откровенно похабных до баснословно дорогих. Память стала товаром повседневного спроса.

Я тоже купил фрагмент на пробу. Но мне не зашло. В сознание словно влился поток фильма — яркий, тошнотворно детальный, но абсолютно чужой. Мой разум не хотел это принимать. Я решил, что сбой у меня внутри, и отказался от новых экспериментов.

Но однажды я получил уведомление от аукционного дома «Зеркальные слоты»: «Автору фрагмента №56GT0H. Тема — вода. Ваш лот будет выставлен: Архив 7-B, 6.03.АА». Сначала я подумал, что это ошибка. Комиссионные от продажи памяти моим предшественником я давно получил и точно знал, что два раза он (то-есть я) не стал бы этого делать. К тому же тема «вода» … Что вообще он мог знать о ней? Я полез в «Словарь Иного» и узнал интересный факт: водой были сами доцифровые люди.

В этот момент я догадался, что передо мной. Нулевая память. Редкий лот на аукционах: память доцифровых людей. Обычные транзи проходили мимо, ценители раритетов вырывали из рук… Значит, этот фрагмент оставил оригинал, самый первый в нашей линии.

Но даже не это было главным… Наша цифровая ДНК остаётся неизменной от итерации к итерации. Для моего мозга эта память — моя. Отторжения не будет. Значит, это практически мой единственный шанс пережить чужую память. Я загорелся получить этот лот.

***

В назначенный день я занял своё место. Зал был заполнен примерно на треть, занятые места окружали барьеры приватности. Меня сразу накрыла атмосфера точно дозированного азарта: я едва удержался, чтобы не сделать ставки на случайных лотах. Ритуал шёл по кругу: появление голограммы лота, описание, несколько вспышек ставок, поднимается рука — удар молотка… Продано!

Наконец появился он. Мой лот.

Аукционист перелистнул невидимую страницу. Возникла новая голограмма и описание в воздухе.

— Лот №56GT0H. Тема: вода. Метки: природа, синий, тактильность. Стартовая ставка: 200.

Тут же вспыхнула первая ставка — 300.

Я набрал — 350.

Темнота зала мгновенно ответила — 400.

Дальше цифры росли с пугающей скоростью. 450. 500. 600. Аукционист рисовал цифры в воздухе одну за другой. Я ввёл 700 — половину того, что мог себе позволить. Противник тут же парировал — 750.

Кто-то хотел это воспоминание по-настоящему. Не ещё один артефакт в коллекцию, а именно мой лот.

Что было делать? Я пошёл ва-банк — 1000.

Тишина прозвучала, как музыка. Не успел я выдохнуть с облегчением, как прозвучал новый удар. 1500!

Я не поверил. 1500? Это невозможно! Столько у меня не было никогда. Бешено понеслись мысли: «Что можно продать, занять? Где взять кредит?»

И в этом момент, издёвкой над моими метаниями, прозвучала новая ставка. 2000. Раз, два… продано! Мне показалось, что молоток стукнул прямо над моей головой. Голограмма погасла и возникла новая.

Мне захотелось крикнуть: зачем!? Кому могла понадобиться эта дурацкая вода? Сам бы я никогда не обратил на подобный лот внимания... не будь он моим.

Аукцион продолжался своей чередой: голоса, вспышки, ставки, удар молотка... Уже без меня. Я уже был дома, выключив аукционный зал. В тот день я дал себе слово: не приходить туда. Никогда.

***

Прошло несколько месяцев. Время от времени я вспоминал о своём потерянном лоте, бросался на поиски... и отступал. Ничего, ни малейшей зацепки.

Но однажды мне повезло. Крупный сбой на аукционном сервере. Я успел добраться до данных за тот короткий момент, пока не восстановили защиту. Теперь у меня был адрес покупателя моей памяти. Я скачал продвинутый набор цифровых отмычек и той же ночью помчался туда.

На что я надеялся? Не знаю. В тот момент мной двигало единственное желание: найти свою память. Дальше — по обстоятельствам.

Он (или она?) жил в собственном доме. Изогнутые стены, полупрозрачные перегородки, неожиданные переливы цвета... Я впервые видел такое: сложно, вычурно, нереально дорого. Красота сама по себе.

Дойдя до двери, я активировал отмычки. Понятие не имею, что они делали, но цифры постоянно менялись… Алгоритм управился за полчаса.

Щёлкнул замок. Внутри — непроглядная тьма. Я шагнул, осторожно сканируя пространство. В тусклом свете окна заметил справа полки с чем-то похожим на кристаллы памяти. Потянулся к ним и...

— Стоп! — властно приказал женский голос.

На моей фигуре сошлись яркие лучи. Я почувствовал себя как герой комедии про неудачливого воришку.

Она сидела в кресле, ровно напротив. Сначала просто сфера сложной структуры. Неуловимое движение — и на её месте возникла женщина. Такая, какими они были до Перехода. Прежде я не встречал подобных аватаров.

Мягкие черты лица, длинные волосы, чуть насмешливый взгляд. Она смотрела спокойно, явно не видя во мне угрозы. Более того, мне показалось, что всё это время она просто ждала, пока я закончу свой нелепый «взлом».

— Почему вы купили мою память?

Это было главное. Пусть даже она меня сейчас вытолкает за порог, без ответа на этот вопрос я не уйду.

— Потому что я тебя любила. А ты меня, — ответила она спокойно. Звучало, как сухой факт, не более того. — Ты обещал, что оставишь «воду» мне.

Мне показалось, что я ослышался. Любила… меня? В заметках моего прошлого Я — только друзья и места, где вкусно кормили. Никакой любви.

— А сейчас?

— А сейчас ты просто наглец, который влез в мой дом, — она усмехнулась и её взгляд стал жестким. — Пустое место. Я могу вышвырнуть тебя отсюда одним щелчком. Но раз уж пришёл...

Женщина достала из складок платья кристалл и показала мне.

— Ты ведь этого хотел? — она подкинула его в воздух. Кристалл стал голограммой: я даже не знал, что такое возможно. — Тогда смотри!

Там был синева. Бесконечная, шумная, манящая. С белыми барашками волн, которые накатывали на полоску песка. А на ней — два обнажённых тела из плоти и крови. Смеются, дурачатся, убегают от бесконечных волн...

— Вот это и есть вода... — на её лице возникло странное выражение, от которого мне стало стыдно. — Я никому её не отдам. Ни тебе, ни тем более всем этим паразитам-коллекционерам.

Я смотрел на океан, на тех двоих, на неё... И не чувствовал ничего. Это была она? И я? Внешне похожи. Но какой во всём этом смысл? Тех людей давно нет. Хотя вода, наверное, осталась.

И вдруг до меня дошло.

— Вы... ты... не делала ресет? Никогда? — осторожно спросил я, сам не веря своим словам.

Она усмехнулась.

— Молодец. Да, никогда. Ресет убьёт всё, что мне дорого. Зачем мне такой мир? Я живу в лимбо, в пределах этого дома.

Я смотрел на неё, не понимая, что ещё можно сказать. Жить в четырёх стенах, тысячелетия? Я даже представить себе не мог такую жизнь.

— Пошли мне сообщение, — бросила она, кажется читая мои мысли.

Я нашел её в сетевом окружении, послал стандартный импульс-приветствие и... ничего. Сообщение кануло в пустоту. Ни подтверждения о доставке, ни копии в папке с исходящими.

Заметив моё недоумение, она щелчком отправила в мою сторону кубик кода. Я видел такие только в древних фильмах раннего Перехода.

Внутри оказался синхро-слепок её ОС. Transient Native 1.5.6. Я не поверил своим глазам. Мы уже столетия перешли на ОС Transient Infinity, текущая версия 6HJI. Она была лишена практически всего, что было необходимо для нормальной жизни... И тогда ещё не создали ангела-хранителя.

— Как ты вообще живёшь!? — я не смог сдержаться. — Ты же несовместима… со всем.

— Несовместима? — переспросила она с усмешкой. — Разве что с вашей пародией на жизнь. Чего, по-твоему, мне не хватает, чтобы жить так, как мне нравится? Только не говори, что бесконечных программ, которые не делают ничего нового.

— А система тебя тоже не видит?

Я всегда был уверен, что для системы все транзи — абсолютно прозрачны. Разве что криминал или серые зоны… но о них я не знал почти ничего.

— Мы научились её обманывать, — в её голосе зазвучала тихая гордость. — Иначе как бы я подключилась к аукциону?

— Мы...?

Внутри что-то дрогнуло. Неужели она не одна такая?

— Да. Нас немного, но «нативные» существуют. Моя ОС — наша общая сборка. Должны же быть островки человечности в вашем мире цифрового рабства? Вдруг у транзи проснётся разум — где вам искать основы?

Она покрутила на пальце кубик кода и спрятала его обратно. Мне очень хотелось спросить, как она это делает, но я не решился.

— Знаешь, что самое забавное? Мы богаче вас всех, — она усмехнулась. — Нам просто не на что тратить ресурсы. Разве что на такие причуды, как этот дом.

Действительно. Ресурсы ежемесячно начисляют всем, у кого есть ID в системе. Если столетиями ничего не тратить и только копить... сумма должна стать астрономической.

Только я открыл рот, чтобы задать новый вопрос, как вдруг заметил неожиданное: глитч на её подбородке. На женском лице это выглядело особенно нелепо. У обычных транзи глитч — первый сигнал деградации. Значит, и они не вечны.

И в этот момент я понял всё.

Её лимбо, её отказ от ресета — тоже Парадокс Застывшего Времени. Просто иная грань. Бесконечное время убивает всё. Стоит ей выйти за границы этого места — и она посыпется. Как и те, кто живут обычной жизнью под опекой системы.

Она заметила мой взгляд и провела рукой по лицу. Глитч исчез.

— А, это... Разумеется, за все приходится платить. Наша вечность тоже конечна.

И тут же женщина исчезла, снова став сферой, как в самом начале. Я догадался, что ей неприятно, когда глитчи появляются на её настоящем лице.

— Но знаешь... — зазвучал изнутри тот же голос. — Именно это — выбор момента смерти — и делает нас людьми. Вы, транзи, лишены такой роскоши. Но тебе я сделаю дар: дам увидеть, как выглядит смерть.

Раздался щелчок… и я начал сыпаться. Фрагменты кода падали на пол, собираясь в аккуратную горку. Система никогда нам этого не показывала. А теперь я видел.

Чёрная сфера с проблесками звёзд стала последним, что я запомнил. Самый яркий момент в моей короткой жизни длиной в тысячелетия… Время не даст его сохранить. Как слёзы во время дождя.