Орхидея

Глава 1

Монотонный гул, растекаясь насыщенным киселем, заполнил пространство каюты космического корабля.

Дэя подошла к иллюминатору и пошатнулась. Перед ее взором в своем безмолвном величии простиралась Земля. Подобно драгоценному камню, она сияла и переливалась особенным блеском, отчего в области, где некогда покоилось живое сердце, сладко защемило. Ее взгляд жадно хватался за каждый материк, каждое облачко, так, словно не сделай она этого — давно бы погибла. Отчасти это было правдой: в наказание за дерзость, ее истерзанное тело пустили на опыты. Никого не интересовали ни протесты общественности, ни ее собственное несогласие. Такова была воля Совета. Однажды она его подвела, и теперь приходилось платить по счетам.

В спешном порядке ее бунтарский дух облекли в холодные доспехи из биометалла. От нее прежней остался мозг и способность чувствовать.

Со стороны она мало чем отличалась от человека — живой взгляд и свежий цвет лица. Как утверждали разработчики — робот обязан походить на человека. Железная коробка не способна вселить надежду в погрязший в войнах и грязи народ. Необходимо возвыситься над тщетой сущего и, наконец, в полной мере осознать, что единственный выход из ада — другие миры космоса.

Пусть они далеки и враждебны. Не страшно. Главное, идти к цели, сквозь ядовитые и колючие тернии, изо всех сил тянуться к звездам, чтобы среди них обрести новый дом. Никогда не поздно начать все сначала.

Дэя разозлилась.

В глубине души она понимала, что ее не заботит будущее человечества. Как показывает история, любая цивилизация, какой бы развитой она ни была, неизбежно встречает свой закат на полях сражений. Люди в большинстве своем своенравны и несговорчивы. Они не задумываются к чему может привести их эгоизм и безобразное отношение к себе подобным и собственному дому. Вот и Земля, венец Солнечной системы, как будто в подтверждение ее мыслям одиноко взирала на нее. Что бы ни творили бренные сосуды из плоти в ее владениях, она навсегда останется непокоренной. Природные катаклизмы рано или поздно сделают свое дело и обратят кровожадные полчища в прах. В то, из чего они однажды появились.

***

Дэю известили о цели миссии уже на борту. Ей и еще нескольким роботам предстояло долететь до спутника Сатурна Титана, где, по вычислениям ученых, вполне можно было бы возводить колонии для людей.

Корабль представлял собой длинный, вытянутый струной корпус, по бокам которого расположились 5 округлых блоков. Корпус имел бугристую поверхность, состоящую из сплетений ребристых полос внахлест. Создавалось впечатление, будто то особенная бронированная чешуя в хризолитовых тонах. Сами сферические блоки так же имели отличительный окрас лавандового цвета.

В самом деле, корабль напоминал изящный цветок орхидеи.

У одного из закругленных концов продолговатой основы корабля, глубоко внутри, полыхал ионный плазменный двигатель. Ускоренные разряженные частицы, вылетая из двигателя, создавали тягу. Эти процессы заставляли конструкцию лететь дальше и дальше, сокращая внушительные расстояния до спутника Сатурна.

Вместе с ними, на космическом корабле «Орхидея» находилось много техники для бурения, заготовки каркасов для жилых блоков, станций снабжения, даже запасы продовольствия — все было продумано до мелочей.

Прогнозы были благоприятные. Едва бы нашелся предсказатель, который бы утверждал обратное. Сами звезды освещали путь первой механической «космической птичке», дерзнувшей попасть в неизведанные прежде обширные пространства ледяной синевы космоса.

***

«Орхидея» бороздила космические просторы второй месяц.

Корабль миновал Марс, ловко преодолев опасный пояс астероидов, как когда-то и «Вояджер». Гигантский красный шар вскоре остался позади.

Все это время Дэя следила за тем, чтобы траектория полета не смещалась. По необходимости она корректировала курс, связывалась с центром на Земле, ремонтировала техническое оснащение, ухаживала за растениями в «зеленом» блоке корабля и, пока никто не видел, украдкой глядела в иллюминатор, предаваясь тяжелым думам. Это единственное, чем она могла себя отвлечь.

Там, на Земле, остались ее близкие. К ее ужасу, они так и не узнали, что она жива, пусть и в ином воплощении. К сожалению, контракт, который ее вынудили подписать под страхом смерти за близких, требовал полнейшей конфиденциальности. Никто не ведал о первом наделенном человеческим сознанием роботе. Люди продолжали думать, что это обновленная, доведенная до совершенства, версия нейросети. Ее назвали Дэя. Только, как бы она ни старалась, откликаться на прозвище получалось через раз. За это она получала выговоры.

— Дэя, пройдите в технический отсек. — Продиктовал механический голос компьютера.

Не без труда она отвлеклась от размышлений и отправилась выполнять приказ.

Кабина буквально утопала в технике. Повсюду, насколько хватало глаз, неоновыми огоньками мерцали сплетения из проводов, переходников и микросхем. Едва оказавшись внутри, она заметила, как одна из панелей закоротила. Механические руки потянулись к ящику с инструментами. Привычными движениями она устраняла поломку, сверяясь с приборами. Спустя несколько минут, работа была завершена.

Она размяла пальцы. Неприятные ощущения инородности царапнули по ее биомеханическому сердцу. Бутафория.

***

Первые часы после операции навсегда отпечатались на изнанке ее сознания. Она слышала размеренный писк аппаратов жизнеобеспечения, ловила затуманенным взором блики искусственного освещения, пыталась пошевелить конечностями.

Моментально ощутила мерзкую инородность.

Ее некогда сильные ноги превратились в нечто непонятное. Приподнявшись на кушетке, Александра взглянула на них и вскрикнула. Цвет кожи отличался, как и размеры. Ее прошиб внутренний озноб. Она лихорадочно рассматривала свои руки, плечи, грудь, живот и не понимала, куда делась прежняя она. Паника нарастала. Александра слезла с кушетки и подбежала к единственному зеркалу в палате. Бесчисленное количество трубок беспомощно осталось лежать позади.

Отражение в зеркале ее добило. Уничтожило последнюю искру надежды, робко теплящуюся где-то на задворках разума.

На нее взирало совершено другое существо.

Она вглядывалась в правильные черты лица, большие синие глаза, короткие темные волосы, но мозг отказывался верить в истинность увиденного.

Оптическая иллюзия. Обман.

Бросив беспомощный взгляд на дверь, она решила выйти. Длинный узкий коридор наградил ее противным холодом.

Она никого не видела, только эхо шагов выдавало наличие персонала. Ей не хотелось никого видеть, потому она забежала в первый попавшийся кабинет. Это была подсобка, нашпигованная инструментами и хозяйственными предметами.

Первая мысль озарением снизошла на неё в тот миг. Она порывисто кинулась к ящику и, нащупав отвертку, уселась на пол. Вытянула перед собой левую руку. Хрупкая, с бледной, благородного оттенка кожей, рука выглядела практически идеальной. Но что же скрывалось за этим совершенством?

Затаив дыхание, Александра со всей силы полоснула острием отвертки по руке. Каково было ее удивление, когда ни единой капли крови не пролилось из пореза, да и слишком легко разрезалась эта прекрасная кожа. Она отбросила отвертку в дальний угол и пальцами правой руки прощупывала внутренности. Странное желе соприкоснулось с подушечками ее пальцев. Подавляя приступ дурноты, она раздвинула желе и обнаружила хитросплетения неоновых проводов. В горле застыл крик.

— Твою м... Что они со мной сделали?

За дверью послышалась возня, а после раздались возбужденные человеческие голоса.

Александра не обращала внимания. Все ее существо, казалось, сосредоточилось на проклятой чужеродной руке.

Она не чувствовала боли. Она не чувствовала рук, которые грубо схватили ее и куда-то настойчиво волокли.

Ее мироощущение схлопнулось. До самых краев она наполнилась безразличной вязкой тишиной.

— За порчу имущества вам выговор, Александра Витальевна, — раздраженно высказал мужчина в белом халате.

Она непонимающе посмотрела на него.

— Я требую объяснений! Что вы со мной сделали?

— Первого в истории человеческого робота, что же еще? — равнодушно сказал он.

— Но этого не было в контракте! — процедила она.

— Вам напомнить о вашем проступке?

Мужчина, как ни в чем не бывало, углубился в изучение документов.

Александра теряла терпение. Поддавшись клокочущему негодованию и злости, она схватилась за край его стола и сильно сжала. Посередине стола образовалась трещина.

Мужчина в халате нахмурился. Но уже через мгновение задумчиво улыбнулся.

— Мы совсем не зафиксировали динамику. Моторика прекрасно работает!

Александре не понравился его ответ, поэтому она надавила сильнее. Стол сломался пополам. Увесистые паки и монитор рухнули на кафельный пол.

— Потрясающе! — воскликнул он. Не реагируя на злость Александры, он поспешил связаться с коллегами и охраной. Вскоре в кабинете возникли двое крепких мужчин в синей форме. Они молча поволокли ее в палату. А чтобы она особо не сопротивлялась — оглушили аналогом электрошокера. Единственная его разница с обыкновенным — особый электромагнитный разряд. Он лишал робота воли на несколько часов.

Эти несколько часов, однако, показались Александре безрадостной пыткой вечности. Она, временно лишенная способности двигаться, не нашла себе другого занятия кроме погружения в омуты воспоминаний.

Подумать только, всего лишь два месяца назад она увлеченно следила за последними космическими открытиями в сети. Как раз тогда один из самых больших рефлекторных телескопов мира в астрофизической обсерватории, расположенной в Карачаево-Черкеской республике, зафиксировал любопытные процессы на поверхности спутника Сатурна Титана. Прежде никому не доводилось познать тайны, какие скрывались за плотной взвесью его облаков. Много говорили про водные океаны. Но, как не раз замечала Александра, океаны приписывали чуть ли не каждой планете или спутнику, сколь-нибудь похожим на Землю, как будто вода — распространенное явление в космосе. На деле же вода — редкий и ценный ресурс. С каждым годом ее качество на Земле неумолимо ухудшалось и вместо того, чтобы придумать как научиться ее очищать, многие причастные упрямо обращались к другим кускам из материи в космическом пространстве.

На сей раз им повезло. Так, в облачной пелене Титана зафиксировали масштабную серию необыкновенных электрических разрядов, до боли напоминающих молнии. Откуда они взялись и какова их природа, разумеется, никто не имел понятия.

Но открытие в самом деле потрясающее. Тем скорее следовало достроить разработанный для миссии на Титан корабль и заодно исследовать невероятное явление. Тратить время на запуск зондов не имело смысла. Не смотря на относительный технический прогресс, государства сходили с ума, атакуя друг друга, словно разъяренные изголодавшиеся звери. Обстановка накалялась с каждым днем.

Среди этого хаоса простые люди пытались выжить как могли. Примыкали друг к другу, создавая группировки так называемых противников системы. Они ратовали за прекращение войн, за ослабление контроля и давления Совета, а еще нередко торговали запрещенными чипами. Стоит внедрить такой в затылок, и ты сам незаметно для себя приобретешь глубокие познания в науке и технике. Превратишься в лучшую версию себя. Обновишься покруче любого смартфона. Естественно никому не выгодно иметь огромное количество просвященных людей. Таким во что бы то ни стало захочется разрушить прежние устои.

Когда же подобных группировок стало слишком много, вышел закон, запрещающий каким-либо образом контактировать с ними и помогать. Несоблюдение закона каралось в лучшем случае смертельной инъекцией. В худшем — такого человека могли запереть в лаборатории и ставить над ним ужасающие опыты.

Так случилось и с Александрой.

Однажды она рискнула помочь и попалась. Но, вспоминая о лучшем друге детства, она снова и снова убеждалась в том, что не смогла бы поступить иначе. Кем бы она себя чувствовала после этого? К тому же, Виктор не раз помогал ее болеющему отцу. Больше никого у нее не было. Кто, кроме Виктора, стал бы пробираться на запретную территорию склада с медикаментами, рискуя жизнью, чтобы найти чертовы антибиотики. Редчайшие, между прочим. Такие не дала бы ни одна больница. Проще, пожалуй, было бы нарисовать их на листке и, подключая воображение, представить как они магическим образом уничтожают болезнь.

О нет, вовек бы никто этого не сделал. Узнать бы еще, что в итоге случилось с ее другом. Единственное, о чем она знала — он сбежал из камеры. Дальнейшие его следы терялись.

Наконец, оцепенение отпустило ее новое тело.

Александра села на кушетке и облокотилась о стену.

В кабинете появился уже знакомый мужчина в белом халате.

Невозмутимым тоном он сказал:

— Пора бы вам отбросить воспоминания о прежней жизни. Ее больше нет. Теперь вас зовут Дэя и ваша главная задача — спасти человечество. Через месяц вы отправляетесь в космос.

— Идите к черту, — глухо ответила она.

— Что, простите? — тонкие губы сжались в невысказанном презрении. Мужчина медленно поправил сползшие очки

— К чёрту! Вас заждались.

Он ничего не ответил. Зато громче всяких слов оказался еще один электромагнитный разряд «электрошокера».

***

Как бы ей того не хотелось, но пришлось подчиниться. Дэя перестала возражать и спорить. Только кивала и выполняла то, что от нее требовали.

Вот и сейчас, в «зеленом» отсеке она добросовестно подвязывала растения. Следила, чтобы подача воды происходила своевременно, а искусственное освещение давало то количество света, какое необходимо для их роста. Чужеродные пальцы задержались на одном из листков цитрусового карликового дерева. Совсем скоро оно даст апельсины, ее некогда любимое лакомство. Оранжевые и сладкие. Жаль она больше никогда не почувствует их вкуса.

— Зачем было оставлять мне чувства? Была бы бесстрастным роботом и работала бы себе спокойно, — бормотала она. До этого плавные, заботливые движения рук становились жестче и резче.

— В самом деле прекрасные творения.

Она круто развернулась.

Перед ней с лейкой в руках стоял Э8911 или, как она сама его прозвала, Эво.

— Растениями занимаюсь я.

Она смирила его взглядом полным глухой ненависти. Дэя ненавидела роботов, особенно тех, кто летел вместе с ней.

— Дэя, я хотел помочь. — Жалобно сказал он.

Она немного смягчилась. По правде говоря, Дэя не совсем ненавидела Эво. Пожалуй, он был единственным роботом на корабле, который проявлял к ней участие и своеобразную заботу.

— Плохой день? — осторожно спросил он.

Ей стало немного совестно.

— Бывает, — прошептала она, — ладно. Помогай раз пришел. Я в техническом.

Лицо Эво озарила улыбка. Он с энтузиазмом принялся за работу.

В техническом отделе Дэя проверила отремонтированную накануне панель. Затем сверила траекторию.

Что-то было не так.

— Запрашиваю центр.

Компьютер незамедлительно установил соединение с Землей.

— Дэя, что-то случилось? Ваш звонок внеплановый.

— Траектория сместилась на несколько тысяч километров, — доложила она без лишних церемоний.

— То есть?

— Я сверяю со старыми данными. Два часа назад траектория была верна. Сейчас мы летим черт знает куда.

— Срочно перешлите данные.

— Высылаю.

Пришлось ждать несколько минут.

— Должно быть это сбой. Вызывайте других роботов. Проверьте приборы снаружи.

Дэя выругалась про себя. На ее фарфоровом лице, однако, не отразилось и тени недовольства.

— Принято.

В срочном порядке о возможной поломке навигационной системы было доложено остальным членам команды.

Выйти наружу согласился Д303.

Ему прозвищ Дэя не давала.

Он облачился в защитный скафандр — из какого бы прочного материала они бы ни были созданы, враждебную среду космоса никто не отменял.

Через пять минут он был уже у блока навигации.

— Схема прогорела и погнулась.

— Черт! — разозлилась Дэя. Сейчас все они были на капитанском мостике. Там же была система связи и бортовые компьютеры.

— Почему компьютер не доложил? 003, отчет.

Это был специальный код на случай непредвиденных сбоев. Компьютер не продиктовал ничего нового.

— Так, не будем тратить время. Замени и возвращайся.

Вскоре поломка была устранена, и Дэя занялась корректированием траектории. В целом, ее можно было исправить.

Однако знала бы она и все остальные о том, что техника выходила из строя не просто так. Кто-то или что-то определенно не желал завершения миссии.

Как бы то ни было, не без проблем они достигли орбиты Титана.

Второй по величине спутник солнечной системы находился в миллионе километров от Сатурна, но это не мешало мощным приливным силам влиять на его атмосферу. На Титане, как и на Земле, сменялись времена года, веяли ветра, текли реки.

Гигантский газовый гигант со сложной системой колец виднелся вдали. Наверняка на небесах Титана газовый гигант смотрится потрясающе.

Дэя восторженно наблюдала за этим таинственным порождением космоса.

— Я первый человеческий робот, узревший Титан воочию. Нереально! — изумилась она, проводя ладонью по поверхности иллюминатора.

— Дэя? — прошептал Эво.

Она мысленно прокляла себя за длинный язык.

— Ты... Ты тоже была человеком? — со странной дрожью в голосе спросил Эво.

— В смысле тоже? — опешила она — Только не говори, что ты...

— Могу не говорить, — обиделся он, — только правда от этого не изменится. Так что мы первые человеческие роботы, увидевшие Титан воочию.

— Еще и подслушивает! — она чуть было не накинулась на него.

Дэю остановила внезапная догадка.

— Остальные тоже люди?

— Насколько мне известно, нет. Но, может, скрывают, — он склонил голову.

— К чему эти игры и тайны? Рано или поздно все бы вышло наружу.

— Просчитались, — он пристально взглянул на нее и пожал плечами. В искусственных карих глазах появился странный блеск. Возможно ли это?

***

Прежде чем приземлиться на поверхность Титана в специальной капсуле, были проведены дополнительные исследования.

Все это время Дэя безуспешно изгоняла мысли о новом открытии — на борту «Орхидеи» есть еще один человеческий робот. Эво же продолжал вести себя в той же манере, что прежде. Одни лишь глаза, печально смотрящие из-под густых ресниц, выдавали его истинное состояние.

— Итак, Титан — крупнейший спутник Сатурна. Диаметр 5152 км. Атмосфера состоит из 98% азота и небольшого количества метана. Давление в 1,5 раза больше земного. Температура поверхности достигает -180 градусов Цельсия. Судя по ранним исследованиям, Титан обладает плотной атмосферой. Его поверхность скрыта облаками и оранжево-желтой толиновой дымкой. По этой причине долгое время невозможно было подробно рассмотреть многие особенности ландшафта. Данных «Гюйгенса» оказалось недостаточно. Зато сейчас мы имеем совершенно прекрасный обзор, — Дэя завороженно пересматривала снимки спутника.

— Что по необычным «грозовым» явлениям? — спросил Д303.

— На снимках в инфракрасном диапозоне действительно заметна странная иллюминация.

— То есть это не молнии? — удивился Эво.

— Несомненно похоже на привычные нам разряды молний. На первый взгляд. Их природу мы сможем исследовать только когда высадимся недалеко от «Мохини» в области песчаных дюн.

— Когда выдвигаемся? — подал голос один из роботов команды АМ05.

— Через 3 дня. Остались последние приготовления.

И Дэя закончила совещание. По решению центра ее кандидатуру на роль капитана одобрили как раз тогда, когда они пролетали Юпитер. До этого распоряжение отдавал сам центр. Однако, чем дальше от Земли удалялся корабль, тем труднее было устанавливать связь. К тому же, Дэя прошла проверку на прочность и у центра больше не осталось сомнений в ее добросовестности. Отчасти Дэю утешала роль капитана «Орхидеи». Роботы роботами, но контроль им так же необходим. Особенно Эво.

Она украдкой взглянула на него: высокий и широкоплечий, с темными волосами и загадочными карими глазами, он приковывал к себе взор. Раньше она не замечала за собой интерес, какой вызывал у нее этот человеческий робот. Теперь, узнав его тайну, Дэю не покидало ощущение, что она где-то встречалась с ним, точнее с его человеческой версией. Почему он упорно скрывал свое происхождение? Ему тоже приказали? Тогда каким образом он справлялся с непокорной бурей чувств? Они обрушиваются мгновенно, как лавина, накрывая с головой. Как будто ты вновь переживаешь переходный возраст.

Гадкое время.

Дэя отправилась проверять снаряжение.

По плану на Титан первыми спускались она и Д303. Если посадка пройдет успешно, то

Эво и АМ05 отправят еще 3 капсулы с необходимым для колонии оборудованием. После они так же приземлятся на поверхность.

Казалось бы, незамысловатый план.

Но кое-что вновь произошло.

На второй день перед отбытием, Дэя неожиданно получила сообщение. Первая мысль — центр. Наверняка важные новости или дополнительные указания. Но, каково же было ее смятение, когда она, находясь за миллионы километров от родной Земли, услышала до щемящей боли знакомый голос. Это был Виктор.

Непостижимым образом он смог не только передать послание, что само по себе немыслимо, но и позаботиться о том, чтобы услышала его именно Дэя.

— Сашка, привет. Времени мало. Я сильно рискую, отправляя тебе эту запись. Но, прошу, послушай меня предельно внимательно. Центр врет. На Земле произошла серия ядерных взрывов. Экосистема планеты на последнем издыхании. Цивилизация практически разрушена. Те, кто успел спастись, сидят как крысы в бункерах, — не выдержав, он усмехнулся на записи.

—Да, я тоже стал крысой. Но, в отличие от них, хочу поведать тебе правду. Они убили твоего отца. Мне очень жаль...

Дэя вцепилась пальцами в когда-то раненую левую руку. Надавила. Послушался треск.

— Убили, св*** и теперь хотят, чтоб ты продолжала выполнять миссию, потому что по сути им некуда деваться, — выдохнул он.

— Саш... Не помогай им. Если ты что-то найдешь, прошу, не помогай. Они уничтожат и Титан, и любую другую планету, какая попадется им на пути. Им плевать. Плевать на всех. Они как зараза. Если ты что-то найдешь, то лучше помоги спасти горстку тех, кто не такие как они. Не такие как Совет... — он неожиданно прервался. Затем выругался.

— Я скинул координаты. Конец связи.

— Витя! — пискнула Дэя и зажала рот руками. Если бы она могла выплакать ту боль, что в одночасье обрушилась на нее, как громадная каменная глыба, она бы залила слезами весь отсек. Горечь настолько поглотила ее, что не хватало воздуха. Хотя, по сути, ее новому телу не нужен был кислород, пусть грудная клетка и имитировала дыхательные движения.

Но ей действительно не хватало кислорода. То желе и газ, какими было начинено ее тело, не считая микросхем и сотен проводов, не приносил облегчения. Хотелось дышать как человек.

Оставив левую руку в покое, она схватилась за горло. Впилась в фарфоровую кожу пальцами, вдавливая ее внутрь. Потом, обезумев от горя, она проделала то же самое и другой рукой. Ошметки желе и проводов посыпались на металлическую обшивку. Она жаждала выдернуть из себя все чужеродное, что отделяло ее от нее прежней. Александры. Саши. Той, кем она была на протяжении 27 лет. Ей было нестерпимо оставаться собственной тенью.

— Какое к черту человечество? Какой совет! Больше ничего не осталось. Ничего, кроме...

Она резко остановилась. Растерзанная шея в свете ламп смотрелась особенно зловеще: разорванные провода, утратившие неоновое свечение, антрацитовыми змеями свисали со всех сторон. Остатки желе постепенно таяли и стекали по спецодежде.

Впрочем, ее это не заботило. Единственное, о чем она действительно переживала в тот момент — как спасти выживших людей. Спасти Витю.

Нужно саботировать высадку на Титан и обезвредить остальных роботов.

Она придумает как это сделать. Обязательно придумает.