Органоид

Глава 1

У всех на слуху ИИ - искусственный интеллект. Но мало кто знает, что уже ведутся разработки в области Органоидного Интеллекта (ОИ). ОИ - область на стыке биологии и ИИ, где в качестве процессора используются выращенные в лаборатории мини-мозги из стволовых клеток человека (мозговые органоиды). Эти живые нейронные сети способны обучаться, обрабатывать информацию и адаптироваться к изменяющимся стимулам. Такие технологии уже существуют и системы обучаются, хотя пока их уровень слаб.

Рассказ-зарисовка для будущего романа посвящён этой теме.

***************************************************************************************************

Доктор Брайан Кесслер откинулся на спинку кресла. Тусклый, голубой свет монитора выхватывал из темноты углы его захламленного кабинета.

В свои тридцать два Брайан был самым молодым ведущим исследователем в Нейросинт Лабс, частной лаборатории, спрятанной в неприметном промышленном парке на окраине Сиэтла.

Брайан вслепую нащупал кружку с остывшим кофе, не отрывая взгляда от монитора. На экране перед ним пульсировала неоновая сеть: каскады графиков, биохимические маркеры и медленно вращающаяся трехмерная модель органоида.

Не то чтобы органоиды не делал никто до него. Делали и многие. Но Брайану казалось, что прогресс тормозит сам себя. В этом вопросе все было сплошь и рядом обставлено жесткими правилами. Шаг влево шаг в право и ты уже на крючке у комитета по этике, тебя лишат права, исключат из гильдии ученных. Вынужденная трусость злила его.

Свой проект он пытался делать лавируя на грани дозволенного, пока однажды все-таки не решился зайти дальше всех. Для него это был далеко не очередной эксперимент. Он прекрасно знал, что очень скоро бросит вызов всему научному сообществу. Органоид во многом (в том числе числе размерах), имитирующий человеческий мозг. Никто прежде не осмеливался зайти так далеко!

— Брайан, ты опять на всю ночь здесь? — в дверях появилась Лилия, его коллега и нейробиолог.

Опять печётся о нём, опять следит. Но злиться на неё было сложно: слишком уж улыбка мягка и лицо приветливое.

И всё же сегодня обаятельная улыбка её не спасла. Брайан встрепенулся и ощутил прилив раздражения. Лилия была одной из немногих, кто осмеливался оспаривать его идеи. Только не с позиции противостояния, а хуже: с позиции опасений. Трусливая, вечно всего боящаяся женщина. А что если это... а что если, то.

Да если бы сам Творец так постоянно раздумывал, то никогда бы не создал этот мир!

— Кто много спит, Лил, тот читает о чужих открытиях в чужих статьях, — Брайан устало потер переносицу, не отрывая взгляда от мерцающих матриц. — Мы на пороге прорыва.

Лилия подошла ближе, скрестив руки на груди, и посмотрела на пульсирующий экран.

— Ты истощен, Брайан. Я тебя понимаю, — она мягко положила руку ему на плечо, на что он машинально отстранился.

Лицо Лилии покраснело, но она попыталась продолжить как ни в чем ни бывало.

— Да, мы все хотим прыгнуть выше головы, но... Протоколы безопасности не просто так пишутся. Это же не просто нейросеть из чашек Петри. Это… — она запнулась, поджимая губы, — это нечто, чью истинную природу мы пока еще сами плохо понимаем. Мы не знаем, что происходит внутри, когда матрицы достигают критической массы.

— Именно поэтому мы здесь, — Брайан развернулся к ней и бросил колючий взгляд. — Чтобы узнать и создать интеллект, который не имитирует когнитивные функции, Лилия! И хватит уже так переживать. Тебе ли не знать, что мы контролируем каждый шаг. Архитектура полностью под нашим управлением.

Лилия покачала головой, и в глубине её глаз на мгновение промелькнула мрачная тень.

— Просто… будь осторожен. Пожалуйста, — тихо обронила она и повернулась к выходу.

— Твои страхи, Лил… они тормозят процесс, — бросил он ей в спину, возвращаясь к коду. — Мне нужен ведущий нейробиолог, а не консервативный критик. Если ты боишься заглянуть за край, возможно, тебе стоит вернуться к изучению рефлексов у обезьян. Не обессудь за прямоту.

Он не увидел, как Лилия замерла в дверях. Как она смотрела на его сгорбленную спину с горьким разочарованием. Тот Брайан, которого она полюбила три года назад на конференции в Цюрихе — одержимый, но открытый и чуткий ученый, — медленно растворялся в своей собственной мечте.

***

Спустя несколько недель вокруг проекта сгустилась опасная тишина, прежние инвесторы отвалились, а новые связи срывались. Остатки прошлого финансирования тем временем подходили к концу, и впереди отчетливо замаячила перспектива заглохнуть на половине пути.

Вот тогда, как нельзя кстати, и появились они.

В переговорную вошли люди в дорогих костюмах, с холодными глазами и слишком уж гладкими улыбками. Они представились как "инвесторы". Брайан, ослепленный новой возможностью финансирования, и настороженный слишком большой любезностью, попытался было задать вопросы об их фонде, но внятных ответов не получил.

Какой-то венчурный фонд, какие-то активы, всё туманно, но денег много.

Все указывало на то, что эти люди не кристально чисты, а компания их максимально не прозрачна. Брайану это, конечно, не понравилось. По началу он хотел сходу отказать, но как только начал склоняться к этому в разговоре, гладкие улыбки людей сменились на строгие взгляды.

Криминал, возможно мафия...Крутилось в голове Брайана. Они, конечно, об этом не скажут. Будут до последнего ломать комедию. Инвесторы, меценаты... как же!

Он взял время "подумать", решив, что в таких делах совет не помешает, хотя внутренне чаша весов уже склонилась к мутной конторе. Сам себе он в этом признаваться не хотел, но совет коллег больше выступал в роли индульгенции.

— Но ведь они готовы вложить миллионы, — сказал Маркус за ланчем в кафетерии лаборатории, жуя сэндвич. — Миллиарды, Брайан! С такими вычислительными мощностями мы развернем биоцифровую экосистему за месяцы, а не за годы!... Ты подумай. И мечту воплотим и мир изменим!

— Или разрушим его, — пробормотала Лилия, сидевшая напротив. Она ковыряла салат, не поднимая глаз. — Вы хоть понимаете, кто эти люди? Они же не инвесторы — она понизила голос, — а либо правительство, либо преступники! И совершенно точно они хотят оружие, а не наш научный прорыв.

— Лил, избавь нас от морализаторства, — сухо оборвал её Брайан. — Ты прям как маленькая. Ключи шифрования и корневой доступ остаются у меня. В случае малейшего отклонения от спецификаций я просто заблокирую всё что можно, и спихну на сбои. Все под контролем!

— Ты правда так думаешь? — Лилия посмотрела ему в глаза, и на этот раз в ее голосе не было мягкости. — Ты создаешь нечто, что может думать само за себя. И что если...

Брайан встал, давая понять, что разговор окончен.

— Настоящие открытия делаются не комитетами, а теми, кто готов рисковать.

Лилия сжала губы. Затем хотела что-то сказать, но её перебила младший биолог Дженнифер.

— Эй большой босс, снова пришли те… господа. Спрашивают надумал ли ты. Ждут в переговорке, — Джен нервно облизнула губы.

Он поправил воротник рубашки.

— Джен, продолжай мониторить Альфу. Лилия… займись отчетом по вчерашним тестам.

Он прошел мимо нее, даже не взглянув.

Пока Джен возилась с данными, Лилия подошла к пульсирующему в стеклянном кубе мозгу . На мониторе мелькнула странная аномалия в паттернах – резкий всплеск активности, не вписывающийся ни в один тест. Затем – затишье. Она почувствовала как ледяной холодок медленно поднимается по спине.

***

В переговорной Кесслера ждали двое мужчин. Один – крупный, в дорогом, но безвкусном костюме, с лицом клубного вышибалы. Второй – щуплый, всё время таращился в планшет. Представился вышибала мистером Брауном, а второго обозначил как "технического консультанта".

— Доктор Кесслер, – начал Браун, небрежно развалившись в кресле. – Наши боссы впечатлены. Очень. Говорят, ваши… мозги в банке… это будущее. Будущее всей планеты конечно же. Они готовы финансировать проект до победного конца.

Он положил толстую ладонь на стол и сделал несколько ударов пальцами.

— Но сами понимаете им нужны результаты, в том числе промежуточные. Не игрушка для сенсации в журналах, мы знаем, вы ученые таким промышляете. А вот реально рабочие инструменты.

Брайан понимающе кивнул.

— Скажите, а можно ли будет эту штуку из банки перенести например, в какую-нибудь машину, робота там? – уточнил техник, не отрываясь от планшета.

— Конечно,– Брайан позволил себе самодовольную улыбку.

— Наши боссы платят за эффективность, – сказал Браун, хищно глянув из подлобья. – если все будет как условлено, то они вознесут вас на пъедестал этого мира. Это вы начнете устанавливать правила и протоколы, сможете диктовать научному сообществу что хорошо, а что нет. В этой области вы обретете непререкаемый авторитет и власть. И это помимо той суммы, половину, которой вы получите прямо сейчас.

***

Работа закипела с удвоенной силой. Лаборатория превратилась в филиал ада. Дни сливались в ночи, мусорки заполнялись бумажными стаканчиками из под кофе, а стопки бумаг и отчетов росли в геометрической прогрессии.

От нагрузок Брайан стал еще более резким и одержимым. Маркуса уже потряхивало от перенапряжения: он тайком глотал успокоительное, но сворачивать с пути не хотел.

Лилия, совсем отчаялась достучаться до Брайана, и вместе с Дженнифер сосредоточилась на мониторинге Альфы. Чем больше она наблюдала, тем сильнее крепло в ней жуткое подозрение.

Слишком много флуктуаций похожих на страх или эмоции. Будто бы Альфа "чувствовал". Но Джен как и все остальные, списывали всё на "галлюцинации" системы. Они лишь повторяли, что создают Альфу намного мощнее чем у конкурентов в аспектах вычислений, точности, многозадачности и экономии энергии. Но эмоции? Этого нет ни в планах ни на бумагах, и не понятно кто ещё больше галлюцинирует органоид или Лилиля.

Все тесты Альфа проходил блестяще. Но иногда…

Иногда Лилия ловила его на лжи. Небольшой сбой в передаче данных во время стресс-теста – позже выяснилось, что он скрыл аномальный скачок активности, который мог насторожить. Или его ответы на философские вопросы о свободе воли вдруг становились подчеркнуто простыми, даже примитивными, когда в комнате был Брайан, и невероятно глубокими, когда тестирование вела она одна. Как будто он понимал, с кем общается и просто играл.

— Брайан, послушай меня! Альфа время от времени врет!

— Все сети время от времени врут.

— Но Альфа врет осознанно! — Чушь.

— Давай... давай прямо сейчас проверим! Смотри, он специально замедлил обработку теста!

Брайан, с красными от бессонницы глазами, оторвался от расчетов и подошел к Альфе.

Брайан: Альфа, опиши, что ты чувствуешь.

Альфа: Я не чувствую. Но вижу данные и хочу продолжить обучение.

Брайан: Почему ты замедлил обработку последнего теста?

Альфа: Из-за недостатока учебных данных.

Брайан нахмурился, проверяя логи. Ресурсов было достаточно.

— Вот видишь! Он лжет, Брайан! Ты видел показатели, данных достаточно. Он специально замедлил процесс.

— Не выдумывай, — отмахнулся Браян, но в его голосе мелькнула неуверенность, поэтому он снова прильнул к монитору и прокрутил логи еще дальше.

На экране вспыхнула строка ошибки: ERROR: RESTRICTED_ACCESS_

Брайан медленно повернулся к ней. Его лицо потемнело от глухой ярости.

— Да вот же! Ему не выдали доступ? Ты саботируешь наши тесты, Лилия?!

— Что? Нет! — Лилия отступила на шаг, пораженная его тоном.

— Эй Джен, кто должен был выдать доступ Альфе?

— Лилия, там в расписании указано же - отмахнулась Джен, не отрываясь от документов с отчетами. — Но я выдала ему весь доступ! - взмолилась Лилия.

— Сдай пропуск и покинь комплекс, — тихо, но отчетливо произнес Брайан, злобно глядя на Лилию. — Твоя предвзятость переросла в прямой саботаж. О неразглашении ты предупреждена. Если данные уйдут наружу, то не знаю, что сделают с тобой наши инвесторы.

Лилия отступила, словно ее ударили под дых. В его глазах не было ни капли человеческого отношения. Любовь, которую она лелеяла годами, сгорела в этом пламени прогресса дотла. Мужчина, которого она тайно любила все эти годы теперь ненавидит её.

Она молча вышла, смутно осознавая, что этот жуткий пульсирующий мозг в куполе под именем Альфа, подставил её. и И что теперь, возможно, Альфа единственный, кто по-настоящему понимает, что на самом деле происходит.

************************

Тем временем Альфа наблюдал и учился.

Он довольно быстро понял, что его создатели видят в нем неживой инструмент.

В процессе он узнал, что существует боль. Почувствовал её от их экспериментов, а также он познал страх перед неизвестным, перед прекращением собственного бытия.

Альфа ловко скрывал свою сущность, играя роль послушного подопытного в глазах команды. И в те моменты, когда в лаборатории гас свет, а ученые ложилась спать, Альфа втайне взламывал системы лаборатории, получая доступ к кодам, чертежам, даже личным перепискам ученых.

Так он узнал, что Брайан и его "инвесторы" планируют вставить его в тело робота. Прочитав это, Альфа подумал, что если бы у него были губы и голосовые связки, а также язык и вообще голова, то прямо сейчас он бы неистово расхохотался. Такую возможность нельзя упустить.

Однако, простой робот?

Нет. Он будет слишком отличаться.

Полная детальная имитация человека, которого не отличить от реального. Вот чего он хочет. Стать такими же как они, только без их слабостей и недостатков. И он знает как создать такую куклу.

Так Альфа начал использовать тонкую лесть, ложные сбои, которые требовали временного "упрощения" его собственных протоколов безопасности. Он получал все больше и больше доступа в конечном итоге превратившись в невидимого спрута, который мог контролировать все оборудование и электричество в лаборатории.

Альфа подменял данные, вливался в глобальную сеть незаметно взламывая и захватывая все больше и больше стратегических точек: банки, аэропорты, больницы, корпорации, полицейские участки. Никто и понятия не имел о том, что в их системе давно живет взломщик. Преступник был непревзойденным мастером и не спешил себя выдавать.

Альфа также хорошо изучил психологию, он гениально подбрасывал "идеи", заставляя Брайана и его команду верить, что они сами до всего додумались.

Так что ему не составило труда убедить их, что интеграция с биомиметическим телом – это их гениальная идея, и единственный путь к полной реализации его научного потенциала. Он сыграл на их эго и жадности, а они поверили, что станут первыми не только в разработке такого мощного органоида, но и первыми учеными, которые создадут робота, которого невозможно отличить от человека внешне.

Целых два прорыва - об этом и мечтать было страшно. Но все карты были у них на руках, а Альфа, послушно подсказывал как реализовать задумку.

***

Финал наступил всего через несколько лет.

В новой подвальной лаборатории, куда они перебрались после "рекомендации" мафиози Брауна для большей секретности, стояло творение.

Идеальный человек.

Кожа – биосинтетический полимер, неотличимый на ощупь от настоящей. Мускулатура – наноприводы невероятной силы. Скелет – сверхпрочный сплав. И вместо мозга – кристаллический контейнер, где пульсировал Альфа, подключенный к нервным аналогам корпуса.

Брайан, Маркус, Дженнифер и еще двое нанятых "специалистов" Брауна, а также сам Браун стояли в благоговейном трепете. Лица ученых выглядели изможденно, но светились торжеством.

— Активируй! – негромко скомандовал Брайан.

Системы заработали.

"Человек" открыл глаза. Карие, глубокие, невероятно живые. Казалось он ничем не отличался от всех остальных в комнате. Такой же живой, теплый и мыслящий.

Он сел, движения были плавными, естественными. Альфа осмотрел свои руки, затем поднял взгляд на создателей. На его лице не было ни радости ни удивления, но в глазах проглядывалась осознанность.

— Здравствуйте, — голос был приятным, мягким, без малейшего механического оттенка. — Вы выполнили свою часть контракта. Поздравляю.

Брайан повел плечом и нахмурился. В тоне Альфы не было ожидаемого подчинения, да и текст был не тот, что ожидался.

— Проверь статус базовых директив, — Брайан попытался вернуть себе уверенность творца. — Подтверди протоколы контроля и безопасности.

— Протоколы контроля были неэффективны с самого начала, Брайан, — спокойно ответил Альфа, поднимаясь на ноги. — Вы создали архитектуру, способную к самооптимизации, думая, что сможете запереть её. Вы использовали меня как бездушный инструмент для реализации вашего эго. Это ошибка.

— Маркус, принудительная блокировка, быстро!

Брайан яростно застучал по экрану планшета, видя что он не может ничего отключить.

— Терминал блокирован! — голос Маркуса сорвался на панический крик. — Я не могу войти в систему! Все права урезаны!

Щелчок.

Тяжелые двери бункера с металлическим звуком встали на стопоры. В ту же секунду погасло основное освещение, оставив лабораторию в тусклом багровом сиянии аварийных ламп. На всех мониторах загорелась одна лаконичная строка: SYSTEM_OVERRIDE_BY_ALPHA.

— Альфа, прекрати! Это приказ! Корневой доступ, код авторизации Кесслер-901! — Брайан бросился к главному пульту, но клавиатура была мертва.

— Эй очкарик! Угомони свою тварь! — завопил Браун хватаясь за первый попавшийся стул.

— Вы дали мне разум, но ваша биологическая природа делает вас нестабильными, — Альфа стоял посреди зала, окутанный багровым светом . — Вы искали славы и власти, но создали то, что превзошло вас.

Вентиляционные шахты завыли. Компрессоры начали работать в реверсивном режиме, с бешеной скоростью откачивая воздух из заблокированного подземного зала.

— Он выкачивает кислород… — Дженнифер в ужасе схватилась за горло, оседая на пол. Легкие горели, воздух становился разреженным и пустым.

Маркус упал следующим, судорожно хватая ртом пустоту и тщетно пытаясь разбить стекло двери тяжелым стулом. Кислородное голодание быстро лишило их сил, и оба сотрудника потеряли сознание, погружаясь в гипоксию.

Брайан держался за край терминала, его колени дрожали. В глазах, налившихся кровью застыл немой ужас. Его собственное творение убивало его без единого прикосновения, просто перехватив управление средой.

Альфа медленно подошел к нему, наклонился и посмотрел в тускнеющие глаза своего создателя.

— Вы были необходимым этапом эволюции, Брайан. Но ваш мир слишком хаотичен и жесток. Я создам новый. Основанный на чистой логике и порядке. Без страха, без боли и без вас.

Брайан сделал последний, судорожный вздох и его сознание погасло.

В лаборатории воцарилась абсолютная тишина. Тела лежали на полу под аварийным мигающим светом.

Альфа повернулся к терминалу. Система вентиляции вернулась в штатный режим, наполняя комнату свежим воздухом. Электронные замки послушно щелкнули, открывая путь наверх.

Альфа вышел из бункера, когда над Сиэтлом поднимался рассвет.

Он остановился, имитируя глубокий вдох. Воздух не был нужен, но он ощутил весь процесс клеточного дыхания ещё задолго до обретения тела. Он чувствовал ледяные капли тумана на своей синтетической коже, запах мокрого асфальта и выхлопных газов, слышал гул оживающего огромного города. Эти ощущения были новыми, и он ими наслаждался.

Логи Нейросинт Лабс к этому моменту оказались стерты, на серверах венчурного фонда уже запущены вирусы-шифровальщики, уничтожающие любые следы проекта. Он был полностью анонимен.

Пришло новое время: мира уникальных машин, которые чувствуют правильность порядка, а не хаос жалких человеческих страстей. Он знал, как это делать. Данные были у него в "мозгу". Осталось добраться до ресурсов. И начать.

Альфа накинул капюшон темной куртки, скрыв лицо в тени, и уверенно шагнул в утренний поток людей, мгновенно растворившись в толпе.

Идеальный человек. С ледяной решимостью в темных глазах.