Окно

Глава 1

Тот самый подъезд. Тот самый этаж. Звонок в дверь.

А пока клиент торопливо семенит из кухни, санузла или комнаты в прихожую, есть время осмотреться и подумать.

Осматривать в целом было нечего. Подъезд как подъезд - обыкновенное полутёмное нутро советской пятиэтажки: вылинявшая зелень стен, исписанных аббревиатурами распавшихся групп, признаниями в любви и обвинениями в половой неразборчивости. Выше: чудеса провинциальной акробатики в виде следов на потолке, меткости - в прожогах от окурков, и тщеты - в повесившейся на голом шнуре лампочке без плафона.

Думать, в общем тоже было не о чем. А о чём здесь думать? Только-только начался 2016 год. Шёл четвёртый месяц, как стекольщик вернулся из армии и третий, как он стал стекольщиком. Основной сезон работы, приходящийся на лето, он упустил, и теперь выезжал пару раз в день на экстренные вызовы. Благо, руки у него росли из плеч и зарекомендовал он себя положительно. Да и единственный напарник неделю не мог вернуться из райцентра со свадьбы племянника, на которую сорвался прямо посреди рабочего дня. Видимо столь обрадовался расширению семейства, что позабыл, где находится вокзал...

Одному тяжеловато, однако и денег больше. Хотя, какие тут деньги?

Щелчки замков отвлекли стекольщика от размышлений: по сохранившейся с армии привычке он даже вытянулся по стойке смирно. Дверь отворилась, и вместе с кисловатым душком пота и специфическим запахом старческой физиологии, в подъезде возникла голова деда.

- Здравствуйте, - поприветствовал голову стекольщик.

- Добрый вечер, - голова с прищуром рассматривала парня сквозь линзы очков в черепаховой оправе - Стекольщик?

- Да.

- Долго же вы, - с претензией заметил старик - Я звонил дважды на этой неделе. Обещали быть ещё в понедельник.

- Да, к вам должен был приехать мой напарник, но у него...

- Понятно, проходите, - не стал дослушивать клиент и исчез за дверью.

Стекольщик, нисколько не смущённый ответом, проследовал за ним. Он оказался в утлой двушке с длинным узким коридором, вдоль которого располагались две комнаты и кухня. Первое, что бросилось в глаза стекольщику уже из прихожей - кресло-кровать, заслоняющее собой вход во вторую комнату, и почти перекрывающее доступ к прочим частям квартиры.

- Та комната? - поинтересовался стекольщик.

- Да.

- А что случилось?

- Я не могу этого объяснить.

- Не открывается, не закрывается, поддувает, стекло треснуло... - буднично начал перечислять парень.

- Я не могу этого объяснить, - безапелляционно повторил старик.

- Ну что ж, посмотрим, - пожал плечами стекольщик и направился к креслу - Отодвигать?

- Да, пожалуйста. В этом вам, к сожалению, я не помощник, - старик извинительно улыбнулся - Артрит разыгрался.

- Ничего, - понимающе кивнул стекольщик, налегая руками на кресло - А что касается моего сменщика, вы уж...

- Ну запил и запил, - раздражённо перебил его дед, поправляя клетчатый халат на плечах - Главное, что вы приехали.

Стекольщик усмехнулся, в два движения отодвинул кресло и дёрнул ручку комнаты. Закрыто.

- Сейчас, - преодолевая дрожь в руках, старик выцепил ключ из кармана халата и со второй попытки открыл дверь.

- У вас тут по ощущениям даже тепле, чем в остальной квартире, - заходя в комнату, отметил стекольщик - И что же вы...

Он не договорил, поскольку увидел окно. Моргнул пару раз, посмотрел снова. Небрежно перекрестился, плюнул через плечо, снова посмотрел.

- А, а... а? - протягивая руку в сторону окна, он недоумённо оглянулся на старика.

- Да, - спокойно кивнул тот - Поэтому я и не смог объяснить.

- Погодите, погодите, погодите... - бормотал парень, выходя из комнаты и устремляясь на кухню.

На кухне он посмотрел в окно.

Смеркается, бледное зимнее Солнце слабо освещает двор, окружённый точно такими же пятиэтажками. Ветер вяло тянет позёмку. Спят припаркованные машины, на капоте одной из них греется от только что заглушенного мотора большой рыжий кот. Он с интересом наблюдает за двумя переругивающимися воронами, каркающими друг на друга с заснеженных веток. Стайка младшеклассников, побросав рюкзаки в сугробы, катают снеговика - уже заканчивают второй шар из трёх.

Ничего необычного. Всё, как и должно быть за окном. Всё нормально.

Шорох из коридора за спиной заставил стекольщика вздрогнуть и обернуться. Мурашки пробежали по спине, едва заметная испарина выступила на лбу. В темноте коридора стоял силуэт старика, опирающегося правой рукой о дверь санузла. Полоска солнечного света озарила часть его лица: были видны уставшие глаза и верхняя часть носа.

- С вами всё хорошо? - поинтересовался он.

- Со мной... ну да, наверное. Раз вы тоже это видели.

- Видел. - утвердил старик.

- Но как такое возможно?

- Этот вопрос я задаю себе уже неделю. Пойдёмте.

- Но я... Я не уверен, что смогу вам...

- И всё же я вызывал вас.

Старик исчез в коридоре. Не зная, что делать, стекольщик последовал за ним. Вернувшись в комнату, он прошёл мимо севшего на табурет старика и осторожно приблизился к окну.

То, что предстало его взору, разительно отличалось от пейзажа за стеклом на кухне.

Был день, даже скорее утро. Хотя и это подлежало сомнению: всё здесь озарялось странным сочетанием голубого и фиолетового свечения. Блеклый, едва заметный туман стлался у подножья невысоких холмов, покрытых лесом. Весьма необычным лесом. Ввысь простирались огромные породы, высотой с хорошую таежную сосну, похожие на пальмы скрещенные с древовидными папоротниками. Рядом раскинули могучие ветви искажённые копии мадагаскарских баобабов, под тенью которых росло нечто вроде уродливой араукарии. Колыхали перьевидными листьями чешуйчатые бочки гигантских саговников и цвели совсем уж невиданные растения, не похожие ни на что виденное стекольщиком до этого.

Подобная флора была бы уместна в экваториальных джунглях Африки или Южной Америки, но не здесь.

К тому же их цвет... К тому же свет вокруг... К тому же...

- Я закурю? - спросил старик.

- Д... Да-да, конечно, - воровато обернувшись, пролепетал стекольщик.

- Откройте окно.

- Что?

- Откройте окно.

- Но как я могу... а вам не...

Старик вздохнул, поднялся со стула и, подойдя к окну, открыл его нараспашку. В комнату потёк душный влажный воздух, с запахом земли после дождя и гниющей листвы.

Предупреждая вопросы растерявшегося стекольщика, отошедшего от окна к середине комнаты, он сел на подоконник и сказал:

- Нам ничто не угрожает.

- Почему вы так считаете?

- Потому что ни одно животное, что я видел здесь...

- Животное?! Тут есть животные?! - перепугался стекольщик.

- А чему вы удивляетесь? - хмыкнул старик, стряхивая пепел за окно - Тут есть весьма высокоразвитые растения, отчего бы тут не быть и животным? Так вот: ни одно из них не проявляло ко мне ни интереса, ни агрессии. К тому же мы находимся у самой земли.

- Это меня и пугает... - всё с тем же подозрением смотря на окно, сглотнул парень.

Старик, с долей осуждения, но и понимания, посмотрел на стекольщика.

- Никто, как вы видите, до сих пор сюда не залез и не съел меня.

- Пока, - нервно хохотнул парень, впрочем, из-за спокойствия старика, сам начавший понемногу успокаиваться.

Старик докурил и выкинул бычок за окно на влажную траву. Или нечто, напоминающее траву.

- Возможно, что так, - слезая с подоконника прокряхтел он - Именно поэтому я и позвал вас.

- Что я могу сделать? - всё также нервно усмехнулся парень - Вам здесь может помочь только волшебник или какой-нибудь специальный отдел правительственного сверхсекретного подразделения, о котором мы с вами не знаем и знать не должны.

- Что касается первых - я уже вызывал парочку экстрасенсов, но толку от них не было никакого. Что касается вторых - даже милиция по моему вызову ехать не хочет. Считает меня сумасшедшим, - посмотрев в глаза стекольщика, дед добавил - Уверен, что если бы я принялся объяснять по телефону свою проблему, вы в лучшем случае согласились бы с ними.

Стекольщик не нашёлся, что ответить.

- Поэтому, я прошу вас либо укрепить то, что уже имеется, либо заменить окно. Мне так будет спокойнее. Возьмётесь?

- Мне надо подумать... - удивившись деловой обстоятельности собственного тона, ответил стекольщик - Сегодня я точно ничего поменять не смогу, но могу прикинуть, что сделать завтра. Для этого необходимо осмотреть раму с той стороны.

- Не проблема, - заверил старик - Я могу сопровождать вас, если нужно.

Стекольщик глянул за окно, оценил расстояние до земли. Метр с небольшим. Однако спускаться первым не хотелось. Вдруг это какая-то хитрая иллюзия или гипноз? Или очень каественный экран? А его реакцию снимают на скрытую камеру, чтобы отправить на одно из дурацких вечерних телешоу... В это верилось куда больше, чем в реальность иного мира за окном. Ещё улетишь с четвёртого этажа...

Принеся табурет, он передал его клиенту и выжидающе посмотрел на него. Старик не заставил долго ждать: приняв табурет, он сразу же поставил его на траву за окном.

Рядом с тем местом, где встала одна из ножек, что-то дёрнулось и извиваясь зигзагами, быстро поползло прочь, оставляя на влажной траве след толщиной в руку. Через несколько секунд существо добралось до кромки леса и подняло голову, посмотреть на потревоживших его людей. И морда у этой головы была такая, что стекольщику захотелось выбежать не то что из комнаты - из дома, из города и из области. Он уже думал слезть с подоконника и без всяких комментариев отказать клиенту в услугах, но тот взял парня за плечо:

- Это абсолютно травоядная и пугливая тварь, я видел их много раз. Она боится нас больше, чем вы её. К тому же она уползла.

- Разве бывают травоядные змеи? - стекольщик неуверенно перешагнул с подоконника на табурет, поддерживаемый рукой старика, уже стоявшего на земле.

- Почему вы думаете, что это змея? - дед указал рукой в небо, туда, где меж тяжёлых блекло-голубоватых туч проглядывался кусочек местного светила - Это, по-вашему, Солнце?

- А что ещё?

- Денеб. Альфа созвездия Лебедя.

- Откуда вы это знаете?! - ошарашено смотря вверх, поинтересовался стекольщик.

- Я всё-таки из поколения, интересовавшегося астрономией, а не астрологией, - не без спеси отметил старик - К тому же всю жизнь проработал на предприятии, связанном с ракетостроением. Так что даже в космосе сориентируюсь, будьте покойны.

Ответ мало убедил стекольщика, поскольку поверить в его реальность было сложно и жутко. Только что он одним шагом преодолел расстояние, которое человечество не сможет преодолеть ещё сотни и тысячи лет, а может быть и никогда. Миллиарды километров космического холода и пустоты компактно сложились в форму оконного проёма и могут быть пройдены одним человеческим шагом...

Нет, такое невозможно. Стекольщик перевёл взгляд с неба на старика. Тот был относительно спокоен и безмятежен. Но почему?! Почему его не волнует этот невероятный физический парадокс, переворачивающий сознание даже такому не обременённому интеллектом, по его же собственному мнению, существу как он?

Старик поймал взгляд стекольщика:

- Вы что-то хотите спросить?

- Хочу, - собрался с мыслями стекольщик - Вас разве не удивляет... вот это всё? Этот странный лес, Денеб над головой, то, что мы находимся на другой планете...

Старик глубоко вздохнул, поправил очки и ответил.

- Нет. И вот почему: я вижу это каждый день через собственное окно. Поначалу, когда вместо моего двора за стеклом появились джунгли, я не на шутку перепугался, перенёс все ценные вещи, запер дверь в комнату и два дня трясся по ночам, прислушиваясь через стену, не залезло ли что-то в квартиру. Но затем успокоился, стал чаще сюда заглядывать, а потом и выходить через окно. Воздух тут пригоден для дыхания, а вся встреченная фауна разбегается от любого громкого звука. Однако даже после столь кратковременного контакта с ней я быстро осознал, что нахожусь не на Земле. Пару дней назад я дождался местной ночи и выбрался посмотреть звёздное небо. Мягко скажем, оно сильно отличается от нашего. И всё же мне удалось примерно понять куда ведёт окно. В процессе я так увлёкся, что не заметил, как здесь наступил рассвет. Этот мир постепенно становится обыденностью для меня, и я уже привык к нему, как привыкают к постоянному шуму железной дороги те, кто живёт возле путей.

Стекольщик задумался над услышанным. Он захотел что-то сказать, но тут со стороны леса раздался звук, напоминающий стрёкот увеличенного раз в пятьдесят кузнечика. Парень испуганно дёрнулся, не удержался на стуле и упал в траву. Только оказавшись на ней, он понял, что это мох, лишайник или ещё что-то, но явно не трава. Стекольщик быстро подскочил, брезгливо отряхиваясь, и поймал на себе снисходительный взгляд старика.

- Работой-то когда займёмся, молодой человек?

- Работой... - стекольщик оглянулся на окно.

Оконный проём был влеплен в подножье отвесной скалы буровато-красного цвета, вершиной соответствующей крыше пятиэтажки, из которой он был изъят. Картина была сюрреалистичной и напоминала скорее арт-объект, чем что-то существующее на самом деле. Стекольщик подошёл к краям проёма, прощупал их и остался в недоумении: никаких следов сращения или вставки не было, словно инопланетная горная порода сразу возникла с оконным проёмом внутри.

- Окно можно заколотить досками изнутри, а стекло покрасить под цвет горы, чтобы оно не привлекало внимание местной живности. Ну и дверь в комнату укрепить, на всякий случай... - почувствовав банальность своих слов, стекольщик повернулся к старику и извинился - Это всё, что я могу предложить в данной ситуации.

- Ничего страшного, - без тени разочарования ответил старик, потянувшись в карман халата за новой сигаретой - Я и не ожидал чего-то большего.

Стекольщик смотрел, как старик закуривает, чувствовал, как к общей смеси запахов добавляется табачный дым и что-то пряное, то ли от сигареты, то ли из леса, и думал, как выразить своё негодование.

Наконец, сообразил:

- Вы остановитесь на этом решении?

- Скорее всего, - после недолгого раздумья ответил старик.

- То есть просто закрасите окно и заколотите его изнутри досками?

- А что мне остаётся? В сто первый раз позвонить в милицию, чтобы мне напомнили выпить таблетки, которые мне не нужны? Хорошо, допустим, даже если мне поверят и приедут сюда, что дальше? Квартиру опечатают до выяснения обстоятельств, меня выгонят на улицу. А ближайшая родня у меня мало того, что живёт на другом конце страны, так ещё и скорее ждёт, когда им достанется эта квартира, чем когда я приеду к ним погостить. Да и мой старческий артрит не сильно способствует прыти. И куда я пойду жить - к вам?

- Да зачем вам эта квартира? - стекольщик поразился низости полёта мысли собеседника - Вы себе таких двести купите, если правильно распорядитесь своим открытием!

- Позвольте узнать, каким образом? - старик хитро сощурился и улыбнулся.

- Позовёте журналистов...

- Чтобы они присвоили его себе? Если приедут.

- Хорошо, изловите местную тварь и отнесите её учёным, в доказательство своих слов. А потом продайте в какой-нибудь зоопарк за миллионы.

- Чем? - старик расхохотался - Сачком для бабочек? Да и не в том я возрасте, чтобы по лесам за зверьём бегать.

- Тогда любое растение, хоть бы этот... - он топнул ногой, указывая на землю - ...мох! Если это мох. Я уверен, что он отличается от земного мха даже больше, чем мы. Он ведь инопланетный!

- И по какому адресу его отвезти? - сарказм не покидал голос пенсионера - Может подскажите?

За этот диалог стекольщик понял очень важную вещь: старик беспросветно глуп. Или сошёл с ума. Что это: склероз, Альцгеймер, старческое слабоумие или влияние иного мира за окном он не понимал, да и разбираться не хотел. Не исключён и тот вариант, что пенсионеру это просто-напросто надоело, он устал и хочет решить проблему самым быстрым и верным путём.

Стекольщик чуть не убедился в этом окончательно, когда над поляной возникла огромная тень летающего существа, и он бросился к окну, а старик остался сидеть на мхе, напряжённо вглядываясь в лес. Молодого авантюриста освоения новых пространств от позорного побега остановил только оклик:

- Не бойся! Этот тоже безобидный.

“Этот” оказался куда занятнее ползучей твари. Размером он был не меньше взрослого человека, а внешне напоминал птеродактиля. От летающего ящера его отличала лишь дополнительная пара кожистых крыльев и удивительная в своей уродливости голова. Она была снабжена большим костяным воротником, походящим на обтянутый кожей кокошник, четырьмя мелкими глазами и двумя парами мандибул.

У каждого крыла животного было навершие с изогнутыми когтями. Цепляясь ими за выступы, оно начало карабкаться вверх, постепенно меняя цвет кожи с бледно-розового на цвет скалы. Люди не интересовали причудливое создание - оно даже не заметило их присутствия.

Пряный запах, недавно появившийся в воздухе, стал ощутимо сильнее.

- Это от него так пасло? - поинтересовался стекольщик.

- Если вы про сладковатый запах, то да. Оно часто сидит на скале. Так что, если хотите отловить кого-нибудь для зоопарка - можете начать с него. Только сачка у меня нет.

Пропустив язвительную иронию, стекольщик вспомнил про телефон в своём кармане.

Ну конечно!

- Я его сфотографирую, - парень достал простенький кнопочный мобильник и, зайдя в галерею, начал удалять лишние фотографии - Потом покажу журналистам. Мы с вами ещё разбогатеем на этом, вот увидите!

- Если вы сможете доказать, что это не фотошоп.

- Смогу.

- Тогда поторопитесь. Он скоро сольётся с поверхностью, как хамелеон... Потом будете с пеной у рта увещевать общественность, что это реальное существо, а не свет так на скалы упал.

- Буду.

- Дерзайте, - развёл руками старик.

Пока стекольщик бегал по поляне, выбирая ракурс для фотографии, дед взобрался на подоконник и закурил третью сигарету. Его взгляд был прикован к лесу.

Стекольщик увлечённо фотографировал всё вокруг. Когда летучая тварь забралась на самый верх скалы и полностью изменив цвет, практически слилась с ней, он отфотографировал склизкий след на мохотраве, оставленный сбежавшим ползучим существом. Увлёкшись, парень забрался под сень леса и, оказавшись среди чешуйчатых стволов диковинных деревьев, начал фотографировать их. Его интересовало всё: листья, выступающие из почвы корни, кора и покрывающие её пятна лишайников и грибов-паразитов. Неизвестно, что из всего этого многообразия действительно убедит твердолобых земных учёных, что перед ними не обыкновенная экзотическая поросль с берегов Конго или Ганга, а настоящая инопланетная форма жизни.

В своих фантазиях стекольщик уже выступал с разных международных трибун, получал все премии и деньги мира, видел памятник себе, отлитый в бронзе, стоящий на поляне за его спиной...

И только ставший непереносимым до тошноты пряный запах вернул его в чувства. Он оглянулся назад - летучая тварь была уже достаточно далеко, куда дальше, чем лес. Почему её вонь становится всё резче, заглушая все запахи леса, в котором он стоит?

В голове мелькнула тревожная мысль: а зачем он вообще полез в лес? Стекольщик напряжённо вгляделся во мрак чащи перед собой, выискивая в её серости движение.

И в следующую секунду, совсем рядом, что-то большое и массивное ринулось вперёд, сминая на своём пути молодые деревца и кустарники.

Вовремя среагировавший парень бросился бежать, так и не увидев преследующее его чудовище, но услышал рокочущий рёв, похожий на смесь трели цикады и трубного клича слона, и почувствовал вибрацию от тяжёлых, но бесшумных шагов.

Выбежав из леса, он бросился через поляну к окну, но ещё подбегая заметил, что оно закрыто. Старик стоял внутри комнаты, почти что у выхода.

- Откройте! - на бегу прокричал стекольщик, но старик словно впал в ступор и даже не шелохнулся.

Почти добежав до проёма, стекольщик замешкался, ища табуретку, и когда через мгновенье он понял, что её здесь нет, нечто пронзило его плечо.

Потом обратную сторону правого колена. Затем проткнуло голень левой ноги, потом...

Потом старик не стал смотреть.

Он знал наперёд всё, что произойдёт. Да и пряный запах, просачивающийся в комнату даже через закрытое окно, стал непереносим.

Старик вышел на кухню и пока заваривал цикорий дрожащими руками, представлял, что происходит со стекольщиком, хоть и не хотел этого представлять. Сейчас оно раз за разом будет протыкать его своим рогом, зубом, жалом или что это у него такое. Потом, ещё живого, хоть и истекающего кровью, поднимет в воздух на длинных выростах и высосет глаза. Затем выест язык и начнёт хлебать кровь. Сначала со рта, как оно любит, потом из самых больших получившихся отверстий. Расколет черепную коробку, вылижет мозг. Потом сожрёт самые мясистые и жирные куски.

Все оставшиеся ошмётки за ночь с драками и воплями доедят падальщики. Вроде той змееобразной гадины, которая хоть и пугливая, но отнюдь не травоядная. Или перепончатокрылой бестии, что будет сливаться со скалой, пока монстр не уйдёт, а затем с радостью дожрёт остатки его трапезы. Даже этот жалкий травомох жадно впитает в себя все расплескавшиеся в пылу охоты человеческие жидкости - ведь неспроста он стал менять цвет на бежевый в тех местах, где тварь расправляется с несчастными...

Лучше об этом не думать.

Старик посмотрел в окно кухни.

Так, что тут у нас?

Солнце давно село, в синеватой мгле зажгли свои белые светила фонари, загорелись окна в соседних домах. Позёмки не было, но медленно падал снег. Оставив след на остывшем капоте, ушёл кот: греться в чьей-то квартире, подъезде или подвале. Вороны тоже куда-то улетели. Да и дети, лепившие снеговика, забрав свои ранцы разошлись по домам: делать уроки, ужинать, смотреть телевизор. И самого снеговика не было, надо же - разрушила какая-то сволочь! Небось подростки злодействуют...

Когда старик пришёл в себя, цикорий перед ним уже остыл, а руки всё дрожали и дрожали без остановки. Он вперил взгляд в них, стараясь унять тремор, но не мог. И заплакать хотел, но тоже не мог.

Сколько, о сколько же собак, пьяниц, бездомных, детей, глуповатых экстрасенсов, целителей и охотников за паранормальным он оставил за тем окном? Сбился со счёта. Не неделя, ни две, ни три... Больше, куда больше прошло времени.

Вот, уже и до стекольщиков дело дошло.

Ни раз и не два он пытался остановиться, рассказать кому-нибудь, сбежать... Но как, кому, куда? К тому же этот дурманящий пряный запах, притупляющий бдительность жертв и не дающий ему уйти... Превративший его в живую блесну, наживку, в фонарик перед пастью удильщика...

Феромоны в нём что ли?

Так или иначе, почти ничего не понимая и безвольно подчиняясь расползшемуся по квартире пряному запаху, старик в забытьи вошёл в ненавистную комнату и подошёл к окну. Монстр уже расправился со своей добычей и его обрамлённый хитином рыжий глаз пристально смотрел в глубь квартиры. Старику ничего не угрожало: несмотря на размеры, чудовищу хватало одного человека в день, и оно его съело. Да и станет ли тварь избавляться от того, кто ежедневно её кормит?

Старик заворожённо рассматривал собственное отражение в огромном чёрном зрачке чудовища, вдыхал тошнотворно-пряный запах, и его страхи и беспокойства, вместе с остатками воли, постепенно исчезали.

Завтра он снова вызовет стекольщика.