Обречённые

Глава 1

Раннее утро. Я просыпаюсь от сильного грохота. Выглянула из окна, увидела небольшую толпу заражённых, надвигавшихся в сторону моего ночлега. «Как хорошо, что ночевала на чердаке, им меня не достать», — мельком пронеслось у меня в голове.

Спустившись по пожарной лестнице, я ринулась в противоположную сторону от шайки недолюдей. Бежать пришлось недолго, до первого магазина — им оказался маленький пустой мини-маркет. Недолго бродила около пустых прилавков, наконец заметила завалявшуюся под полкой последнюю банку тушёнки, положила её в рюкзак и заторопилась на выход.

Вдруг услышала еле слышный хрип. Мороз пробежал по коже, сердце стало биться чаще, ноги потяжелели. За хрипом донеслось непонятное бормотание, затем медленные и чёткие шаги. Я замерла, вслушиваясь в монотонные звуки.

Неожиданно из-за прилавка показался он — заражённый. Мы встретились глазами. Злобный взгляд и обильные выделения слюны — единственные отличия от обычного человека. Мельком разглядев это чудовище, я ринулась бежать со всех ног. Он бросился за мной, хрипя и протянув ко мне руки. Немного оторвалась, начала по пути бросать ему под ноги вещи, попавшие мне в руки. Выскочила из магазина и отбежала подальше, смогла отдышаться. Похоже, тут никого не осталось, пора уходить из этого города.

Бродя вдоль заброшенных домов, по пути заскочила в пустующие магазины в поисках продовольственных припасов. Не заметила, как начало заходить солнце за сопки, мгла постепенно сгущалась, стало прохладней. Пришло время для поиска ночлега. В спешке разыскивала здание, которое хоть чуть-чуть выглядело безопасно. Спустя час солнечные лучи уже совсем исчезли. Вдруг на глаза попалась малосемейка — этот на вид старый, местами облезлый пятиэтажный дом.

Зайдя внутрь и вдохнув едкий запах сырости, смешанный с ароматом гнилого мяса, я посмотрела по сторонам. Заметила багровые пятна. Эти следы оставил кто-то, шедший раньше вверх по лестнице, затем повернувший за дверь третьего этажа. Сердце ушло в пятки, пот выступил на лбу.

Сглотнула, прислушалась и услышала еле заметные басистые звуки. Они не были похожи на хрипы заражённого, больше напоминали человеческие. Стиснув зубы, сжав топор в руках, я поднялась по пролёту к третьему этажу, несмотря на зловещую атмосферу. Искренне надеялась, что за дверью находится человек. Добравшись до заветного этажа, дёрнула за ручку двери, сделала неуверенный шаг вперёд. Повернула голову в сторону звука, увидела мужчину спортивного телосложения, держащегося за открытую рану. «Он ненамного выше меня, так что справлюсь», — подумала я. Крепко сжимая топор, аккуратно подошла к парню.

Подобравшись к нему, поняла, что это не заражённый.

— Что случилось? Давай помогу, у меня и жгут, и бинты есть, и нитки с иголкой. — протараторила я, попутно роясь в сумке и доставая всё необходимое.

Он молча кивнул, соглашаясь на обработку раны.

— Я медсестра, могу зашить, но будет больно.

Он снова молча кивнул. После операции парень наконец заговорил:

— Спасибо тебе. Я зацепился за штык, когда убегал от заражённых.

Договорившись о совместном ночлеге, мы завели непринуждённый разговор. Вскоре выяснилось, что наши намерения одинаковы.

— Тогда давай вместе из этого города свалим. Вдвоём всё же легче, чем поодиночке, — монотонно произнёс он.

— Угу. Кстати, как тебя зовут, а то весь вечер болтаем, а имени твоего не знаю.

— Зови Марк. А тебя?

— Каролина.

— Каролина, давай спать, завтра запасёмся — и в дорогу.

— Хорошо, — кивнула я и развернула спальный мешок.

Глава 2

Проснувшись на рассвете, мы с Марком решили посмотреть и пересчитать припасы. Разложили всё на полу в подъезде.

— Так, банка тушёнки, банка сайры и бутылка воды. Надо поискать ещё. Заодно и машину, — монотонно и спокойно произнёс Марк.

— Хорошо, но я водить не умею, так что знай, — быстро произнесла я.

— Я могу, — сухо сказал парень.

Я кивнула в ответ и начала собирать рюкзак. Мы договорились не расходиться, так как у Марка был свежий шов. Пройдя по магазинам, нашли только бутылку воды.

— Время поджимает, давай машину найдём, припасы поищем в другом населённом пункте, — проговорил Марк.

— Без проблем.

Меня мучил вопрос: как же он будет вести автомобиль одной рукой? Но, как говорил мой приятель: «Рука — не нога, легко и просто».

Мы решили посмотреть автомобили на парковках и автозаправках. Всё время поисков я провела в мрачных мыслях.

Время близилось к обеду, солнце стояло над головой. Наконец нашли серый автомобиль марки Toyota Corolla.

Сев в машину, Марк снял панель под рулём и замкнул провода. Она завелась. Нам повезло: есть полбака бензина, этого вполне хватит, чтобы доехать до Кавалерово.

Всю дорогу из города ехали молча. Вот и перевал. Пошла грунтовая дорога, меня укачало, и я уснула.

Через некоторое время просыпаюсь. Вижу знакомую табличку: «ГОРНОРЕЧЕНСКИЙ».

Вот и родной посёлок — такой же тихий, лишь где-то собаки воют, скучая по хозяевам.

— Давай заедем кое-куда, — промолвила я тихим, поникшим голосом.

— Куда? — поинтересовался парень, не отрывая глаз от дороги.

— Всё равно бензин кончается. Я знаю, где можно взять ещё пару литров… Да и припасы нужны, — сказала я, пытаясь не придать голосу ноток разочарования.

— Ладно, — вздохнул Марк. Похоже, он не заметил.

Я показала дорогу к большому белому зданию. Мы остановились около самой крайней квартиры. Зайдя во двор, я удивилась: стёкла в домах не тронуты. Двинулась дальше, вошла в здание. Здесь я выросла.

На что я надеялась? Матери тут нет. Запах отдалённо напоминал детство, но дом был весь перерыт, будто здесь побывали заражённые или мародёры. Пройдя по квартире, ничего не нашла. Решила заглянуть в потайной погреб (его папа не успел доделать) и нашла там всё: соленья, тушёнки банок семь, сайры банок пять, быстрозаваривающейся лапши пачки три, бинты с ватой. А ещё записку с ключом от сарая. Развернула бумажку:

«Дорогая моя дочь, я чувствую, что мне осталось недолго. Все продовольственные припасы — тебе. Я знала, что ты их найдёшь».

Незаметно глаза наполнились слезами, руки сжали письмо. Я не могла поверить, что мамы больше нет. Марк положил руку мне на плечо и осторожно похлопал. Я быстро пришла в себя и направилась на задний двор. Там стоял массивный сарай с железной дверью; в нём хранились в основном реагенты отца и важное оборудование матери. Мои родители были биологами.

Я вставила ключ в замок и провернула; дверь издала противный скрип. Солнце осветило небольшое тёмное помещение. В углу стоял стол с записями, а под ним — пара канистр с бензином. Я оглянулась — Марк стоял за мной, он понял без слов. Зашёл, взял канистры и пошёл к машине. Я осталась. На столе лежал план города Владивостока с отмеченной лабораторией отца и надписью: «Эвакуация».

— Марк, Марк, иди сюда! — крикнула я изо всех сил. — Вот, эвакуацию производят здесь, — показала на карту. — Завтра выдвигаемся во Владивосток. Нам терять нечего.

Парень просто кивнул. Оставшееся время мы ходили по селу в поисках бензина и припасов. Странно, что здесь не было заражённых — только трупы на дорогах

. Вернувшись к дому, мы поужинали и легли спать.

Глава 3

Наутро мы собрали вещи и двинулись в путь. Ехать предстояло долго.

Всю дорогу я то спала, то болтала с Марком. На полпути нам пришлось поменять машину: бензин закончился.

— Вот и приехали. Надо для начала найти убежище, где передохнуть, — зевая, пробубнил Марк.

Доехали до первого попавшегося пятиэтажного здания и решили остановиться там.

Не успели открыть дверь, как пронзительный запах гнили ударил в нос. Осмотревшись, мы никого не нашли. Вонь доносилась из 66-й квартиры. Похоже, заражённый не смог выбраться и начал разлагаться. За время пути мы догадались, что этим существам необходимо питаться, иначе они начинают гнить быстрее. С чем это связано, пока непонятно. Я надеюсь, что на базе учёных будут все ответы.

Мы посоветовались с Марком и решили прорваться в ту квартиру. Хоть там и воняло, зато было ясно, что внутри никого нет.

Парень быстро снял замок. Мы вошли внутрь. Помещение оказалось просторным: три комнаты, кухня. А в ванной, головой в унитазе и полусидя на корточках, гнил труп. Возможно, кто-то не пережил вирус, или заражённый не смог встать.

Мы заставили входную дверь тяжёлой тумбой — на всякий случай, так безопаснее. Место, где был труп, плотно закрыли.

Пройдя на кухню, разложили пайки и принялись ужинать.

— Марк, где ты научился так заводить машины? — с интересом спросила я.

— Работал автомехаником и автоэлектрик. Давай быстрее, уже темно, а заряд фонарей надо экономить.

Он, как обычно, перевёл тему разговора. Ну и ладно. После ужина мы выключили свет и легли спать.

Проснувшись, я почувствовала облегчение — наконец-то, спустя столько времени, я спала на кровати.

Разблокировали дверь, вышли из здания и пошли к приблизительному месту эвакуации. Нам везло: ни в селе, ни по пути до Владивостока мы не встречали заражённых.

Но, как говорится, удача не вечна. Мы не заметили, как нас окружила большая банда. А главный, как я поняла, — жилистый молодой блондин с бешеными глазами.

Подопечные этого парня быстро заломили руки Марку. Я не успела оглянуться, как тоже оказалась связана. Чёрт, ещё чуть-чуть осталось до цели!

Нам завязали глаза и посадили в разные машины. Ехали минут пять. Остановились, меня вытащили из автомобиля за руку и толкнули вперёд.

Сделав шаг в сторону толчка, я пошла дальше. Меня мучил вопрос: где Марк? Идёт ли он за нами, впереди или его вообще в другое место отвезли?

Спустя некоторое время мы пришли на место. Мне развязали глаза. Я оглянулась — вот он, мой товарищ, стоит с мешком на голове. С него резко сняли мешок.

— Так-так, давно к нам не заглядывали иногородние, — со злобной усмешкой проговорил блондин, приближаясь к нам.

В помещении было около десяти человек, все вооружённые — кто битами с гвоздями, кто огнестрельным оружием

Незнакомец подошёл вплотную. С каждым его шагом сердце билось чаще, страх сковывал изнутри.

— Тимур. Главный в этой банде. Девочек давно уже не было. Да не бойся, мы баб не трогаем.

Парень подошёл очень близко, посмотрел в глаза, будто хотел заглянуть в душу. Несмотря на трясущиеся колени, я не моргала.

Прошло секунд десять, Тимур рассмеялся во весь голос и отошёл.

…И опять мешок на голову, снова в путь, не зная дороги, не видя направления. Спустя пару минут ходьбы и нескольких поворотов мы остановились. Я почувствовала сильный толчок вперёд, сделала несколько шагов.

— Снимай! Руки завязаны, — проговорил басистый голос.

Я сняла мешок с головы и поняла, что нахожусь в камере совсем одна. Впрочем, это и понятно: как говорил Тимур, «давно не было чужаков». Я оглядела камеру — она оказалась полностью пустой, лишь одна койка. Обернувшись, увидела железную ржавую дверь. Похоже, тюрьма или СИЗО. Если тюрьма, то мы должны быть на острове, но мы никуда не плыли. Следовательно — СИЗО, но какое? Мои раздумья прервал скрип двери.

В камеру зашёл тот же парень, который меня сюда привёл. Протянул тарелку с пшеничной кашей и молча ушёл. У меня так много вопросов. Почему здесь браконьеры? Почему они не пошли в пункт эвакуации? И вообще — он есть или нет?

Я просидела примерно неделю в камере, задаваясь одними и теми же вопросами, и решила поговорить с Тимуром. Когда в очередной раз принесли пайку с ненавистной пшеницы, я попросила отвести меня к главному. Через пару минут парень сам пришёл в мою камеру — всё с той же странной улыбкой.

Глава 4

— Что хотела? Хочешь с нами сотрудничать? — поинтересовался парень с улыбкой на лице. — Твой напарник согласился.

— Сначала ответь на вопросы, — незамедлительно начала я. Вопросов было много, и они не давали покоя. — Во-первых, где эвакуация? Во-вторых, где мы находимся? И в-третьих, далеко ли генетическая лаборатория?

— Нет тут эвакуации, и не было. Где находимся, сказать не могу — тайна. Лаборатория не очень далеко. Но там опасно, оттуда и пошёл вирус. — С лица Тимура сползла улыбка, взгляд сосредоточился. — Туда не стоит ходить, из этого места никто не возвращался.

— Дай мне поговорить с Марком.

— Нет. Он на задании. Так ты надумала?

— Да, согласна.

После моих слов парень вышел. Всё равно делать нечего, а сидеть взаперти не очень хочется. Через полчаса в комнату зашёл мой старый знакомый. В руках он держал чистую одежду и полотенце.

— Как самочувствие? — Марк протянул мне вещи. — Пора помыться и сменить одежду. Пойдём, покажу дорогу.

За время пути он объяснил здешнюю иерархию, а заодно и суть моей работы. Поскольку я медсестра, буду сидеть в штабе, обслуживать раненых и изучать вирус. Надо узнать, как он работает, как распространяется. Почему не все заражаются? И почему не все его переживают?

Помывшись, брюнет показал мне весь штаб. «Так мы находимся в СИЗО. В принципе, я так и думала», — пронеслось у меня в голове. Марк отвёл меня в столовую. Меню оказалось немного разнообразнее: сегодня давали чечевицу. За обедом меня познакомили с двумя ребятами — Яном и Германом. Они оказались моими «коллегами». В процессе общения я узнала немного о главном блондине этой общины. Его отец был генетиком, о матери никто не знал. Тимур пошёл по стопам отца и занялся исследованием и разработкой вакцины.

…Прошло полгода. Изменений по созданию вакцины не было. Людей становилось всё меньше: из трёх тысяч человек осталось всего три сотни. Вирус снова начал мутировать.

— Может, сходим в лабораторию, выясним информацию? — спросила я, помешивая пробирки.

— Нет. Там опасно, мы убедились неоднократно. — Тимур посмотрел на меня: в его глазах читалась сильная злость, голос стал грубее. — Мы так потеряли кучу товарищей. Эта хрень всё мутирует. А ты собираешься на верную смерть! Там заражённых — целое здание.

— Если мы не найдём новую информацию, то потеряем всех, — начала повышать голос я.

— Хочешь — иди сама. Я тебе даже карту дам.

— Хорошо.

Через пару минут я начала сборы. Собрала рюкзак, взяла пистолет и направилась на выход. Недалеко отойдя от здания, заметила, как Марк идёт в мою сторону.

Я невольно улыбнулась. Парень остановился и похлопал меня по плечу, намекая, чтобы мы шли дальше. Как обычно, он немногословен.

Спустя час мы наконец дошли до лаборатории. Зашли на территорию — ни одного заражённого. В этом не было ничего странного: если они не едят хотя бы месяц, то начинают разлагаться очень быстро. Мы вошли в здание и начали потихоньку пробираться по коридорам — мало ли, заблудившиеся заражённые. Подошли к схеме, изучили план здания.

— Так, вот экспериментальный корпус, — показала я направление. Мы двинулись в путь.

Неожиданно у моего спутника начался сильный зуд и кашель. Всё, он инфецировался. Я бросилась бежать что было сил, пока инфекция не поглотила его. Добралась до нужного места и по памяти заскочила в кабинет, где когда-то работал мой отец — биолог-генетик Лебедев Леонид Сергеевич. Сделав шаг, я сразу же закрыла дверь на замок. Я надеялась, что мне повезёт и именно папа занимался этим проектом. Но что это был за проект?..

Из раздумий меня вырвали бормотание Марка и приближающиеся шаги. Всё, он заражённый. Я затаила дыхание и ждала, пока парень пройдёт. Шаги затихли. Я упала на пол и поняла, что не могу вдохнуть: страх охватил всё тело, в глазах потемнело.

Через мгновение я услышала выстрел и стук в дверь. Затем — громкий звук упавшей двери.

— Эй, ты слышишь меня? Всё хорошо, — тревожно прозвучал знакомый голос.

Я пришла в себя. Я лежала на том же месте. Рядом стоял Тимур и перебирал документы.

— Очнулась? — сквозь кашель произнёс парень. — Вот что ты искала! Я с отцом работал над этим проектом. Это не вирус, а ново выведенный микроорганизм. Они не проникают в полушария, а живут и размножаются в спинном мозге, поражая нервную систему. Меньше чем за сутки человек теряет контроль над собой.

Блондин уже задыхался от кашля.

— На, пистолет, убей, пока я не стал заражённым, — произнёс он и протянул мне ПМ.

— Ты сын Леонида Лебедева? Ты мой брат? — изумилась я, не понимая, что происходит. Откуда взялся брат? Почему мне никто не говорил?

— Я знаю… Я помню тебя, — после этих слов Тимур упал: он не пережил трансформацию.

Я взглянула на свои руки — они покрылись дерматитом, начали сильно чесаться, появилось першение в горле. Всё, моя очередь. Парни были правы: не надо было сюда идти. Я поднесла ПМ к виску. Раздался выстрел.