Новый год возле Лысой горы

Глава 1

Пролог. 29-30 декабря

- А полетели в тайгу, за НЛО охотиться!

Предложение застало Ясю врасплох. Конечно, Новый год - это семейный праздник, и всё такое. Ещё вчера она ответила бы уверенным отказом, но... Это было бы вчера. А сегодня у мамы опять случился приступ "сама-виновата-в-своём-разводе-надо-было-слушать-меня", в итоге они в очередной раз поругались. И теперь, неожиданно для себя самой, она ответила Толе Бурлакову:

- И далеко эта твоя тайга?..

Анатолий расплылся в улыбке:

- Так, считай, что рядом! Минут сорок на самолёте, потом ещё менее часа дирижаблем - и мы на месте. Там у меня мама... в смысле, родители работают, они приглашали. Снежок, тайга, ёлки - самый новогодний Новый год, какой только придумать можно! Полетим?..

...Вот и полетели. Хорошо ещё, что удалось уговорить Ленку Берёзкину из лаборатории металловедения - составила компанию. Уже в Толмачёво, сидя в салоне сверхзвукового Ту-504, Ярослава искоса посмотрела вправо, на Толю. В который раз молодая женщина спросила себя, стоило ли соглашаться на поездку. Конечно, парень интересный - симпатичное лицо прямо-таки медальных очертаний, высокий, и в карих глазах что-то такое загорается иногда. К ней неравнодушен - явно не смущает ни статус "разведёнки", ни то, что она старше него на добрых пару лет. Ярославе это, конечно, льстило, но Толик далеко не "мужчина её мечты"... Других кандидатов найти было бы несложно при желании. Без ложной скромности, выглядит Яся моложе своих тридцати пяти: хорошая фигура, миловидное веснушчатое лицо... Даже на фоне красавицы Ленки с её смазливой мордашкой вполне смотрится.

Взлёт был привычно мягким и без неприятных ощущений: в самолётах новых серий давление в кабине поддерживали достаточно высоким, чтобы почти никто не жаловался на боль в ушах, даже при подъёме в стратосферу. Авиалайнер стремительно пожирал пространство, просмотр сериала надоел, а пытаться заснуть в оставшиеся минут двадцать не хотелось. От нечего делать Яся вспомнила, о чём собиралась спросить своего спутника с самого начала:

- Слушай, Толя, что ты там говорил про НЛО?

- Это так... Шутка на самом деле.

Толя осторожно почесал в затылке, чтобы не нарушить аккуратную причёску, и добавил:

- Я сам хотел бы знать, чем они там занимаются, маму как-то спрашивал...

- И что она сказала? - напомнила Яся, не дождавшись продолжения.

- Сказала - "не спрашивай". Подписку они давали. Что-то вроде радиотелескопа там строят и налаживают... Наверное. Антенны огромные. Так папа шутит, что для связи с инопланетянами.

- А кто они по специальности?

- Инопланетяне?!

- Да нет же, родители твои!

- А-а-а... Мама астрофизик, папа инженер-связист. Вахты у них там подолгу, по несколько месяцев...

- Подожди, какая "вахта"? Ты говорил - прямо как в санатории устроиться можно, а на деле?

- Так говорил, и не отказываюсь. Под Новый год у них почти вся смена разлетается по домам праздновать, но кто-то должен остаться дежурить на объекте. Вот мама с папой в этот раз остаются. Дежурным разрешается на праздники пригласить родных и друзей. Всё остальное жильё будет в нашем распоряжении!

Ленка, сидевшая слева, толкнула подругу локтем, на ухо прошипев:

- Куда ты меня потащила, рыжая ведьмочка?

Яся только виновато вздохнула в ответ.

- О чём шепчетесь? - подозрительно спросил Анатолий.

- Да так, девочкины разговорчики, - тут же мило улыбнулась Лена. - Скажи лучше, какое там у вас жильё - палатки в тундре?

- Нет, ну что вы, милые дамы... В палатки я бы вас не пригласил. Там благоустроенный жилой купол. Тёплый, со всеми удобствами. Каждой отдельная комната найдётся! И не тундра там, а тайга. Дальний Восток...

- То есть, если нам что-то не понравится, - настойчиво продолжила Лена, - ну, вдруг!.. Тогда можно будет сесть на ближайший рейс и быстренько вернуться, правильно?

- Э-э-э... Правильно, да, - отвечая, Толя почему-то сильно заинтересовался видом облаков далеко внизу, - но вот про "быстренько", это... Относительно, так скажем. Обычно дирижабль туда летает раз в три дня. Но вам понравится там, честно!

Анатолий, наконец, отвернулся от иллюминатора, просительно взглянул на спутниц:

- Чего вы так, в самом деле? Это же как приключение, турпоход, почти на необитаемый остров! Но со всеми удобствами при этом!

Взгляды, которыми обменялись Лена с Ясей, были красноречивее слов...

Только по прилёте в Комсомольск, уже поднявшись на борт "Владимира Маяковского", Ярослава перестала злиться на саму себя за необдуманное решение. Ладно-ладно: может, в конечном счёте всё это не такая уж плохая затея. Пусть даже с работы пришлось отпрашиваться, брать два дня за свой счёт... "Маяковский" - атомный грузопассажирский дирижабль - никогда не предназначался для массовой и регулярной перевозки пассажиров, зато имел такие резервы грузоподъёмности, что немногие его пассажирские места были оборудованы с недоступной большинству авиалайнеров роскошью. Пластиковой отделке салона убедительно придали вид морёного дуба и меди, просторные диваны со столиками для пассажиров обеспечили почти домашний комфорт и уют. А когда ко всему этому робостюард подал им весьма неплохой ужин - даже с настоящим кофе, вместо привычного Ясе по будням растворимого сублимата - девушки вполне оттаяли и начали с интересом поглядывать в панорамные стёкла внешнего обзора.

"Владимир Маяковский" облетал по большому кольцу ряд небольших посёлков и научных станций Дальнего Востока, куда не вели дороги и слишком накладно было бы регулярно гонять самолёты или винтокрылы. Эти места и во времена первого Союза не были особенно заселены, а "эпоха распыла" на рубеже веков сильно проредила даже те немногие поселения, оставив на их месте лишь заброшенные "города-призраки". И сейчас приметы жилья, хотя бы в виде огней внизу, почти не встречались. Рассматривать зелёно-снежное "море тайги" быстро наскучило, да уже и стемнело. Толя, Яся и Лена были единственными пассажирами на борту, в остальные пункты маршрута летели только грузы. Тем приятнее было, когда к ним лично вышел улыбчивый здоровяк в "дед-морозовской" боярской шапке от новогоднего костюма и форменном комбинезоне, представившийся командиром корабля:

- Подлетаем уже, товарищи пассажиры! Минут через пять причалим к Лысой горе, не забывайте свои вещи.

- Это так посёлок называется - Лысая гора? - поинтересовалась Яся.

- Это так мы её сами назвали, - шире прежнего улыбнулся командир, - сами увидите, почему. Да, чуть не забыл: чисто символически, но всё-таки...

Из левого нагрудного кармана он выудил три маленьких сувенирных шоколадки с эмблемой "Дальневосточной Воздухоплавательной" и вручил пассажирам.

- Как говорится, от всего сердца - с наступающим вас! А то, если вдруг передумаете - оставайтесь на борту. Нашему экипажу Снегурочки не помешают, особенно такие красивые!

- Спасибо, но уж лучше вы к нам, - засмеялась Лена.

- Ладно, извините - пора мне в кабину обратно. Ещё раз - с наступающим!

- Вас также!

- Зачем заходил, так и непонятно, - вполголоса пробурчал в закрывшуюся дверь Анатолий. Ярослава решила заступиться за симпатичного аэронавта:

- Этот дирижабль может годами летать без остановки, как я поняла. Экипажи-то сменяются, но часто ли? Попробуй среди одних и тех же лиц хотя бы неделю безвылазно прожить! С новыми людьми словом перекинулся, хоть что-то...

Из передних окон пассажирской гондолы "Маяковского" можно было различить ажурные конструкции ярко освещённой причальной башни - и громадный, выше башни, заснеженный холм в некотором отдалении. Скрытый ранней темнотой декабрьского вечера, холм - или уже гора? - больше угадывался, чем виделся, но действительно выглядел лишённым всякой растительности.

- Лысая гора, значит... Подходяще, - тихонько, для одной Яси, промурлыкала Ленка.

- Почему?

- Ну ты и замедлО, подруга! Смотри: летим в глухие места, чуть ли не на помеле, ты ведьмочка рыжая, а тут Лысая гора... Дошло?

- Знаешь, на "замедло" могу ведь и обидеться!

Этим жаргонным словечком обычно за глаза назвали людей пожилых и даже просто зрелых, отличающихся нерасторопностью. Бытовало мнение, что неумеренное пользование разными "гаджетами" в детстве и юности привело к необратимым изменениям в их памяти и реакции.

- Уж и пошутить нельзя... Ладно-ладно, считай, что я заплакала и попросила прощения, - скороговоркой повинилась Лена. - Извиняешь?..

Навстречу прилетевшим из лифта перешла в дирижабль шумная компания из пяти молодых людей - два парня и три девушки, остатки от полной смены, разлетающейся с объекта на каникулы. Один из парней узнал Толика, хлопнул по плечу:

- Анатолий, салют! Твой батя меня уломал оставить гитару в куполе - в комнате 7-А её найдёшь. Под твою ответственность будет!..

Упомянутый батя - коренастый круглолицый бородач в очках, с постоянно скрывающейся в густой бороде задумчивой улыбкой - встречал прибывших на земле, у подножия причальной башни. Представившись как "Пал-Николаич", он подхватил у девушек чемоданы и пригласил следовать за собой - по расчищенной от снега тропе, ко входу в серебристый жилой купол. Внутри гостьям представили Елизавету Петровну, мать Анатолия. Высокая, сухощавая, на окружающих она смотрела чуть свысока - в буквальном и переносном смысле. Её элегантный костюм в куполе посреди тайги смотрелся как-то чужеродно, особенно рядом с Пал-Николаичем. Тот, сняв пуховик, оказался одетым в простой комбинезон вроде лыжного.

- Хозяйка-то какая важная, - шепнула Ленка подруге, - будто по самую макушку вечно в заботах, а макушка-то у неё высоко... Ещё и каблуки такие носит, даже в здешней глухомани - с ума сойти!..

- Ладно, Лен, я ведь тоже нарядные туфли в чемодане везу. Сама, что ли, с собой не взяла?

Стандартный геодезический купол внутри оказался достаточно уютным: удобные жилые помещения по окружности и небольшой "зал-столовая" в центре. От "зала" между жилыми секторами расходились пять высоких проходов до внешней стены - там каждый проход заканчивался окнами наружу, а в двух из них были ещё и двери. Именно в зале родители Анатолия на правах хозяев устроили прилетевшим гостям угощение, не слушая возражений про уже съеденный на борту дирижабля лёгкий ужин. За стол уселись вшестером: кроме троих Бурлаковых и Яси с Леной, из жилого сектора вышел ещё и Костя - худой, заросший просвечивающей тёмной бородкой лохматый студент. Как поняла Яся, Костя приходится двоюродным братом Анатолию, а прилетел сюда ещё предыдущим рейсом. "Мальчик-колокольчик", как его тихонько назвала Ленка, едва заметил вновь прибывших: пробормотав приветствие, он уронил обратно на нос проекционные очки и стал досматривать какой-то видеоролик.

Лена, вообще легко осваивающаяся в новых компаниях, решила в застольной беседе вновь поднять "инопланетный" вопрос:

- Скажите, а тема с НЛО у вас тут как идёт?

- Эм-м... Вы о чём? - вышел из своей обычной задумчивости Пал-Николаич.

- Анатолий нам уже намекнул, что вы занимаетесь поиском инопланетных пришельцев, - Лена ехидно подмигнула Толе, который смущённо ковырялся в своей тарелке.

- Ну да, конечно, конечно, - переглянувшись с мужем, важно покивала высокой причёской Елизавета Петровна, - поиск внеземного интеллекта - серьёзнейшая задача... Впрочем, на Земле иногда тоже интеллект найти непросто.

- Вы знаете, шутки шутками, а что-то непонятное тут иногда происходит на самом деле, - заявил Павел Николаич, задумчиво поглаживая чёрную с проседью бороду. - И коллеги рассказывали, да и сами мы видели - огни какие-то, иногда странный шум. Южнее нас на много километров просто глухая тайга, даже вертолёту сесть негде было бы. А как будто летает что-то...

---

30 декабря, "площадка-два", от четырёх до половины пятого часа дня

...Вот так идёшь со стороны, и не догадываешься, что тут вообще люди есть. Тайга и тайга. Первый признак того, что здесь живут не только зверушки да птички - вкусные запахи готовящейся пищи. Да ещё вблизи становится слышен с площадки приглушённый гул генераторов. Труднее всего разглядеть источники этих звуков и запахов: палатки, оборудование, самолёты имеют защитную окраску и тщательно замаскированы чехлами и масксетями. Разве что кое-где мелькнёт красный баллон огнетушителя, подвешенный прямо на дереве. С авиационным горючим, особенно когда его хранится много в одном месте, шутки плохи...

Ответив положенным паролем на оклик часового, Володя подошёл ко входу в свою пятиместную палатку, отстегнул лыжи и уселся прямо на снегу передохнуть. Тренированное тело лётчика привычно гудело от приятной усталости: более дюжины из своих тридцати четырёх лет Владимир Малых прослужил в различных "медвежьих углах", и долгие лыжные прогулки для него проблемы не представляли.

Из палатки высунулась костистая физиономия старлея Ромы Возякова, техника из группы СД*:

- Ну как, удостоверились?

- Удостоверился, Ром-Саныч. Пока в упор не подойдёшь - не видно... Нормально вы тут поработали, замаскировали всё.

- Могли не проверять, - улыбнулся Роман, - с воздуха ведь облетали уже, убедились!

- Положено. Да и вообще... Погода хорошая, прогуляться приятно. Кстати, поляну тут присмотрел неподалёку - может, соберёмся туда вечером? Костерок разожжём, посидим, кто не занят в обеспечении полётов. Я в плановую только на завтра записан, а пока делать особо нечего. Развеемся... Ты ведь даже гитару сюда прихватил, я слышал?

- Ну, прихватил... Далеко поляна-то?

- С пол-километра отсюда. Не боись, Ром-Саныч, я сам понимаю, что маскировку нарушать нельзя.

- Я не боюсь, я опасаюсь... Сами-то не испугаетесь, так далеко от "точки"? Если что, подмогу не дозовёшься.

- От кого подмога-то? Волк или медведь-шатун огня остерегаются. Если что - бахнем и отгоним.

(*Группа "Самолёт-Двигатель", отсюда разговорное прозвище этих специалистов "Эс-Дэ" или "эсдеки")

Лётчик похлопал по массивной кобуре с верным "Бирюком-2М" из носимого комплекта - специально предназначенный для выживания в диких местах, этот пистолет мог стрелять и надкалиберными светошумовыми гранатками, помимо обычных патронов.

- Я не про то, звери опасные здесь редко встречаются. Просто, ну, слухи всякие ходят...

- Вон куда клонишь, Ром-Саныч, - усмехнулся лётчик, - инопланетянщина, значит? Летающие чайники? Я думал, ты серьёзно...

- Ну, Мага ведь пропал на самом деле. Для него всё было серьёзнее некуда.

Мага, он же Магдагач - кудлатый аэродромный пёс, любимец всего полка - действительно пропал два месяца назад, при вполне загадочных обстоятельствах. Магу частенько брали с собой на такие же, как сейчас, учения с рассредоточением, когда целая эскадрилья парами и звеньями разлетается с аэродрома на замаскированные секретные площадки в тайге. Обычно с умным "собакеном" на таёжной "точке" не было никаких особых хлопот, но в тот раз всё пошло не так. В итоге не нашли даже следов несчастного пса, хотя искали не один день.

- И дело не только в слухах, - продолжал техник, - какие-то странные огни я своими глазами видел. Кстати, вот как раз на этой площадке мы тогда дежурили. На видео толком непонятно, что там, камера у меня в браслете не очень... Но огни были - в той стороне где-то.

Роман махнул рукой в направлении на юго-запад. Володя представил себе полётную карту, прикинул:

- Так, наверное, наши и летали? Третья площадка примерно в той стороне должна быть.

- Не-не, она дальше гораздо. И наших я бы ни с чем не спутал, не первый год в авиации... Ни на самолёт-"вертикалку", ни на винтокрыл не было похоже - они так подолгу не висят в одном месте. Да с такого расстояния и слышно было бы, особенно "вертикалку". Вертолёт или вихрелёт, разве что. Хотя тому и другому нечего было бы там делать, так далеко от аэродромов...

---

30 декабря, объект "Радиоастрон", от восьми до девяти часов вечера

- ...Морозные звёзды алмазно сияют,

Всё дальше зовут

В бескрайний простор, где меня ожидает

Костёр на снегу.

И будут летать светлячки, как живые,

В хрустальной ночи,

И станут в строку, словно в строй рядовые,

Мои - и ничьи*...

(*в рассказе использованы стихи Леонида Механикова)

Ярослава дала отзвучать протяжному заключительному аккорду, потом отложила гитару и откинулась в кресле:

- А всё-таки, с настоящим костром было бы как-то... Не знаю... Интереснее, что ли. Благоустроенный купол и электрокамин - это уютно и удобно, конечно...

- Поздно уже, - ответила Елизавета Петровна, - это мы на завтра наметили: и катание на снегокатах, и стоянку с костерком после.

Поскольку с музицированием больше никто не проявил инициативы, гитару взяла Лена и принялась задумчиво перебирать струны, тихонько напевая без слов. Пал-Николаич счёл время подходящим, чтобы рассказать какую-то запутанную и малопонятную байку из своего опыта, как-то связанную с космосом. Извинился и ушёл Костик, отошла куда-то Елизавета Петровна - видимо, рассказ этот повторялся уже не впервые.

- ...Ну и потом, представьте, она совершенно серьёзно заявляет: "остановите пока спутник, мне нужно компьютер перезагрузить!"

Рассказчик засмеялся, и Яся из вежливости тоже улыбнулась, хотя юмор ситуации от неё и ускользнул.

- Кстати, Павел Николаич, если не секрет - вы ведь здесь тоже чем-то вроде космической связи занимаетесь?

- Эм-м... Чем-то вроде, да.

- А где тогда антенны? Анатолий говорил про них, но я ничего такого тут не заметила.

- Подождите, вы ведь на дирижабле прилетели? Гору позади купола видели?

- Да, видели. За ней антенна, значит?

- Вот эта "гора" на самом деле и есть антенна, - явно довольный впечатлением от своих слов, ответил Пал-Николаич. В это время к ряду кресел у камина подошла его раздражённая супруга:

- Паша! Дверь опять испортилась, не открывается!

Она указала на противоположную сторону круглого зала - там была сдвижная дверь в короткую галерею, ведущую из жилого в бытовой купол. В последнем, кроме кухни и продовольственного склада, размещались также душевые кабинки и туалеты. Через щель в заклинившей двери сейчас могла бы протиснуться в бытовой купол разве что кошка.

Ворча что-то про сырость и конденсат, Пал-Николаич попытался освободить упрямую дверь, но безуспешно. Толя подключился и тоже не преуспел: если до него дверь хоть как-то качалась при нажиме, теперь её заклинило совсем уже намертво.

- Похоже, в моём кофе за ужином было многовато коньячку, - добродушно пошутил Пал-Николаич, разглядывая нижнюю направляющую двери. Супруга ответила возмущённо-звеняще:

- Скорее, в твоём коньячке было маловато кофе!!

- Ну ладно, как скажешь...

Со скучающим видом Пал-Николаич распрямился и потянулся.

- Поздно уже, вот что... Утро вечера мудренее, как говорится в сказках. Завтра с утра сделаю.

- А ходить-то как?!

- Элементарно - через "улицу". Наружные двери в этих куполах пока не додумались делать сдвижными, они нормально работают. Вы уж извините нас, дорогие гости, - Пал-Николаич развёл руками, - но такое бывает... Завтра, если получаться не будет - я её, в конце концов, просто разберу, эту чёртову дверку.

- Тогда ведь пахнуть будет!!

- Ну, Лиз, не такой уж там дух, и то изредка...

Лизавета Петровна накинула шубку и вылетела из купола, громко хлопнув наружной дверью. Толик всё пытался без толку расшатать заклинившую дверь в галерею, а Лена положила на струны ладонь и невесело улыбнулась:

- Что, Яська, накаркала? Не нравилась благоустроенность - добро пожаловать, "пудрить носик" через улицу бегать будешь. А заодно и я с тобой...

Пал-Николаич неловко кашлянул и произнёс небольшую извинительную речь, сводившуюся к тому, что неприятности случаются, но завтра-то будет полный порядок.

- Вы не стесняйтесь, если надо перейти "через улицу" ночью - вон, Толю зовите, чтобы проводил. Будет спать - разбудите. Его или Костика...

- Костика не надо, - с пренебрежением бросил Анатолий, - толку-то с него, с малолетки. Так, одни "видосики" на уме...

Сам Костик, с полотенцем через плечо, как раз появился в "зале", и от этих слов нахмурился, но Толю это никак не смутило. На Ясю эта сцена произвела неприятное впечатление.

- Подождите, зачем вообще кого-то тревожить? Мы не маленькие, и тут метров сто, ну, сто пятьдесят пройти, не больше. Освещение дежурное снаружи есть - оно ведь у вас не выключается на ночь?

- Не выключается, - согласился Пал-Николаич. - Это так... Для спокойствия. Всё-таки там тайга снаружи, а не городской парк. Да, и ещё...

Отец Анатолия подошёл к гостьям ближе и понизил голос:

- Дорогие девушки, вас тоже я обязан предупредить, Толя и Костя уже знают. Тут есть некоторые обстоятельства... Эм-м, в общем, ночью, с трёх тридцати по четыре ноль-ноль, из купола выходить нельзя. Ни в коем случае! Даже если покажется, что рядом с куполом бродит кто-то очень странный, а в ушах звучат и зовут какие-то голоса - не выходите и не открывайте дверь наружу! Почему? Сложно объяснить... Пока просто поверьте на слово. Нет, на самом деле никто там не бродит, это, эм-м... Обман зрения, да. Но выходить, всё-таки, нельзя. С трёх тридцати по четыре часа утра, запомнили? Рассчитываю на вашу сознательность...

Вернувшись после душа в жилой купол, Ярослава застала в "зале" одну Лену. Опершись на подоконник, та стояла возле окна, отсутствующим взглядом провожая кружащиеся за стеклом снежинки. Яся откинула капюшон с полотенца на волосах, подошла к подруге и легонько тронула её за плечо:

- Ты извини меня, Лен... Пожалуйста! Я и сама глупость сделала, и тебя тоже затащила в эту дыру. Так вышло, понимаешь... Очень не хотелось встречать праздник дома. Вот и ухватилась за такую возможность. Просто сбежать надо было на время...

Лена накрыла Ясину ладонь своей:

- Ладно, Ярославка, не извиняйся. Я ведь и сама хотела сбежать, если честно. Потому и дала себя уговорить. Один... человек, которому я верила, оказался... В общем, не тем. Думала, я его знаю, а оказалось - совсем не знаю. И в нашей обычной компании Новый год встречать было нельзя... Он ведь там тоже будет...

Лена вдруг улыбнулась, как она умеет - открытой, искренней улыбкой, от которой сразу делается теплее:

- Выходит, мы обе здесь оказались, от кого-то сбежав, да?.. Что-что, а это у нас точно получилось.

Девушки рассмеялись и обнялись.

- Сбежали как следует, качественно, - сквозь смех выговорила Яся, - послушать хозяев, тут у них прямо дом с привидениями, не меньше.

- Ну-ка, ведьмочка, твоё экспертное мнение - что-то есть за этими разговорами, или это так, просто розыгрыш для вновь прибывших?

- Откуда мне знать, Ленка? Поживём-увидим...

---

30 декабря, "площадка-два", от девяти до десяти часов вечера

...Обычно лётчики и техсостав между собой соблюдают известную дистанцию, но здесь, на "точке" среди тайги, было всего два самолёта и три лётчика - и оба Володиных коллеги были заняты на дежурстве. Выбирать не приходилось, раз уж нужна была компания. За импровизированным столом из составленных ящиков собрались вчетвером: сам лётчик, то есть капитан Владимир Малых, техник-"эсдек" Рома Возяков, а также инженер звена техник-капитан Илья Северский и "РЛО-шник"*, техник-лейтенант Женя Дарчук.

(*Группа РЛО отвечает за исправность и обслуживание радиолокационного оборудования самолёта)

В конечном счёте замысел Володи с костерком в лесу так и не был реализован - "посиделки" устроили в большой палатке-столовой. Тем не менее, обстановка оставалась "минималистично-походной", как обычно на "точке". Всё здесь, начиная от громадных мягких ёмкостей для топлива и заканчивая последней гайкой и контровкой, приходилось перебрасывать в глухомань на тяжёлых транспортных винтокрылах, потом ещё переть от дороги или полевого аэродрома в тайгу на вездеходах - и после учений всё то же самое проделывать в обратном порядке, вывозя казённое добро назад.

На столе собрали немудрящую закуску из сухпайков, были и фляжки - и не во всех из них был налит чай. Рома подбирал аккорды на своей гитаре, глядя в закреплённый на колене экран браслета, остальные просто болтали между собой. Илья как раз поднял тему "за какие грехи":

- Ладно, со мной всё понятно: у меня был тот "залёт" с 55-м бортом, да и в любом случае, как холостой - всегда первый кандидат на заброску в любое "днище". Ну а вы чего такого натворили, Владим-Леонидыч, чтобы с нами здесь оказаться?

- Кому-то же надо было, - пожал плечами Володя. - Лобов заболел, меня и поставили на замену.

Илья не пожелал замять вопрос:

- Что наш "страшный лейтенант" Лобов резко заболел в нужный момент - это не в первый раз случается. Я, наверное, даже знаю эту "болезнь" - у неё очумительная фигурка и звание "лейтенант медицинской службы"... Но так-то в очереди Лобову на замену вы, Владимир Леонидыч, обычно даже не в первой пятёрке были бы. Мы-то понятно - жены нет, детей нет, нас не жалко. Хоть Новый год на носу, хоть отпуск, хоть что. А у вас жена-красотка, дочка маленькая - как назвали, кстати, всё забываю...

- Еся... Есения, - чуть слышно, перехваченным горлом, пробормотал Володя. Перед глазами, как наяву, возникло ангельское Есино личико: "папа, мама, не нада ссоиться, позявуста!!" Когда-то этих слов хватало, чтобы их помирить...

Деликатный, как обычно, Женька решил прийти на помощь лётчику:

- Барахло твоя теория, Илья Андреич. Вот я женатый, и с детьми. Юлька моя в детсаду работает, у неё сейчас самый завал, перед праздником. Утренники, ёлки, репетиции, танцевальные занятия с детьми - выдохнуть некогда... Помогло это мне отвертеться от учений?

- Сравни-и-ил, - протянул инженер звена. - Сколько вас там, в группе РЛО? Ты да твой друг Вася? Ты у нас вообще незаменимый, поэтому деваться тебе некуда!

Ромка, перелистав что-то на экране, вмешался в разговор:

- Чем разговоры разговаривать, давайте лучше споём!

- "Погоны!" - потребовал Илья.

- "Погоны", - согласился Рома. Чуть подглядывая в аккорды на экранчике, он завёл медленный ритм:

Мои золотые погоны

Лишь прибыв в глухой гарнизон

Сменили свой цвет на зелёный

До лучших, парадных времен.

И дни в суете пролетают,

Нам не до парадов уже,

И тени меж нас пролегают

Тяжёл этот "рай в шалаше".

Припев подхватили все хором:

Красавица в поезде мчится,

Уходит в туман гарнизон,

А сердце стучится, стучится -

Не выдержав тяжесть погон*...

(*стихи Сергея Стриженко)

Конечно, Илья попал в точку: Володе никто даже не предлагал это сомнительное удовольствие - лететь в тайгу и встретить Новый год на боевом дежурстве. Просто после того скандала оставаться дома было до такой степени тошно, что лётчик сам подошёл к комэску и попросился подменить заболевшего Лобова. Видимо, судьба такая - не он первый, не он последний, чей брак не выдержит испытания "тяготами и лишениями" в дальнем гарнизоне.

Нелёгкие мысли Володи были прерваны самым эффективным из возможных способов: пронзительной сиреной команды "Воздух!" Глаз лётчика запечатлел, как стоп-кадр, недовольную физиономию Ильи, который с преувеличенной осторожностью ставил на стол полный стопарь - перед тем, как вместе с остальными рвануть спринтерский забег на свой пост по боевому расписанию. Следующее, что отметило Володино сознание - кабинка СКП*, куда он с разбега влетел, чуть не врезавшись в Гуся за пультом. Гусь - он же старший лейтенант Гусев - уже заранее одетый в лётное, лишь взглядом дал понять, что заметил товарища:

- Торба - два полста первому, на площадку!

- Выруливаю, - ответил приёмник голосом Уйгура, ещё одного лётчика. Снаружи старый добрый Як-203, уже расчехлённый и с откинутыми масксетями, запел тоном выше и выкатился из-под деревьев на подсвеченную прожектором металлокерамическую стартовую площадку. Страшный грохот ударил по ушам, потоки газов от выносной форсажной камеры и струйных рулей подняли целый буран из снега, совсем закрыв самолёт.

- Два-полста первый, струйные и ВФК включились, готов.

- Я Торба, вам взлёт по готовности!

- Понял, по готовности.

Лишь по изменившемуся звуку можно было понять, как двигатель вышел на взлётный режим - и вот над снежной круговертью всплыл взлетающий вертикально истребитель.

- Всё, сдаю дежурство! - уже не нажимая на кнопку передачи, облегчённо выдохнул Гусь. Хлопнув Володю по плечу, Гусев выскочил наружу - второй истребитель ждал его.

- Капитан Малых дежурство на СКП принял, - чётко, под запись, проговорил Володя.

(*СКП - стартовый командный пункт: пост управления взлётами и посадками авиации с аэродрома или, как в данном случае, временной площадки)

Уже взлетевший истребитель снаружи, разогнавшись, выключил форсажную камеру и перешёл в горизонтальный полёт, исчезая в ночном небе...

---

31 декабря, объект "Радиоастрон", от двух-тридцати до трёх-тридцати ночи

...Яся проснулась, кажется, от какого-то громкого звука, хотя трудно было понять - наяву или во сне его слышала. Время? 2:48, ещё спать бы да спать. Она немного поворочалась, но сон всё не возвращался. Видимо, лишняя чашка чая за ужином давала о себе знать, настоятельно требуя прогуляться. Однако вылезать из тёплой постели страшно не хотелось: ночью температура в жилом куполе заметно упала, несмотря на работу системы отопления. А ведь в туалет придётся вообще "через улицу" бежать... Яся вспомнила предупреждение Пал-Николаича и проснулась окончательно. Значит, 2:59, ещё полчаса осталось до... Чего? А ничего! Поёживаясь на холодке, девушка накинула поверх пижамы шарф и тёплую куртку, влезла в остывшие сапожки, выглянула наружу через окно. Снаружи всё так же сыпал редкий снежок, посвёркивая в лучах фонарей, и перемигивались цветные огоньки гирлянды на украшенной к празднику молодой сосенке. Никаких странных фигур и голосов не наблюдалось. "Значит, так, дорогие хозяева, - мысленно обратилась она к местным любителям розыгрышей, - если вы на самом деле ждёте, что новенькие в назначенный час подскочат с кроватей и прилипнут носами к стёклам, высматривая ваших пришельцев или привидений - то не на тех напали! Схожу вот, и сразу баиньки!"

С её появлением в "зале" вспыхнул тусклый дежурный свет - фонари снаружи всё равно были ярче, и окно в наружной двери смотрелось как невнятный светлый овал. Мелькнула мысль, что стоит всё-таки разбудить Толю, чтобы проводил... Хотя нет, ещё не хватало, и так чересчур много воображает о себе.

Решительно Яся прошагала к двери и потянулась к ручке.

Не успела: ручка медленно повернулась сама.

Мгновенный испуг сразу сменился пониманием: не ей первой понадобилось посетить туалет этой ночью, только и всего. Мысленно посмеиваясь над собой, девушка посторонилась, пропуская входящего. Чего он так долго?

Дверь медленно открылась, но за ней никого не было. Тут до Яси дошло, что было неправильным с самого начала: за стеклом открывающейся двери она тоже никого не видела, хотя маленьких детей или карликов тут нет.

Ладно, допустим, такая это хитрая дверь. С датчиком присутствия, как на включение света. Подходишь - и открывается... Мало ли, что таких дверей в куполах среди тайги обычно не делают - а тут вот взяли и сделали. Вечером эта дверь так себя не вела? Ну, подумаешь, выключена была. А сейчас вот включили. На ночь.

- Э-эй, - почему-то громким шёпотом позвала Яся, осторожно выглядывая наружу, - есть тут кто?

Снаружи тоже никого не было. Только на пушистом снегу остались свежие следы - одна их цепочка вела ко входу в бытовой купол, ещё одна уводила куда-то вокруг жилого, и такие же следы уходили куда-то мимо "новогодней ёлки" прямо в тайгу.

Ну-ну, шутники, завтра посмотрим, кто это наследил. И пусть кто-нибудь попробует не предъявить свою обувь!

Яся присела на корточки, разглядывая следы. Не очень большие, но, определённо, человеческие. Даже слишком определённо: это были следы босых человеческих ног...

- ...Да чего там стряслось... ведьмочка рыжая? Шабаш без тебя... начинают?

Зевающая Лена только тут взглянула в лицо подруге, да так и застыла с раскрытым ртом. Продолжила она уже другим - проснувшимся - тоном:

- Что случилось?

- Пойдём, посмотришь сама, - прошептала Яся. - Скажи, что мне это померещилось!

Наружная дверь с их приближением и не подумала открыться, развеивая слабые Ясины надежды на объяснение хоть одного феномена.

- Действительно, следы, - признала Лена, - и действительно, наш местный Пятница ходит босиком по снегу. Или как-то притворяется, что ходит. Там, дальше, не смотрела? Может, дальше следы нормальные, только тут для нас нашлёпали босыми лапами.

- Да как-то нет, страшно стало одной туда, - призналась Яся. - Пошли вдвоём сходим. "Попудрить носик" всё равно надо.

- Подожди-ка, - Лена хитро заулыбалась, - а кто вообще сказал, что в бытовой можно только через "улицу"?

- Пал-Николаич сказал. Дверь ведь заклинило, напрямую не пройдёшь...

- Ты сама это проверяла?

- Нет, зачем? Пусть наш Толик далеко не Геракл, но не слабее же меня.

- Эх, Яська-Яська, хоть иногда включай мозги! А если Толик тоже участвует в розыгрыше, а с дверью полный порядок? Кому-то просто надо было выгнать нас ночью наружу. Вот и натоптано тут специально для нас! Видишь, как я всё продумала - молодец я?

Ленка дошла до приоткрытой двери в бытовой купол, подёргала так и этак - та не сдвинулась, действительно заклиненная.

- Но как, Холмс? - поддела подругу Ярослава.

- Ну... хорошо... не подтвердилась... эта гипотеза, уф-ф... - Лена отстала от злополучной сдвижной двери, переводя дух. - Слушай, ты тогда точно не дошла до бытового купола? Я в щель заметила - там как раз свет горел и погас, как будто кто-то недавно оттуда вышел.

- Да нет же, когда бы я успела? Сразу к тебе в комнату рванула, как следы разглядела.

- Тогда от кого включался свет там, в бытовом?

Девушки оглянулись - единственный выход наружу из жилого купола был всё время у них на виду, незамеченным никто выйти бы не смог. На кого бы ни среагировал датчик присутствия в бытовом куполе, этот кто-то приходил не отсюда. И приходил совсем недавно... Обеим стало не по себе.

- Слушай, Лен... Может, хозяев разбудим? Как-то этот розыгрыш всё меньше похож на розыгрыш!

Ленка вдруг непроизвольно вздрогнула, уставившись испуганными глазами за спину подруге. Яся оглянулась: в "зале" с ними появился кто-то третий, выходящий из жилого сектора. Пугаться, впрочем, повода не было: девушки узнали сутулый силуэт Анатолия. "Вот сейчас засмеётся и скажет - ага, мол, купились... И пускай, лишь бы объяснил уже всё!" Однако то, как вздрогнул сам Толя при виде них, как сразу приосанился и втянул живот - слишком явно выдавало, что он отнюдь не ожидал никого здесь встретить.

- Что... Какие следы? - позёвывая, спросил он, надевая на себя одну из висящих у входа утеплённых рабочих курток.

- Это мы у тебя спросить хотели, - ответила Ярослава сердито, - вы тут "Снежного человека" до сих пор не встречали?

- Да как-то нет... Так, разве что, после стаканчика "Тройного Каротажа" кто-нибудь чертей начнёт гонять, - попытался сострить Анатолий. - Но те обычно зелёные и маленькие, а у вас тут...

Он вышел наружу, наклонился к следам на снегу, сравнил со следом от своего валенка.

- Так, в самом деле, босыми ногами ходили... И нога почти с мою размером... Чего это такое, девчонки, а?

Недоуменное Толино лицо с раскрытым ртом было до того комичным, что Ленка не выдержала:

- А что ты удивляешься? Нету ведь ничего, видимость одна! Так ведь твой папаня выразился? И нас тут нет, наверное! А ты просто нализался "Тройного Саботажа", вот и видишь всякую чертовщину.

- Н-нет, я сам не пробовал, мне рассказывали, - растерянно бормотал Толя, щупая загадочные следы рукой. - И не "Саботаж", а "Каротаж"... Местный рецепт, геологи придумали...

Яся решила, что лучше взять инициативу на себя:

- Это всё очень интересно, только мне уже давно пора... Туда, в бытовой! Так что я пошла, а вы меня подстрахуйте.

Подавляя дрожь, она решительно зашагала по снегу вдоль странных следов, стараясь их не затоптать. Лена и Толя, переглянувшись, последовали за ней.

- Так, только давайте побыстрее, - нервно сказал Анатолий, - через десять минут обязательно вернуться в жилой купол надо. Время!

Ни в туалетных, ни в душевых кабинках ничего и никого необычного не обнаружилось. Лена, видимо, продолжила допекать Толю расспросами - до Яси долетали только обрывки его реплик, со стороны входа в бытовой купол:

- Да откуда я знаю?.. Опасно, говорили... Лучше вернуться заранее, вот и всё.

Дальнейшую беседу перекрыл пронзительный и полный ужаса Ленкин визг.

---

30 декабря, "площадка-два", одиннадцать часов вечера

- ...И все-таки - что это было, Гусь?

Только что вернувшиеся истребители снаружи ещё зачехляли, Уйгур ушёл в кабину связи для доклада в полк по закрытой линии. На СКП Володя остался вдвоём с Гусевым, который расслабленно вытянулся в кресле помощника руководителя полётов. Сняв с себя только подвесную систему и шлем с перчатками, Гусь остался в лётном комбинезоне поверх ППК и в меховых унтах. На вопрос товарища он поерошил вспотевшие в полёте волосы:

- Откуда я знаю, Вовчик? Дали срочную вводную и команду подняться на перехват. Что-то неопознанное вынырнуло... Хрен зна откуда, на стыке трёх границ. Шло в нашу сторону. Быстро шло... Но перехватили его не мы, если вообще перехватили. У меня он просто с экрана исчез. Как будто сам не знаешь, как оно бывает!

- Может, просто нас проверяли, специально контрольную цель в нашу сторону запустили?

- Это запросто, - признал Гусь. - Может, Уйгур больше скажет, если знает.

На СКП как раз зашёл Уйгур, он же капитан Арсланов, назначенный старшим на "точке":

- Всё, отбой полётам, тут у нас усиление снегопада намечается. Отдыхаем пока, товарищи лётчики!

- А гоняли-то кого сейчас? Так и неизвестно?

Посмотрев на Володю, Уйгур покачал головой:

- Не знаю...

---

31 декабря, объект "Радиоастрон", от трёх-тридцати ночи до десяти часов дня

- ...Да не знаю я, что это было!!

Лена уже перестала дрожать, но всё ещё сильно нервничала. Перед этим, у входа в бытовой купол, прекратив кричать, она только твердила "там... там!" и показывала куда-то между "новогодней ёлкой" и жилым куполом. Толик растерянно повторял, что "ничего не делал, даже близко не подходил, мы просто разговаривали". Понимая, что время уходит, Яся схватила подругу под локоть, кивнула Толе - и они поспешно перебежали в жилой купол, заперев за собой дверь.

- Ну правда... Неужели вы сами не видели?

- Я, если что, была в комнатке без окон, я ничего не могла видеть, - проворчала Яся. - Кричала-то почему?

- Испугалась... - Лена виновато улыбнулась. - Нет, Анатолий, ты правда ничего не видел?

- Не видел. Я на тебя смотрел, мы же разговаривали.

- Там, на снегу... Я увидела что-то, - Лена ещё раз вздрогнула, вспоминая. - Вроде, человек, но не человек... Очень длинные руки и ноги, какая-то шерсть по всему телу... Сам весь согнутый, скукоженный... И глаза. Огромные, круглые... Как оно ими зыркнет на меня! Просто хотелось всё бросить и бежать... Куда глаза глядят...

Анатолий попытался рассуждать рационально:

- Так, а не могло это померещиться? Иногда и дерево как человек выглядит. Особенно, когда сам напуган, и подсознательно ждёшь чего-то.

- Ну не настолько же я...

- Сфотографировать, конечно, не получилось?

- Оно сразу исчезло, я бы не успела... Даже если бы вспомнила вовремя про браслет.

- И выйти прямо сейчас нельзя, чтобы следы в том месте проверить, - подвела итог Ярослава. - Знаете что? Давайте просто попробуем поспать. Утром эту историю расскажем здешним хозяевам. Может, у них объяснение найдётся.

- И на следы при дневном свете посмотреть было бы интересно, - добавила Лена, - а пока... Ярославка, если меня к себе в комнату пустишь, я бы тоже попробовала уснуть. Одной сейчас как-то...

- Перебирайся ко мне, о чём речь. Поспать-то надо, завтра же Новый год! Собственно, уже сегодня, - заметила Яся. На том и порешили.

Утро 31 декабря выдалось ясным и погожим. Снегопад прекратился, облака разошлись - и даже поздний зимний рассвет залил всё вокруг таким праздничным светом, что ночные страхи стали казаться каким-то неприятным сном. Свежий пушистый снег прикрыл все следы вокруг куполов, как будто их и не было...

- Было, было, - ответила Ленка на невысказанный вопрос Ярославы, - фотки-то остались!

Пал-Николаич, которому изложили ночные приключения, воспринял их почти равнодушно:

- Во сколько, говорите, вы это всё видели?.. Думаю, ошибаетесь - наверняка уже было три-тридцать, а я вас предупреждал...

Лена возмутилась:

- Вы объясните, наконец, что за существа у вас тут в три-тридцать бродят вокруг купола! У меня чуть сердечный приступ не случился!

- Да никто не бродит, говорю вам. Понимаете, эм-м, это не для всех информация... Скажу так - в три-тридцать у нас здесь плановое включение аппаратуры, оно происходит автоматически. Излучение довольно... специфичное, направлено в верхние слои атмосферы. Есть пока и побочный эффект: боковые лепестки диаграммы направленности. Они, как бы объяснить... Наш купол тоже чуть-чуть задевают, да. Задевают слабо, к тому же купол экранирован... В общем, большинство людей вообще ничего не чувствуют и не замечают.

Яся уточнила:

- Большинство - это сколько?

- Примерно семь-восемь из десяти человек. Точно не скажу... Сам не знаю. Не тот вопрос, чтобы массовое тестирование проводить, вы же понимаете...

- А у тех, кто не попал в эти ваши "семь-восемь из десяти"?

- Да, у некоторых бывает... Повышенная чувствительность, скажем так. Бывает, проявляется как головная боль... Бывают и галлюцинации. Иногда... довольно жуткие, мне рассказывали. Видения, голоса... Ещё и поэтому время включения сдвинули на ночь, во сне это переносится легче.

Лена покачала головой:

- Вы меня извините, но не сходится ваша версия. Во-первых, это было раньше, чем вы сказали. За часами мы следили, все трое. Во-вторых, даже если это... существо мне привиделось - следы были настоящие! Их не только я видела. И фото есть.

- А ещё дверь кто-то открыл снаружи, - добавила Яся, - и в бытовой купол кто-то без нас заходил, свет загорался.

Пал-Николаич только пожал плечами:

- Я могу проверить лог включения дежурного света в жилом и в бытовом. Но даже если будут нестыковки - датчики сами по себе дают ложные срабатывания иногда...

Ярослава, на момент возмущённая таким равнодушием, потом попыталась взглянуть на это глазами собеседника - и вынужденно признала шаткость своих аргументов. Что у них в доказательство - не слишком чёткие фото каких-то следов на снегу? Дежурный свет в бытовом куполе, непонятно почему включившийся? Всё остальное они даже друг другу только на словах и могут подтвердить: открывающуюся дверь видела только Яся, существо на снегу - только Лена, и то мельком.

- Пап, а у вас тут нет камер наблюдения, случайно? - с надеждой спросил Анатолий.

- Случайно, нет. Если не считать... да, не считать аппаратной, возле антенного поста. И ещё видеорегистратор автоматом включается на причальной башне, при подходе дирижабля. Больше нигде. У нас тут, знаешь, не военный объект...

---

31 декабря, "площадка-два", десять часов дня

- ...У нас тут военный объект, а вы что устроили? - возмущённо выговаривал подчинённым Уйгур. Даня Сергеев, техник с "борта 05" - вчерашний студент, молодость которого не могла скрыть даже накладная борода и "дед-морозовский" костюм - виновато потупился. Однако техник-капитан Илья Северский - в самодельном костюме Снегурочки и с накладным бюстом, на который пошёл, наверное, целый чехол от парашюта - нисколько не смутился:

- Так Новый год же, та-ащ капитан. Надо отметить! Между прочим, я, как офицер, несу ответственность и за морально-психологическое состояние личного состава.

- Несёшь, Илья Андреич, - немного сбавил тон Уйгур, - я тоже несу ответственность... И за морально-психологическое тоже. Но в первую очередь - за выполнение поставленной задачи! Кто вам разрешил наш единственный снегоход-буксировщик изуродовать? А если самолёт понадобится передвинуть на площадку, без запуска?

- Во-первых, я и разрешил, как ответственный за наземную службу на "точке", - объяснил Илья. - Во-вторых, не изуродовать, а украсить: это теперь наши волшебные сани... Если понадобится самолёт передвинуть - украшенный снегоход это сделает не хуже обычного. Ещё вопросы?

- Ну не зарывайся, Андреич, не зарывайся, - уже совсем тихо сказал Уйгур. - Мало ли, что по званию мы равны - старшим на "точке" всё-таки не тебя назначили. Мог бы хоть для порядка согласовать...

Тихо, в тон командиру, Илья ответил:

- Виноват, Кутлуш Ильгизович, исправлюсь!

Потом, приняв стойку "смирно", насколько позволял образ Снегурочки, громко отрапортовал:

- Товарищ капитан, разрешите включить празднование Нового года сегодня в распорядок дня!

- Вот после отбоя полётов - разрешу, - ответил Уйгур.

- В плановой на сегодня всего один полёт, - вмешался Володя, - я и запланирован... "День с переходом на ночь", с закатом взлетаю. Вы двое вчера полетали, сегодня моя очередь.

- Вот и я о том же: праздник праздником, а полёты полётами.

- Самолёт...

- Я знаю, самолёт уже готов и осмотрен, но на предполётный всем быть, кому положено! Слетаешь - там и отпразднуем, - заключил Уйгур.

---

31 декабря, объект "Радиоастрон", одиннадцать до полудня - три часа дня

...Видимо, желая загладить все неудобства и пугающие ночные события, хозяева постарались устроить для гостей праздник на славу. Были и гонки на снегокатах вокруг куполов, и весёлые подвижные игры на выбывание из круга или ловлю предмета, и перерывы "на отогреться и угоститься", во время которых тоже успели поиграть в "мафию" или шуточные викторины с выведенными на большой экран заранее заготовленными вопросами. Толины родители на удивление активно участвовали во всём, вместе с более молодыми гостями. Даже Елизавета Петровна на время оставила свою напускную важность, наравне с девушками включаясь в шуточный конкурс "Снегурочку вызывали?" Правда, выиграла в этом конкурсе всё же Яся.

- Ну, знаешь, Ярослава Никитична, с таким былинным именем да не выиграть в конкурсе на Снегурочку!

Говоря это, Ленка сделала вид, что надулась, однако на деле она была только рада за подругу, и Яся это хорошо знала. Вот что касается Анатолия - он, похоже, по-настоящему обиделся, не сумев победить Костика в конкурсе по метанию снежков:

- Я просто устал и не выспался, вот и всё! Мы пол-ночи какого-то снежного человека выслеживали, пока ты там дрых без задних ног.

- Снежного человека? Выслеживали?

В улыбке Кости было столько иронии, что Толя просто взвился:

- Да! Выслеживали! И чего ты лыбишься на меня? Я не за себя беспокоился, вон, за девчонок! В твоих видосиках этого не показывают, так? Подрастёшь и поймёшь, что такое ответственность...

Костик откинул голову назад и расхохотался. Толя побагровел, а его мать нахмурилась:

- Что за поведение, Константин?

- Простите... Тётя Лиза. Ну никак не мог сдержаться... Просто... Пока наш ответственный Толя... Выслеживал, ха-ха-ха... Я ведь этого "снежного человека" взял да и поймал!

- Ладно, всё, - вмешался в разговор Пал-Николаич, - пошутили, посмеялись и будет. Толя, тебе надо бы научиться проигрывать нормально. Чтобы не злиться и не искать оправданий...

- Так, я не злюсь, - пылающее лицо Анатолия со словами не вязалось, хотя он явно старался взять себя в руки, - но пусть наш Костик просто покажет, кого поймал. Или это во сне было?

- Наяву, наяву это было... Хоть сейчас покажу, если хотите. Он в моей комнате, в шкафу закрыт.

- Почему только сейчас об этом говоришь, почему не раньше? - недоверчиво спросила Лена.

- Я... Извините. Покажу и всё поймёте.

Вся компания ввалилась в комнату Кости, в которой сразу стало тесно. Костик распахнул полупустой стенной шкаф. Там, кроме пары рубашек, висела на плечиках мохнатая тёплая пижама-"кигуруми" - этакий комбинезон с капюшоном, изображающий не то фантастического эвока, не то сказочного медведя. Яся уже было хотела посмеяться шутке, когда ей в локоть испуганно вцепилась Ленка:

- Это... Он! Это самое я и видела!

- А вот и "глазища", - Костик показал на большие лыжные очки на полке. Круглые стёкла при взгляде мельком действительно могли показаться глазами, особенно если заранее ожидаешь увидеть что-то необычное.

- Это был ты? В этом бегал по снегу?

- Ага. Окно здесь, в комнате, открывается - через дверь не понадобилось.

Лизавета Петровна пощупала тонкую ткань костюма:

- Тебе же было холодно!

- Поверх термобелья надел, - пожал плечами Костик, - мы в спелеологической секции к холоду приучены.

- Так, не свисти, - Толя всё ещё не хотел верить в розыгрыш, - там было босыми ногами натоптано! Я сам видел!

- И это тоже был я, - со вздохом признался Костя.

- Босиком? По снегу?!

- Босиком, и по снегу. Недолго ведь. Да и мороза настоящего не было... Я же говорю, мы к холоду привычные, в походах на спор с ребятами ещё и не то делали.

Пал-Николаич качнул головой - не то с неодобрением, не то с восхищением:

- Вот ведь молодёжь пошла...

Лена, ещё раз вспомнив свой ночной испуг, быстро спросила:

- Зачем ты это всё?..

- Простите ещё раз, - повинился Костик, - я ничего такого не планировал. И пугать никого не хотел, конечно. Кигуруми с собой привёз, чтобы ночью не укрываться, только и всего. Просто, ну... Сначала дядь-Паша вам тумана напустил, потом наш Толя так заважничал! Само собой всё придумалось...

---

31 декабря, "площадка-два", четыре-тридцать дня

- ...Придумывать ничего не надо, Данил. Просто скажи, как есть, - Володя старался не давать волю раздражению, чтобы лишний раз не нервировать молодого и не вполне уверенного в себе техника. Они стояли возле "борта 05", на котором Володе предстояло сейчас лететь, и Даня чего-то мялся.

- Я... Не придумываю, та-ащ капитан. Борт исправен, старший лейтенант Гусев на нём вчера летал. Просто...

- Что "просто"?

- Старший лейтенант сказал, что у него в полёте "минимальный остаток" загорался. Хотя топлива было с избытком. Загорался и снова погас... Я сегодня проверил цепи сигнализации, никаких проблем не нашёл.

- Вика что говорит?

- То и говорит - "проверьте такие-то и такие-то сигнальные цепи". Я их все проверил! На аэродроме я бы к тэчистам* обратился, чтобы возможные неисправности ещё поискали, но здесь...

- Ладно, давай сюда ЖПС.

Техник протянул лётчику потёртый планшет, где хранились электронные дубликаты журналов подготовки обоих самолётов, и Володя поставил на сенсорном экране закорючку-подпись. Бумажные оригиналы ЖПС по-прежнему существовали, и заполнялись на каждый истребитель отдельно, как и сто лет назад - но эти журналы хранились в полку, и на "точку" их с собой обычно не брали во избежание утраты ценного документа.

(*ТЭЧ - технико-эксплуатационная часть, отсюда и разговорное "тэчисты", "тэчевские". Обычно ТЭЧ занимается неисправностями, которые не может исправить техник самолёта самостоятельно)

Лётчик забрался по стремянке в кабину, а поднявшийся вслед техник помог ему пристегнуться и забрал вынутые из катапультного кресла чеки. Потом, когда со стремянкой отходил от самолёта, Даня неловко запнулся в снегу, кое-как сумел не упасть и уже не стал возвращаться к истребителю, просто прощально подняв руку. Володя тоже махнул ему рукой, закрыл кабину и запросил у СКП разрешения на запуск. В голове билась непрошеная мысль, что для техника не похлопать "борт" по законцовке крыла перед полётом - дурная примета... Всему-то этого Даню надо учить.

Сегодня взлёт плановый, не по тревоге. Самолёт уже заранее был вытащен "волшебными санями" на площадку и примерно сориентирован по ветру, а свежий снег с площадки и рядом с ней по возможности расчищен. Тем не менее, после запуска двигателя вокруг снова поднялась снежная метель, разве что не такая густая, как вчера. При взлёте-то ладно, а вот садиться потом в эту кашу... Хотя потом - это будет потом. К тому же переменчивый ветер сегодня помогает, частично уносит снег.

- Торба, я двести двадцать шесть, двигатель на режиме, струйные рули работают, к взлёту готов.

- Два-двадцать шесть, Торба, взлёт разрешаю. Ветер справа под 30-45 градусов, порывами до 5-7 метров в секунду, за сносом следите.

- Двести двадцать шестой понял.

Всплывающий в небо Як-203 плавно вознёс лётчика над земными тревогами. Заходящее солнце оставило ещё достаточно света, чтобы ориентироваться, а боковой снос легко парировался правой педалью. Качающиеся на ветру сосны радостно махали ему ветвями там, внизу, и Володя, как всегда в такую минуту, широко улыбался под маской. Вика - здесь на это имя откликался "умный" бортовой комплекс - приятным женским голосом сообщила, что цикл вертикального взлёта завершён, можно переходить к разгону. До чего же хорошо летать!..

---

31 декабря, объект "Радиоастрон", от шести до семи часов вечера

...Всё-таки неспроста у Яси было нехорошее предчувствие к вечеру. Вот, вроде бы, всё нормально, собрались вместе за столом, проводили Старый год. Толя, хотя и подчёркнуто игнорировал Костика, был преувеличенно любезен с девушками, особенно с Ярославой. Но что-то в этом всём было не так... Развязка наступила сразу после ужина. Анатолий попросил пока никого не вставать из-за стола, потому что "он должен сказать что-то очень важное". Потом подошёл к Ясе, встал на одно колено и, взволнованно запинаясь, проговорил явно заученный текст, предлагая "очаровательной Ярославе" свои руку и сердце.

Да, где-то как-то Яся благоволила поклоннику, но далеко не была в нём уверена, так что держала дистанцию. И не давала ему повода на что-то рассчитывать, что бы он там себе ни вообразил!.. "Ах, не давала повода, значит? И то, что приняла приглашение и сюда прилетела, само по себе не тянет на аванс?" - спросил её ехидный внутренний голос, чем-то похожий на Ленкин. Как бы там ни было - ну не делаются так подобные вещи, не должны делаться! Он должен был как-то спросить у неё наедине, хотя бы дать ей время подумать, прежде чем вот так, при всех...

Молодая женщина украдкой оглянулась вокруг, словно ища выхода. Скромная обстановка жилого купола напомнила: они здесь, в сущности, заперты, почти как на необитаемом острове, и следующий рейс только послезавтра. А уже очень скоро, в этой самой компании, предстоит встречать Новый год. С каким настроением пройдёт эта встреча и потом ещё целый день до отлёта, если этакую сцену она, ко всеобщей неловкости, заключит своим "надо подумать" и уж тем более "нет"?..

---

31 декабря, квадрат "36-90", 18:36 - 18:45

...Нет, это просто нечестно, тем более сегодня! Володя ведь успел и долететь куда надо, и выполнить назначенную на полёт задачу - имитированный пуск по имитированной учебной цели - и уже лёг на обратный курс, как вдруг загорается тот самый "минимальный остаток". Ни с того ни с сего загорается - топлива-то было с большим запасом, взлетал с полной заправкой... Нет, сегодня точно не его день - тут же Вика своим ласковым голоском сообщает об отказе группы насосов подкачки. Вспоминаем руководство, раздел "неисправности топливной системы": теперь горючее в двигатель поступает лишь самотёком, а на Як-203 этим способом баки полностью не вырабатываются. Замечательно, блин. Топлива хоть залейся, но что с того толку, если использовать сейчас можешь лишь меньшую его часть? С этим не то что на запасной аэродром - на свою "точку" не долетишь. И в воздухе дозаправиться не от кого в здешней глухомани.

- Торба, я двести двадцать шесть. Докладываю отказ топливных насосов, имею вырабатываемый остаток...

- Шестьсот сорок литров, - подсказала Вика.

- ...Шестьсот сорок!

- Шестьсот сорок? Повторите, два-двадцать шестой!

- Шестьсот сорок - шесть, четыре, ноль, точка. Вернуться не смогу ни по основной, ни по запасной схеме.

Уйгур лишь секунду медлил с ответом, потом профессионально ровным голосом скомандовал Володе очевидный и единственный вариант - тянуть в ближайший к "точке" квадрат до выработки топлива, и там катапультироваться. Безлюдная тайга внизу примет и его, и то, что останется от "борта 05" после падения. Дальше - надеяться только на парашют и удачное приземление среди всех этих сосен, да потом ещё и на поисково-спасательную службу...

В отчаянном поиске другого выхода лётчик ещё раз пробежал глазами полётную карту на правом дисплее. На вертикальную посадку требуется триста тридцать литров, не меньше - эту цифру при переучивании на Як-203 каждый пилот запоминает накрепко. За вычетом этого объёма, доступного остатка топлива хватит лишь на смехотворно малое расстояние, в пределах которого почти ничего, кроме тайги и сопок. Даже речки завалящей нет! Вот здесь, правда, обозначен приводной радиомаяк и причальная мачта для дирижабля. Ни аэродрома, ни дороги расчищенной, ни даже вертолётной площадки, иначе у лётчика был бы проработанный запасной вариант посадки туда. Тем не менее, причальная мачта означала какое-то жильё и людей. И хоть небольшую вырубку в тайге. Немного - но лучше, чем ничего.

- Торба, двести двадцать шестой. Готов своим решением пойти на вынужденную, - он ещё раз глянул на карту, - к объекту "Радиоастрон"!

Руководитель полётов ответил не сразу, тоже про себя взвешивая риск. На месте не будет даже временной стальной площадки с прочным покрытием - значит, на "вертикали" газовые струи поднимут в воздух не только снежинки, но и грунт с камнями, ветками и всем прочим. Двигатель при такой посадке наверняка будет "забит" и пойдёт на списание. Хотя лучше уж только движок, чем тот же движок вместе с самолётом.

- Добро, двести двадцать шесть. Посадка своим решением, по месту и обстановке. Будут сомнения - не геройствуй, сразу отход и покидание самолёта!

- Понял, Торба. Захожу на вынужденную посадку.

Володя прибрал обороты и выпустил механизацию - следовало сбросить скорость перед переходом на "вертикаль". Снижение, подход... Привычные действия отодвинули тревогу, но поводов для беспокойства было слишком много. "Давай, ласточка, птица моя неперелётная, дотяни как-нибудь", - беззвучно шептал про себя лётчик. Кроме прочих, ещё одна проблема: если рядом с мачтой кто-то есть, предупредить их не получится, времени слишком мало. Уйгур, конечно, уже связался с полком, но, даже выяснив нужную частоту, он вряд ли кого-нибудь сразу застанет на связи там, на объекте. Тем более сегодня. Рядом с приземляющимся самолётом оказаться всегда опасно, а если посадка вертикальная - опасно втройне. Впрочем... Они узнают. Не совсем же глухие они там, в самом деле!

Невесело усмехнувшись, лётчик запустил выносную форсажную камеру за кабиной.

И грянул гром.

---

31 декабря, объект "Радиоастрон", 18:45 - 18:54

...Всепоглощающий грохот чего-то реактивного заглушил и включённую музыку, и любые сказанные слова, и даже, кажется, самые мысли у всех, кто был в жилом куполе. Яся, по своей природной мягкости уже готовая сказать неуверенное "да", возблагодарила судьбу за неожиданную отсрочку. Все выскочили наружу - кто-то в наброшенной куртке, кто-то прямо так, по-домашнему, в том числе и Яся с Леной. С высоты на них, чёрное на чёрном, со страшным рёвом медленно наплывало что-то стреловидное, заслоняющее звёзды и подсвеченное снизу двумя яростно пылающими факелами реактивных струй. Кто-то сзади набросил тёплую куртку на уже начавшую дрожать Ярославу, она обернулась: Костик. Сам в лёгкой рубашке, он примерялся вторую куртку накинуть на плечи Лене. Кивком поблагодарив парня, Яся только сейчас осознала, что всё это время стояла с раскрытым ртом, и смущённо прикрыла челюсть. Нисходящие потоки уже начали бросать в лицо колючие снежинки, всё сильнее и сильнее - а что будет, если лётчик решит приземляться? Пал-Николаич, очевидно, подумал то же самое - замахав руками, он настойчиво указывал всем на вход в купол, шевеля губами в беззвучных предупреждениях. Яся расслышала только "...нутрь, все внутрь... опасн... окнам не подходить!.."

Убедившись, что все зашли и глядят в окна лишь издали, собравшись в центре "зала", Павел Николаевич поспешил в контрольную комнату. Вскоре снег и причальную башню снаружи вместо тусклого дежурного залил яркий свет полного освещения. Действительно, такой ориентир лишним не будет - промежуток между куполами и границей вырубки в любом месте был немногим шире самого самолёта, так что работа лётчику предстояла ювелирная. Вертикально снижающийся истребитель закрыла пелена снега вперемешку с мёрзлыми комьями земли, палой хвоей и прочим мусором, и все в куполе ощутили, как вздрагивает внешняя оболочка, по которой барабанит что-то твёрдое. Одно из наружных стёкол на глазах покрылось сеткой трещин, хотя и выдержало - но не вылетит ли оно под новым ударом?..

Внезапно всё кончилось. Грохот стих, и в оглушающей тишине снова стала слышна записанная музыка, которую никто не позаботился выключить. Не сговариваясь, все вновь высыпали наружу, молча вглядываясь в медленно оседающие снежные хлопья. Снова ставший видимым, самолёт стоял неподвижно посреди тёмного бесснежного овала. Слегка припорошённый снежком, который сам же и поднял, он имел такой вид, словно давным-давно здесь и стоит.

Кабина открылась, и вновь прибывший помахал "старожилам" рукой в перчатке. Без кислородной маски было видно сильно усталое, хотя приятное и дружелюбное лицо.

- Извините меня за беспорядок, пожалуйста, - громко сказал пилот, - я не опоздал к Новому году?

- Так вот ты какой, Дедушка Мороз, - прокомментировала вполголоса Лена. Но тишина была такая, что шутку расслышали все, и все дружно засмеялись. После пережитых тревог и волнений можно было снова вспомнить, что день-то праздничный - и уже совсем скоро наступит новый 2051-й год.

***