Небесный титан

Глава 1

Особенно сильный порыв ветра сорвал со стоящей передо мной на трапе девушки шарф и унёс его в морскую гавань, играючи. Из глаз пассажирки полились слёзы, но в этом не было никакой загадки: шарф был добротный, шерстяной, такого ни на теплоходе, ни в Мосовии, куда мы направляемся, не найти. Придётся ей мёрзнуть.

«Небесный титан», он же последний в мире воздушный теплоход, был единственной надеждой трёхсот человек, спасавшихся на нём. Меня, архивариуса местного монетного двора, здесь быть не должно было, ведь город, где и денег-то не используют настоящих, во мне не нуждался, но особенная хитроумность никогда ещё не доводила меня до беды.

Два дня спустя, когда наш теплоход пролетал над рекой, протекающей недалеко от Мосовии, я вновь увидел ту девушку. Она куталась в куртку с высоким воротом и наблюдала, как облака проносятся за прозрачным куполом теплохода. Наверное, она мечтала о том, как скоро прибудет в город, начнёт там свою жизнь заново, однако мне вдруг подумалось, что будет, если купол по какой-то причине треснет или разобьётся. Нам всегда твердили, что купол защищает, но от чего?

- Хорошая погода.

Я попытался начать разговор ненавязчиво, но с моим лицом эта попытка была заранее обречена на провал.

- С киборгами не разговариваю, - буркнула девушка и по уши запряталась в куртку. Она сильно мёрзла, ведь «титан» не отапливался.

Многие пассажиры судна сидели на палубе и, подтирая холодные носы, исступлённо смотрели в новостные экраны.

За последние годы война стала ощутимее. Нехватка средств привела к тому, что не все жители колонии смогли эвакуироваться. Страна была раздроблена, но новости всё равно показывали только Мосовийские. Складывалось впечатление, что если в Мосовии всё идёт по плану, то даже беженцы вроде тех, что спасаются от разрушения на этом доисторическом теплоходе, счастливы.

Я отчаянно надеялся, что в Мосовии мне удастся встретиться с мамой. Её эвакуировали первой волной, я же едва вырвался пятой. Киборгам не давали свободно дышать в нашей маленькой колонии, а ведь я, между прочим, не хотел делать такого выбора.

Когда мне было двадцать лет, я работал на мясокомбинате, пытался этим угодить своей девушке, которая, как и многие, считала такую работу престижной. Настоящего мяса было мало, и стоило оно баснословных денег. Стоит ли говорить, с каким позором меня выгнали с производства, когда мою ногу случайно засосало в дробилку. Я испортил целую партию!.. Девушка бросила меня, как только узнала о случившемся, и в итоге пришлось признать, что мамин совет лучший. Я поставил протез. Затем заменил невидящий глаз. На том моя фантазия закончилась, как и деньги.

Мама всегда поддерживала меня, нашла тихую работу, чтобы я примелькался, и теперь я надеялся встретиться с ней. Как она меня ждала!

Оглушительный грохот разорвал тишину над моей головой. Даже зрительный зал поднял свои тупые головы и посмотрел на источник шума. Купол дрогнул, очертился многоугольниками и треснул. Сначала никто не понял, что произошло, но когда подобный шум раздался справа от девушки, кутавшейся в куртку, заставив её осесть на пол и забиться в конвульсиях, я понял, что самое время притворяться страусом и бежать на прямых ногах в отсек спасительных шлюпок. Я, в общем-то, не злой, всегда уступал место старушкам, но в шлюпку сесть хотел первым.

Мама заругает, если узнает о таких моих мыслях, но я вдруг подумал, что она заругает меня ещё больше, погибни я на «Небесном титане» от закоротившего от выстрелов купола.

Люди носились по палубе, истошно вопя и игнорируя приказы капитана, а я бежал к шлюпкам, не оглядываясь. Мне было любопытно, сколько человек сообразит, что у них есть шанс выжить, но я осмелился взглянуть на происходящее, лишь закрыв за собой спасательный отсек.

«Титан» кренился и терял высоту. Я понимал это по тому, как меня прижимало к полу и качало в разные стороны. Наверное, нас подстрелил Западный Союз, иного объяснения происходящему я не находил.

Я был заворожён видением близкой смерти всех этих людей и не осознал, как к шлюпкам подбежала та самая девушка, что отказалась говорить со мной несколько минут назад. Я заметил её лишь когда она ударила в прозрачную дверь кулаком и заорала, моля о помощи.

Мысли в моей голове смешались вновь. Даже сейчас, одуревшая и окосевшая после удара током, она мне напоминала Бекки, так любившую мою работу на комбинате. Бекки тоже никогда не пропускала инструктаж по технике безопасности и знала, где стоп-краны, спасательные жилеты и всё в этом духе. Я любил её, я был готов полюбить девушку в куртке, так на неё похожую, целовать её волосы и лицо, но когда очнулся от видения, было поздно. Я не мог помочь, открыв дверь. Воздуха под куполом не было.

***

Мне было адски больно смотреть маме в глаза, такие красные и влажные от слёз, ведь она думала, что теперь не увидит меня, своего единственного сына. Она обнимала меня сильно, целовала крепко и едва дышала, глотая подступивший к горлу ком, а я всё думал, что девушка в куртке тоже заслужила жизнь, заслужила её не меньше меня.