Не отпускай меня

вступление

Ущелье реки Вивами. Солнце достигло зенита, и тени от высоких скал нарисовали на земле причудливые формы, напоминая силуэты мифических животных. Гулко и тревожно журчала вода. Серебристые струи водопадов лизали стены, в их шепоте, слышалось настойчивое: - Тише…

В сырых нишах, под ветвями самшита, усеянного мелкими блестящими листьями, среди разбросанных валунов, образовывался приют от полуденного зноя и от сторонних глаз. Хищники не выйдут на охоту, пока тени не сменят форму, и тишину не прорежет крик горной птицы, а мелкие камни, скинутые с вершины чутким дозорным, не дадут сигнал о начале охоты.

Охотники ступают бесшумно, сливаясь с шепотом струй и дыханием ветра. Один шаг вместе с солнцем, ближе к цели: не прячась от зноя и света, подкрадываясь к убежищу все ближе и ближе, с возрастающей жаждой. Скоро тени изменят причудливый рисунок, серым покрывалом соскользнут в сторону, открывая доступ к тайному убежищу, и лучи потянуться к тревожно забившимся под валунами существам, выгонят наружу мечущимися, жалкими жертвами. А пока… Пока, есть время набраться сил.

часть 1

В виднеющихся вдалеке домах светлячками зажигались окна, и Маша нарисовала на стекле невидимый смайлик. Еще час, и с работы вернется муж. Вот уже месяц, как она шутливо произносит «мой», обращаясь к Вадиму, «муж?», а потом проказливо корчит рожицу и показывает язык, слушая в ответ: «Маш, ну что ты как маленькая…»

Сегодня Вадим придет с братом, и Маша празднично накрыла на стол. «Ты не представляешь, что мы нашли!» - полчаса назад радостно гудел Вадим в трубку и по-мальчишески восторженно присвистывал. Наверняка что-то «важное», как и всегда. Еще в детстве, Вадим с Виталиком находили «важные» доказательства того, что они великие «умники». А сейчас вот работают, ищут и вновь пытаются всем что-то доказать. Маша смотрела в окно и ощущала себя четырнадцатилетней девочкой, которая ждет, когда появятся во дворе соседские мальчишки. Как десять лет назад, когда братья приехали погостить в их деревню. Приехали и изменили Машину жизнь.

- Что грустная такая? – Вадим кинул камешек в сторону Машиного крыльца, и камешек, подпрыгнув два раза, скрылся в траве. – Опять мать не пускает?

- Не пускает… - Маша, натянула подол на разбитые коленки. Утром она спускалась в погреб за соленьями и споткнулась на ступеньке, услышав, как соседские мальчишки вновь шумно гоняют голубей. Засмотрелась на рваный полет стаи, заслушавшись мальчишеским голосом, и скатилась кубарем в темноту погреба, рассекая кожу до крови – до свадьбы пройдет, разбивая сердце - раз и навсегда.

- Брось… - Вадим смотрел из-под светлой челки, насмешливо и призывно. – Айда с нами. Мы с Виталиком карту нашли.

- Что за карта?

- Да, говорят военная. С тех времен, - Вадим присел рядом, и сунул сорванную травинку в рот. – Вчера в лесу откопали…

- А карта то чьих мест? – Маша старалась не смотреть, как бодро прыгает травинка, зажатая губами, о которых мечтала по ночам. – Наших?

- А то… местная, - Вадим задрал футболку и вытащил сложенную в четверо карту. – Видала… - покрутил ей перед носом. - Пошли с нами. С утра выйдем за темно вернемся.

- А какая радость по карте ходить? Я итак тут все знаю, - Маша фыркнула, косясь на старую и грязную бумагу.

- Да что ты понимаешь, - Вадим рассерженно выплюнул травинку и резко вскочил с места, а потом присел перед Машей на корточки, вглядываясь в нее горящим взором. – Там же тропы новые, лазейки разные. Ты вот как до родника ходишь. Через бугры небось?

- Через бугры, - Маша покраснела и натянула подол еще ниже.

- А по карте, через лес можно и короче! – восторженно прошептал Вадим, волнуя Машу взглядом и протянутой к ней рукой. – Пойдешь со мной?

- Пойду… - прошептала Маша в ответ, и никогда не жалела об этом.

Отмахиваясь от воспоминаний, Маша стерла смайлик ладонью и, сложив руки, посмотрела сквозь стекло во двор. Ветви деревьев склонились под снегом, протоптанные прохожими дорожки, рисовали на снегу забавные иероглифы.

Детская увлеченность Вадима картами переросла в желание новых открытий. Он поступил в институт геодезии и картографии, а потом пошел работать в НИИ. Виталик стал биологом. Братья постоянно, что-то искали, исследовали, мечтали открыть новые земли. А Маше ничего не оставалось, как покорно следовать за друзьями детства и велению сердца. Она переехала в город, жила в общежитии, работала официанткой в столовой, училась на вечернем отделении юридического факультета. И тоже мечтала...

часть 2

Стол накрыт для праздника: блюдо с курицей и салат оливье. Мандарины принес Виталик, вместе с бутылкой шампанского.

- Давно я так хорошо не встречал Новый год, - Вадим обнял Машу за плечи. – У меня подарок для тебя есть…

Вадим выбежал в коридор, а Маша застенчиво улыбнулась, поймав на себе изучающий взгляд Виталика. Брат-близнец, но она никогда не могла их спутать. Мальчишеский задор Вадима, рядом с задумчивой отстраненностью Виталика: словно день и ночь, лето и зима.

- Три билета купил, - Вадим вернулся в комнату, разбив напряженную тишину. – Через неделю вылетаем.

- Куда? – Маша вновь поймала на себе изучающий взгляд Виталика. То, что третий билет для него, стало уже традицией. «Слава Богу, в кровати нас двое…»

- В теплые края, Машенька… - Вадим подмигнул Виталику. – Мы тут нашли один островок интересный. Представляешь! Просто наложили пару снимков с космоса и нате…

Виталик, молча, разлил шампанское.

- И не только снимки… - отхлебнув из бокала, произнес он. – Я туда направлял исследовательский зонд. Вчера он вернулся…

- Понимаешь, Маша, - Вадим перебил брата и протянул Маше бокал. – Мы, наконец, нашли то, что искали! Съездим на место, проверим кое-что и можно запускать проект.

- Потом тебе останется только оформить договор, - Виталик улыбнулся. – И мы богаты.

У Маши кружилась голова от свалившихся новостей. Проектом реабилитационного центра Вадим и Виталий бредили уже лет пять. А тут такой шанс! Все, как «доктор прописал»: и климат, и природные условия. Оазис в нетронутом цивилизацией уголке природы. Этакий рай на земле. Рай для тех, кто устал от ритма мегополиса, кто хочет восстановить организм от стресса. А таких наберется не мало…

- Бизнес-план уже готов, спонсоров найти не проблема, - Вадим коснулся краем бокала Машиного и, понизив голос, произнес: - Айда с нами…

И она, утонув в глубине любимых глаз, покорно мотнула головой: - Айда…

часть 3

- Жуткое местечко, - Вадим шел впереди, и Маша, упираясь взглядом в его спину, боялась посмотреть по сторонам. Ущелье реки Вивами. Название новому открытию на карте и, в задумке, для туристов в путеводителе, дал Виталик, сложив две первые буквы их имен.

Струи водопада шуршали по стенам ущелья, сливаясь со звуком шагов.

- Как ты тут туристов будешь водить? – Маша, чувствовала за спиной присутствие Виталика и представляла выражение его лица, слыша ответ: - Динамики встроим и включим пение птиц…

- А почему по воздуху добраться нельзя? – спросила Маша вновь. – Вертолетом?

- А там садиться негде пока. Потом, когда отель построят, можно площадку на крыше сделать, а ущелье, как запасной путь для эвакуации, - Виталик коснулся рукой ее плеча, и Маша невольно вздрогнула. – Паук… не дергайся.

- Эвакуации? – Маша не успела сформулировать, как Вадим шагнул в сторону и скрылся за скалой, открывая перед Машей вид синего неба над огромной зеленой равниной, с живописной лагуной.

- Это волшебно, - прошептала Маша, пытаясь объять взглядом оттенки зелени и синевы, с яркими пятнами цветов.

- И представляешь, тут нет москитов… - радостно засмеялся, подошедший к ним Виталий, и скинул рюкзак с плеч. – Никого, кто так привычно портит людям отдых… Никто не жалит, не кусает, не зудит…

- Это сказка, - Маша недоверчиво оглянулась на друга. – Этого не может быть.

- Еще как может… - Вадим помог Маше снять тяжелую поклажу. – Поживем тут с недельку, замеры сделаем и все-такое, и обратно... Проект не ждет.

Маше безумно хотелось добежать до воды, плещущейся о песчаный берег и броситься в прозрачные объятья, смыть с тела усталость и… Страх, который вкрался в душу, как только они вошли в ущелье, разрастаясь предчувствием чего-то неотвратимого.

- Тише… - шептали струи водопада, скользя по стенам ущелья за спиной.

- Слышите? – Маша вскинулась на крик горной птицы в вышине.

- Не бойся, - Вадим поднял рюкзаки с земли и шагнул к воде. – Пошли палатки ставить…

- Пошли, - Маша покорно шагнула следом, боясь оглянуться на зев ущелья.

часть 4

Тельце неподвижно лежало на тропе, притягивая взгляд и вызывая острое желание подойти поближе. И он не выдержал: щурясь на яркое солнце и опасливо озираясь по сторонам, рискнул покинуть убежище, чтобы схватить легкую добычу. Голод гнал в спину, отметая в сторону чувство подозрительности и затмевая инстинкт самосохранения. Всего несколько шагов и ты первый в очереди за угощением.

Укол он почувствовал сразу, как только наклонился над падалью, боль внизу живота и страх парализовали ноги, свели судорогой мышцы. Яд проникал в кровь, поражал мускулатуру, постепенно действуя на нервную систему, а мозг продолжал посылать двигательные сигналы, на которые, тело, отравленное ядом, уже было не в состоянии ответить.

часть 5

Волны накатывали на берег и пенились вокруг, набрасывая песок на кожу. Маша с Вадимомрасслабленно лежали под солнцем, нежась в теплой воде, пока Виталий исследовал прибрежное дно.

- Тут дофига всякой живности, - выкрикнул он, в очередной раз, вынырнув наружу. – Отличная база для исследований…

- Да ну тебя, - вяло отозвался Вадим, лениво скользя рукой по животу Марии. – Вернемся с авторским надзором, тогда и исследуешь фауну.

- Виталик мечтает, выяснить, куда исчезли все кровососущие и жалящие, - слегка истерично произнесла Маша, ощущая настойчивое скольжение пальцев по разгоряченной коже, и укоризненно посмотрела на мужа: «Ну, не при нем же…»

- А зачем выяснять? – Вадим, не обращая внимание на недовольство супруги, чертил узоры на ее животе. – Не кусают и, слава Богу… Нам это только на руку. Я уже вижу рекламный лозунг: «Отдых без навязчивого жужжания…»

Маша фыркнула и, вскочив на ноги, бросилась с головой в прозрачную воду.

- Зачем ты ее провоцируешь? – Виталик проводил взглядом, удаляющийся под водой силуэт и перевел полный осуждения взгляд на брата.

- Забей, - Вадим медленно поднялся и с наслаждением потянулся, разминая затекшее тело. – Это наши с ней ролевые игры.

- Тогда, будь любезен, не вмешивай в эти игры меня… - Виталий бросил маску на песок и шагнул в сторону палаток расставленных под пальмами.

Маша вернулась на берег, неся в руках морскую раковину.

- Пойдем, пройдемся… - Вадим мягко взял ее за руку, привлек к себе, вызывая легкий румянец на щеках и сбивая с ритма Машино сердце. – Я тут пещерку одну уютную приметил.

Потянул за собой настойчиво, уводя прочь от лагеря и угрюмого взгляда Виталия.

часть 6

Он был живой, когда его волочили по земле, прочь от палящего солнца, все дальше и дальше от убежища; и будет жить еще несколько недель, пока внутри будет развиваться новая жизнь.

Перед входом в гнездо, его бесчувственное тело мяли челюстями, слизывали выступающие капельки крови, а затем, волоча по камням, рассыпанным у входа, втолкнули внутрь. Он видел все вокруг, но не мог произнести ни звука, пока его размещали в отдельной ячейке. Соседние ячейки были уже полны. Охотники возвращались с добычей, волоча «законсервированную» ядом жертву, влетая, удерживая ее под собой или накалов обездвиженные тельца на острое жало.

Тридцать камер в гнезде, в каждой - с десяток «консерв». Колония жила отлаженным веками ритмом и ничего не предвещало перемен.

часть 7

- Ну не фига себе! – Виталий восхищенно присвистнул, щелкая фотоаппаратом. – Это же сенсация в энтомологии.

- Не думаю, что энтомологи должны узнать про это… - Вадим стоял, скрестив руки, наблюдая, как его брат с энтузиазмом исследует осиное гнездо. – Если кто узнает о колонии,нашему проекту хана.

Вадим бросил взгляд на растерзанные тельца насекомых, которыми были забиты ячейки осиного жилища и брезгливо поморщился.

- Почему осы такие огромные?

- Это какой-то новый вид, - Виталий сделал очередной снимок парализованных осами пауков. – Но судя по повадкам, ближе к «пчелиному волку» или помпилам. Это осы, которые ловят насекомых, чтобы отложить в них личинки. Личинки съедают «законсервированную» жертву: она ведь неподвижна, но не мертва и потому не портится. И детишкам осы надолго хватает свежатенки.

Вадима передернуло от последних слов.

- Не бойся, они безопасны для человека, - Виталий усмехнулся.

- Откуда ты можешь это знать. Эти в три раза больше обычной осы.

- Но повадки то те же… - Виталий закрыл объектив. – Пойдем Машу успокоим, а то после вашей прогулки, она несколько не в себе…

- Еще бы, - Вадим вновь поежился, вспомнив, как прижал Машу к стене и, как она закричала от ужаса, ощутив под собой копошащихся насекомых.

- Я хочу домой, - по-детски всхлипывая, произнесла Маша, когда они вдвоем вошли в палатку. Вадим сел рядом и обнял жену за плечи, Виталий расположился около Машиных ног, стараясь игнорировать близость обнаженного тела.

- Машка, а помнишь, тот день… - произнес Виталий, поймав затуманенный страхом взгляд. – Ты же тогда не плакала.

Еще бы ей не помнить тот поход по найденной Вадимом карте. Сокращенный путь до церкви, прямиком через лес и болото.

Виталий тогда, как и сейчас, смотрел Маше пристально в глаза и четко произносил по слогам: - Ты толь-ко не дви-гай-ся, Маш-ка!

А Маша пыталась глотать непролитые слезы, ощущая спазм в горле.

- Я утону? – выдохнула она, цепляясь за руку Виталия.

- Нет, - уверено произнес он, отползая на животе назад, пытаясь вытянуть Машу из трясины, но Маша видела, что каждое новое движение, грозит смертью обоим. – Сейчас Вадим палку найдет и все будет хо-ро-шо.

- Не отпускай меня, Вит…

Маша закрыла глаза, вновь ощущая, как тело погружается вниз, ощущая на коже липкое прикосновение чьих-то тел.

- Тогда чего сейчас плачешь? – голос Виталия вытянул из трясины воспоминаний. – Это всего лишь осы, правда, чуть больше, чем нужно…

- Они опасные? – Маша открыла глаза и оглянулась на Вадима, ища в его глазах подсказку.

- Укусили? – обеспокоенно проведя по ее спине, спросил тот и, заметив отрицательное движение головы, прижал Машу крепче. – Прости…

И Маша вновь закрыла глаза, теряясь в воспоминаниях детства и ощущении, что самое плохое уже позади.

- Говорил тебе, не надо было ее брать… - словно издалека доносился голос Виталия, и Маша погрузилась в сон. Ей снилось лето, тропинка через чащу. Впереди два мальчишеских силуэта. Братья-близнецы словно день и ночь… Один спас ей жизнь, другому она посвятила свою.

- Соседство колонии с центром не к чему, - Вадим закрыл вход в палатку, скрывая Машу от солнечного света и разговора не для женских ушей. – Травануть их надо бы…

- Да ты с ума сошел, - ударив о ствол пальмы рукой, с досадой произнес Виталий. – Это открытие потянет за собой не малую сумму…

- Наш реабилитационный центр потянет намного больше и на всю жизнь, - Вадим был непреклонен. – Отвезем Машку домой и вернемся. Подумай пока, чем травить будем.

- Они безвредны… - попытался еще раз уговорить брата Виталий. – Они только насекомых жрут. Убьем, тут опять мошкара налетит, москиты.

- А ты уверен, что только благодаря этим, - Вадим запнулся, вспоминая название ос. – Помпилам… здесь такой рай без мерзких гнусов?

- Нет… Но исследования не помешали бы…

- Некогда исследовать! Я еще перед отъездом отправил задание на разработку проекта, - Вадим поднял с земли, забытую женой морскую раковину. – Инвесторы дали добро. Через месяц, тут стройка начнется. А на нашем счету уже перечисленные проценты.

Виталик, вновь долбанув кулаком по дереву, зло прошипел: - Вечно ты торопишься!

часть 8

- Вадик, опаздываем! – Маша суетливо бегала по квартире, собирая то, что еще не успела разместить в многочисленные чемоданы, сваленные грудой в коридоре. Лекарства, косметика, забытый на стуле легкий шарф. Маша любила набрасывать на плечи шелковую ткань, отмечая настроение. Светлое настроение – шарф пастельных тонов; грустное – бордо или темно-синий; тревожное – черный в белый горошек. Сегодня Маше хотелось перемен. Подхватив со стула шелк ярких оттенков, Маша подбежала к закрытой двери и в очередной раз постучала, принуждая Вадима поторопиться. Муж в последнее время, после того как ввели в эксплуатацию центр и потекли проценты, приобрел привычку крутиться перед зеркалом. Это безумно раздражало, но и умиляло в какой-то степени: «чем бы дитя, не тешилось».

Прошло два года, но на детей, Вадим не соглашался.

«Рано, еще…»

А Маше хотелось любить и быть нужной. Муж отсутствовал на совещаниях «достало, но ты же знаешь, что такое проект…», в командировках «а ты как думаешь, проходит авторский надзор?», на переговорах - «без организации досуга, нет закорючки партнера внизу смет». И прочее, прочее, прочее.

После той поездки к ущелью, Вадим предпочитал оставлять ее дома «заниматься домашним хозяйством»

- Понимаешь, Машка, - Вадим обнимал за плечи, а Виталий сверлил угрюмым взглядом. – Там стройка, нервы, мне будет не до тебя… Когда закончим – поедешь с нами.

И вот этот момент настал. Они едут в центр.

- Эй, красавчик, ты скоро?- Маша нетерпеливо дернула за ручку. – Виталик за нами заедет через минут десять, а ты еще не одет.

Дверь распахнулась, выпуская Вадима.

- Приедет, тогда оденусь, – Вадим плюхнулся на кресло и включил телевизор, раздраженно откинув в сторону пульт.

Маша присела напротив, пытаясь поймать его взгляд.

– Что-то случилось?

- Вит, говорит не стоит тебя брать… - Вадим перевел на Машу, тяжелый взгляд и вновь уставился на экран.

- А когда он стал решать, что стоит, а что нет? – прокричала Маша. – Как долго он будет третьим лишним?

- Вит не лишний… - Вадим не сводил глаз с экрана. – Он мой брат.

- Ему стоило завести свою семью… - Маша вскочила и выключила телевизор. – И диктовать в ней свои условия.

- Это не условие, Маша, - Вадим раздраженно отмахнулся. – Он просто волнуется за тебя. У тебя может опять быть нервный срыв.

- А есть причина? – Маша подозрительно посмотрела на мужа, но тот упорно не хотел смотреть ей в лицо. В прихожей хлопнула дверь, и в гостиную вошел Виталий.

- Ну, что едем? – пробасил радостно, не замечая напряженной обстановки. – Я все-таки достал третий билет…

часть 9

Кожа натянулась и лопнула, выпуская маленькую осу наружу. Отпаука осталась оболочка, во время взросления оса постепенно съела плоть. Теперь имаго* нужно оправить крылья и выйти на охоту. Жажда оставить потомство и чувство агрессии овладели маленьким существом, как только оса выползла из гнезда под жаркие лучи солнца, переступая лапками по останкам своих собратьев. В разоренном людьми гнезде выжила только она.

часть 10

В самолете летели молча. Вадим спал, отвернувшись к иллюминатору, а Маша, сидя между двумя братьями, просматривала контракт.

- Я точно помню, что мы подписывали другой вариант,- Маша надкусила нижнюю губу в досаде на себя: «Надо было настоять на визе под каждой страницей»

- Это моя вина, - прошептала она, и почувствовала, как Виталий мягко коснулся ее щеки рукой.

- Нет, - слегка охрипшем голосом проговорил он. – Это не ты… Не казни себя.

- Я должна была отследить… - Маша вновь посмотрела на измененные пункты договора: «…наступление форс-мажорных обстоятельств - влечет к расторжению договора, с немедленным разрывом финансовых взаимоотношений…»

- Нападение насекомых … - Маша вздохнула. – Кто бы мог подумать? Разве вы не решили вопрос с осами до приезда комиссии?

- Решили… - Виталий наклонился к Маше, чтобы она могла слышать и, не желая будить брата. – Маш, просто в тот раз мы все торопились… Какая-то особь выжила, у нее прошла мутация на генном уровне. Имаго стала агрессивной и напала на одного из строителей.

Заметив, какпобледнела Маша, Виталий поспешно пробормотал: - Я не хотел, чтобы ты с нами летела. Но…

- Что? – Маша ощущала на коже теплое дыханье, отмечая, что голос Виталия волнует воображение, а исходящий от него аромат кофе и еле уловимый тон одеколона, дразнит уснувшее желание – любить и быть любимой. «Твой муж спит, а ты…» - совесть заворочалась внутри, заставляя Машу сесть глубже, вжаться спиной в сиденье, отстраняясь от желаний, прячась от пристального взгляда, сидящего рядом «мужчины».

«Я раньше этого не замечала? Глупо…» - Маша мотнула головой, сбрасывая наваждение, а Виталий, заметив это движение, качнулся вперед, поддавшись «турбулентности утраченных эмоций»

- Вадим, всегда настаивает на своем. Спешит, как и тогда…

Маша закрыла глаза, понимая, что речь не об ущелье. Она всегда знала, что нравится обоим, и ей нравились близнецы. С первым было хорошо, второй – спас ей жизнь. Быть с одним из-за желания, с другим - из-за благодарности. В ту ночь, в распахнутом настежь окне, появился Вадим: «А ты меня ждешь?»

часть 11

- Мы вас ждали, - на входе в здание стоял управляющий. – Верхний ярус еще не завершен, поэтому мы подготовили для вас палаты реабилитации среднего класса.

- Нас это не смущает, - Вадим пожал протянутую руку. – Главное, сейчас договориться с комиссией. Надеюсь, они еще здесь?

Маша устроилась в мягком кожаном кресле и с удовольствием откинулась на спинку, осматриваясь вокруг. Реализованный проект радовал глаз. Маша смотрела на зеркальные потолки и стены, изящные журнальные столики и бюро, хрупкие барные стойки, прозрачные потолки – и чувствовала себя словно в сказке.

- Царство снежной королевы, - Виталий сел рядом на подлокотник, и Машино сердце забилось с удвоенной силой. – Правда, уединиться негде…

Маша ощутила от последних слов Виталия, жар в щеках.

- Для уединения, предусмотрен специальный режим, - управляющий подошел к прозрачному столику и взял в руки пульт, нажал на кнопку и стены стали на глазах приобретать матовый оттенок, создавая уединенную обстановку изолированного помещения.

- Здорово, - Виталий вскочил с места, и подошел к стенам, погладив поверхность рукой. – Эффект аквариума исчез, и теперь мы словно внутри огромной вазы. Как достигается такой эффект?

- Краска… - управляющий улыбнулся. – Просто краска заполняет внутреннюю полость, когда надо сделать затемнение, впрыскивается растворитель…

- Накладно, - Вадим нахмурился. – И откуда столько краски и растворителя?

- Поставщики уже все доставили на место, баки стоят на заднем дворе. Планируем сделать циркуляционный обмен… В следующем месяце закончим.

Вадим занял место рядом с Машей и, склонившись, обнял ее за плечи.

- Опробуем сегодня номер для новобрачных, - прошептал ей на ухо.

«Спустя несколько месяцев» - отозвалась Маша в мыслях, пытаясь вернуть ощущение радости от предстоящего свидания.

- Может, перекусим что-нибудь? – Вадим вопросительно посмотрел на управляющего. – Перед встречей на высоком уровне…

- Столы накрыты в вашем номере, - управляющий вновь нажал пульт и стеклянная лестница «ожила» на глазах изумленной Маши.

- Эскалатор на верхний ярус, - пояснил управляющий. – Ваш багаж будет доставлен чуть позже.

часть 12

Маша осталась в номере, пока мужчины совещались в нижних залах. Нужно было успокоить членов комиссии, предложить выход из создавшейся ситуации.

- У имаго усилилось желание дать потомство, - Виталий проявлял интерес биолога. - А кто будет жертвой для вынашивания личинки, уже все равно.

- Отловим осу и дело с концом, - Вадим как всегда не видел проблем. – Тем более, я так понял, никто особо не пострадал.

Братья были готовы уговорить комиссию не закрывать проект из-за одного случая нападения на строителя. Маша читала протокол беседы с пострадавшим: «оса просто выскочила навстречу, я таких огромных никогда не видел, почти с мой ботинок…», и как юрист, понимала, что лазейка существует.

- Факт нападения не доказан, - Вадим щелкнул пальцами и протянул, смешно растягивая звуки. – Ву-а-ля, денюшки снова наши.

Потом подбежал к Маше, обнял туго и больно.

- Я скоро… - долго не отпускал Машу из объятий, пока Виталий не разбил тугие тиски: - Нас ждут…

Маша осталась стоять около кровати, и сквозь прозрачные стены, наблюдала, как братья спускаются вниз. Затем, включив матовый режим стен, вышла на балкон, откуда открывался волшебный вид на лагуну: закат красил набегающие на берег волны в оранжевый цвет. Маше безумно захотелось ощутить теплую ласку воды на разгоряченной коже и, взяв с прикроватного столика пульт, Маша включила режим запасного выхода, чтобы по пожарной лестнице, спустится на пляж.

часть 13

- Мы обыскали местность, и нашли пять законсервированных косуль с личинками, - член комиссии включил широкоформатный экран. – Как видите личинки, превышают размеры матки на двадцать сантиметров.

- Вы думаете, что рост осы прогрессирует с каждым поколением? – Виталий нервно сглотнул слюну, разглядывая фотокадры.

- И не только размеры… - на экране появилась сравнительная таблица. – Но и агрессивность.

- Постойте, - Вадим поднял руку, призывая всех к вниманию. – Все это хорошо. Но никак не относится к запуску проекта.

- Вы считаете, что соседство с подобными тварями безопасно для пациентов и персонала центра? – выражение глаз председателя комиссии не предвещало ничего хорошего.

- Но, как я понял, личинки обезврежены и осталось только поймать одну единственную особь, разгуливающую на свободе, - Вадим не собирался сдаваться. – Мы гарантируем ее отлов, а вы гарантируете нам согласование. По-моему нужно говорить об этом, а не рассматривать картинки прошлого, которые интересны разве только энтомологам.

Виталий невольно поморщился, но согласно кивнул, поддерживая брата.

- Мы уже пробовали, но имаго не так просто поймать… - председатель нехотя протянул руку и взял со стола контракт, где не хватало единственной подписи, откладывая его в сторону. – Но если вы гарантируете…

- Дайте нам неделю, - Вадим широко улыбнулся и протянул руку, чтобы закрепить договор рукопожатием.

часть 14

Маша ступала по пляжу, ощущая, как мягкий теплый песок обволакивает ступни. Легкий бриз, шелест волн и шорох пальмовых листьев, убаюкивали совесть.

- Мне не нужно уже выбирать, - Маша слушала свой голос, мешая звуки с мыслями. – Я уже сделала выбор и давно…

Образ старшего брата, похожего на ночь, стоял перед глазами, Маша видела его протянутую руку и слышала мольбу, пророненную из собственных уст: - Не отпускай…

Возвращая из прошлого, ногу пронзила дикая боль, растекаясь по телу горячей волной.

- Вит! – кричал разум, но парализованные ядом губы, так и не смогли проронить не звука.

часть 15

- Я говорил тебе, - Маша слышала голос Виталия, но не могла найти в себе силы, чтобы открыть глаза. – Говорил, не надо ее брать.

- Так ничего не случилось… - Вадим, как всегда, был беспечен и насмешлив. – Ну, ужалил скат и что?

- Она могла умереть…

- Так не умерла же. Ты у нас всегда спасаешь принцессу и я могу быть спокойным, - Маша почувствовала в голосе мужа угрозу. – Герой, которого обошел дурак.

- О чем ты? – Виталий старался говорить равнодушно.

- Думаешь, я не вижу, как ты смотришь на нее за моей спиной? – голос Вадима набирал обороты. – Надеешься, что принцесса заслуженно обратит внимание на черного рыцаря.

- Да, ты прав…ей решать.

- Смирись, Вит, - Вадим рассмеялся. – Принцесса давно уже все решила и выбрала не тебя.

Звук закрывшейся двери, заставил Машу распахнуть глаза.

- Как ты? - Вадим участливо провел рукой по распухшей ноге.

- Терпимо… - Маше хотелось обнять мужа, прижаться к нему покрепче и перенестись на два года назад, в то время, когда она еще любила его.

«Куда все ушло?» - мало времени проводили вместе, ревность к работе мужа и командировкам. Маша устала ждать, когда исполнятся мечты детства о настоящей семье: дети, уют, быт.

- Как прошли переговоры? – решила поинтересоваться она, отгоняя прочь обиду: «Где ты был, когда мне нужна была помощь?»

- Ловим осу-мутанта и согласование в кармане, - Вадим крутил в руках пульт. – Завтра с Виталиком пойдем…

- Это не опасно? – Маша следила за выражением лица Вадима, но не смогла там ничего прочитать. Муж был задумчив.

- Не волнуйся, все будет хорошо, - наконец произнес Вадим и включил матовый режим стен, аккуратно положив пульт на столик, и громко хмыкнув, добавил: – Пусть думает, что мы спим…

часть 16

Имаго вползла в гнездо, с трудом волоча обездвиженную косулю за собой, заполняя ячейки «консервами». Видимо, еще не все заполнено, до появления потомства первой кладки.

- Шикарный экземпляр, - Виталий передал бинокль Вадиму. – Может быть, стоит отловить матку?

- Я против! – Вадим посмотрел в бинокль. – Обольем гнездо бензином и подожжем. Нет ос, нет проблем.

Виталий тяжело вздохнул, вынул из рюкзака канистру с бензином и снайперскую винтовку, заряженную усыпляющими капсулами, и протянул ее брату.

- Усыпи ее, прежде…

- Ты всегда был лоялен к живностям… - Вадим усмехнулся и прицелился.

часть 17

Маша спала, когда в дверь настойчиво и громко постучали, вырывая из объятий сна и шелкового покрывала.

- Проснитесь, - голос за дверью показался ей странным. – Скорее…

Маша вскочила с постели, морщась от боли в распухшей ноге и подскочила к двери, распахивая ее настежь.

- У нас чрезвычайная ситуация, - управляющий отвел взгляд. – Мы эвакуируем персонал.

- Что произошло? Где мой муж? – Маша запахнула полы накинутого в спешке халата, пытаясь подавить чувство всепоглощающего страха. Предчувствие беды давило на плечи, Маша почувствовала слабость в коленях и оперлась рукой о косяк.

«Я скоро… - на рассвете Вадим поцеловал ее в щеку: - Скоро все будет как прежде…»

- Где мой муж?! – истерично вскрикнула Маша, заметив как по прозрачной лестнице, центр спешно покидает персонал и члены комиссии.

- Нам ничего неизвестно, - управляющий прятал взгляд. – У нас пять минут, чтобы успеть пройти до ущелья.

Он взял Машу за руку и потянул за собой. Очутившись на улице, Маша с ужасом смотрела на горящие пальмы. Ветер гнал огонь в сторону центра.

- Там баки с краской и растворителем, мы не успели убрать их, и скоро все взлетит на воздух… - Маша слышала голос управляющего, сквозь шум в ушах: «Они ушли за имаго…»

- Они там! – закричала Маша, пытаясь остановить мужчину тянущего ее к ущелью. – Мы должны им помочь…

- Не успеем, - управляющий крепко держал Машу за руку и упрямо тащил за собой.

- Вит! – закричала Маша изо всех сил, вырывая руку. – Вадим!

«Не отпускай меня…» - слышалось в реве пламени.

- Мы не можем оставить их, - преодолевая рыдания, шептала Маша, хромая вслед за удаляющимися людьми, подталкиваемая в спину, спасающимися от пламени. – Не можем…

Новый толчок в спину и Маша, теряя равновесие, падает на колени перед входом в ущелье, рассекая кожу о разбросанные камни.

- Вит! – кричит исступленно, теряя голос и рассудок, ощущая сквозь волны страха, сотрясающие тело, как чьи-то руки поднимают ее с земли и несут все дальше и дальше от центра.

Взрывная волна толкает несущего в спину и тот падает, роняя Машу на землю. Последнее, что она видит, перед тем как провалиться в темноту - обеспокоенное лицо мужа, склоняющегося над ней.

- Все хорошо… Я здесь.

часть 18

Кабинет главврача психиатрического отделения был ярко освещен, огромный стол в центре, заставлен вазами с цветами. Канун восьмого марта.

- Мария, чувствует себя отлично, - врач оправила на груди халат и невольно покраснела под пристальным взглядом, сидящего напротив мужчины. – Я надеюсь, что сможем ее вскоре выписать.

- Память восстановилась? – мужчина отвел взгляд в сторону и откинул со лба светлую челку. Главврач незаметно вздохнула «какая жалость, что уже женат»

- События последних двух лет, стерлись фрагментарно…

- Я хотел бы забрать жену на днях, - Вадим вновь перевел взгляд на сидящего напротив врача и, не дав той договорить, улыбнулся. – Домашняя обстановка, быстрее поможет Марии вспомнить.

- Ей нельзя нервничать…

- Я всегда оберегал жену от волнений, - Вадим недовольно сузил глаза.

- Вадим Станиславович, вы сами пережили сильный стресс, - врач мягко качнулась вперед, полная грудь натянула халат. – Ваш брат погиб при пожаре… Может вам нужна личная консультация?

- Спасибо, - Вадим скользнул взглядом по груди, выставленной на показ, и отрицательно мотнул головой. – Нас с братом родители учили справляться с трудностями самостоятельно, заменять друг друга, чтобы не случилось…

- Но как заменить умершего? – главврач разочарованно откинулась на спинку кресла. – Это невозможно…

- Может быть вы и правы… - Вадим горько усмехнулся, а затем, опустив руку к стоящей около кресла сумке, вынул белый конверт и положил на стол перед главврачом.

- Подарок к празднику, - медленно поднявшись и не ожидая отрицательной реакции, Вадим протянул руку и, дождался, когда в нее услужливо вложат справку на выписку. – Благодарю…

Несколько шагов по коридору от кабинета главврача до палаты. Осторожно толкнув неплотно прикрытую дверь, Вадим вошел внутрь, ступая бесшумно и осторожно. Подошел к кровати, на которой спала Мария, и склонился над ней, тронув обнаженное плечо.

- Одевайся, мы едем домой.

часть 19

В виднеющихся вдалеке домах светлячками зажигались окна, и Маша нарисовала на стекле невидимый смайлик. Еще час, и с работы вернется муж. Вот уже месяц, как она шутливо произносит «наш», обращаясь к Вадиму, «папа», а потом проказливо корчит рожицу и показывает язык, слушая в ответ: «Маш, ну что ты как маленькая…»

Сегодня Вадим придет пораньше, и Маша празднично накрыла на стол. «Ты не представляешь, как я без вас скучаю!» - полчаса назад радостно гудел Вадим в трубку и по-мальчишески восторженно присвистывал. Еще в детстве, Вадим с Виталиком мечтали, какие у них будут дети, делились планами…

В честь погибшего брата, Вадим назвал первенца Витом, а дочку Машенькой. «Она похожа на тебя как две капли…» - шептал муж, касаясь пальцами пухлой щечки и переводя любящий взгляд на жену.

Маша посмотрела в окно и вновь ощутила себя четырнадцатилетней девочкой, которая ждет, когда во дворе появятся соседские мальчишки.

- А ты знаешь, какая ты красивая? – Виталий стоял, облокотившись спиной на ствол березы, и прожигал Машу взглядом серо-голубых глаз, а Мария смущенно прятала лицо в ладонях и мотала отрицательно головой.

- Зачем ты врешь, - шептала сквозь раздвинутые в стороны пальцы и вновь сводила их вместе, отстраняясь от Виталия, боясь взгляда, стесняясь слов.

- Я не вру… - Виталий шагнул на встречу и отвел руки в стороны. – Выходи за меня замуж, когда вырастишь…

- Выйду, если напомнишь первым, - Маша засмеялась и забежала на крыльцо. – Твой брат меня еще утром звал и я согласилась.

- Он пошутил, - Виталий сузил глаза, но отошел на два шага назад. – И в город, наверное, пригласил?

- Да, - Маша села на ступеньках и посмотрела на Виталия снизу вверх. – Осенью приеду к вам на юрфак поступать.

- Ну, там и поговорим, - Виталий развернулся и ушел прочь.

Раздался плач ребенка, Мария очнулась от воспоминаний, подошла к колыбели и взяла дочку на руки.

- Не кричи, милая, брата разбудишь… - коснулась ласково губами светлых волос на затылке и вновь вернулась к окну. Во дворе следы случайных прохожих рисовали на снегу забавные иероглифы.

Прошлое вернуло Машу в комнату общежития.

- Ты согласилась? – Виталий стоял в дверях, пряча за спиной букет белых роз.

- Да… - Маша томно улыбнулась, вспоминая проведенную с его братом ночь, и Виталий, заметив отстраненный взгляд, развернулся в сторону лифта и исчез из жизни до дня ее свадьбы.

Маша прижала к груди уснувшую в объятьях дочь, вспоминая свадебный тост.

- Мой брат всегда спешит. Но я желаю, чтобы эта спешка подарила вам счастье, - выпив шампанское до дна, Виталий разбил бокал о стену и проговорил беззвучно, но Маша прочитала по губам: - Надеюсь, что твой выбор верен…

- Я выбрала, - прошептала Маша, баюкая дочь и оглядываясь на спящего в кроватке двухлетнего сына.

До свадьбы братья часто любили шутить над ней, меняясь одеждой, одеколоном, подделывая голоса, причесываясь в несвойственной манере. Подменивали друг друга на свиданиях, играя и шутя, а Маша снисходительно делала вид, что принимает правила игры, «ведь это было иногда забавно».

Она знала, что Вадим часто просил брата подменить его и после свадьбы. Когда нужно было ехать к ее родителям в деревню или посещать оперу.

В доме родителей Виталий делал вид, что спать в разных комнатах, это нормальное поведение для молодоженов, а Мария умоляла отца с матерью, не удивляться такой застенчивости.

Сидя в зале, украдкой наблюдала за Виталием, как он, имитируя сон, сквозь ресницы следит за действием, сжимая и разжимая руки, отдаваясь музыке и голосу, как отдавалась она.

Сын заворочался в кровати.

Маша мысленно перенеслась в ущелье, увидела склоненный над ней силуэт, скользнула взглядом по измазанной копотью одежде, ощутила запах гари и тонкий аромат одеколона.

- Не отпускай… - прошептала чуть слышно, встретившись глазами с обеспокоенным взглядом.

- Все хорошо, я здесь… - Вит коснулся ее щеки рукой.

Три года прошли после пожара, и все это время Маша знала, что вместо мужа с ней живет Виталий. Знала и делала вид, что принимает правила этой игры и, подыгрывая, чувствовала себя счастливой, несмотря на то, что образ Вадима не давал спать по ночам. Маша старалась не думать, не вспоминать, не сожалеть… А жить, так как всегда мечтала. И Виталий подарил ей мечту: у них были дети, семья, уют.

Но все могло измениться. Утром Маша нашла на почте уведомление о завершении реконструкции центра. Она знала, что Виталию не сможет отказаться и ему придется вернуться в ущелье.

Маша положила уснувшую дочь в колыбель и обернулась на звук открывающейся двери.

Виталий вошел, быстро скинул с плеч пальто и радостно подбежал к замершей Марии, обнял за талию, ласково прижав к груди.

- Привет… - потянулся к губам, но заметив на столе, разорванный конверт и уведомление из центра, отстранился в сторону.

- Ты поедешь? – Маша высвободилась из объятий и отошла к окну, наблюдая за побледневшим Виталием.

- Да… Я обязан завершить то, что мы начали…

Маша понимающе качнула головой, и не выдержав условий «игры» прошептала:

- Что там произошло на самом деле? Я должна знать, Вит…

Виталий вздрогнул, услышав свое имя.

- Ты знала?

- Всегда… - Маша скрестила руки на груди, пытаясь оградиться от тени страданий, промелькнувших на его лице.

- Почему молчала? – Виталий подошел вплотную и оперся руками о подоконник за Машиной спиной.

- Я отвечу после того, как ты скажешь, что с Вадимом… - Маша боялась прочесть ответ во взгляде Виталия раньше времени.

- Он хотел избавиться от имаго… - Виталий сглотнул комок воспоминаний, запустил руку в волосы и потом резко рубанул ладонью в воздухе. – Мы поссорились!

- Ты убил его? – Маше казалось, что она прыгает в ущелье вместе с сорвавшимися с губ словами.

Виталий в ужасе отпрянул назад.

- Ты что!! – прокричал он, но сразу понизил голос, боясь разбудить детей. – Как ты могла подумать такое, Маша…

- Но в пожаре спасся только ты…

- Вадик всегда торопился, - Виталий смотрел вперед безумным взглядом. – Он пролил бензин на одежду, и она вспыхнула… Я бросился ему на помощь.

Речь Виталия напоминала сбивчивый бред сумасшедшего.

- Его крик до сих пор стоит в моих ушах… Господи! Какой это был звук… Маша.

Виталий еще больше побледнел, отдавшись воспоминаниям.

- Я подбежал и кинул Влада на землю, пытаясь своим телом сбить огонь. Но тут земля стала сползать под нами вниз.

Виталий передернул плечами.

- Под землей оказался нижний ярус осиного гнезда, и мы свалились с огромной высоты… Вокруг полуразложившаяся плоть, выползающие на волю огромные личинки.

Маша с ужасом слушала Виталия, приложив руку к дрожащим губам, чтобы сдержать крик.

- Вадим ударился головой об острый край. Мне повезло, я упал на него, но потерял сознание, Когда очнулся… он был уже мертв!

Виталий посмотрел на Машу и резко отвернулся.

- Но надо было что-то делать, Маша… Их был целый рой. Я вернулся в центр, переоделся и, запихнув одежду в рюкзак, вместе с шашкой тротила, которую взял в строительной бытовке. На заднем дворе погрузил в тележку три цистерны с растворителем и отвез к гнезду…

Маша беззвучно плакала, слушая сбивчивый рассказ.

- Я знал, что если не уничтожу гнездо, проект о котором мечтал Вадим, никогда не будет завершен. Взрыв был настолько мощным, что огонь перекинулся на деревья. Дальше ты знаешь…

Виталий подошел к накрытому Машей столу и налив стопку водки, выпил до дна.

- Я бежал к центру и слышал твой крик. Бежал и думал, что я скажу…Как я посмотрю тебе в глаза… Как буду произносить слова: Вадима больше нет…

Маша невольно покачнулась.

- Я принял решение, как только тебя увидел в толпе. Моментально… Это было как подсказка свыше.

Маша шагнула в сторону Виталия, приложив руку к сердцу.

- Но если ты винишь меня в его гибели, считаешь, что я не имел права притворяться им все это время. Но видит Бог, как мне было тяжело! Если ты не сможешь меня никогда простить, я готов уйти…

Маша представила, как Виталий уходит и поняла, что не сможет потерять обоих.

- Нет… - подбежала вплотную и обняла Виталия сзади, прижавшись всем телом.

- Пусть будет как есть… - произнесла в его спину. – Я никуда тебя не отпущу.

финал

Кожа натянулась и лопнула, выпуская имаго наружу. От жертвы осталась оболочка, во время взросления оса постепенно съела плоть. Теперь имаго нужно оправить крылья и выйти на охоту. Жажда оставить потомство овладели всем ее существом…