Настоящие первопроходцы

Глава 1

Странные запахи алгария* всегда нравились юному Курту. Он любил проводить время в этом странном помещении, пока остальные сидели на уроках или зависали в виртуальных залах. Но семнадцатилетнего подростка чем-то очаровывал загадочный вид стеклянных магистралей со спирогирой и хлореллой, подсвеченных изнутри ультрафиолетом.

- Снова пялишься на эти трубы?

Курт обернулся на женский голос. Обычно никто в это время сюда не заходил.

- Не боишься зрение посадить? - Вика вынырнула из-за приоткрытой двери.

- Не-а, я сюда только спустился, - Курт провел ладонью по одной из магистралей. - Они ведь такие... настоящие. Не как в виртуальности. Представляешь, вчера мне тётя Този разрешила набрать хлореллы в пробирку для самостоятельного изучения! Это как-то совсем иначе ощущается, когда понимаешь, что вот эти растительные клетки никуда не пропадут после урока.

- Это ты удачно начал водоросли запасать.

- А что?

- Пойдем в Трёшку, там уже все собрались.

По пути в Третий зал, традиционно использовавшийся для собраний, Курт начал задавать вопросы.

- Я знаю немного. Но точно что-то случилось со вторым биореактором.

От этих слов по спине мальчика пробежал холодок. В памяти сразу всплыли многочисленные истории о неполадках и внештатных ситуациях, которые уже давно слились в сознании жителей "Икара" в обширнейший эпос. И едва ли не самой часто обсуждаемой в детстве Курта была критическая неудача при попытке как следует отремонтировать биореактор в Первом Кольце, из-за чего теперь вся коммуна, в которой он вырос, вынуждена регулярно заглядывать к соседям во Второе чтобы пополнить продукты. Неужели и у них что-то стряслось?

В Трёшке было людно. Пока Курт подыскивал себе стул, ему на глаза попались незнакомые лица. Похоже, что в зале собрались не только все 26 человек Первой коммуны, но и посланцы из Второй.

Мэр Николай поднял руку.

- Товарищи, прошу внимания. На повестке у нас выживание на финишной прямой. Эх... Не так мы должны были отметить День начала торможения, но куда деваться. Ингрид, рассказывай.

Женщина в униформе биотехника из Второй коммуны подошла к стене, на которой появилась схема биореактора. Её речь подтвердила худшие опасения Курта.

С тех пор как в Первом Кольце отказали системы синтеза, на ресурсы Второго легла удвоенная нагрузка, которая все же умудрилась превысить предел прочности и его реактора. Графики ясно показывали - такими темпами аппарат Второй коммуны выйдет из строя через считанные недели.

- Мы не можем позволить себе дальше выжимать двойную норму из биореактора, его надо вернуть на стандартный уровень.

- А чем нам кормиться?

- Только аварийным вариантом, - Ингрид вздохнула. - Иначе мы все пропадём.

- Эх, а я-то надеялась нормально дожить до Конца Пути, - посетовала тётя Този, одна из старейших жительниц Первого Кольца.

- Нам всем придется трудно, ну а когда было легко? - Николай всегда отличался способностью воодушевлять. - Нашим предкам, почти полностью пересобравшим компьютерное железо? Первым людям на корабле, которые его фактически достраивали на ходу? Мы их потомки и мы не можем запороть их дело почти у самого финала!

Слово взял ещё один представитель Второй коммуны.

- Мы предлагаем провести переселение. Нам, старикам, особо нечего терять, мы можем спокойно доживать свой век на хлорелловой похлёбке. А вот молодежи предстоит осваивать новый мир, так что пусть они растут во Втором. "ЭКОС" уже перерасчитал новый баланс ресурсов.

На следующий день Курт попрощался с родными, в последний раз обнял тётю Този и вместе с остальными переселенцами отправился к осевому тоннелю. Пролетая в невесомости к вращающейся муфте Второго Кольца, они разминулись с пожилыми людьми, которые летели занимать их место. Курт прекрасно понимал, что никакого барьера между ними нет и что он ещё не раз вернётся в Первое Кольцо, чтобы навестить небиологических родных и отнести витаминные концентраты, но все же странное чувство потери не оставляло его. Он даже сохранил ту пробирку с хлореллой, хотя в этом не было нужды.

Шли годы. "Икар" уже заканчивал торможение и потихоньку выходил на орбиту газового гиганта, вокруг которого вращалась цель всей экспедиции. Будущие колонисты извлекали из закромов инструкции, напечатанные ещё в Предполётные времена. Повзрослевший Курт не уставал расспрашивать "ЭКОСа" об их новом доме в перерывах между обходами многочисленных термостатов с эмбрионами, коим предстояло заселять новый мир, и профилактикой электросетей в алгариях. Началось все с того, что он когда-то поинтересовался, почему в тех старых документах руководители именуются "капитанами". Ведь ещё на первых уроках им всем говорили, что корабль сделан на основе космического поселения и должен в конце Пути стать поселением, потому и управляют им как поселением. Оказалось, что это уже после запуска первое поколение решило воспитывать все остальные в подобном ключе, чтобы подготовить психологически к тому факту, что им предстоит жизнь горожан-затворников, которые не увидят их общей цели.

Курту нравилось придумывать все более необычные вопросы и смотреть, какие ответы даст электронный наставник. Бортовой ИИ "Икара" был для него почти аналогом всезнающего божества, как и для остальных обитателей корабля, которые рождались из искусственных маток, жили и умирали под его присмотром. Даже имена новорожденным подбирал компьютер.

После одной из таких бесед его встретила Вика на выходе из обсерватории.

- Курт, можно с тобой кое о чем поговорить?

- Конечно.

- Тогда пойдем в шлюз.

- Зачем? Я не слышал, чтоб обшивку надо было чинить.

- Это... Это связано с антеннами. Я потом объясню.

Виктория скрылась в коридоре, ведущем к шлюзу. Последовавший за ней биотехник гадал, с чем на самом деле это может быть связано. Он-то прекрасно знал, что все антенны исправны.

Скафандры в стойках сияли отполированной обшивкой, с недавних пор за ними ухаживали особо тщательно. Курт уверенными движениями вкинулся в свой, с номером 11. У Виктории ушло заметно больше времени, поскольку ей ещё не приходилось по-настоящему часто заниматься ВКД. За свою жизнь каждый член экипажа "Икара" успевал по-нескольку раз сменить род занятий, но происходило это постепенно.

Воздух покинул шлюз, люк начал медленно открываться. Двое в скафандрах вышли на внешнюю галерею, опоясывающую Второе Кольцо. Здесь действовала та же центробежная сила, что и внутри, так что космонавты не парили в невесомости, а перемещались как обычно по настилам и лифтам.

- Так Вика, вот мы одни, как ты хотела. Теперь объяснишь, зачем было просить меня идти чинить антенны, несмотря на то, что я буквально минуту назад смотрел данные с них?

- Они не полные, - Виктория обернулась к нему, сквозь стекло шлема было видно её неожиданно серьёзное лицо. - Курт, наш "ЭКОС"... С ним что-то не так.

- Это ещё как понимать?

- Ты же помнишь, как меня назначили системщицей?

- Да, я тебя тогда поздравлял, даже синтезированных блинов приносил.

- Я недавно заметила странности в работе систем дальней связи. Ты ведь помнишь, что нам говорили насчёт того, почему мы не можем дозвониться до Солнечной?

- Да, там случилась беда с теми, кто нас отправлял.

- Но компьютер продолжает посылать отчёты о происходящем на борту...

- Потому что за нами должны следовать другие корабли.

- ...в две стороны.

Курт некоторое время обдумывал услышанное.

- Это точно?

- Я посмотрела график энергии. В нем несколько раз были завышенные данные по расходу на связь, при том в качестве причины указана техническая неисправность оборудования. Которую почему-то никто не исправлял. Я обнаружила, что в эти же дни кто-то копировал данные телеметрии. Из всей коммуны доступ для этого есть лишь у пары человек, включая меня. И мэр Честер точно этого не делал, я знаю.

- А зачем "ЭКОСу" делать ревизию данных?

- Похоже, он переводил их в новый формат для отправки.

- Может, на месте остались беспилотные зонды?

- И зачем им эти данные?

- Ну да... Странно все это.

- И я о том же. Мы ведь привыкли полностью доверять "ЭКОСу", он все знает наперёд и лучше нас понимает суть происходящего. Похоже, моему предшественнику хватило этого объяснения и он не стал придавать значения тому, что в какой-то момент бортовая радиостанция посылала отчёт в сторону звёзды.

- И может он был прав.

- Может, но... Ты ведь помнишь все те уроки старших про то, что на нашей древней Родине уже нет места для людей? Да и то, что мы видели в документальных фильмах явно говорит о том, что у нас полно возможных врагов. Мне все это не нравится.

- Мне тоже. Посмотрим, что...

И в этот момент включилась общая частота.

- Внимание всем! Говорит обсерватория. К нам приближается неопознанный объект. Мэры Честер и Эрих ввели чрезвычайное положение и объявили общий сбор на палубе А.

- Вот и ответ на наш вопрос, - невесело протянул Курт.

Неизвестный челнок пристыковался к шлюзу. У входа его встречали все, кого вместил технический отсек, в том числе и несколько тощих стариков из Первого Кольца, среди которых выделялся высоким ростом бывший мэр коммуны Николай. У самого люка стояли техники с плазменными резаками наперевес.

Массивная переборка с шипением отъехала в сторону. За ней показались силуэты пришельцев, чей вид заставил всех затаить дыхание.

Курт некоторое время пытался понять, что же такое отдалённо знакомое проскальзывало в облике чужаков. На ум приходили виртуальные конструкты по мотивам древнегреческих мифов. Только там подобные создания, называвшиеся кентаврами, были из плоти и крови, а эти будто оставили себе человеческим даже не верхнюю часть туловища, а одну лишь голову.

- Я приветствую вас, странники, - обратился к ошеломленному экипажу пришелец посередине, у которого человечной была не только голова, но и торс. - Я, Хирон Тэта-четвертый, уполномочен принять вас как гостей на Новой Итаке.

- Ч-что? Какая ещё Итака?! - Честер даже запнулся от неожиданности. - Мы в системе звёзды Росс-128, здесь есть лишь номерной газовый гигант с пятью спутниками. Два из них - наша цель.

- Теперь у гиганта есть имя, как и у его сателлоидов. Кстати, все интересующие вас данные здесь, - киборг-кентавр протянул мэру дата-под - мы знали, что у вас устаревшие технологии на корабле, потому постарались воссоздать его в точности под ваши разъемы.

- Знали? Откуда?!

- От вашего корабля. Он любезно оповестил нас о прибытии, как и обещали его создатели. Я вижу миллионы вопросов в ваших глазах. Если хотите получить ответы, то выберите делегатов, которые спустятся со мной на планету. Нам предстоит многое обсудить.

***

- Мы проиграли, Роб. Хотя Гонка ещё и не началась.

На столе лежал планшет с отчетом, буквально вчера пришедшим от агентов в рядах пантропиков.

- Они не смогут сделать технологию плазменного окна достаточно отказоустойчивой в ближайшее время. Мы ещё можем успеть.

- Нет, Роб. Ты прекрасно знаешь, что это теперь бессмысленно. Даже самые затянутые испытания новой защиты не будут длиться достаточно долго, чтобы "Икар" успел пройти большую часть пути. Нас подрежут на повороте.

Президент Роберт Кларксон оперся локтями о стол и устало положил голову на кисти рук. На какое-то время в штаб-квартире "Хоумфронта" повисла гнетущая тишина. Собеседник Роберта, генеральный конструктор "Икара" Артур Хойланд, взял планшет и ещё раз пролистал файлы, будто надеясь отыскать в них способ спасти их миссию, так внезапно получившую пробоину ниже ватерлинии.

Президент тяжело вздохнул и повернул кресло к окну. Вид у него был обескураженный.

- Сколько людей у нас по итогу?

- Сейчас ровно полтинник, - Хойланд убрал планшет.

- Добавим ещё двоих, - Кларксон потёр переносицу.

- Надо же! И с чего вдруг такая щедрость?

- Пусть будет резерв.

- Ты же сам ратовал за то, чтобы живого экипажа был самый минимум.

- Его и так минимум. Но... я думаю, что нам пора немного пересмотреть его роль. Как и всей миссии.

За окном простирались пейзажи ледяных пустошей Тритона с буро-красными проплешинами. Их безмятежность резко контрастировала с тем, что творилось в цехах и лабораториях под поверхностью.

- И в какую же сторону? - Хойланд осторожно налил себе янтарной жидкости из герметичной бутылки.

Кларксон встал и прошелся по кабинету.

- Время трезво оценить ситуацию. Первое - мы с аргонавтами проиграли Гонку пантропикам. Второе - нам все ещё как-то надо выполнить свою миссию, иначе вся наша работа была зря и можно хоть сейчас забрасывать проект и идти доживать последние дни бесполезным балластом. Третье - сами мы явно не справимся с задачей успеть освоить хотя бы одну ближайшую звезду вперёд пантропиков. - Президент выдержал паузу. - Похоже, настало время по-новому взглянуть на отношения с нашими старыми оппонентами.

Хойланд даже моргнул от удивления.

- С кем? С аргонавтами?!

- А больше и не с кем. Они с нами в одной лодке, так что у нас хотя бы есть общий интерес.

- Я ничего не понимаю. Ты что, собираешься с ними торговаться?

- Спекулянт из меня так себе. Но налаживать сотрудничество между людьми я умею.

- Ага, между людьми.

- Они не настолько сильно ушли по пути слияния с искусственными разумами, как пантропики. Ты и сам это понимаешь, просто киборгом быть недостаточно, чтобы перестать быть человеком в общем смысле. В конце концов, наши с ними расхождения по вопросу о пределах модификации тела и сознания меркнут в свете перспективы остаться на обочине истории.

Хойланд забрал и залпом осушил второй стакан. Для него идея сотрудничества с фракцией киборгов после стольких лет соперничества была слишком внезапной. Фонд "Хоумфронт" позиционировал себя как последний оплот настоящего гуманизма с тех самых пор, как Человечество перестало быть единым видом и начало распадаться на разные направления, от просто сторонников устранения биологического несовершенства, вроде группировки "Арго", и до радикальных трансгуманистов из "Пантропик Альянс". Десятилетиями члены этой организации поддерживали добровольный остракизм, готовясь вступить в Гонку на правах последних настоящих людей, не подвергнувших свое естество по-настоящему серьёзным изменениям.

- Ладно, - Артур Хойланд ещё раз наполнил стакан. - Допустим, мы пришли к ним и они по какой-то причине решили нас выслушать. Допустим даже, что удалось договориться о сотрудничестве. Но каком?

- У нас нет возможности обогнать пантропиков, наша единственная надежда - суметь каким-то образом скопировать их технологию устойчивого плазменного щита. Мы предложим аргонавтам объединить усилия.

- И? Даже если мы сможем перехватить чужие разработки и адаптировать их под себя, пантропики к этому времени уже начнут первую волну экспансии. У нас НЕТ времени на переделку проекта.

- А если ничего не менять, то при текущем раскладе "Икар" должен был стартовать даже не "вчера", а в условном "позавчера". Я прекрасно это понимаю, Арчи. Просто дай мне немного времени подумать.

Генконструктор покинул кабинет президента фонда. Кларксон потянулся за оставшейся на столе бутылкой, мысли у него были безрадостные. "Хоумфронт" всё поставил на участие в грядущих событиях, которые уже давно заочно окрестили "Гонкой к ближним звёздам". На стремительно уходящей в технологическую сингулярность Земле уже не оставалось места даже для некоторых улучшенных людей, не говоря уже про простых представителей вида Homo Sapiens с отредактированным геномом. Чем дальше шел процесс расслоения землян по фракциям и расселения по Солнечной системе, тем яснее становился тот факт, что для настоящего процветания какой-либо из них не хватит места в пределах колыбели. Не получится развиться в полноценное общество будучи сектой, контролирующей пару астероидов. И тогда наиболее амбициозные или ущемленные из них независимо друг от друга пришли к выводу, что единственным способом существования осталась колонизация ближних звёзд. Именно сохранение идеологии и целостности собственной ветви стало главной ценностью и камнем преткновения в мире, где уже давно не осталось материальных причин для войн.

Но задача эта требовала времени и огромного объема работы. Представители "гонщиков" начали переселяться на окраины Солнечной и закладывать там верфи, чтобы в назначенный час стартовать по наиболее оптимальной траектории, воспользовавшись эффектом Оберта. Первыми были ярые сторонники экспансии из движения "Арго", отправившиеся на циклерах в пояс Койпера. Следом за ними разрозненные сторонники чистоты человеческого вида объединились в движение пилигримов, перенесших штаб-квартиру на Тритон. Ими руководил лозунг "наш дом - на фронтире", даже название фонда для постройки корабля родилось из этого девиза. Следом подтянулись и остальные, заселив почти пустовавшие до того окраины системы. Между замкнутыми на самих себя фракциями не было ни войн ни серьёзных распрей, лишь промышленный шпионаж повсеместно расцвел на всех уровнях прогресса. Всем было ясно, что ближние звезды скоро станут аналогом Нового Света, где надо будет успеть застолбить себе участок раньше других. Бремя технологической гонки незримым зарядом пронзило дальние рубежи Солнечной системы.

Прошло много времени с тех пор, как волны первых примитивных зондов отправились к самым близким звёздам, новому фронтиру земной цивилизации. К тому моменту, когда те из них, что уцелели, начали выполнять свою основную задачу по изучению иных систем, техника ушла далеко вперёд. К началу экспансии в арсенале всех фракций уже были рабочие прототипы термоядерных двигателей дейтерий-гелиевого типа. Единственным лимитирующим ограничением оказалась защита: нет смысла развивать по-настоящему серьёзные релятивистские скорости, если корабль может гарантированно развалиться прямо в пути.

Конструкторы из "Хоумфронта" и "Арго" решили не дожидаться прогресса в этой области и начали сразу строить тихоходные звездолеты на уже имеющихся технологиях, чтобы успеть добраться до ближайших звёзд до того, как появятся по-настоящему быстрые корабли. И вот теперь оказалось, что ставка на ранний старт была проигрышной. Даже если они запустят свои корабли прямо сейчас, это уже ничего не изменит.

На следующее утро Хойланд снова заглянул к президенту. Их полемика насчёт самой возможности прямого взаимодействия с аргонавтам потихоньку сошла на нет. Генконструктор и сам начал понимать неизбежность этого решения.

- Так с чем мы к ним придём? - Задал он наконец терзавший его вопрос. - Они же не станут просто так нам помогать.

- Не станут.

- И одного лишь объединения усилий нам не хватит, чтобы опередить пантропиков.

- У меня есть одна идея, - президент откинулся на спинку кресла. - Но она должна остаться между нами...

***

- То есть наша миссия была...

- Экспериментом. - Хирон протянул одну из нижних конечностей в сторону буфета. Железная ступня трансформировалась в четырёхпалую конечность и открыла дверцу, вытащив бутыль с этикеткой, стилизованной под какую-то старинную земную марку вин. - Хотя изначально ваши лидеры планировали настоящую колонизацию. С помощью одного корабля, да.

Кентавр усмехнулся. Напросившийся в делегацию на правах биолога Курт все никак не мог понять, связано ли это с их поступками, или же дело во внешности. Он уже уяснил, что киборги-аргонавты смотрят на обычных людей примерно так же, как они сами на какую-нибудь хлореллу.

Делегаты сидели вдоль белого стола в здании, которое специально отвели для приема людей. Но, когда шаттл опускался на плавучую платформу, было заметно, что это лишь пристройка к корабельному доку.

- Стоит признать, что в вас все же есть искра покорителей, как говорят у нас. Отправить один корабль с эмбрионами, да ещё и сделать в нем жилую зону, чтобы часть из колонистов осталась бодрствовать до конца и поколениями поддерживала работоспособность с четким осознанием того, что не увидит заветной цели - на такое могли решиться только настоящие первопроходцы.

- По вашему выходит, что все это было напрасно, раз последующие корабли без проблем могли позволить себе бо́льшие релятивистские скорости, - тон Честера был обескураженным.

- Отнюдь не напрасно, - кентавр распределил содержимое бутылки по бокалам и пододвинул их людям человеческими конечностями. - Польза от вашего полета была, просто не там, где об этом принято говорить.

- Поясните, - не унимался Курт.

- Ваш корабль поколений, как и любые другие масштабные разработки, потянул за собой вереницей открытия в самых разных областях, от биоинженерии и до архитектуры. Но самое важное началось в тот момент, когда он полетел. Знаете, в чем главная беда трансгуманистов с их тягой к сумасшедшим изменениям своей природы? Они особо не задумываются о том, как на основе этого выстроить работающее общество.

Солнце уже опускалось к горизонту. Активные тонировочные пленки на окнах прояснились, закатный свет заполнил приемный зал, декорированный синтетическим мрамором и барельефами.

- Хотите знать, что с ними стало? Их организация распалась на враждующие секты, из-за чего они не смогли в полной мере реализовать планы по захвату ближних звёзд вперёд нас. Ставка на Росс-128 полностью оправдала себя, - Альфа Центавра и звезда Барнарда попали под влияние уцелевших пантропиков, но дальше они распространить первую волну не успели, так как начался коллапс, и первые отправленные ковчеги оказались и последними. Прямо как у вас. Теперь мы можем переиграть их на дальней дистанции, когда отправим отсюда новые корабли к ещё более далёким светилам. В то же время на нашей стороне были данные вашего корабля. Да, наш "Дедал" был и быстрее и совершеннее, нам не приходилось дежурить до победного, пока не износятся наши оболочки. Но ваш "Икар" поставил грандиозный социологический эксперимент, важность которого невозможно переоценить. Вы даже не представляете, сколько прикладных знаний в решении общественных кризисов мы получили наблюдая за тем, как две коммуны под руководством не самого продвинутого ИскИна переносили тяготы этого пути. И это не говоря уже о медицинских данных! Хоть мы и киборги, но все же защита от галактического излучения нужна и нам.

За окном раскинулись бескрайные водные просторы. Где-то под ними на океанических хребтах аргонавты построили подводные шахты, над которыми висели плавучие заводы-обогатители. Далеко на горизонте можно было различить уходящую в небо стрелу орбитального лифта, к основанию которой медленно плыли автоматические баржи.

- Признаюсь честно, мы, аргонавты, привыкли руководствоваться максимой "человек для корабля", так что нам трудно понять, как можно вообще рискнуть отправиться в межзвездное странствие в таких оболочках, - Хирон оценивающе взглянул на колонистов с "Икара", - всего четыре конечности, и лишь две из них универсальны. И какая хрупкость! Без обид, но мы вообще думали, что вы погибните в первые годы пути.

Но вот вы здесь! Наш пессимизм в отношении способности обычных людей преодолевать трудности оказался... Слегка завышен.

- И все же вы прибыли сюда раньше нас. И даже успели развернуть орбитальные верфи и морские заводы.

- Однако часть лавров первооткрывателей все же принадлежит вам. Ведь своим ранним стартом вы склонили тогда ещё не распавшихся пантропиков к идее оставить без внимания эту звезду. Они решили сконцентрироваться на чем-то более достижимом, пока неразумные чистокровные помирают на пути к не самой близкой системе. По итогу, именно Росс-128 стал нашим плацдармом благодаря вам. Такова судьба настоящих первооткрывателей - вести за собой более совершенных потомков, которые неизбежно их превзойдут. Но начало-то положено вовсе не ими. У аргонавтов не принято занижать заслуги тех, кто выбрал эту стезю, какими бы несовершенными они ни были.

Хирон указал в сторону окна, за которым восход окрашивал океан в багровые цвета.

- Ваш лидер Кларксон в обмен на сотрудничество договаривался о том, что мы предоставим их ветви дом на равных условиях. Мы уже развернули на экваторе Новой Итаки всю нужную нам инфраструктуру, умеренные широты нас не интересуют. Эта водная планета - ваш дом. Следующие миры полетят колонизировать более совершенные беспилотные корабли, а ваш путь отныне завершён.

*Сад с низшими растениями (лат. alga- водоросли).