
Мы были возможны
Екатеринбург девяностых. Некоторые панельные дома выпирают из городской застройки, превращённые в неприступные чёрные монолиты. В них поселились загадочные «Соседи», которых люди старательно научились не замечать.
Он ещё помнил, что изменился, но не знал теперь, каким был прежде.
Читать фрагмент
Читать ещёПрологТрясущимися пальцами Антон по памяти набирает номер. Отмахивается от надоедливой поздней мухи, что залетела в форточку и кружит по комнате, иногда с тупым «бам» врезаясь в окно. Пока идут гудки, он провожает её глазами.— Ну же, ответь…Гудок меняет тональность на пару октав, замедляется до низкой частоты, от которой свербит глубоко внутри головы. Словно чёртово насекомое залезло туда и ползёт всё дальше по слуховому каналу, вызывая желание сунуть в ухо что-нибудь острое.— Давай же!«Ммммм». Так гудит трансформатор в грозу. Так, должно быть, мычат приговорённые коровы на скотобойне. Он точно не знает.Щелчок.— Оля? Оль, это ты?— …Гудки сменяются тишиной под высоким давлением, плотной настолько, что она просачивается по проводам, пожирает все звуки вокруг. Тиканье часов прекращается, телевизор соседей хрипит и глохнет, даже сонное жужжание мухи — всё умирает. Если Антон оглянется, увид…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0