Обложка Моллюски

Моллюски

Захар Зарипов

0% прочитано
Стандартный
Захар Зарипов

Моллюски

Глава 1

Мальчуган не находил себе места с раннего утра, он проснулся гораздо раньше родителей и, наверное, сотый раз за утро перебирал вещи: обычных штанишек и курточки будет недостаточно, планета дикая, без признаков цивилизации, нужен как минимум комбинезончик, лучше даже вакуумный – папа говорил что ехать довольно далеко, через несколько звёздных систем, часа два, а то может и три. Желательно взять с собой зажигалку, вдруг будем костёр разводить? Мама не позволяет играть с зажигалками, но папа недавно подарим ему одну, сказал что секрет: зажигалка с отличным мощным лазером с атомной накачкой, можно даже сталь поджигать, правда она плохо горит, но вдруг придётся?

Ещё наверное фонарик нужно – вдруг они сядут на ночной стороне?

Ребёнок полез в ящик под кроватью и извлёк на свет большую коробку с разными детскими мелочами. Вот этот, наверное, подойдёт: маленький, но зато на резонаторе квантовых полей – заставляет воздух светиться в диаметре двух-трёх ростов взрослого. Главное поле инвертировано и фотоны не покидают сферы генерации: внутри светло, а снаружи полная темнота. На охоте и рыбалке очень удобно, тебе светло, но снаружи этого никто не видит.

В родительской спальне раздалось негромкое шевеление. Потом дверь открылась и в коридор вышел заспанный отец в одном нижнем белье: он сразу оценил раскиданную по коридору кучу вещей и заглянул в спальню сына:

– Да ты почти собрался! – похвалил ребёнка отец.

– Конечно! – обрадованно подхватил сын, – я так давно мечтал съездить с тобой на рыбалку!

– Ну это не совсем рыбалка, – усмехнулся папа.

– Ты же говорил рыбу идём ловить…? – напомнил мальчик.

– Не рыбу, а моллюсков, – поправил его отец.

– А какая разница? – поинтересовался мальчик, пытаясь забраться к отцу на руки.

– Ну рыбы плавают в плотных средах, а моллюски могут жить в относительно разреженных, вроде нашей атмосферы… – пустился в разъяснения отец, – кроме того моллюски строят себе домики…

– Прям как мы? – удивился мальчик.

– Ну не как мы, – засмеялся папа, – но да, очень похоже. Берут подручные материалы и строят высокие коралловые рифы. Там куда мы поедем, раньше были во-о-о-от такие… -- он попытался показать размер сооружений вытянув вверх руки, – в несколько ростов взрослого…

– А теперь?

– А теперь их почти все загадили… – с сожалением произнёс отец, – я когда с дедушкой на моллюска ходил его было как грязи, – он мечтательно предался воспоминаниям, – там были огромные рифы… вот прям с парк размером, и высотой… да с дом точно! – уверенно кивнул он, – мы, бывало, прилетим, первый же коралл срежем, а там моллюска видимо не видимо! Натрясёшь полную сетку, нажаришь прям там, среди рифов… вкуснотища, – отец мечтательно зажмурил глаза, – а сейчас почти все рифы вымерли, а те что остались превращены в заповедники охраняются государством… правда они тоже загибаются… но наверное лучше так, а то браконьеры уничтожат всё под корень... – вздохнул он.

– А мы тоже браконьеры? – шёпотом поинтересовался сын.

– Мы-то? Не-е-е-ет! – захохотал отец, – У нас с тобой лицензия есть...

– Значит мы в заповедник поедем? – обрадованно завопил малыш.

– Да нет, что ты, – отмахнулся отец, – в заповедники ни с какой лицензией нельзя, там штраф такой наложат, что машину продавать придётся… но я одно место знаю, – он наклонился к сыну и зашептал ему на ухо, – недалеко от центрального заповедника на берегу моря, там рифы совсем небольшие, в один два слоя, но я видел что моллюски там ещё водятся.

– А мне в садике рассказывали, – вспомнил сын, – что есть моллюски вообще без раковин… – он вопросительно уставился на папу ожидая подтверждения.

– Да, так бывает, – кивнул отец, – на той планете тоже такие есть… но они волосатые и не вкусные, – уточнил он, – у тех моллюсков что живут в рифах или в собственных раковинах тело мягкое, лысое, и на вкус они такие нежные… -- задумался он подбирая слова, – оно и понятно, ведь если у тебя нет раковины, то у тебя покровы будут жёсткими, иначе не выживешь…

– Ясно… – потянул мальчик, но отцу показалось, что он просто не хочет слушать скучную лекцию.

– Ладно, одевайся, – кивнул отец, – надо ехать, – добавил он, посмотрев на часы.

– А мама? – сын кивнул на стенку, отделявшую детскую от родительской спальни.

– А мама пусть спит, – отец прижал палец к губам показывая что надо соблюдать тишину, – она у нас всю неделю работала, так что пусть отдыхает. А мы быстренько смотаемся туда-обратно, что б вернуться пораньше… и если не поздно приедем, мама нам из моллюсков вкусный ужин приготовит...

Он спустил сына с рук и пошёл одеваться.

Меньше чем полчаса отец с мальчиком уже выходили из квартиры. Дверь перед ними распалась на молекулы, и беззвучно собралась обратно, как только они покинули помещение.

Красные лучи рассветного солнца разгоняли прохладу, но висевшие во дворе машины всё ещё были покрыты блестящим налётом инея.

Они подошли к шару чуть выше отца ростом, парившему над землёй на парковочном антигравитаторе и сложили нехитрые пожитки в задний отсек почти идеальной сферы четырёхместного седана.

Отец занял водительское кресло, а мальчик пристроился на соседнее пассажирское. Так, конечно, нельзя делать – дети должны сидеть во втором ряду, на задних сидения. Так безопаснее. Но сегодня но они выезжали из города совсем рано, так что встреча с дорожной полицией была крайне маловероятной.

На экране управления засветилась схема энергораспределения: антиматерия заструилась вихревыми потоками распределяясь между расположенной в нижней части сферы реактором, и вакуумным резонатором, зашитым в сферическом сегменте над салоном машины.

Антигравитационный двигатель заурчал и за несколько секунд вывел автомобиль за пределы атмосферы.

– Ну держись крепче, – ухмыльнулся отец и нажатием клавиши активировал пузырь Алькубьери.

Машина дёрнулась и набирая скорость понеслась в сторону природного парка на далёкой планете.

Ребёнок сидел, прижавшись лицом к оконному стеклу и широко распахнутыми глазами следил за проносящимися мимо туманностями, чёрными дырами и экзопланетами, которые скоро слились в один сплошной радужно-сияющий фон.

На скорости в два миллиона раз превышающей скорость света, космос играл совершенно другими красками. Вакуум вокруг светится и переливается всеми цветами радуги, потому что разбросанные на миллионы километров фотоны сливались в мощные световые потоки и сияющие разноцветные течения невидимые в нормальном скоростном режиме.

За время пути ребёнок задремал, и отцу пришлось разбудить его, когда машина выскользнув из подпространственного пузыря, зависла над зелёно-голубой поверхностью заповедной зоны.

– А почему темно? – поинтересовался малыш.

– Ночью их ловить проще, – проговорил отец, опуская машину вниз.

Они вошли в атмосферу и сбавив скорость почти до нуля поплыли над тёмной поверхностью.

– Вон они, вон! – радостно закричал малыш, указывая на большие коралловые ветви под пузом, автомобиля.

Машина опустилась ещё ниже, едва не цепляя днищем заросли длинных прямоугольных коралловых ветвей, и пошла вдоль кораллового рифа протянувшегося от побережья солёного водяного моря, до подножья высоких скалистых гор.

– А почему мы тут не садимся? – поинтересовался мальчик.

– Да тут давно ничего нет… – отмахнулся отец.

– А может есть? – не поверил ему ребёнок.

– Не веришь? – хитро улыбнулся отец.

– Не верю! – упрямо ответил сын.

– Ну как хочешь, – покачал головой папа, а про себя с гордостью подумал: «надо же какой упрямый! Прямо как я в молодости», – ну ладно, давай сядем, – добавил он, направляя обтекаемую сферу автомобиля к поверхности.

Они опустились на поле окружённом коралловыми кристаллами в несколько раз выше самой машины.

– Пошли покажу, – отец захватил из бардачка обычный стальной нож длинной в две ладони и помог ребёнку выбраться из салона.

Чтобы не идти далеко он прямо на месте вогнал нож в щель многоуровневого коралла и отломал от лицевой стороны большой кусок:

– Вон смотри…

Мальчик заглянул внутрь пористой структуры и ничего не увидел:

– Пусто…

– Ну, а я тебе что говорил? – самодовольно ответил отец.

– А может там? – мальчик указал на ещё один коралловый отросток, поменьше.

– Давай, – кивнул отец, и, подковыряв коралловую ветвь, отломал ещё один большой кусок.

А потом ещё один и ещё, однако, результат оставался одинаковым.

– Тут пусто… – в очередной раз расстроенно протянул малыш.

– Ну, так что? – улыбнулся отец, – поехали куда я говорю?

– Ну поехали… – сдался ребёнок залезая обратно на переднее кресло.

Машина взмыла в воздух и направилась в сторону большого холма на горизонте.

– А откуда ты узнал, что они пустые? – поинтересовался малыш недоверчиво косясь на отца.

– На самом деле это очень легко, – хохотнул отец, – живые кораллы светятся, переливаются всеми цветами радуги даже в темноте... да и были мы тут с твоим дедом когда-то в детстве, – добавил он, выбирая место на карте.

Через несколько минут они висели над россыпью небольших прямоугольных кристаллов размером ладонь взрослого:

– Маленькие какие… – неуверенно возразил сын.

– Зато внутри есть моллюски! – уверенно проговорил отец, останавливая машину.

– Но они ведь тоже не светятся? – вспомнил ребёнок.

– Маленькие не всегда светятся, – уверенно ответил отец, – они начинают светиться когда вырастают на 5-10 уровней... не знаю с чем это связано, – честно ответил он пожав плечами, – какая-то особенность метаболизма...

Малыш и папа вышли наружу, осветив пространство сферическим фотоногенерирующим полем автомобильных фар, и начали выгружать из багажника снасти: корзинку, два сачка, и специально взятый для сына маленький выдвижной кварковый ножик.

– Пошли, – отец хлопнул сына по плечу и указал рукой в сторону скопления раковин.

Он погасил фары, и они на ощупь, почти в полной темноте, прошли несколько десятков шагов в сторону прилепившихся к камням кораллов.

– Свет включать? – поинтересовался малыш, нащупав в кармане диск квантового фонаря

– Как хочешь, – пожал плечами отец, – но на свету они прячутся... они, конечно, очень медленные, прямо чересчур, но и раковины ковырять не быстро, так что на свету всё равно придётся поторапливаться.

– Ясно, – кивнул мальчик, – но я так... совсем чуть-чуть... – прошептал он и, включив свет, установил минимальную яркость.

Световая сфера, оставаясь тёмной снаружи, поглотила отца, сына и примерно половину крохотного кораллового рифа. Залив окружающее пространство тусклым равномерным свечением.

Отец присел на одно колено возле маленькой прямоугольной раковины с треугольной верхушкой и принялся ковырять её ножиком, показывая сыну как правильно подцеплять крышку. Просунув нож в зазор под треугольной пластиной, он повернул лезвие и верхняя часть раковины отскочила в сторону, обнажая её тёмное нутро, разделённая перегородками на ещё более мелкие секции: в двух из них ослеплённые светом квантового фонаря жались в углы голые тушки неповоротливых медлительных моллюсков.

Он подцепил одного из них ножиком и из нежного крохотного тельца начала медленно выступать вязкая багровая жидкость. Поднеся нежное розовое тельце ко рту отец выдавил в себя вкусные сочащиеся красным соком внутренности.

– Папа! – строго проговорил глядящий на него мальчик, – Мама говорила, что они грязные и сырыми их есть нельзя!

– Ой, да ладно! – отмахнулся отец, кидая остатки мякоти в корзинку, – они сырыми гораздо вкуснее! Хочешь попробовать?

Он ткнул ножиком маленького моллюска, примерно в половину меньшего чем тот, которого только что кусал сам.

– Бе-е-е-е… – ребёнок с отвращение посмотрел на извивающееся на кончике ножа сучащее конечностями существо.

– Ну как хочешь, – отец провёл лезвием по краю корзинки стряхивая существо внутрь, потом подцепил ногтями последнего прячущегося в прямоугольной раковине моллюска и бросил его в корзину стараясь не порвать тонкой шкурки.

– Ой, кусается! – мальчик по примеру отца вскрыл плоским лезвием маленькую раковинку, но существо внутри огрызнулось резким всполохом разноцветных искр.

– Это у него стрекательные клетки, – улыбнулся отец, подхватывая существо поперёк туловища, – они не у всех есть, но когда моллюсков собирается несколько, они даже могут сильно обжечь руку. Я в детстве обжигался, – наставительно произнёс он, – так что осторожнее, – добавил папа, кидая тельце в корзину.

За короткое время отец с сыном наковыряли из мелких прилипших к камню раковин несколько десятков медлительных неповоротливых существ наполнив корзинку примерно на половину.

– Может, хватит? – уставшим голосом произнёс сын, скептически оглядывая полупустую ёмкость.

– Ну не знаю, – нахмурился отец, – мы ж только приехали?

Он взглянул на часы: дома едва перевалило за полдень, а он пообещал, что ведёт сына гулять на весь день.

– Давай хоть пожарим по несколько штук? – предложил отец сыну.

– А может дома…? – неуверенно произнёс малыш.

– До ещё ведь рано совсем… – отец снова взглянул на часы, на которых почти ничего не изменилось, – ты ж хотел гулять до вечера? – напомнил он.

– Да, но… – мальчик явно не знал что ответить, но отец и не стал добиваться от ребёнка оправданий.

Ему и самом хотелось отдохнуть дома: «если приедем сейчас», – рассуждал он, – «жена успеет приготовить моллюсков на обед. Пива попью, телевизор посмотрю… а с сыном, вроде как уже погулял, она не будет против…»

– А ты точно уже нагулялся? – строго поинтересовался он.

– Да! – кивнул маленький мальчик, – давай дома пожарим?

– Ну как хочешь, – с деланным сомнением согласился отец.

Упругим чешуйчатым хвостом папа погладил сына по гладкому усеянному рожками черепу и добавил:

– Ладно, поехали!

Они погрузили корзинку в багажник и под мягкий звук антигравитатора покинули атмосферу парковой зоны.

Машина взмыла над атмосферой и, искривив пространство вокруг себя, рванула в сторону дома:

– Они такие прикольные, – придерживая корзину нижней парой руку, сын достал из неё существо вяло болтающее своими четырьмя конечностями, – даже чем-то на нас похожи…

– Да ну, – отмахнулся отец, – ничем они на нас не похожи.

– Ну как же, – не сдавался малыш, – они даже домики строят!

– Домики строят даже бактерии, – возразил отец, – всё-таки разумные существа должны как-то отличаться от остальных форм жизни… ну не знаю… ну хотя бы там сферу Дайсона вокруг своей звезды сделать… в общем нет, не похожи они на нас…

Сын неаккуратно повернул существо пытаясь не помять, но внутри нежного организма всё равно что-то хрустнуло, и на поверхность проступила красная вязкая жидкость.

– Убери в корзинку, – строго проговорил отец, – сейчас весь салон соком запачкаешь, и мама нас заругает… дома поиграешь, если захочешь… – добавил он, добавляя тяги.

Сын недовольно вздохнул и, открыв хвостом багажное отделение, убрал туда вялое тельце. Маленькое оранжевое светило вдали обратилось в точку и исчезло в хороводе сливающихся в радужные потоки квантов.

А над разорённой деревней на умирающей планете показались первые кроваво красные лучи восходящего солнца.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге