Лягушка-путешественница

Глава 1

1

Каждому, своё. По жизни, Боджинг мало во что верил, но в этом не сомневался. И потому, развлечениям с киборгами, мутантами или иными разумными, предпочитал опасный секс с представительницами своей расы. Опасный, ха! Когда-то действительно, так и было. Сотню лет назад. В те времена, и впрямь, летально заканчивался каждый третий контакт. Слава Творцу, тот ужас давно миновал! В нашу просвещённую эпоху, гибель самца у бежатов во время спаривания, редкость. Один случай из пятидесяти, и то Боджинг подозревал, что это были замаскированные под несчастный случай убийства…

Проблема в том, что самок бежатов на Креате практически нет. Те, что ненароком залетают, надолго не задерживаются. Поскольку сразу после секса «залетают» и отправляются на родную планету выращивать потомство. Просвещение просвещением, а размножение до сих пор многими считается делом святым, предохранение же, грехом.

А без секса было грустно. Ни алкоголь, ни прочие доступные бежатам стимуляторы такой разрядки Боджингу не давали. Рядовым членам расы было проще, они могли вступить в разной степени противоестественности связи, или на худой конец, обойтись голограммой. Глава Клана и наследник Пятого Дома до подобного опускаться не имел права. Положение обязывало чтить традиции расы.

И он чтил, с достоинством неся бремя воздержания, хотя боги знают, как он хотел домой! Увы, уехать Боджинг мог, только по завершению дел. Вот и терпел. В качестве разрядки писал романтические баллады и судился, судился с людьми за спорные территории Креаты. И поскольку был действительно хорошим юристом, чаша весов медленно, но неуклонно склонялась в его пользу.

С утра в офисе было пусто. Заседаний на сегодня назначено не было, и господин Боджинг скучал. В голову невольно лезли воспоминания о годах студенчества на Бежанглее. Какие вечеринки они тогда закатывали! Проклятый ранг! Ни одни привилегии не стоят такой жизни…

От грустных мыслей его отвлёк помощник, младший принц Мессери.

- Господин, к вам посетительница.

- Я работаю только на Федерацию Бежатов, сколько раз тебе повторять!- не смог сдержать раздражения Боджинг.- Представителей других рас консультируют чиновники более низкого ранга, и только при наличии рекомендаций.

Мессери опустился на колени и склонил голову в покаянии.

– Простите, старший. Но, госпожа Фаджей, бежатка. Её корабль приземлился на Креате несколько часов назад. Как я понял, у неё возникли проблемы с сотрудниками космопорта, но если вы заняты, я сам ей займусь – Мессери с надеждой посмотрел на шефа.

Ещё бы, он тоже страдал от отсутствия секса. А тут такой шанс.

- Обойдёшься. Проси.

В клубе веселье било ключом. По полу ползли разноцветные клубы дыма, освещение ежесекундно менялось, музыка звучала в диапазоне от ультра, до инфразвука.

- А здесь мило, - прощебетала Фаджей, когда Боджинг, утомлённый танцами, устало шлёпнулся на соседнее сидение.

-Я очень рад, что тебе нравится,- с трудом оторвавшись от созерцания её блестящего изумрудного тела и длинных суставчатых ног, юрист попытался поддержать беседу.

Девушка, конечно, заметила какое сногсшибательное впечатление произвела на него и кокетливо кося фиолетовым фасеточным глазом, предложила: - Становится шумновато, может, прокатимся в коспопорт, посмотришь, куда эти недоумки запихнули мой корабль.

- Сейчас?- Боджинг был неприятно удивлён.- Может лучше с утра, а пока ещё немного посидим? Самое интересное тут только начинается! – он с надеждой посмотрел на неё.

- Однако, намёков, я смотрю, ты совсем не понимаешь.- засмеялась Фадж, и несчастного бежата буквально окутал её неповторимый аромат.- Знаешь, у меня в каюте нам будет куда веселее.

На негнущихся ногах Боджинг последовал за ней к выходу. Признаться, на такое быстрое развитие событий, он не рассчитывал.

В салоне корабля было темно, Фадж приказала сервисной системе не зажигать свет.

- Ты раньше не..- он не решился договорить.

- Нет. - в её голосе послышалась волнение.- А ты?

- У меня…был опыт.. давно.- признался он.-Но это неважно, ты такая… - не в силах договорить, бежат потянулся к ней. Обнял обоими парами верхних конечностей. Крылья за его спиной, расправляясь, затрепетали.

Фадж подошла ему идеально, как первый раз редко бывает. Пара движений, и вот они уже одно целое. Радость и благодарность накрыли его с головой. Он уже и забыл, как прекрасно это бывает! Под воздействием гормонов Боджинг полностью расслабился, хитиновые пластины, бронёй защищавшие его тело, потеряли твёрдость, и бежат снова стал мягким и нежным, как ребёнок.. Дальнейшее произошло настолько быстро, что он даже не успел осознать происходящее. Мощное движение челюстями и…тело несчастного юриста ещё продолжало биться в экстазе, а голова, удивлённо глядя на происходящее из угла каюты, беззвучно шевелила жвалами…

2

Зиннер подъехал, когда от тела Боджинга уже мало что осталось.

- Ну как, вкусно? – поинтересовался он, брезгливо оглядывая каюту.

Гневное стрекотание было ему ответом.

- Ну извини, задержался.- хмыкнул он.- Ты как? Контролируешь себя? До лаборатории доедешь, или лучше тебя выключить?

Всем видом выказывая презрение к жалкому гуманоиду, я гордо направилась к выходу из корабля. Подумаешь, съела незадачливого любовника. Им же с телом меньше возни, опять же –неопровержимые доказательства несчастного случая и урок остальным бежатам на будущее. Полиция Нравов предупреждает: скоропалительные знакомства опасны для здоровья.

Всю дорогу Зиннер опасливо косился на меня, но предпринять ничего не пытался. Знал, мои реакции намного опережают его. Я даже ему слегка посочувствовала, кому приятно находится в замкнутом пространстве с двухметровой насекомообразной тварью?

В лаборатории, торопясь избавиться от этого тела, сразу прошла к ложементу «обменника». Как ни крути, оболочка чужого не самое лучшее вместилище для человеческой личности. Киборги в этом смысле на порядок удобнее.

Вспышка. Парение в чёрной пустоте. Ощущение счастья, абсолютная свобода... и медленное, словно всплываешь со дна океана, возвращение в своё человеческое тело.

Потом капельница, массаж и тест на вменяемость и адекватность. Стандартная процедура. Хотя, тест сегодня затянулся на лишние четыре с половиной минуты.

- Так испугался? – усмехнулась я, глядя на сворачивающего аппаратуру Зинни.

- Ещё бы. Я, конечно, в тебя верил, но что ты так быстро это осуществишь…Убийство во время полового акта среди бежатов сейчас редкость, а уж каннибализм и вовсе из ряда вон. Надо было очень сильно постараться, чтобы переломить запрет данной особи на подобные действия.

Я улыбнулась.- У меня был отличный стимул: миллион кредитов и отпуск. Кроме того, мне давно хотелось узнать, каковы на вкус эти самые разумные насекомые. Помню, угощали меня как-то жареными сверчками…

- Ну, ну, - неопределённо пожал плечами Зиннер.- А как же долг перед человеческой расой? Сама знаешь, если бы бежаты получили контроль над спорными территориями, даже простое присутствие людей на Креате стало бы проблематичным.

-Ну да. И как я могла про это забыть? Миллион кредитов, отпуск и долг перед своей расой.

Я подошла к соседнему ложементу и набрала на пульте условный код. Зелёная туша пару раз содрогнулась и через несколько секунд мумифицировалась. Наконец-то! Теперь хоть буду спокойна, больше мне это тело не грозит. Не оборачиваясь, протянула руку, и Зинни сделал укол. Мир привычно качнулся и поплыл, вновь обрёл чёткость. В голове прояснилось. Я присела на кушетку и принялась уже самостоятельно проверять, не осталось ли во мне черт «чужой»? Это была такая же привычная процедура, как мытьё рук после туалета. Не обязательно, вроде бы (аппаратура и тесты Зиннера дают погрешность не более одной тысячной процента) но так же необходимо.

Меняя одно тело на другое, ты вынужден балансировать на грани. Каждое перемещение - маленькая смерть. Твою память полностью сканируют, начиная ещё с эмбриональных воспоминаний, чтобы заново вписать её в чей-то чужой мозг. И даже Зиннер до сих пор не знает, почему это возможно проделывать только с людьми, в то время как остальные разумные после сканирования так и не приходят в себя, оставаясь в коме…

Перемещение, сродни шизофрении или множественной личности. Ведь в ином теле ты и сам становишься иным. Чужая физиология и анатомия неизбежно накладывают отпечаток на твоё восприятие реальности. Надо удержаться, сохранить своё «я» и в то же время суметь воспользоваться теми возможностями, которые предоставляет новая оболочка. Базовые воспоминания, особенно связанные с сильными эмоциями, это то, что может помочь не потерять себя. Именно поэтому, после каждого возвращения я снова и снова вспоминаю всё, до отвращения.

Хотя, до встречи с Зиннером, вспоминать мне особо и нечего, сплошные серые будни. Старые обиды и детские заблуждения. Но детские обиды, как известно самые цепкие. Самые, эмоционально заряженные, тем и ценны. Бывает достаточно простого упоминания о них, чтобы мощный заряд ненависти к себе и окружающему миру дал силы жить и бороться. Не ради, так на зло.

Мои родители были терраформисты. Кочевали от планеты к планете, строили новые миры. Работа была для них всем. До семи лет меня воспитывала няня из муниципалитета. Потом, специнтернат. Там я от родителей и отказалась. В четырнадцать, побег. Вариантов тогда у меня было немного – или прибиться к подростковой банде или окончить свои дни в подпольном борделе. Вот в то время я и познакомилась с Зиннером. Вероятно, мне повезло... Хотя, я ведь всё ещё не могу определиться кто он такой, мой создатель. И кем я, благодаря ему, стала? Орудием, пешкой или вестником новой волны эволюции?

«…Забудь все свои прежние страхи и обиды. Я сделаю тебя практически неуязвимой, доверься мне.

…Перед тобой откроются все дороги. Ведь за перемещением личности будущее. Это тебе не выращенные в лабораториях тела, искалеченные спецификацией. Я подарю человечеству свободу!

… В здоровом теле здоровый дух! Не стони, ещё десять километров и переходи на ходьбу.

… Как это ты не можешь дословно запомнить пятьдесят страниц текста? Возможности человеческой памяти поистине колоссальны! В сущности, ты запомнила всё с первого прочтения, просто тормозишь с воспроизведением. Давай заново!

… Не бойся, я вовсе не собираюсь подсаживать тебя на вещества. И не верь ты в эти страшилки, которые вам рассказывали на уроках общественного здоровья. Пойми, чтобы преодолеть «ментальный шок» надо много работать, много тренировать и своё тело, и свой разум. Каждое перемещение будет испытанием для твоей личности. Не сломаться, суметь подстроить биопсихологию чужого тела под свои потребности вот твоя задача!

…А что такое ментальный шок? – я не могу я удержаться от вопроса.

…Когда сознание, личность человека оказываются в расово или гендерно чуждом ему теле, начинается противостояние между рефлексами, инстинктами и потребностями тела и установками, заложенными в личность. Часто переписанная личность ломается под гнётом биопсихологии чужого тела, сходит с ума или становиться ущербной. Или появляется некое синтезированное сознание, – терпеливо объясняет он.

-…Я боюсь.

-… Напрасно. Я разработал вполне эффективную систему перемещения. Конечно, она сейчас не совершена и работает пока только с некоторыми людьми. Но у тебя всё получится, я уверен.

-Почему?

- Я же тебя тестировал. У тебя очень хорошие данные. А если эти способности ещё и развить, ты сможешь существовать практически в любом теле! Быть, кем захочешь! И не только существовать…Вся информация, все, вбитые в моторику того тела умения, станут твоими!…»

Вздрогнув, я прерываю поток воспоминаний, тем более, дальше начинается опасная территория. Я ведь не теряю память во время обмена и помню всё, что делала в «костюме». Только эти воспоминания кажутся чуть смазанными, неяркими, словно картинка не в фокусе. И я вовсе не стремлюсь навести на них резкость. Что хорошо для «Чужого», для человека, слишком часто выглядит противоестественным. Оболочка определяет сознание, куда сильнее, чем кажется. В родном теле на многое начинаешь смотреть по-другому.

3

Молча смотрю, как Зиннер заканчивает возню с оборудованием. А энтузиазма то у него явно поубавилось по сравнению с прошлыми годами. Раньше он меня ещё и под гипнозом бы опросил как оно там, в «чужом» находится. А сейчас, просто снял эмоциональную матрицу и успокоился. Видно, укатали Сивку крутые горки. Сочетать науку с бизнесом не просто.

После того, как он довёл свой проект до ума, его разработками сразу заинтересовались многие. Но всем предложениям, Зиннер предпочёл работу на «Семью», впрочем, не отказываясь и от периодического сотрудничества со Службой Безопасности Империи. Именно благодаря ему, в частях особого назначения, появились агенты внедрения. Специальные люди, обученные работать с любыми телами. Говорят, Чужие были очень обеспокоены.

А поручения «Семьи», с лёгкой руки Зинни, выполняю я. Начинала с простых заданий: постоять боевиком в массовке, напугать неуступчивого «клиента». Помочь выбить долги, иногда, пострелять. Дальше, больше. Чем быстрее и лучше я осваивалась в чужих телах, тем сложнее становились задания. Сопроводить опасный груз, устранить конкурента, поучаствовать в зачистке распоясавшейся группировки. Страшно? Сначала да. Хотя, инструкторы «семьи» очень старательно меня натаскивали. Лепить из уличного отребья солдат им было не привыкать. Можно сказать, у них получилось. К шестнадцати годам, я уже вышла на свою первую фатальную акцию.

Заброшенный автозавод, шорох дождя и напряжённое ожидание. Взрыв, рёв огня, мечущиеся в пламени люди, запах палёного мяса и нагретого металла. Вернувшись, я долго не могла прийти в себя. Всё мерещились крики людей и гул огня. Зиннеру на меня тогда даже наехать пришлось:

- Поверь мне, я бы тоже хотел обходиться без жертв. Но неужели ты думаешь, что в молодёжной банде тебе не пришлось бы участвовать в разборках? А какую задачу поставили бы перед тобой в СБ? Уж наверняка не бабочек ловить в заповеднике.

- В борделе бы точно никого убивать не пришлось, - буркнула я просто в знак протеста.

- Так иди, никто тебя не держит. Тело это только оставь. Твоя текущая оболочка в постоянных клиентах у кого только не числится. Готова ты разбираться с чужими проблемами?

Я вздохнула, признавая его правоту. Жаль. Несмотря ни на что, находиться в этом теле, мне понравилось. Сильном, тренированном, опасном. Уж до такого, докопаться мало кто решится.

А как долго я смогу продержаться на улице в теле подростка, да ещё девчонки? Ну не в бордель же идти, в самом деле! Я же это просто так сказала. Не хочу я туда, ни за какие кредиты!

- Давай ка на ложемент. - почти приказал Зиннер.- Пора возвращаться.

- Ну как?- надо мной склонилось его встревоженное лицо.- Прошла дурь?

Я прислушалась к себе. Кивнула. Произошедшее на пустыре стало казаться таким далёким. Словно не со мной всё это было, а с кем-то другим.

- Вот и хорошо, - улыбнулся Зиннер.- Я так и думал, что это просто откат. Не забивай себе голову, не ты это была, а Вон Чен. Техник отличный, а как боец, так себе, впечатлительный лишку. Не самый лучший вариант для «обмена», но других не было. Зато теперь у нас с тобой на счету прибавилось кредитов. Можно новый блок питания купить, помощнее. А ты на будущее, будь самостоятельнее, не иди на поводу у наработанных телом реакций, подключай свою голову.

- Я растерялась, и страшно было, - призналась я.

- А ты представь, что это просто компьютерная игра в совершенной графике. Эмоций поменьше, рассудка побольше. А сейчас, на, расслабься. Наставник протянул мне шприц, наполненный бледно голубой жидкостью. И я послушно вмазалась. Стразу стало хорошо. Хоро-шо. Спокойно, легко. Накатило ощущение счастья, лаборатория показалась самым уютным местом на планете, а Зинни – добрым и заботливым другом.

Потом это вошло в привычку – первым делом закинуться после возвращения в своё тело. Так было проще переключиться, отстраниться от всего, что я проделывала в других телах. Возникла ли у меня зависимость? Не задумывалась над этим. У меня ни разу не было ломки или кумаров, но может оттого, что я не так уж много времени проводила в своём базовом теле. Как только «семья» поняла, какие выгоды даёт им разработка Зиннера, работы стало невпроворот. Кроме меня, была ещё пара человек, которыми он занимался, но, насколько я знала, перемещение в тело чужого им ещё не давалось. Зиннер говорил, всё дело в том, что они взрослые. С подростками удобнее работать. Гибкая психика, рефлексии по минимуму, безжалостности не занимать. И склонность воспринимать всё происходящее как игру, с азартом бросаться в каждую новую акцию. Минусы, импульсивность и непредсказуемость.

4

Что-то меня развезло, странно, неужели Зиннер ошибся с дозировкой? Или чего нового намутил? Есть у него слабость, любит экспериментировать с веществами…

- Тебе не кажется, что из учёного ты становишься научным консультантом-исполнителем?- меня потянуло на откровенность, не очень хороший признак…

Он пожал плечами, фыркнул.- А какие у меня ещё варианты? Или работать в закрытых лабораториях СБ, где грязи будет, поверь, не меньше, или пытаться проводить исследования за свой счёт. Я ведь пробовал один чего-то достичь, правда. Но дальше теоретических выкладок дело не пошло. Нужны ведь ещё тела, оборудование. На одних моргах далеко не уедешь. Там покойники чаще всего лежалые, от которых толку мало. Да ещё приходилось отбиваться от желающих наложить лапу на мои разработки.

Тела, вот, пожалуй, ещё одна вещь, которая продолжала меня тревожить в течение этих лет. Зиннер не знал отказа в оболочках. Вернее, он уже и не заказывал их давно. Просто к нам приходили и говорили, в кого я должна перейти завтра или через неделю и что в этом теле от меня потребуется.

- Иногда, я чувствую себя паразитом. Я заметила, что всё чаще смотрю на людей, киборгов и чужих с мыслью «Вот с этим телом мне было бы приятно работать, а этого можно хоть сейчас в расход, от греха подальше».- вздохнула я.

-Профдеформация, - усмехнулся Зиннер.- Хотя, у меня тоже подобные мысли бывают.- Это всё от усталости, в последнее время акции идут одна за другой. Но теперь у тебя будет время прийти в себя.

- Да ну?

- Ты же теперь профи. Последняя акция вполне это доказала. А с профи, даже они вынуждены считаться. Только, не зарывайся.

- А ты сам? – в упор спросила я.- Не хочешь отдохнуть?

Он грустно улыбнулся. – Покой мне только снится. Я на них завязан куда плотнее тебя. А способности к перемещению у меня близки к нулю, такая вот шутка природы. Слишком много психологических барьеров.

Что верно, то верно, тараканов у него хватает. Зиннер был патологически педантичен, а подозрительность его граничила с паранойей. К тому же, он страдал от приступов клаустрофобии и агорафобии, а также аутодизомофобией. Потому мылся по пять раз в день, а его коллекции антисептиков мог позавидовать любой медсектор

- Значит, так и будешь на «поводке»?

- А вот это жизнь покажет.. Иди разомнись, жду тебя в зале. Сюрприз для тебя есть, заслужила.

Тренировка, вот что ещё хорошо помогает прийти в себя. Ожесточённо крутя педали велотренажёра, я думала об отпуске. Неужели Зиннер не врал? Неужели, я и вправду теперь могу вот так просто взять и покинуть Креат? Или отпуск предполагает только отсутствие акций?

После, по-быстрому приняв душ, я прошла в небольшую экранированную комнату, обычно служившую нам залом для медитаций. Да и говорить там можно было свободнее.

- Это тебе, - Зиннер протянул мне небольшой кристалл. - Тут чертежи установки. В принципе, собрать её могут на любой технологически развитой планете.

- Что?- я не могла поверить своим глазам.-Я не смогу сама совершить перемещение, нужен манипулятор!

- Да ладно! Там дел-то – код отсроченного сеанса ввести и пару кнопок нажать. Только не говори мне, что надеть шлем для тебя невыполнимая задача.

-Отпускаешь, значит? – испытующе посмотрела на него я.

- Страхуюсь. Мало ли как пойдут у меня дела. Свой человек, вне досягаемости «Семьи», всегда пригодиться. К тому же, нервная ты стала в последнее время. Я даже стал тебя бояться…

- Да ладно!- не поверила я.- Это ты-то, изучивший меня вдоль и поперёк!

-Может, как раз поэтому…

-Тогда, проще было бы меня убрать.

- Я не чужд сентиментальности. Да и живая, ты мне полезнее.

-А как ты объяснишь «Семье» моё исчезновение?

- Да как угодно! Умерла. Ушла в отпуск и не вернулась. Сошла с ума. Поверь, даже если тебя найдут, суровых мер принимать не будут. Ты хорошо поработала. Да и уходишь ты чисто, без подстав. Какие к тебе могут быть претензии?

- Они будут недовольны. – заметила я.

Зиннер раздражённо дёрнул плечом.- Да в анус их недовольство, задрали. Я устал. Я ведь и вправду хотел сделать человечество свободным и неуязвимым. Пойти своим путём. Заставить людей отказаться от спецификации, перестать мучить свой геном. Дать шанс на другую жизнь, каждому. А что получилось? Я ошибался, свобода людям не нужна. Равные возможности для всех, братство – чушь, утопия. Ни властям, ни «семье» это не выгодно…

- Не думала, что ты такой наивный…

- Ничто человеческое мне не чуждо. Пользуйся, пока я добрый.

- И даже установки тебе не жалко?- кивнула я на кристалл.

Мне показалось, или он смутился?

- Всё равно. Мы уже выжали из этой технологии всё, что можно. Ты, кстати, учти, у каждого сознания свой предел прочности. Даже у твоего. Свалишь, сменой тел не увлекайся, с катушек слетишь. Или во время сеанса помрёшь.

- Ясно. А я-то думала… Выходит, я тоже вроде отработанного материала?- я закусила губу.

- Ну, на тройку смен тебя бы ещё хватило.- он упорно избегал смотреть мне в лицо. – А больше, я бы не рисковал.

- Три тела, три попытки, значит?

- По-моему, неплохо для старта.

Кристалл я взяла, хотя не поверила ни одному его слову. Чем - чем, а сентиментальностью Зиннер не страдал. А вот осторожностью, граничащей с паранойей, в полной мере. Наверно он уловил протест, вот уже несколько месяцев зреющий во мне. Уловил и испугался. Ведь мне ничего не стоило устроить «несчастный случай» с летальным исходом, ему. Впрочем, он ведь тоже мог это сделать… Хотя, убивать самому, не то же, что посылать на дело кого-то. Спровадить куда подальше, проще. И пусть «семья» за мной охотится. Но, я не против. Я устала.

Менять тела, убивать, выполнять грязную работу. Бояться. Ведь даже самая «безобидная» акция связана с риском для жизни.

Моё сознание, разбалансированное зиннеровой отравой выкидывает очередной фортель, в памяти возникает эпизод, который я иногда вижу в кошмарах, а наяву, тем более, в своём теле, стараюсь не вспоминать.

Трансгалактический банк.

-Это ограбление! Всем лечь лицом вниз!

Испуганные люди и чужие торопливо укладываются на полу. Грабители не церемонясь раздают направо и налево пинки и тычки.

- Наличку в сумку, быстро!

Я кассир, и опасность мне вроде бы угрожает меньшая, чем всем этим людям в зале. Ведь это именно я навела грабителей. Именно я, а не Кристин, лежащая сейчас в медикаментозной коме, в моём теле. Но мне отчего-то страшно. Может поэтому и движения мои становятся вялыми, медлительными.

- Быстрее! Шевелись, сука!

Наконец, я проталкиваю туго набитую сумку в окошко. За окном слышится рёв сирены.

-Полицаев вызвала, гадина?! – Грабитель, обычная шестёрка, он не в курсе подробностей, не в курсе, что я такой же член «семьи», как он и это ограбление инициировано мной.

Выстрел отбрасывает меня к стенке, я медленно сползаю на пол, зажимая руками рану.

Больно, как больно! Корчусь, изо всех сил пытаясь вдохнуть. В животе медленно проворачивается раскалённый прут, на который наматываются мои внутренности. Сирена воет всё ближе и ближе, замирает. Слышен топот тяжёлых ботинок.

-Кассир и двое посетителей ранены! Бригаду, быстро!

Меня подхватывают и укладывают на носилки, подключают реаниматор. Сознание медленно начинает угасать…

Очнулась я уже в своём базовом теле, у Зиннера в лаборатории. Как обычно, всё случившееся словно подёрнуто дымкой.

- Идиоты! Уроды! Перенервничали они!- слышится рядом знакомый голос. Зинни. - Завтра же, нет, сегодня потребую объяснений от Карла. Ты как?

Прислушиваюсь к себе. Боли нет.

-Как? Я ведь должна была очнуться в больнице, в теле Кристин.

-Кристин умерла.- он отворачивается.- Извини.

- Окончательно?

У меня закипают слёзы. Кристин. Единственная моя подружка. Весёлая, смешливая девчонка. Была.

- Ну не получилось по-другому! - неожиданно закричал он. – Не вышло! Не выдержала она переноса, что я мог сделать?!

В тот вечер, мы первый и единственный раз пошли в бар и вместе напились. Мучила ли его вина? Не знаю. Может быть, он просто расстроился из-за провала эксперимента. Хотя…Зиннер ведь не стал возражать, когда я предложила отдать родителям Кристин плату за ту акцию… Может, я и впрямь к нему несправедлива?

5

Я проверила свой банковский счёт - Зиннер не соврал. Миллион за Боджинга был там. И, триста тысяч кредитов за остальные акции. Если учесть, что «Клипер» стоил сто тысяч кредитов – совсем недурно.

Сборы не заняли у меня много времени. Первым делом, я перевела кредиты в редкоземельные металлы. Места они занимали очень мало, обменять их на наличность можно в любом банке, а главное, теперь мои перемещения невозможно будет отследить по финансовым операциям. По этой же причине, я и корабль не стала покупать на Креате, ограничившись билетом на Эдем. С документами было проще, один из моих «костюмов» неплохо «стряпал фантики». А я всегда старалась по «возвращении» овладеть, хотя бы частично, знаниями и умениями «оболочки».

Это, конечно, не всегда удавалось. Во первых, физические возможности человеческого тела были всё-таки ограничены, а во вторых, знания оседали в моей голове в виде теории, рефлексы надо было «забивать» в тело заново, на что, при заданном нам с Зиннером темпе, времени у меня часто не хватало. Скажем, я так и не смогла научиться нормально стрелять, хотя знала характеристики всех пятидесяти моделей, состоящих на вооружении имперской армии. Знала, как надо прицеливаться, как держать оружие, какая отдача у какого ствола, но мазала два из семи… Зато с химией, подрывным делом и навигацией дела обстояли много лучше. Так что, даже если я вдруг по воле случая лишусь всех своих сбережений, то не пропаду. Хотя, найти себе занятие стоит в любом случае, ведь безделье сносит крышу почище крэга.

Прощаться с Зиннером я не стала. К сантиментам и суевериям ни он, ни я склонны не были. Но когда корабль оторвался от планеты, всё-таки скрестила пальцы наудачу.

Своё финансовое положение, поразмыслив, решила не афишировать. Билет в средний класс, багаж – необходимый минимум. Обычная девушка, которой экономные, но любящие родители на совершеннолетие подарили путешествие в один из красивейших уголков человеческого сектора.

Три дня пути пролетели незаметно. Я почти не выходила из каюты, смотрела развлекательные фильмы, отсыпалась и просто радовалась жизни. На Эдеме тоже задерживаться не стала, купила через посредническую контору не новую, но надёжную яхту «Пилигрим» и пустилась в свободное плаванье.

Куда? Зачем? Какая разница, главное, подальше от «семьи» и Зиннера. Впрочем, надо признаться, последнего мне не хватало. Наверно, я по природе нуждалась в эмоциональной привязанности к кому-то. До интерната это была няня из муниципалитета, после следовал пятилетний провал, а потом появился Зиннер. Да, он использовал меня, как инструмент, как подопытную крысу, но хотя бы не скрывал этого. Да и те возможности, что я от него получала, многого стоили. А цена…Что ж, за всё надо платить.

Определённой цели полёта у меня не было. Я просто всё дальше и дальше углублялась в человеческий сектор, хаотично перемещаясь из системы в систему. Мне нравился сам процесс, нравилось рассчитывать траекторию, совершать манёвры в свободном космосе, лететь, даже стоять в очереди у входа в гипер канал нравилось. Раньше-то я только пассажиром летала, и то, редко. Хотя, пилотировать меня зачем-то учили. Возможно, Зиннеру было просто интересно узнать, сколько навыков ещё я смогу освоить.

Самыми лучшими были моменты, когда моё сознание сливалось с псевдоразумом корабля. Тогда я ощущала себя рыбой в океане, птицей в небе. Это были моменты свободы и защищённости, абсолютного счастья. А после возвращения «в себя» я чувствовала опустошение и тоску. Если бы возможно было всегда парить в космосе.…Но в корабль встроены автоматические системы контроля, не допускавшие сращения сознаний дольше условно-безопасного срока. Да и не выдержит человеческое тело такого «всегда», я понимала. Против потребностей органики не попрёшь.

Идея стать почтовым пилотом пришла мне на ум после одного из прыжков. А что? И людям польза и мне развлечение. Глядишь, чем чёрт не шутит, можно будет и в одной из Регат поучаствовать, когда достаточно часов налетаю. Поразмыслив, я решила рискнуть, и не стала откладывать дела в долгий ящик. Благо, на пути как раз была подходящая планета.

Приземлении меня не обрадовало. Проводя по восемь-десять часов в слиянии, я отвыкла от ощущения себя только как человека. Вне корабля меня одолевал страх открытого пространства, переходящий в панику. Я чувствовала себя моллюском, выдернутым из раковины, эмбрионом, покинувшим материнскую утробу до времени, медузой выброшенной на берег под лучи палящего солнца. Первая попытка покинуть корабль вышла неудачной.

«Приехали. И что же дальше? Неужели я стала придатком корабля, как раньше была придатком чужих тел? Ведь если откинуть в сторону амбиции, дела обстояли именно так…Нет! Не хочу!»

Сцепив зубы, я снова шагнула к выходу. Люк услужливо распахнулся и я снова отшатнулась. Не могу. От отчаяния, я чуть не зарыдала. А нервишки то совсем расшатались…

- Рекомендую посетить медицинский сектор, - доброжелательным баритоном пророкотала сервисная система.

- А иди ты! – вскинулась было я, и замолчала.

Медицинский сектор. А ведь это и вправду выход. На работу у меня ушло часа два. Синтезировать «Слезу Ангела», в принципе не сложно, муторно. Хорошая штука, действенная. А главное, не требует особых затрат, необходимые компоненты в любом медблоке найти можно.

Эффект был почти мгновенным. Сначала сердцебиение, шум в ушах, потом, мир буквально вспыхнул яркими вибрирующими красками, а ещё через пару секунд, меня накрыло волной эйфории. После первой волны последовал откат. Ощущение счастья ушло, но чувство защищённости и некоторой отстранённости от тела, осталось. Как раз то, что мне сейчас нужно.

В центральном отделении «Почты Империи» я заполнила анкету соискателя на вакансию «пилот» и получила обещание в течение десяти дней известить меня о принятом решении.

Можно было бы возвратиться на корабль, тем более, меня уже отпустило, и страх снова скользкой змеёй заползал в душу, но я, назло себе, решила побродить по городу и даже заночевать в гостинице.

6

Гостиница была из дешёвых. Таких где никто особо не интересуется личностью постояльцев, а в баре, невзирая на пол и возраст продадут всё, от полузапрещённых наркотиков, до оружия. Словом такая, как мне нужно. Ночью, чокаясь со своим отражением в зеркале, я напилась до изумления. Мне было страшно, и неуютно и хотелось домой, на корабль. Хотелось улететь в Космос и не возвращаться, стать его частью, вечно дрейфовать от туманности к туманности. Я поняла теперь, почему Зиннер меня отпустил. Он знал, что я не смогу одна. Не смогу в себе. Я привыкла прятаться под чужой личиной, привыкла жить одним днём, одной акцией. И отвыкла желать чего-то большего, чем остаться в живых. Только мечтала о свободе, но в душе её вовсе не желала. Работа на «семью» давала мне риск, деньги, и иллюзию собственной значимости. Если бы меньше крови и грязи, возможно, мне хватило бы этого на всю жизнь.…Не вышло.

У меня получилось осознать, что я – никто, иллюзия, инструмент. Снова пришла к тому, отчего когда-то сбежала – стала глиной, из которой всякий лепит себе что хочет. Кукла, марионетка, на потребу сегодняшнего дня. Вот только осознать, не значит убежать. Уйти то я ушла, но с чем осталась?

Слишком много тел, моя голова набита обрывками чужих знаний, а душа обрывками чужих жизней. Эмоции выгорели, а мечты свелись к желанию кайфа. И что же мне теперь со всем этим делать?

Потом, алкоголь всё-таки затуманил сознание. Я смутно помню, как смеялась в потолок, как ползла до спальни и безуспешно штурмовала широченную двуспальную кровать. Весь день я отлёживалась в номере, а вечером снова спустилась в бар.

«Надо расшевелить себя, взбодриться. Это просто с непривычки, просто из-за отсутствия опыта нормальной жизни. Пройдёт, надо собраться», – уговаривала я саму себя.

- Мне бы взбодриться, а?

Бармен за стойкой был уже другой, не киборг, а парень из местных.

-Экзотику или классику? Эконом класс или что подороже?

- Покачественней, - отрезала я.

- Тогда вот, «искра энтропии». Любого зомби в человека превратит, - весело подмигнул он.

Расплатившись, я снова поднялась в номер. Переоделась и, прихватив на всякий случай мини парализатор отправилась в клуб. Зная, что со своим внутрь не пускают, закинулась на улице. Посидела на лавочке, посмотрела в мутное, затянутое смогом небо. Из-за многочисленной рекламы звёзды были почти неразличимы. Но они ведь есть, звёзды… И мой корабль есть. Он сейчас в космопорте, заправлен под завязку, на коммик ещё утром пришло сообщение. Я в любой момент могу поймать такси и через два часа уже быть в космосе. Именно поэтому у меня и есть силы оставаться здесь. Я должна, во что бы то ни стало, должна хотя бы попытаться вернуться к себе…

Наркотик начал действовать. Мне остро захотелось петьтанцеватьцеловатьсязаниматься сексоморать, голова стала пустой и звонкой, эмоции накатывали с силой цунами. Я несколько раз глубоко вздохнула и нырнула внутрь здания…

На следующий день, очнувшись в своём номере и (как я туда попала?) первым делом проверив почту, я нашла там отказ из почтового управления. В пилотах нужды не было. Требовались работники сферы досуга, стюарды, бармены и медики. Это меня сильно уязвило, на время отступили даже пораженческие мысли о побеге в космос.

Ярику я покинула в этот же день. Но и на Иоланте, и на Немносе, и на других крупных планетах, ситуация была та же. Никому не была нужна девушка пилот-навигатор. Странно? Проанализировав ситуацию в Империи я пришла к выводу, что нет. За последний десяток лет в армии случилось сокращение, ведь Империя подписала договор о мире и сотрудничестве с большинством рас Конклава. Благодаря этому, случился приток высококлассных специалистов во многие отрасли. Работодателям было из кого выбирать и конечно, предпочтение отдавалось военным.

- Я бы посоветовал вам сменить профессию, - посоветовал мне очередной потенциальный работодатель. Сейчас интенсивно осваиваются новые планеты, может, записать вас в отряд колонистов?

Это стало последней каплей. С трудом удерживаясь от того чтобы разнести монитор вдребезги, я вышла из здания биржи труда.

Торговцев веществами я уже научилась вычислять безошибочно. Что-то общее было в них всех, неважно, на какой планете они занимались своим ремеслом и кем были: киборгами, людьми или чужими. Прищур, выражение лица, поза, взгляд, говорили сами за себя. Следующие дни слились для меня в череду «приходов». Я возвращалась в себя только за тем, что бы снова потеряться.

Разные вещества, разные дозы. Немножко ближе к смерти, немножко дальше, какая разница? Разум качается хрупкой лодкой на чёрных волнах подсознания, да всё никак не утонет. Нет настоящего, нет будущего, а прошлое выдумано.

До корабля я добралась только когда денег на дозу совсем не осталось. К этому моменту меня уже знобило и сильно дрожали руки.

- Вашему здоровью угрожает опасность, организм истощён! –Возмутилась сервисная система.

- Без тебя знаю!- огрызнулась я.

- Разрешите оказать медицинскую помощь?- вкрадчиво поинтересовался корабль.

- Валяй, - я с трудом доковыляла до медицинского сектора, благо корабль был небольшой, и плюхнулась на ложемент. Я ещё успела почувствовать прохладное прикосновение медицинского манипулятора и провалилась в … ад.

Жидкий свинец течёт по венам, выжигая глаза, плавит кости…

Я плыву по багровой реке, от которой поднимается едкий туман, заставляя меня в мучительном кашле выхаркивать лёгкие.

Голоса, крики, грохот взрывов, барабанные перепонки не выдерживая лопаются...

Чёрная, пузырящаяся кровь течёт из раны, мои руки, земля, липкие от неё… Запах оплавленного металла и горелой плоти… Крик рвётся из груди, я напрягаю все силы, но из горла вырывается только сипение…

Время исчезло, осталось только пространство, заполненное пульсирующей болью… И, через тысячелетие, наступившее, чёрное небытие, как спасение.

В ушах тонко звенит. Веки тяжёлые и мне самой удивительно, когда вдруг получается их поднять.

- Пить..- шепчу пересохшими губами.

Чувствую, как манипуляторы бережно приподнимают меня. Около рта оказывается поилка с водой. От умиления хочется плакать, но слёз нет. Я сухая, словно песок на Зее. Засыпаю на половине глотка.

- Ты чего мне вколол, банка консервная?!! – пытаю сервисную систему пару дней спустя.

Корабль возмущённо молчит.

- На переплавку сдам!

Ноль реакции.

- Спасибо…-смущённо вздыхаю чуть погодя.

- У меня усиленный эмоциональный блок, - доверительно сообщает он.

Невольно улыбаюсь. Жизнь, довольно забавная штука.

Зеркало отражает лицо старого, потерявшегося в пространстве ребёнка. Ни пола, ни возраста не разобрать. Заготовка, чистый лист.… Ну что же, не можешь выиграть по правилам, измени правила.

Достав из тайника кристалл, вставляю в гнездо на интеллектуальном блоке.

– Разбей устройство на несколько блоков и закажи в разных лабораториях. Преимущество отдавай частным компаниям.

- Принято к исполнению, - с подчёркнутой готовностью отвечает корабль.

ЭПИЛОГ

Сиреневое солнце, нежно зелёные облака, бледно золотая трава. Не зря Хелель считается одной из красивейших планет Империи.

Несмотря на ранний час, трибуны заполнены народом. Финал Королевской Регаты. Небо над головами людей раскалывается, слышен вой разрываемой атмосферы.

- Садится, садится... - перешёптываются зрители. Напряжённо всматриваются в снижающийся корабль и с ужасом и восторгом почти одновременно выдыхают «Пилигрим»…

- Ну вот видишь, а ты ещё боялся модернизации.- я улыбаюсь.

Он тоже рад, я чувствую. Но ворчит, такой у него характер.

- И не зря. При выходе из гипера тебя чуть не расплющило от перегрузок!

- Не расплющило же…

- Иди давай, тебя все ждут, - в голосе корабля слышны интонации заботливой матушки.

Делаю вздох (я всё ещё боюсь открытых пространств и людей) и шагаю в открывшийся люк.

И не важно, что имя которое они выкрикивают, не было дано мне от рождения. И тело, в котором я нахожусь, чужое. Я уже возвращаюсь к себе. И вернусь, обязательно, вернусь. В конце концов, ещё две жизни у меня есть.