Игра в Новый год

1 часть. Мариэль. Глава 1. Сбой в матрице.

Я всегда любила и ждала Новый год и Рождество. Эти праздники казались не еще одними выходными в календаре, а самыми настоящими волшебными днями. В детстве родители делали мне кучу подарков, незаметно подкладывая их под пушистую и благоухающую хвоей ёлку. Дедушка надевал костюм Деда Мороза, а бабушка рассказывала сказки.

Когда их не стало, я по-прежнему не теряла былого оптимизма и всегда с теплотой вспоминала совместно прожитые годы. Родители, кажется, тоже не унывали, но праздники стали проходить иначе. Они словно превратились в обязательный ритуал, изменить который, никто был не в силах.

Папа ходил в лес и срубал елку. Я ее украшала праздничными игрушками и мишурой. А мама вкусно готовила, и в ночь перед праздниками практически не спала, стараясь сделать нас с папой счастливыми.

В итоге ее кулинарные великолепия мы в ускоренном темпе ели четыре дня. Она еще любила прикрикнуть, чтобы быстрее доедали, а то всё испортится. Шутка ли? Оливье на завтрак и салат с крабовыми палочками на обед. Ужинать так вообще не хотелось, но приходилось.

В первые дни мы наслаждались, а в последние уже тихо ненавидели приготовленные изыски. Но и это не могло омрачить долгожданный праздник.

В знаменательный день мы всегда надевали самую новую и красивую одежду. Потом та без толку пылилась в шкафу, до тех пор, пока ее не отдавали знакомым, в качестве подарка. В такие моменты мама весело отмечала, что расту я очень быстро и на меня не напасешься платьев.

Папа покорно выполнял все мамины прихоти, чего и желал мне. В принципе, я тоже не отличалась от него и лишь однажды намекнула ей, что не нужно так много готовить. Но она и слышать ничего не хотела.

— А как иначе? Надо отметить, — прилетало мне в ответ. Мама просто не знала, или не хотела понимать, что бывает по-другому. Вот такой она была, совсем негибкой, закостенелой.

Бросив попытки переубедить ее, я просто плыла по течению, привыкая к необоснованным суевериям и необычным привычкам.

Окончив университет, решила переехать в другой город. Первое время я даже скучала по маминым странностям. Звонила родителям каждый вечер и подробно рассказывая, чем занималась весь день. Любимый мамин вопрос: «Ты покушала?» всегда звучал сразу после приветствия. Затем она говорила долго не сидеть за компьютером, а потом, выслушав мои ответы и истории, отключалась. Сначала мне не хватало такого общения, но со временем я забылась, завертелась в вихре собственных проблем.

День за днем я усердно работала в крупной фирме рядовым бухгалтером, составляя отчеты в ИФНС. Я радовалась, что мне не приходилось работать с материалами и складом. Этим делом у нас занималась сотрудница постарше, Ольга Викторовна.

Начальник, Олег Викторович, будто испытывая меня на прочность, заставляя выполнять поручения, вплоть до приготовления кофе, в ускоренном темпе. Он не любил задержек.

Я злилась, скрипела зубами, но все выполняла. Кроме работы, у меня ничего не было. Даже хобби забросила. По вечерам иногда включала какой-нибудь юмористический сериал, не сильно вникая в сюжет, смотрела, пока не надоест. Не о такой жизни я мечтала, но повернуть в нужное русло уже не могла. Успела привыкнуть. Любое изменение казалось невыносимо мучительным.

Часто засиживаясь допоздна, практически не общалась с коллегами на отвлеченные темы. Да и разговаривать мне с ними было не о чем. Интересы наши совершенно не совпадали. Но главный бухгалтер, как ни странно, всегда хвалил меня.

— Марь Сергевна, вы такая молодая, но довольно-таки опытная и сообразительная. Одним словом, молодец, — неустанно говорил он, отвратительно поглаживая круглый живот. — Всё-то у вас получается. Останетесь сегодня подольше?

Только после этого двусмысленного изречения, поняла, что дела плохи. И начальство явно непросто так просит задерживаться в офисе. Но я, как дурочка, в первую очередь думала о работе. Даже считала себя незаменимым сотрудником. А оно вот как получается. Обидно.

— Олег Викторович, я не по этим делам. Если есть срочное поручение, то так и говорите, — ответила ему, устало потянувшись в кресле.

Но он загадочно улыбнулся и провел пальцами по столу. Злость закипала во мне, мешая не только думать, но и дышать. И ведь подбирает такие моменты, когда вокруг никого из сотрудников нет.

В тот же вечер подала заявление на увольнение.

— Я не подпишу это, — сообщил он, вызвав меня к себе в кабинет. Заявление, белым флагом, трепыхалось в его руках.

А затем он просто скомкал документ и выкинул в корзину.

— Не собираюсь лишаться столь ценного сотрудника, — заявил начальник, поправляя на столе календарь за две тысячи пятнадцатый год. — Марь Сергевна, оставайтесь с нами, обещаю, что больше не буду нагружать вас лишними делами.

Без задней мысли я согласилась повременить с увольнением и полностью погрузилась в рабочий процесс, избегая личного общения с кем бы то ни было. Занятая подготовкой отчетности для Росстата и ИФНС, не заметила, как быстро пролетело время.

Кажется, даже начала забывать, когда в последний раз видела солнце. Вставала на работу, когда на небе все еще маячила луна, возвращалась, опять под ее приветливое сияние. Утопая в веренице чисел, я не выглядывала в окно, чтобы не потерять драгоценные минуты.

— Марь Сергевна! — Начальство нарисовалось нежданно. — Цифры не сходятся! Я сколько раз просил вас быть внимательней?!

На стол звонко плюхнулась увесистая кипа бумаг.

— Так вроде все нормально было. — Нервно схватив листы, уткнулась носом в документы, выискивая нужную мне информацию и чуть не поседела. Я точно помнила, что заполняла все правильно. Мотнув головой, начала бесконтрольно краснеть. Показалось еще чуть-чуть и пар из ушей повалит.

Вот сотрудники обрадуются, узнав, что их зарплаты выросли почти вдвое. Правда, жаль, что только на бумаге. В черновике. В общем, этим листам место в урне.

— Ладно цифры, — продолжил начальник, почесав длинную и густую бороду.

«Странно, вроде еще вчера его подбородок был начисто выбрит», — подумала меж делом. Да и похудел он как-то очень быстро. Или я совсем уже оторвалась от реальности, что не замечаю происходящего вокруг?

— Вы меня слышите? — строгий голос, заставил отложить размышления о внешности начальника в дальний ящик.

— Д-да, — ответила, дернувшись и смотря на него с опаской.

— Почему вы сделали ошибку в названии нашей фирмы? — полетела еще одна претензия.

— В смысле? — Кажется, мои глаза стали больше от удивления и давления обстоятельств.

Я опять зарылась в бумаги. Название фирмы «Простик», всегда мне казалось чудаковатым и наивным. Впрочем, оно соответствовало выпускаемой продукции для детей дошкольного возраста. В основном это развивающие игрушки и средства для ухода за кожей ограниченным выпуском. Не знаю, как начальство все совмещало, не моего ума дело. Но ошибиться в названии я никак не могла, все же шесть лет проработала.

— Марь Сергевна! — И вновь голос мужчины прогремел как гром. — Фростик!

— Что?! — Сначала я не поняла, отчего он так злится, но потом меня осенило. — Простите, Олег Викторович, я все исправлю.

— Уж будь так любезна, — процедил он перед моим уходом.

«Переработала, — упала грустная и самая очевидная мысль. — Мозги сгорели. Как я стала такой рассеянной?»

Впервые за долгое время выглянув в окно, поняла, что на улице уже темно и падают огромные хлопья снега. Рабочий день подходил к концу. Собрав вещи, выключила компьютер, оставив отчет для Росстата до завтра. А сегодня хотела отдохнуть и как следует выспаться. Иначе я еще и не такие ошибки наделаю. Тогда Олег Викторович окончательно во мне разочаруется, как в профессионале, и выгонит. Это не сильно пугало, но искать другую работу в преддверии Нового года тот еще квест. Проходить его я, конечно, не собиралась. Так что оставалось взять волю в кулак и доделать многострадальный отчет.

Надев длинную зимнюю куртку, и белую вязаную шапку, в одиночестве спустилась на лифте, поправляясь, глядя в огромное зеркало в пол. Упрямый каштановый хвост никак не хотел аккуратно лежать, перекинутым через плечо. От соприкосновения с шерстью волоски намагнитились и растрепались во все стороны.

В офисе уже никого не осталось, все разошлись по домам, предвкушая наступающие праздники. Встретился мне только охранник у входа. По привычке я кивнула ему на прощание и толкнула стеклянную, покрытую наледью дверь.

Выйдя в морозное царство, решила сегодня пройтись пешком. Тем более что жила я рядом, всего в трех остановках, если ехать на автобусе. Невольно заметила, что магазины вовсю начали подготовку к Новому году. В витринах мелькали разноцветные огни и красовались пушистые елки, радуя глаз покупателей. Самые креативные бутики, делали праздничные декорации из подручных средств, будь то сумки, обувь или игрушки.

В воздухе витал дух праздника. Запах хвои и мандаринов приятно будоражил сознание. Из года в год мне казалось, что на этот раз ну уж точно случится что-то волшебное и незабываемое. В глубине души хоть и сидел маленький скептик и бука, но и он умолкал в эти дни.

Мне хотелось непременно прикоснуться к чуду, как в детстве с бабушкой и дедушкой, а не по маминой традиции давиться салатами и чесаться в новой неудобной одежде. Но волшебство, похоже, решило обходить меня стороной даже после того, как я съехала от родителей и перестала соблюдать мамины суеверные правила.

— С наступающим! — прокричал практически в лицо симпатичный молодой человек в красном костюме Деда Мороза. Белая борода висела на шее, совсем не закрывая его лицо и дежурную улыбку.

— Спасибо, — ответила смутившись. Я не любила общаться с незнакомцами, будь то промоутеры или продавцы страховок. Даже зрительный контакт с ними, ставил меня в затруднительное положение.

В правой варежке он сжимал небольшую зеленую коробочку, обтянутую красной ленточкой. Она сразу привлекла мое внимание, но из-за неуютного чувства неловкости, я отдернула себя и потопталась на месте.

— Держите подарок, — просиял Дед Мороз, выдыхая облако пара и протягивая ту самую коробку.

— Благодарю. Очень приятно, — выпалила, и еще больше растерялась, не зная, как побыстрей отвязаться от него. Я не хотела участвовать в каком-нибудь глупом опросе или пробовать новый товар.

Пытаясь уйти общения с незнакомцем, ускорила шаг, хрустя свежевыпавшим снегом. И не успела перевести дух, как вновь услышала:

— С наступающим! — сказал также громко и близко. Дед Мороз тоже выглядел знакомым, точной копией того, что я повстречала буквально минуту назад. Их тут специально расставили, чтобы реклама уж точно никого не обошла стороной?

— С-спасибо, — протянула оглядевшись. Но возле того места никого не оказалось.

Походила эта ситуация на искрометный розыгрыш близнецов в каком-нибудь американском фильме про подростков. Только я уже слишком стара для таких шуток. И дико устала.

В руках у него была все та же коробка, что и у предшественника.

— Держите подарок, — в похожем тоне произнес он и протянул варежку. Я хотела сказать, что у меня уже есть один, вот только коробка исчезла. Точно помнила, что положила ее в карман, а теперь не могла найти. Кроме того, подкладка абсолютно целая, не порванная, как показалось вначале. Неужели я ее выронила?

Опять оглянулась, проверяя пройденный путь на предмет пропажи. Обертка яркая и по идее должна быстро попасться на глаза, если угодила в снег. Ничего.

Или, может, я ее ногой случайно пнула? Я еще раз осмотрелась. Ничего.

Руки затряслись, но это не смутило молодого человека. Незнакомец вложил подарок мне в ладонь.

— Берегите его. Он вам еще пригодится, — сказал тот новую фразу. Чем очень озадачил. Зачем мне его барахло? Может, и этот стоит выкинуть, раз уж и первый потерялся?

Повертев коробку в руках, не стала засорять природу и со стоном положила подарок в карман. Если пропадет, то не расстроюсь.

Домой я пошла, совершенно не понимая, что происходит и почему со мной случаются странности. Самая логичная причина — усталость. Организм просто не справился с нагрузкой и начал выдавать подобное. Но с каждым пройденным шагом, моя теория таяла, как снежинки на разгоряченных щеках. Не о таком чуде я мечтала. Шизофрения и нервный срыв мне не нужны. Я хочу, чтобы моя крыша твердо стояла и никуда не съезжала как можно дольше.

Украдкой оглянувшись, увидела, что тот загадочный мужчина в костюме все еще стоит и смотрит на меня, словно хочет окликнуть, но не решается. Стало страшно. А вдруг маньяк? Ну а что? Был же один убийца в костюме клоуна, а теперь вот… Дед Мороз, борода из ваты. Или все же воображение? Или кукушка больше не хочет со мной дружить?

Чувство первобытного страха подстегнуло, похлеще плети.

Теряясь в догадках, я ускорила шаг, сильнее продавливая свежевыпавший снег. Тот скрипел под подошвами и медленно заметал мои следы. Давая призрачную надежду, что за мной никто не погонится.

Глава 2. Игра снов.

Добралась до квартиры, словно в бреду. Всё казалось, что незнакомец в любую секунду может сорваться с места и бегом догнать меня, а потом повалить на землю. Представлять, что произошло бы дальше, не хотелось, но и того, что приходило в голову было достаточно. И откуда только в моем воображении столько грязи?

В подъезде, почувствовав себя в безопасности за надежной железной дверью, облегченно выдохнула. В тепле мозг вдруг начал сигнализировать о своей усталости. Ступеньки внезапно показались невыносимо высокими. И дойти до пятого этажа представлялось практически невыполнимым заданием.

«Мне на всё наспать», — пульсировал мозг, рассматривая любую горизонтальную поверхность в качестве отличной кровати.

В прихожей меня встретила звенящая тишина и тихое тиканье часов. Вместо мамы, они молчаливо напоминали, что время уходит, а я все еще одинока. В последний год она проела мне весь мозг с внуками. Знаю эти беседы. Сначала она будет просить, а потом пару раз подержит на руках и уедет к себе. А мне придется его растить, воспитывать, любить. И все это умудряться проделывать без отца ребенка. Ведь где нормальному мужику взяться в столь короткий срок, с пометкой: «Срочно!»

Отмахнувшись от навязчивых мыслей, разулась, сняла верхнюю одежду и не включая свет, прошла в спальню. Уже там стянула с себя джинсы и свитер. Сладко зевнув, забралась под одеяло и мгновенно отключилась.

Снилось падение. Будто подо мной огромная черная дыра. Но она не расщепляет тело на атомы, а просто засасывает целиком. Затем наступила непроглядная тьма, в которой я барахталась, как космонавт на МКС.

Через мгновение оказалась возле огромной пушистой ёлки, украшенной мишурой и разноцветными стеклянными шариками. Изо рта вырвалось облачко пара.

— С наступающим! — Меня встретил тот же голос, что и на улице. Мой мозг не придумал ничего лучше кроме, как воспроизвести недавние события? Медленно повернувшись на звук, обомлела. Действительно, он даже улыбался так же.

— Убирайся из моего сна, — процедила злобно. Захотелось еще и пнуть ненастоящего Деда Мороза, но я сдержалась.

— Мари, ты спишь? — Лицо незнакомца обеспокоенно вытянулось. — Тебе так кажется?

То, что он назвал меня по имени, немного смутило.

— Я совершенно точно вернулась домой и отдыхаю, а вы мне опять мерещитесь, — фыркнула, хватая его за локоть.

Порывалась добавить еще пару ласковых, но замерла. Зеленые глаза мужчины показались мне знакомыми. Может, у какого-то актера такие же?

— Что-то вспомнила? — насторожился он, перехватывая меня за плечи. Но не успела я ответить, как вновь начала падать. Ничего не понимая, потерла лицо.

Перед глазами вдруг появилась картинка. На этот раз, разглядела высокое здание с широкими окнами. Вот только свет в них не горел. Смутно оно напоминало мое место работы, но едва уловимое чувство неправильности не позволило назвать его таковым.

Из темного, почти черного неба, падали крупные хлопья снега.

— Мари, почему ты убегаешь? — Ряженый Дед Мороз появился из ниоткуда. — Как у тебя получается так быстро перемещаться?

Вместо ответа я пожала плечами и сделала шаг в сторону. Картина мира смазалась, смешивая яркие краски. На пару мгновений показалось, что рядом пролетело северное сияние. В итоге я очутилась возле ледяной стены. Не видя конца и края холодной глыбы, дотронулась до гладкой поверхности. Под ней пульсировало нечто, излучая красный свет. Времени подумать над этим явлением у меня не нашлось. Я опять начала бесконтрольно падать в черную дыру.

Всё закончилось внезапно. Миг и передо мной заснеженная равнина с невысокими холмами. Вдалеке виднелись черные ёлки и горизонт серого неба. Среди белой пустыни, вдали, почти у самого леса, мигала разноцветными огоньками избушка, вроде как без курьих ножек.

«Мне туда», — щелкнуло в голове. Ежась от холода в одном нижнем белье, я пробиралась по снегу, топая босыми ступнями.

Наверное, одеяло упало на пол, поэтому мне так зябко. Или просто нога свесилась с кровати. И окно я, конечно же, забыла закрыть. Так вроде бы и не открывала его, когда пришла с работы. Может, на автомате сделала и теперь не помню?

В голове вертелись вялые размышления, но ни одно из предположений не могло дать ответа на мои вопросы. Пришлось махнуть рукой на раздумья и прибавить шагу, иначе, как я проснусь.

Путь до хижины дался нелегко. Пару раз упала и отбила себе все, что только можно. Тело ныло от боли и усталости, но я упорно шла к цели, словно от этого зависела моя жизнь. Шаг за шагом, сквозь холод, боль и непреодолимое желание упасть и забыться сном. Во сне, ага.

Вот не надо было столько работать. Теперь уставший мозг выдает такие кульбиты, что страшно становится.

Уже на подходе, увидела в окнах силуэты людей. Они веселились, размахивали руками и танцевали. Радуясь, что добралась до заветной теплоты, открыла дверь.

Навстречу вышел высокий мужчина в капюшоне, он оттеснил меня на улицу, выставив широкую ладонь вперед. Ничего не понимая, я обратилась к нему:

— Пустите погреться.

Не издав ни звука, он сделал резкий шаг и поймал меня, обхватив рукой за талию.

— Вы сегодня так очаровательны, — хриплый голос, полный ехидства и власти.

Наклонившись еще ближе, мужчина коснулся моих губ ледяным поцелуем. В этот же момент с тихим хлюпаньем в живот вошло что-то острое. Я почувствовала, как горячая кровь стекает вниз по голым ногам.

«Да, жизнь полна гадости», — скользнула горькая мысль.

Он оттолкнул меня, как ненужный мусор. Упав в сугроб, я захрипела, пытаясь зажать рану, но ничего не получалось. Пальцы окоченели от холода и не хотели слушаться. Каждый вдох давался с трудом.

«Неужели во сне бывает так больно?» — паника в моем сердце нарастала. Я не хотела умирать.

— Эй, наглец, — сказал еще один мужской голос сбоку. — Не суй свой нож в чужие тела.

Подол красной шубы показался совсем рядом. Я хотела протянуть руку и попросить о помощи, но ничего не вышло. Из горла вырывались только вялые всхлипы.

— Проходите и разлагайтесь, — усмехнулся первый. — Ей нельзя сюда заходить.

— Так зачем применять радикальные меры? — Не унимался тот, что в костюме Дед Мороза.

В глазах резко потемнело. Мне, как никогда, хотелось проснуться и натянуть уже злосчастное одеяло на тело, а также разобраться с тем, что причиняет неистовую боль.

Где-то на задворках сознания, услышала, как хлопнула дверь негостеприимной избушки.

— Зачем ты вернула время в спать? — говоря непонятную белиберду, он поднял меня и закутал во что-то мягкое и теплое. — Потерпи немного.

Кошмар не хотел прекращаться. Скинуть с себя сон, никак не получалось. Тело словно парализовало. Даже пальцем пошевелить оказалось невозможно. Лба коснулись сухие губы и дышать стало легче. Боль постепенно отступала.

Медленно открыв глаза, увидела, что нахожусь у себя в спальне. Обрадовавшись, что всё закончилось, перевела дух и натянула одеяло до подбородка. Оно пахло приятно еловой свежестью и мандаринами. Очень странно. Повертев в руках ткань, поняла что это шуба Деда Мороза с белым пушистым подбоем. Резко сев, увидела справа черный силуэт.

— Кто ты такой? — вырвался нервный вопрос. Не хватало мне еще маньяка в квартире. Неудивительно, что снились такие ужасы. Что он со мной делал?

— Ох, Мари, вы раздеваетесь надо мной? — прозвучал насмешливый голос с нескрываемым весельем.

Опомнившись, я натянула шубу повыше, чтобы не светить обнаженными формами. Колени подтянула к животу и замерла, даже не подозревая что можно ожидать от незнакомца.

Мужчина сел рядом на кровать и до меня медленно начало доходить, что в расплывчатом образе есть знакомые черты.

«Точно! Это тот самый, что дал мне подарок на улице», — мелькнула внезапная догадка. На каркала все же. Он оказался шизанутым маньяком и пробрался в мою квартиру посреди ночи.

— Вижу, вспомнила, — Ряженый Дед Мороз провел пальцами по моей щеке. — Я Клаус. Это всё, что тебе необходимо знать. А сейчас, спать.

Мужчина мягко, но настойчиво уложил меня и погладил растрепанные волосы. А затем, поверх шубы накрыл одеялом, наблюдая за тем, как слипаются мои глаза. Сонливость накрывала сознание. Я ничего не смогла с этим поделать. Вероятно, он чем-то меня отравил или распылил что-то в воздухе. Иначе, как объяснить эту невообразимую слабость?

— Отдыхай, — прошептал Клаус над ухом. — И не ходи в тот дом. Еще не время.

— Постой, — попросила, ухватив его за мизинец. — Что ты со мной сделал?

— Ничего особенного, просто отдохни. Я не обижу тебя, обещаю, — сказал он, погладив меня по плечу.

Последнее ощущение, как что-то квадратное скользнуло мне в руку.

Глава 3. Щекастое чудо.

Просыпаться оказалось мучительно больно. Тело скручивало судорогой, словно по мне топтался табун и случайно сломал позвоночник. Потянувшись до хруста, я повернулась на бок и тут же взгляд упал на зеленую коробочку, обтянутую красной ленточкой. Все же не потерялся подарочек от странного незнакомца. Кстати, где он?

Я хотела подняться и проверить квартиру на предмет посторонних, но замерла, уставившись на коробку. На удивление, она зашевелилась и крышка заметно приподнялась.

Испугавшись, я мгновенно вскочила, но трогать странный подарок не стала. Совершенно не понимая что делать, закуталась в одеяло и отсела подальше, строя предположения о содержимом. Неужели там мадагаскарские тараканы? На холоде они мирно спали, а теперь отогрелись и лезут наружу. Хотя хватило бы им сил так резво дрыгаться? Кто там еще мелкий может быть? Краб? Они тоже вроде впадают спячку от холода. Лягушка? И эта дамочка не прочь вздремнуть зимой, а весной оттаять и продолжать нормальный образ жизни.

Крышка еще раз дрогнула и отодвинулась. Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как высовываются маленькие лапки и крохотный красный колпак с белым помпоном.

Крыса? Прищурившись, попыталась приглядеться. За окном уже светало и я могла четче видеть все предметы в комнате.

Белая, с едва различимой желтизной, мордочка показалась из коробки. Нос зверька ходил из стороны в сторону, ловя новые запахи.

— Ты откуда взялся, малыш? — Потянувшись к хомяку, тронула указательным пальцем его голову. Он оказался совсем нестрашным и очень милым. Укусить меня не пытался, а просто замер и пристально посмотрел в мою сторону глазами-бусинками.

— Раз все равно я здесь, то не прогонишь? — маленький ротик с острыми передними зубками открылся и изрек вот это мужским, смутно знакомым голосом. Вот это фокус. Я все еще сплю? Как такое может быть?

Размеры зверька никак не подходили его звучанию. Скорее всего, вчерашний гость где-то затаился и таким образом подшучивает надо мной. Какой-то очень странный маньяк попался.

— Ты в порядке? — спросил он озабоченно. Звук точно исходил из хомяка. И зверек определенно был живым, а не игрушкой.

Мороз прошелся по коже от осознания того, что со мной разговаривает животное. Проморгавшись, я потерла глаза и подергала себя за уши.

Всё, Маша, приехали. Твоя психика не справилась с нагрузкой на работе. Придется полежать в психиатрии. В голове начали возникать всевозможные диагнозы от острого психоза до шизофрении.

— Чего там себе напридумывала? — Хомяк подполз ближе и встал на задние лапы. — Ты не сходишь с ума! Я настоящий и послан защищать тебя.

— От кого? — Моргнула непонятливо.

— Пока точно неясно, по ходу дела разберемся. — Махнул он крошечной лапкой.

— Хор-рошо, — протянула неуверенно и мельком бросила взгляд на циферблат. С содроганием поняла, что безнадежно опаздываю. И еще час назад я должна была сидеть на рабочем месте.

— Мне пора, усатый, — выдохнула, ползая на пол и забегая в ванную.

Из рук все валилось. Зубная паста размазалась по раковине. Расческа выдернула пару тройку еще живых, но безнадежно запутавшихся волос. Косметичку даже не рискнула открывать. В таком состоянии я только сделаю все хуже.

В комнате живо переоделась, не обращая внимание на животное. Тот, категорически не согласный с таким положением, возмутился:

— Так не годится. Ты уйдешь, а я останусь один в большой квартире без колеса, еды и имени.

— Ай-я, — шикнула на мелочь. — Некогда мне. Пожуй хлеба.

Сбегала на кухню и заодно проверила, не спрятался ли там вчерашний Дед Мороз. Заглянула на балкон. Все оказалось чисто. Не души. Видимо, все же это был страшный сон и стоит беспокоиться. Хотя говорящий хомяк, как-то странновато для реальности. Мотнув головой, пришлось отогнать тревожные мысли. Я так зависну еще на несколько часов и точно не успею доделать многострадальный отчет.

Вздохнула и открыла холодильник. Тот оказался практически пустым. Вчера от страха и усталости я так и забыла забежать в круглосуточный магазин. В хлебнице нашлась черствая позавчерашняя буханка белого. Ее-то я и прихватила в качестве лакомства для грызуна.

Вернувшись в комнату, я замешкалась. Устраивать из кровати домик для хомяка не хотелось. Тем более что я только поменяла белье. Оно красивое и новое.

Поэтому достала с верхней полки шкафа старый плед и расстелила его на полу, возле прихожей.

— Вот твоя обитель. — Аккуратно взяв зверюгу за хрупкое тельце, перенесла его вместе с коробкой и хлебом на лежанку.

— Ты даже кофе не попьешь? — спросила мелочь. Будто ему есть дело до содержания моего желудка.

— На работе уже выпью. Я не успеваю, — отмахнулась, проверяя сумку на наличие телефона. Тот куда-то запропастился.

— А имя, — завопил нежданны питомец, когда я уже застегивала молнию на черных сапогах до колен. Вот ведь приставучий.

— Кхе… Горе ты мое. — В голове всплывали дурацкие клички для грызунов, но ни одна из них мне не нравилась. Время поджимало, так что выпалила, первое, что пришло на ум. — Будешь Сантту.

— Ладно. — Кивнул тот и почему-то повернулся ко мне маленьким хвостиком.

Выяснять, что ему так сильно не понравилось, я не стала, а поспешила на работу. Вспоминая названия фирмы, металась между двумя вариантами «Фростик» и «Простик», теперь оба казались правильными.

На крыльце чуть не хлопнулась на наледи. Хорошо, что вовремя схватилась за ручку железной двери. На улице отметила, что соседские бабушки не спешили по очень важным делам, как обычно. Детвора не шла в школу наперевес с неподъемными портфелями. Даже кошки не грелись на теплотрассе. Как-то слишком тихо и пустынно.

Может, просто из-за того, что я так поздно вышла? Или на елках все. В бабульки отдыхают. Морозец стоял сильный, но не такой, что дышать невозможно.

Помню, как примерно в это же время бабушка везла меня на санках в детский сад. Обе закутанные, как матрешки. Я будто барыня, а она словно упрямая лошадка, тянула меня сквозь сугробы и сильный ветер. Еще она часто проверяла не выпала ли я. Потому что однажды такое уже случалось.

Это произошло вечером. Закутав меня как капусту, бабушка постелила одеяло на деревянные дощечки санок, а сверху меня посадила и велела:

— Держись за бортики и не отпускай их.

Я послушно кивала, не переставая втягивать в себя порядком надоевшие сопли.

Поехали мы живенько, с ветерком. Бабушке не терпелось оказаться дома. А я задрав голову смотрела в черное небо. Сверху медленно падали снежинки и приземлились на мой язык. Хоть мне и не разрешали, но я все равно украдкой ела снег. Он казался самым вкусным на свете лакомством. Еще очень сильно хотелось лизнуть железный бортик санок.

Он манил меня к себе как магнит. Но я все не решалась.

Так, размышляя о своем, о детском, не заметила, как свалилась с санок. Даже боли не почувствовала. Просто миг и все. Мы вроде не едем никуда, а я все так же языком снежинки ловлю. Мне хорошо.

— Вот ты где! — Лицо бабули загородило живописный обзор. Только тогда я осознала, что все это время лежала в сугробе и пялилась в небо.

На ее ресницах застыли слезы.

— Ты бы хоть крикнула, когда упала, — вздохнула она, сажая меня на санки.

От изобилия одежды на тщедушном теле я даже ходить толком не могла. Катилась как колобок.

— Бабушка, — только и сказала, потянув к ней руки.

— А, теперь-то ты испугалась, — она нервно хихикнула. — Я тоже испугалась. Иду, разговариваю с тобой, глядь, а тебя и нет в санках. Смотрю, ты в сугробе лежишь, отдыхаешь.

С тех пор она очень часто проверяла на месте ли я.

Улыбнувшись теплым воспоминаниям, ускорила шаг. Перейдя, на обычно оживленную, дорогу встретила всего пару машин. Но все же удача оказалась на моей стороне.

Поймав такси, назвала адрес и пристегнула ремень безопасности, борясь с внезапно подступившей тошнотой.

Глава 4. Неприятный сюрприз.

К офису подъехала быстро. И только выходя из машины, поняла, что забыла взять перчатки. Пальцы начинали замерзать. Потерев ладони друг о друга, подошла к высокому зданию.

Возле входа попалась пара прохожих и охранник в зеленой медицинской маске. Посмотрел он на меня с подозрением и повертев в руках пропуск, измерил температуру и разрешил войти. В лифте я встретилась с двумя коллегами, то же в масках, но на мое приветствие женщины никак не отреагировали.

Чувствуя себя крайне неловко, опустила взгляд в ожидании, когда мы доберемся до десятого этажа. И чего это все вдруг они так вырядились? Натянув шарф повыше, сжала губы плотней.

— Наконец нам отдали видео с выпускного дочери, — негромко вздохнула одна из них, кажется ее имя Оля. — Полгода ждали. Думали, уже не получим его.

— Это всего лишь детский сад, — хохотнула вторая.

— Да, но из-за вируса нас не пустили посмотреть выступление, — фыркнула первая. — А так хотелось хоть одним глазком глянуть.

— Тогда, ладно, поздравляю, — снисходительно хмыкнула та.

А я вдруг задумалась. Вроде как у Ольги не было детей. И что еще за вирус? Это из-за него они в медицинских масках? И когда эта гадость успела появиться. Я ничего про него не слышала.

Может, я обозналась?

Украдкой покосившись на них, уверилась в том, что это действительно Оля и Света. Опять странности. После отдыха все должно было прийти в норму, но стало только хуже. Мало того что снились всякие кошмары, так еще и говорящий хомяк появился. Надеюсь, он куда-нибудь сбежит, пока я буду занята.

Выйдя на нужном этаже, отметила, что вокруг неестественно тихо. Обычно в последние рабочие дни все просто сходят с ума. Одни украшают офис сверкающей мишурой, другие носятся с кипой бумаг, которые срочно нужно подписать или переделать.

В это раз коллеги занимались рабочими делами, негромко переговариваясь друг с другом. Кроме того, их лица закрывали медицинские маски. На меня они не обращали никакого внимания. Не рискнув прерывать процесс, прошла к кабинету с надписью «бухгалтерия» на двери. Встав в проходе, обомлела. За моим столом сидела незнакомка. Остальные коллеги делали вид, что очень сильно заняты. Их глазные яблоки едва не елозили по светящимся экранам.

— Вам что-нибудь нужно? — спросила незнакомка, поправляя сползающую вниз маску.

— Что вы делаете на моем рабочем месте? — Пройдя внутрь, подошла к ней вплотную. — Кто позволил вам копаться в отчетах?

На меня смотрели уставшие серые глаза с лопнувшими капиллярами.

Примерно так же выглядела и я, когда отчитывалась перед начальством. К горлу опять подступил тошнотворный ком.

— Женщина, где ваша маска? Выйдите, пожалуйста, вы мешаете мне работать. — Тон ее показался крайне недоброжелательным и раздраженным.

— Наталья Александровна, как там дела с отчетом? — В кабинет заглянул шеф. Но почему-то позвал отнюдь не меня.

— Олег Викторович, — я обратилась к нему настороженно. — Что здесь происходит? Кто она?

— Марь Сергеевна? — Он удивленно приподнял брови. — Каким ветром вас сюда занесло? Вы же уволились лет пять назад.

Его слова не укладывались в голове. Это какая-то шутка? Они все вместе решили разыграть меня?

— То есть как? — обронила удивленно.

— Уходите, — попросил бывший начальник. — Вам здесь больше нечего делать. Если надумаете опять работать у нас, то обратитесь в отдел кадров. Рассмотрим вашу кандидатуру в порядке очереди.

— Вы издеваетесь? Мы вчера с вами разговаривали, — пролепетала, сцепив пальцы. — Вы еще отчитали меня за ошибки и отправили домой отдыхать. Я пообещала, что все переделаю на следующий день.

— Марь Сергеевна, это вы надо мной издеваетесь. Пришли сюда без маски еще и права качаете, — вспылил он, зыркнув на меня совсем не по-доброму. — Уходите, пожалуйста, не мешайте рабочему процессу.

— Но все же… — Попыталась хоть что-нибудь понять.

— Нате вот. — Олег Викторович достал из большой коробки маску и помог надеть мне ее. — Возвращайтесь домой. Обратитесь к врачу. Не знаю… Что хотите, то и делайте, только не мешайте работать.

Растерянно я пошла на выход. Странно все это. То ли я еще сплю, то ли поехала крыша, то ли чего-то не понимаю. Не могла же я забыть об увольнении и этом странном вирусе.

Рассеянно глядя перед собой, спустилась на лифте, кивнула охраннику и потянулась к промерзшей ручке.

Как только открылась дверь, в лицо дунул морозный ветер. Обернуться я не смогла. Тело сковал ужас.

Впереди простиралась снежная долина из недавнего сна. Попытавшись сделать шаг, упала в сугроб. Все же мое увольнение и хомяк не могли оказаться правдой. Испытав облегчение, выдохнула белесое облачко пара. Все же я не сошла с ума. Это просто очередной кошмар. Никогда мне еще не снились настолько яркие и реалистичные образы. Видимо, крепко меня подкосила нервотрепка из-за отчета.

Теперь я смогла как следует осмотреться и убедиться, что это то самое место, по которому я бродила в одном нижнем белье недавно. Вдали виднелись разноцветные огоньки избушки. Повезло, что на этот раз на мне надета зимняя одежда, пусть и без перчаток. Еще я помнила об опасности в домике. Там злой дядька с ножом.

Как проснуться, не знала. Уже и ущипнула себя и укусила. Всё без толку. Окружающий пейзаж казался реальностью. Тому способствовали мороз на щеках и хруст снега.

Паника накатывала, и не найдя другого выхода, я пошла к избушке.

«Проситься внутрь не буду. Просто спрошу, как проснуться», — пообещала себе, утопая в сугробах по колено. Не станут же меня убивать повторно. Может, это поможет мне быстрей проснуться?

На этот раз путь оказался сложнее и отбирал последние силы. Сугробы словно стали глубже. Ноги все сильней проваливались, так что продвигаться становилось сложней. Еще и хлопья снега начали падать. А домик, как мираж, только все удалялся и удалялся.

В итоге я упала так и не дойдя. Странно, но мне очень хотелось спать. Как вообще такое возможно, если я и так уже пускаю слюни на подушку?

Подняться не смогла. Вот засада. Не надо было так сильно активничать.

— Ты - не ты, когда холоден, — насмешливый голос Клауса раздался сверху. Как ему удается пробираться в мои сны? Или это оголодавшее по мужскому вниманию воображение, рисует такие образы?

Я открыла глаза и слабо улыбнулась. Все же он милый, хоть и не настоящий.

— Отдыхаю вот, — ответила, едва шевеля губами. — В парке культуры и безысходности.

Он помог мне встать и отряхнуться от налипшего снега. Я заметила, что на этот раз он пришел без шубы, в обычной одежде, но в красной шапке с белым помпоном и бутафорной бородой.

Клаус снял с себя варежки и надел на мои окоченевшие кисти. Я увидела его длинные аккуратные пальцы. На безымянном поблескивало широкое кольцо. Обычное серебряное, но почему-то очень знакомое. Так и подмывало дотронуться и нежно провести по выпирающим косточкам.

Подняв голову, вгляделась в лицо мужчины.

«Нет. Просто показалось, — успокоила себя. — Что со мной вообще такое? Откуда это неистовое желание прижаться к его груди и уткнуться носом в плечо?»

— Как мне вернуться? — спросила и увидела, как потухает его взгляд. Чего он так расстроился? Вроде я не сказала ничего дурного.

— Сейчас помогу тебе, — буркнул негромко. — Но постарайся больше не проваливаться в межмирье и бери с собой везде Сантту.

— Откуда ты.... — Не успела я договорить, как Клаус щелкнул пальцами. Мир завертелся, как в калейдоскопе. Голова закружилась. Снова подступил тошнотворный ком к горлу. Почему это чувство постоянно донимает меня? Сил никаких нет.

Секундная тьма сменилась требовательным возгласом:

— Девушка, просыпайтесь! Мы приехали!

2 часть Клаус Глава 5. Любящий муж.

Мари ела хрустящие тосты с кокосовым джемом и проверяла сообщения, медленно перемещая текст на смартфоне большим пальцем вверх.

— Как там Алан с новым проектом? — спросила она, не отрываясь от чтения.

— Вроде пока получается. — Я пожал плечами и налил себе кофе.

— Здорово! — встрепенулась Мари, отложив завтрак и телефон. — Вот бы поиграть в виртуальной реальности. Он говорил, что можно переместиться в любую страну и точку прошлого. Так интересно узнать, как жили люди раньше. О чем думали и мечтали.

— Ничего в этом хорошего нет. — Не разделяя ее радости, нахмурился. — Твой мозг превратится в кашу, если будешь играть в это.

— Дорогой. — Она встала и медленно подошла ближе. — Ты иногда бываешь таким занудой, но мне нравится.

Она коснулась моих губ сладким поцелуем со вкусом кокоса. Обняв ее за талию, притянул к себе. Я действительно боялся, что Мари, захотев новых впечатлений, пойдет на риск. Но также понимал, что перед тем, как игра выйдет в продажу, ее как следует протестируют.

Нас отвлек входящий звонок на мой телефон.

— Да, — ответил машинально.

— Надеюсь, ты явишься сегодня на работе? — Голос коллеги такой неприятный и раздражающий. Я сразу сбросил вызов.

— Иди, — усмехнулась Мари. — А то вычтут из зарплаты твое опоздание.

— Ты, как всегда, права. — Чмокнув жену в лоб, я поспешил в офис.

Сконцентрировавшись на работе, забыл о нашем утреннем разговоре. Выслушивая претензии клиентов банка, поглаживал серебряное кольцо на безымянном пальце, подарок любимой. Только оно придавало мне сил в стрессовых ситуациях.

Вечером, вымотанный до предела, шел по заснеженной улице от остановки, придумывая, как удивить Мари в праздники. Мы очень любили делать друг для друга сюрпризы и этот год не должен был стать исключением.

Проехавший мимо беспилотник просигналил.

— Эй, мужчина! Не хотите ли купить хомяка? — Из окна пассажирского сидения высунулась рыжеволосая девушка.

— Что, простите? — Я подошел к машине, смущенно озираясь по сторонам. Не каждый день поступает столь странное предложение.

— Хомяка, — улыбнулась она и показала на ладони желтый комочек.

— Я отвозила малыша покупателю, но тот отказался. Видите ли ему не нравятся генно-модифицированные грызуны. А раньше сказать не мог. Что мне теперь с ним делать?

— Так он бунтарь или долгожитель? — усмехнулся, с интересом поглядывая на зверька.

— На самом деле. — Девушка понизила голос. — Два в одном. Но никто не хочет брать, обзывая дефективным. У себя оставить не могу, а выкидывать жалко. Если нет денег, то берите задаром, главное — не обижайте хомяка.

— Хорошо. — Я достал помятую купюру из пальто и протянул незнакомке. — Возьму его.

Вот и сюрприз для Мари нашелся. Забежав в сувенирную лавку, приглядел небольшую зеленую коробку, как раз для зверька. Он сладко пригрелся у меня за пазухой и даже не елозил.

— Выберите, какого цвета ленточку вы хотите, — сказала продавец, демонстрируя мне мотки.

— Красную. — Ткнул на первую попавшуюся.

Оплатив покупку, я поспешил домой, представляя, как Мари приятно удивится подарку. Ей нравились животные, но мы все никак не решались их заводить.

Моё радостное: «Я дома», повисло в тишине. Жены нигде не было. Пройдя на кухню, нашел лишь записку на холодильнике: «Уехала к маме на два дня».

Почему она не прислала сообщение на телефон, я не понял.

Набрав номер Мари, наткнулся на автоответчик. В сердце кольнуло беспокойство. Может, у ее родителей что-то случилось?

Хомячок заерзал и пришлось его выпустить и накормить морковкой. Следом я позвонил теще, но и она мне не ответила. Волнение нарастало. Буквально кожей чувствуя, что творится неладное, не находил себе места. Не могла Мари просто так, оставив только записку, исчезнуть на целый день. Она бы нашла возможность позвонить мне, даже если телефон разрядился.

Ночь оказалась сплошным кошмаром, окутанным тревогой. Я практически не спал, ждал звонка и не переставал надеяться, что жена вскоре объявится и улыбнувшись, обнимет меня.

Утром ничего не изменилось. Прихватив хомяка и корку хлеба, поехал к теще. Надеясь, что просто обе выключили телефоны.

Частный домик, увешанный новогодними гирляндами, встретил меня светом в окнах и вселял слабую надежду, что на самом деле все хорошо. Ругая себя за то, что зря переживал, постучал в белую дверь.

Открыла теща, зябко кутаясь в шаль.

— Доброе утро, — начал я буднично. — Мари уже проснулась? Почему на звонки не отвечаете?

— Мари? — Женщина уставилась на меня непонимающим взглядом. — Она обещала на следующие выходные приехать, а в эти, сказала, что навестит друга. Кажется, его имя Алан.

— Что?! — Ее слова буквально ударили меня под дых. Жена мне солгала.

— Она тебе ничего не говорила? — удивилась теща.

— Нет, — ответил, тяжело выдохнув и достал из-за пазухи хомяка с коробкой. — Присмотрите пока за ним, а я найду Мари.

— Что-то случилось? — встрепенулась она. — Моя девочка в опасности?

— Не волнуйтесь раньше времени. — Передав ей зверька, слегка сжал пальцы. — Я приведу ее домой.

Не теряя больше ни минуты, поймал первое попавшееся беспилотное такси и вбил адрес лаборатории Алана. Чувствуя, как время безвозвратно утекает, молил, чтобы Мари не додумалась попробовать игру.

Машина остановилась перед огромными коваными воротами. Расплатившись карточкой, я поспешно вышел и позвонил в домофон.

— Кто там? — прозвучал незнакомый голос.

— Откройте. Мне нужно увидеть мою жену. Она внутри, — от волнения я даже не представился, а выпалил то, что вертелось на языке.

Странно, но ворота со звонким щелчком открылись. Спеша, совсем не заметил окружающую обстановку. Я видел цель — дом из белого камня, остальное казалось неважным. Забежав в холл. Чуть не налетел на друга. Тот словно ждал моего появления.

— Здравствуй, — нервно покусывая губы, обратился он. — Зачем пришел?

— Моя жена у тебя? — спросил, сжимая кулаки. — Где Мари?

— Она… — протянул тщедушный мужчина в белом халате. — Она сама настояла стать первым игроком.

— Что? И ты позволил? — Схватив его за грудки, слегка встряхнул.

— Она настаивала, — усмехнулся Алан, резко меняя выражение лица. — Только не думай. Что сможешь ударить меня. Хоть сегодня выходной здесь охранники и камеры повсюду.

— Когда ты стал таким мерзким? — Я практически выплюнул эти слова ему в лицо.

— Если хочешь помочь Мари, то успокойся и пошли со мной, — велел он.

— Ей нужна помощь? — Выпустив ворот, стиснул зубы. Безумно хотелось ударить, но я сдержался.

Алан провел меня на цокольный этаж и указал на просторную комнату со стеклянными стенами. В кресле безвольно лежала моя жена в черном обтягивающем костюме виртуальной реальности. На лице ее была надета маска для полного визуального погружения, а из затылка торчал черный шнур. Видимо, для подключения к нейронным связям мозга.

— Что это? — Пройдя внутрь, дотронулся до ее руки. Теплая.

— Она вошла в игру и выбрала прошлое. Ей захотелось узнать, как работали бухгалтеры в две тысячи пятнадцатом году, — пояснил бывший друг. — Её сознание слилось с игровой реальностью. Я никак не могу их разделить. Боюсь, что скоро она умрет.

Его объяснения показались мне бредовыми. Зачем ей вообще заходить ради такой цели? Неужели ей недостаточно настоящей работы, чтобы еще и в виртуальной реальности интересоваться этим?

— На такие случаи у вас нет аппаратов для поддержания организма? — возмутился, рассматривая Мари. Губы ее уже успели побледнеть.

— А зачем? — хмыкнул тот. — Если не выйти из игры через пять суток, то мозг умрет.

— Я подам на вас в суд! — закричал из комнаты.

Алан стоял снаружи и ни капли не испугался моих угроз.

— Если хочешь ее спасти, то лучше поспешить, — сказал он и нажал на кнопку. Из-под пола поднялось второе кресло. — Садись, я подключу тебя.

Следуя инструкциям, занял свое место. Алан достал штырь с длинной иголкой, очки и костюм. Он умело обращался с оборудованием. Я не успел заметить, как вокруг потемнело, а затем перед взором появилось меню.

— Твоя задача помочь ей вспомнить настоящую себя и уберечь от бдительного искусственного интеллекта, — информировал голос. — Дам тебе пару читов и возможности выставлю на максимум. Дальше дело за тобой. У вас есть в запасе месяц игрового времени. Все понял?

— Да, — выпалил не раздумывая.

Появился зеленый круг с надписью: «Загрузка». Чувство неправильности происходящего не покидало меня. В висках болезненно покалывало.

Что если Алан солгал? Почему он не остановил Мари от малодушного желания зайти в еще не протестированную игру? Не верю я, что он мог, так просто, позволить ей делать все, что захочется.

После того как закончилась загрузка, я услышал множество голосов на разных языках. Все они пели, судя по всему, новогодние песни и придерживались одного мотива. Звучало это очень жутко. Не знаю, кто придумал саундтрек к игре, но он явно нездоровый человек.

Показалось, что еще немного и из ушей потечет кровь. Благо какофония стихла, вслед за моим недовольным сопением.

Образовавшаяся тишина стала усладой после болезненного шума. Перед глазами начал вырисовываться новый мир с заснеженными ёлками и звездным небом. Высокий женский голос звучал отовсюду.

— В снежном лесу.

Спит добрая сказка.

Мороз на носу,

Будь с женой ты ласков.

Море огней

Разобьют твои страхи.

Иди же за ней,

Прижми к рубахе.

Скоро опять

Бой курантов.

Её ты должен обнять

Без вариантов.

Дослушав до конца, я все еще пребывал в недоумении. Эта бессмысленная песня должна мне помочь или просто часть стандартной вводной? Обычно в играх я их пропускаю. Не люблю дурацкие предыстории с километровыми слезливыми текстами.

Мне не терпелось начать игру, чтобы увидеть Мари и позвать ее домой. Вот только вместо этого маячило совсем другое, заставляя меня неистово нервничать.

Глава 6. Жизни Клауса.

Я оказался в незнакомом городе. Витрины магазинов пестрили огоньками и мишурой. Отовсюду звучали веселые мелодии и смех. Люди явно готовились к празднованию Нового года. В реальности он должен наступить только через месяц.

Еще меня очень удивили устаревшие машины на бензине. От их исходил просто отвратительный запах.

От тревоги за жену, сердце ускорило бег, и я сосредоточился на деле. Как я ее здесь найду?

Одетый в длинную красную шубу с белым подбоем, ощущал себя чужеродным элементом во всем сумасшедшем блеске.

В прохожих я высматривал лицо Мари. Вокруг ходили исключительно счастливые парочки, как из рекламы шоколада.

«А что если она здесь влюбилась в кого-то, — шевельнулась тревожная мысль. — Вдруг она не захочет возвращаться? Или вовсе не узнает меня».

Я сжал пальцы в смешных варежках и наткнулся на зеленую коробку.

Так! У меня есть читы и максимум возможностей. Нужно лишь разобраться, как ими пользоваться. Мотнул головой, а вслед за этим, бородой. Не своей. Жуть какая! Стянув муляж на шею, еще раз осмотрелся:

— Меню! — позвал по наитию.

К счастью, всплыли зеленые буквы. Они и напомнили мне о том, что всё вокруг ненастоящее, игра. Нажав на строку: «Возможности», начал изучать, чем снабдил меня Алан. Итак, мне достался уникальный чит — ходить между игровыми реальностями. Запись о нем отличалась от основных букв, ее будто насильно втиснули в изначальный текст и напортачили со шрифтом.

Еще я мог превратиться в любого зверя. Зачем мне нужна такая опция, не известно. Также мне досталось владение кунг-фу и еще куча всяких навыков, наподобие техники полета.

Зачем и для чего понадобился такой странный набор, я не понимал. Как это может пригодиться при встрече с Мари?

Убрав меню, вновь вернулся к прохожим. Не успев сделать и пары шагов, увидел свою жену. Её походку я узнаю из тысячи. На удачу она шла навстречу мне. Сосредоточенная, она смотрела только под ноги, видимо, боялась поскользнуться или задумалась о своем.

Губы сразу расплылись в предвкушающей улыбке. Но как только наши глаза встретились, понял, что всё совсем плохо. Мари выглядела уставшей и изможденной, точно не спала несколько дней.

— С наступающим! — От чего-то мой голос звучал слишком громко. Я только еще больше напугал ее.

— Спасибо. — Тон жены, напротив, слабый и хриплый. Неужели она заболела? Или попала в неприятности.

— Держите подарок, — идиотская улыбка так и не хотела покидать мои губы. Судорожно думая, как сблизится с ней, протянул зеленую коробку, точную копию той, что я вчера покупал. Конечно, Мари не вспомнит ничего, но так у нее создастся новое воспоминание обо мне.

— Благодарю. Очень приятно, — она так мило смущается. Помню, когда мы только познакомились, Мари то и дело краснела, не привыкшая к общению с мужчинами. Как же мне хотелось наплевать на всё и обнять ее.

Сделав шаг навстречу, с сожалением увидел, как она обходит меня стороной. Словно я чужой… Словно я ненужный.

Не знаю, что произошло, но захотелось попробовать еще раз.

— Отмотать! Отмотать! — закричал не сдерживаясь.

Перед взором нарисовалась зеленая снежинка и совершенно безэмоциональный голос сообщил:

— Вы хотите использовать запасную жизнь?

— Читы! Где мои читы? — Открыв меню, начал просматривать всё еще раз внимательно. Помнится, Алан обещал несколько плюшек. Что ж, еще одним бонусом стало десять жизней вместо трех.

— Заявка одобрена, — объявил голос и я начал всё заново.

Мари опять шла навстречу.

Топчась на месте, раздумывал что могу сказать ей такого, о чем известно только нам вдвоем.

— С наступающим! — Опять на те же грабли.

— С-спасибо, — ответила она с подозрением подняв на меня уставший взгляд серых глаз. Неужели начала что-то вспоминать?

— Держите подарок, — повторял я, как заведенный и опять протянул коробку. Мари засуетилась, похлопала по карманам, будто потеряла что-то.

Явно свою совесть и чувство самосохранения, раз решилась сыграть и доверилась Алану. Хотя и я не лучше.

Вложив подарок в ее ладонь, на секунду замер. Жена выглядела такой живой, такой настоящей.

— Берегите его. Он вам еще пригодится, — сказал, отпуская Мари.

«Не волнуйся. Мы обязательно выберемся отсюда. Я обещаю, — смотря за медленно удаляющимся силуэтом, отчаянно боролся с желанием пойти за ней следом. — Потерпи еще чуть-чуть».

Немного подождав, не выдержал и пошел в том же направлении. Сделав десяток шагов, резко остановился. Перед глазами вспыхнула красная надпись: «Опасность!»

Я сразу подумал, должно быть, что-то случилось с Мари.

— Переместиться к ней, — приказал интерфейсу.

Мгновение и я оказался в снежной пустыне, а впереди маячила знакомая полуголая фигура. Нервно сглотнув, последовал за ней, но движения мои неуклюжие и медлительные никак не могли поспевать за женой. Я безнадежно отставал. Интересно, куда она собралась в таком виде. Отморозит ведь себе все на свете.

Эй, где же мои суперспособности? Я позорно свалился в сугроб.

— Вы вышли за пределы, — услужливо ответила зеленая снежинка.

— Плевать! Как мне добраться к Мари? — закричал, срывая голос.

— Терпение, — пискнула та и исчезла.

Я видел, как жена подходит к увешанному гирляндами домишке. Он выглядел также, как и тот, в котором жила ее мама.

Неужели она начала вспоминать?

— Вы можете ненадолго выйти за пределы карты, — образовала вновь появившаяся снежинка. — С вас спишется еще одна жизнь.

— Плевать! Забирай! — крикнул ей. — Только дай мне пройти дальше.

Я сумел сделать небольшой шаг навстречу избушке.

Дверь отворилась. Вышел мужчина и приблизился к Мари.

Не помня себя от накатившей паники, предчувствовал, что ничем хорошим эта встреча не закончится. Вначале он обнял ее, а затем, оттолкнул. Упав, Мари зажала живот и издала сиплый всхлип.

— Эй, наглец, — позвал его, приблизившись в несколько прыжков, благодаря возможности парить над землей. — Не суй свой нож в чужие тела.

Я остановился, потеряв контроль над собой. Увидел лицо Алана. Вот только его прилично так отредактировали, убрав изъяны и прибавив гору мышц.

— Проходите и разлагайтесь, — вякнул тот, явно наслаждаясь властью. — Ей нельзя сюда заходить.

— Так зачем принимать радикальные меры? — я не понимал, что хотел сказать Алан. Дверь захлопнулась, и избушка исчезла, превратившись в яркую точку. Я наконец смог пошевелиться и помочь Мари. Бедная, моя бедная девочка была вся в крови. Ну, Алан!

Как только выберемся из кошмарной игры, первым делом этот нехороший человек получит в глаз.

— Зачем ты вернула время в спать? — нес откровенный бред, закутывая ее в шубу. — Потерпи немного.

Подняв ее бессознательное тело на руки, скомандовал: «Домой». К великому счастью, мы оказались в незнакомой, но теплой комнате. Мари никак не приходила в себя. Кроме того, кровь не останавливалась.

— Нет, нет, нет. Девочка моя, очнись, — позвал, положив жену на кровать. Раскрыв шубу, попытался зажать глубокую рану. Такую реалистичную, что мороз прошел по коже. — Эй, что происходит?

— Игрок израсходовал последнюю жизнь, — хладнокровно проинформировала снежинка. — Желаете обменять одну свою жизнь на её?

Она еще спрашивает!

— Да! Да! Конечно! — держа безвольную руку, запачканную кровью, я сходил с ума от ужаса. Жена не дышала.

— Принято, — пропищала снежинка и щеки Мари порозовели.

Нащупал ровный пульс. Поддавшись эмоциям, поцеловал ее в лоб.

— Дай мне хоть немного ласки. Я чуть не свихнулся, — попросил, проведя пальцем по ее оголенному плечу.

Глава 7. Игра с котом.

Я не стал уходить, а решил изучить то место, в котором мы оказались. Скромная однокомнатная квартира со скудным интерьером. Очень маленькая, в сравнении с нашей настоящей.

Заглянув во все углы, вернулся к Мари. Та спала и сладко посапывала. Выглянув в окно, увидел заснеженный двор и одинокие фигуры людей и собак.

Не знаю почему, но от этого места веяло безнадежностью. Голые кусты, железная горка и лавочки с шапками снега.

— Кто ты такой? — жена проснулась и, кажется, опять испугалась.

— О, Мари, вы раздеваетесь надо мной? — увидев голые плечи и вздымающуюся грудь, опять начал нести чушь.

Она смутилась и прикрылась моей шубой. Присев рядом едва сдержался, чтобы не обнять ее. Пальцы сами сжались в кулаки. Я знал, что если начну приставать слишком поспешно, то всё испорчу.

Серые глаза Мари расширились и в них мелькнуло узнавание. Скорее всего, она припомнила встречу возле магазинов.

— Вижу, вспомнила, — я всё же не удержался и провел пальцами на ее щеке. — Я Клаус. Это всё, что тебе необходимо знать. А сейчас, спать.

Уложив жену обратно подумал, что пусть лучше Мари подольше поспит и наберется сил. Укрыл еще одним одеялом, чтобы было потеплее.

— Отдыхай, — её запах такой родной и любимый. — И не ходи в тот дом. Еще не время.

Не хватало еще, чтобы он опять убил мою жену. Сволочь!

Я-то думал, что она здесь просто живет обычной жизнью и ей не угрожает опасность. Может, это начало случаться только после моего появления или Мари всегда проваливалась в другие игровые реальности? Опять в голове зрело так много вопросов и ни одного ответа. Злость застилала рассудок. Я не понимал, что мне делать, чтобы заставить Мари обо всем вспомнить. В любом случае надо оставаться с ней рядом.

Безумное решение, пришедшее в голову, еще не успело оформиться, как очертания комнаты поплыли. Стены вдруг стали огромными. Кажется, мое сознание оказалось не в силах справиться. Я просто вырубился.

Не знаю, как долго провалялся в отключке, но очнулся в крайне маленьком замкнутом пространстве. Сначала подумал, что меня похоронили, но встав, понял, что дела куда хуже. Да, теперь у меня образовались мохнатые лапы вместо ног. Я весь стал таким. Мохнатым чудовищем! Зачем только вспомнил о возможности превращаться в любого зверя.

Крышка сверху поддалась моим усилиям и отодвинулась. Высунувшись наружу, осмотрелся. Комната всё та же, только в разы больше. А еще Мари. Она тоже стала огромной. Постойте! Это я уменьшился!

— Ты откуда взялся, малыш? — спросила жена, нежно коснувшись моей головы.

Ах, так значит? В шкуре хомяка нравлюсь тебе больше, дорогая? Что за несправедливость, я проиграл грызуну.

— Раз все равно я здесь, то не прогонишь?

Вот это сюрприз! Говорил-то я своим голосом. Мари точно удивится. И действительно. Выглядело она очень забавно.

Протерла глаза и даже за уши себя подергала. Вот глупышка! Наверное, думает, что у нее галлюцинации и пора вызывать скорую.

— Ты чего там себе напридумывала? — подобравшись ближе, встал на задние лапы. Так как-то привычнее. — Ты не сходишь с ума! Я настоящий и послан защищать тебя.

— От кого? — в ее голосе читалось явное недоумение.

— Пока точно неясно, по ходу разберемся, — махнул крошечной лапкой. Все же странно находиться в шкуре хомяка. Как защищать ее при таком раскладе, я не знал. Думал, что смогу обернуться обратно в человека, почуяв опасность.

— Хор-рошо, — отозвалась она с сомнением и недоверием. — Мне пора усатый.

Мари резко вскочила и понеслась в ванную, оставив меня одного. Куда она опять спешит? Неужели у нее действительно кто-то появился в игре? Или даже здесь она работает, позабыв обо всем?

Сложив лапки, я уселся на одеяло. На голове по-прежнему мотался красный колпак, а вот прочая одежда куда-то исчезла. Подобравшись к краю кровати, проверил не лежат ли мои брюки на полу. Пусто! Вот дела. А если вдруг опять в человека превращусь, вот конфуз будет. Хотя чего там Мари не видела. Я мечтательно растекся на кровати.

Так стоп! Она ведь ничего не помнит. Для нее это будет шок, конец света… В общем. Не стоит ее так удивлять в ближайшее время.

Не успел я расстроиться, как Мари пулей выскочила обратно и начала собираться. Вот неймется ей.

— Так не годится. Ты уйдешь, а я останусь один в большой квартире без колеса, еды и имени, — в попытке остановить ее, опять сболтнул какую-то дурость. Странное дело, но в игре я не мог вначале как следует подумать, а затем сказать. Порой моя речь существовала сама по себе. Может есть определенный сценарий? Надо узнать.

— Айя. Некогда мне. Пожуй хлеба.

Мари от чего-то рассердилась и усадила меня на расстеленный плед возле прихожей. Еще и черствую буханку подсунула приговаривая:

— Вот твоя обитель.

— А имя, — ухватился за последнюю соломинку.

— Горе ты мое, — жена едва заметно улыбнулась. — Будешь Сантту.

— Ладно, — все же она ничего не вспомнила и назвала меня каким-то дурацким именем.

Дверь захлопнулась. Она все же ушла.

Я попытался обернуться в человека, но вместо этого перед глазами всплыла зеленая снежинка.

— Для того, чтобы принять истинную форму, вам нужно сыграть в дополнительную игру и уничтожить босса.

Появились два варианта ответа: «Играть» и «Выйти». Конечно, я выбрал первый, ведь у меня нехилый набор скилов.

Да я любого уложу на лопатки!

— Мяу, — послышалось совсем рядом.

Рыжий кот с неоновой надписью «Босс» над головой, ритмично шевеля задом, готовился к прыжку. Я же в шкуре хомяка так и остался.

— Игра началась, — сообщила снежинка. Показалось, что она даже премерзко хихикнула.

— Я не согласен! — закричал, осматриваясь в поиске укрытия.

Щелка между полом и шкафом мне очень подходила. Со всех лап я отправился именно туда. Успел проскочить в последнюю секунду и забился в самый дальний угол.

Зачем мне кунг-фу, если я хомяк?!

Кот шипел и проталкивал лапу с острыми когтями поближе ко мне.

Действовать пришлось не раздумывая. Я ухватился зубами за его конечность. С разъяренным шипением, киса достала меня, как рыбешку из проруби и отбросила в сторону. Ударившись спиной о кровать, я сполз на пол.

— По-твоему это удар? Иди сюда кошачий сын, покажу тебе настоящий удар, — расправив передние лапы в стороны, подпрыгнул и воспарил. А затем ударил противника задней лапой в нос. Тот поморщился и чихнул, словно и не заметив моей мощи. Следующим движением он прижал мою шею к полу. Я смог лишь захрипеть.

— Игрок, умерь свой пыл, — заговорил со мной босс. — Сегодня нам предстоит сыграть в другую игру.

Он отпустил меня.

Между нами образовалось три наперстка и красная бусина. Попятившись, я сел, прижав хвост.

— Если угадаешь, где находится шарик, то ты выиграл, — объявил рыжий кот.

Это, конечно, меняет дело. Вытерев лапкой со лба невидимый пот, уставился на него снизу вверх. Все же у меня есть шанс.

Тяжело дыша, согласно кивнул, и начал наблюдать за перемещением бусины, но сбился. Скорость лап кота оказалась слишком быстрой.

«Так, мне сказали просто угадать, размышлял, рассматривая остановившиеся наперстки. — Но никто не говорил, что нельзя жульничать или даже...»

— Замри! — приказал противнику и тот послушался. Глаза его остекленели. Быстро найдя расположение бусины, отдал следующую команду — Отомри!

Затем указал на нужный наперсток. Кот вдруг широко улыбнулся и исчез, а я все не становился прежним.

Но вместо ожидаемой надписи «Победа!», появилась другая: «Опасность!»

Опять что-то случилось с Мари?

Она вернулась домой с совершенно потерянным взглядом. Посмотрев на меня, начала кому-то звонить. Маме. Бедная, совсем растерялась и паникует теперь.

Телефон выпал из ее рук и я подошел и нажал на экран. Опять высветилось, начертанное красными буквами, слово «Опасность!»

3 часть. Супруги. Глава 8. Догадки Мари (Мариэль)

Как я могла заснуть в такси? Почему мне снится какой-то бред? И еще Клаус… Он. Взгляд упал на руки в красных варежках. Здесь явно что-то не так. Как они оказались на мне?

— Девушка, вы за проезд платить будете? — напомнил таксист о своем присутствии весьма недовольным тоном.

— Отвезите меня обратно, — попросила, у закипающего водителя. — Заплачу сколько скажете.

Это немного успокоило его и мы развернулись.

— Знал бы, что так получится, заправил полный бак, — ворчал он.

— И за бензин заплачу, только давайте скорее, — выпалила, осматривая окрестности в окно.

В свете дня все казалось каким-то ненастоящим. Если я резко переводила взгляд, то картинка теряла четкость. А затем, спустя доли секунд, все вставало на свои места. Так, как я привыкла.

Вот именно, что привыкла!

Осенившая догадка выбила почву из-под ног. Почему окружающий мир кажется мне не настоящим?

Машина подъехала к моему подъезду. Не глядя расплатившись, подошла к первому попавшемуся сугробу. Потрогала снег красной варежкой. Выглядел он как будто смешанный с белой пылью и блестками.

От собственных мыслей становилось страшно. Я не хотела на самом деле сойти с ума и влачить существование в психушке. Зайдя домой, увидела на полу хомяка. Тот почему-то оказался злым и поставил передние лапы на бока. Так обычно выглядят родители, когда дети поздно возвращаются домой.

Кстати, надо маме позвонить. Не глядя набрав ее номер, принялась слушать гудки.

— Привет, дорогая, — ответила она, как всегда, мягко.

— Привет, мам. Хочу с тобой кое-чем поделиться, — начала тараторить, присев на скамейку в прихожей и расстегнув куртку. — В последнее время чувствую себя очень усталой. И еще мне начало мерещиться всякое.

— Да, милая, — сказала она на той же ноте, что и приветствие.

— В общем, мне кажется, что я заболела, — сжав губы, приготовилась ждать, что мама меня сейчас отчитает, как обычно. Но этого не произошло.

— Привет, дорогая, — проговорила она, как нив чем не бывало. Пальцы разжались, и телефон упал на пол.

— Что там? — Сантту и нажал лапой на экран. — Странно.

— Что происходит? — спросила у него, даже не надеясь на внятный ответ.

— Похоже, что у нас мало времени, — выпалил хомяк, превращаясь в мужчину.

От увиденного я просто сползла на пол, совсем не понимая за что мне это счастье.

— Послушай меня. — Клаус присел рядом. — Мы находимся в игре. Твое сознание слилось с ней, и я пришел на помощь.

— Кто ты, черт возьми, такой? — Схватившись за голову, начала прерывисто дышать.

— Я твой муж, Мари. — Похоже, что Клаус не врал. Невозможно солгать с такой интонацией и с таким выражением лица.

Вот только я, действительно, ничего не помнила. Хотя кольцо на его пальце показалось мне очень знакомым. Схватившись за руку мужчины, поднесла кисть поближе к глазам. Точно! Это мой подарок!

***

Голову пронзила нестерпимая боль, будто что-то острое изнутри рвалось наружу. Воспоминания о кольце вспыхнули ярким фейерверком.

— Держи. — Я счастливая и совсем другая, протянула бархатную коробочку.

— Что это? — Неловко улыбнулся Клаус. Мой муж.

— Подарок на годовщину. — Подмигнула, нетерпеливо прикусив нижнюю губу.

— Кольцо? — Удивленно вскинув брови, он повертел его разглядывая.

— С нашими именами. — Кивнула радостно. — Присмотрись, они выгравированы на внутренней стороне. Недавно я прочитала в книге, что в далеком прошлом такие подарки были очень популярны.

— Спасибо. — Муж надел кольцо на безымянный палец и притянул меня к себе. — У меня тоже кое-что есть.

***

Образы резко померкли. Меня все же стошнило. Безумно кружилась голова и хотелось прилечь.

— Мари, Мари, — позвал перепуганный Клаус, потирая мои плечи. — Ты в порядке? Как себя чувствуешь?

— Я… нет, — отозвалась вяло, заторможено понимая, что он поднял меня на руки.

Вскоре мы оказались в ванной, где я опять почувствовала горечь тошноты в горле.

— Ничего не понимаю. — Суетился забытый муж. — Почему тебе вдруг стало плохо?

— Я кое-что вспомнила, — призналась умывшись и прислонившись к стене, выложенной мелкой кафельной плиткой. — Это больше похоже на бред.

— Прошу, не торопись. — Опять его руки легли мне на плечи. — Давай возвращаться постепенно. Хорошо? Не нужно спешить.

— Не понимаю о чем ты. — Оттолкнув Клауса, прошла в спальню и легла на кровать.

Ноги категорически отказывались меня держать. Голова вдруг стала тяжелой.

— Э, нет, нет. — Он поймал меня у самой подушки и посадил обратно. — Только не проваливайся между мирами. Боюсь, что в следующий раз не смогу тебя так быстро найти.

— То есть мне уже и поспать нельзя? — спросила, не скрывая раздражения. Его присутствие начинало злить. Даже если он и был когда-то там моим мужем, то это ничего не значит. Раз забыла, то любви между нами, скорее всего, не возникло. Разве если все так прекрасно, то человек перестанет об этом помнить?

— Пойдем, лучше чаю попьем, или твой любимый кофе со сливками? — предложил Клаус, словно назойливая муха, прожужжав над ухом. Вот что ему неймется? Я очень устала и хочу спать.

— Иди сам. — Мотнула головой.

Но мне не позволили пропустить столь важное мероприятие. Притащили на кухню, усадили аккуратно на любимое место.

Как завороженная я наблюдала за Клаусом. Он хозяйничал, без стеснения открывая дверцы всех шкафов. Видимо, в мое отсутствие пронырливый муж успел проверить что где находится, раз без проблем доставал все необходимое. Вот прохвост. Интересно, он действительно мой настоящий супруг?

Я могла бы объяснить многое, но его превращение в хомяка не укладывалось в голове.

На этапе добавления сливок Клауса ждала засада. Они у меня попросту закончились. Даже стало интересно, как он выкрутится из ситуации.

Клаус открыл холодильник и начал в нем интенсивно искать последний ингредиент. Я злорадно хихикала, представляя на его лице панику.

— Вот ты куда их запрятала, — раздалось натужное ворчание. Когда он поднялся с пакетом сливок, я чуть не рухнула на пол.

— Как ты это сделал? — спросила, встав и шагнув к нему навстречу.

Кухня слишком маленькая для маневра и я чуть не наступила дерзкому гостю на ногу. Хотя надо было это сделать, чтобы он не расслаблялся раньше времени.

Вцепившись в его запястье, нашла сроки годности на упаковке и обомлела повторно. Сливки оказались свежими. В моем холодильнике открылся портал в магазин?

Оттолкнув ухмыляющегося Клауса, распахнула дверцу и заглянула внутрь. Все как обычно.

— Колдун, — буркнула, нагибаясь, чтобы получше рассмотреть нижние полки.

— Мари…эль, — выдохнул поддельный Дед Мороз позади. — Не то чтобы я этого не хотел…

Резко выпрямившись, почувствовала, как по телу прошлась волна электрического тока. Повернувшись к гостю, я залилась краской. На что это он намекает?

— Ну ты… — запнулась, закатив глаза. Захотелось ему врезать.

И откуда только во мне столько ярости? Обычно у меня не возникает таких мыслей, даже когда в душе царит крайняя степень озлобленности на не очень хорошего индивида.

— Присядь и успокойся, — залебезил он. — Кофе скоро будет готов.

Я молчаливо подчинилась.

Через пару мгновений передо мной стояла, источающая едва заметный пар, чашка. Сделав глоток, изумленно улыбнулась. Вкус именно такой, как я люблю.

Не успела спросить, откуда ему известно то, что мне нравится, как голову опять пронзила сильная боль.

***

В воспоминании я сидела в кофейне. Вкусный запах просто сводил с ума и будил аппетит.

— Будешь карамельное латте? — спросил Клаус, ставя на стол чашку с пенкой.

— Да, мне он очень понравился в прошлый раз, — просияла, грея замерзшие пальцы. За окном тоже была зима.

— Представляешь, Алана взяли в команду по разработке виртуальной игры нового поколения, — продолжил мой муж.

Его слова не вызвали у меня ничего кроме подозрения.

Помнится, он недавно говорил о том, что реальность это всего лишь игра. Можно ли эти внезапные приступы воспоминаний считать реальными? Клаус очень неоднозначный и загадочный тип. И именно с его появления в моей жизни началась полнейшая неразбериха.

***

Я скинула с себя воспоминания, как мне показалось, не настоящие.

— Хватит надо мной издеваться, — попросила у растерянного Клауса.

— Что происходит? Почему опасность вокруг? — спросил он, смотря куда-то под потолок.

Я оглянулась, задрала голову и пригляделась. Там ничего не было. Он сумасшедший колдун и разговаривает с кем-то у себя в голове.

— Эй, — позвала его, поводив руками перед остекленевшим взглядом. — Кофе мы попили, так что можешь уходить.

— Я тебя не оставлю, — уперся он, ловя мою ладонь. — Не злись, но мне кажется, что как только ты вспоминаешь очередной кусочек, то система начинает сходить с ума и сигналить об опасности.

— Опять ты заладил про игру, — вздохнула и поморщилась.

Зазвонил телефон. Странно. Не помню, чтобы оставляла его на письменном столе.

Освободившись, прошла в спальню и ответила на вызов мамы.

— Алло, — сказала неуверенно. Она редко звонила мне первой.

— Привет, милая, — дежурно пропел голос в трубке. — Мари, послушай меня внимательно. Интонация ее резко изменилась, заставив меня понервничать.

— Что случилось? — Сердце ухнуло вниз.

— Никому не верь, особенно человеку по имени Клаус, — ошарашила она. — Что бы он тебе ни говорил, не верь ему. Это мошенник. Сначала негодяй покажется тебе милым, но как только ты начнешь ему доверять, откроется истинное лицо этого монстра. Беги от него.

В трубке послышались гудки. По коже пробежался холодок. Руки начали трястись и телефон упал на пол.

Что происходит? Откуда она узнала о Клаусе?

— Пожалуйста, уйди, — повторила, едва не плача.

— Хорошо, — процедил он. — Сделаю так, как ты скажешь, только не пожалей потом об этом.

Я кивнула сжимаясь. От волнения меня опять начало подташнивать.

Клаус резко развернулся и прошествовал в прихожую. Даже скандал не стал устраивать.

Странный он какой-то. Человек, который хочет причинить зло, сделает это в любой удобный момент, коих было море. А Клаус казался вполне безобидным, хоть и не без странностей.

Я мотнула головой, отгоняя сомнения. Звать его обратно, точно не стоит.

Тишину нарушил звонок телефона. Со вздохом я опустилась на пол и увидев имя шефа, ответила.

— Марь Сергеевна, вы вообще собираетесь появляться сегодня на работе? — Громкий возглас Олега Викторовича бодрил лучше, чем кофе.

— А разве на моем месте не Наталья, как ее там, работает? — ответила дрогнувшим голосом.

— Марь Сергеевна, я сожалею, что отругал вас вчера на ошибки. Но и вы меня поймите. Конец года, отчеты, а вы допустили оплошность в столь важный момент, — начал оправдываться он, вызывая еще большее недоумение. — Возвращайтесь, доделайте работу, а потом в отпуск уйдете с чистой совестью.

— Хорошо, — пробормотала неуверенно и скинула вызов.

Придется идти. Откинуть переживания о сумбурных происшествиях так просто я не смогла. Мозг совершенно не хотел настраиваться на рабочий лад. Посидев пару минут на кровати, вернулась на кухню, вымыла чашку и засобиралась на выход.

В прихожей заглянула в зеркало, отмечая усталые, потухшие глаза и страдальческое выражение лица. Пощипывая себя за щеки, слабо улыбнулась. Бесполезно. Фотография в паспорте и то жизнерадостней выглядит. Плюнув на все, подхватила сумку и вышла в подъезд. Не успела я отойти от дома, как рядом что-то засветилось, словно огромное овальное зеркало, излучаемое лучи солнца.

Затормозив, чуть не навернулась на льду. Что еще за чудеса? Из сияния показалась высокая черная фигура, а затем я увидела лицо мужчины из избушки. На этот раз он мне показался очень знакомым.

***

В висках запульсировала боль. Опять воспоминания? Но разве их не Клаус насылал? Раз его рядом нет, значит не он. Получается, я ошиблась на его счет.

В мутной картинке увидела себя и мужчину из избушки.

— Как твои дела? — спросила я, беззаботно болтая ногами.

Сидели мы на лавочке в парке. Впереди располагался пруд с утками. Прохожие кормили их хлебными крошками и те с радостью поедали подношения.

Сидящий рядом мужчина выглядел несколько иначе. На носу у него сидели очки в круглой оправе, черные волосы взъерошены и совсем неумело прилизаны с одного бока. Видимо, он пытался привести себя в порядок, но что-то пошло не так.

— Никто не хочет браться за реализацию моей идеи, — пожаловался он, пытаясь соскрести засохший кетчуп с серой футболки.

— Не сдавайся. — Улыбнулась ему мягко. Кажется, мы были друзьями. — У тебя все получится. Я помогу, чем смогу. Да и Клаус не останется в стороне.

— Спасибо, — ответил он чуть бодрей и приблизившись к моему лицу, убрал приставший к волосам лепесток вишни. — Я не подведу вас.

— Вот вы где. — Упомянутый Клаус шел по дорожке вдоль пруда. — На работе пришлось задержаться. Клиенты сегодня особенно недовольные.

Хлипкий мужчина рядом, вздрогнул и резко отстранился от меня. А я поднялась с места и через два шага оказалась в объятьях мужа.

— А мы обсуждали новую идею. — Кажется, в тот момент я была счастлива.

— Я уже говорил, что это плохая… — пробормотал Клаус, но замолчал под моим недовольным взглядом. — Хорошо.

— Вот видишь, он согласился. — Я опять задорно улыбнулась и поцеловала мужа в губы.

В сердце что-то екнуло. Это ведь точно мои воспоминания, а не фантазии? Но как я могла обо всем забыть? Тревога подступала вместе с нарастающей болью. Если так и дальше пойдет, то мозги мои превратятся в кашу.

Оглянувшись на тщедушного друга, заметила блеснувшую в его глазах зависть. А затем черты лица его начали медленно плавиться, словно они были сделаны из воска.

***

Я вновь вернулась в реальность. Не знаю, сколько длилось мое коматозное состояние во время просмотра очередного воспоминания, но знакомый незнакомец все еще стоял рядом. Отчего-то от криво ухмыльнулся. Сияние за его спиной резко исчезло.

— Ты лишишься всего, — сказал мужчина, делая еще один шаг ко мне навстречу.

Торопливо попятившись, едва не упала.

— Что вам от меня нужно? — спросила у него, не зная, чего ожидать от плотоядно облизывающегося мужчины.

«Зря я спровадила Клауса», — светлая мысль пришла в бестолковую голову слишком поздно.

Но мама звонила… и предупреждала. Ее ведь не могли заставить сказать это нарочно? А что если она в опасности? Что если ее держат в заложниках?

— Ты сама захотела пройти через это, — друг, который вовсе и не друг, все приближался, оттесняя меня к покрытым снегом кустам. Еще шаг и в спину уперлись голые, почерневшие ветки.

— Отойдите сейчас же! Или я полицию вызову! — закричала, уже готовая прыгать через сугробы и кусты, лишь бы не чувствовать эту неприятную близость.

— Они тебе не помогут, — усмехнулся он.

А затем я увидела блеск металла и почувствовала холод в животе. Наяву! Это все происходило наяву. Он вогнал в мое тело нож, совсем как в том снежном сне с избушкой, переливающейся множеством огоньков. Но вместо боли я почувствовала, как тянет низ живота.

Что происходит?

— Ах, ты гад такой! — Клаус появился откуда-то сбоку, но я не могла перевести взгляд на него. Глаза мои словно покрылись коркой льда. Имя этого нехорошего человека наконец всплыло в памяти. Алан.

Глава 9. Ситуация меняется (Клаус)

Экран так ярко светился красным, что казалось, он вскоре выжжет мои глаза.

— Похоже, что у нас мало времени, — сказал озадаченно и мгновенно приобрел нормальный вид. К счастью, одежда никуда не исчезла. Мари все равно испугалась. Бедняжка.

Но я все же решил действовать, чтобы побыстрей вернуть ее воспоминания.

— Послушай меня, — начал, подавляя нервную дрожь. — Мы находимся в игре. Твое сознание слилось с ней, и я пришел на помощь.

Слова складывались в корявые предложения.

— Кто ты, черт возьми, такой? — простонала Мари, поддавшись панике.

— Я твой муж, — сказал, борясь с желанием притянуть ее к себе и крепко обнять, защищая от всего.

Она взяла меня за запястье и поднесла кисть к лицу. Интересно, что сейчас происходит в ее голове?

Неожиданно на лице жены проскользнула тень узнавания. Мариэль замерла, с широко распахнув глаза. Выглядело это жутко.

Пару мгновений Мари так и сидела, но потом ее резко вырвало.

— Мари, — позвал жену, совершенно не понимая что мне следует предпринять, чтобы помочь ей. — Ты в порядке? Как себя чувствуешь?

— Я…нет, — ответила она едва слышно. Подняв ее на руки, спешно отнес в ванную комнату, где помог умыться.

— Ничего не понимаю, — сказал, вытирая ее лицо полотенцем. — Почему тебе вдруг стало плохо?

— Я кое-что вспомнила, — отозвалась она, резко становясь белой как мел. — Это больше похоже на бред.

— Не торопись, — попросил, все же не совладав с желанием коснуться Мари. — Давай возвращаться постепенно. Хорошо? Не нужно спешить.

— Не понимаю, о чем ты. — Она вновь переменилась в лице и даже попыталась меня оттолкнуть. Я отступил.

Пройдя в спальню, жена решила устроить тихий час. Пришлось ее остановить.

— Э, нет. — Отдернул сонливое тело. — Только не проваливайся между мирами. Боюсь, что в следующий раз не смогу тебя так быстро найти.

— То есть мне уже и поспать нельзя? — Насупилась Мари, плотно сжав губы.

Одновременно с этим, все вокруг опять приобрело алый оттенок. Слово «опасность», тоже высветилось. А затем, «системная ошибка». А потом и вовсе пришло сообщение в виде зеленого конверта. Нажав на него, я прочел: «Не позволяй ей так быстро возвращать память. Ее мозг может сгореть или система подумает, что ее нужно уничтожить. Алан».

Вот гад! Сначала затащил ее сюда обманом, а теперь мне письма с инструкциями пишет. В груди клокотала злость.

— Пойдем лучше чаю попьем, или твой любимый кофе со сливками? — Не зная, что еще сказать, предложил первое, пришедшее на ум.

— Иди сам. — Похоже, сто Мариэль действительно хотелось спать. Бедняжка.

Пришлось подхватить ее на руки и отнести на кухню. Дальше передо мной стояла задача найти все необходимое в многочисленных ящиках.

«Меню», — обратился мысленно.

Снежинка пару раз прокрутилась вокруг своей оси и зависла.

«И что это значит?» — позвал систему, украдкой покосившись на сонную жену.

Только после пары секунд недовольного сопения, я смог увидеть, что внутри, не открывая дверцы. Занимательная способность, вот бы и в жизни такую иметь.

Управился быстро, но сливки все не хотели появляться перед глазами. Не в магазин же теперь за ними идти.

«Эй, система, — сказал снежинке. — Давай сюда молоко».

Высветилось слово «лавка». Чтобы не выглядеть слишком странно в глазах Мари, открыл дверцу холодильника. Увидев пустоту, вздрогнул. Бедняжка сидела здесь голодная. Может, она и в реальности давно хочет кушать? Сколько же длится игра? Скоро почти сутки… или уже больше?

Тряхнув головой, попытался отогнать накрывающую панику. Мне нужны ясные мысли, а не импульсивные переживания.

— Вот куда ты их запрятала, — сказал, доставая сливки.

Нашлись они быстро. На полке виртуального магазина и стоили мне пять золотых монет. Банальщина какая. Благо, что Алан деньгами меня додумался снабдить и не заставил опять играть в наперстки.

— Как ты это сделал? — Мари явно не понравился мой фокус.

Она вдруг резко встала и мы чуть не столкнулись друг с другом. Когда ее пальцы коснулись моей руки, по телу пробежались мурашки. На миг даже показалось, что жена наконец все вспомнила и наш кошмар скоро прекратится. Но нет, ее заинтересовал пакет со сливками. Точно голодная.

Надо еще чего-нибудь купить в виртуальном магазинчике. Хотя вряд ли нарисованная еда ей способна помочь.

Мари недоверчиво открыла дверцу и оглядела пустые полки холодильника.

— Колдун, — выдала она недовольно и прогнулась еще ниже.

Сразу захотелось подшутить над ней. А нечего в такой провокационной позе передо мной стоять!

— Мари…эль, — попытался удержать невозмутимый голос, чтобы не засмеяться в следующую секунду. — Не то, чтобы я этого не хотел…

Во взгляде жены плескалась ярость. Щеки вмиг покраснели. Кажется, я перегнул палку.

— Ну ты, — Мари подавилась возмущением. Никогда я ее такой не видел. Это точно моя жена?

— Присядь, — попросил, пытаясь сгладить неловкий момент.

Все же сложно создавать новые отношения. Я уже и забыл, как общался с Мари, когда мы только познакомились. Может, я стал черствым за прошедшие пять лет? Почему раньше ничего не замечал? Совсем заработался и перестал уделять достаточно времени Мариэль. Это по моей вине она ввязалась в тестирование этой сомнительной игры.

Поставив перед ней чашку с кофе, затаил дыхание в надежде, что понравится. Мари осторожно сделала глоток и вдруг замерла. Ее зрачки и радужки стали абсолютно белыми. В глаза плескались разноцветные блестки. Точно как у кота, засмотревшегося на новогоднюю елку.

Неужели опять начала вспоминать? Только бы система не заподозрила неладное.

Не успел я присесть на стул рядом, как опять все вокруг начало мигать красным светом.

— Хватит надо мной издеваться, — тихо сказала Мари.

В этот же миг по барабанным перепонкам ударил противный звуковой сигнал.

— Что происходит? Почему опасность вокруг? — спросил у системы вслух.

Снежинка, ставшая алой, взмыла под потолок и начала кружиться, как заведенная. Лучше бы ответила, а не танцы здесь устраивала.

— Эй, — Мари явно надоело мое странное поведение. Но что поделать, она-то не видит интерфейса игры.

— Кофе мы выпили, так что можешь уходить из моей квартиры. — Настроение Мариэль вдруг резко изменилось.

Это часть скрипта или я, действительно, сделал что-то не так?

— Я тебя не оставлю, — сказал прямо. — Не злись, но мне кажется, что как только ты вспоминаешь очередной кусочек, то система начинает сходить с ума и сигнализировать об опасности.

— Опять ты заладил про игру…

Это провал. Мариэль только все больше отдаляется от меня. Я прикусил язык и чуть не ударил себя по голове от досады.

Отрезвил звонок. Замечательно. Давайте поболтаем по давно устаревшей модели телефона. Неужели и правда они раньше были такие большие?

— Алло, — Мари ответила на вызов, словно делала это каждый день.

Как она разобралась и привыкла так быстро? Если, предположим, ее память, действительно, исчезла, то моторные рефлексы все равно должны были остаться. Но она словно другой человек. Будто и не знала никогда другой жизни.

Что на самом деле с ней сделал Алан? Он явно недоговаривает.

Мари резко побледнела. Я тоже насторожился. С кем она там разговаривает? Что ей сказали? Мне послышалось, или это действительно был голос тещи?

— Все в порядке? — поинтересовался у жены, думая, что она сейчас все объяснит.

— Уходи, — сказала Мариэль едва слышно.

Я буквально увидел, как мои надежды рухнули и разбились на мелкие осколки.

— Что она тебе сказал? — спросил, потянувшись к Мари.

Неужели еще что-то случилось? Опять проделки игры! Мариэль просто этого не понимает. Для ее происходящее и есть реальность и она в принципе не может понять, что я пытаюсь донести.

От пришедшего осознания я чуть не упал на колени с диким воем. Неужели мне не удастся помочь ей выйти из игры?

В глазах Мари стояли слезы. Я напугал ее.

— Пожалуйста, уйди, — попросила она одними губами.

— Хорошо. — Я разозлился на себя. — Сделаю так, как ты скажешь, только не пожалей потом об этом.

Слова вылетели против моей воли. Что? Дурацкая игра вздумала мной управлять?

«Эй! Система! А не много ли ты на себе позволяешь?» — обратился мысленно.

Снежинка появилась будто нехотя. А потом опять пришло сообщение.

Алан писал: «Времени осталось меньше, чем мы предполагали. У тебя в запасе одна игровая неделя. Если не успеете выйти, то отключу вас вручную. Однако последствия… сам понимаешь…»

Он меня явно переоценил. Я и представить себе не мог что нас ожидает при таком исходе событий.

Пришлось отступить. Тем более что Мари выглядела так, словно она на грани нервного срыва.

Гордо вздернув нос, я чинно прошел до самой прихожей и у входной двери резко затормозил. Не дождется! Я так просто от нее не отстану и ни за что на свете больше не оставлю ее одну.

В любой момент система может начать атаку. И что именно произойдет в этот раз, я боялся даже предположить.

Через мгновение мир увеличился, а у меня появился мех и крошечные лапки. А что? Хомяк — это идеальная маскировка. Я маленький, ловкий, прыткий и готов поспорить, очень милый.

Хотя Мариэль уже видела меня в этом образе и не оценила, значит, лучше не попадаться ей на глаза. Теперь я непросто хомяк, а агент 007 в мягкой шубке. Разведя передние лапы в стороны, представил, что в них пистолеты. Сделав воображаемые выстрелы в лавочку, сдул дым с дула.

Вот так детка. Я не только мил, но еще и чертовски крут.

Опять зазвонил телефон. Пришлось прекратить дурачиться и прислушаться.

— А разве на моем месте не Наталья, как ее там, работает? — спросила жена.

Интересно, кто ей названивает? Надеюсь, что она не успела завести отношения.

Почесав ухо задней лапой, подполз чуть поближе и открыл настройки. Где здесь суперслух? Он бы мне сейчас очень пригодился. Опция все никак не находилась.

— Хорошо. — Мари резко отключила вызов.

Эх, не успел ничего. Со вздохом я закрыл меню.

Жену явно не обрадовал этот звонок, значит, это не был ее возлюбленный. Я испытал облегчение, но отдернул себя. Не время для ревности! Его и так слишком мало, чтобы еще тратить на глупости.

Мариэль прошлась на кухню, а мне пришлось вернуться в прихожую и сесть на лавку. Свесив задние лапки, и мотая крохотным хвостом, я думал, как вернуть мою Мари. Она ведь все вспомнит, и мы вместе проснемся в реальности?

Если понадобиться, то я останусь здесь вместо нее. Пусть лучше мои мозги сварятся, а она станет свободной.

Вскоре послышалась возня и недовольное ворчание жены. Она явно куда-то собиралась. Вот что ей не сидится дома?

В поисках укромного места, наткнулся на большую черную сумку Мари, которую жена часто брала с собой.

Значит, если пойдет по своим делам, то захватит меня.

План показался потрясающим, и я начал карабкаться вверх, к застежке. Провалившись внутрь, ударился животом об угол кошелька. Из горла вырвался писк. Пришлось затаиться прислушаться. Если Мари найдет меня, то выбросит за шкирку еще и отругает. Злить ее не хотелось. Я и так уже, похоже, что занесен в список злейших врагов.

«Вроде все в порядке, — подумал, хватаясь за бешено колотящееся сердце. — Пронесло».

Обрадовавшись, что все прошло гладко, зарылся поглубже и принялся ждать, когда мы отправимся по важным делам.

Однако, игра не спешила давать мне передышку. Опять появилась зеленая снежинка. Она покружилась возле моей головы и оповестила:

— Срок действия вашей маскировки заканчивается, чтобы продолжить, посмотрите рекламу или сыграйте в побочную историю.

Так у меня был карт-бланш на превращения. С какого перепугу появились сроки действия?

И что еще за странные предложения?

Кнопка с рекламой не желала работать. Как только я на нее не нажимал, высвечивалось: «нет подключения к сети».

Про еще какую-то историю я даже думать не хотел. Вдруг, если надолго оставлю Мариэль, то с ней что-нибудь случится?

Снежинка хладнокровно повторила:

— Срок действия вашей маскировки заканчивается…

— А! Давай свою историю, только скорей! — выпалил, резко проваливаясь в открывшуюся подо мной бездну.

Я вновь стал человеком, только очень прозрачным, как приведение.

— Эй, снежинка! Что ты натворила? — спросил, рассматривая свои руки.

— Посмотрите воспоминания и ответьте на вопрос, какие из них реальные, — сказала система.

Перед моим взглядом закружилась вереница картинок. Замерев, я ждал, что случится дальше. Наконец, заволакивая светом все пространство, появился белый экран.

В следующую секунду я увидел нашу совместную квартиру. На кухне за плитой стояла Мариэль и что-то готовила. Мне очень захотелось вернуться в те беззаботные дни.

— Алло, — ответила жена на звонок. — Да, мам. Нет, мам. Он отдыхает.

Слов тещи я не смог расслышать.

— Сама управлюсь, — продолжила Мари. — Все устают. И что теперь? Ладно. Потом поговорим.

Она сбросила вызов и перевела дыхание. Жена соврала матери.

В тот день я вернулся, как обычно, поздно. На работе опять был завал. Даже не поужинав и не помывшись, улегся спать. А Мариэль, оказывается, сидела на кухне, утирая слезы.

Показалась снежинка.

— Ответьте на вопрос, — пискнула она.

Передо мной появилось два варианта «Правда» и «Ложь». Занеся указательный палец, я остановился в самый последний момент. Именно такой ситуации в нашей совместной жизни, не припоминал. Но мы оба много работали, возможно, что такое случалось, но не отложились в памяти.

Я нажал на кнопку «Правда». Она загорелась зеленым светом, сигнализируя о правильности выбранного ответа.

Мотнув головой, приготовился к следующему воспоминанию.

Оно появилось слишком резко, заставив меня отпрянуть на шаг. И вновь мы с Мари были в нашей квартире, на этот раз я на нее кричал:

— Ты не уважаешь мой выбор! Всегда делаешь все по-своему!

Что так рассердило двойника, осталось загадкой.

— Прости меня, Клаус. Ты всегда занят и не находишь времени поговорить со мной. Естественно. Что многие домашние дела остаются без твоего внимания.

Мари тоже злилась и выглядела очень уставшей.

— Просто ты не ценишь мое мнение!

В показанных воспоминаниях я кричал и обзывал жену. Ее слезы меня совершенно не трогали. Кроме того, лицо двойника исказилось такой ужасной гримасой, что делалось страшно. Только больной человек мог придумать нечто подобное.

— Это ложь! Не было такого! — закричал, не в силах наблюдать за мучениями Мари.

У Алана не все в порядке с головой, раз он создал такую игру, да еще и на основе нашей семейной жизни.

— Ответ неверный, — оповестила снежинка.

Мне показалось, что еще секунда и из ее сердцевины вылезут острые зубы.

— Постой! — позвал, вытягивая руку. — Это какая-то ошибка! В нашей жизни, действительно, такого никогда не происходило!

— Ответ неверный, — повторила она, не замечая моего крика. — Последнее воспоминание.

Опять все закружилось, вызывая тошноту.

Все те же декорации. Снова мы, но на этот раз мой двойник крушил мебель и грубо отталкивал Мариэль. А когда она попыталась его обнять, тот отбросил ее к стене и ударил ногой в живот.

Мне поплохело.

— Это ложь, — сказал, давясь возмущением. — Я бы никогда на свете так не поступил.

— Ответ…ответ…ответ. — Снежинку заело. Покрываясь рябью, она повторяла одно и то же слово.

— Выпускай меня на основную историю, к Мари! Ты! Программа бездушная! — потребовал, топнув ногой по сгустившейся тьме.

Секунду ничего не происходило, но затем я увидел жену. Она стояла рядом и нежно улыбалась мне.

— Вспомнила! Наконец ты обо всем вспомнила! — протянув к ней руки, притянул к себе и крепко сжал в объятьях. — Не отпущу! Больше никуда тебя не отпущу.

— Хорошо, — сказала она охотливо. Провела ладонью по спине, вызывая волну мурашек по всему телу.

Я не помнил себя от счастья ровно минуту, а затем, сбоку появилась еще одна Мариэль. Тоже счастливая и жаждущая ласки.

— Что происходит? — спросил у первой.

— Она ненастоящая, — поведала мне жена, задорно подмигнув. — Пойдем.

Я остался на месте. Нарисовались еще две Мари. Итого четыре.

— Вы что, агенты Смиты этой игры? — спросил у всех разом, авось одна из них соизволит ответить.

Они молчали. Безумно сверкая глазами, демонстрировали безупречно белые зубы и не издавали ни звука.

Вскоре к ним еще прибавилось шесть штук. Я не на шутку испугался. Отступил на пару шагов и закричал:

— Оставайтесь на своих местах и не приближайтесь!

— Внимание! — Снежинка опустилась между нами, отрезая меня от толпы очень счастливых копий Мари. — Бонусная игра!

— Алан! Я убью тебя, когда выйду! — Оскалился, представляя перед собой лицо бывшего друга. Почему-то мне казалось, что он наблюдает за происходящим.

— В течение трех минут найдите свою настоящую жену, — продолжила снежинка, входя в штопор. Отчего ее так штормило, мне было неведомо.

Еще раз посмотрев на собравшихся копий Мари, поежился. Интересно, как мне выбрать, если выглядят они, словно кто-то яростно зажимал клавиши Ctrl+C и Ctrl+V?

— Время пошло. — Подлила масло в огонь снежинка. Сверху, в правом углу, начался отсчет. Меня накрыла паника. Действовать в сжатые сроки не мой конек. Я почувствовал, как на лбу выступила испарина.

— Алан! За что ты так нас ненавидишь? — спросил, задрав голову.

Смотреть на глупо зыркающих копий, у меня не оставалось сил.

Пришло письмо: «Не валяй дурака и быстрей возвращайся к Мариэль».

— Зачем ты, вообще, ее сюда затащил? — оскалился, понимая, что Алан все же наблюдает за нами.

— Осталось две минуты, — оповестила снежинка.

Мне ничего не оставалось кроме как подчиниться правилам игры. Я вглядывалась в каждую копию, силясь понять, где оригинал, но ни одна из них не казалась мне настоящей. Еще и эти улыбки. Стала бы Мари сейчас веселиться? Она растеряна и напугана, но точно несчастлива.

— Осталось тридцать секунд, — прогремела система над ухом.

— Они все поддельные, — ответил резко. — А теперь, верни меня к Мари и не смей нас больше разлучать.

— Правильный ответ, — сказала снежинка.

Образы Мариэль распались на пиксели. Я почувствовал, как в бок что-то колет. Руки вновь стали лапами с крохотными коготками. Значит, опять в сумке. Рядом оказалась связка ключей.

Послышался чей-то разговор и я замер прислушиваясь.

— Ты лишишься всего, — сказал мужской голос. Хрустнул снег.

— Что вам от меня нужно? — испуганно спросила Мариэль.

Интересно, кто там домогается моей жены?

— Ты сама захотела пройти через это. — Услышал, карабкаясь вверх, чтобы собственными глазами увидеть мерзавца.

— Отойдите сейчас же! Или я полицию вызову! — нервно воскликнула Мари и тряхнула сумку. Из меня вышиб дух резкий удар, но я не разжал когти, иначе бы рухнул вниз.

— Они тебе не помогут.

Я высунул морду и увидел Алана. То есть вот как?! А ну, возвращайся в свою избушку и не смей и носа оттуда высовывать.

В его руке оказался нож.

— Живо! Верни меня в человеческий вид! — крикнул, уже понимая, что ничем хорошим эта встреча не закончится.

— Для того, чтобы принять истинный облик, вам необходимо сыграть, — сказала снежинка, даже не становясь видимой. Высветились ответы для принятия решения.

— Чтоб тебя! — выругался, соглашаясь, лишь бы уже побыстрей стать человеком.

Из образовавшейся вокруг меня тьмы появился синий квадрат с миниатюрными изображениями символов Рождества.

— Соберите по три штуки в ряд, сорок снеговиков и пятьдесят елочных шариков за одну минуту, — предложила система.

Я подавился воздухом. Что за издевательство?

Запустился таймер. Пришлось пошевеливаться. Мари осталась одна с Аланом.

Резво переставляя фигурки в ряд, я думал лишь о том, как врежу под дых виртуальной версии друга.

Игра закончилась. Через секунду я уже стоял в трех шагах от жены. Из ее живота торчала коричневая рукоятка ножа.

— Ах, ты гад такой! — выкрикнул, вынимая из слота катану. Хотелось покромсать Алана на мелкие кусочки.

Сделав первый выпад, вонзил острое лезвие в его торс. Нахал даже не поморщился. Переведя на меня задумчивый взгляд, растворился в воздухе.

Мари упала на колени, орошая снег каплями крови.

— У первого игрока закончились жизни, — оповестила появившаяся снежинка. — Чтобы продолжить игру…

В ушах стоял шум.

Обхватив жену за талию, аккуратно прижал дрожащее тело к себе.

— Тише моя маленькая, — сказал, стирая слезы с ее щек поцелуями. — Все будет хорошо.

— Желаете ли вы, второй игрок, поделиться своими жизнями? — спросила снежинка.

— Да, — ответил не задумываясь.

Три ваших жизни переходят на счет первого игрока, — прожужжало над ухом.

Нож испарился, кровь тоже.

Мари сделала судорожный вдох и обняла меня в ответ, а затем потянулась к губам.

Глава 10. Баг (Мариэль)

Голос Клауса, встревоженный и полный боли, пробрался в мое сознание, вызывая неразборчивый поток воспоминаний. Особенно не понимая что именно, я смотрела обрывки чужой жизни. Словно и не со мной все это происходило когда-то, а с девушкой, очень похожей.

— Всё будет хорошо, — пообещал Клаус.

И я ему поверила. Он не плохой, а наоборот. Мама просто ошиблась. Переволновалась за меня, вот и наговорила всяких глупостей.

Клаус обдал мое лицо горячим дыханием. Показалось, случиться что-то страшное, если он вдруг отстранится.

Совершенно не контролируя себя, потянулась за исходящим от него теплом. Лишь в последний момент открыла глаза.

Неужели мы так близко друг к другу?

Еще пара миллиметров и наши губы соприкоснулись бы.

Я, наверное, с ума сошла.

Отстранившись, мотнула головой, прогоняя наваждение. Клаус подавился разочарованным вздохом.

— Нам нужно идти, — сказал он и резко встрепенулся.

Отряхнувшись от снега, потянул меня куда-то в сторону остановки. Я хотела забрать сумку, но оказалось, что она безнадежно порвалась.

— Брось. Нам это не понадобиться, — раздраженно выпалил Клаус.

Пришлось разжать пальцы и оставить в сугробе разбросанные вещи.

— Куда мы идем? — спросила, неохотно переставляя ноги по скрипучему снегу.

И ведь не холодно Клаусу без верхней одежды. Я поежилась. Меня даже в зимней куртке бесконтрольно трясло.

— Куда мы? — повторила вопрос, скользя по раскатанной детьми замерзшей луже.

— Не знаю, — ответил, не поворачиваясь. — Нам нужно где-то спрятаться. Ты в опасности.

А вот это заявление мне очень не понравилось. Я осмотрелась в поисках злодея. Но вокруг все выглядело как обычно. Похоже, что только прохожих стало больше. И все они, не скрываясь, смотрели на нас. Неужели мы настолько странные?

Пришлось подхватить Клауса под руку. Он слегка сбавил темп.

— Заметила что-то подозрительное? — поинтересовался тот, когда мы уже дошли до остановки.

Толпа, ждавшая автобус, резко развернулась в нашу сторону. Испугавшись, я едва не вскрикнула. Ужасней всего было то, что они выглядели так же как и Алан. Словно юный шутник поиграл в Фотошопе, подставляя одно и то же лицо всем запечатленным на фотографии людям.

— Они какие-то странные, — едва произнесла дрожащим голосом. От накатившего страха горло сдавил спазм.

— И в чем это выражается? — озадаченно осведомился Клаус, словно ничего не видя.

Когда не нужно, он вдруг замирает и смотрит в одну точку, а в этот раз он ничего не замечает. И как это, вообще, понимать?

Либо я схожу с ума, либо мы, действительно в игре…

— Их лица… одинаковые. Как у Алана, — пояснила, хватая ртом воздух.

— Самое время сваливать. — Клаус опять потянул меня за руку.

Мы побежали дальше, по проспекту. Прохожие, как зомби, сначала резко поворачивались, а затем начинали ускоряться, чтобы догнать нас. При этом они напевали веселую детскую песенку про елочку.

Незабываемое зрелище вызвало во мне когнитивный диссонанс и прилив адреналина.

Сердце бешено колотилось. Я, не привыкшая к физическим нагрузкам, быстро устала. Закололо в боку.

— Стой, — выдохнула облачко пара, скользя на льду. — Сил нет.

— Мари. — Клаус посмотрел на меня с болезненной тревогой. — Тогда давай прыгать в другой мир.

Мы завернули в ближайший двор.

— Издеваешься? — прошипела, стараясь выровнять дыхание.

— Нет. Соберись, — попросил, хватая меня за плечи. — Ты уже делала это ранее, но неосознанно. А теперь попробуй представить то место, где хотела бы оказаться. Только скорей. Они приближаются.

Ненавижу, когда меня торопят, но пререкаться не стала. Зажмурилась и попыталась сделать так, как он велел. И почему только в подобные моменты в голове пустота и перекати-поле.

— Мари, они хотят уничтожить тебя, принимая за вирус, баг, ошибку — в сознание прорвался голос Клауса. — Я не знаю, как тебе помочь, но буду рядом до последнего и если…

— Тише, — попросила, наморщив нос. — Я пытаюсь сосредоточиться.

На ум, кроме снега и пушистых елок, ничего не приходило. Словно я никогда не видела ничего другого. Так странно.

Запах хвои проник в нос, заставляя поежится. Послышался звук бубенцов и смех.

— У тебя получилось, — сказал Клаус с изумлением.

Сам же велел переместиться, а теперь удивляется. Открыв глаза, я осмотрелась. Мы оказались в заснеженном хвойном лесу. Могучие сосны перемежались с пушистыми елками. Сомнения в правдивости бредней Клауса испарились. Это не галлюцинации. Протянув руку, я коснулась заснеженной ветки. Странно, но холод ощущался по-настоящему.

— Что за игра такая? — спросила у единственного источника информации. — Почему я мерзну? Разве здесь все не настоящее?

Клаус сжимал мою левую ладонь

— Я и сам не знаю почему так. Всеми деталями новой игры Алан делился только с тобой. При мне вы всегда умолкали и загадочно улыбались, — ответил и импульсивно притянул меня к себе.

— А ты ревновал, — выдохнула ему в губы.

Я чувствовала, как бешено колотилось его сердце.

— Самую малость, — хмыкнул он, смотря на меня с нескрываемой нежностью.

Поцелуй Клауса оказался ласковым и осторожным, будто он боялся, что в любой момент я оттолкну его или закричу. Мне даже стало чуточку совестно, за свое поведение в прошлом. Безумно хотелось вернуть память и больше никогда не терять ее. Но недавние вспышки озарения не спешили появляться вновь.

Отстранилась от мужа с легким вздохом разочарования.

— Нам нужно найти укрытие. — Он замер и посмотрел поверх моей головы. Поморщился и поджал губы.

— Может, опять прыгнем? — продолжила, окрыленная первым успехом. — На этот раз я представлю место получше.

— Не надо, — мотнул головой и потянул за собой. — Пойдем. Возможно, если будем много двигаться, то не замерзнем.

— Но у тебя и так руки теплые, хотя ты одет не по погоде, — заметила, шагая рядом с ним.

Сугробы до колен затрудняли наше движение, но Клаус шел напролом, не замечая препятствий.

— Зато ты холодная как лед и это меня очень беспокоит, — сказал Клаус, сосредоточенно прорубая нам путь.

Я быстро устала. Меня уже даже не заботила новая игровая реальность, в которой, как оказывается, я провела достаточно долгое время. Глаза слипались, безумно хотелось спать.

— Можно я вздремну и мы потом опять пойдем куда-то там? — промямлила, едва шевеля губами.

— Ты пингвин что ли? — усмехнулся муж, подхватывая меня на руки. — Наслаждайся. В реальности меня надолго бы не хватило.

— Там я толстая? — спросила, представляя, что должно быть, здесь играет мой аватар.

— С чего ты это взяла? — изумился он. — Нормальная. Выглядишь в точности, как и здесь. Только там более эмоциональная, открытая, веселая и… одним словом - живая…

Его слова меня расстроили. Я не помнила той, другой версии себя. И вероятнее всего, Клаус любит именно ту, свою Мари, а не меня. Это буквально ломало мой мозг. Получается, что я ревную его к самой себе? Так! Стоп! С какого перепуга я его вообще ревную?

Зыркнула на мужа недовольно, и засопела обиженно.

— Прости. Я сказал какой-то бред. — Клаус остановился и опустил меня на снег. Пальцы сводило от холода. — Ты это ты, в любой из реальностей. И я буду любить тебя несмотря ни на что. Даже если забудешь меня еще раз.

Не зная, что и ответить, обняла себя, потирая плечи. Опять ко мне подкралось чувство неловкости.

— Пойдем. — муж выдохнул облачко пара. — Разведем костер иначе ты, действительно, замерзнешь.

Я молчаливо кивнула.

Подведя меня к пушистой елке, он взмахнул рукой и полянка рядом с деревом стала утоптанной.

— Может, сразу дом создашь? — изумилась, наблюдая за его способностями.

— Точно не зная, куда ты нас перенесла, но система говорит, что у меня ограниченный запас возможностей, — пояснил Клаус, указывая мне на санки возле елки.

Я даже не заметила, когда они успели появиться. Однако, выглядели в точности как те, что были у меня в детстве.

— Как ты узнал? — изумленно спросила у мужа.

— Что именно? — Видимо, он не понял моего вопроса.

— Про санки, — На всякий случай решила уточнить, не веря в совпадение.

— А… — протянул он растерянно. — Это не я, а система.

— Понятно, — пробормотала, присаживаясь на увеличенную версию любимого зимнего транспорта.

— Подожди здесь, — велел Клаус. — А я пойду найду хворост и разведу костер, чтобы согреть тебя.

— Почему ты не хочешь опять переместиться? — надулась, наблюдая за тем, как его фигура удаляется вглубь леса.

— Оставим этот вариант на крайний случай, — ответил он, скрываясь из виду.

Вот молодец! А если опять появятся эти кровожадные копии Алана. Что мне тогда делать?

Подув на околевшие пальцы, поняла, что больше так не могу. Слишком холодно.

— Тепло ли тебе девица? — спросил, вдруг появившийся незнакомец в костюме Деда Мороза.

Сначала подумала, что это Клаус решил меня разыграть. Даже за бороду хотела дернуть.

Я резко встала, но в последний момент остановилась. Так и замерла с протянутой рукой и приоткрытым ртом.

Выглядел Дед Мороз совсем как мой дедушка. Синие глаза светились добротой, нос картошкой слегка порозовел, а щеки специально подкрашены красными румянами. Густые седые брови немного приподняты, словно он удивился, повстречав меня здесь.

— Холодно, — ответила, невольно улыбнувшись.

— А ну, отошел от нее! — Клаус бежал к нам, отбросив в сторону собранные ветки.

— Всё в порядке. — Я сделал шаг навстречу мужу. — Он не причинит нам зла.

— Коли замерзли, пойдем в мою избушку, — послышался голос дедушки.

— Да, конечно! — от услышанного предложения, я радостно подпрыгнула.

Но похоже, что Клаус не разделял моих эмоций. Он отошел в сторону и основательно осмотрел Деда Мороза с ног до головы. Тот терпеливо ждал ответа, облокотившись на посох.

— Ты уверена? — спросил муж, ловя мой уставший взгляд.

Я кивнула. Силы и энергия стремительно заканчивались, утекали, как молоко из прохудившегося пакета.

— Тогда пойдем. — Клаус взял меня за руку и пошел вслед за дедом.

Тот уже пробирался, хрустя снегом, в одному ему известном направлении. Я не отличалась его проворностью, с каждым шагом все глубже проваливаясь под снег. Дед же шел так легко, будто ничего не весил. Я скрипнула зубами.

Мне безумно захотелось съесть чего-нибудь, но при этом накатывала тошнота. Побороть ее я так и не смогла. Меня вырвало. Уже в который раз?

Муж помог оттереться снегом.

— Нам нужно как можно скорее покинуть игру, — пробормотал он, подхватывая меня на руки.

Глава 10.2

Я бы тоже не отказалась выбраться в реальность и наконец вспомнить все, но ничего не получалось. От усталости слипались отяжелевшие веки. Прислонившись лбом к плечу Клауса, я задремала, особенно не надеясь на удачу в виде еще одного пазла потерянных воспоминаний.

Однако, игра решила дать мне шанс. Привиделся образ цветочной арки и взволнованных гостей.

— Я так рада за тебя, Мариэль, — Счастливый возглас моей подруги.

— Оделия? — опешила от осознания, что я ее знаю. Вспомнила.

Миниатюрная блондинка с милым личиком. И очень большим и круглым животом.

— Ты беременная? — удивилась еще сильней.

— Еле успела. Погода просто ужасная, — не замечая моих вопросов, она щебетала не переставая. — Два вылета отменили. Представляешь?

Точно. Она давно уехала за границу, вышла там замуж. Мы общались только по видеозвонкам, иногда с голографическими проекциями.

Но затем звонки стали все реже. Мы перешли на переписку и редкие голосовые сообщения. В социальных сетях я видела, как счастлива моя подруга и искренне радовалась за нее. Оказывается, что она уже беременна вторым ребенком.

От резко нахлынувших воспоминаний, разболелась голова. Надо же, как сложно вернуть свою личность. Алан забрал у меня все.

И только я об этом подумала, как увидела его. В ушах сразу появился протяжный звон.

— Там уже все готово, — сказал он, едва слышно. — Надо начинать церемонию, иначе гости замерзнут. Да и жених уже заждался.

Алан вел себя непринужденно и дружелюбно. Ножа в его руках я не заметила, но расслабляться не спешила. Кто знает, что будет дальше.

— Идите уже, — Подтолкнула меня Оделия. В этот раз я наблюдала за воспоминанием от первого лица. — Все немного нервничают на своей свадьбе. Я тоже боялась и дрожала, но ты меня переплюнула. Может, принести нашатыря? Выглядишь ты очень бледной. Корсет не жмет?

Подруга суетилась, поправляла оборками белого пышного платья, в котором я была одета. До меня дошло это не сразу. Сначала опустила рассеянный взгляд на руки с красивым маникюром, а потом на белое облако, что зовется юбкой.

— С ума сойти! Я выхожу замуж! — вырвался волнительный возглас.

Подруга и Алан засмеялись.

— Наконец ты осознала, — подмигнул друг.

В этом воспоминании он был именно им. В глазах Алана лучилась только доброта и забота. Он кардинально отличался от того, что преследовал нас в игровой реальности.

— Пошли скорей! — это уже сказала я в воспоминании. Утратив возможность управлять телом, только хлопала ресницами, наблюдая за тем, как друг ведет меня к алтарю.

По бокам от красной дорожки сидели гости в теплой одежде. Мой взгляд зацепился за одну дамочку с роскошной белой муфтой на коленях. Я не сразу узнала в ее холодном лице свою мать. Удивительно, как она отличалась от того образа, что был изображен в игре.

Клаус в смокинге выглядел очень эффектно. Абсолютно счастливый, он взял меня за руку. Я почувствовала едва уловимое тепло на кончиках пальцев. Все же он мой настоящий муж. И судя по тому, как колотилось сердце.

Любимый.

Глаза начала застилать соленая пелена слез.

Как я могла забыть те чувства, что испытывала к тебе? Теперь они мне показались слишком яркими и чужеродными одновременно.

Дёрнувшись, я открыла глаза и поняла, что мы все еще бредем по заснеженному лесу.

Клаус терпеливо нес меня на руках, напряженно вглядываясь вперед. Начинало темнеть.

— Как долго я спала? — спросила у него, дотронувшись до теплой щеки.

— Тебе лучше? — Клаус покосился на меня, замедляя шаг.

— Я вспомнила нашу свадьбу, — выпалила, не в силах больше сдерживать нахлынувшую волну эмоций. Голова от нее раскалывалась, но все перекрывало ощущение безграничного счастья.

— В самом деле? — удивился Клаус, приподнимая бровь.

Расплывшись в улыбке, энергично кивнула.

— Молодежь, — обратился к нам дедушка. — Мы почти пришли.

И в самом деле, на опушке леса показалась темная тень небольшого домика. Оказывается, мы выбрались из нестройного ряда хвойных красавиц.

Я слезла с рук мужа, решив пройти оставшееся расстояние самостоятельно. Клаус не стал возражать. Он все нервно оглядывался, видимо, ожидая, что в любую секунду могут появиться враждебные копии Алана.

— Опять игра оповещает об опасности? — спросила у мужа на подходе в избушку.

— Да, но ты не волнуйся. Все под контролем, — ответил он, дернув плечом.

А я так разомлела от последних воспоминаний, что и не боялась ничего. Клаус поможет, и игра не причинит нам вреда. Во мне зрела эта уверенность даже несмотря на непрекращающуюся усталость. Вроде и отдохнула на руках у мужа, а подъем сил так и не почувствовала.

То и дело ощущала на своих губах глупую улыбку. Крепко так меня приложило воспоминание.

— Милости прошу, гости дорогие, — сказал дедушка, открывая скрипнувшую петлями, массивную дверь.

Нас встретила просторная светлая комната, стены которой были покрыты сверкающей наледью. Не сдержав любопытства, я прикоснулась указательным пальцем к блестящему косяку. На ощупь поверхность оказалась гладкой и совершенно нехолодной. Словно кто-то залил глиттер эпоксидной смолой.

Аккуратно разувшись, прошла дальше. Помимо огромного стола у окна, в дальнем углу стояла широкая кровать, накрытая шкурой с белым мехом. Справа от кровати стоял шкаф, а за ним, сервант. Стекла в нем тоже заледенели, но мне все равно удалось разглядеть расписанные под гжель тарелки и чашки.

— Отдыхайте, — сказал Дед Мороз, отвлекая меня от рассматривания его домашней утвари. — Я сейчас самовар поставлю.

Вот дела! Неужели настоящий?

Резко замерев, поняла, что опять проваливаюсь в воспоминания.

***

Мы сидели с Аланом вдвоем. В кафе было уютно и вкусно пахло свежей выпечкой.

— Здорово, наверное, отмечать праздники в кругу семью, — протянула я из воспоминаний и выглянула в окно, на заснеженную улицу. Прохожие прогуливались с семьями и парочками.

Еще один кусочек пазла из забытой жизни приходилось смотреть со стороны, словно фильм.

Алан сидел напротив и сверлил мое лицо отнюдь не дружеским взглядом. В нем читалось более сильно чувство.

— Мари, я обязательно что-нибудь придумаю, — сказал он, поправив очки. — Знаешь, в последние годы технологии развиваются очень быстро, в том числе и игры. Ты подала мне интересную идею.

— Да, брось, — усмехнулась, взглянув на него мягко, словно на младшего брата. — Разве такое возможно?

— Конечно! — От переизбытка эмоций, он резко вскочил, отодвигая стул с характерным шумом. — Ты сможешь встретить Новый год в кругу семьи любой эпохи и они все будут рады тебе.

— Интересно. — Веселье не сходило с моего лица. — А что еще можно будет сделать в игре?

— Полная свобода. — Алан расставил руки в стороны, но осекся, заметив, что на нас начали смотреть посетители кафе. Кто-то даже стал снимать на камеру в телефоне. — Простите.

Он вернулся на место и опустил голову, заливаясь краской.

Неужели Алан, действительно, когда-то был таким душкой?

Голову начала пронзать боль, но мне так хотелось досмотреть что будет дальше. Сжав пальцами виски, я прикусила нижнюю губу.

— Там не будет игровой истории или квестов? Ну…знаешь. — Доносились до слуха когда-то произнесенные мной слова.

— Пока не знаю, — отозвался Алан. Образ его покрылся рябью. — Но там точно будет безопасно и уютно.

Потерев лицо, я прищурилась, взглядом впиваясь в тлеющие образы. Последнее, что могла разглядеть, как Алан потянулся через стол и поцеловал меня. Я совершенно не сопротивлялась, а наоборот, подалась вперед, будто мне это очень понравилось.

***

— Мариэль, опять что-то вспомнила? — спросил Клаус, садясь рядом.

Как оказалось, я успела свалиться на кровать гостеприимного дедушки и без зазрения совести, начала пускать слюни на его подушку.

— Да, — ответила, проведя пальцами по своим губам, словно это помогло бы стереть поцелуй Алана.

Какой кошмар! Я изменял мужу с нашим другом.

От увиденного становилось трудно дышать.

— Похоже, что-то не очень приятное, — сделала вывод Клаус из-за моего продолжительного молчания после односложного ответа.

— Потом тебе расскажу, — пообещала, медленно поднимаясь с кровати.

Голова все еще трещала, низ живота тоже побаливал.

— Кажется, к нам гости, — сказал Дед Мороз задумчиво. Сняв шубу, он смотрел в окно.

Клаус быстро подскочил к нему и негромко выругался сквозь стиснутые зубы.

— Что там? — Вытянув шею, попыталась рассмотреть то, что так его расстроило.

Я разглядела лишь неясные черные силуэты, выходящие из-за деревьев.

— Нас нашли, — ответил муж, сильно сжав челюсть. Отчего на его лице проступили желваки.

— В моих воспоминаниях Алан говорил, что игра будет полностью безопасной. — выпалила, быстро облизав пересохшие губы.

Румянец прилип к щекам. Вот как рассказать мужу о моей измене? ЧТо если эта важная деталь и без вынужденного откровения нам не выбраться из игры?

— Он и мне много чего говорил, — фыркнул Клаус, с интересом наблюдая за сменой цвета моего лица. Уши тоже начали полыхать.

— Они скоро будут здесь, — ахнул дедушка, надевая шубу и беря посох. — Мне нельзя было вам помогать, так что дальше вы сами по себе.

Мы только успели оглянуться на его голос, как тот проворно исчез.

— Что нужно, чтобы выйти из игры? — спросила у Клауса, наблюдая, как сквозь замерзшие узоры к избушке приближаются многочисленные копии Алана.

Мне стало интересно что случится, когда они подберутся вплотную. Достанут ножи и будут кромсать нас в капусту? Но это же добрая игра для погружения в атмосферу Нового года. Как-то нелогично получается. Прежде чем строить догадки, нужно собрать все кусочки.

— Алан сказал, что твое сознание слилось с игрой, — ответил муж, нервно перебирая мысли. — Чтобы вернуться, тебе нужно вспомнить все.

Я лишь фыркнула. Где это видано, чтобы сознание человека стало единым целым с искусственным интеллектом, если учесть, что он им еще не является в полной мере. В лучшем случае лет через двадцать может произойти такой прорыв. Откуда эти мысли в моей голове?

Сомнения росли, порождая еще больше вопросов.

Дверь резко распахнулась и на пороге показались силуэты Алана. Тела их были словно резиновые, а лица не выражали абсолютно никаких эмоций.

Клаус проворно задвинул меня за спину, вынимая из ниоткуда две катаны. Неужели он собрался драться с ними? Ни к чему хорошему это не приведет.

Надо скорее найти другой выход.

Глава 11. Жизни. (Клаус)

Не успел я обрадоваться, что моя Мари вернулась, как она резко отстранилась. От разочарования из горла вырвался невнятный всхлип. Вот ведь глупая игра, чтоб тебя.

Та, кстати, не спешила нас радовать тем, что мучения наконец закончились. Опять поступил сигнал об опасности.

— Нам нужно идти, — буркнул, пугаясь резко выскочившей сбоку снежинки.

— Следуйте за мной, — велела она, и покатилась а-ля клубок по обледеневшему асфальту.

Пришлось припустить за не с Мари на руке. Жена последовала за мной пару метров, нехотя переставляя ноги. А потом резко остановилась и разжала пальцы, чтобы вернуться и потерянно ухватиться за разорванную сумку. И далось ей это барахло.

— Брось. Нам это не понадобиться, — сказал, стараясь не терять снежинку из виду. К счастью, та остановилась.

Мари оставила сумку и повесив голову, взяла меня за руку. Больше не теряя времени, я поспешил в указанном снежинкой направлении.

— Куда мы идем? — поинтересовалась Мариэль спустя пару минут.

Выглядела она не только уставшей, но еще и замершей. Ее чуть холодные пальцы доверчиво сжимали мою ладонь. Когда же мы сможем выйти из игры?

Состояние Мари вызывало у меня тревогу.

— Куда мы? — переспросила она, так и не дождавшись ответа. Проехалась по льду и почему-то взглянула на меня с раздражением. Ах, да. По ее мнению, это я виновник всех бед.

— Не знаю. — пришлось дать честный ответ. Уточнять, что мы следуем за снежинкой, не стал. Это вызвало бы у нее лишнее беспокойство.

Мари вдруг резко подхватила меня под локоть, прижимаясь теснее. Неужели испугалась чего-то? Посмотрев по сторонам, не увидел ничего необычного. Может, она начала понимать, что вокруг все не настоящее?

— Заметила что-то подозрительное? — спросил, присматриваясь к прохожим. Выглядели они слегка странно.

Ходили так, словно не прогружались в полной мере с обычной скоростью, отчего замирали на несколько секунд, а затем продолжали движение.

Также дергано люди начали оборачиваться в нашу сторону.

— Они какие-то странные, — ужаснулась Мари. Значит, все же игровая реальность стала выдавать свой настоящий вид и в ее восприятии мира. Даже не знаю, хорошо это или плохо. Лишь бы не случилось нервного срыва или чего похуже.

— И в чем это выражается? — спросил, присматриваясь к незнакомцам. Лица их подергивались и расплывались на пиксели. Не подавая вида, что увидел странные вещи, взглянул на Мари доверчиво и наивно. Мне была интересна ее версия происходящего.

— Их лица… одинаковые. Как у Алана, — наконец ответила она, явно находясь в шоке от увиденного.

Ее слова меня удивили.

— Следуйте за мной, — опять позвала снежинка, подлетая ближе.

В кои-то веки она пытается помочь добровольно.

— Самое время сваливать. — Я потянул жену за собой, отвлекая от ошалевшего созерцания глючащих прохожих.

К слову, выглядели они и вправду жутковато. У некоторых из них не прогружались части лица. Другие шли, уперевшись лбом в стену. Третьи просто тянули к нам свои подрагивающие руки. С лица Мари не сходил первобытный ужас.

Пришлось перейти на бег, чтобы поспевать за вдруг активизировавшейся снежинкой. Надо пользоваться моментом, пока нам помогают.

Жена быстро устала, и вскоре послышалось:

— Стой.

Вот что мне с ней делать?

— Для спасения нужно перейти на другую карту, — пискнула снежинка исчезая.

Зря радовался. Меня опять обдурила эта невыносимая игра. А я, как дурак, поверил. Еще и бежал за ней.

— Мари. — Мне стало жаль жену. Ее привычная реальность рушилась на глазах. — Тогда давай прыгать в другой мир.

А я еще масло в огонь подливаю. Хотелось бы, чтобы все прошло безболезненно и быстро, но не получается.

Осмотревшись, заметила проход между домами с аркой из красного кирпича. Нам туда.

— Ты издеваешься? — Из-за сбившегося дыхания, Мари стало сложно говорить.

— Нет. Соберись. — Взяв ее за плечи, заглянул в испуганные глаза. — Ты уже делала это ранее, но неосознанно. А теперь представь то место, где хотела бы оказаться.

Да, не умею я поддерживать. Слова складываться в грубые фразы. Так не разговаривают с любимыми.

— Внимание! Опасность! — Появилась красная снежинка.

Спрашивается, зачем она вообще показалась, раз прекратила помогать. Предательница ледяная.

Мигнул значок с изображением конверта. Открыв сообщение, я прочитал: «Система считает Мари багом и вскоре попытается ее уничтожить. Пожалуйста, спаси Мариэль. Ведь она не только тебе дорога».

Это что еще за новости? На что он намекает? Кому еще Мари дорога? Родителям? Родственникам? Или…

— Опасность! — опять заголосила снежинка.

Жена все мялась на месте, никак не решаясь что-либо сделать. Пришлось действовать резко.

— Мари, они хотят уничтожить тебя, принимая за вирус, баг, ошибку…

Я решил сказать правду. Пусть она знает что происходит на самом деле. Да, это ее еще больше шокирует, но и обманывать нельзя, нужно действовать. Тем более что кривые фигуры начали пробираться во двор. Ходили они по-прежнему дёргано, но приближались неумолимо.

— Я не знаю, как тебе помочь, — добавил негромко, — но буду рядом до последнего и если…

— Тише, — перебила она недовольно. — Я пытаюсь сосредоточиться.

Пришлось захлопнуться и смиренно наблюдать за тем, как нас медленно обступают глючащие прохожие. Мари зажмурилась, а я приготовился доставать оружие, если понадобиться.

К счастью, крайние меры не пригодились. Мариэль умница и все сделала как надо. Через пару мгновений мы уже стояли в заснеженном лесу.

— У тебя получилось, — выпалил, не сумев сдержать изумленный возглас.

Мари пребывала в шоке. Настороженно рассматривала все вокруг, словно не веря своим глазам.

— Что за игра такая? — поинтересовалась она, доверчиво взяв меня за руку. Я аккуратно сжал холодные пальцы.

Она явно мерзла, в то время как на меня этот ненастоящий снег не оказывал никакого ощутимого воздействия.

— Я и сам не знаю, почему так, — ответил честно. — Всеми деталями новой игры Алан делился только с тобой. При мне вы всегда умолкали и загадочно улыбались.

Вспомнив те моменты, я вдруг почувствовал нестерпимое отчаяние. Надо было раньше интересоваться, о чем они там шушукаются. Если бы не моя беспечность, мы бы не оказались в таком затруднительном положении.

Не совладав с нахлынувшими чувствами, притянул Мари к себе.

— А ты ревновал, — сказала она с легкой улыбкой. Мариэль больше не относилась ко мне с осторожностью. Неужели мы наконец начали двигаться в правильном направлении?

— Самую малость. — Я поддался ее очарованию.

Мягко коснувшись ее губ, замер, боясь испортить момент. Надо признать, по этим делам я мастер. Вено сделаю что-нибудь не так и не только сам попадаю в неловкую ситуацию, но и других заставляю испытывать стыд за себя.

Мари, словно почувствовав мою неуверенность, перехватила инициативу.

Все закончилось слишком быстро. Но и большего я просить не мог. Спугну ее и придется начинать все заново.

Опять появилась снежинка, возвращая мои мысли к проблемам.

— За использование способностей первый игрок лишается одной жизни, — оповестила она. — Приближается опасность!

— Нам нужно найти укрытие, — сказал, замечая над головой Мари цифру с количеством оставшихся жизней.

— Может, опять прыгнем? — От предложения жены меня передернуло от страха. — На этот раз я представлю место получше.

— Не надо, — остановил ее, пока она и вправду не вздумала совершить озвученное. — Пойдем. Возможно, если будем много двигаться, то не замерзнем.

Попытавшись отвлечь ее, повел дальше в лес. Непонятно только мы углублялись или двигались на выход.

— Но у тебя и так руки теплые, хотя ты одет не по погоде, — заметила она, все так же доверчиво сжимая ладонь и следуя за мной.

— Зато ты холодная как лед и это меня очень беспокоит. — Сугробы оказались слишком глубокими для Мари.

Она так и норовила плюхнуться в них носом.

— Можно я вздремну и мы потом опять куда-то там пойдем? — предложила Мариэль, быстро выбившись из сил.

— Ты пингвин, что ли? — спросила, не в силах оставаться серьезным, глядя на ее жалостливую моську. Подхватив жену на руки, воспользовался моментом, чтобы обнять ее и прижать к себе. — Наслаждайся. В реальности меня надолго бы не хватило.

Ляпнул совсем не подумав.

— Там я толстая? — Мари поняла мои слова по-своему.

— С чего ты это взяла? — Запнулся, поджав губы. И почему я не могу удержать язык за зубами? — Нормальная ты. Выглядишь в точности, как и здесь. Только там ты более эмоциональная, открытая, веселая и… одним словом - живая.

Вот опять я сболтнул лишнего. Мари мои слова сильно расстроили.

— Прости. Я сказал какой-то бред. — Неловко отпустив нее, отметил, что Мари все еще дрожит от холода. Губы ее приобрели синеватый оттенок. — Ты это ты, в любой из реальностей. И я буду любить тебя, несмотря ни на что. Даже если забудешь меня еще раз.

От услышанного она сгорбилась, словно желая стать маленькой, а желательно, невидимой.

«Снежинка! — позвал украдкой. — Как сотворить дом?»

— К сожалению, вы переместились на пограничную зону. — Перед моим взором появилась замысловатая карта с зеленой точкой где-то между двух островов. — Ваши силы здесь почти не действуют. Пожалуйста, используйте свои возможности разумно.

— Пойдем, — позвал, на ходу соображая что я могу сделать для согрева жены. — Разведем костер, иначе ты действительно замерзнешь.

Мари оказалась со мной солидарна.

Пришлось отвести ее к ближайшему дереву и утрамбовать снег. Огонь разжечь не получалось.

«Недостаточно сил», — вот что мне говорила снежинка, показывая разряженную батарейку. Сбоку от которой, отсчитывалось время. Через пять минут должна была появиться одна доля энергии.

Ненавижу эту игру.

— Может и дом сразу создашь? — Похоже, что мысли у нас на этот раз сошлись.

Но пришлось огорчить Мари:

— Не знаю точно, куда ты нас перенесла, но система говорит, что у меня ограниченный запас возможностей.

Я указал ей на дерево и с изумлением заметил стоящий возле него предмет.

— Как ты узнал? — Мари тоже обратила внимание на новый объект.

— Что именно? — Мне не удавалось как следует рассмотреть его.

— Про санки, — Жена вдруг стала такой счастливой.

— А… Это не я, а система.

Вот откуда снежинке известно, как заставить Мари улыбаться? Или в этом есть заслуга Алана?

— Понятно. — Мариэль резко поникла, но в санки все же села. Вот ведь даже по размеру они ей подошли.

— Подожди здесь, — попросил, прикидывая, хватит ли мне энергии разжечь хотя бы искру. — А я пойду найду хворост и разведу костер, чтобы согреть тебя.

— Почему ты не хочешь опять переместиться? — спросила Мари, потирая ладони.

— Оставим этот вариант на крайний случай. — Пришлось действительно собрать немного сухих веток. Энергия восстанавливалась медленно, вызывая у меня нервный тик.

Оставлять Мариэль одну надолго, я не решился и вскоре вернулся на полянку с охапкой хвороста.

Но как только жена оказалась в поле моего зрения, заметил, что рядом с ней кто-то стоит. Неужели Алан опять нас нашел? Странно. Тогда почему снежинка не сообщила мне об опасности?

Глава 11.2

Сердце пропустило удар. Отбросив в сторону добычу, побежал к ним навстречу.

— А ну, отошел от нее! — закричал, готовый накинуться на него.

— Все в порядке, — вмешалась Мари. — Он не причинит нам зла.

— Коли замерзли, пойдем в мою избушку, — последовало предложение от незнакомца.

Выглядел он безобидным. Лицо не расплывалось на пиксели и двигался вроде нормально.

— Да, конечно! — радостно просиял жена.

Интересно, почему ее настроение так резко меняется?

— Ты уверена? — спросил, после пристального изучения внешности деда.

Мари была настроена решительно. Ее беспечности я не разделял, но сделал так, как она хочет.

— Тогда пойдем, — сказал, ловя ее за руку.

Лучше не отпускать Мари далеко.

Дед припустил вперед так резво, что я еле поспевал за ним.

— Нам нужно как можно скорее покинуть игру, — Подхватив жену на руки, подумал, что так будет быстрей.

Мари взглянула на меня с благодарностью и вскоре начала клевать носом.

— Только открыв свои истинные чувства, вы оба сможете выбраться из игры, — сказал загадочную фразу дед не оборачиваясь.

— Вам-то откуда знать наверняка? — огрызнулся совсем не вежливо.

Незнакомец не ответил. Глухой он что ли?

Плотно сжав губы, решил, что лучше молчать.

Мари спала сладко, словно маленький ребенок. Порой она произносила невнятные слова и издавала приглушенные звуки. Умиляясь ее видом, я шел за дедом, в надежде, что скоро будем на месте. Но время шло, а мы будто бродили по кругу, заблудившись в трех соснах.

Спросить у провожатого о том, когда дойдем до места, не решался. Вскоре солнце окрасило небо в рыжие краски. Мари шевельнулась и открыла глаза.

— Как долго я спала? — спросила она, будто у меня с собой есть часы.

От ее неуверенного прикосновения к моей щеке, сбавил темп. Показалось, что если и дальше продолжу упорно проделывать колею, то непременно упаду.

— Тебе лучше? — поинтересовался, взглянув на жену. Мари опять выглядела счастливой.

— Я вспомнила нашу свадьбу, — сказала она импульсивно. Что же, раз она улыбается, значит, все хорошо.

— В самом деле? — Я тоже попытался изобразить на лице счастье, но от усталости сводило скулы.

— Молодежь, мы почти пришли, — обрадовал нас незнакомец.

Мариэль, увидев небольшой домик, оживилась и, спрыгнув с рук, припустила вперед. Я поспешил за ней.

— Внимание! Опасность! — вдруг заверещала снежинка, как пожарная сигнализация.

Я вздрогнул и остановился от резкого звука. Неужели нельзя как-то помягче? Бездушная ты машина!

Мари, словно что-то почувствовав, замедлилась и спросила:

— Опять игра оповещает об опасности?

— Да, но ты не волнуйся. Все под контролем, — ответил, понимая, что Мариэль все больше осознает окружающую реальность. Возможно, что скоро она сможет увидеть эту игру так же как и я.

— Милости прошу, гости дорогие, — сказал дед, приглашая нас войти.

Мари протиснулась в избушку первой, и судя по восхищенным возгласам, ей там все понравилось.

— Отдыхайте, — велел хозяин дома. — А я сейчас самовар поставлю.

Понятия не имея о чем он говорит, прошел к огромному столу и сел на лавку. Мари, не стесняясь, рухнула на кровать и опять заснула в считаные секунды. Похоже, что память начала возвращаться интенсивней и это очень выматывало Мариэль.

Нам придется бегать от копий Алана до тех пор, пока она не вспомнит все.

— Строить отношения дело не из легких, — сказал дед, доставая металлический котелок. Видимо, это и есть обещанный самовар.

— Вы правы, — отозвался, особенно не надеясь на продолжение разговора.

— Их фундамент состоит из взаимного доверия, а вы утратили его, — сказал он, немало удивив меня.

— Что вы имеете в виду? — спросил, слегка наклонившись.

Хотелось увидеть его глаза, но тот всячески прятал свое лицо. Казалось, что в любой момент вместо доброй старческой улыбки, появится хищный оскал Алана. А верить словам бывшего друга я не намеревался.

— Поговорите с супругой по душам. — Хозяин дома все же повернулся ко мне.

Его лицо не изменилось. Я вздохнул с облегчением. Это вызвало ухмылку у деда.

Этот тип явно что-то знает и больше похож на еще одного игрока, нежели на обезумевших ботов.

— Она ничего не помнит. — Нахмурилась, не скрывая досады.

Раз он такой всезнайка, то может, подскажет что-то.

— Скоро наступит переломный момент. — Звучало это как обещание. Откуда такая уверенность? Или он знал о дальнейшем развитии событий?

Так значит игра все же имеет определенный сюжет. Надеюсь, что финал у него не драматичный. Я даже думать не хочу, что после всего пережитого мы провалимся и навечно останемся в игре.

От пришедших мыслей меня передернуло.

— Не отходи от нее ни на шаг. — Дал еще один ценный совет добренький хозяин избушки.

Я вмиг оказался подле Мари. В эту же секунду она открыла осоловелые глаза.

— Мариэль, опять что-то вспомнила? — Ее вид вызывал у меня все больше опасений. Синюшные губы так и не розовели. Еще и кончик носа побелел. Надеюсь, что это не обморожение.

— Да. — Словно услышав мои мысли, она коснулась подушечками пальцев губ. Однако, делиться подробностями жена не спешила.

Неужели ей больно?

— Видимо, что-то не очень приятное, — я прервал затянувшееся молчание.

— Потом расскажу, —отмахнулась она поднимаясь.

Неужто игра подсунула ей ложное воспоминание об избиении? Алан! Подлец!

— Кажется, к нам гости, — протянул дед.

Медлить я не стал и подскочил к окну, чтобы собственными глазами убедиться, что нам крышка.

Они словно лезли изо всех щелей.Темные фигуры с неестественно длинными конечностями. Некоторые передвигались на четвереньках.

Это точно игра про Новый год? Откуда эта хтонь несусветная появилась?

— Что там? — Мари тоже стало интересно посмотреть на, так называемых, гостей.

— Нас нашли, — сказал на случай, если она не разглядела их.

— В моих воспоминаниях Алан говорил, что игра будет полностью безопасной, — ответила жена, все же увидев чудовищ.

— Он мне тоже много чего говорил, — выпалил более грубо, чем планировал.

Ее лицо вдруг залилось краской. Почему она начала защищать Алана? Гнев буквально закипал во мне. Сдержался с трудом.

Мари ни в чем не виновата, просто не помнит и не знает полной картины происходящего. Но она всегда была добра к незадачливому другу и часто встречалась с ним наедине. Неужели последнее воспоминание было именно о нем? Почему она вдруг начала смущаться?

— Они скоро будут здесь. — Всплеснул руками дед и схватился за шубу. — Мне больше нельзя вам помогать, так что дальше вы сами по себе.

Как и ожидалось, он исчез в мгновение. Хоть вреда не стал причинять и ладно.

— Что нужно, чтобы выйти из игры? — оживилась Мари, явно тоже понимая, что мы в опасности.

Она прищурилась, вглядываясь в приближающиеся корявые фигуры. Двигались они плавно, не в пример тем прохожим, что встретились нам на проспекте.

Надеюсь, нас не сожрут. Воображение вдруг разгулялось и начало подсовывать картинки. Одна страшней другой.

Я вроде не люблю ужасы. Так откуда подобная мерзость в моей голове?

Не удивлюсь, если это проделки Алана. Возможно мой разум уже начал сплетаться с игрой?

Об этом я как-то не подумал.

Мариэль смотрела на меня, дожидаясь ответа.

— Алан сказал, что твое сознание слилось с игрой, — произнес, уже сомневаясь в правдивости его слов. — Чтобы вернуться, тебе нужно вспомнить все.

Мари явно это не понравилось. С прищуром она поглядывала на меня, словно оценивая умственные способности. Неужели, это действительно ложь?

Все мысли испарились, когда дверь в избушку резко распахнулась. Сначала нужно было решить проблему с назойливыми копиями Алана.

Загородив собой жену, я достал из слота две катаны, готовясь драться с чудовищами. Даже несмотря на то, что у меня все еще мало энергии.

Первый уродец заполз в дом словно паук. Пальцы у него тоже оказались до ужаса длинными, и скорее походили на когти.

— Убирайтесь! — закричал, делая взмах.

Мари положила ладонь на мое плечо.

— Мы уходим, — сказала она твердо.

Мир подернулся дымкой и нас окружили огромные хлопья снега. Вращаясь, они слабо поблескивали.

Сумасшедшая! Опять игра спишет у нее жизнь. И ведь остановить не получится.

— Эй! Забери у меня жизнь! — попросил, задрав голову.

Страх схватил за горло. Что если после перемещения я потеряю Мари?

Буйство снежинок стихло, мы оказались в доме, смутно напоминающем тот, в котором жила теща. Вот только вещи здесь были разбросаны, пахло сигаретным дымом и алкоголем. А еще смердело нечистотами неизвестного происхождения.

Куда это нас занесло?

Под ногами звякнули стеклянные бутылки.

— Мари, где мы? — спросил, поворачиваясь к жене.

Она вдруг побледнела и начала заваливаться набок. Я успел подхватить ее в последнюю секунду. Видимо, ее опять накрыло воспоминанием. По крайней мере, я на это отчаянно надеялся.

У нас осталось по две жизни, о чем поспешила сообщить снежинка. Как так получилось мне, стало резко безразлично. Мариэль едва дышала.

Неужели все усилия оказались напрасными? Прижав ее тесней, вдохнул аромат волос. Сердце кольнуло от мысли, что у нас ничего не получилось.

— Все будет хорошо, — сказал хрипло. — Мы выберемся.

Мари в ответ слабо сжала мою руку.

— Вспоминай. Не бойся. Я буду рядом. — Пересохшими губами я коснулся ее лба.

Через минуту понял, что придется долго ждать. Как раз после этой мысли увидел обшарпанное зеленое кресло с высокой спинкой. Пиная пивные банки и стеклянные бутылки, прошел вперед и уселся со стоном облегчения. В этот раз я четко ощущал вес Мариэль. Спина предательски заныла, но я не спешил отпускать жену. Пусть лучше руки отвалятся, чем я ее потеряю.

Глава 12. Память Мари. (Мариэль)

Не знаю, как у меня это получилось. Не иначе, храброй воды напилась. Схватив Клауса за плечо, сказала:

— Мы уходим.

И откуда во мне столько уверенности? Но где-то внутри я знала, что поступаю правильно.

После хоровода снежинок и истошных криков мужа мы оказались совсем не в том месте. Я представляла маму и нашу старую квартиру, а оказалась в каком-то притоне.

Все? Игра сломалась? Может, она тогда выпустит нас, наконец?

— Мари, где мы? — спросил Клаус, тоже не понимая, куда это нас занесло.

А я бы и рада ответить, но голова вдруг закружилась.

Очнулась уже в другом месте. Чистая и уютная комната встретила меня тишиной. Под рукой оказался телефон. Ничего себе, какой он крохотный и легкий!

Сев на диване огляделась, пытаясь найти мужа. Непонятно. Это воспоминание, или я опять провалилась в другой мир против своей воли?

Зазвонил телефон и я ответила, не раздумывая. Значит, все же воспоминание.

— Алло.

— Ой, ой, ой, — прокричала в трубку мама. — Приезжай скорей доченька. Сердце…сердце болит.

— Ты скорую уже вызывала? — спросила взволнованно.

В ответ послышались гудки.

Оказавшись в своем теле, я наблюдала воспоминание от первого лица. Мне это очень не нравилось. Эмоции брали верх, отключая напрочь голос разума. В таком хаосе анализировать происходящее становилось трудней.

Тем временем мое дурное тело уже надевало теплую одежду.

Пискнуло уведомление на телефоне. Пришлось отвлечься ненадолго. Алан прислал письмо на электронную почту. Чем его не устроили короткие сообщения? Посчитав, что он отправил что-то важное, открыла приложение без задней мысли.

Экран телефона тут же погас. Перезагрузка не помогла реанимировать его. Плюнув, быстро написала для Клауса записку и прикрепила магнитом на холодильник. Про болезнь мамы не указала.

— Незачем ему знать, — буркнула, закрывая колпачок фломастера.

— Почему это? — спросила у прежней себя, желая получить ответы, а не зарываться еще больше в недосказанности.

Естественно, она меня не услышала.

Пленка резко перешла в режим перемотки и я оказалась возле уже знакомого домишки. Это тот самый, в который я пыталась пробраться еще во время первого перемещения между мирами.

Рука сжалась в кулак, и я поднесла ее к двери, но замерла. Вдруг там опять Алан.

«Неужели он убил меня в реальности и поместил разум в игру?» — возникла совершенно сумасшедшая идея. Мотнув головой, я поспешила отогнать ее от себя.

Стал бы Клаус так стараться вернуть мою память, если бы я оказалась права? Думаю, что нет.

— Вот ты и пришла! — Гостеприимно распахнулась дверь. На пороге стояла очень счастливая и совершенно не больная мама.

— Зачем ты обманула меня? — спросила строго. В груди бушевала обида.

— А разве по-другому тебя заставишь к родной матери приехать? — фыркнула она надменно.

Мама из воспоминаний оказалась совсем не той, что была в игре. Та хоть и странная, но заботливая, а эта…

Холодная, чужая, словно мы и не родственники вовсе.

Виски резко пронзила боль Хватаясь за голову, я упала на колени и опять куда-то провалилась.

Еще одно воспоминание. Только более старое. Из детства.

На этот раз я наблюдала со стороны за маленькой девочкой лет четырех. Она сидела в углу, поджав к груди колени. Вокруг бегали тараканы, карабкаясь по пакетам с мусором и бутылкам. Где-то неподалеку велась пьяная, нечленораздельная беседа. Кто-то кого-то не уважал. А потом началась драка.

Девочка закрыла уши ладонями, а я почувствовала непреодолимый страх.

«Не бейте меня. Не трогайте», — стучала в сердце мольба.

В тот день ее никто не услышал. Ни обезумевшая мать, ни потерявший человеческий облик отец.

Да, такие воспоминания, действительно, лучше стереть и никогда не возвращаться к ним. Интересно, Алан именно этого добивался? Я ему все рассказала?

Картинка сменилась и к девочке подошла милая женщина с черной папкой в руках.

— Не переживай, малышка, — сказала незнакомка. — Мы о тебе позаботимся.

Судя по интерьеру, я из воспоминаний очутилась в больнице. Там мне нравилось больше чем дома. По крайней мере, теперь могла спокойно спать ночью в чистой кровати, а еще, наконец-то нормально покушать. Чувство сытости, пожалуй, самое приятное. После этого блаженного ощущения, обычно меня сразу морило в сон.

Я любила играть поближе к столовой, чтобы уловить запахи манной каши или куриного супа. Они мне казались самыми вкусными и уютными.

Мама приходила навестить меня пару раз, слезно обещая забрать, как можно скорей. Выглядела она иначе. Опрятный и трезвый вид мне очень нравился. Именно о такой мамочке я всегда мечтала.

Слепо веря её словам, ждала очередного визита, но затем меня перевели в другое место. Детский дом.

Там было сложней. Мама навещала меня редко, порой от нее пахло алкоголем. Папа не появлялся вовсе. А я не понимала за что они так со мной. Через год незадачливая родительница перестала приходить. А я все мечтала, что ко мне когда-нибудь придет мама и мы будем вместе кушать и играть.

К счастью, появилась бабушка. Раньше я ее никогда не видела, а теперь вот… Она-то и забрала меня к себе. Мать с тех пор я не видела. Даже упоминать ее запрещалось.

Отец вскоре скончался от алкоголизма.

Это воспоминание сильно отличалось от игровой реальности. Не думала, что все настолько плохо.

Голова разрывалась от изобилия образов и событий. Горючие слезы текли по щекам от осознания, каким ничтожеством я оказалась.

Вереница изображений замедлилась, давая возможность внимательно рассмотреть еще один момент. После моего совершеннолетия на пороге появилась мама. Выглядела она иначе, в дорогой одежде и ярком макияже.

— На что смотришь? — спросила та вместо приветствия. — Забыла уже про меня? А я вот помню.

В этот момент захотелось смачно хлопнуть дверью, чтобы непременно стукнуть по ее надменному лицу.

— Послушай, детка, — продолжила она, даря мне совершенно невинный взгляд. — Ты ведь уже получила квартиру от государства?

— Не твое дело, — буркнула, обильно краснея от стыда и злости. — Уходи.

— Вот так ты с матерью разговариваешь? — запричитала она, изображая вселенскую боль на лице.

Странно, бабушка говорила, что та давно спилась в притоне. Но от нее пахло духами. Алкоголичка приползла бы на четвереньках с колтуном на голове.

Мое сердце дрогнуло, и я вновь пустила эту несносную женщину в свою жизнь. Мне показалось, что она заслуживает еще один шанс.

А дальше начался кошмар. Мама просила у меня деньги, всячески вмешиваясь в личную жизнь, лишая возможности делать собственный выбор.

Я также помню, как долго упрашивала ее принять Клауса. Мама всячески придиралась к нему через меня. Тогда мы уехали подальше, отдав однокомнатную квартиру и последние сбережения. Я буквально сбежала от нее босиком, с одним маленьким чемоданом.

Клаус не знал всех деталей наших с ней взаимоотношений. Я безнадежно врала ему о счастливом детстве и крепкой привязанности к маме. Жаль, что моя ложь даже на толику не была правдой.

С Аланом я делилась почти всем. Ведь мы знакомы со студенческой скамьи. Это он познакомил меня с Клаусом. Друг ладил со всеми, даже нашел подход к моей матери. Однако, на последнем курсе его словно подменили. Алан все занимался разработкой игр, посвящая этому занятию все свое свободное время. Он был просто одержим новыми идеями.

— Когда-нибудь все люди поймут прелесть игровой реальности и ни за что не захотят вернуться, — как-то выдал он с безумным блеском в глазах.

— Алан, это уже слишком, — осадила я его в тот момент. — Меня порой пугают твои мысли…

— Мари, неужели ты не хотела бы прожить другую, более радостную жизнь? — Он знал мою больную тему.

Я поморщилась.

— Все равно… Нет. Не уверена. — Тогда во мне поселилась неуверенность. Безусловно, прекрасно, когда тебя любят родители, но я не хотела становиться кем-то другим.

— Ладно. — Вдруг он улыбнулся, потерев ладонями лицо. — Пока это только в моих мечтах. Невозможно долгое время провести в игре, мозги сварятся.

— Дурак. — Легонько толкнув его плечо, нервно рассмеялась. — Я тебе поверила.

Алан не был плохим человеком. Просто он стал жить играми, ведь и его судьба была не очень счастливой. Пожалуй, в этом мы с ним похожи.

Так и шло все своим чередом, пока год назад мама не начала понемногу сходить с ума. Ее возлюбленный, а заодно и спонсор погиб. Не зная, куда деть себя от горя, она отыгралась на мне. Словно от этого ей становилось легче.

Мать начала жаловаться на здоровье и обвинять во всех бедах Клауса. Дескать, он проклят и от него надо срочно уходить.

— Вот видишь, из-за того, что у вас отношения, твоя мама болеет, — говорила она с четкой верой в этот бред. — Как только его не станет, то все наладится. Я найду тебе подходящую пару.

— Не надо. — Повышать на нее голос не получалось. Всякий раз, когда дело доходило до ее заскоков, нестерпимо першило в горле, а затем меня начинал душить нервный кашель.

— Мама знает как лучше. Мама плохого не посоветует, — как заведенная повторяла она. — Мама тебя родила.

— А потом бросила, выкинула, как ненужную вещь. — Слова давались с трудом. А затем я сказала то, что не хотел бы услышать ни один родитель: — Я не просила тебя рожать меня.

— Я не бросала тебя! Это все вина твоей бабки! Она натравила на нас органы опеки. Она виновата в смерти своего сына! — Из мамы словно бес наружу лез.

— Ладно. Хватит. Не хочу продолжать. — Я ушла, не дожидаясь ответа.

С тех пор она умерила пыл и стала меньше изображать из себя жертву обстоятельств. Не имея возможности раз и навсегда разорвать токсичные узы, я исправно посещала ее. Приехала по первому требованию.

— Только, пожалуйста, не трогай моего мужа, — попросила у нее. — Не надо его дергать и доставать по мелочам.

— С чего такая забота? — фыркнула она. — Лучше бы о матери родной так пеклась, а не держалась за штаны мужика.

— Я не… — Проглотить образовавшийся в горле ком не получалось.

— Присмотрелась бы лучше к другим…

— Все. Хватит, — прервала ее, не желая и дальше слушать заезженную пластинку.

Вереница воспоминаний вновь начала движение, возвращая меня к тому самому дню, когда мама на боль в сердце.

Увидев ее в добром здравии, я поперхнулась от возмущения. Но все равно сделала шаг вперед.

— Что на этот раз? — спросила, проходя внутрь. Увидев гостя, чинно сидящего в зеленом кресле, запнулась. — Алан?

— Раздевайся. Я заварила чай, — вдруг начала лебезить мать. — Давай сюда пальто.

— Привет. — Улыбнулся друг натянуто. — Вот решил заглянуть в гости.

— Она тоже тебе наврала про боль в сердце? — заговорила шепотов, присев рядом.

— Да…но. — Алан вдруг замялся, словно хотел сказать что-то, но не решался.

— А вот и чай. — Мама появилась с подносом. — Давненько вы не виделись. Вот теперь у вас есть шанс поболтать, пока рядом нет этого…

Она скривилась.

Под «этим» подразумевался Клаус. Не желая терять времени, я схватила чашку и сделала пару глотков сладкого чая.

— Все. Мне пора. Прости Алан, но если ты хотел поговорить со мной, то нужно было позвонить, — сказала, резко поднявшись.

Не успела я сделать и пары шагов, как голова вновь закружилась.

— Это для твоего же блага. — Донесся голос матери. В следующий миг я упала на ковер.

Глава 12.2

— Что происходит? — спросила, хватаясь за ворс. — Ты опоила меня чем-то?

— Проснешься и поймешь, что мама была права. — Последнее, что я услышала, перед тем, как упасть, ударившись виском.

Проклятье! Что они задумали?

Пришла в себя уже связанная и с кляпом во рту. Судя по шуму и тряске, находилась в машине. И почему именно это воспоминание мне пришлось наблюдать в своем теле?

— С ней точно все будет в порядке? — спросил Алан, явно тревожась о моей судьбе. Его голос дрогнул.

Тоже мне! Сговорился с… Ни одно приличное слово в адрес биологической матери не приходило на ум.

С удвоенной силой в сердце вздымалась ненависть к этому человеку.

— Следи за дорогой, ответила родительница с раздражением. — Что с ней станется? Пользуйся шансом.

— И все же это неправильно, — вздохнул Алан. — Ваша дочь в состоянии сама сделать выбор…

— Не смеши меня, — перебила она резко. — Нашла какого-то заморыша и держится, будто он последний мужик на планете. Я обещала, что тебе помогу?

Послышалось нервное покашливание. Стараясь не шевелиться и дышать ровно, слушала разговор все больше понимая, что стала жертвой маминых амбиций. И откуда они у нее только взялись? Помнится, раньше ее, кроме бутылки, больше ничего не интересовало.

Вскоре машина остановилась и меня выгрузили как мешок с картошкой. Благо, что не кинули на асфальт.

— Следуй нашему плану, — напомнила мать перед уходом. Затем послышались удаляющиеся шаги, а я поехала, сидя в кресле.

— Старая ведьма, — тихо выдохнул Алан.

Сам не лучше!

Через некоторое время меня все же развязали и вынули кляп. Я попыталась встать, но ватное тело не желало слушаться.

— Мари, Мари, Мари, — позвал бывший друг. — Послушай меня. С тобой все будет в порядке. Я отправлю тебя в игру. Она полностью безопасна. Ты должна притвориться, что потеряла память, когда за тобой придет Клаус. Вы просто проведете немного времени вдвоем, а затем, я вас выведу в реальность.

— Зачем? — выдавила из себя единственное слово.

— Твоя мать… Она, — наклонившись к моему уху, он заговорил шепотом. — Она страшная женщина. Не знаю, как ей это удалось, но она сумела уговорить главного разработчика подключить тебя к игре, в роли первого игрока. С целью переделки твоей памяти. Это нелегально.

Я дернулась, схватив его за руку.

— Не делай этого, — попросила из последних сил.

— Конечно, я не собираюсь, — заверил он. — Поэтому ты должна мне подыграть. Чтобы все выглядело правдоподобно. Я позову журналистов, чтобы она не успела увезти тебя после завершения игры.

— Зачем? Куда? Дурацкий план! — мне захотелось встать и немедленно сбежать, но сил едва хватило, чтобы говорить и цепляться за руку Алана.

— Не беспокойся. Я знаю, что делаю. Там ты будешь в безопасности.

Лжец! Чертов обманщик!

В следующий миг я очнулась на руках у Клауса. Он успел задремать, видимо, долго меня мотало по воспоминаниям.

— Ты как? — спросил тот хрипло.

— Злая, — ответила, демонстративно насупившись.

Муж простонал вытягиваясь. Встав с него. Я немного размялась. Вид игры осточертел.

— Что ты вспомнила? — поинтересовался Клаус, взглянув на меня с тревогой. Словно боялся, что я его отругаю. Но ведь он, как раз ни в чем не виноват. Наоборот, из-за меня ему пришлось через многое пройти.

— Прости. — Обняв его, уткнулась в плечо, вдыхая любимый аромат. — Это я виновата в том, что мы здесь застряли.

От досады я пнула бутылку. Муж поймал меня, не давая даже шанса осмотреть дом.

— Что ты там увидела? Воспоминания могут привидится ложными. — Клауса начало трясти.

— Уверена, что это правда. — Опустила голову, не выдержав его взгляда. — Я тебе многого недоговаривала…

— Это Алан, — перебил муж, нежно коснувшись моего подбородка. — Только он. И когда мы выберемся, я ему…

— Не вздумай бить его, — прервала его гневную тираду. — На самом деле, он тоже жертва… Все началось… В общем…

Горло резко пересохло. Я не могла подобрать слова, с которых лучше всего начать мое покаяние. Вдруг Клаус возненавидит меня за то, что скрыла всю правду о себе? Он из хорошей семьи, никогда не видел пьянок и не получал побоев.

— Не бойся. — Ладонь мужа опустилась на мою макушку. — Я выслушаю тебя и попытаюсь понять. Обещаю не злиться и не бить Алана.

Желваки проступили на его щеках. Насчет последнего он явно соврал.

Я глубоко вздохнула и поджала губы. Видя мою нерешительность, Клаус сходил на кухню. Откуда-то откопал стакан воды и протянул мне. Проглотив содержимое, ничего не почувствовала. Сплошная бутафория.

— Моя мама… Она.

Запинаясь, я начала свой невеселый рассказ о детстве. Муж внимательно слушал. Выложив все о матери, я умолчала об Алане. В особенности про тот поцелуй в кафе. Был ли он вообще? Что там Клаус говорил о ложных воспоминаниях? Может, это оно и есть?

Хотя, конечно, в глубине души я понимала, что это правда. Вот только других подробностей о том случае я еще не вспомнила. И вообще, возникало ощущение, что в забытье осталось что-то очень важное.

Вот только я не могла даже мысленно ухватиться за эфемерный кусочек драгоценной памяти.

— Теперь ты меня возненавидишь? — спросила у Клауса, после того как закончила рассказ. Муж мягко улыбнулся.

— Не дождешься. — Притянул к себе и сжал в крепких объятьях. — Буду любить и оберегать тебя еще больше.

— Правда, правда? — Слезы подступили к горлу соленым комом.

— Даже не сомневайся. — Клаус поцеловал меня в лоб, а затем осторожно коснулся губами щек, стирая мокрые дорожки.

— Я не заслуживаю этого. — Выдохнула одну из самых болезненных мыслей.

Долгие годы она сидела во мне как заноза, со временем пробираясь все глубже под кожу. Порой я ненадолго забывала о ней, но одно резкое движение и боль вновь возвращалась с удвоенной силой.

— Не выдумывай. — Муж обнял меня, погладив по голове. — Ты умница. Перенеся все эти ужасы, не стала черствой или озлобленной, не опустила руки и продолжила жить так, как научилась.

— И все же. Моя семья… Точнее, ее отсутствие. — Голос стал скрипучим и как будто чужим.

— Теперь я твоя семья, — прервал он мягко и чуть отстранившись, поймал мой взгляд. — Я сделаю все, чтобы ты была счастливой.

— Спасибо. — Слезы хлынули с новой силой.

— Все будет хорошо, — прошептал Клаус, успокаивая меня.

Немного погодя поняла, что просто вцепилась в мужа мертвой хваткой. Мы так и стояли посреди хлама и разрухи.

— Хочу домой. — Шмыгнув носом в последний раз, все же отстранилась. Выглядел Клаус уставшим и обеспокоенным.

— И я, но непонятно, как выбираться, — отозвался он. — Алан не присылал больше инструкций.

— Ты можешь с ним связаться? — Я оживилась, потирая ладони.

— Да. Он присылал письма, — сказала Клаус, махнув рукой. Увидев всплывающее меню с зеленой снежинкой, отступила.

— Интересный интерфейс, — протянула задумчиво. Мне тоже захотелось потыкать на парящие кнопочки.

— Ты его видишь? — изумился муж, медленно повернувшись ко мне. На его замерли недоверие и интерес.

— Да. — Улыбнулась смущенно. — Я практически все вспомнила и мир стал совершенно другим.

— Значит, мы движемся в правильном направлении. — Голос его резко повеселел. Отлично! Нам нужно собраться и выбраться из игры, а про тот поцелуй ему не обязательно знать.

Муж нажал на значок с письмом в правом верхнем углу. Открылись все сообщения. Я бегло пролистала их, все еще не улавливая причины, почему игра начала сходить с ума. Как такое возможно, если он обещал, что все проверено и безопасно? Алан не стал бы врать, даже если бы мама на него надавила. Значит, причина в чем-то другом.

Прикусив нижнюю губу, я коснулась строчки, для написания ответа.

— Что собираешься делать? — Встрепенулся Клаус.

— Спрошу у него, как выбраться из игры, — сказала, уже щелкая по клавиатуре. Так легко получалось, что даже настроение поднялось. — Теперь подождем.

Клаус кивнул.

Делать в этом смрадном месте особо было нечего. Я прошлась по дому, выглянула в окно, но кроме снежных барханов, ничего не разглядела. Муж устроившись в единственном чистом зеленом кресле, с улыбкой наблюдал за моими действиями.

— Не спешит он отвечать, — сказала, наконец устав.

— Не удивительно, — вздохнул Клаус, устало прикрыв глаза. — Но ты все равно защищаешь его. Есть на то причина?

Я замерла, приложив пальцы к губам. Неужели Алан хочет, чтобы муж узнал о том поцелуе? Не это ли является причиной столь длительного молчания?

— Просто… — Не зная, что и сказать, опустила голову и шумно сглотнула вязкую слюну.

И что мне теперь делать?

— Мари, — позвал Клаус, поднимаясь и звеня бутылками, подходя ко мне. — Он не стоит твоей доброты.

— Но ведь именно Алан нас познакомил. К тому же мы вместе учились, — начала сбивчиво бубнить, понимая, что тону в своих словах. — Я хорошо его знаю и он бы никогда не причинил мне вреда.

— Есть предположение, что наш дорогой друг Алан, испытывал к тебе сильное чувство, — Выпалил Клаус, сжав мои плечи. — Мари, он был влюблен в тебя…

— Я знаю, — перебила, дернувшись и подняв взгляд на мужа. — Он… Он… В общем.

— Что между вами происходило? — спросил севшим голосом, будто предчувствуя, что ответ ему не понравится.

— Мы поцеловались, — сказала тихо , в глупой надежде, что он ничего не услышит.

Его пальцы разжались.

Клаус смотрел на меня так, словно я вогнала нож в сердце.

— Ты уверена? — Его голос тоже звучал негромко.

— Да. — Внутри все сжалось. На миг даже показалось, что он ударит меня. — Прости, прости, прости. Я правда не знаю, о чем думала тогда. Это только моя вина.

Клаус обнял меня, погладив по спине.

— Тише. Все хорошо. Почему ты так испугалась? — спросил он с надрывом. — Или… я все же… бил тебя когда-то?

— Нет. Ты что? — Мотнула головой. — Я не все вспомнила…

Мне не хотелось даже думать, что Клаус способен на подобное.

Послышался шум и нам пришлось отвлечься от личных переживаний.

— Что там происходит? — Вытерев лицо рукавом, я выглянула в окно и обомлела. Опять откуда ни возьмись появились копии Алана. Может, специально нас куда-то гонит?

— На этот раз он у меня точно получит. — Рассерженный Клаус резким взмахом руки открыл меню и достал катану.

— Подожди. — Я попыталась остановить его, поймав за свободную руку. — Ты обещал его не бить. Помнишь?

Не дожидаясь ответа, я представила нашу уютную квартиру, всей душой желая оказаться именно там.

Глава 13. Выход из игры. (Клаус и Мариэль)

Клаус

Мари так долго пребывала в воспоминаниях, что в ожидании, когда она очнется, я успел задремать. Открыв глаза от резкого движения, пару секунд пребывал в недоумении, но быстро опомнился.

— Ты как? — спросил, сфокусировав взгляд.

— Злая, — фыркнула Мариэль, надув щеки. Кажется, моя любимая жена потихоньку приходит в себя.

Мы встали и слегка размялись. Странно, ранее телесные ощущения не были столь яркими.

— Что ты вспомнила? — Я решил все же выяснить, о чем в этот раз она узнала.

— Прости. — Мари вдруг резко поникла и прижалась ко мне в поисках поддержки. — Это я виновата в том, что мы здесь застряли.

Ее заявление мне очень не понравилось. Опять Алан воду мутит. Неужели нельзя оставить в покое мою жену?

— Что ты там увидела? Воспоминания могут быть ложными. — Я не понимал что мне делать.

— Уверена, что это правда, — отозвалась Мари, явно стыдясь чего-то. — Я тебе многое недоговаривала…

— Это Алан, — прервал ее лепет. — Только он. И когда мы выберемся, я ему…

Кулаки чесались.

— Не вздумай бить его. — Мариэль поняла меня правильно. — На самом деле он тоже жертва… Все началось… В общем…

Посмотри-ка! Еще и защищает его.

Гнев хотелось излить здесь и сейчас, но только не на Мари. Она сжалась, будто опасаясь, что накричу на нее или еще хуже…

— Не бойся. — Как только коснулся ее волос, сердце вдруг затопила нежность. Похоже, что скоро превращусь в безумца, который то смеется, то плачет. — Я выслушаю тебя и попытаюсь понять. Обещаю не злиться и не бить Алана.

Мари собралась с силами и начала:

— Моя мама… Она.

Слушал я ее, ловя каждое слово. Мне было интересно больше узнать о жене. Тем более что она всегда избегала разговоров о семье. С ее матерью я общался редко, в основном по праздникам. Даже не подозревал, что за моей спиной разворачивалась такая драма. Бедняжка, столько боли держала в себе, но что-то мне подсказывает, если бы не игра, то Мари никогда бы не открыла свою тайну.

— Теперь ты меня возненавидишь? — спросила она, закончив сбивчивый рассказ.

Что твориться в твоей голове? Откуда столько страха?

— Не дождешься. — Обнял жену покрепче, чтобы успокоить и подарить хотя бы мимолетное чувство безопасности. — Буду любить тебя и оберегать еще больше.

— Правда, правда? — Мари выглядела, как маленький ребенок, который готов любить любого, кто проявит хоть капельку заботы.

Как я могу причинить ей вред? Никогда и ни за что!

— Даже не сомневайся, — заверил, чмокнув ее в лоб. Накопившиеся слезы, хлынули из глаз обильными реками, прожигая мое сердце.

— Я не заслуживаю этого.

Кто внушил ей эту глупость? Хотя понятно, откуда уши растут. Но какая родная мать позволит себе так издеваться над ребенком?

— Не выдумывай. — Мне хотелось укрыть ее от всех бед и боли прожитых лет. Но что я мог? Пока только обнимать и успокаивать. — Ты умница. Перенеся все эти ужасы, не стала черствой или озлобленной, не опустила руки и продолжаешь жить так, как научилась.

— И все же. Моя семья… Точнее, ее отсутствие. — Не отступала Мари.

— Теперь я твоя семья, — сказал совершенно искренне. — И сделаю все, чтобы ты была счастливой.

— Спасибо. — Слезы не прекращались.

— Все будет хорошо, — пообещал в попытке успокоить Мари.

— Хочу домой, — пискнула она, судорожно вздохнув.

— И я, но непонятно, как выбираться, — признался с сожалением. — Алан не присылал больше инструкций.

Вроде бы жена обо всем вспомнила, так почему мы все еще не проснулись?

— Ты можешь с ним связаться? — изумилась она.

— Да. Он присылал письма, — ответил ей, открывая меню.

— Интересный интерфейс, — сказала Мари, вглядываясь перед собой.

— Ты его видишь? — уточнил на всякий случай. Теперь пришла моя очередь удивляться.

— Да. — Для нее не стало шоком происходящее. С ума сойти! Это же прорыв!. — Я практически все вспомнила и мир стал совершенно другим.

— Значит, мы движемся в правильном направлении. — Я не смог сдержать рвущееся наружу веселье. Чувство, будто камень с души сняли.

Немедля открыл письма Алана и показал их Мариэль. Она заинтересовалась, наклонившись ближе к скудным строчкам.

— Что собираешься делать? — спросил, когда жена коснулась указательным пальцем строки ответа.

— Спрошу у него, как выбраться из игры. — Чувствуя себя совершенно свободно, она начала бегло набирать текст. — Теперь подождем.

Находиться в подвешенном состоянии мне не нравилось, но с возвращением памяти Мари я стал чувствовать себя немного уверенней. Она же начала осматривать дом, нервно заламывая руки.

— Не спешит он отвечать, — буркнула жена, так и не найдя, чем можно заняться в этом смрадном месте.

— Не удивительно. — Я не сумел прикрыть неприязнь в голосе. — Но ты его все равно защищаешь. Есть на то причина?

Мари опять смутилась, касаясь своих губ. Что это может значить?

— Просто… — Румянец покрыл ее щеки.

— Мари. — Явно что-то скрывает. — Он не стоит твоей доброты.

— Но ведь именно Алан нас познакомил. К тому же, мы вместе учились. — Мариэль начала оправдываться как школьница. Она все же боится? — Я хорошо его знаю и он бы никогда не причинил мне вреда.

— Есть предположение, что наш дорогой друг Алан испытывал к тебе сильные чувства. — Зачем я только это сказал? — Мари, он был влюблен в тебя…

— Я знаю. — Мариэль дернулась и резко взглянула на меня с такой болью, что сердце сжалось. — Он… Он… В общем.

— Что между вами происходило? — в голове образовалась совершенная каша. Сколько всего от меня было скрыто?

— Мы поцеловались, — ответила Мари так, будто это конец света. Игра издевается над нами? Нет, точнее, Алан. Сговорился с моей тещей, чтобы поссорить нас и разрушить отношения.

— Ты уверена? — Горло пересохло так, что теперь из него вырывались лишь негромкие звуки.

— Да, — сказала она, опустив голову и зажмурившись. — Прости, прости, прости. Я правда не знаю, о чем думала тогда. Это только моя вина.

И все равно защищает Алана! Но как бы я ни злился, руки потянулись, чтобы обнять Мари. Мы потом во всем разберемся. Чует мое сердце, игра специально пытается запутать нас еще больше.

— Тише. Все хорошо. Почему ты так испугалась? — Я вдруг вспомнил те ужасные образы, что показывали мне в побочной истории. — Или… Я все же… бил тебя когда-то?

— Нет. Ты что? — поспешила ответить Мари. — Я не все вспомнила…

Сердце вдруг оборвалось. Это все еще может оказаться правдой. Какой кошмар. Почему мы должны проходить чрез это?

Послышался шум и я поспешил к окну, оставив Мари.

— Что там происходит? — спросила она, приходя в себя.

Клоны Алана черными несуразными силуэтами окружали наше новое укрытие. Хорошо! Просто отлично! Если в реальности Мари не хочет, чтобы я ему морду бил, то отыграюсь здесь и сейчас.

— На этот раз он у меня точно получит, — выпалил, доставая из слова оружие.

В капусту порублю! К жене он моей лез! Память ей стер! Заставил страдать!

— Подожди. — Мари опять попыталась остановить меня. — Ты обещал его не быть. Помнишь?

— И в игре не дашь ему навалять? — возмутился, пытаясь высвободиться из ее крепких пальчиков.

Но не успел я ничего сообразить, как нас опять окружил вихрь снежинок. Вот дурная!

— Мариэль! Я что тебе говорил насчет перемещений? — спросил строго.

— Ничего, — пискнула она испуганно. — А что такого? Лучше уж уйти, чем смотреть, как вы боретесь.

— У тебя спишется еще одна жизнь. — Я схватил ее за плечи и взглянул поверх головы. — Ты видишь их количество?

Мари притихла, невинно глядя на меня, а потом встала на носочки и коснулась моих губ. И чего она добивается? Сначала я хотел отстраниться и договорить, но через пару секунд все вокруг стало неважным.

Через некоторое время Мари с тихим стоном разорвала поцелуй.

Я тряхнул головой и глупо улыбнулся. Вот что она со мной делает?

— Странно. Почему переместились сюда? — спросила Мари оглядевшись.

Мы оказались в той квартире, где она жила в начале.

— А что ты представила? — поинтересовался, садясь на диван.

Радует, что здесь хотя бы чисто и нет ужасного запаха.

— Наше с тобой жилье, — ответила она рассеянно. — Может, в игре ограниченный запас локаций и создание новых не предусмотрено? Тогда бы искусственный интеллект не смог бы самостоятельно действовать, как уверял Алан.

Мари все бормотала себе под нос, а я давно потерял ход ее мыслей.

— Ладно. — Она хлопнула в ладоши, привлекая мое внимание. — Давай отдохнем немного. Все равно ответ пока не пришел.

— Думаешь, эти монстры больше не придут? — спросил у нее неуверенно.

— Да. — Кивнула Мари. — Скоро Алан выпустит нас отсюда и его угрозы, дескать, осталось мало времени, были для того, чтобы подтолкнуть тебя к действиям.

— Большое за это ему спасибо, — фыркнул, скрестив руки на груди. Расслабиться в игре у меня никак не получалось. Катану так вообще не хотелось убирать. Эх, жалко в арсенале нет бластера, которым можно жахнуть по монстрам разок, а потом уже и отдохнуть.

— Это игра про Новый год, — напомнила жена. — Значит, здесь не должно быть никакого оружия.

Она покосилась на меня.

— Ничего не знаю. — Мотнул головой и отвернулся в сторону. — Взял то, что нашел на складе, или как там правильно это называется?

— Убери его и доставай елку, — попросила Мари, беря меня за руку. — Давай просто встретим Новый год.

— В реальности мы это сделаем, — уперся, не желая соглашаться с женой. — Мне здесь некомфортно. Да и там тебя ждет сюрприз…

Вспомнив, кому я отдал хомяка, запнулся. Теща ведь ничего ему не сделает?

— Люблю сюрпризы, — просияла Мари. — Кажется, я тоже приготовила тебе подарок. Только еще не вспомнила, какой именно.

Улыбнувшись, все же убрал катану, открыл меню и начал просматривать содержимое склада.

— Какую елку хочешь? — спросил, сдавшись перед взглядом жены.

Мариэль подошла ближе и, подхватив меня под локоть, начала рассматривать имеющиеся виды Новогодних украшений.

— Вот эту. — Указательным пальцем она ткнула в изображение высокой пушистой красавицы. Через миг дерево в горшке стояло посреди комнаты. Нос щекотал свежий запах мороза и хвои. Мои губы расплылись в улыбке.

Мари начала входить во вкус и пощупав иголки, вернулась к меню, открывая вкладку с шариками и мишурой. Жена нажимала на сверкающие картинки, и елка стремительно заполнялась украшениями. Через несколько минут она сияла огоньками, вызывая у Мари неистовый восторг.

Не знал, что ей так сильно это понравится.

— Теперь ты, — позвала она, беря меня за руку и разгибая указательный палец. — Смотри. Здесь можно изменить интерьер. Нажимай на то, что приглянулось.

Со вздохом я подчинился. Вскоре комната стала чистой и поблескивала мишурой. На окнах красовались снежинки и рисунки со снеговиком.

— Весело! Правда? — спросила Мари, обнимая меня так крепко, что ребра чуть не затрещали.

— Да, — ответил, поцеловав ее в нос. — Только поумерь пыл. Я задыхаюсь.

— А, прости. — разжав руки, она неловко улыбнулась, опуская взгляд. — Немного перенервничала. Еще надо выбрать еду и одежду красивую. Как хорошо, что для этого не нужно ходить по магазинам.

Мари принялась суетиться, вовлекая и меня в предпраздничные хлопоты. Давно мы так не веселились, наслаждаясь компанией друг друга. Вскоре на принесенном из кухни столе теснились блюда с различными лакомствами. Жаль, что не с настоящими. Есть хотелось до ужаса.

Дальше Мари выбрала себе платье, тесно облегающее тело. Опять она надо мной издевается.

— Ты тоже должен выглядеть прилично, — задумчиво произнесла жена, перелистывая ворох фраков и пиджаков.

— Мне и так хорошо. — Пожал плечами, оглядев серый тонкий свитер.

— Это же праздник, — протянула она, взглянув на меня едва ли не обиженно. — Смотри сколько здесь всего. В реальности нужна куча денег, а тут бесплатно.

— Ладно, — отмахнулась со вздохом. — Давай уже какой-нибудь…

— Смотри какая прелесть! — восторженно пропищала она, указывая на расшитый золотом белый сюртук.

— О нет, — простонал наигранно.

— Будешь вредничать, я тебе расу сменю. — В мой адрес полетела нешуточная угроза. — Здесь есть такая опция.

— Где ты это все находишь? — растерялся, не желая становиться гоблином.

— Ловкость рук и никакого мошенничества, — усмехнулась она, задорно нажимая на кнопки.

Через секунду я уже стоял в том самом сюртуке, как говорится, при параде. Вместе с одеждой появилась и тяжесть на голове.

— Мариэль! — крикнул, видя свое отражение в зеркале.

Мои волосы стали длиннее и уши вытянулись. Она превратила меня в эльфа! Благо, что внешность осталась прежней.

Ощупывая одежду, я вдруг понял, что четко улавливая структуру материала. Будто не иллюзия на мне, а все взаправду. Как такое возможно?

— Потанцуем? — предложила Мари, щелкнув пальцами.

Послышалась медленная мелодия и я несмело сделал шаг вперед. Изобразив шутовской поклон, пригласил даму на танец.

Мы кружились неторопливо, позабыв о елке, столе с едой и прочих мелочах. Даже об игре. Я смотрел только на жену, наслаждаясь каждой секундой.

Когда мелодия стихла, я все еще прижимал Мариэль к себе, не в силах отпустить ни на секунду. Ее горячее дыхание накрыло жаркой волной мою шею. А затем Мари встала на цыпочки, прося поцелуй. Как я мог ей отказать?

Через несколько минут уже прижал ее к стене, тяжело глотая вздохи, но внезапно раздался звуковой сигнал, оповещающий о новом сообщении.

— Прочитай его, — попросила жена, вытерев со лба испарину. — Я пойду освежусь.

Кивнув, отпустил ее. Знает Алан, когда лучше всего написать. Открыв значок с конвертом, я застыл в ступоре.

«У вас осталось пять часов игрового времени. Выход расположен на крыше дома, в котором все сейчас находитесь».

Глава 13.2

Мариэль

Мне казалось, что я впервые за долгое время по-настоящему счастлива. Даже позволила себе подшутить над Клаусом. После того как пришло сообщение, к горлу резко подобрался тошнотворный ком. Что со мной не так?

Оставив мужа читать ответ от Алана, я поспешила в туалет. Опять рвота. Содрогаясь от спазмов, стояла над раковиной, силясь сфокусировать взгляд, но картинка расплывалась.

В следующий миг мое лицо встретилось с прохладным кафелем. Опять разум начал разрываться от еще одного кусочка пазла. Сколько их всего? Когда уже наконец закончится эта пытка?

Появилась картинка. И снова туалет и рвота. Очень содержательно! Но не успела я как следует разозлиться, мои руки потянулись к прямоугольной упаковке.

Тест на беременность оказался положительным. Две ярко-красные полоски у прежней меня вызвали восторг.

Погладив живот, я не почувствовала ровным счетом ничего. Начав сомневаться в правдивости воспоминаний, уже начала откровенно злиться на Алана. Это слишком! С таким не шутят!

У меня так долго не получалось забеременеть…

Пришло сообщение. Даже не задумываясь я ткнула пальцем на нужную кнопку.

«Мари, — писал Алан. — Прости! Я не знал, что ты в положении. Выход из игры скоро откроется. Ты просто проснешься, и все будет хорошо».

Серьезно? Так значит, все же, правда? С ума сойти!

Сердце забилось сильней. Я уже хотела выйти, чтобы сообщить Клаусу радостную новость, но остановилась. Если скажу ему сейчас, то начнет волноваться. Лучше пока помолчать.

Вернулась к раковине и умылась ледяной водой. Впрочем, ее прохлады я не почувствовала. И противный вкус во рту никуда не делся. С поцелуями придется повременить.

И опять в голове каша. Я взглянула на свое отражение в зеркале. Оно мне нервно подмигнуло. Все ли воспоминания выплыли наружу? Или придется еще испытать череду потрясений. Я так устала от всего. Хочу домой в теплую кровать…

Додумать не дали громкие стуки в дверь.

— Мари, ты там в порядке? — встревоженно позвал Клаус. — Я слышал, как что-то упало.

— Да, — отозвалась, вытирая лицо полотенцем. — Сейчас выйду.

Выровняв дыхание, я вернулась к мужу.

— Алан написал…

— Алан написал…

Сказали мы одновременно. Последовали наши сдавленные смешки.

— Мы скоро сможем выйти…

— Мы скоро сможем выйти…

И опять история повторилась.

— Ты первая, — указал на меня пальцем Клаус.

— Пока я была в туалете, еще кое-что вспомнила. — Шумно сглотнув, продолжила: — А потом пришло сообщение, что скоро откроется выход и мы просто проснёмся.

— Интересно, — протянул муж. — Он мне написал, что нужно будет выйти на крышу. Оттуда мы сможем выйти из игры.

— Тогда пойдем проверим… — Я сделала шаг по направлению к прихожей, но Клаус остановил меня.

— Он откроется через пять часов. Так что пока никуда не торопись, — сказал муж, дотронувшись до виска. Его лицо тут же исказилось в болезненной гримасе.

— Что случилось? — всполошилась, интуитивно чувствуя, что происходит неладное.

С самой встречи Клаус выглядел жизнерадостным и бодрым, но с течением времени он будто угасал. Неужели принял игру так близко к сердцу? Никогда бы не подумала, что мой муж столь ранимый человек.

— Голова вдруг заболела, — пожаловался он.

— Подожди, скину с тебя эльфийскую иллюзию. — Не зная, как ему помочь, решила убрать лишний визуальный шум.

— Как ты это сделала? — спросил он, изумленно осмотрев себя. — С ума сойти!

— Так же, как и прежде, — ответила, пожав плечами. И чего он так удивляется? Сам видел открытое меню. — Голова еще болит?

— Да, но не так сильно, — сказал Клаус поморщившись.

— Потерпи еще немного, как только выйдем, все закончится, — попыталась утешить мужа.

— Хорошо, — он слабо улыбнулся. — Чем займемся в оставшееся время?

— Без понятия. — Пожав плечами, я сняла с себя иллюзию платья. Хотела и стол с елкой убрать, но Клаус остановил меня.

— Оставь, — попросил, сжав предплечье. — Вот тот салат выглядит очень аппетитно.

Не успела я ничего возразить, как муж подскочил к столу и схватив ложку с раритетной хрустальной вазой, принялся уплетать содержимое. Что на него нашло? Это ведь совершенно безвкусно.

— Все в порядке? — спросила, дотронувшись до его плеча.

Клаус вздрогнул и замер на несколько секунд. А затем отошел от меня и продолжил занятие. Прикусив губу, я села на диван, решив пока оставить его в покое.

— Никогда бы не подумал, что это окажется столь вкусным, — оторвавшись от салата, сказал муж.

— Странно, — протянула, задумчиво посмотрев на него. Мне ведь тоже раньше чудилось, что еда настоящая.

Неужели Клаус все больше погружается в иллюзию?

— Дорогой, — позвала его. — С тобой все в порядке? Нет никаких странных ощущений? Ты ведь выйдешь из игры вместе со мной?

Он враз потерял интерес к праздничному столу и присел рядом.

— Конечно, — ответил, сжав мои пальцы. — Не волнуйся. Все будет хорошо. Как только мы выберемся, первым делом поговорим с твоей матерью и Аланом, чтобы разрешить возникшее недопонимание…

— Лучше не надо. Я сама, — прервала его. На что Клаус покачал головой.

— Нет. Ты моя жена и я должен нести за тебя ответственность. В том числе и перед родителями, — объяснял он мне, как маленькому ребенку. — Не нужно взваливать на себя так много проблем. Позволь и мне поучаствовать…

— Но все равно… Я. — Одна только мысль, что моя мать может причинить ему вред, вызывала нервную дрожь. — Она не очень хороший человек, но все же, до последнего я верила, что однажды ее сердце откроется и для меня… И мама сможет принять тебя.

— Мари, не упрямься, — попросил муж. — Давай решать наши проблемы вместе? Мы ведь семья.

Услышав его слова, я положила ладонь на живот. Внутри теплилась маленькая жизнь, о которой Клаус еще ничего не знал. Меня вновь начало подмывать, рассказать ему обо всем, ведь это и был сюрприз на Новый год.

— Хорошо, — буркнула под пристальным взглядом. — Но если что, не жалуйся.

— Обещаю, — усмехнулся он, даря теплые объятья. Я почувствовала умиротворенное спокойствие. Весь остальной мир потерял важность.

В тишине просидели долго. Слушая мерное сердцебиение, совсем расслабилась. Не оставалось сомнений, что скоро мы проснемся в реальности и вернемся домой, заварим ароматный чай с ромашкой и поговорим о многом. Наконец, совсем устав, пойдем в кровать, и перед тем, как уснуть, я расскажу Клаусу самую важную новость. Хотя после этого он вряд ли сможет спокойно усидеть на месте.

Губы невольно расплылись в улыбке.

Так не пойдет. Нужно подобрать другое время.

— Осталось совсем немного, — вдруг сказал муж, поднимаясь и проходя в прихожую. — Давай скорей оденемся и пойдем смотреть салют на крышу.

— Что, прости? — Я озадаченно приподняла бровь.

— Сегодня Новый год. Помнишь? — усмехнулся он. — Соседи будут запускать салют, а мы бесплатно посмотрим.

— А как же выход из игры? — спросила растерянно.

Сердце вдруг забилось быстрей, предчувствуя неладное.

— Ты о чем, Мариэль? Шампанское ударило в голову? Ты вроде обещала сегодня не пить, — продолжил он нести бред, пугая меня еще больше.

— Клаус! Дорогой мой. Любимый. — Подскочив к нему, положила ладони на небритые щеки, фиксируя голову. Мне не верилось, что это происходит на самом деле. Искусственный интеллект не может стирать человеческую память! Это какая-то ошибка.

Но в глазах мужа я так и не нашла ответа. Усталые и мутные они вызывали еще больше тревоги. Зрачки оказались расширенными.

Что же такое происходит?

— Опять ты напилась! — вдруг огрызнулся Клаус, отталкивая меня. Ударившись спиной о стену, я слабо застонала.

— Подожди меня немного, — спросила, болезненно поморщившись. Но это не вызвало у него никаких эмоций. — Я освежусь, и мы пойдем. Надень пока пальто.

Быстро достав вещи, залетела в туалет и плотно закрыла дверь. Выкрутив барашки смесителя, запустила руки под ненастоящую воду. Немного успокоившись, открыла меню и набрала сообщение для Алана: «Что происходит? Что ты сделал с Клаусом?»

Отослав письмо, я еще немного потопталась, размышляя, а затем добавила еще одно послание: «Не нужно срывать злобу на моем муже. Давай спокойно поговорим сразу после того, как мы выйдем из игры».

Ответ все не приходил, а из прихожей уже начало доноситься недовольное ворчание.

Пришлось сдаться.

— Прости, что заставила тебя ждать. — Моя вымученная улыбка встретилась с гневным взглядом мужа.

— И когда ты успела стать такой? — вдруг спросил Клаус, окончательно выбив почву из-под ног.

Видимо, в его представлении я какая-то недостойная женщина с ярким фингалом под глазом.

— Какой именно? — решила уточнить, боязливо вжавшись в стену.

Под этим суровым взглядом захотелось слиться с обоями и лишний раз не отсвечивать.

— А то сама не понимаешь, — огрызнулся он, не привнеся и толики ясности в наш странный разговор.

Спорить с таким Клаусом мне категорически не хотелось. Нам все равно надо было на крышу, вот и пойдем, раз выход там. Лишь бы он не передумал только.

— Да, я стала совсем другой. — Закивала энергично. — Жизнь, она ведь такая штука, меняет людей и пальцем пошевелить не успеешь. Давай потом это обязательно обсудим.

— Хорошо, — согласился он, сохраняя все то же выражение лица.

Переборов страх, от которого волосы на затылке вставали дыбом, нацепила на себя иллюзию зимней одежды.

— Раз готова, то пошли. — Клаус резко потянул меня за руку на выход.

Похоже, что фейерверк в его голове уже начинался.

Глава 14. На крыше. (Клаус и Мариэль)

Клаус

Сжимая жену в объятьях, я чувствовал себя самым счастливым на свете человеком. Однако, умиротворенно блаженство длилось недолго. Вскоре я потерял контроль над телом. Даже пошевелить пальцем оказалось невозможно.

«Что за чертовщина?» — выпалил совершенно беззвучно для Мари.

— Осталось совсем немного, — сказало мое тело, резко поднимаясь. — Давай скорее оденемся и пойдем смотреть салют на крышу.

— Что прости? — Мариэль явно удивил такой поворот событий.

— Сегодня Новый год. Помнишь? — будто издевался мой персонаж. — Соседи будут запускать салют, а мы бесплатно посмотрим.

«Ишь какой экономный! Отдайте управление мне!» — закричал все так же в никуда.

— А как же выход из игры? — Жена не замечала внутренней борьбы.

— Ты о чем Мариэль? Шампанское ударило в голову? Ты вроде обещала сегодня много не пить, — выдали новую реплику непослушные губы.

— Клаус! Дорогой мой. Любимый. — Напуганная резкими переменами Мари, подскочила ближе. Несколько секунд она просто смотрела на меня, а затем, так ничего и не поняв, отпустила.

«Не заставляй ее еще больше страдать, — попросил, особенно не надеясь, что мои слова будут услышаны. — Алан, прекрати это безумие!»

— Опять ты напилась! — вылетел упрек из моего горла. Рука с легкостью оттолкнула жену, припечатав к стене.

Слабый стон Мариэль поднял волну паники в моем сердце.

«Эй ты! Не смей этого делать! — закричал, срывая голос. — Если ты ее ранишь, обещаю, я так этого не оставлю!»

— Подожди меня немного, — сказала она безэмоционально. — Я освежусь, и мы пойдем. Надень пока пальто.

Конечно, Мари очень испугалась грубой версии меня. Что теперь с нами будет? Когда мне удастся перехватить контроль над персонажем. Надеюсь, что он не успеет причинить Мариэль боль. Глупая игра! До последней минуты заставляет волноваться. Хорошо хоть, что цели наши пока совпадают. Сначала выйдем на крышу, а там уже разберемся.

Мари задерживалась. Что она там делает? Неужели плачет?

— Эй ты! Иди к ней! — выкрикнул я, на удивление получив контроль над телом. Жаль только, что ненадолго. Даже пошевелиться как следует не успел. Зато у меня появилась надежда, что не все потеряно и в нужный момент я перехвачу управление над персонажем.

Жена вышла через минуту. Глаза не были красными, значит, все же она держится и не дает слабину.

— Прости, что заставила тебя ждать, — сказала она негромко и вяло улыбнулась.

— И когда ты успела стать такой? — Чего добивается тот, кто сейчас управляет мной?

— Какой именно? — поинтересовалась Мари.

Вот честно, если она вдруг ударит меня, то даже не обижусь.

«Эй, слышите там! Хватит нас испытывать, — закричал, задрав голову. — Алан, выпусти нас по-хорошему и закончим на этом».

Ответа на мой вопль, конечно, не последовало.

— А то сама не понимаешь, — с издевкой продолжил ненастоящий я.

На несколько секунд повисла напряженная тишина.

— Да, я стала совсем другой. — Мари вдруг сменила тактику общения. Ее персонажем тоже кто-то завладел? — Жизнь, она ведь такая штука, меняет людей и пальцем пошевелить не успеешь. Давай потом это обязательно обсудим.

— Хорошо, — ответил и опять замер.

Я попытался вызвать меню, но ничего не вышло. От досады чуть не взвыл.

— Раз готова, то пошли. — Мое тело резко потянуло Мариэль в подъезд.

«А полегче нельзя? Она все-таки моя жена!» — возмутился в тишину.

Лифта не оказалось. Хотя нужен ли он в таком невысоком доме? Первые четыре этажа мы прошли очень даже бодро, но потом Мари притормозила.

— Странно, — сказала она с одышкой. — Этот дом пятиэтажный, а мы уже на седьмом, судя по табличке и по ощущениям тоже.

Она с легкостью открыла меню и с умным видом начала что-то просматривать. Неужели там указано все, вплоть до высоты зданий? Однако, я не мог не согласиться с тем, что дом действительно не выглядел большим, когда мы были снаружи.

— Идем. — Вновь с силой сжав Мари запястье, потащил вверх по лестнице. — Не упрямься.

«Полегче! Ей же больно!» — закричал, в безрезультатной попытке перехватить управление персонажем.

Мы все поднимались, но ступеньки все не заканчивались. В итоге Мари повисла на моей руке, хрипло застонав.

— Давайте немного отдохнем, — попросила она жалостливо.

— Мы не успеем! — гаркнул персонаж, не желая останавливаться ни на секунду.

Нога Мариэль резко подвернулась, и не удержав равновесие, она чуть не упала животом на лестницу. В последний момент мне удалось перехватить управление и удержать ее в паре сантиметрах от холодного бетона.

— Ты в порядке? — спросил, вновь приобретая возможность говорить.

— Подлец! Сволочь! Зачем ты надо мной издеваешься? — закричала она, выворачиваясь из рук.

— Успокойся, Мари. Это я, Клаус. — Попытался перехватить ее поудобней, но жена вертелась, как уж на сковородке.

— Да! Ты! Конечно, ты! — Пощечина вышла звонкой. Я на секунду растерялся и она поспешила этим воспользоваться. Выскользнула из захвата и оттолкнула меня к заиндевевшему окну.

Убегать не стала. Села на ступеньки, прижав руки к животу.

— Ненавижу тебя, — буркнула она обиженно.

— Прости. — Опустив голову, сжал кулаки. — Кто-то перехватил управление над персонажем.

— Что? — удивилась она, взглянув на меня совершенно по-другому. — Клаус? Ты…

— Я, — перебил, присаживаясь рядом и обнимая ее за плечи. — Не знаю, как долго это продолжится, но пока еще могу управлять телом. Если вдруг опять стану странным, то постарайся не приближаться. Как только выйдем на крышу и откроется выход в реальность, то не медли. Хорошо?

— А ты? — спросила она, взволнованно сжав мои пальцы.

— Сам разберусь, — ответил, приправив голос уверенной интонацией. — За меня не волнуйся. В решающий момент я смогу вновь перехватить управление над персонажем.

— Звучит обнадеживающе. — Она теснее прижалась ко мне и положила голову на плечо.

Несколько минут мы просто молчали, а затем я почувствовал резкую боль в висках. Дернувшись, зашипел сквозь зубы.

— Опять он захватывает твое тело? — всполошилась Мари, вглядываясь в мое лицо.

— Все будет хорошо, — ответил, тяжело дыша. — Иди с ним на крышу.

— Подожди, не исчезай, — попросила жена, вытирая слезы. — Я так и не успела сказать тебе кое-что очень важное!

— Самое время, — прокряхтел как дед, силясь перебороть шум в ушах.

— Я беременна, — выпалила она. — Врач сказал, что срок всего восемь недель. Клаус, у нас будет малыш.

«Любимая, я так рад! Обещаю тебе, что мы благополучно выйдем из игры и у нас все будет хорошо», — сказал беззвучно для Мари.

Проклятая игра опять издевается!

«Эй, Алан! Выпусти ее! Слышишь? — опять мои вопли полетели в никуда. — Если с Мари и ребенком что-то случится, то я тебя уничтожу!»

Мариэль ведь только что чуть не упала. И я ее оттолкнул. А сколько мы бегали… И удары ножом. Проклятье! Надеюсь, что это никак не повлияет на ее состояние. Даже если в физическом плане она и малыш не пострадает, то все равно эмоциональные потрясения тоже опасны. К тому же, они ее чем-то опоили перед тем, как привезти сюда.

— Пойдем, — сказал, поднимаясь и бережно придерживая жену за талию.

Боль резко прошла, словно ее и не было вовсе. Чудеса. Управление тоже вроде как вернулось.

«Все будет хорошо», — опять беззвучно. Разговаривать мне все же не разрешили. Пришлось довольствоваться тем, что есть. По крайней мере, не причиню вреда Мари своими неосторожными действиями.

Ступеньки все не заканчивались. С каждым пройденным этажом номер на табличке увеличивался. Только это мало утешало нас.

— Как пятиэтажка могла превратиться в небоскреб? — прокряхтела жена останавливаясь. — Давай отдохнем.

Кивнув, я позволил ей отдышаться, а сам выглянул в окно. Заиндевевшее стекло демонстрировало лишь мерзлые узоры. Увидеть сквозь них улицу оказалось невозможно. Дыхание и тепло рук не смогли растопить ледяную преграду. Ручек на створках я тоже не нашел. Окончательно отчаявшись, ударил кулаком по стеклу. И опять ровным счетом никакого результата, кроме неприятного покалывания и кровавого следа в районе соприкосновения.

— Клаус, — позвала меня жена. — Ты что там вытворяешь?

— Не твое дело, — огрызнулось мое тело. Опять я потерял контроль. На этот раз, полностью.

— Нам осталось подняться еще на четыре этажа, — сказала Мари, уловив изменения. Хорошо, что она теперь понимает ситуацию и не обижается.

«Держись, дорогая. Как только выберемся, все будет хорошо», — вздохнул, сжимая кулаки.

— Скорей, — поторопил ее, вновь хватая за предплечье. — Если опоздаем, то опять мне будешь мозг выносить.

Я фыркнул. Более стереотипную фразу надо еще поискать. Мари никогда не трепала мне нервы, не скандалила, ничего не требовала. Почти все решения мы принимали совместно. Может, потому что она уступала? Но и я не бил кулаком по столу, отстаивая свое мнение. Наоборот, спрашивал что она думает на этот счет и уже потом мы приходили к варианту, устраивающему обоих.

Стряхнув воспоминания, я сосредоточился на настоящих проблемах.

— Подожди, — Мари вдруг резко остановилась, повисая на мне. — Ноги сильно болят.

Она застонала, доверчиво прижавшись к плечу. К удивлению, неподвластный мне персонаж не стал ее отталкивать. С легкостью подхватил ее на руки. Однако, беспокойство не спешило испаряться. Сердце, оборот, ускорило темп, заставляя придумывать различные неблагоприятные исходы нашего приключения. Но одно я знал точно — Мари с малышом непременно будут в порядке.

Преодолев последний пролет, мы остановились у железной вертикальной лестницы.

— Придется лезть наверх, — вздохнула Мариэль, освобождаясь от моей поддержки и цепляясь за перекладину.

— Там, между прочим, люк, — озадаченно отметил я. — Как мы его откроем?

— А, проще простого, — прокряхтела жена, вызывая меню и нажимая на какие-то кнопки.

С моим зрением явно происходило что-то неладное. Все медленно расплывалось, а когда Мари начинала взаимодействовать с интерфейсом игры, в голове появлялся туман. Возникало такое чувство, что вроде и понимаю увиденное, а вроде и нет. Тревожность моя нарастала. Благо, что жена ее не замечала под безразличной маской персонажа.

— Ну что там? — спросил у Мари нетерпеливо.

— Подожди немного, — отозвалась она, озадаченно просматривая что-то. — Игра предлагает… В общем, сейчас выпадет ключ и люк сам откроется.

Видимо, Мариэль, как и я в свое время собирала предметы в ряд. Повезло, что мой персонаж не стал ей мешать.

Вскоре, как и говорила жена, послышался скрежет металла, словно мы выбирались из старого бункера с толстой дверью. Проход оказался открыт.

— Лезь скорее, — поторопил Мариэль персонаж, дотрагиваясь до ее щиколотки.

«Прекрати трогать мою жену», — выругался сквозь зубы.

Мари ничего не ответила и продолжила карабкаться.

Оказавшись на крыше, почувствовал, как в лицо подул сильный ледяной ветер, забираясь под ненадежное пальто. Управлять, значит, мне не дают, а как холод ощущать так, пожалуйста, милости просим.

Мариэль тоже поежилась, стоя в паре шагов от меня.

Начался обратный отсчет.

— Двенадцать, — кричал океан людей под нами. Кажется, они заполонили все улицы. Так странно. С высоты я видел, как в их руках поблескивали бенгальские огни. — Одиннадцать.

— Десять, — продолжил звонкий хор голосов. — Девять.

— Восемь. — Мой персонаж, сделав шаг в сторону, взял Мариэль за руку. В ответ она слабо улыбнулась и сжала пальцы. — Семь, шесть.

Отсчет продолжался и в душе вздымалось хорошее предчувствие.

— Пять, четыре.

Скоро все закончится, мы проснемся в лаборатории Алана.

— Три.

Я так устал, что даже бить его не стану.

— Два.

Мы просто уйдем домой и продолжим нормальную жизнь в любви и понимании.

— Один! — громче прежнего закричала переполненная счастьем толпа. С оглушительным свистом в черное небо полетела красная комета. Еще секунда и с хлопком раскрылся красивый цветок.

Краем глаза я уловил движение темной фигуры. Она быстро приближалась к нам, неся в себе жажду разрушения.

Глава 14.2

Мариэль

Мы попали в бесконечный ад из ступенек. Даже преодолев четыре этажа, не смогли увидеть крышу.

— Странно. — Я нерешительно подала голос. — Этот дом пятиэтажный, а мы уже на седьмом судя по табличке и ощущениям тоже.

Вызвав меню, попыталась найти карту, но буквы и картинки то и дело покрывались рябью.

— Идем. — Отмороженный Клаус не желал стоять на месте ни секунды. — Не упрямься.

Захотелось вцепиться зубами в его руку и отгрызть ее по плечо. Но я сдержалась. Кто знает, что будет, если его разозлить. Летать по подъезду, как мячик для пинг-понга мне не хотелось.

Плотно сжав губы, чтобы не натворить дел и в сердцах не сказать лишнего, продолжила восхождение на Эверест. Но как бы я ни крепилась и не терпела, в итоге быстро вымоталась.

— Давай немного отдохнем, — предложила, цепляясь за перила, дабы не упасть носом о нескончаемую лестницу.

— Мы не успеем! — Оскалился муж, словно не замечая моей усталости.

Я не поняла, как это произошло, но через ступеньку нога вдруг подкосилась. Зря не держалась крепче! Предчувствуя неизбежную встречу с твердой поверхностью, зажмурилась.

К счастью, все обошлось. Муж удержал меня в последний момент.

— Ты в порядке? — спросил он, сменив тон.

Ах, теперь в заботу решил поиграть?

— Подлец! Сволочь! Зачем ты надо мной издеваешься? — И все же я не сдержала праведного гнева.

— Успокойся, Мари. Это я, Клаус. — Засуетился он, поняв, что пахнет жареным.

— Да! Ты! Конечно, ты! — Меня было уже не остановить.

Рука взмыла вверх, отвешивая пощечину зазнавшемуся мужу. Он замер, явно не ожидая от меня такого финта ушами. Я с легкостью освободилась от его захвата, отталкивая от себя.

Добралась до ступенек и села, ощущая боль в животе. Интересно, с малюткой все в порядке?

— Прости, — вдруг сказал Клаус. — Кто-то перехватил управление над персонажем.

— Что? — вырвалось из моего горла. Как такое вообще возможно? — Клаус? Ты…

— Я, — поспешил заверить муж, резко поменявшись в лице. — Не знаю, как долго это продолжится, но пока еще могу управлять телом. Если вдруг опять стану странным, то постарайся не приближаться. Как только выйдем на крышу и откроется выход в реальность, то не медли. Хорошо?

— А ты? — спросила, не в силах успокоить бешено колотящееся сердце.

— Сам разберусь, — ответил он, обняв меня за плечи. — За меня не волнуйся. В решающий момент я смогу вновь перехватить управление персонажем.

— Звучит обнадеживающе. — Радость оттого, что Клаус рядом и на самом деле игра его не изменила, превратив в ледышку, разливалась по всему телу.

Подсев ближе, я позволила себе расслабиться, взять передышку перед последним рывком.

Однако, муж вскоре дернулся. Его дыхание сбилось.

— Опять он захватывает твое тело? — спросила, горячо надеясь, что это ложная тревога.

— Все будет хорошо, — сказал Клаус, давясь воздухом. — Иди с ним на крышу…

Неужели это правда происходит? Что если позже ему не удастся перехватить контроль? Клаус ведь не застрянет в игре?

— Подожди. Не исчезай, — попросила, проглатывая вставший в горле ком. — Я так и не успела сказать кое-что очень важное!

Да! Не лучший момент для этой новости, но что если больше не выпадет шанса? Он ведь все же отец ребенка и должен знать, что со мной происходит. К тому же у Клауса появится еще одна причина поскорее вернуться домой.

— Самое время, — выдавил он слабо.

— Я беременна, — произнесла на одном дыхании. — Врач сказал, что срок всего восемь недель. Клаус, у нас будет малыш.

Муж вдруг замер. Его лицо вновь стало злобным, глаза ледяными. Услышал ли он меня? Правильно ли я сделала, рассказав обо всем сейчас? Наверное, он будет переживать еще больше, но персонаж вряд ли это покажет. Ох и не о таком празднике я мечтала. Алан, что же ты натворил?

— Пойдем, — сказал изменившийся муж поднимаясь.

Ладно. Придется немного потерпеть. Даже если Клаусу не удастся перехватить управление, я все равно его здесь не оставлю. Утащу с собой, вцепившись руками и ногами, если понадобится.

Мы опять начали подниматься. Спустя несколько этажей, не выдержав гнетущей тишины, спросила:

— Как пятиэтажек могла превратиться в небоскреб?

Предложила отдохнуть.

К удивлению, Клаус не стал ругаться и остановился, отпустил меня, а сам прилип к окну.

Я вызвала меню, пытаясь разобраться, как долго нам ещё карабкаться. Всплыла подсказка: «Через четыре этажа вы сможете выбраться на крышу».

Переведя дыхание, я взлохматила и без того растрёпанные волосы.

Только отвернулась, сразу послышался глухой удар. Кисть мужа оказалась в крови.

— Клаус, — окликнула его, боясь резко подходить ближе. — Ты что там вытворяешь?

— Не твое дело, — окрысился он, пугая меня ещё больше.

— Нам осталось подняться еще на четыре этажа, — сообщила, отвлекая его от созерцания кровавых разводов на окне.

— Скорей, — оживился он. — Если опоздаем, то опять будешь мне мозг выносить.

Вот это новости! Оказывается, я ему нервы мотаю!

Недовольство поднялось во мне за считанные секунды, но пришлось сделать глубокий вдох. Это не мой муж. Он просто выглядит так же. И тащит меня слишком быстро.

Я опять начала уставать. Все же придется просить помощи у него.

— Подожди, — всхлипнула жалостливо. — Ноги сильно болят.

Резко остановившись, Клаус с легкостью поднял меня на руки. Я дернулась, но не отважилась возражать и вырываться. Не бросит же он меня с размахом об перила.

Стиснув зубы, притихла, чтобы не разозлить его неосторожной фразой.

Вскоре мы преодолели последний пролет. Мой взгляд уперся в железную лестницу.

— Придется лезть наверх, — вздохнула, понимая, что на руках он меня туда не затащит.

Встав на ноги, я потерла ладони.

— Там, между прочим, люк, — сказал муж. — Как мы его откроем?

— А, проще простого, — ответила, уже карабкаясь вверх.

Остановилась, едва не стукнувшись головой. Вызвала меню. Подсказка появилась незамедлительно. Мне предполагалось пройти мини-игру. Издевательство какое-то.

Сцепив зубы я начала выполнять заданные условия, собирая в ряд снежинки, елочки и шарики. Клаус оставался внизу.

Руки тряслись так, что иногда я нажимала мимо нужных картинок.

— Ну что там? — наконец не выдержал муж.

— Подожди немного, — попросила, силясь завершить все действия. — Игра предлагает… В общем, сейчас выпадет ключ и люк сам откроется.

Наконец я передвинула последний снежок. Сверкнул золотой ключик и уплыл куда-то вверх. Поймать его возможности не предоставилось. Выход открылся через секунду.

— Лезь скорее, — нетерпеливо шикнул на меня Клаус.

Пришлось поторапливаться.

Уже на крыше пришло еще сообщение: «Из игры выйдет только один пользователь».

Это что? Угроза?

Не подавая вида, отошла в сторону, пропуская Клауса. Оглядевшись, я ничего особенного не заметила. Лишь море людей под нами. Восхитившись вереницей красивых огоньков, вздрогнула. Высота была впечатляющей. Голова враз закружилась, но я не смела жаловаться, уговаривая себя потерпеть еще немного.

Дальше по улице стояла огромная пушистая елка, которая оставалась незамеченной мной ранее. На ней начали высвечиваться цифры.

— Двенадцать, — скандировала счастливая толпа. — Одиннадцать.

Надо же! Я никогда не видела подобного.

Меню открылось самопроизвольно и то же начало демонстрировать обратный отсчет.

— Десять, девять, восемь, — продолжил хор. — Семь, шесть, пять.

По телу прошлась волна дрожи. Клаус вдруг взял меня за руку. Сжимая его пальцы, я думала, что никогда больше не отпущу их.

— Четыре, три, два, — закричал еще громче народ. — Один!

Фейерверк взмыл в ночное небо.

Муж резко дернулся и кинулся в сторону, отстранив меня. Черная фигура метнулась к нему, и обхватив за талию, начала толкать к краю крыши.

— Не трогай его! — закричала, подлетая к ним.

— Мари! Не подходи! — предостерег Клаус. — Выбирайся из игры!

В следующую секунду обе фигуры полетели вниз. Я ничего не успела сделать.

Крик застрял в горле. Рухнув на колени, закрыла лицо руками. В этот же момент вокруг меня образовалось нестерпимо яркое сияние. Казалось, что оно проникает под мою кожу и вспенивает кровь. Пошевелиться не удалось.

Что происходит? Это и есть выход из игры? Но почему он такой болезненный? А как же Клаус?

Глава 15. Реальный мир? (Мариэль и Клаус)

Мариэль

Неприятные ощущения быстро прекратились. Я очнулась в мягком кресле. Алан в белом халате стоял поодаль. Он что-то сверял, придерживая прямоугольный экран. Бывший друг не подавал вида, что заметил мое пробуждение. Осмотревшись, поняла, что нахожусь в лаборатории. Я знала про это место только по рассказам. Аппаратура, контролирующая процесс погружения в игровую реальность находилась за стеклянным кубом, а мы — внутри. Кроме светящихся лампочек и кнопочек, я ничего в особенности не видела.

— Как ты себя чувствуешь? — спокойно спросил Алан, напугав меня.

Вокруг царила просто идеальная тишина и любой шорох показался бы громогласным воем.

— Сам-то как думаешь? — огрызнулась, не желая так просто прощать его за содеянное.

— Это было для твоего блага, — сказал он невозмутимо.

— Не знаю, что там тебе моя мать напела, но это было отвратительно, — фыркнула, прикрыв глаза.

Хотелось вообще встать и уйти, демонстративно хлопнув дверью, но тело отказалось таким вялым, будто кто-то вынул все мышцы.

— Отдохни, — «заботливо» посоветовал Алан. — Ты долгое время пробыла в игре. Опасно активно двигаться сразу после пробуждения.

— Да ну тебя, — буркнула обиженно.

Он достал шприц и медленно набрал лекарство из ампулы. Я занервничала, когда Алан подобрался ближе.

— Это поможет тебе восстановиться, — пояснил он, умело делая укол в вену.

— Где Клаус? — спросила, пока особенно не чувствуя эффекта.

— В соседней комнате, — ответил Алан с напускной небрежностью, но я увидела, как дернулись мышцы на его щеке.

— С ним все в порядке? Он вышел из игры? — продолжила, повысив голос.

— Что с ним станется? — бросил бывший друг, взглянув меня холодно. — Почему в итоге ты выбрала его?

— В смысле? — удивилась, приподняв брови. — Он мой муж. Мы счастливы в браке и любим друг друга. Кого, по-твоему, должна была выбрать?

— Были и другие кандидаты, — ответил Алан без конкретного указания. — Тебе предоставили выбор.

— Издеваешься? — Поморщилась, силясь припомнить кого-то еще. Кажется, на работе мне оказывали внимание коллеги и начальник. Это тоже игроки?

В голове образовалась каша из ранее увиденных образов. Проблема в том, что я даже не помнила их лиц и имен. Эта часть игры всплывала в сознании словно мутный сон. Вроде и помню в общих чертах происходившее, но разговоры и детали уже успели стереться.

— Мне перечислить всех? — хмыкнул Алан.

— Нет. Спасибо, — остановила его, прежде чем он начал читать список в алфавитном порядке. Тем более что в руках бывшего друга появилась пака. Откуда он ее только достал?

— Я давал тебе много шансов одуматься. — Алан покосился на меня совсем недобрым взглядом. — Но ты раз за разом выбирала не того человека.

— Тебя забыла спросить, кого мне любить, — прошипела, выходя из себя. Достали! Мать, как только вновь появилась в моей жизни начала доказывать свою правоту в любых вопросах, подминая под тебя. Теперь еще и Алан решил, что вправе вмешиваться в мою жизнь. Одно дело если бы он действовал по принуждению, но нет, самостоятельно, хоть и не без участия матери. Запихнул в игру, стер память, заставил страдать, и по итогу добивает недовольством.

— Да, это твоя жизнь, — вдруг согласился он. — Однако, близкие люди на то и нужны, чтобы помогать.

— И чем ты мне помог? — я наконец сумела пошевелить рукой. — Накачал какими-то лекарствами, засунул в игру, даже не поинтересовался моим состоянием. А если бы с ребенком что-нибудь случилось? Прежде чем помогать кому-то, убедись, что человек действительно в этом нуждается.

— Расслабься, — попросил бывший друг. — Тебе нельзя нервничать.

— Вот именно, что нельзя, а ты меня в этот ад отправил в антураже Нового года. Да я теперь этот праздник на дух не переношу! — закричала, чуть приподнимаясь. Сердце болезненно отбивало ритм в груди, низ живота будто окаменел.

— Все будет хорошо, — сказал Алан, погладив по руке. — Скоро все закончится.

— Отведи меня к Клаусу. Видеть тебя больше не могу, — произнесла, тяжело дыша.

— Подожди еще немного, — попросил бывший друг. — Через несколько минут можно будет двигаться. Как только встанешь на ноги, обязательно сходим к нему.

Обещания Алана меня не обнадеживали. В его интонации скользила фальшь. Что-то было не так. Или не совсем так. Реальность, к которой мы отчаянно стремились, оказалась серой и безликой. Возможно, все потому, что я пока вынуждена пребывать в лаборатории.

— Как далеко находится его комната? — просила, прикидывая, как долго мне придется ковылять, цепляясь за стеночку. Хотя я уже была готова ползти по-пластунски, лишь бы убедиться, что с Клаусом все в порядке. Представив эту картинку, вздрогнула и приложила ладонь к животу. Прости малявочка, о тебе-то я совсем не подумала.

— Дальше по коридору, — ответил Алан, возвращаясь к своим кнопочкам и сияющим мониторам. — Жизненные показатели в норме.

Через несколько минут мне уже было невмоготу сидеть на одном месте. Все тело зудело от желания встать и хорошенько разогнать кровь.

— Уже можно? — поинтересовалась, вытягивая вперед руки и сжимая пальцы. Ощущения при этом я испытывала такие, будто и не мои они вовсе.

— Потихоньку, — предупредил он и поспешил отложить проверку показателей аппаратуры. Подойдя ко мне, помог подняться, придерживая за талию. — Не спеши. У нас еще много времени.

— Да? А Клаус разве не очнулся? — встрепенулась, чувствуя подвох в его словах. — Ему кто-то помогает? Ты ведь не один здесь работаешь?

— Разумеется, — усмехнулся Алан, будто я сказала несусветную глупость. — Потом сама увидишь.

— Ты ведь отпустишь нас домой? — Последний вопрос дался мне тяжело. Внутри все сжалось. Страх, что напоследок бывший друг совершит какую-нибудь гадость, никуда не делся.

— Конечно, — ответил он в том же тоне.

— Зачем, вообще, было устраивать это все? — Меня понесло. Кажется, тревога только еще больше развязала язык. — Что такого тебе сказала моя мать? И почему в игре ты постоянно убивал меня?

— Что? Убивал? — Алан резко остановился, так и не дойдя до двери. — Этого не может быть! Игра совершенно безобидна. Я в нее даже психоанализ по Фрейду добавил, чтобы искусственный интеллект лучше подстраивался под потребности игроков.

Я замерла. Нож. Продолговатый предмет и он меня им ударил. Не говорит ли это о сексуальных фантазиях в мою сторону одного очень нехорошего человека? Отвращение кольнуло горечью в горле. Даже представлять не хочу.

— Ты загружал в игру свои мысли? — С губ слетел нервный смех.

— Она еще в разработке. Я просто добавил еще одни параметры. Мой аватар там ради массовки, — пояснил он, уставившись на меня совершенно безобидно.

— Это чудо стало дьяволом во плоти и преследовало нас везде, — прошипела рассерженно. — Разве ты ничего не видел? От тебя же приходили подсказки и едкие комментарии.

— Нет, — протянул Алан озадаченно. — Мне представлялась другая картина.

— Значит, пора признать, что эксперимент не удался, — фыркнула я. — Не стоит впускать в такую игру кого бы то ни было.

— Твоя мама мне рассказала мне о том, как несчастливы вы в браке. — Начал свое откровение Алан. Я даже замерла, чтобы не спугнуть его. — Муж избивал тебя, но не подписывал документы на развод. Не понимаю, почему ты все равно выбрала его.

— Потому что она наврала. Ты хоть раз видел меня с синяками? Слышал жалобы? — спросила тихо. Голова гудела от всего того кошмара, что мне пришлось пройти по прихоти матери. — Ладно. Пойдем лучше. Хочу скорее увидеть Клауса и уехать отсюда.

Алан молчаливо открыл дверь в полутемный коридор с серыми стенами.

— Иди, — сказал он, как котенка, толкая меня на выход.

Оказавшись снаружи, я поймала себя на мысли, что это место вызывает подсознательную тревогу.

Алан закрыл дверь с той стороны. И как это понимать? Его обида столь сильна, что он не хочет больше помогать? Тоже мне! Сама дойду.

Первые шаги дались, на удивление, с легкостью, но затем меня начало штормить, как кота, не до конца оклемавшегося от наркоза. Перед глазами все двоилось. Руки тряслись.

«А точно ли я вышла из игры?» — подумала, нащупывая шершавую поверхность стены. В любом случае мне надо было найти Клауса. Только он сможет развеять появившиеся сомнения.

Еще мне показалось странным, что в лаборатории не оказалось больше сотрудников. Явно кто-то еще должен следить за ходом эксперимента. Даже если Алан наврал о моем согласии, то о запуске игры явно должен был кто-то из команды узнать. Тем более что прошло достаточно времени. Даже не представляю, что он там наплел. Как Алан объяснил мое присутствие и спровадил персонал?

От беспокойных мыслей начало подташнивать.

Все же дом подождет. Как только выберемся, нужно сразу сходить к врачу и проверить состояние ребенка. Я приложила дрожащую ладонь ко все еще плоскому животу.

«Прости малявочка, — обратилась к крохе. — Это все моя вина. Потерпи немного. Скоро мама выберется и будет оберегать тебя как следует».

Вскоре я нащупала круглую ручку. Повернув ее влево, толкнула дверь, проходя внутрь комнаты. Она очень походила на ту, в которой очнулась я. В кресле сидел Клаус.

Не медля больше ни секунды, оказалась подле мужа.

— Дорогой, ты как? — спросила, дотрагиваясь до его руки. Та оказалась подозрительно холодной. — Клаус?

Несмело потрясла его за плечо. Ответа так и не последовало. Внутри вдруг все оборвалось.

— Этого не может быть! Ты ведь не пострадал, упав с крыши? — закричала, проверяя дыхание и пульс.

— Почему ты так расстроена? — Голос Алан раздался за спиной, заставляя испуганно вздрогнуть.

Клаус не подавал признаков жизни. Кроме того, из его рта сочилась кровь.

— Это ведь неправда? Я все еще в игре? — спросила, дрожа от ужаса. — Он не мог вот так просто умереть! Почему ты не вызвал скорую?

Я кинулась к Алану, хватая его за ворот белого халата.

— Верни мне мужа! Ты…

— Уверена, что он вообще существовал? — усмехнулся тот в ответ.

Его забавляет моя реакция?

— О чем ты говоришь? — Слезы душил меня, застилая глаза соленой пеленой. — Верни мне мужа!

— Он всего лишь часть игры, — сказал Алан, убирая руки и подталкивая меня к нему. — Смотри. Здесь никого нет. У тебя никогда не было мужа.

— Ложь. Наглая ложь! — взвизгнула брыкаясь. — Я беременна. Как ты это объяснишь?

— Это часть внушения в игре, — сказал он, обнимая меня. — Не думал, что она на тебя так сильно повлияет.

— Убери от меня свои руки! — Кресло, действительно, пустовало и это напугало еще больше. Но как я могла ошибиться в своих чувствах? А ребенок? Определенно здесь что-то не так.

— Тебе нужно отдохнуть, — заботливо предложил Алан, уводя меня.

В голове прокручивались горькие мысли. Верить в реальность происходящего я не спешила. Нужно выйти из лаборатории, чтобы разобраться во всем.

Бывший друг провел меня дальше по коридору, в пустынную комнату без окон и закрыл дверь на замок. Из удобств предоставил только кровать.

Я попыталась вызвать меню взмахом руки. Бесполезно. Даже в сотый раз ничего не получилось. Неужели и вправду все так плохо?

Немного полежав, попыталась прийти к логическому заключению о том, где я нахожусь, но ничего не получалось. Запутываясь все больше, обессиленно задремала.

Однако, передышка длилась недолго. Вскоре я услышала голос.

— Она не приходит в себя! Ты понимаешь, что ты натворил? — кричал Клаус, будто бы где-то рядом.

Вздрогнув, я встала и осмотрелась. Вокруг никого.

— Я не знал, что так получится. — Алан растерянный и взволнованный. — Скорая уже в пути.

— Она очнется? — Опять муж. — Прошу, скажи, что все будет хорошо.

— Я не знаю…

Дверь резко распахнулась. На пороге показался бывший друг и бородатый дядька.

— Приехал врач, — объявил Алан, совершенно по-другому, нежели слышалось мне прежде. — Он осмотрит тебя.

Они зашли в комнату. А у меня словно что-то щелкнуло в мозгу: «надо бежать».

С силой оттолкнув бородатого дядьку, я выбежала в коридор.

«На крышу», — шепнул голос в голове. Не раздумывая ни секунды, припустила к лестнице. А позади уже слышались крики Алана

— Остановись! Что ты творишь? Его никогда не существовало.

Я и не подумала замедляться, наоборот, ускорила темп. Через несколько пролетов почувствовала металлический привкус на языке. Времени отдышаться у меня попросту не было.

Я не сошла с ума. Я все еще в игре. Здесь все ненастоящее.

— Держись, Мариэль, — полный боли голос Клауса, рвал душу на куски.

«Иду к тебе любимый, — взывала к нему беззвучно. — Дождись меня».

Выбежав на крышу, подошла к краю и посмотрела вниз. Высоко здесь.

— Мари! — окликнул Алан. — Не делай глупостей.

— Пошел ты! — огрызнулась, вставая на выступ.

«Прыгай», — подсказал все тот же голос.

— Послушай меня! — бывший друг был в панике. — Спускайся! Давай нормально поговорим.

— Я все уже тебе сказала. — Давясь воздухом, попыталась сделать шаг, но ноги будто вросли в бетон.

— Ты ведь беременная. Подумай о ребенке. — Уговоры продолжились. Вот и пойми его. То говорит, что это внушили, теперь, оказывается, наоборот.

— От кого, интересно, раз Клауса не существует? — Я зачем-то ответила на его бред. Ведь что-то непонятное несет этот персонаж всю дорогу.

— От меня, — выдал Алан, вытягивая руки вперед, чтобы помочь спуститься.

От неожиданности на секунду я даже позабыла, где нахожусь и что делаю.

«Прыгай» — напомнил голос чуть настойчивей.

— Мари, не покидай меня. — Мольба Клауса.

Повернувшись к Алану, я улыбнулась.

— Игра закончена, — сказала, падая на спину. В сердце больше не осталось сомнений. Белый свет окутал пространство вокруг. Уверена, что все будет хорошо.

Глава 15.2

Клаус

Падение длилось недолго, но испугаться я успел. К тому же все произошло на глазах Мариэль. Неужели обязательно было делать трагический финал истории?

Открыл глаза я уже в лаборатории. По ощущениям тело оказалось совсем ватным. Медленно повернув голову в сторону жены, увидел ее спящей, но уже без подключенной аппаратуры. Хорошо. Значит, она тоже благополучно вышла из игры, но еще не проснулась.

— Как самочувствие? — спросил Алан, заходя в стеклянную комнату. — Там за дверью уже шумиха поднялась. Все ждут результатов. Вы с Мари как первые люди в космосе.

— Скорей уж как Белка и Стрелка, — хмыкнул я, потягиваясь до хруста. Постепенно ко мне возвращалась возможность двигаться. Ни за что больше не стану входить в игру. — Почему Мариэль еще не пришла в себя?

— Подожди. Я занимаюсь этим вопросом, — сказал тот, что-то щелкая на планшете. — Она вышла на минуту позже тебя и пробыла в игре дольше. Погружение в виртуальную реальность сродни дайвингу, чем глубже опускается, тем медленней возвращение. Если выдернуть ее резко, то лопнут сосуды.

— Зная всю опасность, ты все равно втянул мою жену в это, — прошипел, сжимая кулак. Безумно хотелось сломать Алану нос.

— Я и не подозревал, что все так обернется. Думал, что вы закончите раньше, — продолжил он, не поднимая на меня взгляда.

— Ты скорую хотя бы вызвал? — спросил, выпрямляя спину и проверяя карманы. Те оказались пусты.

— В этом нет необходимости, — отмахнулся Алан, словно мы говорили о царапине, излечить которую можно при помощи слюны и подорожника.

— Мари беременна, — напомнил ему, вставала с кресла. — Ты ведь все видел, наблюдал за нашими мучениями. Почему теперь притворяешься, что ничего особенного не произошло?

— Прекрати сеять панику, — отрезал он раздраженно. — Я пытаюсь ей помочь.

— Тыкая кнопки на планшете? — рявкнул, теряя терпение. — ли все плохо, то вызывай подмогу! Или твое эго не в силах признать ошибку?

— Важен результат, — оборвал Алан. Надежда, что помощь подоспеет вовремя, таяла на глазах.

— Плевать мне на это! — Схватив его за горло, с силой надавил, пока не послышались всхлипы. — Зови подмогу, иначе, не вини меня…

— Хор-рошо, — прокряхтел он, получая свободу.

Потерев шею, Алан достал из кармана халата телефон и вышел из комнаты. Я сделал глубокий вдох. Если он и на этот раз обманет, то не знаю, что с ним сделаю.

Подойдя к Мари, с содроганием сердца посмотрел на бледное, измученное лицо. Бедняжка, за что тебя так ненавидит мать? Осознать всю правду о семейных взаимоотношениях Мариэль, оказалось тяжело. Когда по телевизору показывают неблагополучные семьи, то ты наверняка знаешь, как нужно было поступать родителям. Однако, столкнувшись с проблемой, даже не в состоянии принять новые обстоятельства. В любом случае я обязательно во всем поддержу Мариэль, но в то же время, теперь страшно сделать хуже, неосторожным словом или действием.

Дотронувшись до холодного запястья Мари, нащупал слабый пульс.

— Отойдите от нее. Мы сейчас все проверим. — В комнату вернулся Алан с двумя мужчинами среднего возраста.

— Кто вы такие? — спросил, не желая доверять здоровье жены непонятным личностям.

— Они мои коллеги, — сказал Алан.

— Какие показатели у игрока? — Вошел в рабочий процесс первый. — Как давно она без сознания?

— Уже более двадцати минут, — ответил наш мучитель.

— Это слишком долго. — Меня отстранили от Мари.

Второй мужчина проверил реакцию ее зрачков на свет.

— Плохо дело, — сказал тот едва слышно. — Открылось кровотечение.

— Что? — Я ринулся к жене, но ничего не вышло. Мужики схватили меня за руки и оттащили к дальней стене. — Отпустите! Сволочи!

— Успокойтесь, — попросил один из них. — Скорая уже в пути.

Сердце ухнуло вниз.

Я не знал, как и чем могу помочь Мари.

Секунды, длившиеся вечность, медленно перетекли в минуты. Тогда мне стало совсем невмоготу терпеть навалившуюся панику. Там, в кресле, моя беременная жена истекает кровью, а я ничего не могу сделать.

Словно в тумане попытался подойти к Мариэль, но коллеги Алана упорно не подпускали ближе. Через какое-то время приехала бригада скорой помощи. Слух уловил вопрос врача:

— Кто ее опекун?

— Я, — ответил слабо. — С моей женой все будет хорошо?

— Пока рано делать прогнозы, — сказал медик, осматривая Мариэль. — Поставьте капельницу и срочно в больницу.

Мари погрузили на носилки, но я так и не услышал даже слабого стона.

В машине скорой помощи начался полнейший ад. Приборы пищали, врачи суетились. Я откровенно мешался, но никогда бы не подумал оставить Мари одну.

— Держись, Мариэль. — Взяв ее за тонкие пальцы в ладони, едва не заплакал.

— Мы теряем ее! — крик, разорвавший душу на части.

Врач начал непрямой массаж сердца.

— Подъезжаем, — оповестил водитель, вмешавшись в какофонию ужасных звуков.

— Хорошо. Давай же, девочка! Дыши! — Медики отчаянно боролись за жизнь моей дорогой жены.

Как только машина остановилась, двустворчатые двери резко распахнулись. Нас уже ждали.

— В операционную! — прокричал кто-то из персонала.

Держась за бортик кровати, я побежал с ними, но вскоре меня отстранили медсестры.

— Вам туда нельзя, — сказала девушка, указав на дверь. — Продолжайте здесь.

Плюхнувшись на коричневую лавочку, я схватилась за голову. Не знаю, как долго просидел в таком положении, но вздрогнул от прикосновения к плечу.

— Извините, ваше имя Клаус? — спросил незнакомец, открывая перед моим лицом удостоверение.

Сфокусировать взгляд, чтобы прочитать хоть что-то, не удалось.

— А вы? — промямлил в надежде, что он представится сам.

— Я детектив Спот, расследую дело об исчезновении вашей супруги Мариэль, — ответил он, присаживаясь рядом.

— Она в операционной. — Мотнул в сторону двери со все еще горящей табличкой.

— Не могли бы вы мне рассказать о произошедшем? — попросил детектив.

— Что именно вас интересует? — вздохнул, совершенно ненастроенный на продолжительный разговор.

— Все, что вы помните, — сказал он, включая диктофон.

Я начал вспоминать, с чего все начиналось. События двухдневной давности казались мне безнадежно далекими, словно случились они несколько месяцев назад. Только позже до меня дошло, что я не обращался в полицию. Тогда кто это сделал?

— Не волнуйтесь, — прервал детектив. — Мы обязательно найдем виновных и привлечем их к ответственности.

Я осоловело посмотрел на него даже не подозревая, какое наказание ждет Алана. Вообще, что ему могут предъявить по закону? Похищение человека?

Спот криво улыбнулся. На момент мне даже показалось, что все еще нахожусь в игре. Чувство нереальности происходящего застилало разум. Перед глазами все поплыло.

— Эй, парень, — позвал детектив, тряхнув за плечо. — Похоже, тебе тоже не мешало бы показаться врачу. Кто-нибудь! Здесь человеку плохо!

Издаваемые им звуки вдруг стали тянуться, превращаясь в один монотонный звон. Я словно увяз в мутном киселе и не мог сделать резкое движение. Мне лишь удалось медленно поднять руку, но она показалась чужой.

В поле зрения появились люди в белых халатах. Один из них посветил мне в лицо. Что они пытаются сделать?

— Вы меня слышите? Как вас зовут? Какое сегодня число помните? — Вопросы посыпались будто в ускоренной перемотке.

— Клаус, — выдохнул, понимая, что время вернулось в свое русло.

— Успокойтесь. Дышите, — посоветовали мне. Будто это так просто.

Я не мог совладать с собственным телом и оно начало заваливаться набок. Пресекая мою попытку уйти в отключку, под нос сунули ватку с нашатырем.

Уж лучше бы они бросили меня на пол и ушли. Тем более что спать очень хочется. Оказывается, я так устал, словно бодрствовал целую неделю.

Как отключился, не заметил. По ощущениям прошло всего несколько минут, но очнулся я уже на больничной койке под капельницей. Врач появился после моих натужных попыток вынуть иглу из руки аккуратно, не получился кровавый фонтан.

— Куда это вы собрались? — улыбнулся мужчина со стетоскопом на шее.

— Моя жена, — прохрипел садясь. — С ней все в порядке? Как прошла операция?

— Она все еще в реанимации, — ответил он, опуская взгляд. — Вы сможете навестить ее, как только мы убедимся, что с вами все в порядке.

Я сжал зубы, борясь с желанием оттолкнуть врача и побежать к Мари. Останавливала лишь мысль, что помочь я ей ничем не смогу.

Глава 16. Жизнь вне опасности. (Мариэль и Клаус)

Мариэль

Проснулась я под протяжное пищание приборов. Хотелось верить, что на этот раз уж точно в реальности. Еще одной нервотрепки я бы попросту не вынесла.

С тихим стоном пошевелила рукой, перекладывая ее на живот. Малыш, ты в порядке?

— Она очнулась, — сказал кто-то. Послышался топот ног и разговоры.

Похоже, что я в больнице.

Медики тут же окружили меня своим вниманием. Что они так всполошились? Я какой-то особенный пациент?

Всматриваясь в совершенно незнакомые лица, все не могла понять, что им от меня нужно. Последовали вопросы о моем полном имени и номере медицинского страхования. Его надо было наизусть учить? Раньше я попадала в больницу крайне редко. Запомнить семь цифр и три буквы попросту не удосужилась.

Дату своего рождения назвала. Только после этого меня оставили в покое, так ничего толком и не сказав о состоянии ребенка.

— Отдыхайте, — велел врач, завершая запись в документах.

— Где мой муж? — спросила у него, едва ли не ухватившись за край халата. — С ним все в порядке?

— М-м-м, — протянул мужчина, оглядев палату. — Вроде бы здесь. Он еще повздорил с главврачом по поводу животного.

— Что? — О чем он, вообще, говорит?

— Подождите немного. — Мягко улыбнулся медик. — С ним все в порядке. Помощь мы оказали вовремя.

Я перевела дух. Неужели нам удалось выбраться из игры без последствий? Не считая нервного срыва и ненависти к Алану.

Врач быстро ретировался, так и не дав шанса задать еще один очень важный вопрос. Ребенок. Как он?

Кусая губы, я повернулась набок. Но так и не успела напридумывать кучу кошмаров. Пришел муж. Несмело отодвинул занавеску, отделяющую меня от других пациентов в палате.

— Доброе утро, — сказал Клаус бодро, словно пытался казаться веселым, скрывая что-то очень нехорошее на душе.

— Привет, — отозвалась, силясь прочитать на его лицу дурную весть. — Как…

— Все хорошо, — перебил он, взяв меня за руки и присаживаясь рядом. — Ребенок и ты в порядке. С вами все будет хорошо.

От его слов даже дыхание перехватило. Неужели это правда?

— На Алана заведут уголовное дело, — продолжил муж, слегка надавив на мое плечо, будто знал, что я резко вскочу. — Твоя мать подала заявление о пропаже человека.

— Что? Но почему? — Вцепившись в руки мужа с силой сжала их. — Она приходила сюда?

— О мотивах ее я не знаю, — отозвался он поморщившись. — Даже если она и придет сюда, то в обиду тебя не дам.

— Но…

— Положись на меня, — попросил Клаус. — Помнишь? И в радости, и в горести…

— Она не следит за языком и может наговорить всякое. — Надулась я как мышь на крупу. Мне правда хотелось всецело доверять мужу, в том числе и разделить с ним главную боль. В то же время где-то внутри зрело необъяснимое чувство вины за то, что я втягиваю его в эту грязь.

— Пусть говорит. Ее право. Но я всегда буду на твоей стороне. — Голос Клауса задрожал, выдавая его нервное напряжение. Вот этого я тоже боялась.

— Какой же ты у меня… — Не выдержав нахлынувшей волны нежных чувств, все же поднялась и обняла любимого. Ощутив тепло его кожи немного успокоилась. Мы живы, мы рядом, в реальном мире и скоро у нас родится малыш. О большем я и не смела мечтать.

— Придушишь, — усмехнулся Клаус, поглаживая меня по спине. — Кстати, ты не получила свой новогодний подарок.

— Мы в порядке — это лучше всех на свете подарков, — пробормотала, не желая разжимать объятья.

Мой! Никому не отдам и никуда не отпущу!

Посмеиваясь, Клаус мягко отстранился.

— Боюсь, что он не может больше ждать. — Хитро подмигнул муж и обойдя кровать, выглянул из-за шторки. Я заинтересованно покосилась в сторону. Через мгновение в руках Клауса оказалась небольшая клетка с толстым хомяком внутри. Он очень походил на того, что я видела в игре.

— Сантту, — вырвался всхлип из моего горла. — Мы все еще в игре?

— Нет. Ты что? — воскликнул муж, ставя клетку на тумбочку. — Это генно-модифицированный хомяк. Я купил его по дороге домой. То есть мне его случайно предложили…

Клаус замялся.

Раньше мы преподносили друг другу дорогие подарки, интересуясь предпочтениями, но всегда умудрялись делать так, чтобы получался сюрприз.

В этом году все пошло не так. Мы, действительно, начали отдаляться.

— Прости меня, Мариэль, — сказал Клаус, нарушая повисшее молчание. — Я совершил много ошибок, безнадежно запутавшись в бытовых делах. Сначала думал, если работаю дольше, то и брак наш будет крепче. Я чувствовал, что все выходит из-под контроля, но ничего с этим не делал. Боялась даже признать, что у нас появились проблемы.

— Я тоже хороша. — Нервный смешок вырвался против воли. — Готовила ужины и плакала в одиночестве вместо того, чтобы сесть и высказать накопившееся. Я упорно не хотела смотреть правде в глаза, прикрываясь детскими травмами. Но мне, действительно, сложно их отпустить.

— Хорошая моя. — Вновь оказавшись в теплых объятьях мужа, шмыгнула носом, силясь прогнать подступающие слезы. — Все в порядке. Давай договоримся больше не держать в себе проблемы. Пусть даже самые мелкие. Если ждешь меня с работы, то скажи, чтобы поторапливайся. Или, к примеру, не хочется тебе готовить и убираться, сообщи об этом. Я решу проблему.

— Мне казалось, что ты обидишься, — ответила, вдыхая его запах, смешанный с горечью лекарств.

— Глупенькая. — Легкий поцелуй в висок немного успокоил трепет моего сердца.

Сантту заерзал в клетке, выкидывая из нее опилки.

— Где ты все время его держал? — спросила, наблюдая за тем, как крохотные лапки цепляются за прутья.

— Ты не поверишь, — сказал он, разжимая руки. — Отдал твоей матери. Я ведь не знал, что она не в себе. Полицейские привезли Сантту после того, как мне стало лучше. Следователь сказал, что теща называла его дьяволом. Несла какой-то бред про судный день…

Клаус вдруг осекся.

— Все в порядке. — Кивнула, готовая выслушать весь рассказ. — Мы договорились ничего не скрывать друг от друга.

— В общем, я не знаю, что такого натворил Сантту, — продолжил муж, откашлявшись, — но вернули его в полном порядке. Я, когда ты рассказал мне все, думал, что она выкинет его на мороз.

— Сантту счастливчик, — усмехнулась, просунув кончик указательного пальца между прутьями решетки. Маленький носик в тот же момент начал изучать инородный объект.

— Конечно, — отозвался хомяк, напугав до икоты. — Я не лыком шит. Ох, и повезло вам.

Клаус запоздало загородил меня собой, подняв клетку на вытянутой руке.

— Мы все еще в игре? — спросила в очередной раз, цепляясь за одежду мужа.

— Нет. Совершенно точно мы в реальности, — сказал он, тряхнув Сантту. — Что ты такое?

— Ваш новый питомец. — Не растерялся хомяк. — Это все вина людей, что я стал таким. Вот теперь и мучайтесь, коли взяли ответственность за меня.

— Сейчас мы тебя плавно переправим в мусорку и посмотрим, как она за тебя будет нести ответственность, — парировал муж, будто он говорящую живность по десять раз на дню встречает.

— Не обижай его. — Я решила заступиться за Сантту.

— Вот-вот. Послушай свою жену, — кивнул зверек, сжимаясь в комок.

— Тогда на опыты тебя сдадим, — пригрозил Клаус, опуская клетку на тумбочку.

— Он такой милый, — протянула я, зная, что Сантту ничего не угрожает. — Давай его оставим.

— Хорошо, — отозвался Клаус, даря мне еще один невесомый поцелуй.

Вскоре пришел врач с медсестрами и жизнь вокруг нас закрутилась, не давая шанса впасть в уныние, чтобы в очередной раз пожалеть себя. Домой мы вернулись через неделю и только потому, что настояли на этом.

— Если опять почувствуете боль в животе, то немедленно вызывайте скорую, — дал последнее указание врач, перед тем, как одобрил документы на выписку.

Я активно кивала и прислушивалась к сигналам организма. Странно, но усталости во мне вообще не осталось, наоборот, не терпелось переделать много всего. Мне вновь захотелось жить, цепляясь за каждую радостную секунду.

Клаус тихо посмеивался над небывалым энтузиазмом. Сантту благоразумно молчал в клетке.

Через пару недель мы вернулись к спокойной жизни, но где-то в глубине души в каждом из нас засел страх, что игра продолжается. Я не замечала ничего необычного. Алана подолгу держали на допросах. Однажды он даже позвонил мне из полицейского участка.

— Привет, Мариэль, — начал Алан хриплым, уставшим голосом. Мое сердце сжалось от жалости.

— Здравствуй, — ответила тихо. — Зачем звонишь?

— Хотел попросить прощения, — продолжил он заикаясь. — Вчера специалисты извлекли из памяти игры вашу историю. Я действительно не знаю, почему так получилось. Если бы раньше была обнаружена неисправность, то я никогда бы не подверг тебя опасности. Искусственный интеллект с успехом прошел все тесты…

— Не надо ничего объяснять, — прервала его, чувствуя, что скоро заплачу.

— Кто звонит? — Из спальни вышел Клаус и обнял меня со спины. Я испугалась ответить правду. Хотя мы обещали друг другу…

— Он рядом? — послышался боязливый всхлип в трубке.

Я шумно сглотнула, не смея шелохнуться

— Мари, все хорошо. — Муж мягко забрал телефон и сбросил вызов. — Я рядом. Дыши. Ладно?

В его объятьях мне определенно стало лучше. Послушно делая глубокие вдохи, разгоняла образовавшийся в груди ком.

— Алан звонил, — сказала, как только спазм, сжимающий горло, отступил. — Прощения просил.

— Он все никак не успокоится. — Мышцы под футболкой Клауса напряглись. — Не волнуйся. Я рядом. Он больше не причинит тебе вреда.

Кивнув, посмотрела на мужа с легкой улыбкой.

Нескоро еще я смогу отпустить те воспоминания.

Глава 16.2 (Финал)

Год спустя

Клаус

В морозном воздухе снова витал дух праздника. Прохожие обменивались улыбками и поздравлениями. В магазинах толпились покупатели, приобретая подарки для близких. В продуктовых тоже было не протолкнуться. Мариэль наказала мне купить побольше мандаринов и зеленого горошка. Уж очень ей хотелось воссоздать тот шикарный стол из «Игры в Новый год».

Подарки я уже успел положить под елку, как велела Мари.

Обведя скорбным взглядом длинную очередь, крепче сжал ручку продуктовой корзины. Мысли мои витали далеко от этого места. Как ни пытался, не мог заставить себя радоваться наступающему празднику. Помнится, в прошлом году, примерно в это время, мы вышли из больницы. Повезло, что операция Мариэль прошла без осложнений и она смогла выносить здоровую малышку.

Наша София самое настоящее новогоднее чудо. Она почти не беспокоила Мариэль, находясь в утробе и роды прошли быстро.

Я сам упросил жену присутствовать при этом.

— Если увидишь все ужасы, то перестанешь меня любить. — Впрочем, Мари не сразу согласилась с идеей партнерских родов.

— Ты думаешь, что мои чувства такие слабые? — усмехнулся в ответ. — Я даже представить не могу, как ты одна будешь испытывать боль, не имея поддержки.

— Это некрасиво и очень пугающе. — Не спешила сдаваться она.

— Я готов ко всему, — ответил, точно не зная, что нас ждет впереди.

— Хорошо, но потом даже не думай сбежать, — строго предупредила Мариэль.

Я радостно кивнул.

После того как все закончилось и у меня на руках оказался маленький сверток, сердце радостно ускорило бег.

Вспоминая один из самых светлых моментов в нашей жизни, открыл входную дверь ключом. На пороге уже стояла счастливая Мариэль.

— Уложила. — Просияла она, повиснув на моей шее.

Я улыбнулся в ответ:

— Молодец. Давай отмечать Новый год.

— Еще не все готово. — Насупилась она. — Через полчаса сядем за стол.

Мне оставалось согласиться и помочь.

Как только мы закончили и приступили к ужину, из детской послышался плач.

— Ты ешь, — остановил, порывающуюся встать жену, — а я присмотрю за Софи.

— Справишься? — обеспокоенно спросила Мариэль.

— Постараюсь, — ответил и поспешил успокоить малышку.

Оказавшись у меня на руках, она сразу притихла.

— Что случилось с принцессой? — шутливо поинтересовался у нее.

— Идем, — позвала Мари из гостиной. — Скоро начнется обратный отсчет.

Как так быстро время успело пройти?

С замиранием сердца я поспешил к жене. Софи тихо кряхтела, заинтересовавшись своим кулачком.

Как только на большом экране высветились крупные цифры, внутри вдруг все сжалось.

На самом деле в глубине души так и оставались сомнения по поводу реальности новой жизни. Внутренний голос будто издеваясь неустанно повторял, что не бывает все так просто.

Мариэль встала рядом и обняла нас. В глазах ее я увидел тот же страх, что испытывал сам.

Отсчет продолжался.

— Девочки мои, я люблю вас, — вдруг вырвалось из горла, когда послышались последние числа. Затаив дыхание, побоялся даже шелохнуться.

За окном раздавались радостные возгласы соседей и хлопки фейерверков.

— Мы тоже тебя очень сильно любим, — ответила Мариэль, глубоко вздыхая.

Ничего не произошло.

Мир не стал распадаться на пиксели, Алан не выпрыгнул из-за угла с ножом. Ничего.

Просто наступил новый год.