
Хлеб наш
Вторжение началось в последнюю пятницу августа, кажется, числа двадцать восьмого. Никто бы и не заметил неземного присутствия, если бы не накатившее на Алтайский Край совершенно ненужное ненастье с хлёсткими нелетними ливнями и шквалистым ветром, и это за считаные-то дни до уборочной...
Григорий Матвеич, как полноправный глава семейства, надломил хлеба и раздал всем по куску душистого блаженства.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Вторжение началось в последнюю пятницу августа, кажется, числа двадцать восьмого. Никто бы и не заметил присутствие неземного присутствия, если бы не накатившее на Алтайский Край совершенно ненужное ненастье с хлёсткими нелетними ливнями и шквалистым ветром, и это за считаные-то дни до уборочной.Хлеборобы и зерноприёмщики бухали как не в себя. Кто-то успел напиться впрок, остальные предвкушали слякотную жижу на почве и побитый ливнями урожай. Где-то просыпал град на поля, но только выборочные участки пшеничного актива Края чем-то накрыло. Первыми наличие силовых куполов над почти созревшими пшеничными морями заметили малые латифундисты, кооператоры и частники, для которых битый и больной урожай — боль и несчастье. Заметили и прифигели. Дожди преломлялись оптически и отливались через невидимую поверхность, и там, где читалась необъяснимая пространственная форма, казалось, натянуты…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0