Фоновые задачи

Глава 1

Адриан Вэнс поправил очки и посмотрел на огромный амфитеатр университета. Перед ним сидели сотни ведущих умов планеты. Профессора, академики, ведущие разработчики нейросетей. И почти каждый из них, вопреки правилам приличия, прямо сейчас смотрел в экран своего смартфона или планшета. Зал мягко подсвечивался снизу сотнями синеватых экранов.

Адриан переключил слайд. На огромном проекторе за его спиной вспыхнул сложный график — кривая, которая неуклонно, год за годом, стремилась вниз.

— Уважаемые коллеги, — голос Адриана в микрофоне звучал тревожно. — Я завершил многолетний анализ когнитивных способностей человечества. Мой вывод однозначен: с нами происходит то, что невозможно объяснить логически или с помощью формул. Начиная с первой трети двадцатого века, вот уже почти сто тридцать лет, идет непрерывная, ускоренная деградация человеческого мозга.

В зале поднялся первый тихий ропот. Кто-то отвлекся от экрана и поднял голову.

— Я выделил четкие этапы этого ментального падения, — продолжил Адриан. — Сначала радио. Оно отучило людей читать, заменив воображение готовым голосом. Затем телевидение. Эпоха визуального гипноза, которая прервалась ненадолго, пока шла Вторая мировая война, но затем возобновилась с чудовищной силой. Затем персональные компьютеры. За ними — интернет, избавивший нас от необходимости помнить хоть что-то. И вот сейчас — искусственный интеллект и первые коммерческие нейроинтерфейсы виртуальной реальности.

Адриан отступил к краю трибуны.

— Мозг человека теряет свою уникальность! Посмотрите на культуру, на искусство. Великие произведения, рожденные чистым человеческим гением, стали аномалией, реликтом прошлого. Мы превращаемся в одинаковые, предсказуемые носители данных. Каждое новое поколение все более глупое, рассеянное и недалекое, чем предыдущее.

По залу покатилась волна возмущенного гула. Седовласый профессор в первом ряду демонстративно захлопнул ноутбук.

— К какому же выводу я пришел? — Адриан повысил голос, перекрывая шум. — Мы должны принять страшный и неожиданный факт. Мы находимся в самом эпицентре вражеского вторжения. Я не знаю, кто стоит за всем этим, откуда они, что им нужно Все эти изобретения, которые человечество получило за такой короткий срок, появились вопреки нашей эволюции. Наша цивилизация не была готова к этим прорывам — ни интеллектуально, ни технологически. Нам их... словно насильно вручили, не дав инструкции, как правильно пользоваться.

Зал буквально взорвался.

— Позор! Что за конспирологический бред? — выкрикнул кто-то с верхних рядов. Ученые один за другим начали подниматься со своих мест и направляться к выходу. Зал стремительно пустел, погружаясь в тишину. Адриана больше никто не слушал.

Он выключил микрофон.

***

На улице было сыро. Холодный осенний воздух немного взбодрил Адриана, но внутри все еще полыхала горечь обиды. Он шел по тротуару, засунув руки в карманы плаща.

Внезапно у бордюра с визгом затормозил глухо тонированный черный микроавтобус. Боковая дверь с грохотом отъехала в сторону. Адриан даже не успел вскрикнуть — крепкие руки грубо затащили его внутрь. На голову мгновенно набросили плотный мешок. Машина рванула с места.

Ехали долго, в абсолютной тишине. Адриан пытался считать повороты, но быстро сбился.

Когда мешок сорвали с его головы, парень зажмурился от резкого света. Он сидел на жестком стуле в небольшой, стерильно белой комнате. Здесь не было окон, а углы стен казались странно сглаженными. В центре стоял простой стол, а напротив него на точно таком же стуле сидел человек в безупречном сером костюме-тройке.

Лицо незнакомца казалось высеченным из мрамора: ни одной морщины, идеальная симметрия и абсолютно бесстрастный, пустой взгляд. На его губах не было даже намека на улыбку.

— Я рад, наконец, познакомиться с вами лично, Адриан Вэнс, — произнес человек. Его голос звучал ровно, словно работал качественный аудиосинтезатор.

Адриан сглотнул комок в горле, но постарался не подавать вида, что ему страшно. — Если меня похитили из-за моего выступления, то вы опоздали. У меня есть огромная база данных. Я кропотливо, много лет анализировал цифры и все мои тезисы уже в сети.

— Именно поэтому вы здесь, — спокойно ответил мужчина. — Всегда приятно посмотреть на редкого, почти вымершего представителя вашей расы, который все еще способен мыслить самостоятельно, а не просто плывет по течению информационного шума.

Адриан вздрогнул. По спине пробежал холодок. Он пристально вгляделся в немигающие глаза собеседника.

— Значит... моя теория верна? Вы те самые... кто стоит за всем этим?

Человек кивнул так же спокойно и монотонно:

— Да. Мы те самые. Кстати, можете называть меня Униус.

Адриан подался вперед, вцепившись пальцами в край стола. — Зачем вы здесь? Какая цель? Как обычно ваш мир умирает, ресурсы на исходе и вам нужны наши ресурсы? В этом все дело?

Униус слегка, едва заметно приподнял уголки губ — эта улыбка выглядела пугающе механической.

— Напротив, Адриан. Наш мир идеален. Мы — цивилизация, которая путем эволюции пришла к синхронизации сознаний каждого индивида в один колоссальный, безупречно работающий организм. Мы решили перенести этот порядок на всю галактику. Создать абсолютную систему, которая живет лишь во благо. Полная победа над хаосом, болью и злом. Наша работа в этом направлении была почти окончена, но нам понадобился... — Униус сделал паузу, подбирая понятный термин, — процессор. Главное думающее устройство огромной мощности.

Он переплел длинные бледные пальцы.

— Мы долго искали подходящие варианты и внезапно наткнулись на вашу еще довольно примитивную цивилизацию. Наши зонды взяли анализы человеческого мозга. Мы были поражены: природа сама, путем эволюции, заложила в вас идеальную архитектуру для вычислений. Нужно было лишь правильно обработать этот материал.

***

Адриан слушал, и каждое слово Униуса отзывалось глухими ударами в его висках. — Обработать? — переспросил ученый. — Вы хотите превратить нас в скот?

— Нет, в деталь, — Униус оставался спокойным. — Все было отлично, кроме одного: ваш мозг оказался слишком независимым и самостоятельным. Синхронизировать даже двух ваших особей — это огромная проблема из-за эгоизма и хаоса в мыслях. Синхронизировать тысячи и сотни тысяч на первоначальном этапе было невыполнимой задачей. Если выражаться понятным языком, ваш мозг — это сырая, необработанная глина. И чтобы вылепить из нее нужную вещь, нам пришлось взяться за кропотливую работу.

Униус слегка наклонил голову.

— Мы незаметно направляем ваше развитие. Мы здорово обработали мозги людей информационными волнами. Радио настроило вас на прием единой частоты. Телевидение научило одинаково реагировать на картинку. Интернет объединил вас в общие узлы данных. А нейросети и мемы, которые вы так полюбили, приучили мыслить шаблонами, что критически важно для первоначальной синхронизации. Уникальное искусство, которое вас так беспокоит — Шекспир, Достоевский, Моцарт, — это были лишь дефекты сырого мозга. Хаотичные искры. Нам же нужна стабильная, предсказуемая система.

— Вы уничтожили наш разум, — прошептал Адриан.

— Мы убрали лишний шум, — поправил Униус. — Осталось всего несколько десятилетий, и человечество будет полностью готово слиться в один огромный органический процессор, который займет достойное место в нашей системе. Вы должны радоваться, что вам уготована столь великая участь, а не существование в виде примитивных, воюющих друг с другом существ, какими мы вас нашли.

Адриан горько усмехнулся.

— И что теперь? Вы меня аннигилируете? Или как там у вас это называется?

Униус снова механически улыбнулся.

— Зачем? Вы совершенно свободны, Адриан Вэнс. Вы можете идти куда пожелаете.

Адриан опешил. Он ожидал чего угодно — пыток, капсулы анабиоза, стирания памяти. — Но я же знаю все ваши планы! И вы оставите меня в живых?

— Ну знаете, и что дальше? — Униус равнодушно пожал плечами. — Кто вам поверит? Ваша сегодняшняя лекция — яркое тому подтверждение. Но даже если кто-то поверит, что они сделают? Все ключевые посты в ваших правительствах, медиахолдингах и корпорациях давно заняты нашими ботами. Они просто не дадут вам развернуть сопротивление. Любой ваш бунт будет выглядеть как очередной глупый флешмоб в сети.

Пришелец поднялся со стула. Его серый костюм без единой складки был словно одно целое с его телом.

— Мы привели вас сюда по одной причине, Адриан. Мы ценим тех, кто еще не потерял дар критически мыслить. Это редкая аномалия. Представьте себе идеальный вирус, который выглядит как лекарство, но способен превратить любую цивилизацию в прах. Вы и есть этот вирус, но Вы безвредны и наблюдать за Вами очень…познавательно. А теперь — прощайте.

***

Адриана вытолкнули из машины на той же улице, где и схватили. Мешковина исчезла с лица, и он снова глотнул холодного воздуха. Вокруг шумел мегаполис.

Адриан медленно шел по тротуару, а мимо него брели люди. Парень и девушка, держась за руки, даже не смотрели друг на друга — их свободные руки держали смартфоны, а лица подсвечивались голубоватым сиянием. Мужчина в дорогом костюме, механически переставляя ноги, листал ленту коротких видео.

Ученый поднял голову вверх. Над серыми крышами многоэтажек плыла гигантская, яркая голографическая реклама: «Испытай истинное единство. Новый виртуальный нейроинтерфейс LINK-1. Доступен каждому со следующей недели». Адриан горько усмехнулся. Он сунул руки глубоко в карманы плаща, опустил голову и побрел по улице, медленно растворяясь в безликой, послушной толпе прохожих.