Еще один день в котором тебя нет

Глава 1

"Меня зовут Марк Грин. Я капитан исследовательского корабля «Ивок». Честно говоря, я даже не знаю, что здесь писать. Наш корабельный психолог Наоми посоветовала мне фиксировать свои мысли на бумаге, чтобы хоть как-то побороть психическое расстройство. Мы уже более тридцати лет скитаемся по Вселенной в поисках обратного пути. Даже картина в этом чёртовом иллюминаторе мало изменилась за это время. Конечно, тут у любого начнут сдавать нервы, любой свихнётся! Но моя проблема не в этом. Всё дело в ней. Её зовут Майя.

С самого детства я интересовался космосом. Ох, каким же я был идиотом! Ещё с того момента, когда в детском саду мы полетели на экскурсию к Солнцу. Тогда там только-только достроили четвёртое кольцо сферы Дайсона для сбора энергии звезды. Я был буквально заворожён этим сооружением. Хотя какие у меня тогда были шансы? С утра нам рассказали про наших предков, разжигавших костёр с помощью палок и камней, а после мы пролетели половину Солнечной системы к звезде, чтобы посмотреть на четыре огромных кольца вокруг неё, аккумулирующих около 60% излучаемой энергии, — и вот вам новое поколение исследователей космоса!

Став совершеннолетним, я решил поступить в институт астроинженерных сооружений — меня не отпускали эмоции, полученные в детстве. Я твёрдо решил быть к этому причастен, да и возможность вечной жизни, которой награждали только самых достойных, меня интересовала не менее. И первый раз я встретил Майю, когда подавал документы на обучение. Я увидел её в библиотеке, когда мы дожидались очереди на приём. Я тогда сидел пил кофе, а она на соседнем диване листала журнал про биологические исследования. Потом назвали две фамилии — и я, чуть помедлив, глядя на то, как эта особа пошла к лифту, отправился вслед за ней.

Она была невообразимо красива. Высокая, с завязанными в хвост густыми русыми волосами. Я даже помню, как она была одета тогда! Её одежда подчёркивала стройную фигуру. Встав рядом с ней, я ощутил сладковатый аромат её духов. Кажется, я и сейчас его чувствую.

Она тогда поступила на факультет биологических составляющих астроинженерных сооружений. Лифт разбросал нас по разным этажам, и до начала учёбы мы больше не виделись.

Учёба проходила на ковчеге, строящемся для колонизации другой Солнечной системы. Ковчег этот строился далеко за орбитой нашей планеты, но именно на этом пути я встретил личность, которая проведёт рядом со мной всю жизнь. Это случилось в магазине сувениров, что на Великом рынке. Не успел я туда зайти, как сумасбродный робот подошёл ко мне и начал уговаривать купить, рекламируя сам себя. Ещё он сказал тогда, что я могу называть его как хочу, — ну, я и сказал тогда безразлично: «Виктор» (только для того, чтобы он от меня отвязался). А потом он начал требовать с меня деньги, потому что эта услуга платная. Пока я выбирал что-нибудь на память о Земле, робот настойчиво ходил за мной и пытался мне понравиться. И у него это получилось. Я не жалею о своём выборе. Он стал единственным моим другом. После Великого рынка мы прямиком направились на орбитальный лифт, который доставлял что-либо на орбиту, а потом — орбитальный порт, часовой перелёт, и вот человек и робот на ковчеге, готовые обучаться и отдавать свои жизни во благо прогресса человеческой цивилизации. Там я снова встретил её — мою Майю..."

— Марк, там на радаре какой-то объект — думаю, тебе стоит взглянуть, — отвлёк меня от воспоминаний мой помощник и заместитель — второй пилот Роджер. Отбросив ручку и посмотрев в иллюминатор на эту почти статическую картинку, я подумал: «Ну чем ты можешь меня удивить?» и, выйдя из своей комнаты, зашагал вслед за Роджером в центр управления.

Там собрался уже весь экипаж и что-то бурно обсуждали, склонившись над объёмной картинкой голограммы Солнечной системы.

— Ну, и чем вы меня удивите? Готов дать на растерзание пачку сигарет, что через пять минут я вернусь обратно в каюту! — сказал я.

— Принимаю! В противном случае отдам свою! Кэп, у нас здесь астероид… — начал было Роджер.

— Я пошёл. За тридцать лет не насмотрелись на астероиды?

— Посмотрели бы, если бы его было видно.

— Что это значит? Что вы тогда там смотрите? — Подойдя к ним, я взглянул на радар.

Там были текущая Солнечная система с голубым гигантом и три раскалённых планеты недалеко от звезды, не представляющие никаких интересов для экспедиции.

Были ещё пара небольших астероидов, причём один из них — прямо перед нами.

— Почему вы его не просканировали? — указывая на этот астероид, сказал я.

— Пытались, но не это самое интересное. Взгляни в иллюминатор, Марк! — сказал Алекс.

Подойдя к окну, я некоторое время смотрел на привычную панораму открытого космоса. Полуминутный ступор. Я не увидел ничего, но потом... Я снова подошёл к радару — перед нами есть объект, и мы за ним следуем. Вернулся к иллюминатору — ничего нет! Я достал пачку сигарет и положил на стол.

— Какие есть версии? — спросил я команду.

— Самые разные. Вик, например, считает, что это дом одного из божеств, — под общий хохот сказала Наоми.

— Радиосигнал посылали?

Все переглянулись, посчитав мою идею сумасшедшей, и только Роджер по долгу службы начал отправлять сигнал.

— Что вещаем, кэп?

— Сомневаюсь, что они знают азбуку Морзе, — отправьте просто сигнал. Есть идеи, почему мы его не видим? Александр?

— Возможно, он окружён полем, преломляющим наш взгляд, и мы видим только чёрную картинку космоса — больше возможных вариантов я не знаю. В то же время о природе поля также остаётся только гадать, — Он немного помолчал. — Возможно, его получится выключить мощным электромагнитным импульсом, как это делает звезда, когда лопается протуберанец.

— Предлагаю бахнуть! — радостно выкрикнул робот, ударив титановым кулаком по столу.

— Это сильно разрядит наши батареи, — возразил Роджер.

— Подзарядимся от звезды — время у нас есть. А если не мы, то у Александра с Виктором будет целая вечность, чтобы зарядить их! — улыбнулся я.

Александр — отец Майи. Его в своё время обязали вечно служить человечеству за заслуги в области физики. После этого Александр сделал ещё немало открытий и сейчас, будучи членом нашей команды, должен был больше узнать о природе кротовых нор. Но за последние тридцать лет скитаний по Вселенной он насобирал данных ещё на десять вечных жизней. Хотя, если бы мы вернулись, нам было бы за что дать вечную жизнь.

— Заряжай, Роджер!

Через несколько секунд все стояли перед иллюминатором, вглядываясь в прояснявшийся объект растворяющегося поля. Это действительно был небольшой вращающийся астероид, достаточно тёмного цвета, чтобы утверждать, что он из камня.

— Просканировали объект? Что мы о нём знаем? — спросил я.

— Снова ничего! Просканировать удалось, но система предложила зарегистрировать пару новых химических элементов, — сказал Александр.

— Пока вы придумываете новые названия, мы с Виктором возьмём образцы. Алекс, приготовь челнок для вылета и закинь туда бур. Вик, будь готов!

Через пять минут я уже надел скафандр. Встроенный экзоскелет делал меня почти всемогущим. При этом высокие технологии делали его очень компактным и, я бы сказал, стильным. Полужёсткий тёмный материал защищал меня от всех известных физических угроз, система жизнеобеспечения позволяла находиться в самых опасных местах, а экзоскелет сильно увеличил мои возможности. Наоми помогала мне и, как обычно, поцеловала в районе лба защитное стекло, оставив отпечаток своих губ, накрашенных матовой помадой. Я улыбнулся ей и пошёл в отсек, где стоял челнок. Алекс успел проверить и подготовить его к вылазке. Мы с Виктором уселись в челнок, перед нами открылся шлюз — и мы с потоком воздуха вылетели с «Ивока».

Я облетел астероид с целью выбрать наиболее подходящее место для посадки. Бросилось в глаза то, что он был весь усеян небольшими кратерами — как будто побывал под метеоритным дождём. Наметив место, мы катапультировались, оставив челнок лететь рядом с каменной глыбой. Подошва скафандра моментально должна была включить сцепку с астероидом, как только я к ней прикоснусь, и он выяснит структуру вещества. Когда я приземлился, на моём защитном экране показалась не известная нам кристаллическая структура вещества, но сцепка произошла — и я смог без труда ходить по поверхности.

— Ну как, Вик? Не стряс себе микросхемы при посадке?

— Всё в норме, Марк. Мои амортизаторы ещё не заржавели — я в десяти метрах от тебя.

— Тебе эти кратеры не кажутся странными? Они все одинакового размера. Сомневаюсь, что метеоритная бомбёжка была из одинаковых камней. И что это за странные отверстия в центре кратеров? Доставай бур — заберём с собой чуть-чуть астероида.

Робот взял полуметровый цилиндр сантиметров 10 в диаметре, поставил его на поверхность и включил таймер. Через несколько секунд, когда бур должен был проломить грунт и пробраться вглубь для сбора образцов, я почувствовал небольшую вибрацию от удара и увидел, что он его не пробил. Но и самого бура не было. Я посмотрел вверх — система скафандра нашла быстро удаляющийся бур. Я включил электромагнитный резонанс на подошве, и меня с приличной силой оттолкнуло от астероида. Электромагнитами на руке я начал затормаживать скорость бура — и очень скоро он был у меня в руках. Я дал команду челноку подобрать меня и вернуть на астероид.

— Кэп, что у вас там? Мои радары говорят, что вы несколько отдалились от астероида. Всё в порядке? — И передо мной появилось озабоченное лицо Роджера.

— Да. Теперь всё в порядке. Бур не взял прочность астероида.

— Как такое возможно?

— Я не знаю, но у меня есть идея.

Приземлившись рядом с Виктором, я сунул бур в отверстие в кратере. Бур собирал породу с боков цилиндра, поэтому вылететь он больше не должен был. Но всё равно это было странно. Технология бура была настолько продвинута, что могла собрать образцы любого материала и в любых условиях, а сейчас я с помощью рентгена вижу, как разлетаются на куски части бура в отверстии кратера. Бур было не спасти.

— Марк, эти кратеры — не результат метеоритного потока! На первый взгляд может показаться, что они разбросаны хаотично, но я прослеживаю чёткую связь и...

— Робот оттолкнулся и полетел над поверхностью астероида.

— Вик! — И я полетел вслед за ним.

Перелетел попавшуюся на пути в скалу и увидел неподвижно стоявшего робота. Я притянулся к поверхности рядом с ним, но то, что я увидел, ввергло меня в оцепенение. Перед нами была тёмно-оливковая полусфера около метра высотой.Согласно полученной информации, она испускала небольшие вибрации. С помощью рентгена я увидел, что от неё вглубь астероида опускается стержень.

— Что бы это ни было, оно либо живое, либо работает, — заключил я. — «Ивок», вы видите это?

— Кэп, «видите» что? О чём вы? Связь прерывается! Кэп, повторите! — Это был голос Роджера.

— Роджер, успокойся. Как меня слы…

— Капитан! Алекс, связь прервалась. Запускай проверку системы!

— Вик, связь с «Ивоком» строго односторонняя. Не эта ли штуковина причиной тому?

— Нужно полагать, что нет или не совсем нет. Посмотри наверх, Марк! Взглянув наверх, я увидел нарастающее поле — то же самое, которое мы сняли импульсом.

— Марк! Мы теряем вас из виду! Отзовитесь! — это был голос Наоми.

Астероид полностью затянулся полем, и мы оказались отрезаны от «Ивока». Виктор попытался было смотреть неизвестное устройство, но как только он прикоснулся к нему, тут же был отброшен силой поля. Пришлось ловить его, так же как и бур. Пока я копошился у робота в спине, выполняя перезагрузку вручную, потому что автоматически этого не произошло, то постарался привести в порядок мысли и всё разложить по полочкам. Как бы мне ни было страшно такое признавать, но эта штуковина что-то добывала внутри астероида, а главное — для кого-то.

На «Ивоке» в это время царил полный хаос. Незнание того, как помочь делу, вызывало бездействие, которое, в свою очередь, наводило панику. Члены экипажа знали единственный способ — электромагнитный импульс, — однако сильно разряженный «Ивок» не даст довести заряд батареи до критического состояния. Это мог сделать только капитан.

— Придётся ждать минимального заряда «Ивока». Это чуть меньше пяти часов, — заключил Алекс.

— Но кто знает, что с ними за пять часов может произойти и что хотел показать нам Марк? — рассуждала вслух психолог.

— Не знаю, к сожалению ли, но на этом события сегодняшнего дня не закончились, — задумчиво сказал Роджер, и все мгновенно окружили его.

Он показал пальцем на ещё один объект на радаре, имеющий такую же траекторию полёта, как у астероида, но с гораздо большей скоростью. Система «Ивока» посчитала, что столкновение произойдёт через сорок семь минут. В центре управления воцарилась мёртвая тишина.

— И что мы будем делать? Есть какие-то инструкции на этот счёт? — спросила Наоми.

— На все подобные ситуации только одна инструкция: главным приоритетом остаются собранные данные, — ответил Роджер.

— Но мы же не можем бросить их! — возмутилась Кира.

— А что мы можем сделать? Туда даже радиосигнал не проходит, не говоря уже о физических объектах! К тому же мы даже не видим его, — сказал Алекс.

— Насколько я понимаю, решение принимать мне, — грустно произнёс Роджер.

— Мы должны следовать инструкции. Отходим на безопасное расстояние.

Я был счастлив узнать, что микросхемы Виктора были целыми. Почему робот не перезагрузился автоматически, непонятно. Наконец в глазах робота начали загораться диоды. И, не успев полностью прогрузиться, он тихонько сказал:

— Моя короле....

— Нет, Вик. Её здесь нет, — грустно сказал я. — Мы на чёртовом астероиде, затерянные не пойми где в этой бесконечной Вселенной!

— Я не хочу быть здесь! — жалобно сказал робот.

— Ничего не поделаешь. Моё путешествие закончится через пару десятков лет, а ты вечно будешь бесцельно летать по быстрорастущей Вселенной, но с твоим терпением не всё так печально. Есть небольшой шанс случайно вернуться домой — кто знает, куда приведёт тебя червоточина, или же ты найдёшь подобную Земле планету. А ведь вследствие бесконечности рано или поздно что-то из этого обязательно произойдёт. И хорош придуриваться, Вик!

— «Ивок» улетел за помощью? — пошутил робот.

— Да куда он… — Я поднял голову и увидел, что «Ивока» действительно нет.

Прошло ещё несколько минут, пока астероид сделал полное вращение, — и корабля нигде не оказалось. Всё это было очень странно.

«Может быть, они полетели к звезде, чтобы быстрее зарядить батареи? — подумал я,

— Нет. Бред! На это уйдёт гораздо больше времени. Но тогда где же они?»

Вдали я увидел маленькую точку, которая спустя некоторое время переросла в очертания корабля, — и на сердце отлегло. Однако чуть погодя пульс затарабанил, как у бешеного, — это действительно был корабль, только не «Ивок». Тёмно-оливковый цвет и конструкция в виде треножника говорили о том, что корабль неземной.

Подлетев ближе, можно было увидеть, что этот корабль был чуть больше «Ивока» и выглядел несколько устрашающе. От него отделились две точки и начали падать в их направлении. Они спокойно перелетели преграду поля и приземлились метрах в двадцати от нас с Виктором. Сразу стало понятно: это либо механические существа, либо органические, но в экзоскелетах. Массивные, но аккуратные, метра три в длину, покрытые или сделанные из чёрного материала, похожего на тот, из которого был астероид. Один из них стоял напротив меня и Виктора, другой начал возиться с полусферой. Марк не стал бы ручаться, как долго они простояли, глядя друг на друга. Система скафандра просканировала объект, однако толковой информации предоставить не могла. Я глянул на Виктора и по его выражению лица понял, что ему это не кажется. К тому же я забыл все инструкции и смог лишь выдавить, делая при этом удивлённое выражение лица:

— Ты кто?

В ответ услышал какие-то механические сигналы, медленно превратившиеся в механическое «ты кто». Я взял себя в руки и продолжил:

— Мы исследователи с планеты Земля. («Но, чёрт меня дери, они же не понимают!» — подумал я). — Вик, помогай: вы чем-то схожи.

— Я человекоподобный робот. А это совершенно другие существа.

— Приветствую, вас, земляне! — раздался механический голос робота. — Из какой вы системы?

— Из Солнечной! Из Солнечной системы! Во Млечном Пути! — радостно сказал я.

— Такая нам неизвестна. Что вы делаете на этом астероиде? Вы хотели забрать делириум? Вы же знаете, что это наша собственность, и знаете, что за это с вами будет? — Он немного наклонился. — Мы снимем поле, вы сядете в свой корабль и проследуете за нами.

— Не так я себе представлял встречу с другой цивилизацией, — тихонько сказал я Виктору.

Оба существа сильно оттолкнулись от поверхности и по инерции полетели к своему кораблю. Мы с Виктором переглянулись и сделали то же самое по направлению к своему челноку. Разместившись, оба молчали, переваривая информацию. Кто эти существа? Что за делириум? Откуда они знают язык землян, и почему земляне должны знать, что будет, если украсть этот делириум? Кроме того, мне явно не нравился его тон.

— Мы должны знать, куда направляемся! Можно поговорить с вашим лидером?

— Именно туда мы и направляемся!

По радару я нашёл «Ивок», стоявший относительно недалеко, и мы полетели к нему.

Когда мы зашли на «Ивок», команда радостно встретила нас — обнимали так, будто мы прибыли с того света. Поприветствовав товарищей, я повёл их в рубку, не отвечая ни на один вопрос. Усевшись в кресло, поведал всё, что с нами произошло. Изумлению команды не было предела! Всю свою историю человечество гадало: одни ли они во Вселенной? Конечно, глупо было полагать, что это так, но в то же время никогда никаких подтверждений этому не было.

— Самое странное, — начал я, — что они совсем нам не удивились. Их запрет на некий делириум касался всех. Значит, мы не первая цивилизация, встретившаяся им. Мне кажется, они несколько агрессивны.

— Но если бы они хотели уничтожить нас, им это не составило бы большого труда. Их корабль выглядит более технологичным, — высказался Роджер. — В случае бегства мы могли бы быстро уйти через кротовую нору.

— И потерять единственный шанс узнать хоть что-нибудь о том, как вернуться домой? — спросила Наоми.

— А что мы потеряем, если попробуем? Бесконечные скитания и бесцельный сбор научных данных? — отозвался Алекс.

— Я согласен с Алексом: нужно следовать за ними, узнать о них больше и, возможно, узнать, как нам вернуться домой, — решил я. — Роджер, держи курс следования за их кораблём.

Держась чуть позади них, мы летели по Солнечной системе, гадая, что ждёт нас в ближайшем будущем. Некоторое время спустя из динамиков «Ивока» раздался знакомый механический голос: новые друзья указывали на координаты червоточины, через которую должен был прийти «Ивок». Мы нырнули внутрь и оказались совсем в другой Солнечной системе.

Зрелище оказалось фантастическим: привычный взор пустых солнечных систем сменился кишащим муравейником различных космических кораблей. Радар не умолкал, оповещая об обнаружениях новых объектов. По активности эта система напоминала центр мегаполиса в час пик. По границам системы стояли большие «башни», военные корабли патрулировали территорию, а небольшие транспортники тянули миллионы тонн груза. Тут же производились ремонт и постройка новых кораблей. В общем, жизнь, хотя и механическая, шла здесь полным ходом.

Мы проследовали за сопровождавшим нас кораблём. По информации скана системы выяснили, что планет здесь было четыре с красным карликом в центре. Было зарегистрировано сто семьдесят две постоянно открытых кротовых норы, вход в которые и охраняли вооружённые до зубов башни. Ни на одной планете не было атмосферы. Через пару часов мы подлетели ко второй планете от звезды. Всё это время сохранялось радиомолчание.

— Вышлите нам схему строения вещества, которое вы называете кислородом, — раздался механический голос из динамиков на «Ивоке».

— Они хотят создать для нас благополучные условия? — спросил Алекс.

— Это было бы крайне гостеприимно, — отозвался я. — Но мне они такими не показались. Отправь им схему, Роджер. Кира, что скажете?

— Я полагаю, подслушав наши переговоры, они смогли сгенерировать наш язык и общаться с нами на нём. Но ещё больше меня завораживает мысль, что у них очень много военной техники, — либо они агрессоры и всемирное зло, либо просто воинствующая цивилизация. Но всё же она предназначена, чтобы с кем-то воевать!

— Надеюсь, вы сейчас не будете утверждать, что вы и цивилизация воинствующих роботов — единственные разумные существа во Вселенной? — попытался разрядить обстановку Виктор.

— Вы представляете, какими знаниями они обладают? — задумчивым взглядом сказал Александр.

— Александр прав: они могут знать, где находится наша Солнечная система! — ободрённо сказал Виктор.

Все хотели вернуться домой, но я считал, что желаю этого больше всех. Ничто так не тянуло меня вернуться, как Майя. Окажись она рядом — первостепенность мысли о возвращении отошла бы на второй или даже на третий план. Ведь здесь другая цивилизация, новые знания, которые люди посчитали бы волшебством! Но мне осточертели весь этот космос и всё твари, в нём живущие — я просто хотел заснуть с ней рядом.

В центре управления появилась голограмма, но на ней был уже не тот робот, который встретил нас. Этот был гораздо лучше оснащён и на вид более технологичен.

Он оценивая посмотрел на нас и сказал:

— Приветствую вас, земляне!

— С кем имеем честь говорить? — спросил я.

— Я Ардрон, один из трёх лидеров симмеритской цивилизации. Рад вас видеть! Полагаю, у вас много вопросов? Мы ждём вас на планете Озрил.

— Челнок двухместный, — после минутного молчания, воцарившегося в центре управления, сказал я. — Кто второй?

— Я! — моментально отреагировала биолог.

— Отлично. Вылетаем!

Радар оповестил о распознавании планет. Вероятно, симмериты выслали на него эту информацию. По крайней мере, здесь были названия планет. Перед нами был Озрил — каменная планета размером с Землю. Уже с орбиты из-за отсутствия атмосферы виделись огромные устройства, расположенные по всей планете, — скорее всего, они что-то добывали. Облетев Озрил, мы увидели огромный металлический город с огромными зданиями, мало похожими на земные. Они скорее напоминали бункеры. Как впоследствии оказалось, так оно и было. Что ещё нужно роботам, кроме техобслуживания? Заводы по их производству, склады с материалами и укрытие в случае боевых действий. Минимум потребностей, отсутствие каких-либо эмоций, желаний и прихотей сделали культуру симмеритов серой и практичной. Мы посадили челнок по полученным координатам. Нас встретили трое симмеритских лидеров, одним из них был Ардрон. Мы оглядывались по сторонам, а те смотрели на нас.

— Значит, вы земляне? Называйте меня Йокс, — начал один из них. —Ардрона вы уже знаете, а справа от него — Руад. Насколько я понимаю, вы впервые слышите о нас? Интересно...

— Я Марк, а это — моя коллега Кира. Мы не то что не слышали о вас — мы даже не подозревали, что кроме нас во Вселенной есть кто-то ещё. Мы рады вас видеть! И уж точно не предполагали, что будем разговаривать на нашем языке с другой цивилизацией!

— Именно разнообразие цивилизаций и вынудило разработать программу генерации языков, однако вам она пока неподвластна. Насколько я понимаю, — сказал Руад, — ваша цивилизация не зарегистрирована в Ассоциации?

— В какой ещё Ассоциации?

— В Ассоциации известных разумных цивилизаций. Странно, но вы должны быть там, пусть даже последними в списке. Нам доложили, что вы пытались украсть делириум из нашего прииска!

— Нет-нет, мы не хотели ничего брать!

— Однако данные свидетельствуют, что вы атаковали триг, который добывал его! — воскликнул Йокс.

— Мы просто исследовали незнакомое устройство! Как мы могли знать, чтó добывает ваш триг, если до этого мы вообще не знали, есть кроме нас кто-нибудь во

Вселенной или нет?! Мы тридцать лет…

— Как вы оказались на астероиде? — перебил Руад.

— Случайно.

— Ложь! Случайностей не бывает! Вы не те, за кого себя выдаёте! Либо докажите, что вы действительно с Земли, — тогда мы сможем зарегистрировать вас в Ассоциации и вы сможете пользоваться правами, но для этого нужно знать вашу родную планету! А пока вы — те, кто пытался своровать делириум. Мы выиграли премию, и Ассоциация дала нам под контроль весь делириум во Вселенной. Даём вам двадцать четыре часа, чтобы сказать, откуда вы, — и с вас снимутся все обвинения. Вы можете использовать все наши знания и возможности, чтобы найти вашу родную систему.

Троица развернулась и скрылась в здании, оставив нас с Кирой, ошарашенных полученной информацией. Связавшись с «Ивоком», мы пересказали остальным членам команды итоги встречи. Посовещавшись, поняли, что находимся в тупике, — ведь мы не сможем найти нашу родную планету, обозначив свою принадлежность, а без этого мы — галактические преступники, которых ждёт наказание. Сбежать также не представлялось возможным. Единственным возможным вариантом была сверка наших галактических карт. И в случае обнаружения сходства мы могли бы найти нашу Галактику. Мы отправили на «Ивок» карты симмеритов, а сами получили разрешение побродить по городу, пока на «Ивоке» сверят карты.

Город симмеритов имел очень странную архитектуру. Он представлял собой одно большое помещение со множеством коридоров и комнат. Окон в нём не было — лишь купола на крыше. Подозреваю, что в них находилось защитное оружие. В этом городе имелись заводы по производству роботов, металлопрокатные заводы, станция техобслуживания и исследовательские лаборатории. Ещё там было очень охраняемое место. Как выяснилось, там располагался главный компьютер, двигающий весь жизненный процесс города. Всё было автоматизировано. Собственно, сам город тоже был роботом. Всё, что нужно, он делал сам.

Делириум, насколько нам было понятно, использовался в качестве основного материала для постройки роботов. О его свойствах мы не знаем ничего, кроме того, что это был очень прочный материал, служивший симмеритам денежной единицей, а следовательно — элементом власти и положения в обществе. Раньше, до вступления в Ассоциацию, роботам было проще — им мне связывали руки законы. Они брали что хотели, а если не получали желаемого, были рады повоевать. Теперь же всё намного сложнее: они должны были придумать социальную систему, иначе роботы отказались бы им служить. За делириум и раньше приобреталось всё, но его могли достать лишь разбоем, грабежом и несанкционированной добычей. Сегодня же они зарабатывают его службой и выполнением различных поручений. Что примечательно, каждый робот — воин, а для воина главное — вооружение. Это и есть предлог считать себя выше других, а лучшее вооружение — из делириума. Такова система.

Мы с Кирой облетели на челноке Озрил, но ничего примечательного больше не увидели. Помимо города, бóльшая часть планеты была усеяна ресурсодобывающими машинами, похожими на ту, которую они увидели на астероиде. Утомившись, я расслабился и вскоре уснул.

"Я ввел в поиске Майя Дроу. На экране высветилось ее анкета. На фотографии ее

лицо было серьезным, но очень красивым.

-Кто эта прекрасная особа? - спросил подсевший рядом Виктор в столовой, положив

мне руку на плечи.

-Ее зовут Майя. Она учится со мной на одном потоке, на биолога

Виктор растянулся в улыбке.

-Джеймс!Джеймс! - услышал я женский голос из зала, но не обратил

внимание,-Джеймс!- уже подойдя к нашему столу и повернулась к нам,-”О, Марк, и вы здесь? С где тогда Джеймс? Несколько минут назад мне пришло сообщение, что

Джеймс из группы новоприбывших студентов потерялся в лабиринтах ковчега.

-Майя!?

-Я Джеймс,-ударя, своей ногой и элегантно протягивая свою руку сказал робот.

-Майя,- поздоровалась она с нами.

-Ваши бедра говорят о том, что вы готовы к рождению потомства. Кстати, что вы

делаете сегодня вечером?-пошутил Виктор.

Майя искренне рассмеялась понимая шутку безобидного робота.

-Стоп! Во-первых это не Джеймс! И мы не потерялись!- дал я роботу подзатыльник, махая демонстративно КПК.

-Мне нужен был предлог и я придумал его, а то я смотрю у меня начали появляться

конкуренты, которых нужно оставить на обочине романтических отношений-

не унимался он.

-Замолчи, Виктор!

-Хотите написать обо мне биографию?- посмотрела Майя на свою анкету в моем кпк.

Я рассмеялся.

-Я лишь хотел найти знакомого человека, который показал бы мне здесь все.

-И дело лишь в этом? - улыбаясь и пристально посмотрела на меня Майя.

Из головы робота в это время пошел дым, создавая впечатление, что он закипел.

-Все в порядке,Виктор? - продолжая улыбаться спросила Майя.

-Да, но вы вызываете у меня дополнительные процессы к которым не готова моя

система.

-Чтож, если вы не потерялись, я вынуждена вернуться к своей компании. А вечером я могу провести вас по ковчегу.

-Рад был с тобой познакомиться, королева,- и уже идя в сторону выхода тихонько

сказал:- Для кого-то этот день покажется вечностью.

Майя помахала нам рукой и мы разошлись.

-Что это было, Вик?

-Она очень привлекательна и увидел как ты смотрел на ее фотографию и посчитал, что ты был не прочь увидеть ее и отправил ей сообщение

-Ты угадал, но..

-Я не угадал,”- перебил робот,- А сделал точный вывод проанализировав ситуацию

-Но этому не время и не место!

-Перестань! Все было отлично и это подтверждает результат вашей встречи - у вас

свидание!

-Это не свидание!

-Зависит от тебя- улыбнулся мне робот.

Вечером я зашёл за Майей. Из разъехавшихся дверей вышла Майя в зауженных

джинсах и белом вязанном свитере с высоким воротником. Свитер придавал ей вид

какой-то одомашненности, а джинсы подчеркивали ее стройную фигуру. Я взял ее за

руку и мы пошли в центр управления, где я должен был параллельно с учебой

работать. Проходя длинные коридоры и обширные отсеки мы узнавали друг о друге

больше.

-Откуда ты?- спроси я.

-Мои родители из Сибири, а выросла я в Англии. А ты?

-Я родом из Нормандии. Значит слухи о самых красивых женщинах правдивы. Ты

обязана своей красотой своим корням,-улыбнулся я,-Как бы история не повторилась.

-Какой именно момент?

-Завоевание в Англии в 1066 году,- игриво улыбнулся я.

-Это когда они грабили и убивали?- поддержала мой намек она.

-Но мы же стали цивилизованней, - подмигнул я ей.

Наградой за мое остроумие был ее смех. Слушая ее смех я захотел, что бы смеялась

и она всегда.

-Нам сюда, - показывая путь, сказала она,- Нам нужно на открытом лифте добраться до головного сектора. Пешком идти очень долго.

-Да хоть вечность, - подумал я.

Мы вышли к шлюзу и там, помогая друг другу одели скафандры. Майя засунула свою

руку в стену для идентификации, двери разъехались и мы зашли в небольшой

полностью стеклянный лифт и он двинулся по рельсам вдоль корпуса лайнера.

-Хотя здесь много платят, люди работают за идею, на благо человеческой

цивилизации, - сказала задумчиво Майя, глядя на крохотные белые фигурки рабочих.

-Ты думаешь люди готовы у покорению вселенной? Готовы оставить свой дом и

где-то неизмеримо далеко построить новый?

-У нас нету выбора. Для дальнейшего развития нам нужно всё-таки переселиться и

даже не смотря на это, я считаю, мы созрели для этого. Мы выросли в нашей земной

колыбели и должны расширить границы обитания.

-Значит, ты бы улетела вместе с колонизаторами?

-Да, конечно! Понимая всю опасность мероприятия я отдаю этому предпочтение

-Я сказал бы больше - ты должна лететь, что бы новое поколение людей было не

только умными, но и красивыми.

Она мило улыбнулась. Майя прекрасно понимала, что она очень красива. И это дало

ей уникальную черту характера, которая была далеко не у всех женщин - осознание

превосходства. Это дало ей вести себя уверенно и никому ничего не доказывая. Она

не стремилась показать себя, что бы слушать комплименты в свою сторону - она все и так знала. Это дало ей независимость. И в тоже время она не была надменна в силу чистоты своего сердца. Такая королева среди людей, чувствующая власть над ними,но не использовала это в корыстных целях. Никто от этого не страдал кроме, конечно, мужчин.

В ЦУКе не было ничего примечательного, т.к. работа там только начиналась. Майя

должна была работать в теплицах, выращивая культуру и овощи. Эти отсеки были уже

доделаны и мы решили пойти туда.

-У меня созрел план! - сказал я,- Сейчас ты мне покажешь как дойти до теплиц, а

потом ты сготовишь ужин и, если мне понравится, я буду ходить к тебе в обеденный

перерыв.

Она снова рассмеялась.

-Ты потихоньку приручаешь меня к семейной жизни?

-Я должно быть заложено у тебя в крови. А ты не хочешь этого?

Отправлено с подошла ко мне вплотную, дотрагиваясь своей грудью моего торса,

пробудив во мне этим известные животные инстинкты.

-Еще слишком мало покоренных сердец,- сказала она мне шепотом, почти задевая

мое ухо губами.

-Сучка,- вымолвил я.

Она начала играть со мной, но меня это завело. Я решил подержать ее игру. Она

несколько отклонилась от меня, но ее лицо было достаточно близко перед моим и она

мне улыбнулась мне, чуть приподняв брови, чувствуя свою власть надо мной.

Отсек с теплицам находился в середине ковчега. Они делились на несколько ярусов -

для каждой культуры свой. Мы долго ходили там, наслаждаясь воздухом свежей

зелени. После мы пошли в комнату Майи.

-Пока готовится уже, мб чая или кофе?- спросила она.

-Может быть вина за встречу?

-А ты хитёр,- улыбнулась она и подойдя ко мне, сбавив тон, добавила,-”Но у тебя ничего не выйдет - у меня нету вина.”

-Зато есть у меня!

-И много у тебя алкоголя? - услышал я вопрос с намеком.

-Нет. Всего одна бутылка хорошего выдержанного белого вина.”

Р аздалась негромкая мелодия.

-Это должно быть Виктор,- сказал я.

-А вот и конкурент,- жестом она разрешила компьютеру открыть дверь.

-Это вам, королева,- подавая Майе цветы, сказал Виктор,- А это,- протягивая мне бутылку,-”Тебе Марк, скрасить твой одинокий вечер. Я включил успокаивающую

музыку у нас в комнате. Только не ставь код на двери. Я приду, скорее всего, под

утро.

-Пошел вон Виктор! Ты можешь все испортить!- тихонько сказал я.

-Не терпите конкуренцию робота?- сказал он, улыбнулся и ушел.

-Он довольно милый,- сказала Майя.

-Только через чур назойливый,- и начал разливать вино по бокалам, пока Майя

ставила очередной букет в вазу.

-Судя по букетам у тебя много поклонников.

-Было бы странно если бы их не было.

-И то верно.

Через некоторое время ужин был готов. Попробовав стряпню Майи я постарался не

выразить моего восхищения. Было неописуемо вкусно. “И снова она дала повод

восхититься ею!. И все же. Я сказал:

-Мм.. не хватает соли,- потянул я руку к соломке.

Майя схватила мою руку и сказала:

-Не обманывай ни себя, ни тем более меня. Соли там столько, сколько нужно.-

поймала она меня.

Поужинав и ещё немного поговорив я собрался идти к себе.

-Спасибо за экскурсию, ужин и прекрасное времяпровождение. Я пойду, если,

конечно, ты не против.

-Я только за! Что бы ты не наделал глупостей, а то мне тоже понравился сегодняшний вечер. - она подарила мне ещё одну улыбку.”

Я проснулся от шороха — это Кира вылезала из челнока.

— Ты куда, Кира?

— Хочу немного пройтись и поближе рассмотреть эти конструкции.

Мы вылезли из челнока и пошли мимо больших сооружений, что-то добывавших в недрах планеты. Они были похожи на пауков, засунувших свои ноги в её грунт. По пути нам встретился робот из матовой чёрной брони. Она была сделана из делириума, что говорило о его достаточно высоком положении. Робот стоял, глядя на нас. Мы не знали, чего от него ожидать. Он бросил к нам небольшой шар — я прыгнул, повалив Киру на землю и прикрыв её собой от возможного взрыва. В шаре открылось множество отверстий, и он быстро начал распространять еле видимое поле.

— Не бойтесь, земляне. Я вам не враг, — сказал робот, когда поле покрыло нас троих. — Я Ардрон, один из трёх. Мы виделись с вами пару часов назад.

— Трудно вас узнать: вы все одинаковой конструкции, — сказал я.

— Это верно. Тем более для цивилизации, которая всегда считала, что они одни во Вселенной! Вы осознаёте своё положение?

— Если ты о том, что мы не можем доказать, что мы — земляне, то да. Надеюсь, на нашем корабле всё же найдут сходство между галактическими картами.

— Лучше бы они ничего не нашли!

— Что ты имеешь в виду? — удивлённо сказал я. — Ведь нам назначено какое-то наказание.

— Вас продадут за делириум в качестве «диковинок». — Это заставило нас с Кирой переглянуться. — Их этот вариант тоже устраивает. — Почему ты говоришь «их»?

— Они хотят забрать ресурсы земли и новых территорий, находящихся рядом. Но я не хочу. — Эта новость шокировала нас.

— Почему не хочешь? — спросила Кира.

— Они отошли от идеи и устоев наших создателей — истинных симмеритов. Симмериты были достаточно развитой цивилизацией как технологически, так и культурно. История симмеритов начинается около пяти миллионов лет назад. Многое они прошли и пережили: и разорительные войны, и разрушительные катастрофы, и опустошительные болезни. Они устойчиво закрепились в этой Солнечной системе. Только их родная планета была пригодна для жизни, остальные они терраформировали и заселили. В помощь себе они начали создавать роботов с превосходным искусственным интеллектом. Роботы стали их друзьями. Постепенно они распространились везде: в армии, в обслуге, на производстве, а впоследствии — даже в правительстве. Мы делали всю работу за симмеритов. Им нужно было только нас обслуживать. Всё это развивалось так медленно и незаметно, что мы не знаем, когда всё стало с точностью, но наоборот. Симмериты также обслуживали нас, но правили уже роботы. В то время симмериты встретили другую цивилизацию и стали членами межцивилизационной Ассоциации. Представители других цивилизаций привыкли видеть рядом с симмеритами роботов и не обратили внимания, когда истинного симмерита на заседаниях заменил робот. Иными словами, роботы стали симмеритами. Их права потихоньку урезались вместе с властью. Семьсот пятьдесят тысяч лет назад было принято решение об утилизации флоры и фауны заселённых планет, так как они увеличивали износ роботов.

— Что это значит? — заворожённо спросила Кира.

— Они их убили, — зло сказал я.

— Верно. Симмериты умели терраформировать, а разрушать — не строить. Повернуть процесс вспять — это как щёлкнуть пальцами.

— А что сказала Ассоциация?

— А что они могут сказать про природный катаклизм? Они посочувствовали нам и выделили огромное количество делириума на развитие. Сейчас не осталось ни одного древнего симмерита. Хотя мы и уничтожили своих создателей, но продолжали жить их наставлениями и идеями, но постепенно сильно отошли от них, а там и вовсе начали придерживаться противоположного. Мы занялись грабежом и разбоем, связались с пиратской гильдией и грабили всё подряд, пока это не дошло до Ассоциации. Они попытались погрозить нам кулаком, но в итоге получили пощёчину. Началась война. Ассоциация быстро образумила амбициозных роботов, но мы какимто образом отстояли монополию на делириум, и, как вы понимаете, этим всё не закончилось. И мне важен этот кусочек делириума на астероиде. Они хотят, чтобы вы показали, где ваша родная планета. Если там нет делириума, то есть другие ресурсы, которые можно поменять на рынке, — природные или органические.

— А поскольку мы не зарегистрированы в Ассоциации, это преступление окажется безнаказанным, ибо они о нас просто не знают! — с ужасом вскричала Кира.

— Верно, прекрасное создание! Есть роботы, не согласные с этим. По-вашему, мы оппозиция, но нас мало, и действуем мы тайно.

— Чего ты этим хочешь добиться, Ардрон? — спросил я.

Нас мало для сильных открытых действий, мешающих им в их бесчинстве. Мы помним, что завещали нам наши создатели.

Мы с Кирой сидели на земле и с ужасом представляли произошедшие здесь события.

— Чем мы можем помочь? — спросила Кира.

— Ничем. Всё, что было нужно, уже произошло. Вы должны были это знать.

— Ардрон, ты можешь помочь узнать, где наш дом? — с трепетом спросил я, и мы с Кирой затаили дыхание.

— Учитывая, что вы уже сделали тысячи прыжков, отследить их очерёдность попросту невозможно.

По щеке Киры протекла слеза. После тридцати лет скитаний мы встретили сильно развитую цивилизацию, на которую возлагали надежду, что они знают, как нам вернуться домой. А вместо этого они хотят нас поработить.

— Ардрон, что нам делать? — Я взял себя в руки.

— Может быть, дать им продать себя? Может быть, другие что-то знают о нашей системе?

— Это плохой вариант. Заинтересованные в этом существа намного хуже нас. И вряд ли они отпустят столь редкие и дорогие сувениры. Единственный вариант… — мы сразу ободрились… — это представить вас Ассоциации. Возможно, кто-то и знает, где ваша Земля.

— Как добраться до Ассоциации? — нетерпеливо начал я.

— Ассоциация везде. Мы — её часть. Здесь всё гораздо сложнее. Для этого вам нужно сбежать от нас из системы, а в вашем случае, учитывая развитие ваших технологий, это практически невозможно. Наши корабли намного быстрее, и вы даже не можете себе представить разницу в вооружении!

— Ты можешь помочь нам бежать?

— Опять же, в теории. Но я не прослеживаю логическую связь: почему я это должен делать?

«Это компьютеры. Они строят логические цепочки на основе данных информации и делают всё согласно намеченному плану. Следовательно, если информация верна, шанс ошибки приравнивается к нулю, но что будет, если вероятность успеха будет равна 50 процентам? Что они выберут, и как будут выбирать?» — подумал я.

— Спасибо что предупредил, Ардрон! — разочарованно сказал я.

— Я делал это не для вас, — проговорил один из трёх правителей и скрылся среди устройств.

Мы с Кирой молча посмотрели друг на друга. Я взял брошенный шар, прокрутил обе его половины — и поле исчезло. Значит, эта штука позволяет оставаться неуслышанными, а может быть, и невидимыми, иначе Ардрон не рассказал бы об этих событиях, опасаясь быть услышанным. Мы сели в челнок, облетели эту однообразную панораму и направились к «Ивоку». По прибытии рассказали команде обо всём, что с нами случилось на Озриле, активировав шар Ардрона. Они же тем временем проверили половину информации, но сходства так и не нашли.

Значит больше не искать? — Это больше было похоже на вывод, чем на

вопрос.

— Не хотим же мы, чтобы земляне из первой цивилизации познакомились именно с этими роботами! — с пустым взглядом произнесла Кира.

— Неужели нам никак не выкрутиться? Может быть, как-то связаться с Ассоциацией? — спросила Наоми.

— А что мы знаем об Ассоциации, кроме того, что она существует? Я не вижу возможных вариантов, Наоми, — сказал я. — Единственную возможность хоть как-то продлить наше существование и попытаться хоть кому-то из нас узнать, как вернуться домой, предложила Кира, но в случае неудачи, что самое вероятное, нас ждёт весьма незавидная судьба.

— Вам жить осталось лет десять, а я буду вечно существовать на потеху каким-то тварям? Лучше сломайте перед этим мой процессор! — завопил Виктор.

Мы все посмотрели друг на друга. Виктор в чём-то был прав. Александром, рассматривавшим карты, овладел нервный срыв. С криками и ругательствами он начал скидывать всё со стола, кидать в стену всё, что попадалось ему под руку, и в конечном итоге быстро покинул центр управления. Наоми хотела было пойти за ним, но он жестом показал, что делать этого не стоит. Пару минут мы сидели молча, принимая истину, и Кира еле слышно сказала:

— Ну, здравствуйте, «братья по разуму»!

— У вас есть чуть больше восемнадцати часов, а у меня — пара бутылок хорошего пойла! Или вы дальше будете соблюдать этику исследователей?

Я заулыбался, и моя улыбка медленно перешла в смех. Команду это тоже развеселило. Те, кто сидел рядом, приобнялись, и по центру понёсся одобрительный гул. Я хотел было сходить за Александром, но Наоми остановила меня, дав ему побыть наедине. По всему кораблю раздавалась ритмичная земная музыка. Мы с Виктором и Алексом пошли опустошать погребок робота, а девчонки готовили закуски. Немного выпив, мы потанцевали, потом вспоминали разные истории из жизни. Мы с Кирой вспомнили, как танцевали на первом празднике студенчества и как она пыталась отбить меня у Майи. С Виктором мы могли разговаривать сутками, ибо было что вспомнить. Позже я откровенничал с Александром, как сильно я его уважаю и люблю его дочь. Завершилось всё просмотром земных фильмов и тихими рыданиями от осознания скорого конца.

Я проснулся от громкого механического голоса, раздававшегося из динамиков «Ивока». Приказным тоном он говорил:

— Двадцать четыре часа истекло. Вы признаны виновными в преступлении против симмеритов. Наш суд позволяет сделать с вами то, что посчитает нужным. Откройте шлюз для исполнения наказания.

Мне пришла в голову мысль включить щит, максимизировать маневренность и привести «Ивок» в боеготовность, но тут нас окружили целых три симмеритских военных корабля, а кроме меня на борту был экипаж команды. Я выбросил эту мысль из головы, но всё же медлил. Электроника «Ивока» начала моргать, радары погасли — кораблём управляли уже не мы. Я ощутил некоторое физическое облегчение, но потом с ужасом посмотрел себе под ноги — пола под ними не было! Они выключили генератор гравитационного поля! КПК на руке показал постепенное уменьшение кислорода. Они выключили жизнеобеспечение! Я встретил испуганный взгляд Киры, схватил её за руку, оттолкнулся и полетел к углу, в котором стоял скафандр. Помог ей надеть его и сам начал продвигаться к челночному сектору, где были свободные скафандры, оставив Киру попробовать исправить ситуацию на пульте управления. По пути я попытался связаться с остальными через КПК, но в ответ было молчание. Добравшись до скафандров, я быстро надел один из них и хотел было искать остальных, но тут открылся шлюз — и, не успев включить сцепку, я почувствовал, как меня с потоком воздуха начало стремительно уносить в открытый космос. На пороге меня поймал заходивший на борт симмерит. Своей рукой он прижал мои руки к телу и понёс меня в сторону капитанской рубки, где была Кира. Сопротивляться было бесполезно — я даже пошевелиться не мог. К несчастью, в рубке оказались почти все, но мы были в скафандрах. Симмерит бросил меня к остальным, повторив, что мы подвергаемся наказанию и чтобы мы без глупостей проследовали к шлюзу. Внезапно из коридора на огромной скорости вылетел Александр и хотел было прожечь лазером его синие «жилы», но всё контролировавший симмерит увернулся, схватил за голову Александра и на наших глазах раздавил черепную коробку учёного. Мужская половина команды бросилась было на него, но он бросил в нашу сторону плоское круглое устройство, похоже, действующее только на органических существ, потому что всех, кроме Виктора, притянуло к этому механизму.

Виктора он просто выключил каким-то разрядом. Подошёл к лобовому окну «Ивока» и просто разбил окно кулаком! Даже небольшие каменные астероиды на большой скорости не могли сделать хоть маленькую трещину! Симмерит телекинезом выбросил нас с «Ивока» в разбитое окно — и мы угодили в какой-то ящик, который сразу же захлопнулся. Притягивающие устройство прекратило действие, и мы парили в невесомости, запертые в ящике без света. Я включил фонари в головной части скафандра — в этом ящике ничего и никого, кроме нас, не было. Затем услышал всхлипывания женской половины экипажа и вспомнил, что случилось с отцом Майи. Я дал волю эмоциям и, крича, бил кулаками в стены нашей клетки. Несколько часов мы летали по ящику, словно пойманные звери, периодически ударяясь о его стенки.

— Марк, помнишь то событие в начале учёбы? — спросила Кира. — Расскажи!

Собрав все воспоминания в кучу, я и сам не прочь был вспомнить те прекрасные моменты.

“Майи с самого утра не было - она занималась приготовлениями к празднику. Вечером мне пришло сообщение о месте празднования. Виктора я решил взять с собой, чему он очень обрадовался. Праздник начала учебы должен был проходить в ещё недостроенном бассейне. На кпк у меня высветился путь до него. Мы подошли к закрытой двери, которая автоматически не открылась. Я сунул руку в проем для идентификации. Это было умно, что бы на празднование были только студенты. Помещение было достаточно большое с несколькими ярусами. Часть бассейна входила в стеклянную стенку лайнера, а за стеклом уже был открытый космос. Единственным источником света были небольшие парящие шары. Везде были развешаны колонки, а в центре стоял подиум для диджея. Веселье только начиналось. Негромко играла музыка, танцующих было мало.

Хотя Майю я не нашел, но нашел комнату с холодильниками и едой. Я взял бутылку пива и подсел к Виктору на диванчик.

— Я не вижу Майю, - сказал я.

— Мой скан тоже не дал результатов.

— Я вам не помешаю, мальчики? — подсела к нас красивая девушка в красном платье.

— Конечно нет, — отодвинулся я от Виктора освобождая место незнакомой особе, — Я Марк, а это мой друг Виктор.

— Меня зовут Кира, — улыбнулся она, — Как вам вечеринка?

— Ждём разгара, — сказал я, — Выпьешь что-нибудь?

— Пожалуй вина. Спасибо.

— Всегда для таких случаев… — вытащил из брюха бутылку белого и бокал Виктор. И уже втроём мы наблюдали за разгоревшейся вечеринкой. Кира училась на биолога, в группе Майи. Она была хороша собой. Черные распущенные волосы хорошо сочетались с ее красным платьем. По ее чертам лица я смог определить, что корни ее были испанскими. Я решил это проверить.

— Танго танцуешь?

— Я много чего танцую. Я профессионально занимаюсь танцами!

— Предупреждаю сразу: я буду настаивать на танго!

— Страсти хватит? — улыбнулась Кира.

— Ты рождаешь во мне эту страсть, — улыбнулся я ей в ответ.

Она явно была испанкой. Все очень хорошо совпало. Мне нравятся испанки, мне нравится танго, и она была достаточно красива, чтобы вызвать ревность Майи.

Празднование начало разгораться. Танцующих было много и Кира ушла танцевать.

Она действительно хорошо двигалась. Майи я так и не нашел.

— Вик, я думаю и нам пора повеселиться. Оставим все рамки морали и приличия!

— Я ждал, когда ты это скажешь!

Он из-под дивана достал две бутылки шампанского, и мы начали трясти их, направляя в танцующую толпу. Раздалось два хлопка, и пена полетела на толпу танцующих. Это их разгорячило. Все подняли руки, начали кричать, а диджей изменил ритм музыки. Весь народ начал демонстративно заливать в себя и в друг друга алкоголь. Происходил полный хаос. В какой-то момент я был с бутылкой сидя на Викторе, но потом и Виктор был на моих плечах, при этом, самое интересное, мы ещё и танцевали. Неожиданно Виктор спрыгнул с меня и указал рукой на нее. На втором ярусе стояла Майя с каким-то парнем. Она говорила, что кто-то пригласил ее. Меня это задело. Злость одолевала меня.

Я решил, что настало действовать по плану, а план был прост: привлечь внимание Майи и заставить ее ревновать. Кира в этот момент танцевала рядом. Она была очень привлекательна и мой не совсем трезвый рассудок манил к ней. Я перешепнулся с

Виктором, и он пошел к подиуму диджея.

— Пьянка и веселье — это хорошо, но давайте добавим страсти в нашу вечеринку! — крикнул диджей и заиграла подходящая для моего плана музыка.

Я взял руку Киры. Она взглядом дала все понять. Второй рукой я обнял ее за талию и сильно прижал к себе. Ещё несколько пар осмелились танцевать под мою музыку, но Кира зарекомендовала себя фавориткой и все внимание было приковано к нам. Она действительно рождала во мне страсть, и я выливал это в танце. Ее стройные ноги в черных колготках украшали наше танго. Посреди танца я услышал свист и обратил на него внимание. На втором этаже стоял Виктор с непонятно откуда взятой розой, которую он в тот момент мне кинул. Роза стала апогеем искусности нашего дуэта. Конечно, все это видела Майя. Как бы я хотел на нее сейчас посмотреть! Но я не мог отвлечься. Как и должно быть, в конце танца я наклонил Киру и наши лица были очень близко друг к другу. Я настолько увлекся танцем, что мое дыхание участилось и далеко не из-за того, что мне не хватило выносливости. Я почувствовал на себе такое же дыхание Киры. Ее взгляд все ещё выражал страсть. Все закончилось овациями, криками и свистами окружающих. Я поднялся на второй ярус, чтобы взять ещё пива. Краем глаза я увидел смотрящую на меня Майю. Та мстительно улыбалась и демонстративно хлопала. Эти овации она посвящала не нам, а мне, что значило, что мой план удался. Я подошёл ее поприветствовать.

— Я уж было начал скучать по тебе, — обняв за талию и поцеловав в щеку, сказал я.

— Но скучать тебе не дали? — улыбнулась Майя, — Очень хорошо танцуешь! Ты не перестаешь удивлять меня!

— У меня была хорошая партнёрша, — разделил я похвалу с Кирой, —Познакомишь меня со своей компанией?

— Королева! — поприветствовал Майю подошедший Виктор и поцеловал ее руку.

— Привет Виктор! Конечно, пойдёмте!

За столом сидели три человека. Значит, они пришли парами. Пригласившего Майю молодого человека звали Артем и у него явно были виды на Майю. Майя представила нас, и мы сели за стол. Я услышал похвалу за танец, и мы поделились впечатлениями об учебе, работе и вечеринке. Первая пара собралась уходить по танцевать, и я решил сделать тоже самое.

— Чтож… приятно было познакомиться, — сказал я, — Спасибо что сопроводили Майю, а теперь я у вас её забираю, — взял руку Майи как приглашение пойти со мной. Майя при этом довольно улыбнулась, но тут встал Артем и захотел возразить. В это время, почти одновременно с ним встал и я, показав, что других вариантов развития событий быть не может. Я так же обратил внимание, что рядом со мной с недовольным выражением лица стоял Вик и пристально смотрел на Артёма, как и я. Артем ничего не сказал, ведь Майя была не против и сел на прежнее место. Мы пошли прогуляться.

— Отлично выглядишь. У тебя получилось произвести на меня впечатление, — сказал я.

— У тебя тоже это получилось, только несколько иным образом.

Мы пошли танцевать. К нам присоединилась и Кира. Майя достаточно добродушно к ней отнеслась и танцевали мы уже вчетвером. Как оказалось, вечеринка должна была закончиться только в воскресение, и учитывая, что сейчас был вечер пятницы, я немного обезумел, ведь двери все были закрыты. Ближе к утру, когда все были уже достаточно выпившими, мы сидели в укромном уголке второго яруса. По стенам свисали люминесцентные растения, принесенные сюда с теплиц. В общем обстановка была романтическая, несмотря на то, что происходило вокруг. Мы стали свидетелями следующего: Виктор с подобными себе роботами потащили через весь танцпол пожарные рукава и под общий шум одобрительных криков, начали быстро наполнять бассейн. Это не было запланировано организаторами вечеринки, но они уже ничего не могли сделать. В это время с потолка начали разбрызгивать пену и событие начало приобретать новый оборот. Проблема купальных принадлежностей была быстро решена снятием верхней одежды. Вода была холодная и некоторые роботы начали нагревать ее собой.

— Ты надела лучшее свое белье? — игриво спросил ее я, намекая что мы сейчас пойдем плавать.

— Тебе понравится! — так же ответила она.

— Значит, ты подбирала его для меня?

— Не льстит себе, милый, - улыбнулась она.

Она встала, расстегнула молнию на платье, взяла за подол и потянув его вверх, сняла с себя платье. На ней было только тёмно-коричневое кружевное белье и теперь я понял смысл её коричневой помады на губах. Сказать, что она была сексуальна, значит ничего не сказать. Ее грудь, широкие бедра и осиная талия, я бы назвал идеалом женских форм. Я взял себя в руки и начал раздеваться и, взяв разгон, мы прыгнули в бассейн со второго яруса. Вода была уже теплой, и кто-то пустил по воде ящики с выпивкой. Мы подплыли к прозрачной части бассейна. Мы облокотились на прозрачный выступ в стене бассейна. В 15 сантиметрах от нас был открытый космос. Это стекло было как линза телескопа, из-за этого вид из нее был просто невообразимый. Миллионы звёзд были нам панорамой в тот момент. Всего этого хаоса вокруг нас не существовало - мы его не замечали. В нашей вселенной были только мы. Я подвинулся немного к Майе и обнял ее. Мы были очень близки друг к другу и наши тела качало волной веселящихся студентов.

— О чем ты думаешь? — прервал молчание я.

— Ты не такой как все.

— Это же здорово!

— Пока не знаю — задумчиво ответила она.

Конечно! Конечно я понимал почему она так сказала. Я не такой как все потому что вызываю у нее те чувства, которые не могли вызвать остальные. Понимание этого меня сильно осчастливило. Она была очень умной и могла поддержать разговор на любую тему. Мы ещё долго разговаривали, катаясь на волнах и смотря на звёзды. Потом мы пошли на прежнее место, и Виктор где-то нашел одеяло. Мы сидели и грелись напротив друг друга, поджав под себя ноги.

— Тебе очень идёт без одежды, — демонстративно посмотрел на нее, подняв одеяло.

Майя снова застенчиво улыбнулась. Немного подсохнув, мы оделись, Майя взяла меня за руку и повела меня на третий ярус. Мы пошли в дальний угол, подставили стул и Майя попросила снять квадратную решетку вентиляции с потолка. После я помог ей залезть и сам последовал за ней. Мы взяли с собой один светящийся шарик, чтобы видеть дорогу вентиляции. Мы ползли около 30 минут по закоулкам квадратного лабиринта. В итоге мы оказались на какой-то площадке с решеткой вентиляции внизу. нам пришлось ее выбить, и мы оказались в небольшой комнате. Пройдя по коридору стала снова слышна музыка. Дверь перед нами раздвинулась, и мы оказались в незнакомом для нас месте. Это был очень большой озеленённый сектор. Среди разноцветных деревьев, кустов, травы и цветов танцевали под громкую музыку студенты, но уже не с нашего потока. Это были даже не первокурсники. Подобная гулянка, как и у нас, но в совершенно другом месте. Там висели прочные лианы, сплетённые между собой так, что на них стояли столики, некоторые люди прыгали в растущие внизу растения. Светящихся шаров здесь не было. Источником света служили сами растения. Мы сняли обувь, чтобы походить по мягкой траве босиком. В центре всего происходящего стояло огромное дерево, на его ветках стояли небольшие столики и стулья, на самой большой была аппаратура диджея. Здесь была своя атмосфера.

— Дорогие друзья! Поприветствуем наших коллег из бассейна! Пожелаем им удачи и веселой учебы! Ход между секторами открыт! — услышали мы голос диджея.

Все захлопали и начали нас приветствовать. Откуда не возьмись полил дождь, да и не простой дождь, а ливень! Наша одежда промокла в тот же момент. Уровень воды быстро поднимался и в один момент вся это площадка превратилась в огромный бассейн! Все начали плавать и прыгать с деревьев в воду. Через некоторое время вода начала убывать и через 10-15 минут под ногами оказалась свежая трава. Макушка огромного дерева упиралась в большой стеклянный купол с потрясающим видом на звезды, такой как у нас в бассейне. На макушке дерева были свиты «гнезда», умещавших не более двух человек. Мы с майей довольно устали, а до конца вечеринки ещё полтора суток, и мы решили там отдохнуть. Мы полезли на ту макушку и на единственном проходе к желаемому месту стоял стол со студентами. Как оказалось, в гнезда можно было попасть только парами, предварительно доказав, что эта пара любит друг друга.

Самый простой способ доказать это, был страстный поцелуй. Мы с Майей улыбаясь переглянулись.

— Ну не будем же мы спать на траве под деревом! — и не дав Майе опомниться я обнял ее и поцеловал.

Она сперва схватила мои руки от неожиданности, но через мгновение повела руками вдоль моих и тоже обняла меня. Мы стояли на ветке огромного дерева, абсолютно мокрые, а с веток падали небольшие капли. Этот желанный поцелуй затуманил мой разум, он заставил всю вселенную не существовать.

— Все! Все! Доказали! Хватит совращать народ, — сказала девушка сидящая за столом, — подымайтесь выше!”

Мы остановились и ещё мгновение ластились друг о друга. Она чуть отклонилась от меня смотрев мне в глаза. Ее глаза полные чувств и эмоций, чуть усталые, но очень выразительные дали мне все понять. Она желала и ждала этот поцелуй так же, как и я. Мы не сказали друг другу не слова, взялись за руки и полезли выше. Поднявшись мы увидели круглые неглубокие гнезда, подобно тем, какие вьют птицы. Под куполом было тепло. Мы сняли верхнюю одежду и повесили ее сохнуть на ветки. Мы обнявшись лежали и смотрели на потрясающий вид купола.

— Ты тоже хотела попасть сюда как я понял?

— Да. Я очень устала!

— Да. Я видел это в твоих глазах, — сарказмом сказал я, на что она тихонько улыбнулась и прижалась ко мне.

На этой ноте мы и заснули проснулись только часов через 7. Я лежал на ее груди и боялся пошевелиться что бы не разбудить ее. Минут через 20 я услышал характерное покашливание Майи, предупреждающее о том, что она проснулась. Я облокотился на локоть и демонстративно оглядев с головы до ног сказал:

— Это несомненно лучшее мое утро за все прошедшие годы!

— Вместо того чтобы глазеть на меня, лучше бы подал. Мне платье.

— Вчера ты не стеснялась, — ехидно улыбнулся я, — Кажется, нам нужна бутылка вина. Жаль рядом нет Вика. Он быстро бы нашел нам завтрак.

Снизу доносилась музыка, так же шел дождь и шум веселившихся студентов. Мы оделись, спустились с дерева и раздобыли поесть.

— И куда можно таким образом добраться по вентиляции?

— По идее хоть куда, но нужно знать дорогу — там очень легко потеряться.

— Есть и другие сектора с подобными и вечеринками?

— Да, но они в другой части ковчега и дойти до них нереально.

Мы ещё немного поплавали и к вечеру уже сильно устали. Мы по вентиляции добрались до соседнего сектора, где не было вечеринки, и я пошел провожать Майю в ее комнате.

— Может зайдешь ко мне и примешь душ, а я сготовлю что-нибудь поесть?

— Согласен. Мне всегда было трудно дотягиваться до спины.

— Ты о чем? Я не пойду с тобой в душ! — заулыбалась Майя на мою шутку.

— Мы могли бы сэкономить время!

— Сомневаюсь, — многозначно сказала она.

Ее интонация, выражение лица, сам образ и ее сказанное начало создавать в моей голове очень красивые и страстные образы. Она могла завести меня с одного слова и последнее сказанное было тому подтверждением. Она влекла меня всем своим существом. Вызывала непреодолимое желание взять ее. Что бы она была только моей. Вдоволь насладиться ее телом. Хочу на себе почувствовать всю ее страсть и отплатить ей тем же. Я остановил ее. Повернул к себе и чуть сжал ее лицо руками и в течении минуты молча смотрел ей в глаза, передавая взглядом все, что я хотел с ней сделать. Это было своеобразное предупреждение, и она все поняла. Я большими пальцами провел по ее щекам и выпустил из объятий. Она довольно улыбнулась, взяла меня за руку, и мы тихонько пошли до ее комнаты. Она пошла мыться первая пока я резал овощи для ужина. Я думал. Я хотел быть с ней 24 часа в сутки. Я не хотел больше приходить в пустую квартиру. Я хотел, чтобы там была она. Я зашёл в душевую помыть руки. Ее образ был расплывчатым из-за затемненного стекла.

— Я хотел обсудить с тобой кое-что. Тебя долго ждать?

В это время створки душевой кабины разъехались, и вся вода хлынула в небольшую комнату, заливая все водой. Она стояла обнаженная и улыбалась.

— Смотря где ты будешь ждать, — сказала она.

…”

Прошло несколько часов с момента заточения. Мы уснули. Внезапно мне в глаза ударил мощный луч света. Я проснулся и увидел медленно разлетающиеся в разные стороны стенки ящика. По рации окликнул ребят, и мы взялись за руки, чтобы не разлететься. Система Виктора к тому времени успела оправиться после сильной перегрузки. Нас окружили тысячи кораблей разной структуры, формы, материала, из которых были изготовлены. Все они направили на нас свои прожектора.

— Это что, смотрины? — спросил я.

— Кажется, мы на галактическом аукционе, — сказал Виктор.

Страх подавлялся огромным любопытством — ведь это были корабли разных цивилизаций. Нас начало притягивать к самому технологичному на вид и явно самому большому кораблю, размером гораздо больше нашего ковчега.

— Началось, — раздался голос Наоми. — Что бы это ни было, я рада, что именно вы стали моей компанией на тридцать лет одиночества.

— Не смей прощаться, Наоми! — сдерживая слёзы, крикнула Кира. — И всё же, Марк, я всё это время любила тебя с того самого танца на ковчеге.

— Я знаю, Кира. Извини, что я не могу сказать то же самое.

По мере сближения открылся шлюз, и нас затянуло внутрь. Здесь было очень светло — помещение переливалось золотом. Всё выглядело очень величественно. На стенах были выгравированы то ли какие-то иероглифы, то ли некое подобие гербов. К нам подошёл гуманоид, конечности которого трудно назвать ногами, но они выполняли их роль. Фиолетовая кожа, большие чёрные глаза, маленький рот. На нём была чёрная одежда с золотыми вставками. На затылке у гуманоида было что-то похожее на респиратор с ведущими в него трубками. Он оценивающе посмотрел на нас. Его большие чёрные глаза выдавали вселенскую мудрость. А весь его образ — величие. Он слабо улыбнулся:

— Приветствуем вас, земляне! Вы находитесь на аруанском крейсере, и здесь вам ничто не угрожает.

— Ещё новые цивилизации… — огрызнулся Виктор.

— Успокойся, Вик, — Я толкнул его в бок.

—Ваше знакомство с другой цивилизацией прошло несколько печально… — продолжил он.

— Печально?! — вскричал Вик. — Да они хотели уничтожить нашу планету!

— Нашу планету! — отразилось у меня в голове. — Хватит! — И я дал ему подзатыльник.

— И они ответят за это, — продолжал фиолетовый. — Мы приносим свои извинения за членов нашей Ассоциации.

— Ассоциации? Но как? Как вы узнали?! — спросил я.

— Об этом позже. А сейчас наслаждайтесь моментом встречи с другими разумными существами. — Он по-доброму улыбнулся. — Можете снять шлемы — здесь всё наполнено кислородом. Идёмте за мной.

Скафандр показывал, что здешняя атмосфера для нас безопасна. Мы сняли шлемы и пошли за аруанцем. Шли по коридору. Источников света не было, но было светло — наверное, свет излучал материал, из которого были сделаны стены. Мы шли переглядываясь, размышляя, что с нами будет. В глазах команды я видел искорку надежды. Мы вышли в невообразимо огромный зал Ассоциации с логотипами в виде знакомой структуры Вселенной. Зал был круглым, и там в несколько рядов сидели сотни представителей других цивилизаций. Это были абсолютно разные существа. Почти все были в чём-то типа наших скафандров, кто-то — в энергетических оболочках, создающих необходимые для их жизни условия. Те, кто мог, встали, когда мы зашли. Аруанец поприветствовал их, подняв руку, и представил им нас.

— Расскажите, пожалуйста, Ассоциации про землян, про ваш уровень развития и про родную планету, — попросил аруанец.

— Ну… — Я посмотрел на Киру. — У нас красивые женщины… —

Послышались гул, стрекотание, ор и прочие звуки. Я понял: они смеются, кто как может. — А вообще, вид людей очень молод. История насчитывает около шестидесяти тысяч земных лет развития современного человека. Мы знакомы с эволюцией, со строением и расщеплением элементарных частиц, с возникновением Вселенной, и с… кротовыми норами, из-за которых мы здесь. Чуть менее тысячи лет назад человек впервые полетел в космос. Сегодня у нас почти завершённая сфера Дайсона. — Теперь был удивлённый и одобрительный ропот. — Наша планета — она... она замечательная… — На мои глаза начали наворачиваться слёзы. — Огромные океаны, густые леса, высокие горы и сухие пустыни. Очень много видов неразумных животных: птиц, насекомых, рыб. Долгое время люди неуважительно относились к природе, но сейчас они стоят на её защите. У нас много огромных и маленьких городов. История человечества знает и войны, и катастрофы, но совсем недавно народы объединились и стали одной нацией. С тех пор мы — земляне, и родина наша — Земля. Это позволило правильно распорядиться силами и знаниями и заняться тем, чем мы занимались на протяжении всей своей истории. Ведь человек по своей природе — исследователь, и мы наконец-то смогли обратить свой взор в космос.

Весь зал встал в знак уважения к новой цивилизации, а на лицах команды я увидел слёзы. И тут заговорил аруанец:

— Ваш дом девствен и прекрасен. Мы попробуем помочь вам вернуться домой, земляне. И хотя вы обладаете хорошими знаниями об окружающем вас мире, я могу вас уверить, что вы ещё только приближаетесь к порогу великих открытий! Вы даже не представляете, сколько удивительного вас ждёт! Не останавливайтесь в развитии. Отныне вы — полноправные члены Ассоциации и пользуетесь её покровительством, только не преступайте законы Хартии. Относитесь с добром к другим живым существам и по возможности помогайте им. Живите в мире и процветании, дорогие друзья! А теперь — отдыхайте. Если хотите, временный представитель землян может на полных правах остаться на заседании.

Мы прошли по залу, разглядывая других существ. Затем прошли в комнату, очень похожую на земную.

«И откуда они это знали? Про кислород? Про комнату?» — подумал я. Краем глаза увидел, что в зал заседаний заходят три чёрных матовых робота. Я выскользнул из комнаты в закрывающуюся дверь. Я сел рядом с большим красным существом, напоминающим бульдога. Аруанец начал говорить, но я совершенно его не понимал — он говорил на общепринятом Ассоциацией языке. Я бы такого даже выговорить не смог. И потому попросил сидящего рядом красного громилу пересказывать, о чём идёт речь.

— Уважаемый аруанец говорит, что симмериты сделали позорный поступок, попытавшись скрыть землян от Ассоциации и… и чёрт знает, что сделать с ними. Хотя сейчас он читает лекции по этике и морали...

«Ардрон...» — подумал я.

— Это немыслимо! — крикнул мой переводчик. Затем встал, как и большинство сидящих в зале, и что-то прокричал в адрес троих подсудимых.

— А сейчас что? — нетерпеливо спросил я.

— Это немыслимо! Эти чудовища уничтожили истинных симмеритов — своих создателей!

Ещё около часа шло совещание, в котором участвовали все сидящие в зале существа. Мой новый красный друг всё мне пересказал.

— Сейчас они будут выносить приговор, и он будет ужасен для симмеритов. Законы Ассоциации строги, но в то же время благодетельны и благородны.

— А разве они не смогут воевать с Ассоциацией? У них много хорошего вооружения.

— Никто не сможет воевать с Ассоциацией. Это очень грозная сила. Разве только аруанцы, но они и есть Ассоциация. Это самая древнейшая цивилизация — их история начинается около пяти миллиардов лет назад. Хотя мы живём в мире относительно давно, никто даже представить не может, до каких технологий они развились и какую мудрость постигли! Именно поэтому их называют древними.

—Пять миллиардов лет… попытался представить я. — Разрешите высказаться!

— Вы полноправные члены Ассоциации. Нам важно знать ваше мнение, земляне!

— Я не понимаю языка, на котором ведётся суд, но мне есть что сказать. Какое наказание им предназначено?

— Как минимум они будут исключены из Ассоциации.

— Это верное уничтожение для них! — пробормотал громила.

Немного осмыслив сказанное инопланетным другом, я продолжил:

— Я думаю, наказание не должно быть настолько строгим.

— Люди понимают, что они уничтожили целую цивилизацию?

— Да. И заслуживают наказания, но вы должны принять во внимание, что некоторым симмеритам не нравится то, что они сделали, и они сожалеют и пытаются исправиться.

— О чём вы говорите? Продолжайте.

— Я об Ардроне и его мировоззрении. Оно отличается от установленного.

Ардрон и некоторые роботы его фракции тайно противостоят установленному режиму. Они чтут своих создателей-предков, их наставления и идеологию.

— Многие из нас знали древних симмеритов — это была подающая надежды цивилизация. Не так ли, Ардрон?

Тот покачал опущенной головой.

— Они хотят жить так, как жили их предки. Мне больше нечего добавить. — И я сел.

Глаза аруанца затянулись белой плёнкой.

— Это они так размышляют, — пояснил громила.

Аруанец обрёл прежний цвет глаз и начал что-то говорить в зал. Кто-то отвечал ему. Они думали, как поступить, учитывая сказанное землянами.

— Никто не имеет права лезть в устои другой цивилизации! За преступления против цивилизации Руан и Йокс изгоняются из Ассоциации вместе с однодумцами. Ардрон, симмериты устоялись как полноценная цивилизация. Возьмёшься ли ты возродить идеи своих создателей и стать лидером симмеритов при нашей полной поддержке? Правда, монополия на делириум у вас изымается — его запасы уйдут для развивающейся цивилизации?

— Человек всё сказал правильно. Мне нечего добавить к этому, — заговорил Ардрон. Он встал на одно колено, как делали древние симмериты. — Я постараюсь всё исправить и оправдать доверие Ассоциации. И от лица всех симмеритов хочу сказать: спасибо тебе, человек!

Так человечество приобрело себе верных друзей, союзников и защитников, не зная об этом. Я встал, поблагодарил представителей и пошёл к своей команде. Зайдя в комнату, увидел: за столом, подобно тому, как это происходит на земле, сидели мои друзья, аруанец и... Александр! Я совсем потерял дар речи, а они весело и беспощадно смеялись надо мной. Я сел, и мне поведали, как всё произошло.

Оказывается, в ту прощальную вечеринку, когда из центра управления, перенервничав, вылетел взбешённый физик, он стал думать. Связался с Ардроном и рассказал ему про то, что все его биологические данные ежедневно сохранялись по программе бессмертия и на «Ивоке» стоял аппарат по его восстановлению, если произойдёт какой-нибудь несчастный случай. Прыгнув на симмерита, он осознанно подставил голову, чтобы смерть была безболезненной. После того, как всё утихло, Ардрон, воспользовавшись положением, нашёл тело Александра, вынул из его позвоночника чип, собирающий данные, и продал аппарат восстановления аруанцам вместе с чипом, обменяв на делириум, чтобы никто ничего не заподозрил. А аруанцы воскресили Александра, и он им всё рассказал. Древние быстро собрали флот Ассоциации и прилетели на выручку новой цивилизации.

— Ну ты даёшь, Александр! — похлопал я его по плечу и обнял.

Мы поели, и экипаж «Ивока» разошёлся по комнатам отдохнуть, а я решил поговорить с аруанцем о дальнейших планах касаемо нас. Это оказался их лидер.

— Для начала поведай мне свою историю. Как вы потерялись? — попросил он. — Всё из-за девушки, — улыбнулся я.

— Ну а из-за кого же ещё! — рассмеялся он.

— Я любил одну девушку. Мы вместе учились. Я долго ухаживал за ней, и впоследствии мы поженились. Она работала по внедрению в ковчег регенерирующей функции, подобно нашей кровеносной системе. Завершила она этот проект успешно, за что, как принято у нас, человека награждают бессмертием. Я же ничего выдающегося не сделал и оставался смертным, но безумно любил её и хотел быть с ней рядом как можно дольше. Поэтому взялся за исследование тогда только открытых червоточин. Мы смогли сделать червоточину устойчивой за счёт экзотической материи — материи с отрицательной массой. Снарядили «Ивок» и влетели в кротовую нору, однако скорость была настолько высокой, что экзотическая материя вылетела вместе с «Ивоком», и червоточина захлопнулась. Тридцать лет мы летали по Вселенной сквозь червоточины, пока не встретили симмеритов."

— И на что только не способен человек ради любви! Странное чувство… Многим цивилизациям оно неизвестно. Что ж, хочу обрадовать вас: мы знаем, где ваш дом."

— Правда? — Это было всё, что я смог выдавить из себя от удивления.

— У нашей цивилизации было время исследовать Вселенную, — мягко улыбнулся он.

— То есть вы давно знаете о нас, но до сих пор никак не заявили о себе?

— Ваша раса ещё слишком молода, и тернистый путь ведёт вас через пробы и ошибки, а Вселенная ошибок не прощает. Мы охраняли Землю от ненужных посещений других рас — более развитых, — которые так или иначе могли вмешаться в ход вашего развития, однако на заседании вы показали, что наши силы не тратятся впустую. Вам присущи такие черты, как доброта, взаимопомощь, честь, справедливость. В общем, у Ассоциации вы оставили хорошее впечатление о людях. Развивайтесь, а мы пока будем защищать вас от внешних угроз.

— А вы могли бы нам разъяснить некоторые научные и технологические вопросы?

— Извини, человек, ты должен понимать, что вмешиваться в естественное развитие других существ нельзя. Как показала практика, это приведёт к краху. Единственное — чтобы вы могли посещать заседания Ассоциации и подробнее ознакомиться с миром, возьмите технологию этого двигателя. Его принцип работы построен на искривлении пространства. Скафандр оповестил о входящем сообщении. Вы давно знакомы с этим принципом, но всё ещё не освоили его, и, как я полагаю, это даст вам возможность любить свою женщину много дольше». — Он заговорщицки подмигнул.

— Спасибо! Программа бессмертия у нас на стадии тестирования. А аруанцы бессмертны?

— У нас очень замедлен метаболизм по своей природе. Путь вечной жизни мы тоже проходили, однако вынуждены были отказаться от него.

— Почему? Что случилось?

— Я ничего не буду вам говорить, чтобы вы не опирались на наш опыт. Понимаете, все существа во Вселенной разные, и одним кислород даёт жизнь, а других убивает. Так же и со всем остальным. Я лишь скажу, что несколько позже аруанцы были на грани уничтожения, и виной тому были они сами. Но у вас, вероятно, будет более удачный опыт.

Мы ещё долго сидели на диванчике и любовались видом через смотровое окно, вид из которого был изумительным. Он поведал мне много из истории нашей Вселенной и других цивилизаций. Это был огромный, неизвестный нам мир — со своей историей, легендами, системой взаимоотношений, войнами, дружбой, интригами, — частью которого мы стали и который нам придётся ещё узнать. Но всё же кое-что я смог у него выпытать.

Пока мы разговаривали, наш «Ивок» уже починили и установили тот самый двигатель, технологию которого нам подарил аруанец. Все цивилизации Ассоциации провожали нас домой. Мне было жаль покидать этих разумных и цивилизованных существ — они так много знали, — но правила не позволяли им всё это рассказывать. И в то же время обмен знаниями был возможен, если не превышен «симмеритский предел». Это говорит о том, что данные цивилизации должны находиться примерно на одном уровне развития. Печальный опыт древних симмеритов показал нам, что будет, если не соблюдать этот предел. Зироты — развитая механическая раса — передали технологии совершенного ИИ своим друзьям и союзникам симмеритам, чтобы ускорить ход их развития, но итог мы знаем. После этого передача знаний была запрещена.

Мы услышали голос лидера аруанцев — он попрощался с нами, и мы скрылись из виду.

«Ивок» оповестил нас о входе в родную систему. Слёзы радости показались на наших глазах. Мы все обнялись и молча стояли, остужая нахлынувшие эмоции. Мы двинулись сразу на Землю — и не увидели ковчега. Неужели они нашли способ улететь к нужной планете?

— Здравствуйте, странники космоса! Вас приветствуют люди с планеты Земля!

— На радаре активировались военные истребители.

— Александр, сколько времени нас не было на Земле? — удивлённо спросил я.

— Мы странствовали тридцать с небольшим лет, и, хотя старались избегать зон с сильной гравитацией, всё же ушло около ста семи лет.

В рубке повисло молчание. Очень громкое молчание. Все тосковали по своим родным и хотели вернуться к тому, что им дорого, но за сто семь лет от этого мало что осталось. Слёзы радости сменились вселенским горем. Они нас даже не узнали…

— Мы… Мы тоже земляне! — Я попытался взять себя в руки, но мысли мои были о Майе: что с ней стало за эти сто семь лет? — Это капитан корабля «Ивок» Марк Грин. Около ста семи земных лет назад мы исследовали червоточину...

Воцарилась радиомолчание. Хотел бы я увидеть, что сейчас происходит на Земле…

— Вас долго не было, «Ивок!» — Позитивный голос раздался из динамиков. — Рады видеть вас! Добро пожаловать домой!

Мы подлетали к орбитальному порту, откуда должны были отправиться на Землю. Мысль о встрече с Майей не покидала моей головы. Какая она сейчас? Что она делала всё это время? Не забыла ли меня? И ждёт ли? Скоро я всё это узнаю. В порту было много народу: правительство, учёные, журналисты — словом, все, кого хоть как-то это касалось. Я переложил обязанности капитана на Роджера, а сам высматривал в толпе Майю. Но нет! Что-то здесь не так! Она ведь должна была встретить меня! Наверное, у неё уже другая семья, и ворошить прошлое просто незачем. И хотя вся земля радовалась нашему возвращению, было много народу, я всё же чувствовал себя одним во Вселенной. То, о чём я мечтал последние тридцать лет, не сбылось и не сбудется. Я выследил из толпы Кима Рока — лидера землян более ста пятидесяти лет — и подозвал его, чтобы поговорить наедине.

— Марк! Вы не уложились в сроки, — обняв меня, попытался пошутить он.

— Да, — натянуто улыбнулся я. — Ким, вы помните мою жену Майю? Что с ней? Где она?

— Майя… — с какой-то горечью сказал он. — Милая Майя... Конечно, я помню её, Марк. Все её помнят. — И он, словно утешая, обнял меня. — Когда роковая кротовая нора захлопнулась, мы не знали, в чём дело. Но некоторое время спустя окончательно поняли, что домой вы уже не вернётесь. Майя тогда взяла всё в свои руки. Она бросила биологические исследования, работу на ковчеге и углубилась в другую науку — физику. Майя собрала все данные о кротовых норах, в одиночку вела исследования и эксперименты и, хотя сделала немало открытий, так и не достигла нужных ей результатов. С каждым годом она становилась всё печальнее, и даже вся наша планета не смогла заглушить её скорби. Окончательно отчаявшись, Майя тайно вытащила чип цифровых данных из позвоночника и, уже старея, продолжила свои исследования. Марк, пятьдесят три года назад она погибла в результате взрыва при манипуляции с червоточиной. О её жизни было написано множество книг, не говоря уже о снятых фильмах. Я знал, куда иду, и взял это с собой. Это биография Майи Грин — величайшего учёного и одной из несчастнейших женщин человечества. Мне искренне жаль, Марк…

— Спасибо, Ким. — Я взял книгу. — Я хотел бы остаться наедине со своими мыслями. Я рад видеть вас.

— Конечно, Марк. Жаль, что наша встреча так омрачена.

Я вышел в коридор орбитального порта. Ощущалась слабость — ноги отказывались держать меня. Я остановился у окна и некоторое время смотрел на нашу голубую планету. Затем открыл последнюю страницу книги и прочитал первое попавшееся предложение: «Она имела бесконечно долгую жизнь, но отказалась от неё, ибо горе её было неутешимо».

Я захлопнул книгу, снова взглянул в окно и тихонько сказал:

— Этот мир больше не мой… — И пошёл по коридору.

Тайком я пробрался на «Ивок», надел скафандр и, отключив связь, вылетел с порта. Полетел к ближайшей червоточине. Батареи «Ивока» были заряжены, и мне хватало экзотической материи, чтобы сделать червоточину устойчивой. Когда она расширилась до подходящих размеров, я запрограммировал «Ивок» на автопилот, а сам вышел в открытый космос, оттолкнувшись от «Ивока» в направлении кротовой норы. В это время «Ивок» ворвался в неё на огромной скорости. Не успел я ощутить на себе свойства экзотической материи, как часть её вылетела с «Ивока». Червоточина стала неустойчивой и сразу же захлопнулась, оставив меня внутри.

Я не буду описывать, что со мной произошло, потому что вряд ли смог бы это сделать. А если бы смог — вы не смогли бы это себе представить. Скажу лишь, что аруанец был прав: чёрные дыры и кротовые норы каким-то образом связаны с четвёртым измерением, где время — такая же мера, как высота и ширина. А наш трёхмерный разум не смог бы представить четырехмёрное измерение.

Вокруг было темно. Я пошевелил пальцами, ногой, головой. Что-то мягкое прикоснулась к моему лицу. Потом ещё раз. И ещё... Меня одолевал страх, сердцебиение участилось. Ещё раз... Я полностью пришёл в сознание и открыл глаза. Прикосновения продолжались. Это были поцелуи Майи — таким образом она пыталась разбудить меня. Я закрыл глаза и снова открыл их. Я всё ещё видел её. Получилось...

— Майя… — Я крепко обнял её и не отпускал от себя, боясь, что её снова со мной не окажется.

— Что такое, милый? Ты так сильно за ночь соскучился по мне? — улыбнулась она.

Привстав, я огляделся вокруг. Голова шла кругом. Но это была реальность — наша реальность.

— Тебе приснился страшный сон?”

— Ты даже не представляешь, насколько! — Я взял ее руку — кольца на пальце не было. Она несколько удивлённо посмотрела на меня.

— Ты что, думаешь что я ночью тайком вышла замуж?

— Пошли?

— Куда? — удивилась она.

— В загс. Всё равно всё к этому придёт.

Она рассмеялась и обняла меня. Мы ещё долго нежились в постели, но мир мог подождать — ведь он ещё не знал того, что знаю я...