Эффект Волкова-Рэббита

Глава 1

- Как вас зовут, сэр? - белобрысый молодой человек за столиком «Регистрация гостей» явно не хватал звезд с неба. Или не читал газет. Ведь если бы не я, эта конференция в Нью-Йорке вообще бы не состоялась.

- Волков! - я выпрямился, откашлялся и, сделав театральную паузу, продолжил, как герой фильма. - Иван Волков.

Белобрысый оторвался от списка приглашенных, захлопал глазами - и только сейчас до него дошло.

- О, Боже мой! - он покраснел. - Простите меня, мистер Волков.

- Профессор Волков! - мягко, но уверенно поправил я.

- Конечно... Профессор... - он перевернул свой список и протянул мне. - Позвольте ваш автограф!

Я посмотрел на бейджик молодого человека и размашисто подписал по-английски - «Марку, на память от Изобретателя».

Нет нужды указывать, что именно я изобрел. Все и так об этом знают.

Пока я писал, белобрысый переминался с ноги на ногу и блеял:

- Профессор Волков... Я ведь ваш фанат. Ну, и доктора Рэббита, конечно! Расскажите, как же вы?..

- Все вопросы на пресс-конференции, молодой человек! - я нахмурился и резко сунул ему листок обратно в руки.

А нечего было упоминать Джона Рэббита. Черт бы побрал этого выскочку.

- Я верю, что эффект Рэббита-Волкова изменит этот мир к лучшему, - крикнул белобрысый мне вдогонку.

- Волкова-Рэббита! - машинально поправил я.

Ох уж эти невежды!

Чем выше я поднимался по парадной лестнице и чем ближе подходил к конференц-залу, тем чаще слышал свое имя. Вспышки фотокамер полыхали без конца. То справа, то слева появлялись пронырливые репортеры с диктофонами и дежурными вопросами:

- Минутку внимания, профессор Волков...

- Расскажите, как вам удалось совершить...

- Прокомментируйте первенство открытия, профессор...

Я только отмахивался и бормотал:

- Все вопросы на конференции, господа! Дайте пройти, пожалуйста... Без комментариев...

Я распахнул дверь в зал и совершенно не удивился, увидев там его. Доктора Джона Рэббита собственной персоной. Он вальяжно развалился в кожаном кресле на сцене с сигарой во рту и чашкой кофе в руке. Увидев меня, он широко улыбнулся этой фальшивой заморской улыбкой:

- Иван, дружище! Ты же не обижаешься, что я пришел сюда первым? Впрочем, тебе не привыкать...

И он лукаво прищурился.

- Вас так заботит первенство, мистер Рэббит, как будто наука для вас - собачьи бега.

- Да бросьте! - он затянулся и выпустил кольцо дыма. - Вы просто утратили дух соперничества.

Я сел во второе кресло, демонстративно отвернулся и кивнул журналистам. Можно начинать.

В воздух взметнулись руки, диктофоны и фотоаппараты.

***

- Профессор Волков, расскажите, в чем главное отличие вашего подхода от метода Джона Рэббита?

Я прокашлялся.

- Не хочу утомлять вас подробностями, дамы и господа, но я всегда верил в неисчерпаемые возможности человеческого мозга. Физика подарила миру атомную бомбу. Химия - загрязнение мирового океана. Ученые, вроде моего, хм... иностранного коллеги слишком уповают на технологии, в то время как мой метод путешествия во времени основан исключительно на усилении врожденных способностей человека...

- Ерунда! - прервал меня Рэббит. - Ваш способ с трудом воспроизводим. При всем моем уважении, коллега... - он выпустил в мою сторону еще одно кольцо дыма. - ...Некоторые до сих пор считают, что ваши путешествия, мягко говорят, не доказаны...

- Что вы хотите сказать? - я привстал.

- Ничего, ничего! - Рэббит миролюбиво развел руками. - Следующий вопрос, пожалуйста!

- Доктор Рэббит, расскажите о том дне, когда Вам пришло в голову, как именно сгруппировать элементы экспериментальной установки, чтобы перемещения во времени стали возможными?

Рэббит улыбнулся так, что верхние зубы нависли над нижней губой - было в его облике нечто заячье, что гармонировало с его фамилией.

- Уверен, я рассказывал эту историю уже сотню раз! - он потянулся к столику и отхлебнул кофе из чашки надписью «Я - номер 1». - Вот, это та самая кружка, с которой все началось. Всё гениальное не только просто, но и случайно.

Он повертел чашку в руках, и фотовспышки защелкали еще яростнее.

- Не могу начинать работу без глотка кофе из любимой кружки. У гениев должны быть свои причуды.

Журналисты захихикали дешевой шутке, а Рэббит невозмутимо продолжал:

- Который день я бился над неработающей установкой силового поля - ее целью была телепортация предметов, но уж никак не путешествия во времени. В чертежах творился полный хаос. И вот, я отхлебнул кофе - он оказался слишком горячим, так что я с размаху поставил кружку на стол... прямо на чертеж. А когда снова взял ее в руки - увидел, что в круглый след от кружки, попали те самые узлы установки, объединив которые, я... Впрочем, остальное уже история.

- Профессор Волков! - взметнулась из зала рука симпатичной журналистки из первого ряда. - Как вы объясните, что сделали свое открытие о ментальных путешествиях во времени в тот самый день, когда доктору Рэббиту удалось сделать это с помощью совершенно других технологий?

Я нахмурился еще больше. Ненавижу этот вопрос. Ненавижу Джона Рэббита, его кофе и его сигару. Я натужно улыбнулся:

- Видите ли, теория множественных открытий предполагает, что иногда инновации создаются просто потому, что время пришло. И их, независимо друг от друга, открывают люди в разных частях света. Лобачевский и Гаусс. Бойль и Мариотт. Попов и Маркони...

- Ах, бросьте! - перебил меня Рэббит. - Всем известно, что радио изобрел Маркони - и точка.

- Позвольте! - я почувствовал, что багровею.

- Ваши соотечественники так часто позволяют присвоить себе чужие заслуги! - отрезал Рэббит. - Взять вот вашего однофамильца Александра Волкова. Взял и присвоил историю Фрэнка Баума об Изумрудном городе. Продолжать?

- Вы ставите под сомнение авторство моего открытия? - я сам не заметил, как навис над креслом этого лицемера.

- Что вы, что вы? - Рэббит замахал руками. - Всем очевидно, что наши методы слишком разные. Вы же сами сказали - множественные открытия! Потому и существует закон Бойля-Мариотта, а в нашем случае - эффект Рэббита-Волкова.

- Волкова-Рэббита, черт вас подери! - заорал я.

В зале стало тихо, как во время путешествия во времени.

- Кхе-кхе... - прокашлялся Рэббит. - Не знаю, как там в кириллическом алфавите - может, у вас буква «В» идет перед «Р»... Но вот по-английски...

И тут я словно впервые увидел огромную надпись на панно позади сцены: “Rabbit-Volkoff's Effect”. Так же был озаглавлен список гостей у молодого человека на входе. На газетах, которые совали мне в руки для автографов.

- Ах вот так... - я сцепил зубы. - Значит, и тут вы пролезли вперед...

Рэббит пожал плечами, выдул в мое лицо кольцо дыма и молчал.

- А мои путешествия с помощью активности мозга, как вы там сказали... не доказаны?

Снова эта трусливая ухмылка.

Вспышки фотокамер. Скрип шариковых ручек о бумагу. Клацанье кнопок диктофонов. Завтра все газеты напишут про эту ссору. Скажут, что я - второй. А спустя годы... отбросят дополнительное имя, как износившуюся деталь. Эффект Рэббита - вот как они будут его называть.

Если только...

- Хотите небольшую демонстрацию? - ледяным тоном произнес я.

- Что, вы отправитесь в путешествие прямо... отсюда? - в голосе Рэббита проскользнула неуверенность.

- О да! Минуту внимания.

Я сел в кожаное кресло. Закрыл глаза. Весь внешний шум, который на мгновение взорвался грязной какофонией голосов, шороха и скрипов - разом утих. Я почувствовал, как сквозь огромные окна на лицо падает солнечный свет. Он напомнил мне о том дне, о котором я так любил говорить в интервью. Как сидел на крыльце на даче, грелся на солнышке и, медитируя с помощью экспериментального дыхательного метода по борьбе со стрессом, вдруг оказался... там же... но не «тогда»...

Я глубоко вдохнул, как в тот раз. Сфокусировался на точке между глаз. Представил, как это яркая, горячая точка красного цвета движется назад, в глубины мозга, погружаясь во все более древние слои, отвечающие за эмоции, дыхание, сердцебиение... Я закольцевал внутреннюю энергию своего сознания и направил ее навстречу самой себе. Сейчас... Сейчас произойдет соударение. И тогда. Я окажусь. Там... Тогда... Где...

***

Я открыл глаза. Я все еще был на сцене конференц-зала, но теперь кроме меня здесь не было ни души. Темноту разбавлял свет от уличных фонарей сквозь окна. Моя одежда - как и кожаное кресло, в котором я перенесся в прошлое - была холодной. А меня лихорадило.

Я выскочил на улицу, напугав дремлющего охранника.

- Какое сегодня число? Какой год? - спросил я.

Охранник посмотрел на меня, как на сумасшедшего, но ответил.

Кто сказал, что я занимаюсь не точными науками? Дата была точной.

Я поймал такси и доехал до лаборатории Рэббита. Проникнуть в его кабинет на составило никакого труда - немудрено, ведь тогда он сам и его бесперспективные исследования не волновали никого, кроме него самого.

В лунном свете на краешке стола рядом с запутанными чертежами сверкала та самая счастливая кружка с надписью «Я - номер 1».

Я протянул руку и легко, одним движением пальца, подтолкнул ее.

Она упала и разлетелась на мелкие осколки.

Я подобрал один из них, шумно выдохнул, сел на стул, закрыл глаза, и...

***

По моим расчетам, у меня было достаточно времени, чтобы вернуться в конференц-зал, пробраться за спины журналистов и показаться перед ними как раз тогда, когда другой я буду стоять на сцене. Если я всё сделал правильно, никакого Джона Рэббита рядом не будет. Не будет его и рядом с моей фамилией через короткий дефис в названии эффекта. Эффекта Волкова. Красиво звучит. Коротко и ёмко.

- Как вас зовут, сэр? - преградил мне дорогу чернокожий охранник - почему-то в медицинской маске и перчатках. В руках у него был не бумажный список, а странное устройство - размером с книгу, но плоское.

- Иван Волков! - отчеканил я. - Вообще-то, это моя пресс-конференция!

- Ваша? Вы, журналисты, совсем зарвались! - огрызнулся охранник. - Что-то вы не похожи на Марка Цукерберга!

И он ткнул пальцем в панно возле входа. С огромной фотографии на меня смотрел тот самый белобрысый молодой человек, который раньше стоял тут на входе. Подпись под фотографией что-то гласила про лицо и книгу.

Охранник быстро потыкал пальцем в свое странное устройство.

- Вас нет в списках, мистер Волков!

- Профессор Волков! - я повысил голос.

- Все равно - на букву «В» вашей фамилии нет! Попрошу вас удалиться! И наденьте маску!

Не понимая, о чем это он, я вышел на улицу, перешел дорогу, вошел в парк и растерянно сел на скамейку. Мир вокруг был знакомым... и одновременно чужим. Почти все прохожие держали в руках маленькие плоские коробочки, вроде той, что держал в руке охранник. И почти все были в медицинских масках.

- Не думал вас тут увидеть, старина! - раздалось справа от меня.

Я повернул голову и опешил - рядом на скамейке сидел доктор Джон Рэббит собственной персоной.

- Вы... Вас тоже не пустили? - опешил я.

- О да! - он скривил свою заячью гримасу, но теперь она была печальной. - Что это за мир! Какие-то смарт-телефоны, сети социума... и курить нигде нельзя.

Он потянулся за пазуху, достал портсигар, воровато оглянулся и спрятал его назад.

- Я... изменил настоящее? - слова давались мне с трудом.

- Хуже. - Рэббит шмыгнул носом. - Признайтесь, тогда, на конференции, вы отправились в прошлое, чтобы...

Он выразительно посмотрел на меня. Теперь я чувствовал себя, как кролик перед удавом. Я сунул руку в карман и достал осколок белой кружки.

- Что это? - спросил Рэббит.

- Я разбил ту кружку, благодаря которой вы изобрели путешествия во времени, - выпалил я.

От признания мне даже стало немного легче. А когда я увидел его недоуменный взгляд, то и вовсе просиял.

- Вы не знаете, при чем тут ваша любимая кружка? - прошептал я. - Вы не помните... Потому что у меня получилось... А вы... ничего не изобрели... Значит... теперь секрет знаю только я!

- Да? - Рэббит осклабился. - Ну, давайте. Изобразите мне, как вы отправитесь в прошлое. Валяйте.

Он сам напросился. Я закрыл глаза... И открыл.

- Ну? - Рэббит наклонил голову и саркастически ухмыльнулся. - Время не ждет. Отправляйтесь!

Я снова зажмурился. Нужно что-то сделать. Что-то, связанное с дыханием и направленной медитацией. Но... что?

Я открыл глаза и увидел, что в руках Рэббит держал обгоревшую спичку.

- Вы говорите, что разбили чашку, благодаря которой я сделал открытие? - он потупился. - Признаю, что мой поступок был грубее. Я сжег ваш загородный домик. Как там ее... вашу «дачу».

У меня упала челюсть.

- Вы... что?

- А что мне было делать? - Рэббит замахал руками. - Когда вы исчезли там, на конференции, испарились у всех на глазах... Я понял, куда вы отправились. И что задумали. Я решил... Ну... Я захотел вам помешать... точнее, сделать то же самое. Вам-то было проще - всего-то добраться до моей лаборатории. А мне пришлось спешно оформлять визу в Россию. Вы хоть знаете, как это сложно?

Я молчал. Пусть говорит. Кажется, я уже понял, что мы натворили.

- Да, я приехал в Москву. Нашел эту развалюху - за день до вашего открытия. Там никого не было. Я чиркнул спичкой... зажег сигару... и домик ваш поджег.

- У меня и правда сгорела дача... - Я растерялся. - Так значит... это там я все придумал?

- Не придумали... - Рэббит втянул голову в плечи. - Не придумали, потому что не сидели в тот день и час на крыльце... Солнце не падало вам на лицо под нужным углом... Черт возьми, я уже не помню, что вы там говорили в своих идиотских интервью!

- Но что-то вы сохранили в памяти! - я уцепился за последний шанс. - Вы же помните пресс-конференцию. Значит... она была! Вы помните меня! И эффект Волкова-Рэббита!

- Рэббита-Волкова! - поправил он. - Впрочем, какая разница. Я уже не помню почти ничего, кроме названия и того, что изобрел путешествия во времени... Одновременно с вами... Мы ведь так толком и не изучили, как действуют на настоящее изменения в прошлом... Возможно, те, кто непосредственно принимал участие в перемещении, сохраняют остаточную память... или что-то такое. А вы еще и умудрились изменить историю одновременно со мной!

- Нет, это вы в вашей гонке за первенство решили...

Я осекся и закончил уже тише:

- В общем, мы изменили прошлое. Два раза. И теперь получили вот это всё!

Некоторые время мы смотрели на людей в парке в медицинских масках и с коробочками в руках.

- Пойдем, выпьем кофе, коллега? - предложил Рэббит. - Пока у меня всё еще не выветрилось из памяти, я тут записал кое-что в блокнот... Из того, что я запомнил из своих экспериментов... и из того, о чем тогда говорили вы.

Я кивнул. У меня в голове тоже путались странные мысли. Что-то про кружку. Про круг. Про чертежи. И про какую-то красную точку.

Я встал и протянул Рэббиту руку. Тот пожал ее, и проходящая мимо девочка бросила на нас странный взгляд, будто мы сделали что-то неприличное. Что за идиотский мир.

Мы пошли к выходу из парка.

- А если у нас получится всё вспомнить, как мы назовем эффект путешествий во времени? - спросил я. - Волкова-Рэббита или Рэббита-Волкова?

- А это важно? - он пожал плечами.

- Конечно, нет! - воскликнул я как можно беззаботнее.

И, обернувшись, запомнил получше этот парк, эту скамейку и этот момент. Не исключено, что мне еще придется сюда вернуться.