Долгоносик

Глава 1

– Всё пожрал проклятый долгоносик, – Стас с отвращением смял в ладони сухой колосок и надвинул панаму на лоб.

Автора только вздохнула. Её посевы тоже страдали от неизвестной напасти, и что с этим делать ни она, ни Стас пока не понимали.

Они встретились, как встречались почти каждый день, на границе своих «владений». Около миллиона гектар на самом солнечном континенте планеты Гея находились под присмотром Авроры, и чуть меньше у Станислава. Там, где они заканчивались, начинались поля, за которые отвечали другие агрономы, но остальные их соседи были, как на подбор, сильно старше, казались строгими и солидными, и поболтать вот так запросто, как болтали Аврора и Стас, с ними не получалось. Конечно, время от времени они созванивались, встречались, обменивались новостями или советовались, но всё равно оставались друг от друга далёкими. А ещё дальше, за океаном, если верить картам и новостям, были другие материки, с посёлками и небольшими городами. Иногда высоко в небе проносились самолёты, доказывая, что карты не врут, а новости где-то случаются, и снова над полями гудели только пчёлы.

Порой молодым людям вообще казалось, что кроме них двоих на этой планете никого нет.

Если не считать целого штата роботизированной сельхозтехники, конечно. Сеялки, поливальные машины, комбайны, агродроны и прочие безотказные помощники ездили и летали по заданным маршрутам, без устали наполняя элеваторы, склады кормов и овощехранилища. Людям оставалось только по мере необходимости вносить корректировки в планы работ и решать проблемы, планами не предусмотренные.

Вроде этой. Аврора пропустила через ладонь бледно-лиловую метёлку проса и грустно посмотрела вправо от дороги, на пока ещё не тронутое то ли болезнью, то ли вредителем поле, по которому ветер гонял лиловые же волны. Немного другой спектр солнца, немного другая почва, и привычные растения через несколько поколений принимают совсем другой облик. А вот признаки увядания были теми же, что и у земных растений: слева, на поле Стаса, целые ряды пшеницы побурели и опустили к земле высохшие листья.

– Лаборатория что-то ответила? – спросила девушка.

– Ответила, что ей нечего ответить, – мрачно сказал Стас. – Они не обнаружили никаких признаков бактерий, вирусов, грибков или вредителей. И посоветовали лучше следить за своими посевами, – добавил он.

Аврора покачала головой. Легко сказать: «лучше следить», но как это сделать, если все условия произрастания в норме? Причём странный недуг поражал культуры, во-первых, локально, то есть проявлялся на отдельных участках, а во-вторых, не делал между культурами разницы.

Над головой прожужжал дрон с контейнером в захвате. Покружив над молодыми людьми, он спикировал, мягко уронил на траву свой груз, развернулся и улетел.

– Ладно, пошли обедать, – махнул рукой Стас. Он подобрал контейнер и направился к невысокому холму слева от дороги, на вершине которого росло раскидистое дерево с изумрудно-зелёной листвой.

– Жарко сегодня… – Аврора прислонилась спиной к шершавому стволу и промокнула пот со лба уголком зелёной косынки.

– Жарко, – Стас уже раскладывал содержимое контейнера по вытащенной оттуда же скатерти. – Поэтому сегодня у нас холодный обед.

– Гениально!

Обедать вдвоём было и веселее, и проще: готовить можно было не каждый день, а по очереди.

После того, как ёмкости опустели, Стас сложил их обратно в контейнер и свистнул. Из-за кроны дерева почти сразу вынырнул дрон, подхватил контейнер и умчался.

– Не забудь помыть посуду! – крикнул ему вслед Стас. Тот возмущённо мотнул пропеллерами и прибавил скорости.

Выходить из-под тени дерева на солнцепёк не хотелось. Обхватив руками колени, Аврора лениво смотрела, как над полотном дороги дрожит нагретый воздух. Стас встал, потянулся и, приставив руку козырьком ко лбу, вгляделся вдаль.

– Ты похож на капитана дальнего плавания, – хихикнула девушка.

Стас немедленно принял суровый вид, но долго не выдержал и тоже засмеялся.

– Ну у тебя и ассоциации, – сказал он.

– Это всё потому, что я давно не была в отпуске. Хочу на море, – Аврора мечтательно прикрыла глаза. – Представляешь, ложишься на волны, и они тебя качают… Вверх… Вниз… Вверх… Вниз…

Стас снова засмеялся.

– А потом снизу подплывает маленькая дружелюбная медуза с вот такими зубами, и ам!

– Да ну тебя, нет в тебе романтики! – фыркнула девушка.

– Ни капли, – подтвердил Стас.

Мимо, слегка задев его крылом, пролетела огромная стрекоза. Проводив её взглядом, Стас посмотрел на горизонт, скрытый знойной дымкой, и предложил:

– Давай запустим Альбатроса, посмотрим, не появились ли новые очаги?

– Давай, – оживилась девушка.

Стас достал планшет и отправил команду. Через несколько минут над полями показалась тёмная тень. Альбатрос, размерами и очертаниями напоминающий эту большую птицу, заскользил челноком над заданным районом, а ещё через несколько минут, завершив съёмку, улетел за горизонт.

– Посмотрим, что тут есть, – Стас сел рядом с Авророй и открыл полученный от Альбатроса набор снимков.

– В глаза ничего не бросается, – задумчиво проговорила Аврора несколько минут спустя.

– Посмотрим вегетационные индексы, – сказал Станислав, переключая режим. – Может, где-то процесс только пошёл. О, здесь уже интереснее.

На одном из снимков на ярко-зелёном фоне словно тонким пером были проведены коричневые линии.

– Странно… Почему они волнами? – удивилась Аврора.

– Ты меня спрашиваешь?

На следующий день «волны» были видны уже невооружённым взглядом. Стоя под вечер на вершине того же холма, Стас с Авророй горестно вписывали очередное поле в список поражённых.

– Главное, чтобы не пошло дальше, – вздохнула девушка.

– Ты сама-то в это веришь?

– Не знаю, – снова вздохнула Аврора. – Пошли посмотрим поближе.

Оседлав каждый свой квадроцикл, молодые люди проехали с полкилометра и остановились у кромки необозримого пшеничного поля, переливавшегося на солнце всеми оттенками сиреневого.

Кроме узкой, с пару ладоней шириной, бурой полоски высохших на корню колосков.

Аврора достала из закреплённого на багажнике ящика анализатор и присела на корточки у края одной из «волн».

– Ничего? – заранее зная ответ, поинтересовался Стас.

– Ничего.

Та же почва, что и в полуметре от «волны», то же содержание гумуса и минеральных веществ, та же влажность, и никаких признаков наличия хоть каких-то неблагоприятных для растений факторов!

– Может быть, это какие-нибудь кроты, которые копают свои норы и подгрызают корни? – предположила девушка.

– Ага, зигзагами, да ещё и с равными интервалами, – скептически ответил Стас. – Ро, вспомни, на Гее нет кротов!

Животный мир на Гее вообще был очень скудным. Коренные обитатели планеты ограничивались простейшими морскими организмами, даже насекомых сюда для опыления своих посевов завезли люди.

– Всё-таки жаль, что людям так и не удалось встретить разумную жизнь, – внезапно сказала девушка, когда они медленно ехали обратно.

– Ро, ты считаешь, что этому пейзажу не хватает копающихся в земле зелёных человечков? – усмехнулся Стас. – В таких треугольных шляпах?

Девушка улыбнулась в ответ.

– Нет. Но как-то грустно, что, кроме нас самих, во Вселенной нет никого, с кем можно было бы по-настоящему найти общий язык.

– Возможно, разум просто принимает другие формы, которые мы просто не замечаем, – неожиданно серьёзно сказал Стас, притормаживая на развилке.

– Возможно. До завтра! – Аврора махнула рукой и свернула в сторону видневшегося вдали домика – её служебного жилья.

– До завтра, – Стас махнул рукой в ответ и поехал дальше, к себе домой.

Поужинав, Аврора вышла на лужайку перед домом и уселась на мягкую траву. Быстро темнело, но воздух оставался по-дневному тёплым. Где-то в траве стрекотали кузнечики. Девушка усмехнулась: в опылении цветов «скрипачи» замечены не были, вряд ли их завозили целенаправленно, так что, может, Стас и ошибается насчёт кротов.

Она развернула карту на планшете и несколько минут наблюдала, как красная точка – комбайн, прочерчивает очередную идеально-ровную линию на карте поля. Её помощникам темнота не проблема, если погода подходит для работы, то будут работать и днём, и ночью.

Медленно загорались звёзды. В вышине пронеслась и скрылась за горизонтом светящаяся точка. Самолёт.

Аврора вздохнула, отложила планшет и погладила нагретую за день землю.

– Вот было бы хорошо, если бы здесь и правда были не только мы, – тихо сказала она.

Девушка ещё немного посидела, слушая, как шуршат под мягким ветром травы, потом встала и пошла в дом: утром её ждало много работы.

К вечеру выяснилось, что сегодня их ждала не только работа.

– Это ещё что такое?! – глаза Стаса, рассматривающего свежие снимки, привезённые Альбатросом, изумлённо округлились.

Аврора подошла поближе, заглянула в планшет и с трудом подавила желание протереть глаза. Снимок поля покрывали схематично, но вполне узнаваемо нарисованные человечки… в треугольных шляпах.

– Шляпы-то должны быть другими… – растерянно пробормотала она. – Эти больше похоже на пирамиды…

– Это единственное, что тебя сейчас интересует? –возмутился Стас. – Меня вот больше волнует, чьи это художества!

– Может, «старики» балуются?

– Они? Ты сама-то в это веришь?

– Ну а что, решили вспомнить молодость… И нас заодно проучить, чтобы не зазнавались.

– Не знаю, не знаю…

– Давай их спросим?

– Ага, и выставим себя на посмешище.

Они помолчали, потом Стас невесело усмехнулся и сказал:

– Вот, как ты и хотела: зелёные человечки в треугольных шляпах.

– Я?! Это была твоя идея! – возмутилась Аврора.

– Но получилось красиво, согласись.

– Ничего подобного! Работать на полях могут и машины! А мне нужно, чтобы было, с кем поговорить о жизни, сходить друг к другу в гости...

– Чаю попить на лужайке... – подхватил Стас. – С печеньем...

– С вафлями. Я вафли больше люблю.

Бессмысленная болтовня помогала отвлечься от проблемы, которая могла бы показаться забавной, если бы не вызывала столько вопросов. Кто над ними подшучивает? Как узнал про «человечков»? Каким образом нарисовал их на поле? Или это…

– Готов поклясться чем угодно, это не я, – встретив взгляд девушки, сказал Стас.

– И не я…

Может и правда, со «стариками» посоветоваться? Ну посмеются они, не смертельно же. Потому что шутки шутками, но зачем же портить урожай?

Так ничего и не решив, молодые люди разъехались по домам. К месту традиционной встречи на следующий день они ехали, подсознательно ожидая появления новых «картинок». И неизвестный художник не подвёл.

Овсяное поле Авроры украсили чашка с поднимающемся над ней паром и лежащие на блюдце рядом вафли. Картина, увидеть которую можно только с высоты птичьего полёта.

– Как мы вчера и говорили, – обречённо констатировала Аврора.

– Ага… Кажется, нас кто-то подслушивает… – бездумно согласился Стас. С минуту он помолчал, потом пристально посмотрел на девушку и сказал: – Знаешь, что самое интересное? Ночью здесь никого не было. Раз эта зараза в этой долине, я взял её под наблюдение. Оба моих Альбатроса всю ночь её снимали во всех диапазонах. Здесь мышь не проскакивала.

– Мышей на Гее тоже нет… – откликнулась Аврора. – Вроде бы… А что, – неожиданно подумала она вслух, – если это не люди? Помнишь, ты сказал, что, возможно, разум принимает непривычные для нас формы?

– Ага, долгоносик, слушает, записывает, а по ночам грызёт стебли, чтобы нарисовать ответ, – скривился Стас.

– Может быть, это сама планета? Присматривалась к нам, прислушивалась, а теперь так учится говорить с нами?

– Давай только без вот этого, – поморщился Стас и добавил, явно кого-то передразнивая: – «Планета взывает о помощи!».

– Судя по этим рисункам, не взывает, а просто хочет пообщаться.

Аврора присела на корточки и, как тогда ночью, погладила землю.

– Давай ты будешь не губить растения, а придумаешь другой способ с нами разговаривать? – негромко сказала она.

Стас фыркнул, но потом задумчивчиво почесал подбородок.

– Вообще что-то в этой мысли есть, – признался он спустя минуту. – Разум не сосредоточен в отдельных существах, а распределён по всей планете.

– Ноосфера, – улыбнулась Аврора и посмотрела вниз.

На поле у подножия холма распускались голубые цветы, чётко вырисовывая девичий профиль.