Доктор Бу

Глава 1

В университете нашего города работал как-то один профессор. Все его звали доктор Бу потому, что его имя было сложно выговорить – Бурумбули-Трабат. Поэтому, чтобы не мучиться, его имя сократилось до доктора Бу. Надо отметить, что так звали его коллеги и малознакомые люди, а совсем уж просто – Бу – домашние и друзья.

Занимался он научными исследованиями в области физики жидких систем. Это, скажу я вам, крайне сложная область магических знаний, где для описания физических процессов используется много математики. Далеко не всякий человек хоть что-то понимает в этой области знаний. Однако доктор Бу не был человеком. Он был водяным. Доктор Бу не скрывал этот факт, но и особо не афишировал, поэтому о том, что он водяной, мало кто знал. А водяные, как всем известно, воду чувствуют и очень хорошо шарят в процессах, связанных с водой. У водяных с водой существует некая магическая связь. Это же всем известно.

В университете у него была своя лаборатория, в которой он ставил всевозможные эксперименты и проводил всякого рода исследования. Обычно руководитель лаборатории имеет кучу всяких сотрудников и помощников. Однако доктор Бу работал в лабе один, поскольку никто не стремился работать в лаборатории физики жидких систем. Дело в том, что многие, сталкиваясь с проблемой, которую не могут или не хотят решить, начинают считать эту проблему неинтересной и малоперспективной.

Тем не менее, даже работая один (ну, не считая технического персонала и охрану) доктор Бу достиг много. Главными его достижением являлась сгущенная вода. Это уникальная субстанция, которая обладает одновременно и свойствами жидкости, и свойствами твердого вещества. Сгущенная вода в определенных условиях может являться мощным источником энергии. Причем эффективность двигателя на сгущенной воде во много раз превосходит КПД двигателя внутреннего сгорания. Однако построить установку, которая производила бы сгущенную воду в промышленных масштабах оказалось не так-то просто. До сих пор никто не может разобраться в хитросплетении медных и стеклянных водоводах. К сожалению, доктор Бу, выйдя на пенсию, со своей семьей уехал на морское побережье, где живут его многочисленные родственники. А его лаба, увы, пришла в запустение, поскольку приемников его дела не нашлось.

Лекции доктора Бу по динамике жидких фаз, основополагающей дисциплины, были довольно нудными и трудными для усвоения студентами. Чтобы их заинтересовать доктор Бу на лекциях время от времени откладывал мел в сторону, доставал из портфеля банку с со сгущенной водой, лепил из нее разные фигурки и бросал их в студентов. Представляешь, какое поднималось веселье? Многие студенты ходили на лекции доктора Бу специально для того, чтобы стать частью этого маленького безумия. Говорят, даже студенты отделения живописи и скульптуры тайком пробирались на его лекции, чтобы утащить немного сгущенной воды.

Интересными были и лабораторные занятия. Студенты самостоятельно должны были подготовить воду для эксперимента, собрать реактор из стеклянных трубок, которые будто нарочно гнулись не туда, и приготовить ванадиево‑платиновый катализатор - задача, от которой у большинства опускались руки ещё до начала. Надо признаться, что получить студенту самостоятельно целевой продукт приемлемого качества было крайне сложно. Можно сказать, практически невозможно. И, тем не менее, такие студенты были. Их было немного, но они были, и доктор Бу ими гордился.

Перед тем, как рассказать, какая история приключилась с доктором Бу, следует напомнить очень важный закон Вселенной, который гласит примерно так: если где-то образовался вакуум и ты не предпринял мер, чтобы его чем-то заполнить, то он обязательно заполнится всяким мусором.

Ну а теперь, собственно, сама история.

Училась на одном из потоков студентка, которую звали Мелина. Ох и хороша была она собой! Статная красавица, на которую заглядывались все парни. Но природа, видимо, решила соблюсти баланс: умом Мелина не блистала. Предмет доктора Бу стал для неё непреодолимой стеной. Сплошные «неуды» в зачетке превращали её жизнь в кошмар.

«Как же мне, черт возьми, сдать этот предмет?» - думала красавица, глядя на свои безнадежные «успехи».

Мелина понимала, что зубрёжка формул – это путь в никуда. Её мозг, привыкший ловить восхищённые взгляды и не любил, когда его заставляли распутывать логические цепочки, просто отказывался воспринимать динамику жидких фаз. Но закон вакуума уже начал действовать: в её голове, где не задержалось ни одного уравнения, поселилась опасная пустота, которая требовала заполнения. И заполнилась она не тягой к науке, а банальной, почти инстинктивной хитростью.

Она знала, что доктор Бу – человек старой закалки, сентиментальный и падкий на искреннее, пусть даже наивное восхищение. Мелина решила не учить предмет, а «освоить» его эстетическую сторону. Она начала пробираться в заброшенное складское помещение, когда охранники, задобренные её улыбкой, закрывали глаза на ночные визиты. Там, среди пыльных медных трубок и разбитых стеклянных колб, она искала не конспекты лекций, а остатки сгущенной воды.

Ей удалось найти несколько засохших, почти окаменевших образцов в глубине списанного реактора. Для Мелины это не было научным прорывом – это был реквизит. Она принесла их на экзамен, аккуратно разложив на столе, как драгоценные камни. Когда пришла её очередь отвечать, она не произнесла ни слова о катализаторах или вязкости. Вместо этого она, глядя доктору прямо в глаза, начала лепить из этих остатков изящную фигурку – то ли птицу, то ли цветок.

Доктор Бу, который привык видеть в студентах лишь сухие цифры, замер. В его глазах, уставших от одиночества и равнодушия мира к его детищу, промелькнуло что-то похожее на узнавание. Он увидел не студентку, не знающую предмета, а человека, который, пусть и варварски, но прикоснулся к его магии.

- Вы понимаете, что вы держите в руках? – тихо спросил он, не сводя глаз с фигурки.

Мелина покачала головой, и в этом жесте было столько искреннего незнания, что доктор Бу вдруг почувствовал, как усталость сползает с плеч.

- Я не знаю, как это работает, доктор, - сказала она, и голос её прозвучал неожиданно твёрдо. – Но я знаю, что, когда она держит форму, мир будто становится чуть понятнее.

Что это было, магия, ворожба или ещё что, никто так и не понял. Но оно сработало.

Она не знала катализаторов, но сумела заставить фигурку держать форму хотя бы минуту. Доктор Бу, чья жизнь была посвящена поиску смысла в материи, вдруг подумал, что его «святой грааль» стал для этой девушки чем-то вроде искусства. Он поставил ей «отлично» - не за знания, а за то, что она, сама того не ведая, заполнила пустоту в его собственном сердце, напомнив ему о тех временах, когда он сам был художником, а не просто затворником в лаборатории.

Мелина ушла с зачеткой, сияя от успеха, а доктор Бу остался в пустой аудитории, глядя на фигурку, которая медленно таяла в его руках, превращаясь в обычную, никчемную воду. Он понял, что закон Вселенной неумолим: если ты не заполнишь свою жизнь великим смыслом, её заполнит красивая, но пустая иллюзия. И в этот момент он окончательно решил, что пора уезжать к морю, оставив свои медные лабиринты тем, кто будет готов не просто любоваться ими, а понять, как заставить их работать.

Через некоторое время доктор Бу рассчитался и ушел на пенсию. Но ты меня спросишь, что же стало с той девицей? Вот что мне известно: она не стала великим химиком, да и вряд ли когда-то всерьез планировала им становиться. Для неё тот экзамен был не пропуском в науку, а актом освобождения.

Она исчезла из стен университета так же тихо, как испаряется влага с горячего металла. Кто‑то клялся, что видел её в портовых городах, где она торговала странными безделушками, которые, по слухам, меняли форму в зависимости от настроения владельца. Она не строила карьеру, не писала диссертаций и не пыталась монетизировать свой «талант». Она просто жила, коллекционируя моменты, которые другие считали бесполезными.

Мелина превратилась в своего рода городскую легенду. Люди шептались, что она умеет «замораживать» время в каплях росы или превращать обычный утренний туман в нечто осязаемое. Но сама она лишь смеялась, когда её спрашивали о секретах мастерства. Она так и не выучила формул, не разобралась в вязкости и катализаторах. Для неё мир оставался не набором уравнений, а холстом, на котором можно рисовать чем угодно – хоть слезами, хоть дождем.

Иногда, сидя на берегу, она смотрела на горизонт и вспоминала того старика в пыльной лаборатории. Она знала, что он уехал к морю, и где-то в глубине души надеялась, что он наконец-то перестал искать смысл в трубах и начал просто слушать шум прибоя.

Мелина не оставила после себя ни открытий, ни патентов. Но в тех местах, куда она приезжала, люди вдруг начинали замечать красоту в самых обыденных вещах: в узоре инея на стекле, в отражении фонаря в луже, в мимолетности того, что принято считать «пустым». Она стала живым напоминанием о том, что иногда самое важное в жизни – это не то, что ты можешь доказать, а то, что ты можешь почувствовать.

Ты хочешь спросить, где она сейчас? Пожалуй, никто не даст точного ответа, да и вряд ли это имеет значение. Если верить слухам, которые долетают из прибрежных городков, Мелина давно перестала быть «той самой девушкой с фокусами». Она растворилась в пространстве и стала частью пейзажа. Говорят, её видели в маленькой лавке на самом краю скалы, где продают не вещи, а скорее ощущения: запах грозы, запертый в стеклянном флаконе, или тепло закатного солнца, которое можно подержать в ладонях, когда наступает холодная ночь.

Она больше не пытается удивлять мир. Ей не нужны зрители, чтобы чувствовать магию момента. Она просто живет где-то между приливом и отливом, там, где заканчиваются карты и начинаются легенды. Между небом и землёй.

Может быть, она – это тот самый легкий бриз, который внезапно касается вашего лица в душный полдень, заставляя на секунду забыть о бесконечных списках дел. Или та случайная искра в глазах незнакомца, которая заставляет вас улыбнуться без всякой причины.

Так что, если однажды, глядя на блики воды, ты почувствуешь странное, почти детское спокойствие, знай: где-то неподалеку она просто сидит на берегу, смотрит на горизонт и, возможно, вспоминает старого профессора.

Можно сделать вывод: всё в этом мире создано из сгущённой воды. И эта девица тоже. Но, возможно, именно в этом и заключался главный урок: всё настоящее в этом мире рано или поздно тает, и именно поэтому так бесконечно дорог каждый момент.