
Дети ночи
У чудовища нет права называться "человеком". У человека нет права быть чудовищем. Или всё не так однозначно? Что определяет нашу суть: клыки и когти — или голос сердца?
Ветер действительно сидит наготове: за деревьями, где раньше горизонт шинковали выцветшие многоэтажки.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Тонко звеня гравизеркалом, лайба втягивает сетчатый язык трапа и отваливается от площадки. Пузырь купола идёт белёсыми разводами — там, где транспорт протыкает его изнутри. Дымные щупальца дотягиваются до кольца эмиттеров и тают, словно развеиваясь на ветру.Ветер действительно сидит наготове: за деревьями, где раньше горизонт шинковали выцветшие многоэтажки. Он напрыгивает на грузное воздушное судно, пока то делает виток над нейтральной полосой, и сдувает его в закат — вместе с пригоршней листвы. Лето катится на убыль, и ветер готовится раздувать угли.Вера провожает взглядом багровую на багровом точку лайбы. «К дождю, — думает она, подставляя лицо последним солнечным лучам. — Если выгадать время…» Обрывает мысль и запирает её в самом тёмном подвале. «Как ты заперла его», — летит прощальный плевок в совесть. Вера делает короткий глубокий вдох, включает маску и, шурша комбинезоном,…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0