День выбора

Глава 1

В тот день я пошёл на концерт. Просто ткнул пальцем в афишу и выпало это: бигдата-хаус, фестиваль чего-то там. С другой стороны, что ни выберешь, — никакой разницы. За сотни лет в цифре я перепробовал все развлечения по десятку тысяч раз.

Стадион был забит под завязку: три отдельные сцены, световое шоу, парящие голопроекции и небо в цветных облаках. Звуковые волны болтали меня как селёдку, я быстро оглох и откровенно скучал. Ба-бах-тутуту-бах. Не музыка, а каша из случайных семплов. Вдобавок со всех сторон прилетали отражения чужих пси-волн. Не нашлось даже знакомых, чтобы просто поболтать. Проторчав полчаса, я стал пробираться к выходу.

Как вдруг прилетает сообщение: «Доступен системный апдейт». «Хоть что-то полезное», — я вынырнул из толпы и присел на травку. — «Отдохну немного, а заодно поставлю». Запустил и забыл.

И тут началось. В глазах — рябь и глитчи, звук то скачет, то виснет. Вызвал в панике системный статус — а там такое! Синий экран смерти, BSoD. Впервые увидел за всю мою здешнюю жизнь.

И ведь сам виноват — забыл, что на шоу перегруз системы. Все эти аватарные толпы, нейролинки и окружение… Понятно, что сервер работает на пределе. И тут появляется умник, которому приспичило прокачаться. Да, дорогой, сейчас мы всё бросим ради одного тебя.

Пришлось загружаться в safe mode и ползком тащиться до ближайшего бэкап-пункта. Хорошо хоть недалеко: на всех массовках полно этих ярких палаток. До больницы я бы точно не дотянул.

Аватар весёлого доктора шустро прогнал серию тестов.

— О, парень, ты круто попал! — он довольно покачал головой.

— Неужели так плохо? — испугался я.

Доктор сиял так, словно со мной в придачу получил суперприз.

— Ещё как! Глобальный сбой операционки. К вечеру просто развалишься. Придётся отправить тебя в Бюро.

В Бюро?! У меня ёкнуло всё, что могло ёкнуть. Все транзи боялись Бюро Возврата. Слухи хватало. Например, что там память стирают начисто. А потом ходишь вечно по коридорам, как зомби и не можешь никуда прийти. Или что там людей заменяют на копии: отличить невозможно, но внутри — пустое ядро. А ещё…

Доктор тряхнул меня за плечо, прерывая поток фантазий.

— Не грусти, ядро и ДНК у тебя в норме. Поставят чистую ОС и вечером будешь дома. Есть болячки намного противнее, поверь мне.

От его широкой улыбки отчего-то захотелось выть. Я настолько расклеился, что едва не упал вместе со стулом. Он успел меня подхватить и ловко сделал укол в руку. Я отключился мгновенно, застыв столбом. Доктор вызвал грузовую капсулу, запаковал меня внутрь и коротко приказал: «В Бюро». Створки закрылись, и я куда-то понёсся во тьме.

***

Сгрузив меня прямо на землю, капсула исчезла. Я, шатаясь, встал и увидел это. СТЕНА. Огромная, нереальная, бесконечная. Края уходили в серую мглу, верх пропадал в слоях облаков. Редкие окна-бойницы прорезали поверхность, напоминая крепость или тюрьму. Мне стало по-настоящему страшно. Мог бы — тут же сбежал, но укол доктора лишил меня воли.

В отдалении маячили длинные вереницы теней, текущие к тёмным проёмам. Напротив тоже была дверь, но тут я был в одиночестве. Табличка гласила «Приёмная №0». Чуть ниже виднелась новая строчка: «Вход только с аватарами сапиенсов!»

Каких ещё сапиенсов? У нас не в моде такая древность. Я с трудом раскопал в дебрях настроек аватар «молодой человек». Это было нечто! Ощущение было такое, словно меня сложили и запихнули в коробку. Половина привычных опций исчезла: пришлось активировать древний способ перемещения — ходьбу. Было так неудобно, что я едва не свалился на последней ступеньке.

Я навалился всем телом на ручку. Дверь недовольно скрипнула и пропустила меня внутрь. Тут же что-то ударило в плечо. Обернувшись, я заметил на рукаве стикер «617». Меня пронумеровали, как простую коробку.

Сразу за порогом начинался коридор с рядами стульев у стен. На всех сидел я, то есть нулевой сапиенс. Правда, один чесал нос, другой застыл прямой как палка, третий широко раздвинул ноги. На всех были стикеры с номерами: на груди, на руках, сбоку, а у одного бедолаги — прямо на лбу.

Я нашёл свободное место и с облегчением рухнул на стул. Услышав мой вздох, сосед слева чуть отодвинулся. Я не стал обижаться: мы все тут не по своей воле. Сам я был спокоен как зависший экран: картинка на месте, но процессор спит. Идеальный ждун.

Прошло десять минут. Посетители ёрзали на своих стульях, вздыхали, косились на большие часы на стене. Время от времени из динамиков раздавался механический лай:

— Номер 231 — комната 11.

Кто-то поднимался и исчезал вдали коридора. Круговорот сапиенсов не прекращался: на место ушедших приходили новые.

— Номер 14 — комната 962.

Цифры шли вразнобой, без всякой системы.

— Номер 22 — комната 22.

С крайнего стула вскочил человек и выкрикнул в пустоту:

— Меня уже вызывали в 22! Такой комнаты нет.

Мгновенно выросли две фигуры в чёрном и увели его под руки. Мы вжались в сиденья, опустив глаза, пока его ноги проносили мимо.

— Номер 617 — комната 34.

Дождался! С трудом разогнувшись, я отправился на поиски.

***

Я шёл, а коридор и не думал кончаться. Ровный свет, серые стены, таблички с номерами на закрытых дверях. Сколько прошло времени? Десять минут, час? Едва я заметил развилку, ноги сами понеслись вперёд.

Три одинаковых коридора и ни одного указателя. Я немного подумал и свернул направо. После второй развилки — снова направо — на третьей двери нашёлся номер 34. Я вздохнул, зачем-то поправил волосы, осторожно стукнул два раза. Дверь распахнулась сама.

За столом сидел сапиенс. Строгий чёрный костюм, зализанные на бок жидкие волосы, круглое как блин лицо с очками в массивной оправе — классический бюрократ. Портрет завершали лист бумаги, две ручки и солидные папки по бокам. Вдоль стен — шкафы с документами. В метре от стола сиротливо торчал стул.

Бюрократ отчеканил, не глядя в мою сторону:

— Садитесь. Отвечайте только на мои вопросы.

Голос звучал так, словно говорили стены — монотонно, солидно. Я молча кивнул и сел на край стула.

— Сколько раз вы перезагружались в этом месяце?

— Ни разу.

Он записал.

— Сколько раз вы перезагружались в прошлом месяце?

— Тоже ни разу.

Он снова записал. Я смотрел, как он выводит букву за буквой и не понимал, к чему эти мучения. Стоит попросить, и система сохранит наш диалог в любом нужном формате.

— Сколько раз вы перезагружались в позапрошлом месяце?

Я не выдержал.

— Какое это имеет отноше...

— Отвечайте только на мои вопросы, — оборвал он сухо. — Первое предупреждение.

Я прикусил язык. Спорить с бюрократом — последнее дело.

Он методично выяснил мою «перезагружаемость» за последние два года. Затем пошли вопросы о моих вкусах и привычках. Я бубнил в ответ первое, что приходило в голову.

— Какие данные вы предпочитаете удалять?

— Как долго вы можете ничего не делать?

— Сколько строк текста вы способны запомнить?

— Почему вам не нравится аватар сапиенса?

— Опишите ваш режим дня за последние двадцать лет.

— Как часто вы думаете о рекурсии?

— Мечтают ли андроиды об электро-овцах?

На столе выросла гора исписанных листов — я глазам не поверил, что успел столько наговорить. Бюрократ приподнялся со скоросшивателем в руке. Ба-бах! Я подпрыгнул на стуле. Он махнул рукой на дверь.

— Ждите. Вас вызовут.

Я послушно поплёлся к выходу. Похоже, это было только начало.

***

На выходе меня ждал служебный аватар во всём чёрном.

— Пройдите в отдел вторичной фильтрации, — он указал направление. — Три поворота направо, прямо, налево, назад, налево и снова направо.

Я закивал и нырнул в коридор, на ходу повторяя инструкцию. Больше всего я боялся свернуть не туда. Окажусь в каком-нибудь отделе «Аппаратного Сброса» или «Очистки нулями» — тогда точно всё.

Последний поворот вывел меня к двери с табличкой «Вторичная». Я распахнул дверь — и сердце остановилось. Внутри была копия первой приемной: те же ряды стульев и те же сапиенсы, смотрящие в пол. Изменились только часы на стене — теперь не круглые, а цифровые. Поверх первого мне припечатали стикер «10001».

Я занял свободное место и услышал шепот соседа справа:

— Нас перевели в двоичный код...

— Спасибо, — отозвался я так же шепотом.

Всё повторилось: голос, номера, уход-приход. Пока я ждал соседи успели сменится два раза.

— Номер 10001 — комната 0101.

Пришла моя очередь. Я снова куда-то шёл, сворачивал, поднимался по лестнице. За новой дверью меня встретили те же стол, бюрократ и стул. Я уселся без приглашения.

— Садитесь. Отвечайте только на мои вопросы, — отчеканил бюрократ.

И уже сидел — но какая разница? Вопросы, ответы, скрип ручки. Хлопок скоросшивателя и финальный вердикт:

— Стабильный. На выход.

Чёрная фигура с бейджем поджидала и тут.

— Пройдите в Процедурную. По коридору прямо, пока не поймёте, куда.

Я дошёл до конца коридора с очередной развилкой. Снова направо или рискнуть налево? «Пока не поймёте, куда...» Стоп, он сказал «Процедурная». Значит, что-то вроде больницы. Тогда нужно искать по яркому свету и запаху антисептика. Я поводил носом и выбрал налево. Над одной из дверей горело табло: «Процедурная. Не входить». Заметив меня, надпись погасла.

Едва я коснулся двери, как она раскрылась. Потянуло тем самым запахом — озона и проводов. В центре комнаты стояло наклонное кресло в окружении мониторов и серверных стоек. Рядом торчала спина очередного сапиенса. Обернувшись, он махнул мне на кресло. То же лицо, что у первого доктора, только с бородой, — весёлый техник.

Я сел и тут же получил укол в шею. Стало жарко, в ушах загудело, свет стремительно сузился в точку… Сознание погасло.

Очнулся я каплей. Огромной, растекшейся по поверхности кресла. Что-то мелькало, дрожало, вспыхивало на периферии — обрывки кода, матрицы цифр и желе из мыслей: «В начале был Ноль, и Ноль был без единицы. И сказал Создатель: да пребудет Ядро!» Я то исчезал в пустоте, то снова включался под мантры во славу цифры. Цифры на полосе загрузки еле ползли — 6%, 6,5%...

После стольких смертей и воскрешений я понял не сразу, что установка завершена. Ровный матовый свет, чуть слышный гул приборов, размытые контуры… Вау! Где я?

***

На периферии висело «Hello, Transient!» — стандартное приветствие в первый день в цифре. Всё, что нужно для жизни было встроено в ОС, так что объяснения мне не требовались. Моя личность тоже была загружена: вкусы, привычки, фрагменты детства, память о теле. Я-модель.

Я лишился только столетий в цифре. Но и то лишь на время, пока не доберусь до своих бэкапов. Даже если несколько дней не сохранилось — не беда.

Но где я вообще? Я осторожно поводил глазами. Незнакомая комната, кресло с приборами, белый потолок… Похоже больница. Наверное, подцепил вирус или ещё какую-то дрянь.

Сбоку раскрылся список с выбором аватара. Я листал и листал, но видел одно и тоже: лицо-блин, лицо с бородой и лицо с куском халата. Ни одно из них мне не нравилось. Из упрямства я домотал до конца и получил в награду ещё три варианта: куб, гриб и просто лицо. Гриб был самым прикольным.

Щёлк — и всё стало фиолетовым. Потом серо-синим. Голова раздулась и потяжелела. Дико хотелось намокнуть, зарыться в мох. Хором орали чужие мысли: «Гриб — это грибница. Плодовое тело — семья и споры. Нет ничего лучше гриба!» Я охнул: выбрал так выбрал! Не успел родиться и уже в секте.

В поле зрения появился сапиенс — то самое лицо с бородой из списка.

— Как ощущения, новорожденный? — он дружески хлопнул меня по грибной шапке. — Сейчас прогоним тесты — и отпущу домой.

Вдали заквакал странный прибор.

— Надо же как быстро! — восхитилась борода. — Пол оперативки забито грибницей.

— Грибница…? Ааа! — завопил я. — Можно её удалить?

— Как скажешь, — он бодро застучал по клавишам. — Что будем ставить: бюрократа, доктора или техника?

Так вот чьи это были лица... Но почему только они?

— Подождите… Где я вообще? И я хочу выбрать из нормального каталога.

— В Бюро Возврата, где же ещё. ОС с нуля больше нигде не ставят.

Название ничего мне не говорило. Видимо, часть системы для экстренных случаев. Похоже в прошлом я влип в серьёзные неприятности.

— Что касается аватара… — он отвернулся в сторону. — Тебе придётся какое-то время здесь поработать. Отдать долг системе.

— Но там же были другие? — я отодвинулся подальше. — Куб и обычное лицо.

— В самом конце? Это стажёр, — ухмыльнулся он. — На первое время, если сразу не можешь выбрать. Куб я бы не советовал. Придётся торчать в пирамиде в центральном зале — тоска смертная.

Неожиданно техник наклонился ближе и прошептал:

— Думаешь, ты первый? Никто из нас не хотел, — он огляделся по сторонам, прикрывая рот. — Но кому-то же надо работать в Бюро?

Он отодвинулся и стал нарочито бодро описывать местные плюсы. Отпуск почти каждый год… бороду можно выбрать из каталога… бюрократы поют в хоре... докторов приглашают на выездные шоу... Я перестал слушать.

Какого чёрта! Моя жизнь едва началась. Впереди столько всего интересного, а мне предлагают торчать в какой-то дыре. Вот уж дудки!

Как вдруг я заметил, что техник уставился в одно место. Окно. Та самая бойница на внешней стене. Он словно давал мне подсказку.

Это оказалось так просто: разбег, прыжок, упругость воздуха… Стекло разлетелось вдребезги. «Удачи», — прозвучало у меня за спиной. Я вылетел из окна Бюро, как бутылка из пробки — безаватарный и дурацки счастливый.

***

Я не разбился — транзи умеют летать. Точнее телепортироваться. Короткий полёт закончился там, куда у меня был доступ, — в моей квартире. Она оказалась… нелепой. Стены в ассиметричных пятнах, пёстрые ленты, свисавшие с потолка, на полу — мох. В центре болталось кресло-сфера, похожее на шлем космонавта. Неужели я сам всё это выбирал?

Кресло, правда, оказалось удобным. Я нырнул внутрь и вызвал настройки. Первым раскрылся список бэкапов с подсветкой последней записи. «Вы хотите установить XXX.XX.XX?»… Стоп. Торопиться не стоит. Чистая ОС с нулевым таймером — такой шанс нельзя упускать.

Я покрутился в кресле, задрал голову… и ахнул. В потолок был встроен аквариум. Выглядел он не очень: стекло в потёках, толща серой воды, камни, клочки водорослей. В глубине мелькнула красная точка. Видимо, рыбка. Жива ли она?

И тут меня словно ударило током: да ведь это тот самый аквариум, о котором я столько мечтал! Чего я только не делал: доставал родителей просьбами, научился нырять с аквалангом, строил макеты… Всё ради того, чтобы на моём потолке жили настоящие рыбы, а я бы лежал и рассматривал океан как небо.

В физическом мире мечта так и осталась мечтою. Я вырос, прикинул затраты… и переключился на вещи попроще. Но до конца не забыл раз этот аквариум был здесь. Вот только увидеть его таким — заброшенным, заросшим тиной, — я точно не ожидал.

С улицы прилетел обрывок мелодии. Я подошёл к окну, распахнул и выглянул наружу. Вечерний город искрил яркими красками. Подсветка, реклама, планеты и звёзды в искусственном небе. Мне нравилось абсолютно всё. Я едва сдержался, чтобы тут же не помчаться на улицу.

Стоп. Если мир такой идеальный, почему мой аквариум мёртв?

«Вы хотите установить XXX.XX.XX?» — вопрос продолжал мигать на периферии. Я наконец понял, что это: не прошлое, а моё будущее. Даже если выбросить этот хлам, обновить аквариум — ничего не изменится. Пройдёт десять, двадцать лет, и всё вернётся. Я перестану замечать красоту, начну тащить домой всё подряд. Детали будут другими — форма кресла, имена в календаре, — но не тоска внутри.

Сотни прожитых лет против эйфории первых лет бесконечных открытий. Друзья, связи, привычки против одиночества и неизвестности. Застывшее время против вспышки сверхновой. Первый настоящий выбор за всю мою вечную жизнь.

Прыгнуть было намного проще.