16+Даздраперма
Подземелье пахло озоном, старыми книгами и сладковатым запахом дезинфектанта, который не мог перебить металлический дух крови. Мария не видела стен, но знала их на ощупь — холодный, пористый бетон. Её мир сузился до стерильного стола, опутанного проводами, и сияющего ока огромного микроскопа.
Антидаздрапермистов вёл пастор Елисей, человек с голосом пророка и глазами бухгалтера.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Подземелье пахло озоном, старыми книгами и сладковатым запахом дезинфектанта, который не мог перебить металлический дух крови. Мария не видела стен, но знала их на ощупь — холодный, пористый бетон. Её мир сузился до стерильного стола, опутанного проводами, и сияющего ока огромного микроскопа.Доктор, чьё имя она навсегда вычеркнула из памяти, называл это «станцией усовершенствования». Сначала он удалил руки. «Типичный биологический мусор — хрупкие, ограниченные в силе и ловкости» — бормотал он, прилаживая титановые протезы с сапфировыми суставами. Потом ушли ноги, заменённые на стальные шестерни и гидравлику. Он лишил её права плакать, встроив в слёзные протоки систему охлаждения для оптических сенсоров, заменивших глаза. Уши, язык, кожа — всё было аккуратно изъято и замещено чем-то «более эффективным».Самым изощрённым насилием было имя. Каждый раз, когда она мысленно называла себ…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0