Будущее, которое началось 24 февраля

Глава 1. Обзор майских номеров Московской прессы (планета Земля, 2072 год)

Прорыв в познании Вселенной

Нобелевский комитет принял решение вручить премию в области физики молодому марсианскому ученому Федору Скобцеву. Его идеи искривления пространственно-временного континуума (теория перпендикулярного времени) уже принесла ему славу одного из ведущих исследователей Содружества планет.

Новое открытие Скобцева позволит с минимальными затратами энергии создавать искусственную гравитацию, что чрезвычайно важно как для освоения планет малой массы, так и для подготовки дальних космических перелетов.

Традиционный Фатьяновский

Рекордное количество заявок поступило в этом году на участие в песенном фестивале, который традиционно проводится на родине поэта Алексея Фатьянова в Вязниках. По размаху этот праздник песни давно уже приобрел планетарный размах, далеко обогнав пресловутое «Евровидение».

«Русский язык очень сложный, – посетовал в интервью газете «Вязниковский вестник» руководитель японской делегации, – нам пришлось серьезно потрудиться, чтобы правильно выговаривать такие сложные слова, как «Раскудрявый, клен зеленый, лист резной…» Но уверен, атмосфера праздника и дружбы окупит любые усилия».

Снова время шедевров

В профессионально-технических училищах России завершается производственная практика выпускников. Традиционно, на суд выпускной комиссии, каждый старшекурсник должен предоставить шедевр (так, в Средние века называлась работа, создав которую подмастерье становился мастером).

«На выставке мы увидели множество интересных идей, – поделился с журналистами впечатлением руководитель Воронежской системы ПТУ господин Сидорчук. – Ребята не ограничились просто демонстрацией приобретенных трудовых навыков, а постарались создать настоящие произведения искусства».

По заказу ювелирной промышленности

Новые сорта жемчуга начали выращивать на подводных фермах Сахалина. Особым спросом у ювелиров пользуются цветные образцы (в том числе знаменитый черный жемчуг). В целом же добыча за последние пять лет возросла более чем в три раза.

«Спрос растет, – с удовольствием отметил губернатор Сахалина, – и мы прилагаем все усилия, чтобы удовлетворять весь ассортимент поступающих заказов».

«Святой Георгий» отправится за океан

Сенсацией закончился в этом году Московский кинофестиваль. Приз за лучший иностранный фильм на русском языке получила работа американских кинематографистов, посвященная борьбе за мир. В основу сюжета легла биография академика Андрея Дмитриевича Сахарова.

Сибиряки - фавориты

В Элисте близится к финалу юбилейный, 25-й турнир по трехмерным шахматам. Как и предсказывали специалисты, наибольшее количество очков на предварительном этапе набрали команды Индии, Норвегии и наши сибирякииз шахматного клуба «Восемь коней» (Верхоянск).

Фанаты этой интеллектуальной игры объединяются, чтобы заранее выкупить места в спортивных барах. Там трансляция финальных игр будет проходить на большом стереоэкране, и зрители смогут в полной мере насладиться всеми перипетиями решающих сражений.

Синхронность на высоте

Танцы в вертикальной аэродинамической трубе набирают все большую популярность в мире. Международный Олимпийский комитет планирует включить этот современный вид спорта в программу следующей Олимпиады, которая будет проходить в Петропавловске-Камчатском.

Между тем российские спортсмены, не останавливаясь на достигнутых успехах, наращивают численность команд, выступающих в синхронных аэротанцах. Безусловным лидером здесь является команда «Летающий пролетарий» из Пятигорска.

Дизайн космических станций

В Москве в павильонах ВВЦ развернута грандиозная выставка дизайн-проектов по конструированию космических станций. Свои работы прислали спейс-архитекторы из 98 стран. В программе мастер-классы ведущих специалистов из Южной Америки, пропагандирующие идеи таких корифеев, как Лусио Коста и Оскар Нимейер.

Встреча на высшем уровне

В Кремле состоялась встреча президента России Владимира Владимировича Егорова и его японского коллеги господина Акиро Косугава.

В ходе переговоров были затронуты многие вопросы двухсторонних отношений и, в частности, совместный проект по терраформированию Венеры.

«Мы крайне заинтересованы в освоении новых земель, – заявил в интервью журналистам президент Страны Восходящего Солнца. – И готовы всемерно содействовать планам экспансии наших народов на Венере».

По опыту Керченской переправы

Завершается строительство комбинированного (железнодорожного и автомобильного) моста через Берингов пролив. Строителям приходится нелегко: значительная протяженность моста, опоры которого нужно устанавливать в океанское дно, суровые природные условия Арктики… Тем не менее, возведение магистрали идет строго по графику, без отставаний.

Как сообщает корреспондент журнала «Химия и жизнь», командированный на эту стройку века, рабочим очень помогает опыт строительства Керченской переправы. Там были отработаны многие технологии, актуальные и сейчас, полвека спустя.

От Конца Земли до Конца Света

С 1 июня в Испании на мысе Финистерре (Cabo Finisterre) стартует международный велопробег, посвященный столетней годовщине введении в СССР пятидневной рабочей недели.

Лучшие веломарафонцы мира проедут через всю Евразию от крайней точки на западе (Испания) и до крайней точки на востоке – мыс Конец Света в Сахалинской области (Россия).

Изюминкой велопробега станет то, что каждый желающий в любом городе и любой стране мира, даже лежащей далеко от трассы, может присоединиться к участникам, и в свои выходные дни накручивать километры на велосипеде до тех пор, пока их не наберется 10 тысяч. Это округленная ширина Евразии по 50-й параллели.

Сами веломарафонцы проедут значительно больший путь, ибо им придется двигаться не по прямой линии, а по существующим дорогам.

Но в данном случае, главное – участие. К тому же, не возбраняется продолжать путешествие и после преодоления 10 тысяч километров.

Даешь кругосветку!

Визит голландских фермеров

Пятый раз за последние три года, фермеры из лунного Харлема прибыли в Туруханск (Красноярский край) для обмена опытом по выращиванию тюльпанов.

«В нашем деле все важно, – заявил корреспонденту журнала «Великие реки» руководитель делегации Харлема Янсен ван дер Телль. – Важны и состав почвы, и материал для клонирования луковиц, и, главное, обустройство теплиц. А в этом у Туруханских тюльпановодов огромный опыт».

Спорт

Неожиданным оказался финал чемпионата по стоборью, который в этом году проходит во Владивостоке. Многократный победитель прежних лет, заслуженная команда с Европы (спутник Юпитера) не смогла пройти этап предварительных состязаний. Теперь им предстоит встреча с командой «Арктика» и борьба за бронзовые медали.

Передовой опыт

Новые сорта вишни, клубники и персиков начали выращивать на супертанкерах Северного морского пути. До сих пор в оранжереях и центрах релаксации экипажей на этих судах практиковалось только выращивание цитрусовых, что, конечно же, не могло обеспечить морякам полноценный рацион питания. Теперь эту проблему можно считать решенной.

Гонка на экранопланах

Преодоление огромных пространств в песчаных пустынях давно стало спортивной традицией планеты Земля. Но поскольку автомобильный «Дакар» давно переместился в Южную Америку, пустыню Сахару преодолевают теперь на экранопланах.

Разработки нижегородских техников позволили создать машины нового поколения, которые скользят не только над водой, но и над любой достаточно ровной поверхностью.

Команда «ГАЗ-мастер» является одним из фаворитов предстоящих состязаний.

Снова вторые

Неудачей закончилось выступление команды Евразии на Больших военных играх. Если в таких дисциплинах, как танковый биатлон и аэрокосмический дартс евразийцы традиционно побеждают, то в технике маскировки, чтения следов и передачи информации австралийцы набрали столько очков, что это обеспечило им победу в общем зачете.

Неожиданная находка

Исследователи Лабиринта ночи (Марс, российская зона) обнаружили на одном из изучаемых склонов плиту искусственного происхождения. Рисунок, выгравированный на камне, почти полностью повторяет послание землян инопланетным цивилизациям. То самое послание, которое было отправлено в глубины Вселенной на космическом аппарате «Пионер».

Единственное отличие заключается в том, что на марсианской находке иной адрес отправителя.

Теперь, по найденным координатам, нашим астрономам предстоит обнаружить среди звезд галактики цивилизацию, ответившую на наше послание.

Скандал в компьютерных играх

Первенство игры «Worldof tanks», проводившееся на российской базе на Венере, закончилось грандиозным скандалом. Как выяснилось, целых два года среди участников состязаний не было ни одного человека. Все члены команд, сражавшихся за победу в этой некогда чрезвычайно популярной игре, оказались роботами серии «Як-ив» (корпорация Яковлева, исследовательский, венерианский). Общественность призывает членов жюри пересмотреть правила соревнований.

Очереди на Крымском валу

В Третьяковской галерее на Крымском валу открылась грандиозная выставка картин, посвященных дифференциальной геометрии. Трудно поверить, но организаторам удалось собрать для показа широкой публике не только работы современных авторов, но и более 30 картин основоположника жанра - Анатолия Тимофеевича Фоменко.

Первоначально предполагалось, что выставка продлится полгода. Но поскольку билеты оказались распроданы за неделю, устроителям придется договариваться с владельцами картин о продлении времени экспозиции.

Заслуженный успех

Огромный интерес на Всемирной выставке «Экспо-2067» вызвали разработки ярославских строителей. Пользуясь достижениями бионики, ярославцы предлагают не стоить небольшие дачные коттеджи, а выращивать их по заданной программе.

Исходный «зародыш» дома представляет собой своеобразное яйцо размером до полуметра. Доставив легко транспортируемое яйцо в желаемую точку, будущий владелец дома должен сориентировать его на местности, обеспечить доступность стройматериалов (пластик, цемент и т.п.) и нажать кнопку «Старт».

К утру желаемый дом приобретает заданные размеры.

В настоящее время ярославские мастера работают над расширением архитектурного ассортимента.

Ретропоказ фантастических фильмов

Со следующей недели Первый канал Содружества обитаемых миров начинает ретроспективный показ кинофильмов, посвященных будущему.

Наивный мир картонных ракет и нелепых скафандров, в которых по мнению ретро-фантастов земляне должны были покорять иные миры, вызывает у современного зрителя умиление и ностальгию по давно прошедшим временам.

Впрочем, центральную часть ретропоказа займут фильмы, снятые по сценариям Надежды Максимовой, чье имя давно стало легендой в мире фантастического кино.

Глава 2. Тот, который во мне сидит

«А тот, который во мне сидит,

Считает, что он – истребитель…»

В. Высоцкий. «Як-истребитель»

Робот класса «Домашний помощник» оказался страшно неуклюж. Он постоянно натыкался на дверные косяки, ронял предметы и застревал в больничных коридорах. Лестничные пролеты были для него непреодолимым препятствием, а тележка уборщика, оставленная в коридоре, поводом звать на помощь. Медперсоналу приходилось откликаться на его призывы, брать бедолагу за руку и выводить на свободное место.

Отчего же в образцовом медицинском учреждении, специализирующемся на излечении космонавтов и межпланетчиков, терпели столь странное создание? Все просто. Робот Яша принадлежал Игорю Литовченко – легендарному исследователю Венеры, мэтру и орденоносцу, который находился в госпитале на излечении.

Литовченко проработал на поверхности «Утренней звезды» четыре с половиной года, совершил ряд геологических открытий, досконально изучил и нанес на карту каньон Бабы-Яги, а его диссертация по теме «Электрический дракон Венеры» произвела сенсацию в научном мире.

Посетители, конечно, удивлялись тому, что у столь заслуженного человека в услужении столь допотопный робот. Но на все вопросы Литовченко отвечал исчерпывающе:

– Это Яша.

И на этот странный довод никто не сумел найти возражения.

* * *

Венера, столь прекрасная на утреннем небосклоне и названная в честь богини Любви, при тесном соприкосновении оказывается не столь уж очаровательной. (Сюжет для полноценного любовного романа, верно?). Температура на поверхности превышает 450 градусов, облака из паров серной кислоты (!) практически не пропускают солнечный свет, атмосферное давление в 92 раза больше, чем на Земле, плюс к этому извержения вулканов, непрерывные разряды молний и густой запах серы. На рай не похоже.

В таких условиях, естественно, пешие прогулки исключены. Поэтому конструкторское бюро Яковлева создало для исследователей Венеры серию специальных роботов.

На неподготовленного человека робот серии «ЯКив» (Яковлева, исследовательский, венерианский) производил жуткое и незабываемое впечатление. Представьте гигантского, высотой с двухэтажный дом, краба. Во все стороны торчат клешни-манипуляторы с полускрытыми когтями-бурами-хваталами. Самонаводящиеся визоры напоминают короткоствольные пушки. Стремительно выдвигающиеся телескопические жвалы способны захватывать пробы грунта на расстоянии до 10 метров. И весь этот оживший ночной кошмар покрыт прочнейшей керамической броней цвета запекшейся крови.

Картинка не для слабонервных.

Впрочем, на Земле роботы подобного типа никогда не появлялись. Здесь изготавливали отдельные узлы и агрегаты, а сборку проводили уже на базе «Венера-главная».

Зато на поверхности «Утренней звезды» Яши, как их называли в обиходе, слегка исказив официальное название, получили всеобщее признание и даже любовь.

Дело в том, что внутри страхолюдного тулова находилась специальная капсула для человека. Исследователь входил туда (поднимался по лесенке) на базе, и далее мог автономно существовать внутри робота целую неделю. А при необходимости и больше.

Капсула включала в себя все, что требуется для жизни: запас продовольствия и кислорода, системы регенерации воды и воздуха, системы охлаждения и поддержания нормального давления. Причем организовано всё было весьма уютно. Оператор внутри Яши имел рабочий кабинет, спаленку, кухонку (все миниатюрное, как на яхте) и скафандр.

Забравшись во встроенный скафандр, исследователь превращался в гиганта. Манипуляторы Яши становились его руками, нижние опоры – ногами. В таком виде он мог гигантскими шагами передвигаться по пресеченной местности, карабкаться на скалы или, зацепившись ногами, свешиваться в кратер вулкана, чтобы извлечь оттуда интересующий объект.

В общем, роботы серии ЯКив были действительно классно придуманы.

Но особую любовь им снискало то, что эти трудяги были настолько интеллектуальны, что пару человек-робот подбирали специальные психологи, исходя из принципов психологической совместимости. В частности, Игорь Литовченко со своим Яшей любил в свободную минутку петь дуэтом украинские народные песни.

* * *

В тот день все начиналось, как обычно. Робот, двигаясь в автоматическом режиме по заданной траектории, брал пробы грунта, устанавливал метеорологические датчики и заносил в память картографические отметки. Литовченко просматривал данные, полученные по сети от коллег, и негромко мурлыкал под нос.

– А почему, – между делом поинтересовался Яша, – вы называете местные пробы грунта геологическими? Гея – это Земля. По-моему, они должны называться венерологическими.

– Яша, ты прикалываешься?

– Я абсолютно серьезен, – заверил робот.

Пилот-водитель хмыкнул, не отрывая взгляд от экрана компьютера.

– Видишь ли, – пояснил он, – исторически так сложилось, что геолог – это романтика дальних походов, палатки, костры, находки уникальных месторождений… А венеролог – это врач.

– Это странно, ты не находишь?

– Что именно?

– По латыни logos означает «слово», «учение». Венера – это понятно, планета. То есть венеролог – это должен быть человек, изучающий нашу планету. А врач, то есть специалист, изучающий человека, должен называться анатом.

– Типун тебе на язык, венерианин.

– Но разве я не прав?

На экране компьютера пискнул сигнал, означающий, что прибыла очередная электронная почта.

– Ты прав, Яша, прав, – промурлыкал пилот, открывая послание. – Ты вообще страшно умный. Но стоит ли опровергать традиции, которые складывались столетиями?

– А кто говорил, что нужно ломать любые стереотипы, если они мешают прогрессу?

– Во как. – Литовченко быстро напечатал несколько строк ответа. – И какой же стереотип ты собираешься сломать?

– Да хотя бы вот этот, – робот негромко включил фрагмент песни Высоцкого.

«А тот, который во мне сидит, – хрипловато пропел знаменитый бард, – считает, что он истребитель».

– Не улавливаю твою мысль.

– Ну как же, – разгорячился Яша, – здесь явное противопоставление пилота и самолета. Каждый как бы тянет одеяло на себя, считая, что именно он – главный. А это не правильно. Они летают, когда едины. Когда гармонично дополняют друг друга. Верно?

– Ну, брат… – покачал головой Литовченко. – Я начинаю подозревать, что ты втайне пишешь стихи.

– Это позорно? – вскинулся робот.

– Этого я не говорил.

– И то слава Богу, – проворчало говорящее устройство.

Что-то в его интонациях было такое, что пилот насторожился.

– Яков, – произнес он официально. – Ты что-то от меня скрываешь?

– Я? Никогда.

– Яша.

– А что Яша? – возмутился робот. – Какие-то необоснованные подозрения…

– Слушай, я тебя знаю, как облупленного. И когда ты говоришь таким тоном…

Робот кашлянул и замялся. В такой ситуации торопить его не следовало. Чувствовалось, что он сам хочет в чем-то признаться, но не решается.

Литовченко демонстративно уткнулся носом в экран, но внимание его было направлено совсем в другую сторону. Он ждал продолжения.

Робот мялся минуты три.

– Я это… – произнес он, наконец. – Я играю за тебя в танчики.

– Что?!

На планете существовала подпольная (начальство знало, но закрывало глаза) традиция. Все пилоты в свободное время играли по сети в World of tanks. Был даже подпольный тотализатор и проигравшие угощали команду победителей пивом. Подведение итогов и, соответственно, чествование чемпионов происходило каждую пятницу в местном баре. Пиво при этом лилось рекой.

Робот виновато молчал.

– Ну, Яша… – покрутил головой Литовченко. – Не ожидал.

Помолчали.

– Но ты, – первым не выдержал пилот, – ты хотя бы не аутсайдер?

– Мой ник Одуванчик, – скромно признался робот. Это был ник тимлида команды-чемпиона.

– Ну ничего ж себе! Яша, у меня нет слов!

В этот момент поверхность под опорами робота заметно качнулась. То ли поблизости пробуждался очередной вулкан, то ли просто сдвинулось что-то в недрах непредсказуемой планеты. Яша, прервав разговор, немедленно занялся анализом ситуации и принятием неотложных мер. А Литовченко, прикрыв экран ноутбука, поспешил занять свое место в скафандре. Обзор оттуда был гораздо лучше, и наблюдать за происходящим можно было не на экране, а как бы собственными глазами.

Прошло минут пять.

Толчки не повторялись, вокруг все было спокойно.

Яша, который на случай землетрясения (венеротрясения, если точнее) максимально растопырил все свои конечности, слегка пошевелился. Ему было неудобно в такой позе.

– Похоже, что все… – Начал Литовченко, завершив круговой осмотр местности.

И тут их атаковал электрический Дракон Венеры.

Гигантская молния, мощностью в гигаватты энергии ударила в самый центр робота, пробив все слои керамической защиты и разрушив главный энергетический центр.

Оба, и пилот, и робот потеряли сознание.

Сколько длилось для них безвременье сказать сложно. Игорь очнулся в полной темноте. И только ровное пикание аварийного передатчика, исторгающего сигналы «СОС», свидетельствовало, что он еще жив и находится в нашем мире.

Потом, разом, как будто кто-то невидимый нажал на выключатель, проявилась боль. Сильнее всего ломило спину. Но что там произошло, понять было невозможно, потому что Литовченко находился в скафандре. Он мог взять любой предмет снаружи, но не в состоянии был дотронуться до самого себя.

Моргнул и слабо осветился обзорный экран. Это очнулся Яша.

– Повреждена центральная энергетическая система, – тихо сообщил он, и начал отключать периферийные устройства.

Это было скверно. В атмосфере Венеры кислорода практически нет, поэтому применение двигателей внутреннего сгорания крайне ограничено. Все устройства, работающие за пределами базы, используют аккумуляторы. А теперь, при повреждении энергетической системы энергии осталось на самом донышке.

И нужно было решать, что делать.

Аварийный прибор, разумеется, передавал в эфир координаты. Но успеет ли помощь до того, как системы жизнеобеспечения окончательно обесточатся?

Робот Яша, руководствуясь законами роботехники, не мучался сомнениями. Он методично отключал все, что не относилось к спасению жизни пилота.

Но при этом он должен был отключить и себя.

Нет, все данные его обширной памяти, все наработки, результаты исследований, полученные в последнем трагическом выходе, все это сохранились бы без искажений. Но интеллект, сама его личность… При длительном отключении электропитания они были бы безнадежно утрачены. Этого Литовченко допустить не мог.

– Яша, – прошептал он, чувствуя привкус крови во рту, – ты мне нужен. Не вздумай!

Робот не ответил, только подсветка обзорного экрана стала бледнее.

* * *

– В общем, когда их нашли, – рассказывал курсантам космической академии молодой врач, – в обоих еле теплилась жизнь. Четыре часа они там лежали, бережно деля последние электроны энергии, и оба готовы были пожертвовать всем ради друга.

Робот восстановлению не подлежал, с него сняли только головной процессор. А Игорь Литовченко после краткого курса восстановления на базе, был доставлен на Землю. Травма позвоночника приковала его к инвалидному креслу.

Разумеется, он продолжает активно работать, у него всегда полно посетителей. Коллеги по работе, ученики...

– А каков прогноз? – поинтересовался один из курсантов. – Инвалидное кресло – это навсегда?

Молодой врач задумчиво потер подбородок.

– Вы знаете, – произнес он после короткой паузы, – медицина сделала все, что возможно. Но имеет место психологическая травма. Бесконечные часы ожидания, когда нужно было терпеть сильную боль и ограничивать себя не только в движениях, но даже в глубоком дыхании… Поверьте, такое бесследно не проходит.

– Вы хотите сказать, – не выдержал парнишка с нашивками третьего курса космической академии, – что он просто боится встать с кресла?

– Нет, в мужестве ему никто не отказывает. Но на подсознательном уровне…

– А это можно исправить? – снова перебил третьекурсник.

– Ну, у нас в Бухаре есть старинная легенда о враче, который умел исцелять самых безнадежных пациентов. Сейчас я вам ее расскажу.

* * *

Утром, когда Игорь Литовченко открыл глаза, он с удивлением заметил отсутствие возле кровати своего домашнего помощника. Неуклюжий Яша, названный в честь венерианского друга, обычно торчал возле тумбочки, расположенной у изголовья. Бесполезный, всем мешающий, загромождающий проход… Но он всегда был рядом.

А сегодня отсутствовал.

Ухватившись за специальные стойки, помогающие перемещать травмированное тело, Игорь сел в кровати. Огляделся.

Происходило что-то непонятное.

По сигналу вызова (красная кнопка у изголовья) явился незнакомый молодой врач.

– Где Яша? – немедленно спросил его Литовченко.

– Я не знаю.

Игорь обеспокоился.

– Он не мог сам уйти. Я не давал ему такого распоряжения.

– Да, – согласился доктор. – Но он мог уйти, чтобы вам помочь. По законам роботехники.

– Не понял. Что значит «помочь»?

– Я не могу сказать. Это сюрприз.

Таинственности, которую напускал на себя неопытный медработник, хватило не надолго. Уже через пару минут он признался, что курсанты космической академии решили сделать своему учителю и наставнику подарок. Они забрали Яшу с тем, чтобы перепрошить ему операционную систему и сделать, наконец, ловким, умелым и действительно полезным домашним работником.

– Где они? – страшным голосом спросил Литовченко.

– Я не знаю, – испугался врач.

Литовченко подался в его сторону с таким страшным видом, что медработник попятился и раскололся до конца.

– У нас на третьем этаже есть мастерская.

Дальше Игорь не слушал.

Рывком переместив тело с кровати в инвалидную коляску, он ринулся из палаты.

Врач, выглянувший вслед, увидел, как тот мощными толчками гонит свое снабженное колесами кресло в направлении лифта.

Лифт не работал.

Страшно заскрипев зубами, Литовченко рванулся в направлении лестничной площадки.

– Погодите, – крикнул врач, который робко пытался следовать в отдалении. – Я позову персонал, вам помогут.

Но Игорь был неукротим. Для переустановки операционной системы требуется не так уж много времени. А он не знал, как давно забрали Яшу. И если он погибнет…

Да, это была их большая и страшная тайна. Венерианским роботам категорически запрещено появляться на Земле. Но друзья, зная, какие узы дружбы связывают Литовченко и его робота, пошли на все мыслимые нарушения.

Они нелегально переправили головной процессор венерианского Яши на Землю и для маскировки воткнули его в тело добродушного домашнего помощника.

Разумеется, могучему покорителю планеты было в таком устройстве тесно и неудобно. Он не мог привыкнуть к габаритам, не умел правильно рассчитывать усилия слабосильных земных манипуляторов. Кроме того, у домашнего робота органы зрения располагались иначе.

Короче, Яша был абсолютно не в своей тарелке и постоянно втыкался во все, что попадалось на пути.

Но все равно это был он. Друг. Брат. Пошедший на тяжкие испытания, чтобы поддержать Литовченко в дни болезни.

И теперь он мог погибнуть. В считанные минуты.

Добравшись до лестницы, Игорь вынужден был оставить коляску. Он уцепился за перила и подтянулся. Беспомощные ноги вяло ударились о ступени. Это была не сильная боль. По сути пустяк. Совершенно неважный.

Зато руки были сильны. И ими можно было перехватываться, двигаясь вверх.

Неудобно, конечно. Особенно оттого, что Игорь и ребрами ударялся о ступени.

Одолев один пролет, можно было бы остановиться, чтобы передохнуть. Но ведь неизвестно, как далеко уже зашла в процессоре зеленая полоса, сообщающая о проценте перезагрузки. Вперед! Во что бы то ни стало!

И это бешеное, неистовое стремление добраться до цели любой ценой, передалось безжизненному организму, который до этого способен был только неподвижно сидеть в кресле.

В середине третьего пролета, Литовченко вдруг обнаружил, что может опираться на ступени коленями. Коленями!

Ноги начали работать!

А ведь так передвигаться гораздо быстрее!

Рыча и плача от радости, он ускорил свое движение вверх.

На третий этаж он выбрался на четвереньках.

Стоял и дышал, вздымая боками, как загнанная лошадь.

Но, к счастью, во всех медицинских учреждениях есть специальные поручни вдоль стен, на которые могут опираться слабосильные больные.

Литовченко не был слабосильным. Он потянулся вверх, уцепился за поручень, скрипнул зубами и встал.

Он встал!

– Яша! – страшно закричал он, вкладывая в этот призыв все свои силы. – Яша!

На этот неистовый крик всюду захлопали двери, какие-то люди выбежали в коридор.

Игорь мало что мог разглядеть – пот заливал глаза. Да еще эти непрошенные слезы…

К нему подошли, что-то ему говорили, пытались взять под руки… Но он успокоился только тогда, когда неуклюжая стальная рука довольно крепко саданула его по плечу.

– Яша, – сказал он и счастливо улыбнулся. – Ну, все в порядке. Будем жить.

Глава 3. А теперь послушаем начальника транспортного цеха

– Новогоднее интервью? Ну не знаю, не знаю… Время уж больно не подходящее.

Наш собеседник, отвернувшись на секунду, профессиональным взглядом пробежался по стене, заполненной стереоэкранами, и быстро переключил несколько тумблеров.

– Сами видите, что делается. Все снялись с места, едут к родным, к друзьям, магазины стонут от наплыва покупателей, рестораны пачками шлют заказы на деликатесы. А разгребать это должен кто? Я!

Он вздернул подбородок и слегка приосанился.

– Говорите, новогодний выпуск? Отложить нельзя? – вздохнул. – Ладно, спрашивайте.

Как все началось? О! Смешно, но это тоже было под Новый год. 2017-й. Непонятно? Ну, это не важно.

Короче, работал я в фирме, производящей розыгрыши. Не слышали? Ну, тогда было такое время, что богатым людям жить стало скучно. Дом, жена-модель, яхта, вилла в Испании… все есть, от всего тошнит, и стремиться больше не к чему.

Вот для них мы и производили услуги.

При помощи ограбления, или подосланной клофелинщицы, или… ну, я не знаю… похищения инопланетянами, изымали нашего богатенького Буратино из привычной среды и переносили… ну, скажем, на помойку. В костюме бомжа, естественно. Без денег и документов.

Пока он до дома доберется, дня за три-четыре, или за неделю-две… это, как понимаете, зависело от оплаты, намыкается-а-а… И все ему потом в кайф. И жратва, и бабы, и бассейн у дома. Даже батареи центрального отопления вызывали, бывало, такие приступы умиления, что сам чуть не расплачешься, наблюдая.

В общем, возвращали мы людям радость жизни. Согласно договора и по утвержденным расценкам.

И вот Новый год. Владельцы нашей фирмы «Розыгрыш», а она, кстати, именовалась в документах «ЗАО «Сукин и сын», по традиции готовили праздничную лотерею. Выиграть можно было что угодно: от пошлого блокнотика, до нового айфона. Так что распределение конвертов всегда вызывало большой ажиотаж. Все суетились, бегали из комнаты в комнату, выбирали конвертики, менялись ими, стараясь угадать самый ценный приз

Я же был совершенно спокоен и знал, что мой конверт мне принесут лично. Все-таки не какая-то шелупонь офисная, а топ-менеджер!

К тому же доверенные люди шепнули: меня планируют сделать совладельцем. Добивался я этого долго, и вот, наконец, достиг. А это, как вы понимаете, не только другой уровень дохода, но и совершенно особая категория отношений.

Понятно, что владельцы не испытывали от идеи особого восторга – делиться доходами никому не хочется. Но я их поставил в такое положение, что…

И вот мне вручили конверт. Вроде как билет общей лотереи. Только он был большой, затейливо украшенный, на лицевой стороне крупно значилось мое имя.

Старательно не замечая завистливые взгляды, я взял костяной нож для разрезания бумаг, аккуратно подцепил клапан и…

Да! Мне достался главный приз.

На изящной карточке с золотым обрезом значилось приятное слово «Приглашение». С указанием номера кабинета, в который следовало прийти. И пропуск (ПРОПУСК! Да, да!) на этаж, где располагались апартаменты владельцев фирмы «Розыгрыш».

Вот это и называется: подняться на самый верх.

Я поправил галстук, придирчиво осмотрел себя в зеркале и пошел.

* * *

Очнулся в лесу. Стоял босиком на пыльной грунтовой дороге.

Из одежды на мне были холщовые порты с неровно обрезанными брючинами и холщовая же рубаха. Охлопав себя по бокам, я обнаружил, что карманов нет. То есть меня забросили совсем без ресурсов. Лишили не только денег-документов, но и перочинного ножа, зажигалки, носового платка и …

Впрочем, перечислять отсутствующее имущество можно было бы долго. Если бы не жирные лесные комары. Эскадрильи этих кровососов, с гудением закружившиеся над головой, заставили меня энергично двинуться вперед. Разборки с имуществом я отложил на потом. Сначала надо вернуться в цивилизацию.

Первый взгляд на мое приключение я бросил с вершины холма. И подивился масштабу финансовых вложений. Антураж был фантастический: пасторальные деревеньки на экологически чистом (грин-пис рыдал бы от счастья) пейзаже, тучные стада каких-то животных, живописные кроны садов…

Сейчас в средней полосе России ничего подобного не встретишь. Столь частое скопление поселений можно увидеть лишь вдоль федеральной трассы. А у меня под ногами змеилась грунтовка, не имеющая никаких признаков асфальта, разметки и постов ГИБДД.

«Куда ж это меня занесло?» – размышлял я, пиная босыми ногами теплую пыль первобытной дороги. – «И что вообще происходит? То ли это испытание такое от фирмы то ли в историях про попаданцев есть доля правды?»

В любом случае надо было пробиваться к успеху. «Сукин и сын» неудачников не любят. А если я реально провалился в прошлое, то тем более нужно устраиваться. Жить крепостным крестьянином в доме с удобствами во дворе… Нет, это не мое. Я топ-менеджер!

И если хорошо подумать, то и в древности можно сделать карьеру. Какого-нибудь прорицателя, например. Или тайного советника короля. Или вообще святого… Не помню только, у нас в России были короли? Не я силен в истории.

Кстати, неплохо бы узнать, какой теперь год.

С такими думами, перебирая в памяти остатки школьных знаний о законах то ли Ньютона, то ли Кеплера, а может вообще Коперника, я добрался до ближайшей деревни. Возле крайнего дома в пыли сидели три пацана и пытались приладить на собаку какую-то хитрую шлейку. Пес терпел.

– Здравия и благополучия, – произнес я максимально дружелюбно. – Не подскажете ли, какой сейчас год?

– 32-й, – охотно ответили мальчишки, глядя на меня с любопытством.

Упс… Далеко меня забросило. Кстати, Христа вроде бы распяли в 33-м. Так что если поспешить в Иерусалим, перетереть с Понтием Пилатом… Хорошие перспективы открываются! Карьера апостола… Как звучит, а? Или советником прокуратора можно пристроиться. Чем плохо? Опять же, войду в историю…

В общем, мечты были сладкие. Но увы, буквально через пару часов выяснилось, что забросило меня не в далекое прошлое, а наоборот - в будущее.

Как оказалось, наши далекие потомки вовсе не стремились жить в перенаселенных городах, напичканных небоскребами, машинами и смогом. Наоборот, селились в живописных коттеджах, на природе…

А почему бы и нет? Транспорта здесь достаточно, линия доставки в каждом доме…

Короче говоря, я попал. В самом прямом смысле этого слова.

Здесь, в 32-м году новой космической эры, когда большинство землян трудилось в космосе, мои познания в области арифметики, естествознания, и даже застрявшее в голове трудное слово «гомозигота» выглядели очень бледно, и пользы не могли принести никакой.

Историческим предвидением блеснуть тоже не удалось. Стандартные-то попаданцы помнили, в какой день война началась. И это обеспечивало им уважение, вызов в Ставку Верховного Главнокомандования и должность в ближнем окружении Вождя. А я в этом мире ничего не знал. И не потому, что дурак, а просто потому, что в моем времени все, что здесь творится, еще не случилось.

Господи, – думал я, – как жить?

Нет, голодная смерть мне не грозила. Здесь было развитое машинное производство, которое обеспечивало всем желающим прожиточный минимум. То есть дом, одежду, питание на выбор, примитивное авто типа «Лексус» и услуги ЖКХ.

Но в таком минимуме стыдно жить даже бомжам. Люди работали, украшали дома, быт… Для меня же это было абсолютно недостижимо, потому что все, что сверх минимального, надо было сотворить собственным трудом или напрямую, собственными руками.

А я ни разу не космонавт, не краснодеревшик, не портной, не ювелир и даже не слесарь. Делать ничего не умею, знаний нет, учиться не способен… Увы, в этом продвинутом мире я был обречен остаться отверженным чужаком.

Одиноким, бесполезным, ни к чему не приспособленным…

То есть вот прям садись возле выделенного дома у бассейна, и вой на Луну, как голодный волк.

Ой, как понял я наших клиентов там, в прошлом… Ой, как понял…

К счастью, нашелся тут один старичок, который умел пристраивать таких неумех, как я. Долго он со мной возился. Месяца два, наверное, выспрашивал, тестировал, смотрел в глаза… И нашел мне дело!

Оказывается, я был единственным в конфедерации планет земного типа специалистом, способным не сходить с ума в автомобильных пробках. Тут у меня был такой опыт! Такой опыт! О-о-о!

И вот я здесь. Диспетчер перемещений грузовых и легковых звездолетов в окрестностях Ориона.

Да! Это самый трудный участок. Здесь обнаружено до 12 природных нуль-тоннелей. То есть это крупнейший транспортный узел. Здешний грузопоток превышает суммарно участки Бетельгейзе, Веги и Тау-Кита.

Все мои предшественники выдерживали здесь не более четырех месяцев, после чего отправлялись лечить нервы и учиться разговаривать без мата. А я работаю второй год и без малейших сбоев.

Интервьюируемый отвлекся от экранов и гордо посмотрел на представителей прессы. Те внимали уникальному специалисту, затаив дыхание. Да, столь редкие способности встречаются раз в столетие, не чаще.

Великий человек мягко улыбнулся. Но тут его внимание привлек какой-то большегруз, который в обход очереди попытался протиснуться в чрево ближайшего к нему портала.

– Куда прешь, баран? – завопил диспетчер, влупив кулаком по блокирующей клавише. – Где права купил, дурень? Давно на штрафной стоянке не куковал?

Журналисты поняли, что интервью закончено, и тихонько, чтобы не мешать, потянулись к выходу.

Наступал 35-й год новой Космической эры…