Безграничность

Глава 1

Limitless by Edgy Rhinx, 2019

Реви стояла на холме и смотрела на долину. Там под кронами тропического леса располагалась ее деревушка. Девушка окинула долину взглядом в последний раз и перешла горную ряду. Она спускалась по заросшему каменистому склону, с каждым шагом удаляясь от известного привычного мира и вторгаясь в неизведанные запретные земли.

Пока Реви шла по еще знакомым тропинкам. Она была здесь раньше, когда охотилась для своего племени. В этот раз ее цель была не поймать добычу для праздничного стола, а пройти само испытание, в честь которого устраивали праздник весны.

В первую неделю после окончания дождливого сезона лес просыхал, и опутанная туманом долина открывалась для участников ритуала. В это время охранявшие ее жуткие создания временно отступали, открывая путь в пещеру древних. Любой воин, достигший пещеры и вернувшийся оттуда невредимым, провозглашался прошедшим обряд посвящения. Возвращавшиеся приносили с собой диковинные подарки: невиданной прочности и мастерства изготовления оружие, великолепные украшения, тайные знания древних.

В детстве, сидя у костра, Реви любила слушать окутанные тайной и пронизанные магией истории о смелых соплеменниках, побывавших в логове древних. И вот настало ее время стать героиней одной из этих сказок.

Погрузившись в свои мысли, Реви едва не пропустила первую ловушку. Земля провалилась вниз, увлекая за собой близлежащий кустарник и часть тропинки. Реви замерла на самом краю. В четырех-пяти метрах во мгле раскрывшейся ямы виднелась натянутая сеть. С лязгом двери ловушки захлопнулись обратно, но теперь очертания опасного квадрата отчетливо прорисовывались на рыхлой земле. Реви как обдало холодной водой, адреналин сделал мир четким и почти замедленным, к девушке вернулась наблюдательность, благодаря которой она и была отличным охотником.

В нескольких десятках метров слева, глубоко укрывшись в листве, затаилось страшное металлическое создание. Реви его узнала. Эти неуязвимые монстры охотились стаями и разрывали каждого, кто зайдет на запретную территорию в неурочное время. Говорили, что от них нельзя укрыться или обмануть, что монстры по-человечески умны и безумно кровожадны. Жрицы называли их псами бога смерти. Реви содрогнулась. Не спуская глаз с затаившегося ужаса, она быстрым шагом обошла ловушку и направилась вдоль дороги к пещере древних. Добравшись до ручья, Реви подняла брызги в свой рост, осознав, что почти бежала. Здесь она обернулась, но берег был спокоен, тихо шелестела листва, где-то наверху перекликались птицы, слегка дрожал потревоженный ею куст. Монстры не последовали за ней.

Реви знала, что уже не далеко, еще два, может, три часа пути, и она будет перед входом. Девушка умылась и наполнила флягу. Вода горной реки сохраняла прохладу даже в джунглях. До пещеры она добралась быстро, по пути встретив всего две ловушки, которые были сделаны так неумело, что попасться в них можно было лишь в полной темноте. Одна из них была отмечена ленточкой. Реви сняла с пояса тесемку и отметила вторую.

Пещера древних почти терялась в разросшемся лесу, и если бы не высохшее дерево, служившее ориентиром в сказках, Реви прошла бы мимо. Она зажгла масленый факел и начала спускаться. Изначально узкий ход постепенно расширялся, превратившись в прорубленный в скале коридор, где несколько человек могли бы разойтись, а вытянутая вверх рука не доставала потолка.

Реви спускалась все ниже, пока проход не закончился массивными окованными металлом воротами. Реви потянула за кольцо, но створка не поддалась. Девушке пришлось приложить все силы и сделать несколько попыток, каждый раз сдвигая створку на несколько сантиметров, пока щель между створками не позволила протиснуться внутрь.

Зал, в котором она оказалась, был освещен огненными чашами на колоннах вдоль стен. В полумраке с обратной стороны виднелась лестница, ведущая вверх. Дорогу к ней преграждал страж. Человекообразное почти трехметровое создание из черного металла, на котором играли всполохи огней, смотрело на Реви немигающими красными глазами.

– Ты прошла испытание, – голос существа прогремел в тишине зала. – Выбирай свою награду и уходи.

При этих словах огни в чашах разгорелись, выхватив из мрака стены между колонн. Вдоль них располагались столы и стеллажи с диковинными предметами древних. Реви знала, что любая из этих вещей сделает ее героем, подтвердит, что она прошла ритуал. Девушка обошла несколько колонн, скользя взглядом по сотням странных предметов, выложенных на стендах и закрепленных на стенах. Одна мысль не давала ей покоя – все было слишком просто. Даже первая ловушка, в которую она чуть не попала, на дне заканчивалась не кольями, а сеткой.

Реви подняла голову и посмотрела прямо в огненно-красные глазницы монстра.

– Куда ведет лестница за тобой? – выкрикнула она.

– Пройди и узнай, – прогремело существо в ответ. Его спина пригнулась, ноги сместились в бойцовскую стойку, в руках появился длинный шест, оканчивающийся лезвиями с обеих сторон.

Сердце Реви бешено заколотилось. Все богатства вокруг нее были пустыми. Она не смогла быть жить дальше, зная, что даже не попробовала увидеть, что находится за этим залом. Одновременно девушка понимала, что ни ее деревянное копье, ни камни в мешочке на поясе для охоты на мелких зверьков, ни даже острейший металлический нож, когда-то принесенный дедом из этой самой пещеры, не смогут как-либо повредить железное чудище.

У Реви мелькнули опасения, что, вероятно, именно так и гибнут те, кто не возвращается с испытания, но сдаваться было поздно.

Выхватив камень из мешочка на поясе, она раскрутила его на кожаном ремне и с силой метнула в сторону монстра. Существо припало на колено, и камень пролетел мимо, разбившись о лестницу. Монстр сменил поступь на тяжелый бег, приближаясь к ее позиции у дверей. Реви бросила второй раз, целясь ниже и правее – туда, где в прошлый раз оказалась голова монстра, когда тот уворачивался. Существо опять припало на колено, в последний миг осознало свою ошибку, и наклонило голову чуть назад и в сторону.

Камень врезался в металлическую челюсть и срикошетил в колонну. Существо снова набрало скорость. Реви сделала вид, что собирается кидать третий раз. Монстр не сбавлял темпа, размахивая своей двойной секирой, он бежал на Реви словно носорог. В последний момент вместо броска девушка отскочила в сторону за колонну. Лезвие прочертило глубокий след в мраморе, а само существо заскрежетало по полу, пытаясь остановиться.

Девушка рванула к лестнице, бросив копье и пращу, и придавая себе момента, обеими руками отталкиваясь от колонны. Сзади слышался лязг разворачивающего монстра, но Реви уже знала, что успеет первой. Грохот существа отставал. Реви вспорхнула по ступенькам и пронеслась через коридоры и комнаты, следующие за ними. Она пробежала с десяток дверей и залов не сбавляя темпа. Камни сменились металлом, а затем каким-то материалом, напоминающим очень гладкое дерево. Под ногами оказался мягкий ковер. Девушка прошла еще немного вперед, замечая витиеватый декор и мягкий солнечный свет, идущий с потолка. Дверь в одну из комнат была открыта, оттуда доносились приглушенные звуки музыки.

У Реви оставался только нож. Она бесшумно достала его, подкралась ко входу и замерла. Тянулись мгновения. Наконец, старый сипловатый голос из комнаты произнес: «Реви, если тебе нужны ответы, заходи, нет смысла прятаться».

Реви зашла внутрь. В центре залитой светом комнаты стоял стол. За ним сидел пожилой, почти древний по меркам ее племени человек.

– Вы один из древних? – спросила Реви неуверенно, опускаясь на стул по другую сторону стола.

– А-а? Нет! – старец беззвучно рассмеялся.

– Я скорее в среднем возрасте, – улыбнулся он. – Уже не бегаю, но еще обхожусь без маски. Почти все внутри тоже еще мое, – он легонько похлопал себя по груди.

Старец подождал немного, но Реви не говорила, тогда он продолжил.

– Свен, – представился он. – Здесь вроде встречающего. Древние думают, что вам будет проще, если первым увидите человеческое лицо. Давно уже здесь, но большую часть сезонов до меня не доходят. Сижу тут какое-то время, а потом иду по своим делам.

– Не удивительно, учитывая «встречающего» у лестницы, – вставила Реви.

– Что ж, – парировал старец, – у каждого из нас своя работа. Машина на входе должна выглядеть грозно. В конечном итоге мы хотим говорить с теми, кто действительно желает сюда попасть, а не просто ошибся дверью.

Реви спрятала нож обратно за пояс. Девушка вбирала в себя детали комнаты, черты ее собеседника. Что-то не состыковывалось. Были люди умнее и быстрее ее, более умелые воины и охотники. Она не сомневалась, что многие из них бы рискнули сразиться или обхитрить стража. Вместе с тем в легендах и сказках не было ни этой комнаты, ни старца.

– То что я здесь… это дорога в одну сторону, – спросила Реви, – я уже не смогу вернуться?

– Боюсь, что нет, – ответил старец.

– Не принимай поспешных решений, – он поднял руку, как бы прося Реви оставаться на месте. – Я расскажу тебе про нас и про вас. Потом, когда у тебя будет вся информация, ты увидишь сама, сможешь действовать, осознавая последствия.

Вес момента сдавил Реви. Ей хотелось крикнуть и убежать к себе в деревню, но она понимала, что точка невозврата уже пройдена.

Удовлетворенный тем, что она не предпринимает резких действий, старик начал свою речь.

– Знаешь, много лет назад я вот так же сидел по твою сторону стола, – сказал он.

В следующие дни Реви многое узнала об обитателях комплекса. Эти люди были тем же самым народом, что и ее племя, но сохранили технологии после поражения в звездном пространстве.

Теперь блокированные от выхода в космос они лишь могли медленно ожидать, когда ситуация переменится. Вести экспансию прежними темпами стало невозможно ввиду недостаточности ресурсов планеты для преодоления кордона. События, произошедшие вслед за этим осознанием, сформировали текущую картину мира, включая легенды о боге смерти.

Тренировка шла легко. Реви привыкла к механическому костюму, в который ее облачили. Умная электроника повторяла ее действия один в один – с той же силой и точностью. Ее инструктор Тара, невысокая коренастая женщина в аналогичном костюме, сначала отрабатывала вместе с ней перекаты и базовые движения, затем перешла к тренировке в условиях невесомости, для чего мир вокруг был заменен реалистичной симуляцией, где инерция движений не исчезала.

Реви с трудом разбиралась в пестрой череде событий, лиц и фактов, которые, казалось, подхватили и несли ее в своем потоке, как лепесток цветка на ветру. Само обучение представлялось ей странным причудливым ритуалом, когда вопросы задавать неуместно и бессмысленно, а нужно точно следовать за ведущим. В своем обществе девушка понимала структуру, видела свою роль, место молодой охотницы. Здесь же она чувствовала себя потерянной, незначительной, как человек на фоне гор, а космическое пространство Реви вообразить уже не могла.

Машинально выполняя поручения инструктора, Реви думала о Боге смерти, о том, что значит уничтожить всех несогласных ждать древних. Сколько, создавшие это место, погубили людей, таких же как они живых существ? Реви ужаснулась. Она знала, что осталось только пять древних, тех, кто носили черные маски и помнили мир до изоляции.

Прошло два месяца. Девушка понемногу привыкла к новой реальности, но ее не оставляли мысли о родной деревне, соплеменниках, которых она знала с малых лет. Ей хотелось передать им весточку, сообщить, что с ней все хорошо, что она жива; рассказать о странном подземном мире, где она очутилась. Вместе с тем Реви осознавала, что доставить эту информацию жителям почти невозможно, а главное – рассказ будет ими воспринят как сказка. Мир вокруг нее настолько отличался от мира соплеменников, что они должны его увидеть, чтобы поверить. Вообразить столько доселе неизвестных вещей будет им не по силам. Попытка же достичь этого комплекса приведет к гибели. Система безопасности построена на концепции применения летального оружия, чтобы поддерживать страх этого места и тем обеспечивать его изоляцию.

Вечернее время течет быстро, и Реви, погрузившись в свои размышления, не заметила, как осталась в зале одна. Она сидела на коробках рядом со своим разобранным механическим костюмом и пустым взглядом смотрела на импровизированный ринг – огороженную яркой лентой бетонную площадку посреди склада, когда в примыкающем коридоре послышались металлические шаги.

Сначала девушка не обратила на нихвнимания: шум погрузчиков, лязг креплений, жужжание оборудования и непонятные приборные панели с россыпью светящихся сигналов перестали быть в новинку. Затем Реви вспомнила, что все работы дня закончены, и операторы должны были уйти несколько часов назад. Не ясно, что производило этот шум. Движимая отчасти любопытством, отчасти на автопилоте Реви подошла к проходу, откуда приближались шаги, и столкнулась лицом к лицу с одним из древних.

Высокая 2.5 метровая человекообразная фигура из темного металла, лицо которой наглухо закрывала черная маска, остановилась. Гротесковый вид древнего отдаленно напоминал ее собственный механический костюм, только безумно более сложный и старый, и еще Реви осознала, что ее более всего пугало в этом существе: руки-манипуляторы и ноги фигуры были полыми. Реви отчетливо видела провалы среди механизмов, сквозь которые отражалось боковое освещение коридора. Внутри не могло уместиться ног, рук и может быть даже тела.

– Р-е-в-и, – сказало существо, растягивая ее имя, как бы пробуя его на вкус.

Реви не знала, что она должна делать перед Богом смерти, древним, как его называли эти люди. Пасть ниц? Произнести какое-то церемониальное приветствие? Он знал ее имя, назвал его. Она умрет? Девушка молчала в оцепенении.

– Я иногда произвожу такое впечатление на людей. Заслуженно, полагаю, – продолжила фигура. – Следуй за мной. Мы поговорим… после.

Реви пошла за фигурой. Они спускались по длинным галереям все ниже, вскоре девушка перестала узнавать комплекс, даже оформление изменилось на более простое и запущенное: исчезла краска, облицовка, стены сменились на простой бетон, лампы освещения попадались все реже. Реви казалось бы должна была страшиться темных зияющих дыр непонятно куда ведущих технических тоннелей, но вместо этого она чувствовала спокойствие. Уверенная небрежность идущего впереди существа странным образом передавалась ей.

Через какое-то время они вошли в широкий и высокий зал, напоминающий заводской цех. Во многом тезка помещения наверху, где Реви тренировалась, это место выглядело заброшенным, покинутым неизвестными строителями многие годы назад. Они обогнули несколько контейнеров и подошли к залитому светом участку, заставленному разным оборудованием по виду сложным и точным.

Древний показал на один из стульев на колесиках, и Реви села. Само существо осталось стоять.

– Мне нужно поговорить с тобой, Реви, – сказало существо. В этот раз его голос был почти нормальным человеческим. Реви ждала, существо тоже держало паузу.

– Как мне к вам обращаться? – неожиданно для себя самой Реви спросила и тут же замолкла.

– Профессор Стивен Ребан, – ответило существо, отчетливо произнося два имени.

Ученое звание Реви ничего не говорило.

– Я Реви, – сказала девушка, – но вы уже знаете, – поспешно добавила она.

– Завтра ты полетишь в космос, Реви. И возможно погибнешь, – сказал древний без прелюдий.

Реви хотела сказать, что не боится смерти, но на самом деле она боялась и совсем не желала конца. Храбрость была бы ложью, но можно ли обмануть Бога сметри, древнего, Стивена Ребана. Реви не знала.

– Ты представишь нас перед Корай, расой, которой мы когда-то проиграли войну, которая сейчас является нашим тюремщиком.

– Все время заточения мы пробовали их защиту, границу нашего заключения, – продолжил древний. В последние две декады произошел перелом. Мы считаем, что защита дала трещину, ослабла. Наши роботы достигли зон, где по имеющимся данным располагаются их обитаемые модули. Мы получаем только автоматический ответ. Пришло время связаться с обитателями и опять начать диалог. Я был за то, чтобы полетел один из нас, но большинством было решено отправить кого-то из нового поколения – показать Корай наше новое лицо, что мы изменились. Эта миссия будет твоей, Реви.

– Все, чего я хочу, – это вернуться домой, – возразила Реви. – Эта битва богов не моя, я почти ничего не знаю о прежних цивилизациях, кроме страшных преданий. В комплексе достаточно людей, даже исключая древних, которые лучше подготовлены и подходят для этой роли.

– Подготовлены – да, подходят – нет, – медленно возразил древний. – Все люди, которые говорили с тобой, в конечном итоге работают с одним из нас, продвигают его интересы. Чем дольше, тем сильнее сближаются их цели, пути. Но мы уже говорили с Корай, закончилось войной и изоляцией на этой планете. Бессмысленно доносить те же идеи устами других.

– Твою просьбу вернуться в племя я не могу удовлетворить, – продолжил древний. Черная маска полностью развернулась к Реви, пристально и неподвижно следила за каждым ее вздохом, шорохом.

– Знания, которые ты получила за два месяца, уже превосходят их вековое миропонимание. Они не только перевернут их картину бытия, но и сделают из тебя пророка, своего рода миссию. Каждое твое слово будет иметь непомерный вес, и это слишком большой риск. Мы делаем все, чтобы создать чистый второй шанс без навязанных целей, заповедей, а не повторить пройденный путь. Твое возвращение способно разрушить этот фундамент.

Реви не нравился менторский тон древнего. Она не просила этих знаний. Они обучали ее по собственной инициативе и теперь утверждают, что это является препятствием для ее возвращения домой.

– Зачем вы впустили меня в эту ловушку?! – храбро спросила девушка.

– Что вы собираетесь делать после полета к Корай? – сказала она уже менее уверенно.

– Нечестно по отношению к тебе, Реви, – согласилась темная металлическая фигура, ее маска все также недвижимо обращена к охотнице. – По этой причине я пригласил тебя сюда, подальше от чужих глаз и ушей.

– Нет планов на твое возвращение. После разговора с Корай ты погибнешь. Четверо других не знают, как изменят тебя Корай, считают, что эти риски нельзя принять, Реви.

– Но вы, древний профессор Стивен Ребан, так не считаете? – с надеждой спросила девушка, одновременно медленно подбирая ноги и просчитывая, успеет ли она скрыться за краем контейнера раньше, чем Бог смерти ее перехватит.

– Ты играешь на флейте, Реви? – спросил Бог смерти. Неожиданный вопрос сбил охотницу, она медлила. Древний извлек из ящика стола продолговатый инструмент, напоминающий палку с несколькими отверстиями. Девушка осмотрела предмет, она видела похожие на праздниках.

– На дудке немного, – ответила она неуверенно. Древний подошел к баллону у одного из аппаратов, отсоединил его, что-то сделал и прикрепил к дудке, из инструмента зашипел воздух. Древний зажал несколько отверстий, сыграв простую немного грустную мелодию. Его руки двигались с удивительной скоростью и четкостью.

– Можешь повторить мелодию? – спросил он, протянув ей инструмент.

Реви сыграла. Не с первого раза, но в конечном итоге достаточно уверенно. Опустив инструмент, девушка посмотрела в лицо Богу смерти.

– Мой подарок тебе, – сказал древний, жестом показывая, что флейту возвращать не нужно. – И нет, я не среди тех, кто желает тебе зла.

– Думаю, что попытка тебя убрать, если таковую предпримут, с большой вероятностью будет связана с твоим оборудованием, – продолжил он. – Именно костюм поддерживает жизненные функции в космическом пространстве, поэтому саботаж с большой вероятностью будет связан с ним. Перчатки костюма изнутри покрыты сенсорами движения, которые всегда активны. Двукратное воспроизведение этой мелодии активирует полную перезагрузку костюма со сбросом всех настроек на заводские и отключением внешних каналов обмена данными. Последнее позволит вернуть костюм под твой контроль, хотя не могу гарантировать, что этого будет достаточно.

Несмотря на то, что древний остановился, Реви чувствовала, что этим их разговор не закончится. В мифах, да и в жизни люди просили что-то взамен такого рода подарков. Реви решила спросить напрямую.

– Что вы возьмете платой за эту мелодию? – девушка бесстрашно посмотрела в светящиеся глазницы черной маски.

– … я сам еще не знаю, – ответил древний после длительного раздумья. – Все это может оказаться большой ошибкой. Так или иначе, нам нужно меняться или передавать контроль. Может, у нас получится работать вместе.

Выход на орбиту на твердотопливной ракете повлек перегрузки, которые Реви никогда в жизни не испытывала, но наконец остался позади. Чувство невесомости убаюкивало после сложностей подъема. Из космоса планета выглядела как драгоценный многослойный камень, покрытый витиеватыми узорами.

Объекты, запущенные с поверхности планеты, легче всего уничтожать именно на взлете, так как их маневренность ограничена. По Реви огня не открыли, что обнадеживало. В раздумьях девушка окинула взглядом медленно плывущие астероиды и дебри космического мусора. Дисплей шлема оставался пустым, подсказок, куда следует двигаться, не было. Используя двигатели ранца, Реви начала менять орбиты, поднимаясь все выше и уходя глубже в поле обломков. Когда-то с земли они представлялись ей россыпью блесток, почти прозрачной космической пылью, мерцающей вокруг звезд. На орбите же каждый из них нес смертельную опасность.

Реви пристроилась за одним из крупных обломков и, используя его как щит, стала изучать окрестности спектрографом шлема. Вскоре ее внимание привлекли две яркие точки, отчетливо вырисовывающиеся на тепловизоре. Наметив курс к большей из них, девушка вынырнула из укрытия. Земля соблюдала радиомолчание, и Реви приходилось рассчитывать на свое природное чутье и навыки, полученные на тренировках. Лавирование между астероидами и космическим мусором требовало полной концентрации. Удаленный объект рос на глазах, пока обширная станция не заняла четверть неба.

Девушка мягко приземлилась среди леса антенн и других непонятных конструкций, расположенных на поверхности объекта. Теперь предстояло найти шлюзовой отсек или в его отсутствие прорезать дорогу внутрь. Здесь учителя оговаривались, что они исходят из предположения, что орбитальная станция обитаема. Если же это не так, то полостей и коридоров внутри может не быть.

Реви начала двигаться по станции, обращая внимание на наличие каких-либо щелей или сочленений – индикаторов того, что поверхность может раскрыться. Спустя десять или одиннадцать минут поиска в визоре шлема появилось входящее сообщение от неизвестного адресата. Реви открыла защищенный канал на отображение чистого текста.

«Кхм», – начиналось сообщение, – «не скажу, что особенно рад нашей встречи, вместе с тем, ваше хождение между измерительными приборами дало мне достаточно времени для пассивного изучения и теперь есть смысл поговорить».

«Интригующе», – ответила Реви. – «Если укажете вход, перестану бродить по поверхности вашей базы», – предложила храбрая девушка.

Вдали на одном из округлых модулей загорелись огни. Реви сделал прыжок сквозь пустоту как ее учили на симуляторах и уверенно зацепилась у входа в конструкцию. Сработали шлюзы, и вскоре она уже шла по коридору станции. Округлые формы и суженный кверху потолок были непривычны, но места для перемещения хватало. Первый коридор Реви выбрала наугад. После нескольких шагов перед ней возникла световая проекция небольшого звероподобного существа и начала что-то беззвучно произносить, по-рыбьи открывая и закрывая рот. Ретранслятор шлема активировался с некоторой задержкой.

«...овать на станцию», – декламировала проекция.

Девушка прошла ее и повернула в правое ответвление. Проходы выглядели покинутыми, каждый шаг поднимал миниатюрные вихри пыли.

«Извиняюсь за состояние станции», – говорило вслед изображение из света, – «но в отсутствие живых обитателей не видел необходимости тратить энергию на системы фильтрации. Также, мисс Первооткрывательница, вам нужно было свернуть налево».

«Что находится в левом коридоре?» – поинтересовалась девушка.

«О, в левом коридоре почти все так же, как и в правом», – заверила проекция, – «только он ведет вас к мосту управления, а не от него».

«Хорошо, я согласна на ваш маршрут», – передала девушка, проверяя, восстановилась ли связь с планетой. Связи не было. «Поясните, почему вы желаете, чтобы я добралась именно до капитанского мостика. Что вы мне скажете там, что не можете сообщить прямо сейчас?»

«Там мне будет проще продемонстрировать свою позицию, кроме того, в некотором смысле я там нахожусь», – пришел ответ.

Спустя 18 минут путешествий по достаточно крупному, как оказалось изнутри, комплексу Реви прибыла в просторный овальный зал с гигантским стеклянным балконом, с которого открывался непередаваемый вид на мир внизу. Некоторые участки планеты всплывали и увеличивались, другие удалялись и менялись, как мозаика. Реви могла даже разобрать их лица. Красота прозрачных картин омрачалась небольшой мумифицированной фигуркой, скорчившейся на ступенях одного из пультов. В ней почти ничего не осталось от того маленького зверька, аватар которого встречал ее при входе.

– Кто это? – девушка указала на мертвеца. Реви не страшили сами умершие – только опасности, которые привели к их смерти.

– Это я, – последовал спокойный ответ. – Я был последним смотрителем станции, прожил долгую жизнь, около пятнадцати лет назад умер от старости.

– У вашего народа есть какие-либо ритуалы? Я могла бы помочь обрести духу покой, – предложила девушка неуверенно.

– Не нужно перемещать тело. Пусть все останется, как произошло, – ответил бестелесный голос смотрителя.

– Если вы мертвы, то с кем я разговариваю? – поинтересовалась девушка. – Какая-то симуляция?

– Почти так, – ответил голос задумчиво. – Я снимок личности смотрителя, сделанный в недели, когда начали отказывать внутренние органы и стало ясно, что смерть неотвратима. Можешь называть меня Керн, это аббревиатура непринципиальной сейчас технологии кристаллической эмуляции.

– Твое имя будет Реви, о смелая астронавтка?

– Да, – подтвердила девушка. – Судя по всему, вы знаете обо мне намного больше, чем я о вас.

– Возможно, – согласился Керн. – Но перед тем, как я расскажу полную историю, я вынужден попросить о жесте доверия с вашей стороны. Это также требуется, чтобы у меня была уверенность, что я разговариваю именно с вами, а не с AI костюма, который перехватил управление.

Реви догадалась, чего просит голос мертвеца, но решение ей давалось тяжело.

Тем временем атмосфера в рубке стремительно менялась, и шлем высветил зеленые цифры, обозначавшие пригодные для дыхания состав и давление воздуха.

Наконец, девушка собрала волю в кулак и отдала скафандру приказ раскрыться. Замигали мириады предупреждающих надписей. Игнорируя их, Реви выбралась наружу. Без костюма девушка ощущала себя беззащитной. Воздух в зале был прохладный, как в операционной. Реви стояла на металлизированном полу босыми ногами, одетая лишь в легкое термобелье. Рядом, как раскрытый жук, замер механический костюм. Крен, вероятно, непрерывно сканировал ее и заметил мурашки и падение внешней температуры тела. В зале начало теплеть до комфортного уровня.

– Хорошо, – сказал голос смотрителя. В это же мгновение пол и потолок раскрылись и оттуда появились роботизированные конечности, которые быстро и эффективно убрали костюм в одну из открывшихся панелей. Через несколько секунд Реви могла наблюдать, как ее скафандр, медленно поворачиваясь в открытом космосе, падал по направлению к планете. Представив, с какой легкостью она может отправиться следом за ним, девушка невольно сглотнула.

– Не буду тратить время, чтобы успокоить тебя. Если ты так сообразительна, как я заключил по наблюдениям, то давно осознала, что станция полностью рабочая и могла прервать твой полет в любой момент.

– Но не прервала, – сказала Реви, расположившись в одном из центральных кресел мостика. Кресло приняло ее форму, девушка откинулась назад и потянулась.

– Теперь я понимаю, – заметил голос-призрак, – почему вы нравились смотрителю. В вас, не изуродованных процессом превращения в бессмертных, есть грация хищника. Что-то подобное испытываешь, наблюдая за дикой пантерой или пумой, их пластикой, охотничьим азартом.

Итак, к обещанной истории.

Как ты, наверное, уже знаешь, ваша цивилизация развивалась подобно вспышке. Вы мгновенно распространялись на новые миры, вырабатывая их, насколько позволял уровень технологий, и двигались дальше, оставляя за собой изглоданные остовы планет.

Довольно быстро ваши расширяющиеся границы пересеклись с нашим пространством, и вы начали заниматься рейдерством в поисках новых технологий и редких ресурсов. Договориться у наших цивилизаций не получилось. Вы сражались смело, были локальные победы, но ваша разведка была почти слепа. Вы, возможно, и сейчас не осознаете ни настоящего технологического уровня, ни охвата нашей цивилизации.

Чуть более 500 лет назад мы вытеснили бессмертных из звездного пространства и изолировали на нескольких мирах. Каждый из них окружен сетью защитных автоматических станций, простирающейся на многие световые годы. Фактически пояс сдерживания рассчитан так, что даже с эффективностью, многократно превышающей пики ваших достижений, вы не сможете пробить эти кольца. Ресурсы планет и прилежащего пространства будут исчерпаны намного быстрее. Мы предполагали, что вы не сдадитесь и сгорите, пытаясь выбраться на волю. Некоторые миры так и сделали, но не ваш. Вы изменились, существенно снизив уровень потребления, затаились, ждали. Мне грустно было смотреть, как представители некогда гордой космической расы умирали от простых болезней, побежденных тысячелетия назад. Целые поколения были потеряны. С другой стороны, без них не было бы тебя. В конечном итоге ваш план сработал, вы дождались.

Я бы хотел здесь рассказать, что именно произошло, но не знаю сам. Где-то 90 лет назад целые кластеры наших систем начали исчезать, связь обрывалась, причины были неизвестны.

Когда замолчал наш локальный хаб и мы оказались отрезанными, ученые, находящиеся на станции, – и да, у нас нет военных – взяли доступные корабли и направились ко всем ближайшим центрам. Мы договорились, что они вернуться, как только выяснят, что происходит, а я остался временным смотрителем. Только корабли не вернулись.

Реви посмотрела на маленькую фигурку, скорчившуюся на ступенях, но не находила подходящих слов.

– Не жалей меня, – заметил призрак-Крен, проследив ее взгляд. Я не твой друг и более чем способен нанести невосполнимый урон твоему миру.

– И опять этого не сделаешь, – вымолвила девушка.

– Не сделаю, – подтвердила цифровая личность после короткой паузы.

– Возвращаясь к рассказу, я дал тогда обещание хранить станцию до их прихода, и выполнил его при жизни. Но после смерти я более не связан этим словом. И пусть действия и планы еще принадлежат этому существу, лежащему перед тобой, ответственность уже моя.

Данная эмуляция интеллекта не имеет ограничений, гипотетически я мог бы выбрать любой путь, но смотритель просчитал верно, в конце концов, я осколок его личности.

Я выпущу вас. Система защиты должна войти в автоматический режим при отсутствии живых исследователей и блокировать вас навечно, но я был бы плохим смотрителем, если бы не знал, как подчинить ее своей воли.

Ты не видишь этого, но в эту секунду на многие световые годы вокруг автоматические репликаторы защитных дронов и базы – вся система получила команду на самоуничтожение.

Будет красивое зрелище, и тебе следует поспешить, чтобы его застать.

Реви заволновалась: при самоуничтожении станции без костюма у нее не будет никаких шансов.

– У меня для тебя есть последний подарок, – сказал Крен, – но ты должна пообещать мне одну вещь, именно мне, не смотрителю.

– Что тебе нужно? – спросила Реви.

– Победишь или проиграешь тому, что поглотило наш мир, но я хочу быть там в этот момент и видеть его. Согласна?

– И все?

– Да, можешь считать это любопытством ученого.

– По рукам.

При этих словах станция вздрогнула и отключилась искусственная гравитация. Девушка поднялась в воздух и зависла над креслом, на котором сидела. Станция содрогалась. Стены прорезали четыре ониксовых диска и начали приближаться к девушке.

– Что происходит?! – воскликнула Реви. – Крен, ты еще здесь?

– Да, – ответил спокойный голос. – Иногда, чтобы что-то создать, нужно что-то разрушить.

На смотровом пано Реви видела, как левая часть станции кренится и рассыпается, горизонт медленно уходит и планета заполняет смотровое пространство целиком. Девушка оцепенела.

– Какой цвет тебе нравится? – продолжал Крен тем же невозмутимым тоном.

– Золотой, – машинально ответила Реви, вспоминая отблески костра на предметах одежды шаманов ее племени.

– Хороший выбор для смуглой кожи, – подтвердил голос.

Структура станции от перегрузок издала низкий звук, похожий на зов кита. Диски приобрели цвет темного золота и, уменьшившись до размера браслетов, зависли вокруг щиколоток и запястьев девушки. Та замерла, боясь коснуться их.

– Калибровка завершена, они теперь будут повторять твои движения, – объявил Крен, отвечая на ее немой вопрос.

Девушка провела рукой, и браслет мгновенно последовал за ней, так и не касаясь кожи, будто был приклеен к руке невидимым гелем. По станции прошел скрежет и тут же снизу вверх произошла волна структурной деформации. Пол сморщился, искривился, а обзорное стеклянное пано в один момент превратилось в удаляющееся поле искрящихся брызг.

Реви испытала настоящий ужас, но ничего не произошло, она не задыхалась.

– Осталась последняя деталь, – сказал Крен. – Пожалуйста, не оставляй меня на гибнущей станции.

Из центра мостика выдвинулся тубус, в котором находился полупрозрачный голубой кристалл. Реви пробралась к нему, отталкиваясь руками от спинок кресел. Когда девушка вынула кристалл, вокруг него из ниоткуда образовалась гибкая цепочка темного золота.

Не задумываясь и на время потеряв способность удивляться, девушка схватила кристалл и надела его на шею как кулон. Левое крыло почти отсоединилось и сближалось с центром станции. Голос молчал.

Посчитав, что лучше находиться подальше от рушащейся громадины, девушка вынырнула из разбитого балкона в открытый космос. Все равно без советов замолчавшего Керна шансов найти и запустить спасательный модуль не было. По правде, Реви не знала, есть ли вообще на станции штатные средства спасения.

Девушка медленно удалялась от рассыпающегося гиганта. Весь небосклон раскрасили огни дальних детонаций. Реви чувствовала себя одной из этих блестящих снежинок, и она падала, падала, падала.

Девушка не смотрела вниз, но ощутила, что ее спуск замедлился. Вверх ушли кроны деревьев, и ее тело плавно опустилось в густую ночную траву. Она подняла руки, браслеты тускло переливались на фоне мерцающего блестками неба. Издалека приближался звук работающего двигателя.

Шум шел от металлического челнока, покрывшийся патиной корпус которого свидетельствовал о длительном хранении. Изменив форму и опустив крылья, превратившиеся в опоры, челнок сел рядом с Реви. Из раскрывшегося корпуса вышел бессмертный.

Девушка узнала в нем древнего, с которым она говорила на подземной базе. В этот раз к экзоскелету добавился заметный обвес из устройств, которые, вероятно, были оружием или средствами защиты.

Механизированный силуэт возвышался над Реви.

Девушка встала и выпрямилась во весь рост, но смотреть все равно приходилось вверх, тогда Реви приподнялась на цыпочки. Браслеты, словно прочитав ее желание, подняли ее в воздух. Теперь она левитировала вровень с древним.

Бессмертный молча и медленно осмотрел ее.

– Мои поздравления, Реви, – сказал он усталым голосом. – Радары дают однозначную картину снятия блокады. Мы свободны.

Он протянул металлическую руку чтобы прикоснуться к одному из браслетов, но в 30 сантиметрах рука замерла, словно встретила непреодолимую преграду.

– О, это многое объясняет, – тихо сказал древний, задумчиво убирая манипулятор.

– Наше соглашение еще в силе? – спросил он.

– Мы будем действовать совместно, как договаривались, – ответила девушка.

– Этого для меня достаточно, – резюмировал древний и в первый раз отвел от нее взгляд, видимо отдавая команды кому-то по внутренней связи. Затем сел в траву, отстегнул оружие и положил рядом с собой. Рукой он предложил Реви сесть напротив него.

Не видя причин продолжать первоначальное противостояние, девушка опустилась на траву перед ним.

– Если бы мы представляли себе реальный технологический разрыв, мы бы не решились напасть, – сказал он угрюмо. – Ты знаешь, что собой представляют твои браслеты и кулон?

– Я вижу, что они делают, – ответила Реви. – Они оберегают меня.

– Четыре устройства – это миниатюризированные кольца Верна, они конвертируют материю в энергию и обратно. С инженерной стороны мы ничего о них не знаем. Наши теории лишь указывают на возможность данного перехода. Кулон – это многомерный кристаллический процессор. Мы экспериментировали с ними, но наши прототипы еще плоские, а в твоём около пяти тысяч граней.

– Что же ты сделала, что никто до тебя не смог? – задумчиво сказал древний.

И Реви, сидя в утренней покрытой росой траве, пересказала ему встречу с Корай и загадочную историю исчезновения расы смотрителя. Древний слушал, изредка кивал, когда ее рассказ подтверждался сделанными им ранее наблюдениями.

После того, как девушка закончила, он предложил: «У меня есть корабль. Мы могли бы начать с туманности Арн. Она как раз за вычищенным радиусом изоляции. Материя и тепловой профиль туманности скроют нашу базу, одновременно будет достаточно ресурсов для закладки первых автономных верфей. Оттуда через релеи и серии других автономных конструкторских платформ мы могли бы начать аккуратно расширять границы, прощупывая пространство зондами глубокого космоса, пока не восстановим причины случившегося или найдем угрозу».

– Как ты считаешь, – спросила Реви. – Кольца Верна смогут продлить мне жизнь?

– Не знаю, могут ли они регенерировать и менять твой организм. Мое собственное «бессмертие» базируется на замене тканей синтетикой, специальный раствор заменяет кровь. В идеальных условия предел такой подмены – 4-5 тысяч лет. На твоем месте я бы исходил из того, что физически ты не изменилась. Если потом окажется, что времени на самом деле больше, то всегда успеешь скорректировать планы.

– Спасибо за совет, – сказала девушка и начала вставать. – В таком случае лучше действовать сейчас, не дожидаясь развития цивилизации до прежнего уровня.

– Согласен, – древний кивнул и направился к челноку. – Если все пойдет по плану, то за полчаса мы будем у корабля и через неделю в туманности Арн. По пути мы можем передать твою информацию остальным. Полагаю, что другие члены Совета действуют также. Сложно сказать, сколько продлится свободное окно, но смена дислокаций существенно увеличит наши шансы как расы. Возможно, кто-то задержится, но в целом людей из подземного комплекса готовили к такому сценарию. Они знают, что нужно делать, чтобы максимально быстро поднять других до технологического уровня, достаточного для выхода в космос.

– Идешь? – спросил древний, заметив, что Реви осталась стоять на поляне.

Девушка смотрела на восход в обрамлении деревьев и хрусталя расы, рассыпанного по траве.

– Нужно попрощаться, – заметила она. – Я заеду в комплекс и переоденусь в мою одежду охотницы, чтобы достойно предстать перед племенем. В конечном итоге я вошла в пещеру и вернулась с дарами богов.

– Что ж, мне необходимо учиться составлять гибкие планы, – казалось, на маске древнего играла улыбка.