Аромат Влечения

Глава 1

Аромат влечения.

‒ Машина подана! ‒ поприветствовал нового пассажира Эмильен. ‒ Куда прикажете ехать?

‒ На лодочную станцию, ‒ ответил старик. ‒ На Куай Д'Азур.

‒ Лазурная набережная. Обожаю это место, ‒ Эмильен нажал кнопку пуска двигателя, и мотор его такси тихонько зашелестел. Он надавил на педаль газа, и автомобиль плавно двинулся с места. ‒ Вы знаете, в детстве я проводил очень много времени на этой набережной. Меня всегда привлекал горячий песок и тамошняя вода. Она вроде как и проточная, но тёплая! Помню, как плескался с дружками там с утра до ночи. Возможно, из меня мог выйти прекрасный пловец, если бы не это… ‒ он оторвал от баранки правую руку и поднял её, показывая пассажиру свои увечья.

Из рукава торчала металлическая ладонь. Он поиграл в воздухе пальцами и вернул её обратно на баранку.

‒ Как же вас угораздило, молодой человек, ‒ проявил интерес клиент. ‒ Простите. Наверное, мой вопрос некстати.

‒ Что вы, я уже и не думаю о случившемся, как о трагедии. Однажды поплатился за свою добродетель. После войны, будучи ещё подростком, я бродил в тех краях в поисках мидий, а нашёл неразорвавшуюся кассету. И нет бы мне пометить это место и пойти за помощью, но я, дурак, захотел её разминировать. А когда достал бомбу из воды, до меня дошло, что я понятия не имею, что с ней делать, и решил выкинуть куда подальше. Вот и выкинул. Одну руку оторвало, вторую ампутировали врачи.

‒ Боже, какой ужас! И как же вам…

‒ Живётся? Да неплохо. После случившейся трагедии, моя матушка продала квартиру, чтобы обеспечить меня первыми протезами. Потом я попытался пойти в машиностроительный колледж, но там сказали, что с такими травмами, как у меня, ни одна из предложенных профессий мне не дастся. Тогда на оставшиеся деньги, мы купили первое авто, и теперь я таксист. После этого моя жизнь поползла в гору: нашлись постоянные клиенты, они привели своих друзей, благодаря чему я сменил машину и протезы. Потом появились ещё клиенты, а с ними и новая машина. Сейчас таксую на вот этом вот красавце ‒ Ситроен Эталон.

‒ У вас очень крепкая сила духа, молодой человек.

‒ Спасибо, ‒ Эмильен повернул налево и попал в старый город, улицы которого составляли довоенные бетонные и кирпичные дома, сменившие гладкие стены новых, полимерных построек. ‒ А кем вы работаете, мсье, простите, не спросил вашего имени?

‒ Француа. Француа Жонсьер. Я, можно так сказать, садовник. Выйдя на пенсию, я забросил все свои дела, и вот уже двадцать лет как выращиваю растения. У меня есть прекрасный сад, в котором я отдыхаю практически целыми днями. Вот и вся моя жизнь.

‒ Интересно. Мсье Жонсьер, а семья у вас есть?

‒ Да, моя дочь. Верене. Прекрасный парфюмер. Наверное, ради неё я и занялся садоводством. Для её экспериментов у меня всегда имеется материал под рукой.

‒ Эх, семья… ‒ вздохнул Эмильен. ‒ А я вот всё никак не могу найти себе девушку. Как только вижу какую-нибудь дамочку, так сразу дар речи теряю. Мычу, как корова, слова сказать не могу.

‒ Эмильен, не расстраивайтесь. Вы молоды и красивы, у вас вся жизнь впереди. Поверьте моему опыту: в этом мире найдётся та, кто полюбит вас таким, каков вы есть. Будь вы даже немым.

‒ Спасибо, мсье, за добрые слова.

‒ А если вы боитесь заговорить с дамой, вам просто надо потренироваться это делать. Первая, вторая, третья посмеются, но четвёртая поддержит беседу.

‒ Наверное.

‒ Никаких «наверное»! Какая леди откажет себе в удовольствии в общении с таким сильным, ‒ садовник положил ему руку на плечо, ‒ молодым человеком!

‒ Мсье, это не мускулы, ‒ усмехнулся Эмильен. ‒ Я соединил протезы синтетическим мостом из искусственных мышц. От плеча до плеча по спине проходит связка волокон. Вся эта структура плотно прилегает к телу, так что с виду, под одеждой, практически ничего не заметно.

‒ Ну и зачем вам это? Протезы ведь прекрасно работают и без этой штуковины, ‒ удивился Француа.

‒ Не знаю, наверное, чтобы громче всех хлопать в ладоши, ‒ засмеялся молодой таксист. ‒ А вообще, у меня просто была возможность это сделать. Ведь кто знает, что и когда может пригодиться?

Эмильен снова повернул налево, заехал в узкий переулок и, спустившись с горочки, оказался на небольшой площади у кирпичной арки лодочной станции. Он припарковался на свободном месте, вышел из авто и открыл дверь своему пассажиру.

‒ Мы прибыли, мсье. Прошу, ‒ Эмильен отвёл в сторону руку, приглашая садовника на улицу.

‒ Спасибо, молодой человек. И за быструю доставку, и за занимательную беседу, ‒ старик достал портмоне и отсчитал положенную сумму.

‒ Благодарю, мсье. Если вам понадобятся мои услуги, звоните в любое время. Удачного дня.

‒ И вам того же.

Француа махнул ему рукой и встал в очередь кассы, находящейся в опоре дальней колонны арки лодочной станции. Эмильен же закрыл глаза и прислушался: «Море. Как я люблю шум волн. Как я люблю его запах! Как я люблю аромат булочек!» Он открыл глаза и поискал взглядом место, откуда исходил чудесный запах выпечки. «Вотре Багетте» ‒ гласила вывеска над другой колонной, место внутри которой занимала крохотная пекарня. Эмильен проглотил слюну и, поддавшись урчанию живота, направился к ней. Продавщицей оказалась курносая девушка в глупой жёлтой треуголке на голове.

‒ Чего желаете, мсье?

‒ М-м-мне п-п-пожалуйста, б-б-булочку, ‒ выдавил из себя Эмильен, вновь поддавшись своему проклятию.

‒ Вам с повидлом?

Он быстро кивнул.

‒ С каким?

‒ С л-любым.

‒ Сейчас сде…

Её слова заглушил визг покрышек и Эмильен, обернувшись, увидел мчащийся под горку минивэн. Водитель, пытаясь справиться с управлением, вывернул руль, и машина перевернулась. Скрипя металлом по дорожному покрытию, она мчалась на застывших в очереди людей.

Не теряя времени, Эмильен сорвался с места и метнулся к ним. В два прыжка он оказался у кассы и, согнувшись в коленях и уперев руку в стену, выставил вторую навстречу грохочущей смерти. Не прошло и секунды, как он почувствовал удар. Под второй его ладонью заскрипели камни, когда железная крыша автомобиля врезалась в металлическую кисть. Кирпичная крошка посыпалась на тротуар, и разведённые в стороны руки поддались неистовой силе неуправляемого автомобиля. Эмильен застонал, когда боль пронзила его грудь, но в этот момент сработал синтетический мост. Делая рывок, из последних сил он оттолкнул перевёрнутую машину.

Эмильен упал на колени, опершись руками о тротуар. В голове стучал набат, а перед глазами потемнело. Он глубоко вдохнул и почувствовал, как чьи-то руки тянут его вверх.

‒ Разойдитесь, расступитесь! Дайте ему воздуха! ‒ кричал знакомый старческий голос.

Эмильен повернул голову и посмотрел на своего благодетеля. Держа его под руку, рядом с ним стоял Француа.

Спустя полчаса они с садовником сидели на лавочке у причалов лодочной станции.

‒ Я даже не знаю, как вас отблагодарить, молодой человек. Быть мне сейчас раскатанным по тротуару, если бы не ваша самоотверженность. Что я могу для вас сделать?

‒ Мне ничего не надо.

‒ Может, денег?

‒ Бросьте, ‒ отмахнулся таксист. ‒ Деньги я сам заработаю.

‒ Но вы ведь могли погибнуть!

‒ Я и тогда мог погибнуть, ‒ парировал Эмильен, сжимая железный кулак. ‒ Мсье, я просто делал то, что должен был сделать.

‒ Спасибо, Эмильен. И прошу, зовите меня Француа.

‒ Хорошо.

Между ними повисло неловкое молчание и тогда старик раскрыл свою потрёпанную барсетку.

‒ Эмильен. Всё же я кое-что хочу вам подарить. Вот, возьмите.

‒ Что это?

‒ Это одна из новых разработок моей дочери. Ароматическое масло с мощным афродизиаком. Его ещё не приняли в работу, но уверяю вас все испытания оно уже прошло. Возьмите.

‒ Зачем?

‒ Эмильен, простите меня, но я стал случайным свидетелем вашего разговора с булочницей. Поверьте, будь у вас в рукаве спрятан козырь, вы бы чувствовали себя намного увереннее, видя, что девушка проявляет к вам куда больший интерес. Возьмите, вам он пригодится.

Эмильен взял в железную руку маленькую скляночку.

‒ А что она делала у вас?

‒ Понимаете, я не случайно поехал сюда, на эту лодочную станцию. Моя дочь просила передать её своему партнёру.

‒ Но…

‒ Скажу, что разбил. Берите.

‒ Ну, ладно, ‒ сломался таксист под напором старика. ‒ Как им пользоваться?

‒ Нанесите по капле на шею с обеих сторон и, всё! Главное, чтобы дама была достаточно близко к вам…

Избранница №1.

Клэр Мюрей была одной из первых его богатых клиенток. Богатой и одинокой. Как ни странно, оба этих достоинства она получила после смерти своего мужа ‒ офицера армии и потомственного аристократа. И вот уже десять лет никто не видел её в обществе другого мужчины.

Сегодня Клэр собиралась на модную вечеринку и, по традиции, набрала номер Эмильена и заказала такси до клуба «Ренайссанс». Туда её следовало доставить быстро, обратно ‒ осторожно. Вот и вся задача.

Эмильен вёл Ситроен, попеременно поглядывая в зеркало заднего вида, но Клер не спешила проявлять к нему излишнего внимания. Она, как обычно, смотрела в окно, не удостаивая его даже мимолётным взглядом. «А может, она не моя? Сколько ей лет? Сорок? Сорок пять? Если так, то у нас разница в возрасте почти двадцать лет! Нормально ли это? Как на нас смотреть будут? И примет ли меня её общество? Но, она богата, а это немаловажно», ‒ мучился он мыслями.

‒ Эмильен, со мной что-то не так? ‒ спросила она, сверля его взглядом через зеркало заднего обзора.

«Ого! ‒ удивился он. ‒ Вот это да! Она первая заговорила! Значит, не обманул старик, действует!»

‒ Н-нет мадам, всё в порядке, ‒ он собрался с духом и продолжил, ‒ я просто х-хотел сказать, вы сегодня необыч-чайно красивы.

‒ Спасибо. Вы тоже сегодня необычайно разговорчивы.

«Да она никак заигрывает со мной!» ‒ подумал он. ‒ Похоже, она порядочно надышалась чудо масла».

‒ Спасибо, мадам, ‒ он немного помолчал, собрался с духом, набрал полную грудь воздуха, и продолжил: ‒ Мадам, я хотел бы в-вам признаться: я часто д-дум-маю о вас.

‒ Неужели?

‒ Д-да, мадам. П-простите меня за наглость, но… Но, что вы делаете з-завтра вечером?

‒ За наглость я вас прощаю, Эмильен. А завтра вечером я иду на выступление своей дочери, ‒ ответила Клэр, чем повергла Эмильена в смятение. ‒ Да, и если вы не хотите потерять эту работу, прошу, не задавайте мне больше подобных вопросов. Вы уяснили?

Она говорила с ним спокойным голосом, лишённых каких-либо эмоций. Видимо, он был не первый, кто хотел так бесцеремонно с ней сблизиться.

‒ Да, я всё понял. Ваш клуб, мадам. Я б-буду ждать вашего выхода н-н-неподалёку.

Избранница №2.

С Элеонор Кох его свели недавно. Один из клиентов дал ей его визитку, и вот он уже везёт эту немку, дочь владельца какой-то частной военно-инженерной компании по улочкам приморского городка.

Элеонор была прекрасна и, как ему казалось, самым очаровательным в ней были её светлые, солнечные волосы. Такими, наверное, представляли немцы свой идеал человека, женщины, когда пошли против всего мира почти полторы сотни лет назад. Теперь же это чудо расположилось на заднем сиденье его автомобиля.

«Вот она ‒ женщина моей мечты! С ней я получу и любовь, и счастье, и смогу по-настоящему самореализоваться», ‒ думал он, поглядывая на неё в зеркало.

‒ М-мадам, к-как прошла ваша в-встреча?

‒ Прекрасно.

‒ Вы подписали к-контракт?

‒ Какой?

‒ Ну, вы же д-д-деловая леди. Я думал…

‒ Вам не нужно думать. Вы здесь, чтобы везти меня.

‒ П-простите, мадам. Могу ли я ещё спросить в-вас?

‒ Попробуйте.

‒ Я знаю одно очень к-красивое место в этом г-городе. Скажу вам честно, такой к-красоты нет нигде во Франции, да и в Г-г-германии тоже. Если в-вы не заняты сегодня вечером, м-могу ли я рассчитывать свозить вас туда, дабы…

‒ Вы с ума сошли? Кто я вам, а? Какая-то дёрнен? Да за кого вы меня принимаете?

‒ П-простите мадам, я думал, вы не прочь отдохнуть от т-тяжёлых т-трудовых будней…

‒ Мсье Эмильен! Если вы не видите, я ‒ деловая женщина, и у меня нет времени на всякую чушь! Если вам так хочется отдохнуть после работы, идите во фрёденхаус и там отдыхайте! Вот, ваши деньги, можете потратить их все! ‒ и с этими словами она вытащила несколько купюр большого достоинства и кинула их через спинку переднего сиденья.

До конца поездки никто из них не произнёс ни слова. Эмильен боялся посмотреть на неё в зеркало заднего вида, а фрау сидела плотно сжав губы и скрестив руки на груди, всем своим видом показывая, что более она не произнесёт ни слова.

‒ Больше мы с вами не увидимся, ‒ прошипела она, и со злостью хлопнула дверью Ситроена, отказавшись от помощи растерянного Эмильена.

Избранница №3.

Розин Вилларе была младшей дочерью Адриана Вилларе ‒ местного торгового магната, владевшего небольшой сетью магазинов и недавно прикупившего парочку рыболовецких судёнышек. Видимо, с делами у него всё было хорошо.

И с дочерью тоже. Молодая восемнадцатилетняя девчушка отличалась игривым характером и незаурядной красотой, и больше всего Эмильену нравились её огромные зелёные глаза. Вкупе с коротко стрижеными волосами они казались просто необъятными на её худощавом личике.

‒ Погнали, Терминатор! ‒ пошутила Розин, когда забралась на заднее сиденье его такси.

‒ С-слушаюсь, мадам! ‒ отчеканил Эмильен и утопил педаль в пол.

С визгом резины машина рванула с места, и из-за спины он услышал одобрительное: «Юу-у-ху-у!». Эмильен улыбнулся: «Этой девчонке нравится экстрим, а я могу быть очень экстремальным!»

Он гнал по дороге, играя в «шашечки» с другими автомобилями, а довольная Розин жмурилась, подставляя встречному ветру свою мордашку.

‒ Н-нравится?

‒ Что?

‒ Я говорю, нравится?! ‒ перекричал он завывания ветра.

‒ Ага! Здорово!

‒ А д-давай покатаемся сегодня по м-магистрали, а? Вот там настоящая скорость!

‒ Что ты сказал?!

‒ Я говорю, давай погоняем по б-большой дороге! Сегодня вечером!

‒ Закрой окна!

Он послушно выполнил её желание.

‒ Я чего-то не расслышала. Ты эт чё, меня клеишь штоль?!

‒ Я?!

‒ Да-да, ты, Железный Дровосек? Думаешь, натёр своё корыто до блеска и можешь теперь девочек клеить, да? Вон как старался, аж руки по плечи стёр, бедняжка!

‒ Послушай, я не хотел тебя обидеть, ‒ он проглотил оскорбление.

‒ Меня обидеть? Это ты то?! Да ты ‒ чучело! Нищеброд! Ка-ле-ка! Кому ты нужен? Возишь нас ‒ людей, и думаешь, что тоже стал человеком? Ха-ха! Останови своё ведро, мне противно тут находиться. Тормози, осёл, а то я отцу позвоню! Потом по всему городу будешь свою колымагу собирать!

Эмильен послушно припарковался у обочины и дождался, когда Розин выйдет. Покинув салон, она подошла к передней пассажирской двери и просунула голову в окно:

‒ Держи свои деньги! ‒ Розин бросила в него несколько купюр, не забыв «приправить» их монетами, попавшими ему в лицо. ‒ Может, бизнес когда-нибудь откроешь и станешь человеком. А пока ‒ помой свою машину и изнутри. Воняет ужасно!

Она отошла в сторону и достала телефон. Эмильен протёр шею и принюхался к запаху ‒ пахло ароматическим маслом, подаренным ему садовником.

‒ Вот чёрт, ‒ выругался он и взглянул на Розин.

‒ … ага, забери меня отсюда, а то этот имбецил мне ва-а-аще, такое предложил! Да не надо его бить, он и так на голову дурной…

Спустя 2 часа.

‒Да пошло оно всё! ‒ выругался Эмильен, разбивая пузырёк о мостовую лодочной станции. ‒ Проклятый садовник, выставил меня дураком! Что б ему ещё сто лет прожить! ‒ он сел на лавку и схватился за голову.

‒ Привет, ‒ Эмильен вздрогнул, когда сбоку от него раздался женский голосок.

‒ Привет.

‒ Ты ведь тот парень ‒ Эмильен, который спас тогда людей от автомобиля, да?

‒ Да… А ты та булочница из «Багета»?

В ответ она улыбнулась, и он увидел милые ямочки на её щеках.

‒ Скажи, ты ведь пришла, потому что учуяла этот запах?

‒ Запах? Нет. Я тебя увидела и решила… поздороваться. Но и пахнет приятно. Это шалфей?

‒ Не знаю, возможно. Мне один старикан подарил.

‒ А можно мне присесть?

‒ Да-да, конечно, садись. Я ‒ Эмильен.

‒ Арин.

‒ А ты знаешь, у тебя очень красивые ямочки на щеках, когда ты улыбаешься…

И она улыбнулась.