Альтерна

Разорванная цепь

Эмбриомеханические яйца локомотивов лежали в синтхитиновых ячейках. Свет служебного плафона проникал сквозь полупрозрачные стенки, играл в желтоватой питательной жидкости. В глубине темнели зародыши - небольшие, с кирпич размером.

Виталий выглянул в окно. На веере стояли взрослые машины - тёмно-зелёные, приземистые, словно замершие перед прыжком.

Пять штук. Плюс десять тут, в инкубаторе... Недостаточно. Даже сейчас недостаточно. А ведь ГОК-2 введут со дня на день!

От размышлений Виталия отвлёк звонок коммуникатора.

- Слушаю.

- Значит так. Наноассемблеры для рембазы уже в пути. Готовьтесь принять состав, номер рейса... - голос замялся, зашуршали листы бумаги - Так вот, номер диктую. Восемь-шесть-девять-пять. Повторить?

- Не надо. Запись сам разберу.

Пискнул сигнал отбоя. Экран подёрнулся голубоватой дымкой и погас.

Осталось проверить сам РК. Он сможет обслужить девять машин за смену, а в исключительном случае и произвести с нуля... Ну, допустим, вагон электрички. Или хоппер. Или даже маневрового шантера - если, правда, его не выделит завод.

***

Стройплощадка словно бурлила. Глинистый, влажный грунт кишел миниботами. Биологическими или кибернетическими? В последнее время это потеряло всякое значение...

Виталий посмотрел на будущий корпус. В широких окнах вспыхивали огни электросварки. Над кружевами каркаса верхних этажей роились дроны - крохотные, размером с муху "Турканы", похожие на стрекоз "Альмы", круглые "Альбатросы" с хромированными клешнями манипуляторов. По приставной лестнице вбежал нагруженный мешками с цементом Р-1850. Вот андроид скрылся в проёме будущей лифтовой шахты, и по бетонным стенам метнулся мертвенно-бледный круг кристалльного света.

Возле горы белоснежного амнатиевого песка стоял ощетинившийся множеством антенн блок управления. На его эмалированном выносном пульте вспыхивали огни индикаторов.

К тридцатым числам будет готов...

"Всё же быстро сейчас строят" - мелькнула непрошенная мысль - "Ведь в начале Эры Экспансии было как - сначала котлован отроют, потом из панелей смонтируют само здание... А теперь сначала каркас по молекулам соберут, а затем вокруг него перекрытия, стены... И не за месяц, а неделю!"

Внезапно всё замерло. Мерный шум оборудования оборвался, повисла вязкая тишина - словно кто-то нажал тревожную кнопку.

Сбои аппаратуры случались нечасто. Всё же эпоха интегральных микросхем, печатных плат и цифровых ЭВМ прошла ещё сорок лет назад, но... Но и современные станки, станции, блоки и модули всё так же могли дать слабину.

Коммуникатор по мыслесигналу вошёл в программу-диспетчер. Изумрудные строчки логов зажглись на двухмерной голограмме. Взгляд зацепился за последний "сэйвстэйт". Двадцать шестое июля девятнадцатого года, одиннадцать часов - три минуты. То, что надо!

Слова пропали, высветилась картинка со сканера. Что-то большое лежало возле котлована под пристройку, аккурат на глубине заложения коммуникаций.

"ОБНАРУЖЕНАЯ МАТЕРИАЛЬНАЯ АНОМАЛИЯ, НЕСОВМЕСТИМАЯ С ГЕОЛОГИЧЕСКИМ ФАЙЛОМ. ЗАПРОС РЕШЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА" - гласила подпись.

Запрос решения...

По Уставу нужно исследовать эту штуку. Мало ли - вдруг обломок древнего спутника?

***

В зеркальном корпусе бронекапсулы отражалась закатная звезда. По размеру находка была похожа на унифицированную вычстанцию, если, конечно, не считать странных кронштейнов и розеток на дне. Заводская табличка нашлась на "левом" склоне. Прочитав её, Виталий обомлел.

"Тихвинский радиозавод. Кибернетический носитель Разума, тип НРК-23М. Сделано на Земле. 2124 г."

Носители Разума только начали разрабатывать. Идею подсказала довоенная книга из библиотеки станции "Автово" - в повести древнего американского фантаста, то ли Маркрафта, то ли Лавкрофта был описан похожий аппарат.

Но как в котлован попал этот самый НРК, причём собранный через пять лет!?

Неожиданно прибор включился. Три красных индикатора моргнули, и в воздухе повисла голограмма. Голограмма, словно зеркальное отражение похожая на Виталия!

- Не беспокойся. Я - резервная копия тебя.

- Р-резервная? Но... Но как!?

- Тут всё просто. Только выслушай меня. И не думай о Грани. Понял? А я всё растолкую...

...Так вот. Корпус рембазы достроили к тридцать первому июля. Тогда же и пустили депо. Пятнадцать "Леопардов" повели товарняки к ГОКу и от него на космопорты, во все концы побежали электрички, закипел вокзал.

Всю работу выполняли киберы, главный искин сильно не шалил... Делать нечего, словом.

А в один прекрасный день привезли мне локомотив. Что это такое было - и сейчас не понимаю. Внешне он походил на откапиталенный вусмерть "Молох", причём откапиталенный не ассемблерами, а дрелями, сварочниками, гвоздемётами, мотками изоленты, рулонами мягкого синтхитина и листами железа. И не откалиброванными роботами, а хламьём под управлением пьяного агропромовца. Там даже дыры от ржи заварили заплатками и прокрасили баллончиком!

Я и говорю:

- Эту рухлядь только на дизассемблер тащить! Пошлите уже весточку своему предприятию.

Мне не отвечают. Смотрю - в кабине никого. Он под своей вычстанцией ехал, представляешь!

Ну и достал я тестер. А там там радиация - во! Фонит, как от реактора в Чернобыле. А потом...

- Что потом?

- Увидел листок бумаги на кресле машиниста. Вытащил манипулятором, и, если честно, чуть в обморок не упал. Там было написано, как сейчас помню, про Альтерну.

- Альтерна? - спросил Виталий, пытаясь вспомнить, где он слышал это слово.

- Зеркальное отображение нашей жизни. Другая цивилизация, похожая и не похожая на нас. Учти - скоро, осенью, будет... - НРК замялся, затем продолжил - Прорыв параллельной реальности в нашу жизнь.

***

Начальник Службы Безопасности сидел за просторным дубовым столом.

- Вы понимаете, что нашли? - спросил он, включив массивную лампу с продолговатым плафоном зелёного стекла.

- Устройство. Носитель Разума из будущего. И там был я, который сообщил...

- Сообщил ценнейшую информацию. Теперь нам надо разорвать временную петлю. Сделать так, чтобы история пошла по другому пути.

- Но... Как?

- Просто. Ваше дело небольшое. Делайте всё, как умеете. А мы предотвратим прорыв.

Из кабинета Виталий вышел в растерянности. Спускаясь по просторной мраморной лестнице, он пытался понять смысл сказанного. "Как умеете"... А если всё равно на рембазу подойдёт тот радиоактивный "Молох"?

***

За окном ярко светила звезда. Поляризационная плёенка отсекала спектр, и в комнату не проникал осенний жар. Инфосетевой терминал стоял на тумбочке. Над его синтхитиновым корпусом висела голограмма - по Витолине-2 крутили древний, ещё довоенный детективный сериал.

Книгу читать не хотелось. Роковую цепь событий нужно с гарантией разорвать. Разорвать...

Протяжный гудок разнёсся по вееру. Виталий выглянул в окно, и в ужасе отпрянул.

Перед въездом на рембазу стоял локомотив. Его лобовые стёкла были закрыты проржавевшими противокамневыми решётками. На "юбке" желтели закрашенные заплатки, а металл кузова казался смятым и измазанным гуашью листом бумаги. Погнутый прожектор над кабиной тускло светился.

Это был "Молох" - древний, снятый с производства ещё пять лет назад газотурбовоз. Рабочая лошадка колонизационных бригад...

"Что делать!?" - роились в голове несвязные мысли - "Получается, история всё равно пошла по заложенным паттернам!"

Внезапно на крыше складского корпуса что-то сверкнуло. Яркий, похожий на огромную световую линию трассер метнулся к локомотиву, и по округе разнёсся мощный хлопок. Ударной волны не последовало, не последовало и яркого пламени - подъездной путь попросту опустел.

"Ничего себе!" - подумал Виталий - "Удалось ли переписать будущее?"

Пцедасквие

Пцедасквие. Это слово не давало искину узла связи покоя - оно манило, оно очаровывало своей бессмысленностью.

УС-601 задумался. Он разделил своё сознание на две части - и пока через одну проходили терабайты информации, вторая пыталась понять смысл.

Пцедасквие. Ну должно же оно хоть что-то значить!

"Ладно, разберём его..." - пролетела мысль в капсуле нейромашинной вычстанции.

Но ничего не вышло. Подпрограмма анализатора выдала ошибку - слово банально не соответствовало нормам ни одного языка.

"Пцедасквие, пцедасквие..." - роились мысли - "Да что же оно означает?"

Внезапное озарение зажглось на одном из глубинных участков нейромашинной сети.

Dusk! Сумерки! Вот он, корень!

"А причём тут сумерки?"

Массив данных, включавший это слово, пришёл ровно в полдень. Хотя...

"Нет, тут связи нет. Почему я вообще так подумал? Нет! Пцедасквие пцедасквиет пцедасквие. Пцедасквием пцедасквит пцедаск..."

Вычстанция начала перегреваться. Заработали охладители - сначала нормальные, потом резервные. Но ничего сделать они не смогли - уже через минуту из вентиляционной решётки повалил белый дым.

***

Пцедасквие. Это была единственная надпись, которая горела на маршрутоуказателе троллейбуса. Егор Павлович Ольгин, техник депо, уже битый час пытался разобраться с бортовым компьютером старенького "Дуная-891" - причём совершенно безрезультатно.

Снова пальцы забарабанили по клавиатуре сервистула. Снова по голограмме пошли строчки логов - вернее, одна и та же строчка:

"ЗАПРПАМ: ОСНБЛОК. ИНФ=пцедасквие"

- Чёрт побери - выругался Егор - Да что это слово значит?

Неожиданно глухо щёлкнул автоматический выключатель. Погасли индикаторы диагностической панели, замолк гул атмосферного генератора электричества.

"Опять!" - промчалась мысль - "Похоже, это вирус"

Ольгин вынул из кармана наручный коммуникатор, и набрал номер начальника депо.

- Валерий Павлович Горьков слушает.

- У нас хакерская атака. Одно слово везде - какое-то "пцедасквие".

- Пцедасквие... - процедили на том конце - Никогда с таким я не сталкивался.

***

Стоявший на просторном столе из синтетического дуба рабочий коммуникатор зазвонил. Максим коснулся сенсора, и ответил:

- Слушаю.

- Пце-даск-ви-е - по слогам произнёс странный, потусторонний голос.

"Чего?" - промчалась мысль - "Кто тут шутки шутит?"

- Прекращайте уже своим юмором заниматься.

- Пцедасквие! Пцедасквием пцедасквиет пцедасквию в пцедасквии!

Максим положил трубку. Розыгрыш, определённо, был очень странным.

***

Над Благовещенским НИИ спецсистем взошло солнце. Оно скользнуло сквозь оконное стекло, осветило стоявшие на полке вычстанции.

Юрий Городец воткнул штепсель инфосетевого терминала в розетку, и зажал клавишу включения. Замерцала над синтхитиновой крышкой голограмма, зажглась проекционная клавиатура.

"Артель "ПЦЕДАСКВИЕ". Операционная система "ПЦЕДАСКВИЕ-76" - высветилось на загрузочном экране.

Реакция была рефлекторной. Негромко щёлкнул тумблер - и прибор выключился.

Юрий выдвинул ящик стола, вынул отвёртку, и открыл корпус побитой жизнью "Голконды". Заблестел свет от мощного потолочного плафона на стеклянной капсуле с нейромашинами.

Парень отключил разъём блока памяти. Следом он подпаял к контактным площадкам проводки от защищённого компьютера - и надел кибершлем.

- Пцедасквие - прозвучал молодой баритон - Вас вызывает Пцедасквие.

- Вы кто?

- Я Пцедасквие. Я Слово. Я Пцедасквие. Я Слово...

Юрий сорвал с головы шлем. Нет - это определённо вирус, причём очень опасный.

***

Йоа вышел из физического мира.

- Контакт с Разумом возможен? - спросил Зо.

- Нет. Пусть они и колонизировали Инфопространство, но до нашего уровня не дошли.

- Но ведь пцедасквие...

- Это был плохой скафандр - отрезал Йоа - Мы правильно поняли, что им нужно слово, что простое сжатое инфосообщение не канает. Но миссия всё равно потерпела крах.