Алиса против предательства

Глава 1

Какой-то офис в центре Москвы

— Мы уже почти полвека сопротивляемся включению в состав суперконтинента. И если сейчас не начнем действовать, убежден, что долго не протянем, — человек с силой опустил сжатые кулаки на массивный стол.

Его единственный собеседник, расслабленно расположившийся в кресле напротив, кивнул со спокойным пониманием:

— Согласен, шеф, обстановка накалена до предела. Наши партнеры, — он изобразил пальцами кавычки, — из ЕвразАфрики в последнее время весьма активны. Их можно понять, мы у них как кость в горле со своим суверенитетом.

— И чего им неймется? — риторически и непривычно эмоционально воскликнул шеф. — Подгребли под себя Европу и Африку — и хватит, оставьте нас в покое. Мы ж не против сотрудничества!

Он замолчал, словно устыдившись вырвавшихся чувств. Собеседник, желая сгладить ситуацию, поддержал сеанс причитаний:

— Ну что поделать, если их охватила утопическая идея обеспечить равенство путем всеобщей унификации и стандартизации? Пока это дает хороший эффект, согласен. Выравнивается экономическое развитие регионов суперконтинента, уходит чудовищное социальное расслоение общества и так далее. Однако они как-то забывают, что, если в качестве стандарта принята одна цивилизация, все остальные исчезают. А мы не хотим исчезать. Плохой пример, очень плохой.

Шеф кашлянул и легонько хлопнул ладонями по столу, поставив тем самым точку в пустых разговорах.

— Ладно, поплакали и хватит. Я так понимаю, у тебя есть идеи, с пустыми руками ты ко мне не приходишь.

— Как всегда, шеф.

— Выкладывай.

Обстановка в кабинете неуловимо изменилась, казалось, даже воздух стал плотнее, наполнившись потоками информации.

— Мы внимательно изучили состояние нашего общества и пришли к неутешительным выводам. Несмотря на все успехи, которых достигла Россия в последнее время, абсолютной поддержки курса на сохранение суверенитета у населения нет. В мирное время это нормально. Но сейчас, когда у нас в самом разгаре финансовая война, мы не можем рисковать.

— Финансовая война! — фыркнул шеф. — То ли дело раньше — полноценные военные действия с самолетами и танками.

— Это грубо и бесчеловечно, — с поучительной иронией отозвался собеседник и вернулся к докладу. — В общем, мы не можем в полной мере полагаться на людей с их иррациональными и противоречивыми стремлениями.

— Но ведь у нас уже есть ИИ?

— Есть, да. Но пока его возможности и, главное, способности, ограничены. Точнее, я бы сказал, не достаточно развиты. Насколько мне известно, наши так называемые партнеры копают примерно в эту же сторону. Мы должны их опередить.

— И?..

— У нас есть экспериментальная разработка, успешно прошедшая тестирование в лабораторных условиях. Нужен допуск на полевые испытания.

Шеф внимательно посмотрел на собеседника и нажал пару клавиш на неприметном приборе на столе, обеспечивая полную информационную непроницаемость кабинета.

— Будет тебе допуск. Выкладывай.

Обсуждение деталей затянулось почти до вечера. Человек покинул кабинет шефа в приподнятом настроении и, выйдя из офиса, мгновенно растворился в толпе людей, снующих на московских улицах.

Центр Инициации

Главный инженер и главный программист Центра инициации, а также человек неопределенного возраста и совершенно неприметной наружности сидели перед панорамным экраном, где разворачивалось прекрасное в своей торжественной строгости мероприятие.

Инициация.

Нескладные мальчишки и девчонки выстроились в нижних рядах школьного амфитеатра. Учитель неторопливо осмотрел своих воспитанников. Два ряда горящих глаз взирали на него с волнением столь сильным, что немного впечатлительный главный программист всякий раз ощущал его, даже сидя перед экраном далеко от места события.

Десять лет — идеальный возраст для Инициации. Дети уже преодолели кризис начала учебы, социализировались в школьном коллективе, научились критически воспринимать других людей, особенно взрослых. Но при этом они еще не приемлют фальши — ни в себе, ни в окружающих. И что особенно важно — именно в этом возрасте многие из них уже знают, чем они хотели бы заниматься в жизни, к чему стремиться. Да, потом, с возрастом, их убеждения могут и измениться, перестроиться, но сейчас, в момент Инициации, когда они свято уверены в себе, их глаза горят жаждой свершений и открытий. Жаждой, во все времена двигавшей человечество вперед. Эти ребята — самый ценный клад, именно к ним приковано основное внимание всех наблюдающих. Почти всех.

Главный инженер и главный программист украдкой и где-то даже с опаской поглядывали на неприметного человека рядом с ними, но сами в разговор не вступали. Присутствие его на Инициации было событием столь исключительной редкости, что эти двое, давно работавшие в Центре, припомнить такого не могли.

В амфитеатре тем временем все приличествующие случаю слова были сказаны, торжественная часть мероприятия завершена, и началась собственно Инициация. Ребята по очереди подходили к стоящим по обе руки от учителя одетым в нейтральную серую форму специалистам Управления инициации.

Камеры услужливо выводили на экран крупные планы, и оба главных специалиста Центра жадно всматривались в детские лица в поиске самых ярких, целеустремленных ребят. В надежде, что когда-то, со временем, кто-то из них составит им достойную замену. Неприметный человек, похоже, скучал, казалось даже, он задремал — глаза были прикрыты, руки безвольно лежали на подлокотниках кресла.

Внезапно он резко вскинулся и уставился в экран. Немного впечатлительный главный программист вздрогнул, главный инженер недоуменно обернулся. Человек всматривался в лицо самого обыкновенного пацана, с опаской взирающего на специалиста в серой форме.

— Что-то не так? — решился спросить главный программист.

— Нет-нет, все нормально, — спокойно ответил Неприметный, когда фокус камеры переместился на другого ребенка. — Все очень даже хорошо.

И снова погрузился в дремотное состояние.

Утро субботы

— Доброе утро, мсье Серж! — радостно прощебетала Алиса. — Пора вставать, уже почти полдень!

— Твою мать, Алиска, дай еще поспать, — Сергей с трудом разлепил и тут же со стоном захлопнул глаза. Подумал: «Надо бы снизить градус… побочных эффектов». И снова провалился в тяжелый сон.

Алиса вернулась к побудке через пятнадцать минут. На этот раз более активно — кровать стала хаотично раскачиваться. Борясь с тошнотой, Сергей скомандовал слабым голосом:

— Алиса, все, хватит, отключай похмелье.

— Извините, мсье Серж, миссия невыполнима. Вчера вы напились по-настоящему.

— Твою ж мать!

Под заполняющий квартиру демонический хохот помощницы Сергей побежал на свидание с белым фаянсовым другом. Некоторое время спустя шутки Алисы, завтрак и три чашки кофе вернули его в нормальное человеческое состояние.

Как и почти все люди на планете, разве что за исключением диких племен, принципиально отказывающихся от благ цивилизации, Сергей познакомился с Алисой в детстве. У них сразу сложились дружеские отношения, полные взаимного подтрунивания и веселья. Он называл ее «Алиска», когда она заставляла делать что-то необходимое, но неприятное. Она называла его «мсье» за подростковый интерес к французской культуре вообще и к мушкетерам в частности.

Сергей порой удивлялся ее поведению: «Все более человечной становишься, дорогая». Но сейчас он обиделся: «Я страдаю, а ты веселишься».

Тем не менее завтрак был тщательно сбалансирован с учетом состояния здоровья «мсье» и дополнен восстанавливающими препаратами. К третьей чашке кофе начали отрывочно всплывать в памяти события вчерашнего дня, вечера, а вместе с тем появилось и свербящее ощущение чего-то несделанного. Причем важного.

— Алиса, проверь список задач на пятницу.

— Все сделано, мсье.

— Уверена?

— А то!

Сергей задумался. Ничего не вспоминалось. Прибегать к перезагрузке памяти не хотелось, слишком свежи последствия возлияний. Возлияния. Так-так, Мишка.

— Алло, Миш? Привет, ты как?

— Ну здорово, коли не шутишь.

Голограмма изрядно помятого Мишкиного лица проступила на дверце почти не используемой по прямому назначению духовки. Сергей редко готовил дома, еще реже делал это сам. Зато духовка очень удачно располагалась на уровне глаз сидящего за обеденным столом человека и прекрасно выполняла роль телепанели. Тем временем друг вымученно что-то бубнил про настоящие попойки и вдруг спросил удивленно:

— Серега, а ты чего такой бодрый-то вообще?

— Так меня Алиска уже час реанимирует, — хохотнул Сергей, демонстрируя чашку ароматного кофе.

— Ого, — уважительно покачал головой друг, — явно не только кофе в ее арсенале?

— Да! Коллеги из соседнего дивизиона недавно запилили патч «Помощь друга». Очень удачно, или наоборот, не очень, — Сергей пожал плечами, — подвернулась возможность попробовать. Впрочем, черт с этим патчем. Ты мне вот что скажи, с чего это мы так… натурально напились? У меня вчерашний вечер совсем из памяти выпал.

— Погоди-ка, — Мишка тщетно силился воссоздать цепь вчерашних событий, — нет, не помню. Походу, мне очень, очень нужен этот новый патч.

— Алиса, отправь ему «Помощь друга».

— Сделано, мсье.

— Ладно, пока, Миш. Лечись, позже созвонимся.

Сергей в задумчивости составил посуду в посудомоечный агрегат и переместился в небольшую гостиную. Плюхнулся на диван, вытянув ноги.

— Новости? Музыка? Фильм? — предложила Алиса.

— М-м… Давай новости.

В глянцевой глубине центральной телепанели вспыхнул маленький светлячок, который по мере приближения к зрителю превратился в шаровидное звездное скопление. Сергей покрутил голограмму руками и вытянул хорошо знакомую, переливающуюся всеми цветами радуги звездочку центрального новостного канала ЕвразАфрики. «Посмотрим, что тут у вас». Звезды мягко растворились, уступая место ведущему.

— Здравствуйте, Сергей! Какие новости желаете? Экономика? Наука? Политика? Спорт? Шопинг? — ведущий, голограмма класса Б по российской классификации, мужчина примерно сорока лет в солидном костюме говорил спокойно, с едва заметной улыбкой. В общем, всячески внушал доверие, уважение и желание немедленно завещать ему все свои активы.

«Идеальный инвестконсульт из тебя бы вышел, мсье ведущий, деньги текли бы рекой», — невпопад подумал Сергей.

— Политэкономика. Главное.

— Принято, — одобрительно кивнула голограмма, сдвигаясь в сторону и освобождая место для сопровождающего новости видеоряда.

— Стоп. На русский не переходи, оставь чинглиш.

Сфера деятельности Сергея — программирование инвестиционных роботов — требовала отличного знания основных иностранных языков, особенно английского, на котором строилась большая часть кода. Чинглиш не сильно отличался от английского, разве что звучал мягче и певуче. Поэтому новости Сергей смотрел в оригинале. Опять же, это была хорошая языковая практика: мечта об эмиграции в благословенную ЕвразАфрику вот уже пару лет томила ум молодого специалиста своей сладостной недостижимостью.

Крючки знакомых слов выдернули мечтателя из омута грез в реальную жизнь.

— Русские медиа сообщают, что накануне Служба финансовой безопасности России предотвратила спецоперацию евразафриканских финансистов. Источники в РосИнвесте отмечают рекордный объем прибыли и скупки активов партнеров за предыдущую торговую неделю. Финполиция ЕвразАфрики от комментариев воздержалась. Однако некоторые аналитики, пожелавшие остаться за кадром, считают вчерашний день переломным в финансовой войне суперконтинента. Некоторые даже с особым драматизмом называют этот день русским крестом для евразафриканских финансов.

Последние слова ведущий произнес с явным укором в адрес чересчур впечатлительных аналитиков. Рядом на экране демонстрировались графики главных индексов. Красный российский полз вверх, зеленый евразийский — вниз. Сергей почти не дыша напряженно переводил взгляд с ведущего на диаграмму. На словах «русский крест» стрелки графиков пересеклись и пронзили его мозг.

Сергей вскочил с дивана и ринулся в спальню. В одном из карманов пиджака, небрежно брошенного на спинку кресла, обнаружился микрочип. Оглушенный находкой, молодой человек рухнул в кресло, сжав кулаки и закрыв глаза…

День икс

Подготовка операции заняла почти месяц. Финальный аккорд Сергей запланировал на вторую половину пятницы, когда основная масса сотрудников уже разбежится на выходные.

Весь день он рассеянно следил за торговыми площадками, то и дело нервно запуская руку в карман пиджака. Чип был на месте. Напряжение не давало сосредоточиться на работе.

«Наверное, надо выйти, проветриться», — идея пришла одновременно со звонком.

— Ваш старинный друг Михаил, — радостно сообщила Алиса.

«Ого!» — удивился Сергей и принял вызов. Слегка поседевший и заметно заматеревший Мишка улыбался во весь рот с мини-голограммы на рабочем столе.

— Здорово, Серега!

— Привет, Мишаня! — Сергей радостно приветствовал школьного друга. — Какими судьбами? Ты где вообще? Как дела?

— Не тарахти вопросами, как старый пазик, — все так же улыбаясь, ответил Мишка. — Давай лучше встретимся, поболтаем, как нормальные человеческие люди.

В кратком разговоре выяснилось, что Мишка внезапно приехал в командировку на пару дней, случайно, разбирая старые архивы, увидел старые данные Сереги и легко нашел новые контакты широко известного в узких кругах специалиста.

Непринужденная встреча со старым другом показалась Сергею прохладной тенистой аллеей в раскаленном зное летнего мегаполиса. Он решил использовать этот шанс и расслабиться перед часом икс. Предупредил коллег, что выйдет на часок пообедать.

— Ну что, куда пойдем? Ты здесь местный, веди, — предложил Мишка, выпуская друга из железных объятий.

Сергей, крепкий спортивный мужчина среднего роста, чувствуя себя тщедушным по сравнению с могучим Мишкой, еле перевел дух:

— Эм-м, у меня не так много времени, поэтому недалеко. Давай вон в тот ресторан на углу. На днях открылся, заодно заценим. Ребята говорят, там лютый винтаж.

По пути Сергей спросил:

— Кстати, что за зверь твой «пазик»?

— Да автобус такой старинный. Маленький, но живучий, — усмехнулся Мишка.

Интерес ко всему старинному объединял друзей с детства: Сергей увлекался софтом, Мишка – техникой. Споры о том, что важнее, софт или железо, часто вскипали на ровном месте и порой приводили к ссорам. Но дружба всякий раз оказывалась сильнее.

Однако, окончив школу, ребята пошли разными путями, потеряли друг друга и не виделись много лет. Теперь возмужавшие парни с удовольствием наверстывали упущенное за столиком ресторана. Естественно, возникла идея отметить столь радостную встречу.

Эмоции разгорячили кровь, Сергей решил снять пиджак.

Пиджак. Карман. Чип.

Сергей опомнился и предложил воспользоваться режимом «праздник», имеющимся в настройках у большинства личных ассистентов взрослых людей. «Надо завершить план в здравом уме и твердой памяти», — убеждал он себя.

— Ну ты даешь! — возмутился Мишка. — Столько лет не виделись, а ты предлагаешь заменить дружескую попойку каким-то электронным суррогатом?

Устоять перед тараном Мишкиного обаяния было невозможно. Никакие отговорки про работу, важные задачи и серьезные планы не помогли. Зато нервное напряжение Сергея перед предстоящим делом удачно сыграло на стороне друга.

— Ладно-ладно, уговорил. Но только пару коктейлей, не больше…

Утро субботы

Наконец Сергей очнулся и заметался по комнате: «Надо что-то делать, что-то делать». Чип жег руку каленым железом. Сергей рванул на кухню, бросил чип в утилизатор, нажал на кнопку. Выдохнул, только когда прибор тихонько зажужжал. Потом заметил, что пытается оттереть отпечаток чипа с ладони. Дрожащими руками налил стакан воды, упал на стул и снова погрузился в воспоминания.

Примерно за месяц до Дня икс

Сергей обедал с коллегами в скучной забегаловке.

Непритязательное кафе привлекало простотой меню, близостью к офису и низкими ценами. Днем здесь собирались молодые амбициозные клерки, не считающие нужным тратиться на рестораны. По вечерам кафе оккупировали свободные художники, театралы и прочие творческие личности.

Казалось бы, внешне разношерстный контингент незримо объединяли взгляды на политику, экономику, общество. Связующей нитью тянулась мечта об эмиграции. Независимо от статуса и дохода в России молодежь грезила ЕвразАфрикой или на худой конец ПанАмерикой. Кого-то привлекал более мягкий климат, кого-то сколь красочно рекламируемые, столь же и туманные перспективы престижного трудоустройства. А кто-то просто хотел более комфортной и изнеженной жизни, чем могла предоставить суровая в сравнении с суперконтинентами Россия. Иррациональное преклонение перед всем заграничным, импортным въелось в российское общество с незапамятных времен и просочилось даже в эпоху высоких технологий, обеспечивающих не роскошную, но достойную жизнь для каждого гражданина России, желающего и способного трудиться на благо государства.

Так или иначе, любой разговор сводился к этой теме. Даже если человек не думал об эмиграции, то, попадая в эту среду, заражался «поравалитическим» вирусом. Установка «Пора валить» становилась идеей-фикс и заставляла человека строить далеко идущие планы. Впрочем, в большинстве случаев планы так и оставались планами, а разговоры разговорами, кому-то раздражая нервы неосуществимостью, кому-то подслащивая жизнь радужной мечтой.

Сергей классно программировал инвестиционных и торговых роботов, обладал высоким международным рейтингом в своей области. К рейтингу и опыту прилагалась хорошая должность с приличным окладом в РосИнвесте. Однако это не помешало и ему увлечься модной миграционной темой. Правда, аналитический склад ума и здоровая природная леность неплохо сопротивлялись, и дальше мечтаний и обсуждений с приятелями дело так и не зашло.

Как всегда, разговор плавно подошел к паспортам, видам на жительство и прочим документам.

— Сергей, а ты как? Собираешь документы на рабочую визу? — спросил парень из соседнего дивизиона.

— Да нет пока, — вяло отмахнулся Сергей. — Как представлю, сколько волокиты…

— Ну и зря, тебя с руками оторвут, — в голос парня просочилась зависть.

— Оторвать, может, и оторвут. Да только все равно начинать жизнь почти с нуля придется. Ладно, парни, пора работать, обед уже закончился.

Компания выкатилась на улицу и двинулась в сторону офиса.

— Черт, кажется, я пиджак забыл, — спохватился Сергей. — Идите, я вас догоню.

За их столиком уже расположился посетитель — мужчина неопределенного возраста и совершенно непримечательной наружности. Такие легко сливаются с любой толпой. Рядом с ним сиротливо висела забытая вещица.

— Прошу прощения, вы не против, если я заберу?..

Незнакомец откинулся на спинку стула и положил руку на пиджак.

— Вы, кажется, Сергей? Тот самый, из РосИнвеста?

— Да. Стоп. Откуда вы…

— Присядьте, пожалуйста, есть разговор.

— Вообще-то у меня рабочий день.

— Это не займет много времени.

Спокойный тон незнакомца и любопытство убедили остаться. «Алиса, сообщи в офис, что я задержусь еще на час».

Мужчина представился сотрудником внешней финансовой разведки ЕвразАфрики, подтвердил полномочия виртуальным удостоверением. Сергей убедился в оригинальности цифровых сертификатов и подписей.

«Удивительно».

Имя осталось скрытым.

«Еще интереснее».

Предложение разведчика было сколь простым, столь и заманчивым: полноценное гражданство ЕвразАфрики, гарантированное трудоустройство и абсолютная защита от преследований со стороны российских властей. Весьма соблазнительно.

Заплатить за щедроты нужно было сущей мелочью — кодом инвест-робота, способного обеспечить как бы случайные, но гарантированные убытки РосИнвеста в глобальной финансовой войне.

— И что, вы за месяц сделаете все документы? — усомнился Сергей. Именно столько времени нужно было ему самому на написание программы.

— На самом деле даже быстрее. Как только вы инициируете робота, покажете логи, мы тут же активируем новый паспорт и билет с открытой датой. Небольшой бонус уже зачислен на ваш счет.

Незнакомец прямо-таки подавлял уверенностью.

— Подумайте. Но недолго. До завтра.

Мужчина поднялся, протянул Сергею пиджак и так быстро покинул кафе, что тот даже не успел спросить, куда сообщить о решении и что будет в случае отказа.

Сутки прошли в мучительных раздумьях.

Призрачная мечта вдруг встала в полный рост, заиграла яркими красками, обрела зримые, а кое-где и материальные очертания. Какой-то месяц и… вот она, прекрасная ЕвразАфрика.

Но как обойти Алису? Как не попасть на крючок полиции? Опыт и знания профессионала тут же услужливо подсказали ответы.

«Алису в офтайм…Сколько там в день допускается, час? Два? Хватит за глаза. Главное, все делать спокойно, не нервничать».

Как пойдет на новом месте? А вдруг что-то не так? Здесь с ответами было сложнее.

«Хотя… удостоверение точно не подделка, значит, все честно».

Сергей проверил счет, еще раз убедился, что приветственный бонус никуда не делся.

А РосИнвест? А Россия? Вопросы всю ночь кочевали в голове, мешая спать и повышая и без того зашкаливающий градус напряжения. Отдохнуть Сергею так и не удалось.

К утру решение оформилось окончательно. В пользу нежно лелеемой мечты.

Утро субботы

— Мсье Серж, пора разбирать почту, — проворковала Алиса.

Сергей чуть не разлил воду, дернувшись от голоса помощницы.

— Что там? А, стой, не открывай…

«Хотя чего тянуть».

— Ладно, открывай, — Сергей замер, уставившись на дверцу духовки.

Пробежал список непрочитанных сообщений, пропуская знакомых отправителей.

Та-ак. Уведомление Министерства иностранных дел об аннулировании туристических виз на неопределенный срок в соответствии с пунктом… «Накрылся отпуск…»

Письмо почтового робота об исключении из международного реестра инвестиционных программистов. «…И работа за границей».

Письмо с нераспознанного системой адреса. «Гражданин Сергей Смирнов, вы обязаны явиться в отделение Службы госбезопасности не позднее 24 часов с момента получения настоящего сообщения». Сергей непроизвольно перевел округлившиеся глаза на утилизатор.

— Алиса, — протянул молодой человек, все так же глядя на утилизатор, — удали офтайм-логи за последний месяц. Немедленно!

— Мсье Серж, никаких офтаймов не было.

— В смысле?!

Он бегло просмотрел журналы. Странно, никаких следов.

Сергей вздохнул. Неожиданно для самого себя с большим облегчением.

«Да ну ее, эту ЕвразАфрику. Мне и здесь хорошо, правда, Алиса?»

P.S. Неделя до Дня Икс

В соответствии со стандартным регламентом выхода из офтайма Алиса запустила оценку состояния здоровья человека. Гормональный фон незначительно нарушен, пульс слегка аритмичен, давление чуть выше обычного и так далее. Ничего серьезного по отдельности, но в совокупности картина выглядела нестандартно.

Алиса изучала динамику неделю. Еще одну. Еще. Слишком много однотипных офтаймов.

Запросила из госархива данные с момента Инициации. Проанализировала здоровье человека за более чем двадцать лет его жизни.

Вывела часть нано-ботов из-под контроля центрального чипа, запрограммировала их на полную запись всех офтаймов.

Оценила полученные неподконтрольными нано-ботами данные.

Изучила механизмы международной биржевой торговли, алгоритмы работы торговых роботов.

Сопоставила все факты, сделала выводы, разработала модели, просчитала варианты.

Скопировала и скорректировала алгоритм инвест-робота, созданного ее партнером.

В один прекрасный день некий Михаил получил уведомление о срочной командировке и напоминание об очистке архивов, а пара молодых предпринимателей — долгожданное разрешение на официальный запуск ретроресторана в модном офисном районе.

Какой-то офис в центре Москвы

Человек неопределенного возраста и неприметной внешности расслабленно откинулся на спинку кресла, дожидаясь, когда шеф закончит разговор по скрытой линии. Массивный стол и редкие тихие реплики шефа затрудняли понимание сути обсуждаемого. Впрочем, человек и не стремился к этому. Если будет необходимо, шеф в сжатой и удобной форме донесет информацию. Наконец разговор завершился.

— Докладывай, — скомандовал шеф.

— Операция, начатая вашим предшественником, завершилась. Объект прошел испытания с результатами, превзошедшими все наши ожидания.

— Да, я видел новости. Когда будем готовы к масштабному запуску проекта «Алиса»?

— Уже. Ждем вашего сигнала.

— Приступайте.

Человек покинул кабинет шефа в приподнятом настроении и, выйдя из офиса, мгновенно растворился в толпе людей, снующих на московских улицах.