2171: Миссия F1

Глава 1. Пролог

2055 год. Была изобретена система SPCG — система поддержки безопасности организма при высоких нагрузках, рассчитанная на передвижение со световыми скоростями.

2060 год. Человечество наконец приблизилось к покорению космоса, создав MEHE — гипер-двигатель, способный разгоняться до скорости света.

2070 год. Создан первый космический аппарат Spiral F1, объединивший обе технологии, а также передовые материалы и конструкции. Он был оснащён автономным искусственным интеллектом, способным полностью управлять кораблём. Это была вершина технологий своего времени.

2071 год. Первый полёт стал апогеем достижений человечества. Пилот-инженер был выбран в результате конкурса среди более чем ста тысяч кандидатов. Им стал Федеус Рон Стольм — мужчина, на плечи которого легла огромная ответственность. Но из-за небольшой ошибки в координатах пробного полёта один год превратился в сто...

Настоящее время. 2171 год по земному календарю. Околоземное пространство.

— Капитан, мы прибыли, — прозвучал знакомый голос ИИ корабля, или, как он его называл, Иля.

— Наконец-то. Вот найду того, кто неправильно ввёл координаты, и набью ему морду.

— Боюсь, это невозможно. Человек, скорее всего, уже мёртв. Средняя продолжительность жизни у мужчин — 70 лет, у женщин — 80.

— Ой, да знаю я, не душни. Мне кажется, или планета выглядит иначе? — сказал Федеус, разглядывая Землю в иллюминатор.

— Ты прав. Я пока в процессе анализа, но уже заметил критические отклонения от нормы.

— Что же случилось, пока меня не было? Сто лет — не такой уж и большой срок... ну, теоретически, — попытался хоть немного себя успокоить он, хотя внутри понимал: все, кого он знал, вероятно, уже состарились и умерли. Сжав кулак, он ударил по стеклу.

— Нет активности вокруг Земли. Спутники либо разрушены, либо выведены с орбиты. Также при анализе атмосферы я обнаружил высокий уровень радиации.

— Спутников нет, говоришь... и правда странно. А насчёт радиации — давай, запускай глубокое сканирование и облетим планету.

— Хорошо, приступаю.

Федеус сел в кресло, бросил взгляд на экран: уровень топлива — низкий, связи с Центром — нет. Он вздохнул и направился в спальный отсек, чтобы немного отдохнуть, пока идёт сканирование.

Едва он задремал, ему приснился сон — воспоминание о том, как в десять лет он впервые услышал о технологии SPCG. Для её работы не требовались медикаменты: все функции были интегрированы в гиперкресло, которое поддерживало жизнедеятельность организма с помощью магнитных колебаний, идентичных земным, несмотря на перегрузки.

Тогда он твёрдо решил — он станет астронавтом и полетит в космос.

Он стал одним из первых добровольцев в космическую программу.

Внезапно раздался характерный звук предупреждения.

Федеус тут же проснулся и выбежал на мостик.

— Что случилось? Из-за чего предупреждающий сигнал?

— Извини. Это сообщение о критическом уровне топлива.

— Знаю… догадался.

— Просканировав 99% поверхности планеты, могу заявить: следов биологических организмов не обнаружено. Уровень радиации повсеместно колеблется от высокого до опасного.

— Не может быть… Твой прогноз — последствия ядерной войны?

— Маловероятно. Повреждения на планете минимальны. Согласно собранным данным, в какой-то момент Земля подверглась внешнему радиоактивному излучению чрезвычайной мощности. Это привело к гибели всех живых организмов.

— Внешнему? Странно. Почему ты думаешь, что никто не выжил? А как же бункеры? Возможно, были шансы…

— Я исключил это. При текущем радиационном фоне даже бункеры не могли обеспечить полной защиты. Учитывая известные мне технологии, выживание маловероятно.

— Ладно… Выбора у нас нет. Топливо почти на нуле. Нам нужно спуститься к стартовой базе и попытаться найти запасы. Мой спецкостюм выдержит радиационную нагрузку.

— Зависит от места. Сканирую… Местность в районе стартовой базы содержит допустимый уровень загрязнения. В твоём костюме допустимое пребывание на поверхности — не более двух часов без последствий для организма.

— А если не успеем за это время?

— Вероятно, спустя три часа начнутся необратимые изменения.

— Успокоил, — буркнул Федеус. — Приступай к посадке.

Сказал он твёрдо, но в голове паника кричала так громко, что хотелось зажать уши. Мысль о том, что он может быть последним выжившим, пугала до дрожи. Больше никогда не увидеть другого человека. Вечное одиночество в бездонном космосе…

Он размышлял об этом, надевая костюм и проверяя оборудование.

Глава 2. Остатки надежды

Приземлившись, Федеус встал в промежуточный отсек выхода — зону очистки. Выйдя из корабля, он замер: перед ним открылась мёртвая картина. Здания обветшали, воздух был тусклым и пыльным, будто всё вокруг засыпано песком.

Он осматривался, вспоминая, как когда-то гулял здесь по аллее перед подготовкой к полёту. Тогда жизнь кипела: люди, ухоженные газоны, деревья. А сейчас — выжженная земля без намёка на выживание.

— Куда дальше? — спросил он Илю, осматриваясь.

— Иди вперёд. Там должно быть двухэтажное здание.

— Вижу. Захожу... Постой, дверь заблокирована.

— Электричества нет. Поищи ручной рычаг где-то внизу.

— Так... Кажется, нашёл. Его замело землёй. — С усилием он дёрнул его несколько раз, и двери с глухим звуком приоткрылись.

Внутри — пыль, инструменты, хлам.

— Поищи на нулевом уровне.

— Принято.

Федеус спустился по лестнице. Внизу лежали несколько мумифицированных тел. Один держал в руке телефон, другой будто пытался убежать. Увиденное вызвало тошноту. В голове вспыхнули образы друзей, знакомых — возможно, они лежат так же. Паника сдавила виски, сердце застучало, он упал на колени, жадно хватая воздух, словно задыхался.

Через некоторое время он очнулся, лёжа на полу.

— Федеус, приём! — голос Или звучал встревоженно.

— Я... я здесь, — с трудом ответил он, поднимаясь.

— Ты пропал на час. Думал, что-то случилось. Возьми ключ у одного из сотрудников и открой шкаф. Там должны быть капсулы с топливом. Убедись, что они герметичны. Времени мало.

Федеус вытащил ключ из кармана рубашки мёртвого сотрудника, открыл шкаф. В первом ящике — повреждённые капсулы. Второй — лучше: пять из десяти целы.

— Есть только пять. Хватит?

— Изначально было десять. Это половина. Уже неплохо. Но тебе нужно очиститься и отдохнуть. Есть ещё две базы, которые можно осмотреть.

— Понял.

Он выбросил непригодные капсулы, загрузил ящик на корабль, прошёл процедуру очистки и поднялся на борт. Сняв костюм, вздохнул.

— Наконец-то дома, — подумал он. — А ведь правда, теперь корабль — мой дом.

— Я приготовил тебе витаминный коктейль. Выпей, пока я выведу нас на орбиту.

— Опять эта гадость. Ненавижу.

— Это полезно. По плану сегодня ещё замена капсул питания. В космосе безопаснее.

Спустя пару часов Федеус заменил капсулы и направился в спальный отсек. Лёжа, он размышлял о жизни до полёта. Академия Воздушных Сил — престижное заведение. Пять лет строгой учёбы, там он встретил друзей… и первую любовь — Калипсию. Первая на курсе, блестящий ас. Но выбрала его друга и ушла в корпус земной обороны.

— Как думаешь, были у меня шансы с ней, Иля?

— Если ты про Калипсию, то нет, не было.

— Ты всегда так говоришь. А я думаю, могло получиться…

— Тогда ты бы умер вместе с ней.

— Ну звучит так уж плохо. Вместе встретить смертельный закат, держась за руки…

— Не понимаю, где тут романтика.

— Это нужно чувствовать… эх, — вздохнул он и закрыл глаза.

На следующий день Федеус осмотрел ещё одну базу. Она оказалась почти полностью разрушена, но ему удалось найти две целые капсулы.

— Всё хуже, чем мы ожидали. Если на третьей базе не будет полного ящика — у нас проблемы, — произнёс он, заметно нервничая.

— У меня позитивный прогноз, — отозвался Иля. — Эта база сохранилась лучше. Есть вероятность, что там работает автономное питание.

— Правда? Тогда полетели сейчас.

— Нет. Тебе лучше не перенапрягаться.

— Зануда… Ладно.

На следующий день он высадился у третьей базы. Она действительно выглядела почти нетронутой. Осмотрев несколько ангаров, Федеус с удивлением нашёл два полных ящика.

— Это успех! Двадцать капсул с топливом! — радостно воскликнул он.

— Попробуй попасть в командный центр. Возможно, удастся найти больше информации. Возьми мой универсальный чип.

Федеус подошёл к зданию.

— Электронные двери. Без электричества не откроются.

— За зданием должна быть щитовая. Попробуй перезапустить генератор.

Он обошёл здание, взломал замок и вошёл внутрь. Контакты были окислены, провода оплавлены. Он заменил несколько из них, и генератор зашумел.

— Получилось. Но заряда хватит ненадолго.

— Приложи чип к панели доступа, я открою двери.

Внутри всё выглядело так, будто люди покинули центр в спешке. Никаких тел, но повсюду валялись вещи: сумки, бумаги, одежда.

— Странно… — пробормотал Федеус. — Будто они знали, что произойдёт.

— В дальней комнате — центральный терминал. Вставь чип, я скачаю данные.

Он прошёл через коридоры и вошёл в помещение с огромным экраном. Подключил чип.

— Я нашёл кое-что интересное. Часть данных повреждена, часть — зашифрована. Вывожу последнее видео.

На экране — кадры эвакуации. Люди спешно покидают базу. Слева — список кораблей с маркировкой Ковчег-М. Все шесть помечены как уничтоженные. Запись обрывается.

— Вот оно… Я слышал о программе “Ковчег” до полёта. Не думал, что они успели её реализовать. Какая дата?

— 2091 год.

— Значит, спустя двадцать лет после моего старта… Они успели построить шесть кораблей. Но кто их уничтожил?

— Остальные данные я расшифрую на борту. Можешь возвращаться.

Федеус покинул центр. Мысли роились в голове. Надежда и тревога шли рядом.

Кто или что уничтожило “Ковчеги”? Почему всё произошло так быстро? Есть ли шанс, что кто-то выжил?

Он поднялся на корабль. Вопросов стало больше, но появилась надежда.

Глава 3. Первый контакт

Федеус не находил себе места, прогуливаясь по кораблю. — Ну что там, скоро? — спросил он Илю. Ему не терпелось узнать, что произошло. — Часть последних данных безвозвратно потеряна. Но я нашёл информацию о "Ковчеге-B". В 2086 году состоялся пробный полёт с экипажем из пяти человек и пятьюдесятью криокапсулами добровольцев. Маршрут — до LHS 1140 b, суперземли примерно в 40 световых годах от Земли. Результаты обозначены как неудовлетворительные. — Что это значит? — Уже через год, в 2087-м, связь с ними пропала. Позже была обнаружена критическая недоработка посадочного модуля. Вероятно, они не смогли безопасно приземлиться. — Но если есть хоть малейший шанс, что они живы — летим. Прокладывай маршрут по их координатам. — Если предполагать, что они добрались до планеты, всё равно нет гарантии, что она пригодна для жизни. — Стоит попытаться. Что с нашими запасами еды? — Примерно на 400 дней. Я уже прокладываю маршрут. — Полетели, — сказал Федеус и сел в капитанское кресло.

Первая половина пути прошла без происшествий, но затем начались метеоритные бури — одна за другой. Во время одной из них была повреждена обшивка, и Федеусу пришлось выйти в открытый космос для её починки. — Открывай, я готов, — скомандовал он Иле, готовясь к выходу.

Привязавшись страховочным тросом, он осторожно добрался до пробоины, в которой застрял осколок метеорита. Федеус извлёк его и заварил повреждённый участок. — Фух, готово. Проверь — должно работать. — Запускаю диагностику... Всё в порядке, возвращайся. — Отлично, — сказал Федеус и вдруг ощутил странное чувство.

— Опасность. Немедленно возвра... — не успел договорить Иля, как из пустоты появился небольшой корабль, похожий на плавник акулы с двумя турбинами. Волной энергии Федеуса отбросило далеко от корабля — трос оборвался. Пролетев ещё немного, он потерял сознание.

Он очнулся на незнакомом корабле, прикованный к койке. Попытался пошевелиться — безуспешно. В теле чувствовалась лёгкая боль, но внешних ран не было. Ничего не помню после удара. Где я? Что это за место? Это точно не мой корабль... Неужели "Ковчег-B"? — Федеус терялся в догадках. Прошло несколько часов.

Вдруг дверь открылась, и в комнату вошла девушка, как две капли воды похожая на его любовь — Калипсию. — Какого чёрта тут происходит?! — спросил он возмущённо, но в ответ услышал только молчание. — Эй! Я с тобой разговариваю! Кто ты? Ты точно не она... Я умер? Нет, не может быть...

— Приветствую тебя, человек. Просканировав твой мозг, был выбран этот облик как наиболее благоприятный для твоей психики. Нам нужно немного времени, чтобы отрегулировать голос. Мы не желаем тебе зла, — сказала она. С каждым словом её голос всё больше становился похож на голос Калипсии. — Безумие... Кто вы? Как я тут оказался? — Мы — Ульоны, из созвездия Кита. Следуя по следу корабля с твоей планеты, обнаружили тебя. Приносим извинения за причинённые неудобства. Твой корабль и ты — в безопасности. — Вы про "Ковчег-B"? Что с ним? — Он был уничтожен Белой Империей. Мы направлялись предупредить вас. Изучив твои воспоминания, поняли, что опоздали — Империя уже уничтожила Землю. — Подожди… Что ещё за Империя? Зачем им уничтожать Землю? — Белая Империя контролирует баланс Вселенной. По крайней мере, так они это называют. На деле — геноцид и уничтожение планет, которые могут стать хотя бы потенциальной угрозой. Так было и с нашей планетой. Немногие из выживших присоединились к Сопротивлению. Мы скитаемся по галактике, предупреждая других. — Может, развяжете меня наконец? — спросил Федеус.

Его освободили. Потирая затёкшие кисти, он переваривал полученную информацию. Их технологии на порядок выше земных, но они проиграли Империи... Может, они врут? Вдруг это именно они враги? Хотя зачем тогда спасать меня и лечить?.. — Федеус был в замешательстве. Через пару минут он собрался с мыслями: — Я могу уйти? Сейчас? — Конечно. Мы не будем тебя удерживать. Мы передали на твой корабль координаты безопасных портов, а также информацию о других расах и Империи. — Спасибо... — ответил он с подозрением, осматриваясь вокруг.

Его проводили к стыковочному модулю и вернули на корабль. Он успел рассмотреть множество незнакомых технологий. Другие Ульоны тоже выглядели как люди из его прошлого. Вернувшись в кабину, Федеус запустил двигатель и наблюдал, как инопланетяне улетают. — Привет, Иля, — сказал он с улыбкой. — Привет, Федеус. Я волновался, когда связь оборвалась. Потом корабль был захвачен — все данные и архивы скопированы, питание отключено. — Да... Проведи самодиагностику. Я зайду в медотсек, сдам анализы — потом проверь их. — Принято. Начинаю.

Через пару часов диагностика была завершена. Федеус сидел в кресле, изучая переданные ему данные. — Ошибок не обнаружено. Но в твоих анализах я заметил одну странность. — Какую? — Последнее сканирование твоего мозга не совпадает с текущими данными. — Из-за аварии? Или они как-то вылечили меня? Может, это неизвестная нам технология восстановления? — Вероятность есть. Нужно провести дополнительные тесты. — Понятно… Ты уже изучил полученные данные о новых планетах и расах? — Большую часть — да. Остальное ещё в процессе. — Я не знаю, что делать дальше… Куда лететь и чем заниматься, — сказал Федеус и тяжело вздохнул. — Предлагаю лететь на планету Ломпория. — И зачем? Что в ней особенного? — Она находится в нейтральной зоне и представляет собой огромный рынок. Нам как раз хватит топлива, чтобы долететь. Там можно найти больше информации и, возможно, кого-то из уцелевших людей. — Снова даёшь мне надежду… — Или ты можешь ничего не делать. Напоминаю: еда и топливо — на исходе. — Ладно, понял. Летим на Ломпорию. Ты подумал насчёт языка? Или у тебя есть универсальный переводчик? — Я изучил один из наиболее распространённых языков и могу выступать в роли переводчика. Также могу обучить тебя. — Хорошо… — сказал Федеус, понимая, что это единственно логичное решение. В бесконечном космосе, где опасность может скрываться за каждым углом, выжить в одиночку — почти невозможно.