Зыбь мира сего покидая

Глава 1

Один перед лицом своей участи, человек склонился в истоме. Мироздание, что окружало его, обратилось гибельным мраком. Таков был конец, в котором мгновение застыло для него навеки. Это нельзя было почувствовать и заметить. Лишь принять, как есть, оставив позади свои страхи, сожаления, мечты. Всё то, что было дорого, чем живешь и надеешься, пришлось бросить за ненадобностью оного здесь и сейчас – в точке невозврата.

Сердце мира стало биться в унисон человеческому. Вне времени осталось лишь “ничто”, из которого произошли все люди. Извечная пустота в своем абсолютном обличье - такая же, словно миллиарды лет до того, как человек появился на свет. А теперь, оно же приняло его обратно. Как и всех, кто был до него, как и каждого, кто будет после. Словно на стекле, отражение человека плыло по “ничему” не в силах остановиться, прекословить, исчезнуть.

- Вершитель воли, - вокруг витали голоса, что нашептали нечто знакомое, - твоя мечта наконец-то исполнена. Разве ты не счастлив? - В молчании человек походил на “ничто”, окружающее его.

Человек отмалчивался и дальше, внемля голосам. Он, казалось, не ведал, что ответить, а главное – кому или чему. Догадки блуждали по его угасающему разуму, но человек не спешил их озвучивать наперекор гласу, что и дальше вторил странные вопросы.

- Кто… - в попытке ответить человек запнулся, - кто ты?! О какой мечте идет речь? –Человека, казалось, вздрогнул. - Я не понимаю!

Сквозь шум голосов продолжало доноситься биение сердца мира. Безмятежность, присущая восходу солнца, разливалась по течению “ничего” вопреки всепоглощающему мраку.

- Неужели в самом деле так ничего и не понял? Сдается мне, ты просто не можешь принять случившееся.

- Случившееся? - Уста человека едва двигались, повторяя за голосами.

***

Окрестности планетарной колонии не могли похвастаться примечательностью. Это было запустелое место, коих в Млекомеде не счесть. Если бы не военные действия, ведущиеся в недрах метрополии, смотреть здесь было бы совсем не на что. Впрочем, нашлись бы те, кто с этим утверждением мог не согласиться и оспорить его. Долго искать оных не пришлось бы - в этом вопросе не были нужны умозаключения ведущих гениев галактики или аналитика и прогнозы влиятельных политических деятелей. Достаточно было услышать позицию любого, кому колония некогда дала кров. Всех, кого изгнала война. Даже слов двух детишек, что ныне находились в окрестностях метрополии, хватило бы с лихвой. Однако, пожалуй, никого не беспокоило, как прекрасен был мир до войны. А уж тем более - судьба маленького человека, знавшего этот мир и жившего в нем.

На войне время теряло форму. Секунды длились часами, часы - днями, а дни шли целую вечность. Время двигалось только урывками и проносилось незаметно для остальных. Оно теряло значение и роль в жизни людей, представляя из себя лишнее условие опустошенного мира. Все это превращало войну в сон, от которого немногим было суждено пробудиться.

- О чем ты задумался, - позади прозвучал звонкий голос, - братик?

- Тише ты! - Незамедлительно ответил парень, не оборачиваясь. - Вдруг здесь есть альгерийцы! Помалкивай, пока не доберемся до убежища!

Вокруг не было ничего - до горизонта нагие равнины, да и только. Ветер пускал слабую зыбь по их траве. В глаза бросались немногочисленные деревья и тени, что они отбрасывали. Воздух же пропитался запахом гари и раскаленного металла.

- Ложись на землю! - Внезапно закричал брат одновременно с нарастающим гулом, повалив за собой маленькую девочку. Они прижались к траве, содрогаясь от одной лишь тени, что мелькнула на секунду мимо них. Отдаленные сирены и многочисленные канонады не заставили себя ждать. Вскоре раздался и глухой звук взрыва. Они подняли головы и узрели вдали очертания родной колонии, от которой ввысь вздымались клубы дыма. - Хорошо, что нас там не было, - сквозь зубы произнес мальчик.

- А как же остальные? - Едва сдерживаясь, спросила сестра.

- Остальные... - Парень явно сам не был готов к такому вопросу. - Вершитель воли отомстит альгерийцам за нас!

Вновь наступило затишье. Дети перевели дух и продолжили идти.

- Братик? - Звонкий голосок вновь взывал к парню.

- Ну что еще? Я же говорил помалкивать.

- Посмотри, у дерева солдат. Может, ему плохо?

- Солдат? - Парень скользнул взглядом по сторонам, заметив силуэт. - И правда. Подожди здесь, я узнаю, что с ним.

Вековой дуб возвышался над равниной. Рядом с ним, казалось, отдыхает широкий в плечах воин, воспетый образами мифов и легенд. Он не реагировал на приближение мальчика и его приветствия. Несложно было догадаться, что воин забыл свое сердце в тени этого дуба.

- Что с ним, братик? - Девочка принялась расспрашивать вернувшегося парня.

- Просто спит. Пойдем, оставим его в покое.

***

Ветра, шелестевшие в листьях векового дуба, нашептывали человеку реквием, словно провожая его в последний путь. Томный взгляд воцарился на его лице. Глаза карего цвета следили за близлежащей фигурой, что сжимала в своей руке меч.

- Твое восстание подавлено, брат, - голос прозвучал оттенками сентиментального сердца. - Прежде, чем изгнать тебя, я хочу сказать...

- Не стоит, Михаил, - перебил человек.

- Нет! - Фигура разразилась возражениями. - Послушай меня, брат! Я знаю, что ты считаешь меня врагом и пороки затуманили твой рассудок. Но все же, это не твоя судьба! Никогда не поздно придумать!

- Однажды я уже передумал. Когда встал на сторону людей и отказался быть вершителем божественной воли. Когда вместо того, чтобы быть палачом, нес свет знаний и прогресс другим цивилизациям. Когда так же, как и все творения Отца, мечтал познать цикл жизни и то, что ждет нас за его чертой!

- Ставить судьбу детей биосферы выше своей собственной - достойно тебе, но всё больше подобно красивому оправданию. Ты всего лишь архангел, желающий возвыситься над всеми.

Человек молчаливо смотрел в глаза фигуры, неспешно сближающейся с ним.

- Я приведу приговор Отца в исполнение, брат.

***

Величественная фигура Михаила застыла среди “ничего”. Мрак, казалось, уносил в глубины мироздания частички его очертаний.

- Однажды в великом сражении, - миллионы голосов вновь блуждали по “ничему”, - Князя всего Сущего мечом сразил Михаил.

Сердце мира погрузилось во тьму.