Золото и Ночь: Алый танец

Глава 1

— Когда-то давно говорили про две хрустальные розы, — начал рассказывать парень. — Одна приносит удачу, а вторая — смерть и хаос. Первая цвета золота, вторая — цвета ночи…

— Ты про ту самую легенду о хрустальных розах? — перебила его девушка.

— Да, именно. И не перебивай, блядь, — ответил он. — Так вот. Розы были спрятаны в глубине леса, окружённого монстрами, драконом и демонами. Никто не мог просто так взять их: люди либо погибали, либо возвращались ранеными до полусмерти. Император запретил приближаться к лесу, чтобы люди не гибли. Но были те, кого называли искателями артефактов. Они не слушали приказов его величества. Многие погибали, не дойдя до глубины леса, а если и доходили — не могли поделить розы между собой. И стали поговаривать, что если соединить хрустальную розу удачи и хрустальную розу смерти и хаоса, появится алая роза, которая означает любовь, надежду и мир на всей Люинории.

— А разве эту легенду не придумали, чтобы ловить искателей? — спросил учитель у парня, явно впервые слыша эту историю.

— Так оно и есть. Но многие верят в неё и до сих пор ищут эти розы, — ответил он.

— Не неси хуйню, Эйс, — вмешалась одна из девушек, поднимаясь с места.

— Это не хуйня, Грейс, — Эйс скрестил руки на груди, глядя на неё.

— Да неужели? Кто тебе, блядь, поверит? Вот именно — никто.

— Поверят. Если ты одна так думаешь, что это херня, не значит, что все так считают, — парень был явно недоволен словами Грейс. — Тем более эту легенду передают из поколения в поколение.

— Да ну? — Грейс, казалось, готова была разорвать Эйса на части за его слова, будто он снова нёс очередную пиздёжную чушь.

— Эй, эй, ребята, не ссорьтесь, — в кабинет вошёл парень с белыми, как снег, волосами.

— Айзен, ты как всегда поздно, — Эйс похлопал друга по плечу.

— Знаю. Мой брат отправился на поиски этих роз в прошлом месяце и так и не вернулся, — по лицу Айзена было видно, что он переживает за брата.

— Чего? — Грейс подошла ближе. — Ты серьёзно? Он же, как и я, не верил в эти розы, а тут вдруг взял и отправился их искать?

— Да, я сам был охуевший от этого. Вильям не верил, но в какой-то момент сказал, что хочет найти розы и соединить их.

— Но это же пиздец как опасно! А вдруг легенда правдива?! — воскликнул Эйс.

— В этом-то и вся проблема. Никто не знает: легенда может быть выдумкой предков, а может быть основана на реальных событиях.

Грейс задумалась. Она не понимала, чему верить. Легенда вроде бы шла с давних времён, ещё с железного века, но могла оказаться и обычной выдумкой для поимки искателей. Айзену оставалось только надеяться, что его брат жив и его не схватили власти.

— Я тут кое-что вспомнил, — Эйс подошёл к столу и достал из ящика дневник, который вёл его отец до того, как его забрали. — Мой отец был искателем. Он мог что-то знать об этих розах.

— Ты серьёзно только сейчас это вспомнил, ёбаный ты идиот?! — возмутилась Грейс.

— Серьёзно. Отец всегда говорил, что записывает всё, что находит и видит, а найденное прячет в других местах. Поэтому мы можем найти хрустальные розы первыми, раньше других.

Эйс осторожно раскрыл потрёпанный дневник. Страницы, исписанные убористым почерком, пахли пылью и временем. Он начал читать вслух, будто надеясь, что голос отца оживит забытые слова:

«Лес теней… место, где реальность изгибается, а надежда становится хрупкой, как стекло. Хрустальные розы — не просто миф. Их сила реальна, а их охрана — истинное испытание».

Грейс, изначально настроенная скептически, слушала с растущим интересом. Слова Эйса, подкреплённые записями его отца, постепенно развеивали её сомнения. Она вспомнила рассказы старейшин о странных явлениях в глубине леса, о тех, кто уходил туда и не возвращался. «Блядь, возможно, эта легенда не просто сказка для запугивания», — пробормотала она себе под нос.

Айзен, чьё лицо всё ещё омрачала тревога за брата, внимательно слушал.

— Отец упоминал охотников за душами, которые преследуют искателей, желающих украсть силу роз, — сказал он, вспомнив обрывки рассказов матери. — Они боятся, что соединение роз нарушит существующий порядок вещей.

— Значит, помимо монстров и драконов, там есть ещё и враги, — заключил Эйс, закрывая дневник. — Мы должны быть осторожны. Если отец писал об этом, значит, он видел что-то, что мы упустили. — Его взгляд стал решительным.

— Тогда мы отправимся в этот лес, — твёрдо сказала Грейс, посмотрев на обоих друзей. — И найдём эти розы. Ради Айзена, ради его брата, ради истины.

На следующий день друзья собрали вещи.

Утро выдалось холодным и серым, будто сам мир не хотел, чтобы трое друзей покидали город. Туман стелился по земле, цепляясь за ноги, словно пытался удержать их на месте.

Они встретились у старой городской стены, где заканчивались последние дома и начиналась дорога, ведущая к Лесу теней. У каждого за спиной был рюкзак с припасами, у Эйса на поясе висел отцовский кинжал, который тот успел спрятать перед арестом.

— Ну что, выдвигаемся? — спросил Эйс, поправляя лямки рюкзака.

— Погоди, — Грейс оглянулась на город. — Если нас поймают, нам светит не просто наказание. Нас могут казнить за нарушение указа императора.

— А если мы не пойдём, Вильям сдохнет в этом лесу, если уже не сдох, — мрачно ответил Айзен. — Я не собираюсь сидеть и ждать, пока мне принесут его кости.

— Тогда хватит ныть, — Эйс хлопнул его по плечу. — Пошли.

Первые несколько часов дорога была спокойной. Они шли через заброшенные поля, поросшие высокой травой, мимо сгоревших ферм и полуразрушенных амбаров. Люди давно покинули эти места, опасаясь близости проклятого леса.

— Слушай, Эйс, — начал Айзен, когда они остановились на короткий привал. — А что именно писал твой отец про охотников за душами?

— Немного, — Эйс достал дневник и пролистал несколько страниц. — Вот, слушай: «Охотники за душами — не люди. Они не чувствуют боли, не знают страха. Их цель — не дать никому соединить розы. Они появляются из тени, когда ты меньше всего ждёшь. Если увидел их — беги, не оборачиваясь. Но если они уже почуяли твой страх — бежать поздно».

— Охуенно звучит, — Грейс нервно усмехнулась. — Просто заебись.

— Это ещё не всё, — продолжил Эйс. — Дальше он пишет, что эти твари боятся огня. Обычного огня. Но не просто факела, а именно живого пламени, рождённого от сердца того, кто горит желанием жить.

— Это как, блядь, понимать? — Айзен нахмурился.

— Понятия не имею. Но лучше держать факелы наготове.

К вечеру они добрались до первых деревьев. Лес встречал их тишиной. Не было слышно ни птиц, ни ветра, ни шороха листьев. Только глухое, давящее молчание, от которого закладывало уши.

— Мне это не нравится, — тихо сказала Грейс, сжимая рукоять ножа.

— Всем не нравится, — ответил Эйс. — Но мы уже здесь.

Они вошли под кроны деревьев. Тьма сомкнулась за их спинами, будто кто-то закрыл невидимую дверь.

— Держимся вместе, — приказал Эйс. — Никто не отходит. Никто не останавливается.

Они шли медленно, освещая путь факелами. Вокруг не было ничего, кроме чёрных стволов и переплетённых корней, похожих на застывших змей.

— Ты слышал? — вдруг остановилась Грейс.

— Что?

— Шаги. Слева.

Все замерли. Тишина навалилась с новой силой. Прошло несколько секунд, и вдруг откуда-то из глубины леса донёсся звук, от которого кровь стыла в жилах. Это был не крик. Не вой. Это был шёпот. Десятки голосов шептали одновременно, но слов было не разобрать.

— Это они? — прошептал Айзен.

— Не знаю. Но нам лучше ускориться.

Они пошли быстрее, продираясь сквозь густой подлесок. Шёпот становился громче, он звучал уже со всех сторон, лез в уши, проникал в голову.

— Заткнитесь! — не выдержала Грейс. — Заткнитесь, суки!

— Грейс, успокойся! — Эйс схватил её за плечи. — Они хотят, чтобы ты начала паниковать. Они питаются страхом.

— Откуда ты знаешь?!

— Дневник. Отец писал, что они сводят людей с ума, заставляют их бежать в чащу, где их уже ждут.

— И что нам делать?

— Идти. Просто идти, не слушая их.

Они снова двинулись вперёд. Шёпот постепенно стих, сменившись звенящей тишиной. Но теперь лес казался ещё более враждебным. Деревья будто сдвинулись, сузив тропу.

Через несколько часов, когда силы были на исходе, они вышли к небольшой поляне. В центре возвышался каменный алтарь, покрытый мхом и тёмными пятнами, похожими на засохшую кровь.

— Что это за херня? — Айзен с отвращением посмотрел на камень.

— Похоже, древний жертвенник, — ответил Эйс. — Отец упоминал, что искатели оставляли здесь подношения, чтобы духи леса пропустили их глубже.

— И что, работало?

— Некоторых пропускали. Некоторых находили здесь же, с перерезанным горлом.

— Заебись перспективы, — буркнула Грейс. — И что будем делать? Оставим что-нибудь?

— А что у нас есть? — Айзен посмотрел на рюкзак.

— У меня есть хлеб, — сказал Эйс.

— Думаешь, духам нужен твой ебучий хлеб?

— А у тебя есть идея получше?

Грейс молча вытащила из кармана небольшой кулон — серебряную цепочку с тёмным камнем.

— Это мамино, — сказала она. — Больше ничего ценного у меня нет.

— Не надо, — Эйс покачал головой. — Оставь. Мы что-нибудь придумаем.

Но не успел он договорить, как камень на алтаре внезапно засветился тусклым багровым светом. Из трещин в земле начал подниматься чёрный дым, медленно сгущаясь в фигуру.

— Блядь! — выдохнул Айзен. — Это ещё что за тварь?!

— Не знаю, но что-то мне подсказывает, что нам сейчас охуенно не поздоровится, — Эйс выхватил кинжал.

Фигура становилась выше, обретая очертания. Это был не человек. У неё были длинные, тонкие конечности, заканчивающиеся когтями, и лицо без глаз, лишь провалы, из которых сочился тот же чёрный дым.

— Вы пришли за розами, — прошипела тварь голосом, от которого зазвенели зубы. — Но они не для вас.

— Пошёл ты! — крикнула Грейс и бросила факел прямо в чёрную морду.

Пламя вспыхнуло ярче, тварь отшатнулась, издав леденящий душу вопль.

— Огонь! Оно боится огня! — закричал Эйс. — Жгите её!

Айзен подхватил второй факел и размахнулся. Тварь метнулась в сторону, но пламя задело её плечо. Рана зашипела, из неё повалил чёрный пар.

— Бежим! — заорал Эйс.

Они бросились в лес, не разбирая дороги. Ветки хлестали по лицам, корни вырывались из-под ног, но они не останавливались. Сзади слышался яростный вой, который постепенно отдалялся.

Наконец, когда лёгкие начали гореть, они остановились. Вокруг был всё тот же мрачный лес, но теперь где-то впереди, среди стволов, виднелся слабый золотистый свет.

— Вы видите это? — прошептал Айзен.

— Вижу, — ответил Эйс.

— Это оно? Роза удачи?

— Может быть. Но не расслабляйтесь. В этом лесу всё не то, чем кажется.

Они осторожно двинулись к свету. С каждым шагом воздух становился теплее, а мрак отступал. Вскоре они вышли на небольшую поляну, в центре которой, на белоснежном пьедестале, парила хрустальная роза. Она сияла так ярко, что было больно смотреть.

— Золотая роза, — выдохнул Эйс. — Это она. Та самая, из легенды

— И что теперь? — спросила Грейс.

— Теперь нам нужно найти вторую.

— И как, блядь, мы её найдём в этом ёбаном лесу?

— У меня есть предположение, — сказал Айзен, глядя на розу. — Если удача светится золотым, значит, роза смерти и хаоса должна быть где-то там, где тьма сгущается сильнее всего. Нам нужно идти в самое сердце леса.

— А это, сука, только начало, — мрачно произнесла Грейс.

Они переглянулись. Впереди их ждала самая тёмная часть пути.