Знакомьтесь, Томас Блэк

Глава 1

Впервые они столкнулись в Лондоне. То столкновение вывело его из равновесия – оно наклонило его жизнь так, что он откатился от края пропасти. Но тогда, столкнувшись, они тут же разошлись, не сказав друг другу ни слова. Они не познакомились – но он почувствовал, что с ним не прочь познакомиться.

И после, в Голливуде… впрочем, черт с ним, с Голливудом.

О третьем их столкновении ему возвестили его собственной песней.

- Pushing thru the market square, so many mothers sighing. News had just come over - We had five years left to cry in.

Кто это поет? Это не его голос… хотя порой узнать свой голос в записи непросто. И это не Иман – ее он бы узнал по одному вздоху. Он повернул голову. Иман рядом не было, и ему стало страшно.

- My brain hurt like a warehouse, it had no room to spare I had to cram so many things to store everything in there And all the fat-skinny people, and all the tall-short people And all the nobody people, and all the somebody people I never thought I'd need So many people…

Пение стихло, и из темноты к нему шагнул Томми.

Онемевшее сердце слабо трепыхнулось и тут же затихло. На лбу выступил холодный пот. Не в силах произнести ни слова, он наблюдал, как Томми – его Томми! - подтащил стул, уселся и снял шляпу. Это была та самая шляпа – мягкая светло-коричневая федора, обвитая черной траурной лентой. Волосы пришельца под шляпой были гладкими, блестящими, медно-рыжими, с кукольно-золотистой челкой. Ему показалось, он ощущает от них аромат лосьона…

«Может, это из-за наркоза?» - промелькнула у него мысль.

Томми пошевелил пальцами, будто разминаясь перед игрой на фортепиано, и он вдруг почувствовал тепло в груди. Дрогнуло задремавшее было сердце, и кровь забилась в жилах. Он шевельнул потеплевшими руками и уперся ладонями в постель, пытаясь подняться, ощущая, как щекочет вену игла.

- Я бы не советовал вам вставать, - сказал Томми. – Вы же не хотите, чтобы ваша жена нашла вас на полу?

- Где она? - прошептал он.

Пришелец закинул ногу на ногу, обхватив переплетенными пальцами острое колено.

- Сейчас она говорит с вашими врачами. Они рассказывают ей, как прошла операция.

- Она не одна?

- О нет, - Томми улыбнулся. – Об этом можете не волноваться.

Его слова отозвались в груди щемящей болью. Томми наблюдал за ним, и в его темных глазах ему чудилось сочувствие.

- Если вы тот, о ком я думаю, то вы пришли несколько не вовремя, - тихо сказал он.

Томми улыбнулся – тепло и немного печально. Улыбкой Томми.

- Открою секрет: я не должен был приходить к вам. Точнее, прийти к вам должен был не я.

- А кто? – он вдруг почувствовал прилив вдохновения. - Болезнь? Или, может, Голод?

Томми покачал головой.

- Нет. Прийти должен был Смерть.

Он моргнул.

- А вы…

- О нет, - мягко возразил Томми. – Я не Смерть. Я лишь играю для вас его роль.

- Почему?

- Потому что мне хотелось лично сказать вам, что у вас есть еще пять лет.

В изумлении он распахнул глаза, и Томми улыбнулся.

- Наша встреча может случиться и раньше. Или позже. Но пока ваше сердце может биться, у вас еще есть время. Желаю вам приятно его провести.

Посланник Смерти бесшумно поднялся, водрузил на голову шляпу.

- До встречи.

- Постойте! – воскликнул он. – И это все?

Томми оглянулся, вопросительно изогнув брови.

- Я не должен принести жертву какому-нибудь богу? – выпалил он, не успев обдумать свои слова.

- Нет, - улыбнулся Томми. – Но если наша встреча вдохновит вас на новую музыку, это обрадует любого бога.

- Любого бога?

Томми покачал головой и прижал палец к губам.

- Мне пора, - сказал он. – Надеюсь, мы не скоро встретимся снова. Выздоравливайте.

Сердце пропустило удар, замедлило ритм, и кровь в жилах загустела; ему стало холодно. Веки отяжелели, и он опустил их, погружаясь в темноту.

«Томми, - подумал он, почти засыпая. – Почему именно Томми?»

- Потому что вы вернулись в начало, когда все было хорошо, - прошелестела в ответ темнота

Когда он проснулся утром следующего дня, он уже не мог понять, приснилось ли ему это или было на самом деле.

***

Он стиснул зубы, и пропитанная чайным маслом зубочистка треснула пополам. Он бросил обломки в урну, хлопнул по карманам пальто – сигарет в них не оказалось.

Он ведь давно бросил курить.

«У вас есть еще пять лет».

С тех пор прошло дважды пять лет. За это время он дал шесть поводов для встречи; но Томми, кем бы он ни был, ни одним из них не воспользовался.

«Вам осталось пять лет…»

Конечно, врач не сказал, сколько на самом деле ему осталось. Он сказал, что надежда есть, и что сдаваться нельзя, и наговорил еще много хороших ободряющих слов. Казалось, молодой доктор едва сдерживает слезы, и он, улыбнувшись, сказал: «По крайней мере, у меня снова появятся скулы». И врач улыбнулся в ответ – неловко, неуверенно, ошарашенно, - а он, поблагодарив его и попрощавшись, ушел.

Проходящая мимо парочка – оба в вязаных шерстяных шапках с помпонами, явно туристы - помахала ему, и он махнул в ответ, механически улыбаясь. Они остановились, заговорили о чем-то, поглядывая в его сторону, и он мысленно взмолился: не надо, пожалуйста, Боже, только не сейчас…

- This is major Tom to ground control, I'm stepping through the door, And I'm floating in a most peculiar way, And the stars look very different today. For here am I sitting in a tin can Far above the world…

Он резко оглянулся – пели, казалось, прямо у него за спиной, - но никого не увидел.

- Planet Earth is blue and there's nothing I can do.

Он обернулся и увидел перед собой Терри.

Он отшатнулся, едва не захлебнувшись собственным криком. Сердце облилось огнем и бешено заколотилось, боль стиснула грудь и плечо, но тут Терри чуть шевельнул пальцами, и боль тут же исчезла, будто из него выдернули иглу.

- Простите, что напугал вас, - вежливо произнес призрак.

- Терри? – прохрипел он.

- Томми привлек бы внимание, - отозвался пришелец, – и те люди точно не упустили бы возможность подойти к нам.

Он вспомнил про любопытных туристов и оглянулся, но их уже не было. Лучше бы к нему подошли они, а не Терри. Или тот, кто скрывался под его маской.

Он не думал, что они встретятся сегодня. В ближайшее время, возможно – но не сегодня. И уж точно не здесь и не сейчас…

- Tell my wife I love her very much, she knows, - тихо, будто про себя, пропел Терри.

Он дернулся, но тут же сдержал себя. Нарочито неторопливо извлек флакончик зубочисток, вытряхнул одну.

- Кажется, вам больше нравятся мои ранние песни? – как мог спокойно спросил он, разжевывая пропитанное чайным маслом дерево.

- Ваши ранние песни интересно перекликаются с вашей жизнью сегодня. Я часто гадал, как сложилась судьба Майора Тома после того, как он оторвался от Земли. Жаль, что вы не закончили его историю.

- Я бы рассказал, что с ним случилось, - заявил он неожиданно для самого себя. - Если бы вы дали мне еще немного времени.

- Еще пять лет?

- Как минимум.

Зубочистка в его зубах сломалась, царапнув десну, и вкус крови смешался с горечью масла. Он глянул на Терри, и по телу его побежали мурашки. Странно было видеть безмятежную улыбку Томми на лице безумного мертвого брата.

- Я был бы рад дать вам еще пять лет, - проговорил призрак, - но я не распоряжаюсь вашей жизнью. У меня иные обязанности.

- Какие?

- Проводить вашу душу в посмертие. В любом случае, время для этого еще не настало.

Он швырнул сломанную зубочистку в урну, сунул руки в карманы пальто и закрыл глаза. Он не знал, что чувствует – облегчение или злость.

- И когда же я умру?

- Вы хотите услышать точное время? Я его не знаю. Когда ваше сердце откажется биться. Когда печень перестанет работать.

- Тогда зачем вы здесь сегодня?

Терри вздохнул.

- Я не Смерть, как вы уже знаете. Я Наказание.

- Наказание? – повторил он.

- Или Судьба, если хотите. Я чиню людям лишения и препятствия в наказание за их вину.

Он ощутил мгновенную слабость.

- Так моя болезнь…

- Нет, - прервал его Терри. – Это не наказание.

- А что?

- Закономерность. Вы же не думали, что ваш образ жизни ни на что не повлияет, правда?

Он не ответил. Если бы он так думал, то не грыз бы сейчас эти горькие чайные палочки.

- Вы ведь читали «Мастера и Маргариту» русского писателя Булгакова? – продолжал Терри. - Если вы помните, там был герой, которому напророчили смерть от рака печени, и Воланд посоветовал ему устроить грандиозный праздник и, приняв яд, уйти в мир иной в самом разгаре веселья.

- Так сейчас вы играете роль Воланда?

- Возможно. Но в отличие от Воланда, мне неизвестно будущее.

- Значит, я могу вылечиться? – тихо спросил он.

- Возможно, - повторил Терри.

Мимо текли люди, скользили по Терри взглядом и тут же отворачивались, не обращая внимания на его собеседника и не узнавая того, кто стоял рядом с ним, перекатывая в зубах темную от масла зубочистку.

- Вы не сказали, зачем пришли сегодня, - напомнил он.

- Чтобы передать, что Смерти понравился ваш последний альбом, - сказал Терри. - Ваша жена идет сюда.

Он оглянулся, выискивая в потоке прохожих родное лицо, увидел, улыбнулся и махнул рукой. Оглянулся – его собеседника уже не было.

***

- Look up here, I'm in heaven, I've got scars that can't be seen, I've got drama, can't be stolen, Everybody knows me now.

Теплым облаком окутало его объятие Лекси. Он поймал в ладонь дыхание Иман. И свое отражение – в глазах Зоуи.

А потом Земля качнулась под ним, и он погрузился в темноту.

Боли не было – боль ушла навсегда. Страха не было – причины для страха исчезли.

Look up here, man, I’m in danger, I’ve got nothing left to lose, I’m so high it makes my brain whirl, Dropped my cell phone down below.

- Я хотел сказать вам еще в прошлый раз, - сказал он, когда наступила пауза. – Вы отлично поете.

- Благодарю.

Темнота дрогнула, замерцала, расплылась, и навстречу ему выступил человек в белоснежном скафандре. На груди у него чернела табличка с надписью «Майор Том». Но он точно знал – это не Майор Том.

И все же чем-то Судьба и Майор Том были похожи.

- Вы превзошли себя. На небесах только и разговоров, что о вашем последнем альбоме.

- И что там говорят?

- Что вы прославили все формы смерти, которые существуют, - загадочно ответил Том. - Могу я спросить, почему вы закончили историю майора Тома именно так?

- Посмертие, - сказал он. - Мне казалось, если оно и впрямь существует, то выглядит вот так.

Том усмехнулся.

- Боитесь, что подобное ждет и вас? Не бойтесь. «Лазарь» гораздо ближе к истине, чем «Черная звезда».

- И что же меня ждет? – спросил Дэвид Боуи.

Судьба не ответил, но, ступая в темноту, пропел последние строчки его гимна смерти:

- Oh, I'll be free Just like that bluebird. Oh, I'll be free Ain't that just like me?