Златогорск

Глава 1

- Нашел себе работу, завтра выхожу, - я радостно вскинул кружку с пивом. Вова нехотя чокнулся, сделал пару глотков и снова поставил кружку на стол.

- Так есть ли повод радоваться? - недоверчиво спросил он.

- Не знаю, - признался я. - Пешком минут сорок, может даже меньше. Зарплату обещали нормальную, работа не пыльная, с девяти до пяти. Считай, в шесть - дома.

- Минут сорок говоришь - Вован задумался. - В Дубовке?

- Угу.

Дубовкой называли у нас Дубовую слободу, и хоть был это практически центр города, райончик популярностью не пользовался, отчего в детстве я слышал даже версию, мол, делали в этой слободе дубовые гробы.

- Не, в Дубовку бы я не пошел.

- Гробов боишься? - от смеха кружка пива едва не выпала из рук. - Ничо, ничо. Некоторые в гробиках на колёсиках всю жизнь - туда-сюда - катаются. Русский автопром!

- Ну, - Вован перешел на заговорщический шепот. - Мне рассказывали, что там когда-то лет двадцать назад маньяк орудовал. Не то сатанист, не то оккультист. Всем жертвам знаки вырезал на спине. Так его и не поймали.

- Так это когда было-то.

- Ну а что. Слухи ходят, что опять вернулся маньяк этот. На стенах слова пишет, как тогда. Короче, попуститься бы. Вон, я без работы уже полгода сижу, ничего…

- Да хоть что говори, - я отрицательно покачал головой. - Если я на работу не выйду в этом месяце, мне за хату платить будет нечем. Тогда уж точно, кирдык.

- Я тебя предупредил, - Вовчик осклабился. - Да я лучше бы пошел на стройке кирпичи головой ловить, чем в Дубовке околачиваться. И потом, ты же, вроде, транспортное заканчивал. Вот и шел бы по профессии, зачем тебе этот офис сдался.

- Отстань, - я достал из холодильника второе пиво, откупорил его и сделал глоток, наслаждаясь последними часами безработной жизни. - Вот увидишь, Вован, все у меня в жизни будет за-ши-бись.

…

Надо ли говорить, что слова Вовчика меня слегка напрягли. Впрочем, Дубовая слобода, или в народе просто - Дубовка, была когда-то районом очень неспокойным. В девяностые тут устраивали разборки местные банды с приезжими, прямо в лабиринте гаражного кооператива, занимавшего большую часть слободы.

Кооператив выглядел и правда не очень презентабельно, большая его часть была заставлена старыми полуразваленными гаражами, но с одного края приткнулось здание, кое-где потертое, но все же - обычное. Похоже было, что его не раз перестраивали, поэтому оно выглядело как “сильно тридцатилетняя” женщина, выдающая себя за школьницу на сайте знакомств.

Охранник со сморщенным изрытым лицом пропустил меня без всяких вопросов - мой вид вчерашнего выпускника транспортного училища, видимо, вызывал доверие. Офис располагался на первом этаже, поэтому мне не составило проблем отыскать его. “Кадастровый центр “У Дуба”” - красовалась табличка на толстой дубовой двери.

Дверь с сопротивлением поддалась, пропуская внутрь небольшого коридорчика. На какую-то долю секунды я застыл, не решаясь двинуться дальше. Ко мне вышла высокая толстая женщина лет сорока в старомодном легком платье и улыбнулась.

- Семён? - спросила она слегка хриплым голосом.

- Да. По объявлению, звонил позавчера.

- Тамара Юрьевна, - представилась женщина. - Замещаю нашего шефа.

- Приятно познакомиться.

- Вам у нас понравится, - заверила Тамара Юрьевна. - Я здесь раньше на фабрике работала. Еще до перестройки. Потом был пожар, пол-здания пришлось снести. Но теперь у нас здесь хорошо. Тихо.

- Приятно слышать, - согласился я.

- И шеф наш вам понравится. Вы с ним обязательно познакомитесь. Но позже. Сейчас идите, Марина вам всё покажет.

С этими словами Тамара Юрьевна кивнула на соседнюю дверь и вернулась в свой кабинет. Напоминала она мне нашу учительницу географии, только какую-то слегка усталую.

За указанной дверью я обнаружил три оборудованных стола, большой кулер, пару шкафов и кофемашину, заставленную коробками. Кофе в этой конторе, видимо, не жаловали.

За одним из столов сидела она. Черноволосая, словно деревенская ночь, стройная, как фотомодель. Девушка подняла глаза, увидела меня в дверях и улыбнулась. Я невольно улыбнулся в ответ.

- Вы, должно быть, Марина, - в моем голосе прозвучали нотки надежды.

- Верно, - согласилась она. - А вы… эээ, Семён. Можно на ты?

- Базара ноль… ой, то есть, конечно. Марина, я весь в вашем распоряжении.

Должно быть моя фраза прозвучала слишком откровенно и двусмысленно, отчего девушка зарделась и опустила глаза. Я и сам, мне показалось, зарделся, словно вареный рак.

- О… отлично. Семён, ты можешь занять свободный стол, слева.

- Спасибо. И да, зови меня Сёмой.

- Ладно. Добро пожаловать к нам, Сёма, - девушка вновь улыбнулась, отчего я сделал вывод, что не всё для меня здесь потеряно. Девушки у меня не было со второго курса, то есть уже больше года. Вова, мой единственный друг, часто повторял цитату из какого-то сериала про золотое правило - не мутить на рабочем месте. По этой и еще по множеству причин Вован был один вот уже года три. А я предпочитал не множить пацанские принципы без веских причин и клал на золотое правило с самой высокой колокольни в наших уральских краях, то есть с горы Народная.

Мои худшие опасения не оправдались - Марина оказалась вполне общительной девушкой, хоть и слегка зажатой. Она быстро справилась со стеснением и ввела меня в курс дела. Работы у нас оказалось не много, но мы вообще должны были решать все дубовские хозяйственные проблемы - охрану, аренду, уборку территории и прочее. И был у нас еще один коллега - Анатолий.

Анатолий выглядел еще более усталым, чем Тамара Юрьевна. Каждые десять минут он подходил к кулеру и набирал воду в маленький пластиковый стаканчик. Вроде Анатолий не казался человеком полным, но отёкшие мешки под глазами и его нелепая походка производили впечатление очень странное, словно его раздуло изнутри.

- А что это с ним? - спросил я тайком у Марины, пока Анатолий вышел из кабинета. - Какой-то он странный.

- Он не очень разговорчивый, - Марина лишь грустно вздохнула. - Наверное, диабет.

- Ааа. Ну, тогда понятно. Что неразговорчивый, это, конечно, плохо. Ну ничего, не будет мешать общаться нам.

Марина поправила челку и снова потупилась.

- Я тут совсем недавно, буквально перед тобой попала сюда, - сказала девушка. - Будем осваиваться вместе.

- Знаешь, - мой голос слегка дрогнул, но оставалось надеяться, прозвучал достаточно убедительно. - Знаешь, я уверен, мы способны на большее. Ты и я. Пошли на свидание?

- А ты не торопишь события? - Марина снова покраснела, и нервно покрутила ручку в руках. Приятно было, что она не отказала сразу.

- Нет, не тороплю, - я подошел ближе и склонился над девушкой, стараясь впечатлить ее своим ростом и телосложением.

- Ладно, - согласилась она. - Обсудим это после работы, хорошо?

Моя голова утвердительно закачалась, словно у китайского болванчика. Ну, неужели я не победитель по жизни, а? Работа, как и было указано в объявлении, не пыльная. Сиди себе, перекладывай бумажки. А еще девушка… Красивая, видно, что не глупая. Ломается для приличия, тоже приятно… Не стерва значит, и не ш…

Остаток дня я провел как на иголках. С Мариной мы почти не разговаривали, и я неспешно вбивал какие-то фамилии в корпоративную базу, отвлекаясь периодически то на одно, то на другое. Когда стрелки моего китайского ролекса, наконец, пересекли отметку в пять часов, я встал и, придав лицу благообразный вид, направился к Марине. К этому моменту мы остались в кабинете одни.

- Забыл спросить, - начал я, решив зайти издалека. - Как долго здесь работаешь?

- Не помню точно, - нервно рассмеялась Марина. - Около недели, вроде. Время тянется, тянется… Скучно. Но, кажется, скоро станет веселее.

Последняя фраза была сказана чуть тихо, но с такой едва уловимой теплотой, что я растаял. Все-таки, мне не стоит быть таким напористым.

- Ладно, есть у вас тут буфет какой-нибудь? Может, хоть посидим чай попьем, узнаем друг друга получше?

- Можно, - девушка уже знакомым жестом откинула челку, встала и повела меня за собой.

Буфет оказался на том же этаже, совсем близко. В нём никого не было, даже продавщицы, поэтому Марина на пару минут пропала, видимо, выпрашивая еду на кухне, затем вернулась с бутербродами и чаем. Поскольку я пропустил обед, бутеры были очень кстати.

Пока я жевал, моя симпатичная коллега успела о себе рассказать. Оказалось, что Марина сильно поссорилась со своей семьей, ушла в литературный институт, почти два года прожила с молодым человеком и недавно рассталась с ним. Жила она, по ее же словам, здесь же, в Дубовке. Болтали мы вполне мило. Я, как и обещал себе ранее, старался не спугнуть девушку, осторожно расспрашивал ее о жизни. О себе хотелось рассказывать поменьше. Хвастаться было нечем. Когда чай и бутеры закончились, а за окном начало темнеть, Марина засобиралась домой.

- Хорошо посидели, - сказала она, достала из сумки расческу и подравняла пробор. - Мне тут одной было очень грустно.

- Одной?

- Ну, одна здесь новенькая.

- Ааа, - протянул я. - Может, тебя проводить? Мы хоть и провинция, но неспокойно сейчас на улицах.

Несмотря на все мои усилия, фраза прозвучала несколько двусмысленно. Не знаю, решила ли Марина, что я напрашиваюсь в гости на продолжение вечера, но как-то нелепо замахала руками, потоптавшись на месте.

- Нет-нет, все нормально! Мне тут недалеко, не переживай.

- Просто мне тут друг всякого понарассказывал про райончик.

- Про золото? - спросила Марина.

- Какое золото? - я недоуменно вскинул брови. - Есть какая-то история про золото?

- Не то чтобы история, - Марина задумчиво прикусила губу. - Да просто старая городская легенда. Я ее в книжке старой вычитала.

- Расскажешь?

- Да. Еще при царе приехал сюда один золотоискатель с семьей, едва-едва до Урала добрался, истратив почти все свои деньги. Поселился у огромного дуба, поставил себе дом и начал золото искать. Долго искал, но поисков не бросал, хоть семья и жила впроголодь.

- И нашел золото, надо думать?

- Нашел, - девушка кивнула. - вот только, от жадности ли, или от природной злобы семью свою он убил и закопал под дубом. Послал за шахтерами, старателями, разбогател. Но потом и сам повесился на этом же дереве. А золота оказалось столько, что жилу еще нескоро исчерпали, начали строить дома, заводы. И даже когда жила иссякла, город так и остался. Златогорск.

- Красивая история, - хмыкнул я. - Сразу видно, литинститут. Только мораль не понял.

- А нету морали, - Марина понизила голос. - Вот только место это, говорят, проклятое с тех пор.

Девушка замолкла, а я замер, не зная, как реагировать. Наконец, Марина звонко рассмеялась, и я облегченно выдохнул.

- Ну и шутки у тебя. Может тогда, все-таки провожу?

- Хах. Не надо. Пойду, сегодня сама. А завтра, может и проводишь…

- Ну ладно.

Девушка еще раз виновато улыбнулась и пошла на выход. С минуту я еще посидел в задумчивости и тоже отправился домой.

Ночью слобода выглядела действительно негостеприимно. Мне приходилось плутать среди гаражей или проходить мимо заброшек. К такому быстро привыкаешь и перестаешь обращать внимание. Но здесь было что-то другое. Тревога. Я ускорил шаг, едва не споткнувшись об арматуру. Бросив случайный взгляд на гаражи, я обомлел.

“В ЭТОМ ПРОКЛЯТОМ МЕСТЕ НЕ ИЩИ СЕБЕ ОПРАВДАНИЙ”.

Малоприметная днём желто-зеленая флуоресцентная надпись ночью хорошо выделялась во тьме серо-коричневой застройки. Дешево, но сердито. Детская страшилка про золотоискателя, кровавое золото и загубленную семью и проклятое место меня не пробрала - уж сколько подобных страшилок я наслушался в детстве... Но в ночной тиши страхи обостряются. Особенно, когда застают врасплох.

Домой я пришел изрядно вымотанный, достал из холодильника пиво, но секунду подумав, убрал бутылку обратно, налил колу в высокий стакан с полустершимся Микки-маусом и развалился в кресле. По тв фоном шли новости, а я, недолго думая, по привычке уткнулся в телефон.

Не знаю, что меня заставило посмотреть на экран. Как и во все сложные жизненные периоды, человек движется чисто на автопилоте, или как говорят люди поумнее, интуитивно.

- Найдено тело молодой девушки, предположительно около двадцати лет. Волосы темные, глаза карие. Особые приметы - родинка на левой щеке. Документов при себе не найдено. Всем, у кого есть какая-либо информация, просим обратиться в любое районное отделение МВД по городу Златогорск.

Диктор замолк, позволяя редакторам показать фотографию девушки крупным планом. На фото девушка позировала на фоне какого-то здания, но я так и не смог понять, где фото было сделано. Привлекло меня совсем другое. На фото была Марина.

Сходство было слишком явным, парализующим. Даже злополучная родинка, на которую я до этого не обращал внимание, теперь казалась самой несомненной приметой.

Захотелось выключиться и уже не включаться. Новости уже закончились, начался какой-то комедийный сериал, и чтобы не слышать постоянного закадрового смеха, я выключил телек. Надо было идти спать, но уснуть в таком состоянии было невозможно. Кошмар стал реальностью.

Надо ли говорить, что утром тело просто отказывалось слушаться. Помогла только старая привычка, которая еще сохранилась со времен шараги - выходить из дома не приходя в сознание.

На работу я не шел - бежал, оглядываясь вокруг, не оцеплена ли где улица. Путь, занявший вчера около получаса, сегодня пролетел как минимум в два раза быстрее. Взгляд снова зацепился за вчерашнюю надпись, и я с ужасом заметил, что со вчерашнего дня надпись кто-то дополнил. Теперь под текстом красовались четыре неизвестных мне символа, вписанных в круг.

На КПП охранник лишь смерил меня холодным взглядом. Сегодня его лицо мне показалось особенно неприятным, все эти рытвины и бугорки на его коже наводили какие-то странные ассоциации. Но мысли были совсем о другом.

Почти на полной скорости я влетел в кабинет. Анатолий, как обычно, попивающий воду, вскинул свои белесые глаза и вновь вернулся к своим бумагам. Марина повернулась в мою сторону и озадаченно поджала губы.

- Ох, - вырвалось у меня. - С тобой все в порядке!

- Что-то случилось? - Марина откинулась на спинку стула и посмотрела на меня.

- Да… да. Все нормально. Э, переживал, как ты добралась до дома.

- А что мне станет.

- Д… действительно.

Я сел на свое место, пытаясь оторвать взгляд от родинки на щеке девушки. Бред, да, конечно бред. Мало ли похожих людей. Ну и могло воображение разыграться. Уже вчера был не в себе, вот и померещилось.

- Выйду, пожалуй, приведу себя в порядок, - голос предательски дрожал, впрочем, сейчас это могло сойти на руку.

- Хорошо, мы прикроем, если начальство нагрянет.

Я кивнул и отправился в сторону туалета. Марина, наверное, решит, что я наркоман. Или что похуже. Ну ничего, сейчас нужно умыться, вытереться бумажными полотенцами и выкинуть все лишнее из головы.

Зажужжал телефон.

- Алло, - заверещал до боли знакомый голос Вована. - Слышал, вчера в Дубовке бабу нашли мертвую?

По спине пробежали мурашки.

- В каком районе? - я решил отшутиться, но голос выдавал меня с потрохами. - У нас в городе их пять, кажется.

- Да ты понял, о чем я, - ответил Вовчик. - Не врали слухи про манька. Почерк один в один.

- А откуда ты знаешь?

- В “подслушано” прочитал. А через пару дней всюду будут говорить. В общем, ты бы там поосторожнее был.

- Хватит меня разыгрывать, - мой голос окончательно сорвался, даже пальцы едва слушались. Я сбросил звонок, перевел дыхание и поднял глаза.

У двери стоял человек, лысый и пожилой. Одну руку он держал слегка на выворот и закрывал ее свободной ладонью, но я заметил, что одной кисти у старика нет.

- Вы кто? - я наконец обрел дар речи, спрятал телефон в карман и сделал два шага назад.

- Уборщик, - наконец, прошамкал беззубым ртом мужчина.

- Ага, а что вы тут делаете?

- Золото ищу, - засмеялся старик. Завидев, что я никак не реагирую на его шутку, он лишь хмыкнул. - Туалет мыть собираюсь. А ты бы шел отсюда.

Я кивнул и тут же поспешил в кабинет. Ну и день. К хамству можно привыкнуть, но шутка про золото…

В кабинете сидел лишь Анатолий. В этот раз мое возвращение и испуганная физиономия не вызвали особого внимания, я сел на свое место и попытался сделать вид, что сверяю фамилии в базе. Мне даже удалось отвлечься, пока я не ощутил, что кто-то навалился над моим столом.

Толя так же молчаливо, как несколько минут назад тот странный уборщик, просто стоял и пялился на меня. Я вблизи видел его раздутую физиономию и его белесые, словно мутная вода, глаза. Мы оба молчали.

- Не лезь ты к девке, - наконец своим булькающим голосом прохрипел Анатолий. - Шеф на нее глаз положил. Не для тебя она.

- О чем вы?

- Неспокойно. Люди неспокойные. Шумные. И ничего не хотят понимать.

Толя замолк, что-то еще хотел сказать и тяжело задышал. Сначала я хотел снова переспросить его, но затхлое противное дыхание заставило меня отшатнуться, я вышел за дверь, чтобы не смотреть снова на обрюзгшее лицо своего коллеги. Марина как раз возвращалась откуда-то и поправляла челку, рассматривая себя в маленькое зеркальце.

- Ой, - девушка подскочила от неожиданности, убрала зеркальце в карман и посмотрела на меня с опаской. Видимо на моем лице сейчас гуляла весьма неоднозначная гримаса.

- Извини если напугал, - я попытался улыбнуться, но получилось фальшиво. - А ты-то чего тут? Ждешь кого-то?

- Да не, - отмахнулась Марина. - Думала на обед пойти, но что-то мне сегодня нехорошо.

- Мне тоже, - признался я. - С утра не поел, теперь мучаюсь. Пойдем.

- Ладно…Дай я только сумку возьму…

- Нет-нет, пошли. Заплачу за тебя.

Я практически вытолкал девушку в коридор и потащил в буфет. Мне уже было все равно, как со стороны выглядели мои действия. Усевшись за стол, за которым мы были вчерашним вечером, я пристально посмотрел в глаза Марине и мрачно вздохнул. В ее взгляде было только непонимание и даже какой-то зарождающийся страх.

- Ты мне точно ничего не хочешь сказать? - спросил я.

- Нет, - девушка захлопала глазами, сложив руки в замок. - Что-то должна сказать?

- Почему здесь так тихо? - отчего-то спросил я. - Время обеда, а никого нет.

- Я же тебе говорила, - девушка сняла с руки браслет и нервно покрутила его в руке. - Говорила, что мы тут одни сейчас работаем. Офисы только заселяются, персонал еще не наняли. Представляешь, даже полы мыть некому.

- Некому, - кивнул я, вытирая пот со лба. - Нет, ты мне об этом не говорила. Я вообще уже ничего не понимаю, кто мне что говорил. Что происходит вообще, ты мне скажи лучше?

- Пошли лучше работать, - Марина встала и сделала шаг в сторону двери.

- А как же обед?

- Не хочу, - ее голос стал грубым и холодным. Она отвернулась и собралась уйти.

Шальная мысль пробежала в моей голове. Есть только один способ проверить, сошел ли я с ума. Даже если назад пути не будет.

Я встал, схватил девушку за руку, притянул к себе и приподняв блузку, просунул руку под ее одежду. Рука заскользила по бархатной женской коже, она дрожала и даже перестала вырываться. Меня сейчас интересовала только одна деталь.

- Что ты де… - жалобно пролепетала Марина, прежде чем я нащупал их. Ровно четыре отметины, как раз чуть выше лопаток. Не может быть, не может быть.

Нет. Так не бывает. Я отпрянул от девушки, которая тут же, как подкошенная, рухнула на пол.

- Что ты такое? - мой голос захрипел. - Ты что такое?

Марина закрыла лицо руками, послышались всхлипы.

- Ты точно такой же, точно такой же как он, - девушка медленно поднялась и вскинула на меня глаза. - Точно такой же…

Марина убежала в слезах. Я нащупал телефон, на ватных ногах заходил на месте и попытался набрать Вована. Что ему сказать? Что вообще делать? Это ведь не может быть реальностью.

Точно, где-то валяется Сёма, обблеванный и под веществами. И все на вписке склонились над ним, смеются и смотрят, как Сёма схватил сильнейший бэд в своей жизни. Нет.

Валить надо отсюда и поскорее.

Путь до выхода из злополучного здания казался мне бесконечно длинным. Конечно, он не изменился, просто сдавали нервы. Наконец, когда до проходной оставалось несколько шагов, дверь мне преградила Тамара Юрьевна. Женщина почесала рукой свою и без того багровую шею, и посмотрела на меня.

- Семён, рабочий день еще не закончился - сказала она. - Возвращайтесь на свое рабочее место, не злите начальство.

- Да пошла ты, - закричал я. - Уйди.

- Какой вы некультурный человек, - Тамара Юрьевна хрипло засмеялась, хотя смех был скорее похож на кашель. - Я думала, мы подружимся. Да и не отпустит он тебя. Кто легенду услышал, за тем он придет. Рано или поздно.

- Черта с два я тут останусь.

Мне удалось протиснуться между стеной и турникетом, открыть тяжелую дверь прежде, чем кто-либо меня настигнет, и кинуться прочь. Только бы покинуть Дубовку, только бы уйти подальше от складов.

Не сбавляя шага, я вновь попытался набрать Вову, но ответа не последовало. Дрожащими пальцами я набрал запрос и закликал по ссылкам.

“Маньяк из Дубовой слободы снова нанес удар. Возвращение из небытия или подражатель?”

“Первые жертвы - сообщает газета Златогорский вестник. - Анатолий Геннадиевич Ковский, утопление, колотые раны в область брюшной полости. Характерная примета: четыре отметины на спине. Тамара Юрьевна Эйдельман. Удушение, предположительно голыми руками. Характерная примета: четыре эзотерических символа над лопаткой. Следов насилия нет.”

И наконец, последняя жертва - Марина Аркадьевна Красильникова, пропала около недели назад после ссоры с молодым человеком, ушла и не вернулась. Убийство - предположительно, колотая рана в область грудной клетки. Следы сексуального насилия. И разумеется, авторский почерк.

Я замедлил шаг и нервно взъерошил волосы. Вот уже мой подъезд. Чертов район остался позади. Еще немного, и будет моя квартира, моя дверь. Безопасность.

- Всё, - вырвалось у меня. - Убежал.

- Нет, - сзади послышались шаги и смех. - Да и куда бежать?

Я вжался в стену и посмотрел на Вову, сжимающего нож почти у самого лезвия.

- Вова? Ты?

- Допустим. Почему нет? Может и нет, а какая разница?

- Не может быть, - я замотал головой. - Я же тебя знаю сколько лет, ты же друг мой.

- Когда-то может и был. Сейчас это не важно.

- Уйди, - что есть силы закричал я, но голос быстро сорвался. - Уйди к своему проклятому дубу, в свою чертову проклятую слободу!

- Проклятый район, говоришь.

- Да, я все знаю! Сгинь!

- Ты, дружок, - голосом моего друга сказал он и занес нож. - Так и не понял ничего. Думал убежать сможешь. А всё здесь моё, все здесь мои слуги, на крови моей и золоте все построено. Весь город. На то она - и городская легенда…