Жертвоприношение в Уппсале

Глава 1Небо было седым, дымчато-белым, точно волос на голове Ауна Старого, точно гребни волн его бороды, омывающей грудь – чахлую, еле способную на дыхание грудь стадевяностолетнего старца.Аун разговаривал с Одином. Белый, как первозимние снега, бог всех живых и всех мёртвых распахивал своим посохом облачную дверь где-то над запрокинутой головой шведского конунга, чёрным, вороньим глазом светил в его мутные, подёрнутые старческой плёнкой зрачки, и говорил, кричал, голосом, подобным весеннему грому, шептал в заросшие сизой шерстью дряблые уши Ауна. И Аун слушал его, согласно кивал головой на трясущейся шее, подслеповато щурился в молочно-белую тень в нависающей над лицом широкополой шляпе, и говорил – о собственной слабости и необоримых болезнях, сковавших его некогда сильные члены, о страхе за своё посмертие, там, в по-над облачном мире, и ждал ответа. И Один всегда отвечал – резко, как…