Женя

Глава 1

Это было обычное рабочее совещание. Царила атмосфера абсолютной скуки, которую трудно передать словами. Продажи, графики, оценка рынка, конкуренты и "бла, бла, бла". «Боже, да мы слышали все это сотни раз, если не тысячи». Женя сидел в углу просторного офиса, перед ним еще шесть человек, таких же офисных червей, скучных и раздражающих своими мерзкими попытками сделать вид, что они здесь все "одна семья". «Господи, да я бы все отдал, только бы убраться отсюда подальше».

Рабочий день подошел к концу. Очередной серый, пустой вечер, одинокий вечер в пустой, затхлой и такой ненавистной квартире. Женя подошел к холодильнику, достал сосиски, купленные еще позавчера в местном магазинчике, открыл бутылку дешевого пива, поставил на плиту сковороду. «Черт, где же масло? Неужели я забыл его купить?» Женя осмотрел кухню, масла нигде не было. Вроде бы только вчера оно стояло в углу кухонной столешницы, а сейчас нет. Нужно бы сходить в магазин.

Женя забыл про свой день рождения. Узнал о своем же празднике от коллег, которые весело накинулись поздравлять на рабочем месте. Да ну и что? Что изменилось? Цифра в статусе жизненного отрезка? Если бы еще он, этот самый "жизненный отрезок", становился лучше. Хотя бы чуточку веселее. Вот уже 37 лет. Жена? Да, была когда-то, но не выдержала постоянных упреков в свой адрес. Глупых угроз порезать вены, приступов ревности, в конце концов — серой обыденности. Женя просто не понимал, как можно расслабляться, отвлекаться от всего, жить. В 32 года диагноз — рассеянный склероз. Женя не совсем понимал, чем грозит ему эта болезнь. Он всегда считал, что здоров как бык и останется таким навсегда. Но жизнь посчитала по другому. В обеденный перерыв Женя вышел на улицу. «Надо бы позвонить маме, узнать, как у нее дела». Женя достал из кармана мобильник.

- Алло, мам? Привет. Как ты?

- Привет, сынок. Все хорошо, только кашель замучил. Не знаю уж, что принимать от него, все перепробовала. Ну да ничего, Женечка. Ты лучше расскажи, как у тебя дела?

- Все в порядке, работа-дом, ну как всегда. — с наигранной улыбкой сказал Женя, - я на днях зайду, хочу повидаться.

- Конечно, Женечка, приходи. Я всегда жду. Ну все, до скорого, сынок.

- Пока, мам. — Женя сбросил вызов.

После очередного совещания Жене стало нехорошо. Резко закружилась голова, ноги почти не держали. Женя хотел было пойти в кабинет начальника, чтобы отпроситься, но неожиданно понял, что обмочил штаны. «Боже мой, как это случилось?» Женя хотел сесть обратно на свое рабочее место, но внезапно ноги перестали его слушаться, и он с грохотом упал. Коллеги быстро подбежали к нему и тут же поняли, что нужно срочно вызывать скорую.

В палату к Жене вошел немолодой врач, деловито поправил усы.

- Ну как вы себя чувствуете? — спросил он у Жени.

- Хм, даже не знаю, как вам сказать. — начал Женя. — Такое необычное бодрящее чувство… словно жить хочется! — с удивительной бодростью сказал он ("бодрящее чувство", хочется жить, да что на него нашло?). Доктор, а что со мной было?

- У вас случился приступ эпилепсии. Вы здесь третьи сутки у нас лежите.

- Так долго. Но я ничего не помню. Я что, все это время проспал?

- Да, вы спали, а когда просыпались, бредили что-то о том, что нужно повидаться с матерью.

- Это последнее, что я помню перед тем, как, видимо, упал в обморок. Я разговаривал с мамой по телефону, мы договорились о том, что я должен бы зайти в гости, посидеть, поговорить. А потом… А потом я здесь, точнее — теперь. — Женя усмехнулся.

- Прекрасно, что вы чувствуете себя гораздо лучше. Значит, скоро у нас не будет повода держать вас здесь, готовьтесь ехать в гости к матери. Только вам обязательно нужен больничный, ни-ка-кой работы в ближайший, как минимум, месяц. И вообще — стресс вам противопоказан. Вам это понятно?

- Да, предельно ясно. — кивнул доктору Женя.

Женя сидел в полупустом автобусе. Автобус номер 2, как обычно, должен был отвезти Женю почти что до маминого дома, с остановки рукой подать, вот и дом. Женя смотрел в окно. В автобусе почти никого не было, только одинокая девушка в противоположном конце тихо качала головой в такт музыке в наушниках, которые, казалось, так нелепо выглядели на ее голове, словно больше этой самой головы раза в полтора. Женя невольно улыбнулся. Улыбка, это то, чего ему не хватало вот уже пару десятилетий. Искренняя улыбка. Три старушки о чем-то разговаривали справа от него. Казалось, их разговор был совсем ни о чем. «Мне бы ваши проблемы». На очередной остановке в автобус вошли двое. Двое типичных наглых дворовых бродяг, запах алкоголя от которых, словно буря, опережал их, казалось, на целый квартал. Господи, и неужели такая жизнь может приносить удовольствие? Женя задумался. А его жизнь? Чем его жизнь приносит ему удовольствие и радость? Он жалкий, офисный червяк, задохлик, который для таких, как эти ребята является просто отрыжкой, грязью из под ногтей, никем, на крайний случай — просто жертвой, с которого можно «поиметь». И он, Женя, смеет сейчас судить что-то о чьей-то жизни. Смешно.

Женя не чувствовал жалости к себе в этот момент, как это обычно с ним и бывало раньше, ему было смешно. Смешно над собой, над тем, что в 37 лет он, Евгений Александрович Кох, не имеет ничего, кроме рассеянного склероза, старой «однушки» на окраине города в разваливающемся доме, доставшейся еще от покойной бабушки, а теперь еще и приступов эпилепсии. Тем временем один из бродяг подсел к девушке в наушниках. Женя не слышал, о чем они говорили, он полностью погрузился в раздумья. Невооруженным глазом было видно, что девушке эта компания была, мягко говоря, неприятна. На смену иррационального смеха пришла злость. Да он же так и сдохнет ничтожеством. Просто помрет от какого-нибудь приступа, обоссавшись и обосравших либо у себя в конуре, либо на работе, либо здесь, в этом вонючем автобусе, на глазах у смеющихся алкашей, бабок и … такой милой, беззащитной девушки в этих нелепых наушниках.

Женя захохотал. Смех был странным. Вроде бы и нет ничего смешного, но все же Женя смеялся. Один из молодых людей начал смеяться вместе с ним.

- Хе-хе, тебе смешно, чудо? — стал подходить ближе парень.

- Да. Смешно. Мне так смешно не было уже давно. Очень смешно.

Женя взял в руку ключ и со всей силы воткнул гопнику в глаз. Он бил его ключом, когда тот уже, лежа на полу автобуса, не подавал никаких признаков жизни. Бил и кричал, кричал и бил. Дальше была тьма. Как Женя оказался на углу маминого дома, он не помнил. Женя посмотрел на руки — они были чистыми, одежда была в порядке, не было никаких следов того, что случилось с ним в автобусе. «Мне что, приснилось все это?» Таких реалистичных снов Женя не видел никогда в своей жизни, даже когда по молодости скурил несколько «косяков» с приятелями с ПТУ. Он что, проспал дорогу до матери? На автопилоте дошел до ее дома, хоть здесь и было от силы метров двести с остановки, но все же… Женя позвонил в домофон, никто не открывал. Он достал с кармана мобильник, набрал контакт «Мама». Трубку никто не поднимал. Женя начал звонить соседям, дверь кто-то открыл, Женя машинально вбежал в подъезд и побежал по лестнице на седьмой этаж. Постучавшись в дверь и уже ожидаемо, что никто не откроет, Женя полез в карман за ключами. Ключ от двери к маминой квартире у него был. «Сынок, на всякий случай, держи при себе». Помнится, Женя всегда ругался на мать, когда та в свою очередь начинала такие разговоры. «Ну что ты говоришь, словно помирать собираешься?». Повернув ключ на три оборота, Женя вошел в квартиру.

Запах домашних пирожков. На скатерти с цветочками стояла огромная тарелка с Жениными любимыми пирожками с картошкой, мама стояла спиной возле плиты.

- Сынок, проходи скорее, я совсем забыла, что ты придешь. Садись скорее, уже почти все готово.

- Мам, все в порядке?

- Сынок, ну как же не в порядке-то? Ты садись, ешь пока горячие, расскажи, как у тебя дела на работе?

- Мам, - Женя осторожно вошел на кухню, - почему ты не открыла мне дверь?

- Ох, Женечка. Ну а как же я…

- Мам, ты не ответила на звонок.

- Сынок. Как же я отвечу?

Слеза покатилась по щеке. Как же мама ответит? Как? Мамы уже как три месяца нет. Она так его и не увидела, хоть и очень хотела. Женя стоял в пустой кухне. Стоял в полнейшей темноте и плакал. Ноги перестают слушаться, снова. Давит в груди, мысли путаются. А какой сегодня день? Когда Женя сел в автобус? Сколько уже прошло времени с момента приступа? Женя вышел в подъезд. Груда строительного мусора повсюду, дверей в квартирах нет. Что это? Как такое может быть? Женя упал, ноги перестали слушаться. Он полз вниз, к выходу, хотел позвать на помощь, но губы онемели. Все вокруг плыло, кружилось в стремительном вихре умирающего разума, разрушающейся реальности. Мамы больше нет.

Женя открыл глаза. Автобус, за окном — ночь. Никого кроме Жени в автобусе больше не было. Никого, кроме трупа на полу с изуродованным лицом, похожим на месиво, и Жени, с руками, багрово красными от крови. Женя закричал. Он умолял водителя остановить автобус, он хотел выйти, бежать без оглядки. Женя хотел в свой офис. Он хотел снова позвонить маме и услышать, что все хорошо. Только кашель мучает. Но не сильно, главное, чтобы он не переживал, ведь у него это… как там его… склероз… рассеянный. Да, точно. А еще жена ушла, да. А как ее звали? Невозможно вспомнить… невозможно. А была ли? А он, как его зовут? Евгений? Отчество Женя забыл. Фамилию тоже. Водителя нет. Труп тоже исчез. Мамы тоже нет. Темнота окутывает.

Скорая приехала через пятнадцать минут. Коллеги уже встречали врача и фельдшера, проводили к лежащему Жене.

- Время смерти — 17:05.

Коллеги недоуменно вздыхали и перешептывались.

- Он вошел в кабинет, - говорил один из коллег Жени стоящему с протоколом полицейскому, - сел за свой стол, потом резко встал, сказал, что нужно позвонить маме, а потом просто упал.

- Понятно. Ну что-ж, так и запишем. — полицейский посмотрел на лежащего Женю. По его щеке медленно стекала холодная слеза.