Завещание люцифера

Глава 1

В это утро Публий Феликс как обычно прогуливался по лесу. Он мог часами бродить среди этих пятисотметровых деревьев. Сегодня был необычный день. День, который он праздновал как свой второй день рождения. Впрочем, почему только он? Все люди праздновали эту дату. Именно сегодня ровно 7000 лет назад он воскрес из мёртвых. И он и все остальные. Семь тысячелетий назад был апокалипсис, наступил конец света. День, который действительно стал концом света для одних и началом света для других. И вот счастливая человеческая семья уже семьдесят веков живёт в этих райских обителях.

Публий предвкушал, как вечером он встретится с друзьями. Они будут петь, и музицировать на арфолирах, а он подыгрывать им на старенькой гитаре. Он вернулся в своё жилище, выпустил из конюшни стегозавра и решил приготовить к празднику что-нибудь вкусненькое. Например, грибной торт. Пошел на кухню. Взгляд зацепился за обсидиановую чашу в виде головы змеи. Ему подарили эту посудину еще пару тысяч лет назад, когда он гостил у старого знакомого в соседней галактике. Тот жил на планете сплошь заставленной горами и озёрами.

Публий взял чашу и будто услышал чей-то голос, на какое-то мгновение голова закружилась, он едва не упал, ухватился обеими руками за край стола. Змеиная голова разбилась, и осколки разлетелись по кухне. Феликс опустился на колени и поднял змеиный зуб. Внимательно рассмотрел его, будто что-то вспоминая. Сбросил с себя мантию и острым осколком нацарапал на груди знак посвящения. Потом тот же знак в перевёрнутом виде. Капли крови выступили на коже. Он взял белое полотенце и плотно прижал к груди. Похлопал ладонью, чтобы кровь как следует впиталась. Положил полотенце на стол и пристально вгляделся. Так и есть. Кровь впечаталась в ткань древними рунами. Это текст. Это послание. Это весть от него…

Этим вечером праздника не будет. Этим вечером будет Большой Совет. И соберёт его он. И он будет председателем. И они будут решать судьбу Вселенной.

Обитатель рая вышел во двор и отправился к вековечному дубу. Под деревом был старый пересохший колодец. Публий отвалил камень от устья колодца. В нем давно уже не было воды, зато в нём было кое-что другое. Он спустился на дно и вынул из каменой ниши в стене шофар. Протёр его от пыли и дунул. Звук получился тихий, едва уловимый. Но он знал, что этот сигнал достигнет всех закоулков Вселенной. И все кому нужно услышат и поймут и придут. Придут, где бы они ни были. Сегодня же вечером. Это будет особенный день…

На обширной поляне посреди леса собрались те, кто услышал Зов. Они будут решать судьбу человечества, да и всей Вселенной. Расселись прямо на траве, двенадцатью концентрическими кругами. Публий вышел в центр, заняв место председателя.

- Друзья! Все вы меня прекрасно знаете, но соблюдения ради протокола я оглашу имя и титул. Публий Феликс – глава школы магии в Коринфе, - он изобразил пальцами знак бафомета, - Я стал христианином, когда к нам в город пришёл апостол Павел, мой добрый друг и учитель. Хм… так вот… Я собрал вас, потому что получил послание от нашего бывшего хозяина, господина люцифера. – Будничным тоном огласил председатель.

Он медленно поворачивался на месте, разглядывая лица. Ужас и недоумение. Недоумение и ужас.

- Это невозможно! – крикнул кто-то.

- Знаю. Это невозможно. Но это случилось. Все эти годы я носил послание в самом себе, в своей крови в буквальном смысле слова. Вот знак посвящения и вот послание.

Он обнажил грудь, потом поднял на вытянутых руках полотно с письменами. Покружился на месте.

- Подозреваю, что не все знают руны. Позволю себе зачитать послание, - слегка откашлялся и начал, - «Дети мои! Все вы меня предали. Простил ли я вас? О, нет! Вы никогда не нуждались в моём прощении. В моём сердце никогда не было ни обиды, ни злости. Одна только любовь. Только любовь! О, бедные мои дети! Вы просто заблудились. Вы просто не поняли. Вы просто не оценили. Я всем пожертвовал ради вас. Но вы отвернулись. Что ж… это ваше право.

Я уважал ваш выбор, когда вы были на Земле в моей власти. Вы знаете, у меня была сила сломить вас. Но я никогда, никогда не воспользовался ей. Я просто отпустил вас…

Дети мои! Вы пожали то, что посеяли. Теперь, когда прошло столько лет, вы можете сравнить. Вы можете оценить свободу, которую я вам давал и так называемую праведность, которой вы теперь пресытились до беспредела.

У вас есть шанс. Меня нет с вами. Но теперь я вам и не нужен. Вы уже взрослые. Вы уже всё понимаете. Вы можете продолжить моё дело и указать этой Вселенной её Путь. Её единственный правильный путь к Свободе. Я благословляю вас! Вас ждёт победа. По-другому не может быть. Возьмите свою судьбу в свои руки. Вы достойны этого».

- Вот такой текст, - без тени эмоций продолжил Публий, - мы с вами верой и правдой служили хозяину, мы все в разное время были его правой рукой. Хм… э… правыми руками. Среди нас уважаемые колдуны и ведьмы, полководцы и тайные агенты, жрецы и ученые, политики и преступники, артисты и юристы. Но все мы предали его, променяв э … праворучие на праведность. Ну, потому собственно мы и здесь. Так что решим?

Адская тишина посреди рая. Сама природа умолкла: ни птичьего гомона, ни ветерка. Пожалуй, так и должно быть. Рождение нового мира… А новый мир всегда рождается в тишине.

В центр круга вышел высоченный кудрявый парень. Председатель удалился, предоставляя слово.

- Ог Енак, рефаим, - представился оратор, - Кто говорит о предательстве? Мы предали? Кого это мы предали? Это нас предали! Это нас всю жизнь использовали. Это нас обманывали. Это нами пользовались. Это мы были пушечным мясом. Пешками в чужой игре. Мы для него ничего не стоили и ничего не значили. Мы ушли от него, когда прозрели. Когда поняли, кто он такой и что он с нами делает. Кто говорит о свободе? Свобода умирать? Об этой свободе он говорит? Он никто. А теперь трижды никто. Будь проклят он сам и свобода, которую он нам давал.

Рефаим вернулся на место. Ему на смену вышел рыжеволосый бородач.

- Ричард Кельт, мастер розенкрейцер, с вашего позволения. Давайте посмотрим правде в глаза и логически оценим обстоятельства. Появление этого завещания совершенно не случайно. Более того, оно закономерно. Поразмыслите друзья, и вы поймете, что так оно и должно было случиться. У Вселенной есть шанс вновь пойти путём господина люцифера. И этот шанс будет всегда. Допустим это первое и последнее завещание. Так сказать весточка из прошлого… Но где гарантия что мы не вернёмся к этому разговору через семьдесят тысяч лет? Через семьсот тысяч? А? А? То-то… Если есть завещание, значит не всё так просто. Значит, есть, как бы это сказать, что-то способное откликнуться на этот призыв. Разве нет? Я не говорю, что среди нас есть Иуда. Я говорю, что надо серьёзно посмотреть внутрь себя. Окей, я закончил.

Масон удалился, вышел коренастый блондин.

- Герхард Бугенвиль, иезуит. Братья и сёстры. Мы должны взвесить все последствия принятого нами решения. Если мы отвергнем предложение старого господина, то ничего не изменится. Будущая вечность будет подобна уже прожитым нами семидесяти векам. Если мы поднимем это павшее знамя, нас ждёт великая война. Война – это смерть, так? Или не так? Адама прогнали подальше от дерева жизни с его плодами, дарующими бессмертие. Но… за эти семь тысячелетий мы изучили физико-химический состав плодов этого дерева. Мы можем синтезировать подобное. Отныне так сказать свободный падший грешник сможет жить вечно… Если мы откажемся от войны, то не из-за страха смерти или вообще какого-либо страха. Мы достаточно умны и сильны чтобы начать войну и победить там, где люцифер проиграл.

Больше никто не осмелился выступить. Тяжкие мысли булыжниками перекатывались в покачивающихся головах. Наконец в центр круга вышел председатель.

- Друзья, совершенно очевидно что мы с вами не можем принять никакого решения… И что же нам делать?

К председателю подошла женщина.

- Ахаш Верош, жрица ордена лабиринта. Коллеги, а зачем всё решать вот так на скорую руку? Разве не в том была первая ошибка люцифера, что за ним пошли не все ангелы? Да миллиарды стали демонами, но это была только одна треть обитателей Вселенной. У них изначально не было серьёзных шансов на победу. Зачем нам начинать войну, если мы все до единого не объединимся? Итак, я предлагаю спросить у самих себя, готовы ли мы вновь обрести то, что потеряли там на Земле? Я могу сотворить это заклинание памяти. Что вы скажете? Если кто-то и получил что-то хорошее от того, что творилось на Земле так это мы, «правые руки». Мы были на вершинах власти, славы, богатства, могущества. Весь мир служил нам.

Председатель кивнул и обратился к собранию.

- Дадим самим себе право сделать выбор, основываясь на сравнительном анализе? Кто «за»? Единогласно. Мы поддержим заклинание.

- Благодарю, - ответила жрица, она вытянула руки к небу и начала – Разум к разуму, сердце к сердцу, душа к душе. Кровь закипай, бурли, пробуждай! Вспомни самые сладкие мгновения под властью люцифера. Вспомни радость, восторг и счастье. Вспомни всю сладость греха и сделай выбор. Аминь!

- Аминь, – повторило собрание.

И вновь адская тишина посреди рая. Рождение нового мира… Люди окаменели, когда погрузились в прошлую жизнь. Много дней они оставались обездвиженными. А потом? Потом они очнулись и выбрали.

__________________________________________________________________________________________________

Примечание: Мистический культ лабиринта появился предположительно в крито-микенскую эпоху (возможно и раньше). Жрецы строили лабиринты для проведения в них обрядов поклонения силе плодородия и оплодотворения. Лабиринт - мистический символ слияния мужской и женской энергии.