Записки ревизора: За тридевять земель или служебная командировка

Пролог. «С места и в карьер»

Хочешь насмешить Бога- расскажи ему о своих планах.

(Поговорка и народная мудрость)

27 июля 2013 года.

Дверь открылась со скрипом, и я прошёл в бухгалтерию. На секунду всё стихло- коллектив обратил на меня внимание — бухгалтерия была в полном сборе. Я коротко поздоровался с женщинами.

— Андрей, тебя к начальству, — сразу сказала полноватая женщина в очках, отложив работу с бумагами и программой на пару минут.

— Хорошо, Наталья Николаевна, — ответил я, направляясь в кабинет к главбуху.

Кстати, думаю, стоит представиться: меня зовут Андрей Михайлович, для друзей просто Андрей, мне 24 года, я женат недавно. Собственно, из-за женитьбы и началась вся эта история: я сорвался с прежнего места работы — молодая семья требует финансов, а если есть планы приобрести жильё, то финансов потребуется немало. Но благо профессия у меня вполне неплохо оплачиваемая, особенно если знаешь, кому предложить свои услуги — дотошному и грамотному ревизору. Вот и мне пришлось уволиться из управления образования и устроиться в крупную строительную компанию: пусть компания и частная, но пока «лопаться», как большинство частных компаний такого размера, явно не собирается. По всем расчётам, хозяину компании, как говорят, «до зарезу» нужен тот, кто может проехать по всем филиалам, участкам и базам компании и провести как ревизии, так и найти недостающие «материальные ценности». Расчёт оправдался, и меня с радостью взяли на весьма приличных условиях. Правда, были несколько нюансов, но для меня они незначительны: необходимо по мере сил навести порядок в документации — народ, будучи специалистами в чём-то одном, не относящимся к бухгалтерской бюрократии, часто сами не могут нормально даже авансовый отчёт составить. Вот надо им помогать и инструктировать. Также был отдельный разговор про мелкие поручения и надбавки за их выполнение. По оплате же деньги обещаны очень хорошие, да и в договоре всё прописано чётко, без занижения оплаты труда. В общем, перспективы хороши.

Главный бухгалтер компании «Строим Мост», Резная Светлана Михайловна, сухонькая, ухоженная женщина лет пятидесяти, не стала тянуть кота за самое чистое место и, коротко поздоровавшись, начала инструктаж по поводу того, что конкретно придётся делать: ведь ревизия ревизии рознь: где-то нужно пересчитать вообще всё, и каждая мелочь может играть немалую роль по итогу в помощи поисков спрятанных «финансовых концов», а где-то пересчёт мелочи вплоть до зубьев вилки не имеет смысла — есть более объёмные ценности и движения материалов. Так сказать, выявление интересных «фактов», ну и, наконец, подбить итоги по материалам к концу года:

— Тут пять лет «конь не валялся», — начала своё вступление главбух. — Наши девочки из бухгалтерии ездить по «участкам» и объектам не хотят ни за какие коврижки, видите ли, это некомфортно. Материально ответственные лица на местах делают всё в меру своего понимания, некоторые откровенно пользуются тем, что их нормально не проконтролировать, не говоря уже о том, что банально забывают оформлять передачи ТМЦ друг другу, устроив самый натуральный бардак в отчетности. Некоторые «ценности» теперь вообще из-за этого «зависли». Такая же «петрушка» с путевыми листами, хотя путевые листы и ГСМ — это больше хозяйство нашего главмеха. Понимаешь, чего от тебя требуется?

— Да чего непонятного-то? — ответил я. — Надо банально навести порядок, всё систематизировать, пересчитать всё по факту, ну и нормальных людей проинструктировать, как вести документооборот, — пожал я плечами. К слову, работа, конечно, схожа с тем, чем занимался раньше, но есть и своя «специфика» строительной конторы.

— А ненормальных выявить, чтобы было что предъявлять в суд или сколько с зарплаты высчитать, — заострила внимание на оговорке и дополнила мой ответ Резная, делая свои выводы про меня, — хотя большинство людей действительно в дело пустили ТМЦ. Лишнего людей не шугай, особенно за «расходники» — это и так всё идёт на списание. В общем, твоя задача номер один — разобраться с крупными суммами и подотчётом того же оборудования, задача номер два — навести порядок. Поиск мелочёвки второстепенен. У тебя на подготовку к командировке три дня — собери вещи и закупи всё, что тебе может понадобиться в пути.

Как говорится, всё и так ясно. Ещё минут десять продолжался инструктаж и рассказ о нюансах, весь смысл которого свёлся к тому, что основными и самыми частыми уводами материалов на «лево» заведует главное начальство участков, в смысле начальники участков. Соответственно, чем ниже рангом руководитель, тем меньше у него возможностей по прикарманиванию действительно ценного оборудования, хотя это давно известно — в России работники руководствуются простой истинной: «На работе ты не гость — унеси хотя бы гвоздь». Другой вопрос, что наниматель не хочет по мелочам устраивать «репрессии», и эти гвозди идут по статьям «сопутствующие траты». Поэтому, если объект сдан в срок и техническая проверка не выявила кардинальных нарушений, большинство ТМЦ будет списано. Если же сроки срываются или объекты не соответствуют техническим регламентам, то тут да — репрессии будут и весьма жесткими. В общем, все не состыковки, которые я выявлю, должен буду положить на стол руководству на их суд, а самый простой способ выявить не состыковки — это инвентаризация.

Честно, внутренне я скривился: инвентаризации съедают до 80% времени, да и вообще не у каждого достаточно терпения этим заниматься. На прошлом месте работы я столько занимался этим, что доходило до смешного: мне эти инвентаризации уже в кошмарах периодически снились, и жена с этого уже откровенно ржала, особенно когда ночью мне привиделась проверка школьной столовой и кухни, и во сне я считал и взвешивал всех кур. В итоге спросонок я заявил жене, что всё сходится с ведомостью, и ей повезло. Дикий хохот супруги тогда меня привёл в чувство, и я испытал так называемый «испанский стыд». Она потом на эту тему ещё и подтрунивала пару раз.

Но что делать и где взять ещё работу, где бы платили действительно неплохо? А тут обещали хорошо платить, да и перспективы отличные… Но вот терзают меня предчувствия, что мне будут сниться теперь не куры и консервы в столовках, а инструмент и всякие анкерные болты.

— …В общем, идёшь сейчас к Заславскому, это наш главный механик, он тоже едет с проверкой, подробности пути уже с ним обсудишь, а следом к Совушкиной — это наш главный инженер-специалист. Она выдаст тебе форму, проинструктирует и прочее. В общем, сам знаешь, обсудишь с ними, что да как. Вы втроём — основа комиссии. Да, чуть не забыла — зайди к нашим айтишникам, пусть выдадут тебе ноутбук. Отчёты по прохождению ревизии будешь посылать по возможности — там не везде и не всегда есть связь.

Выйдя от непосредственного начальства, я поинтересовался у новых коллег нахождением кабинетов Заславского и Совушкиной.

— Это на втором этаже, 212 и 220 кабинеты, там спросишь! — ответила наша штатная материалистка.

Получив комментарии, где искать коллег по командировке, я заскочил в кадры, где получил на руки командировочное удостоверение компании. По совету коллеги-бухгалтерши решил сначала заглянуть к тбшнице, а потом уже ко всем остальным.

Кабинет Совушкиной оказался рядом с отделом ПТО, и он встретил меня (кабинет) очень интересным и экспрессивным разговором, а точнее криком, сдобренным не самыми цензурными выражениями. Пройдя по небольшому коридору, хотел было постучаться в дверь, но она была открыта, а из-за двери я услышал эту самую экспрессивную «беседу на повышенных тонах». Как говорится, типы «сленгов» бывают разные: бухгалтерский, автолюбительский, строительный; тут же я пронаблюдал и прослушал редкую разновидность, употребляемую в отдельных организациях, подтип строительного — сленг тбшников. Тут ещё и сказывается географическое влияние, явно ощущается специфика Якутии и Амурской области:

— …Слушай, ты коза в ботах, — к кому-то обращалась по телефону блондинистая женщина, которой по виду было лет 35, с короткой стрижкой. — Если из-за твоей безалаберности кто пострадает, и не дай бог какой «олень» «согнёт сандали», прокурор тебе срок даст и «за сандалит»! И отправит снег на Колыме чистить. Тебе как раз там недалеко, так что подняла жопу от стула и бегом инструктировать мужиков! И пусть распишутся в журнале!

Ну что можно сказать по услышанному? Тема работы тбшника раскрыта. Да и в целом эта работа мне знакома: у отца была когда-то мелкая компания по монтажу электросетей. Там, по этой самой работе и технике безопасности, скажем так, были «нюансы», не особо изменившиеся с той поры, которые как бы часто и сильно не соответствуют тому, что всякие министерства и ведомства сообщают своему руководству и «втирают» в СМИ народу, точнее, забывают о них сказать. В целом законодательство в этом вопросе хромает на все четыре ноги. Ведь известно, что написанное в документах и всяких инструкциях, часто чуть ли не высокопарным слогом, об ответственности и так далее, и то, что есть на самом деле в нашей стране, отличается кардинально, и оно более прозаично-цинично. Охарактеризовать реальную работу любого тбшника можно как прикрытие задницы руководства компании от ответственности за «развязяйство» на местах и трагедий, которые могут случиться от излишней экономии на безопасности работников. От чего получается, что главной задачей любого инженера по технике безопасности лично для себя это в первую очередь является прикрытие «бумажками с подписями» уже своей «пятой точки опоры», что бы что-то прокуратура не «за сандалила», типа уголовного срока побольше.

По опыту могу сказать: разумный человек и сам проявит осторожность, а вот идиот один хрен найдет себе приключений на ровном месте. Мало того что сам «накроется» деревянной крышкой, так и ответственного человека отправит на нары. Эти простые прописные истины, написанные кровью, сейчас объясняла по телефону главная тбшница всёя компании своей непосредственной подчинённой на одном из строящихся объектов, не стесняясь в выражениях и не нормативной лексикой.

Я, понимая особенности инструктажа по телефону, как он может долго продолжаться, решил привлечь внимание к себе: аккуратно приоткрыл дверь, кашлянул и постучался, обозначив своё присутствие. Ирина Петровна, обратив на меня внимание, показала жестом, чтобы я зашёл и сел на кресло. Я подождал и не отвлекал. Буквально через полминуты, закончив экспрессивную выдачу ЦУ, она положила телефон и тяжело выдохнула. Я представился, кто я такой и пояснил, чего меня вообще принесло к ней.

— А, ну наконец хоть кого-то нашли, а то этот бардак уже надоел, в общем, давай сейчас ознакомишься с инструкциями, проинструктирую тебя по-быстрому, распишешься в журналах, сразу выдам форму, — кивнула на стопку одежды рядом, в которой в глаза бросались осенне-весенние куртки бело-красного цвета с названием компании. — Поверь, там это всё очень пригодится, кстати, будешь собираться, возьми и тёплую одежду.

Ознакомившись с инструкциями и получив на руки комплекты формы, я отправился к айтишникам в кабинете напротив, получил ноутбук с сумкой под него. А дальше двинул в кабинет главного механика — Заславского Виктора Борисовича. В организации мужики чаще всего к нему обращались просто — Борисыч.

Найдя его кабинет, я застал его там, хотя по словам старожилов организации и диспетчеров, находящихся в соседнем кабинете, в это время он обычно в гараже решает текущие вопросы, в кабинет он приходит позже, чтобы работать с документами.

При первой встрече Борисыч произвел положительное впечатление. Он был внешнего вида вполне себе мужицкого, без неприятной слащавости иных «функционеров» сомнительного вида. Первое, что, почему-то, бросается в глаза — обычные очки с диоптриями на лице, умный взгляд, мужицкие усы и короткая стрижка. Поздоровался с ним, представился, познакомились. Борисыч пояснил работу, которой предстоит заняться:

— Ревизия и инвентаризация, пипец как нужна уже давно. Проверка механиков участка вообще уже назрела и перезрела, а то некоторые обнаглели до того, что торгуют ГСМ на лево и на право, вообще ничего не стесняясь… — пояснял расклады Борисыч со своей точки зрения и подотчетного ему хозяйства.

Как говорится, наш человек, и что самое приятное, знает нюансы измерения ГСМ. Мне, увы, на прошлом месте работы хоть и приходилось вести учет расхода горючки, но не в таких объёмах, а подсчет трат бензина и дизельного топлива — его «тема», которой лично мне заниматься не нравится от слова «вообще». Обсудили детали, но ведь одно дело — планировать и предполагать, как оно будет, а другое — как оно реально сложится. Как говорится, мы предполагаем, а Бог располагает.

— Знаешь, я думаю, на месте всё же придётся ориентироваться по обстановке, так что будь готов ко всему, — сказал Борисыч.

Вот что-то мне этот момент и тон не очень понравились, хотя… Ай, ладно — прорвёмся.

— В общем, по «звонку» подходи с вещами к офису, скорее всего, отправление будет с утра. Обычно мужики подходят к восьми, чтобы оформить бумаги, как день отправления назначат, а там в девять уже стартуют, — продолжил говорить главный механик. — Ты подготовься главное хорошо, а то путь не близкий. Ты вообще реагируешь нормально на такие поездки? — спросил он под конец своей речи.

— Да, за такую оплату, как мне пообещали, я и на край света «пешком поеду», — ответил и улыбнулся я.

— Что ж, хорошо, — ответил на это Борисыч.

Коротко попрощавшись, пошёл собираться, хотя… Зашёл в бухгалтерию — нужно заранее выпустить и подготовить все инвентаризационные ведомости, да образцы всевозможных документов подготовить, как в электронном виде, так и на физических носителях, то есть на бумаге. Да и так запас бумаги взять.

Управился с бухгалтерией за пару часов: по результату получил две стопки бумаг — по меньшей мере на двести страниц и вторую… на пару тысяч страниц формата А4. Посмотрев на эту гору «макулатуры», понял, что нужно что-то вроде чемоданчика, чтобы всё это сложить, благо тащить не на себе.

Начал морально готовиться к такому путешествию — ездить приходилось, конечно, и раньше, но обычно недалеко и ненадолго. Самое длинное путешествие у меня случилось в семь лет, когда пришлось всей семье продать за три копейки имущество и уезжать из «братской» республики — уснули дома, а проснулись за границей, как говорится. Поплевался, вспомнив эту «республику» — средневековая хрень в обертке нормальной страны. Но сильно придаваться воспоминаниям не стал, слишком долго мысленно матеря мерзавцев и подонков, которым досталась промышленность и экономика на халяву за счёт труда всего народа Советского Союза, который потом решили ущемлять — есть и другие дела. Например, морально подготовиться, пообщаться с женой на дорожку, родителями, ну и вещи собрать. С чувством выполненного долга отправился домой.

POV от третьего лица, кабинет главного механика.

— Ирин, что думаешь о парне? — обратился к тбшнице, сидящей в кресле напротив него, Борисыч, закинув себе в кружку пакетик быстро заварного чая и встав, направляясь к чайнику, стоящему на столе в углу.

— Парень как парень. Знакомые говорят, достаточно опытен и дотошен, вроде еще и «честняга», — ответила Совушкина, решившая также утрясти формальности перед поездкой с коллегой.

— Это мы посмотрим. На меня он тоже неплохое впечатление произвёл, главное, чтобы «подводных камней» не оказалось, — ответил Борисыч, заливая кипятком чай.

— Служба безопасности проверила — не курит, не пьёт, криминала за ним тоже не замечено.

— Вот как, это хорошо, — прокомментировал информацию Борисыч.

— Ты ведь не только про новенького хотел поговорить?

— Да… — ответил главный механик, садясь на своё место, думая, говорить или нет насчёт одного щекотливого вопроса. Надеюсь, у него получится себя хорошо зарекомендовать, и тут его допустят до бумаг, а то меня как-то «напрягает» странное поведение Резной, и шеф, главное, ей без оглядки доверяет.

Совушкина на эту информацию только тяжело выдохнула. Поведение главного бухгалтера и некоторые её рекомендации, особенно по части экономии, шефу как-то подозрительно выглядят, но, увы, они не бухгалтера, да и руководство ей доверяет слишком сильно и безоглядно. По её рекомендации иногда задерживают зарплату. Иногда. Подробностями делиться не с кем не спешит. Странность заключается в том, что по всем параметрам и результатам задержек оплаты труда не должно быть, как и оплаты материалов — компания находится в большом плюсе по сданным объектам.

— Ну а что мы можем сделать? — спросила она. — Парень может и докопаться до чего-то, но его и нас усылают в командировку, хотя по правде — эта инвентаризация нужна как воздух, так же, и я надеюсь, что Резная не выкинет что-то такое, от чего мы все будем искать работу. Ладно, хватит говорить обо всём и ни о чём, что там у тебя с водителями, подписи везде проставили…? — перешла к более насущному вопросу Совушкина.

Конец POV от третьего лица, кабинет главного механика.

***

Придя домой, пару раз икнул — чего бы вдруг? Не иначе, вспоминает кто. Начал разуваться, обдумывая подготовку к командировке: я рассчитывал на обозначенные «три дня» до отправки, как внезапно мне, ещё не успевшему переодеться в домашнее, позвонили и сообщили — отъезд завтра. Матерясь по этому поводу, натянул свои кеды и побежал закупаться по магазинам, причём быстро — уже вечер, и большая часть магазинов скоро закроется. Образно выражаясь, «дав круг по городу», обежал все доступные магазины как канцелярских товаров, так и продуктовых, набрав продуктов долгого хранения. Заглянул в местный магазин для туристов, приобретя термос. Аптеки же, как на зло, позакрывали рановато по разным причинам. Дома в аптечке лекарств было не много, да и перебирая её, пришёл к выводу, что у нас две задачи: успокоиться и не… кхм… Лекарств для лечения других проблем было мало или отсутствовали вовсе. Ну хоть зелёнка с бинтом была.

Дома приготовил большую сумку для вещей, как её обозвал папа — «сиротинушка». Спортивная сумка-трансформер — с виду не большая, но при необходимости можно увеличить в разы, в итоге объёмом становится на литров сто. Что самое удивительное — весь объём оказался занят. Даже более того — утрамбован. Причём всё реально необходимое: от запасных комплектов одежды до различных консерв, лекарств и термоса — места будут в основном дикие, не дай бог где-нибудь застрять, так что подготовка — наше всё. С продуктами длительного хранения, типа галет и овсянки, можно было бы и не париться, но, как говорится, «бережёного Бог бережёт, а небережёного конвой стережёт».

На сердце было тяжело, но не по поводу командировки — тут было всё прекрасно. Беспокоило другое: у меня начали закрадываться смутные сомнения — а как же жена, не заскучает ли? Уезжать надолго — риск, но с другой стороны — хорошая проверка чувств и отношений. Да и так начал грызть червячок сомнения — не поспешил ли с женитьбой? Ведь, как известно, длительная командировка мужа — это трансферное окно для жены.

Но надежда на лучшее была очень сильной — два года как-никак друг друга знали ещё до свадьбы. Конечно, даже за два года человека полностью не узнаешь, но есть «но» — чувства, эмоции, привязанность.

В конце дня смог нормально пообщаться с супругой — Аленой, невысокой брюнеткой, в последнее время подрасполневшей. Рассказал, как прошёл день и о предстоящей командировке. Она повздыхала, сказала, что будет ждать, да и самой дело для себя найдёт.

Ночь провели весьма приятно и ярко, но это уже личное, и не стоит другим знать подробности. Можно сказать одно — заснули, обнимая друг друга.

Глава 1. «Дорога, дорога ведет от порога»

Если работать без выходных несколько месяцев подряд,

то понедельник становиться обычным днем и не кажется таким страшным,

а вот жизнь- вот она страшной начинает казаться.

(Взято с «Жемчужины Мысли», автор не известен)

Утро красит нежным светом окна. Чистое небо обещает жаркий день, поэтому собираться и выходить из дома надо, пока прохладно, чтобы потом не обливаться под дверями офиса.

Мерзопакостный звук будильника заверещал, как и положено, вырывая меня из сонной дремы. Зевнул, поцеловал любимую в щечку и поплёлся проводить утренний моцион. Любимый пернатый певун, откликающийся на кличку «Кеша», увидев, что хозяин встал, поприветствовал меня тихой приятной песней, прося сразу корма и питья. Дав птахе требуемое, потом раздав остальной стайке, также поблагодарившей тихими трелями, продолжил проводить свой «моцион», а потом и мини-зарядку. Причём по старинке с отжиманиями и приседаниями, а не как большинство — поставил телефон на зарядку и дальше спать. Все мысли были заняты предстоящей командировкой, основная сложность которой — непредсказуемость. Если повезёт, можно за месяц-полтора управиться, а вот если нет… То тут тебе и три, и пять месяцев не предел. Но с другой стороны: после можно будет квартиру с машиной приобрести, а на сдачу купить гараж. Главное, чтобы всё прошло без лишних приключений. Но зная, как оно обычно у меня получается… Надо подумать, как от «приключений» отвертеться, если те решат появиться, или минимизировать потери от них. В морду дать-то могу без проблем — ту сумку на три сотни килограмм утащу сам без проблем, но я что, пацан каждому встречному придурку «мозги» вправлять? Лучше доверить это дело профессионалам, ну или отправить этих самых к профессионалам. Учитывая настрой главы компании, «профессионалы» наверняка будут где-нибудь не подоплёку, а то иной механик или ещё кто, решивший, что он самый умный, может попытаться сделать что-либо необдуманное в мой адрес… Ай, ладно, на месте буду решать; надеюсь, до того не дойдёт.

Под такие вот мысли закончил свои утренние сборы, повторно поцеловав жену на дорожку, двинул на улицу — такси как раз подъехало: мне совсем не «улыбалось» тащить сумку на себе, в том смысле что не хотелось.

Под дверями офиса оказался не я один — толпа мужиков тоже ожидала транспорт. «Вахта», на базе КАМАЗа, подъехала быстро и забрала их всех; водитель спешил развести мужиков по ближайшим участкам и собрать тех, кто свою «вахту» отработал. Я же прошёл ещё по кабинетам, собрав оставшиеся печати на документах и прихватив приготовленные вчера бумаги. Машины, на которой должна поехать основная часть комиссии, всё не было. С запозданием подъехал ГАЗ «Вепрь» и завернул во двор офиса, к гаражу: оказалось, нужно взять ещё закрытый прицеп, в котором целая масса разного барахла, которое попросили доставить до места логистики.

—.ть! — громко и не очень цензурно выразил своё мнение по этому поводу Борисыч, после того как поздоровался со мной и получил дополнительное задание по телефону — Это ж зигзаги на сотни километров придётся делать, пока туда доедем, а не только когда двинем в обратную сторону! Кстати, вот на этом «кабане» и поедем; сейчас прицепим прицеп, тебя, кстати, генеральный вызывал.

Я коротко кивнул и пошёл к руководству.

Ну да, предполагалось, что основные ревизии и проверки начнём делать, начав с самого дальнего участка — моста через Калыму, а по дороге лишь заскочим и завезём «мелочёвку» и проинструктируем, какие и как бумаги оформлять. Но теперь путь туда растянется в разы. А мне теперь ещё бумаг «пригрузили» — тоже бланки, которые должен буду всем передать. Ну и небольшая инструкция от «генерального» — всё, все базы фотографировать и проводить съёмку не только ТМЦ, но и тех, кто чем занимается, после предоставить ему. Счета за сотовую связь — в бухгалтерию.

Получив дополнительные вводные, я вышел на улицу и застал картину, как Борисыч и еще пара мужиков ремонтируют небольшой прицеп, заваривая трещину на раме. Всё по классике — с помощью мата и какой-то матери. Благо, сумку и остальные вещи сразу закинул в «Вепря» — назад на пассажирское место, а то пришлось бы с ней таскаться, а сейчас надо только дожидаться окончания ремонтных работ. Пока они работали, успел сбегать и купить пару бутылок минералки. По совету Совушкиной купил еще и отрез ткани, и марлю — для чего, сказала, пойму потом. Вата, так сказать, имеется. По такому набору и так понятно, зачем — сделать маску: дороги летом очень пыльные, и дышать будет совсем непросто. Я, может, и не самый опытный путешественник, но такую элементарную вещь вполне понял, без лишних слов.

Ремонт и приведение прицепа в нормальное состояние закончились только через два часа. Еще полчаса они его, почему-то, не могли прицепить к машине. Но вот они его наконец прицепили, и я залез назад в машину, Борисыч прыгнул за руль, а Ирина Петровна села рядом с водителем. Я же переоделся в легкую одежду — спортивное трико и серую футболку, приготовившись коротать дорогу за чтением и любованием пейзажами… Это было бы идеально, если бы всё оказалось так просто. Но я об этом в начале пути не знал и двигался вперёд, полный оптимизма, не ожидая никаких шоковых событий, ну или что все неприятности окажутся решаемыми с минимальными потерями.

Первый нехороший звоночек прозвучал, когда на выезде из нашего небольшого городка Борисычу позвонил шеф и попросил подбросить мужика на участок по дороге. Возвращаться — вообще плохая примета. Развернувшись и проехав немного назад — в пригороде, который начинается чуть ли не в центре нашего захолустья, подобрали сварщика Диму. Он сказал, что там, по дороге, на одной из баз еще и крановщика Мишу надо будет подобрать. Машина, конечно, у нас вместительная, но, как говорится, теперь было не так вольготно, и фиг развалишься на все сидения позади. Правда, что-то было не так в том, как модифицированы задние сидения: как они раскладываются, создавая лежанку почти на всю машину. Но я на тот момент такие модели машин не знал и был доволен тем, насколько внутри комфортно. А вот Дмитрий явственно поежился, но ничего не сказал — точно знает побольше меня, но рассказывать не хочет. Меня это напрягло, но ничего выяснить не смог — Дмитрий, как говорят, технично съехал с темы.

Вообще Дима оказался отличным парнем, и, разговорившись, выяснил, что он всю сознательную жизнь ездит по вахтам-стройкам, договор он только заключил, вот и не уехал со всеми в вахте. Потом взялись травить байки и анекдоты, и, в общем, ехали неплохо, двигаясь на север.

Солнышко припекало, и день уже клонился к вечеру, когда на дороге попалась парочка туристов-велосипедистов. Девушка лет двадцати пяти на вид, с конкретно накаченными ногами и шикарной «филейкой» (явно из-за увлечения велосипедами), и сухонький обросший мужичок. Чего им от нас понадобилось, я сначала не понял, оказалось, спросить дорогу — иностранные туристы, якобы испанцы… Только вот было что-то в них конкретно не то: слишком чистый английский язык, да и заросли на лице и голове из спутанных тёмных волос мужика были какие-то показные. Появилось желание подергать его за бороду — а ну как отклеится? Но желание задавил — вдруг показалось, тогда скандал гарантирован. Да и не моя это работа — шпионов ловить.

Развившаяся при ревизиях интуиция сделала стойку на мужика — он явно пытается показаться тупее, чем есть, этаким улыбчивым наивным путешественником. Прям как школьные завхозы, пойманные на воровстве товарно-материальных ценностей. Даже подумалось, что стоило бы сообщить о туристе куда надо, только вот кому? «Фэйсы» наверняка начнут задавать вопросы, «завернут» машину… В общем, про командировку можно будет забыть, как и про оплату за неё. Плюнув на это дело, решил, что соответствующие органы должны сами работать, а своими действиями мы можем им помешать, и в любом случае будешь крайним, так что на фиг лезть в такие приключения. Это если реально тут что-то серьёзное, а если нет? Так что на фиг, на фиг. Попрощавшись со случайными знакомцами, забрался назад в машину. Ирина Петровна и Борисыч тоже запрыгнули в «Вепря».

— Ты чего такой? — спросил Борисыч.

— Да ничего, что-то не то в них, вот думаю, куда сообщить, только смысла не вижу, — ответил я.

— По моему, всё нормально, — высказал мнение главный механик.

Я пожал плечами. Мы тронулись, и тут я понял, чего не достает в машине:

— Стоять! Димку забыли… — обратился я к Борисычу. Выглянув из машины, увидел, как за нами бежит сварщик с развивающейся туалетной бумагой позади него — пока выясняли у «туристов», чего те хотели, пока пообщались, Дима решил сходить справить нужду. Путь до перевала, после которого начнётся Якутия, прошел без приключений. Перед перевалом решили остановиться перекусить в кафе.

«Лапри» — прочитал название я на кафешке. Раньше был населённый пункт, теперь от него осталась придорожная закусочная.

— Раньше тут поселок был, а сейчас одно придорожное кафе и осталось, — пояснил для тех, кто не в курсе, Борисыч, заворачивая машину на стоянку с фурами у кафешки.

Никогда не был в подобных придорожных заведениях. Что можно сказать — не впечатляет: простенькое деревянное здание, стойка кафетерия, совмещенная с магазином, и пара десятков столиков. Меню такое же простое и непритязательное. Принесённая тушёная картошка и компот были вполне съедобны. Я решил с употреблением блюда не спешить и посмотреть, какая реакция будет у остальных на такую «кормёжку». На всякий случай приготовил активированного угля и лоперамид. На удивление, блюдо оказалось вполне съедобным без всяких сюрпризов. Переведя дух и немного походив вокруг машины — от долгой дороги устаёшь, хоть ты сидишь, хоть лежишь — размявшись, двинули в путь.

Дорога, идущая через перевал, представляла из себя серпантин с довольно крутым спуском. Вид с него открывался потрясающий, всё портили фуры, практически «ползущие» по нему. Но, как известно, из десяти водителей на дороге девять осторожные, а вот один… Впервые видел в жизни, как фура фуру подрезает. Дальше интереснее: этот «Шумахер» разогнался и умудрился на пару мгновений встать на боковые колеса, и этими колесами провести почти перед бампером «вепря», вместе со своим огромным прицепом, и проскочить перед нами. Так же впервые в жизни воочию увидел, как люди седеют: Борисыч сидел за рулём бледный, как мел. Ирина Петровна проделывала дыхательные движения. Дмитрий, как и я, был просто в аху прострации. Ирина Петровна, закончив дыхательное движение, высунулась в окно и крайне громко начала выражать своё сугубо верное мнение об таком водителе фуры:

— Козёл в ботах! Водятел дистиллированный…! Олень гружёный! Ты чего творишь…?! — и многое другое. Судя по реакции других дальнобоев, они были сугубо согласны с нашим главным инженером по технике безопасности и очень не против выяснить у коллеги, какого хрена он творит?! Судя по тому, как активно они после такого кульбита начали использовать рации (видно в окна), они как раз интересовались этим вопросом. Фурист-акробат останавливаться и объяснять нам, чего он творит и зачем такое делает, не стал и постарался добавить газу. Это, блин, практически на горном серпантине. Самое удивительное — он не навернулся на этом крутом подъёме. Борисыч же вёл «вепря» прямо как, когда ёжи делают новых ёжат — очень и очень аккуратно.

Преодолев перевал, оказались в Нерюнгринском районе. Ехали в тишине, переваривая событие. Я хотел прервать тишину и открыл было рот, чтобы задать вопрос Борисычу, но увидел на дороге такое, от чего забыл, чего хотел: С второстепенной дороги из-за леса вывернула машина… Белый жигуль без номеров и крыши, точнее, кто-то решил сделать из него кабриолет. И всё бы ничего, но на заднем сидении у водителя (якута) сидели два оленя. Олени в данном случае — это животные с рогами и копытами, а не тот водятел-акробат или ещё кто-то, про кого можно подумать, когда говорят, что в машине «олени».

Жигуль в это время добавил газу и, обогнав нас, ушёл вперёд. А я, проводив взглядом столь примечательную картину, перевёл взгляд на Борисыча и глубокомысленно произнёс:

— Я как-то не ожидал, что выражение о том, что тут много «оленей» на дорогах, будет таким буквальным.

— Главное, чтобы таких «олений», как тот фурист, попадалось поменьше, — ответил своей глубокой мыслью на мою озвученную в слух мысль сварщик, вместо Заславского.

— Ага, из тех, кто к нам в город с купленными правами приезжают и по «встречке фигачат», — дополнил измышления Дмитрия Совушкина.

— Это точно, — согласился Борисыч.

Пока ехали, ожидали увидеть полицию на дороге — в тех местах частенько можно встретить патрули или ГАИ с радаром, но в этот раз не было никого. Наверное, встреча с оленями в машине тоже впечатлила их до глубины души. К ночи добрались до Нерюнгри. Что можно сказать — город как город. Провинциальный город, как и наш. Хотя наш будет по красивее.

— В переводе с эвенкийского означает «Тысяча хариусов», или около того, — пояснил про название города Дмитрий. Заехали заправиться на АЗС, а потом перекусить — рассматривать достопримечательности некогда было, да и не за этим едем. Гостиницу снимать не стали, решили устроиться в машине переночевать — благо место достаточно. Умываться и проводить вечерний моцион пришлось в придорожном кафе. А вот с душем была проблема — негде. Снимать специально номер тоже никто для этого не будет. Покрутив носом и прогулявшись перед сном недалеко от стоянки, не найдя чего-либо интересного, залез в машину на своё место и лег спать. Перед сном отметил про себя, что Совушкина умеет спать сидя — на своём месте впереди, возле места водителя, так и заснула.

Ночью снился какой-то бред про какие-то непонятные древности, пересказы анекдотов про Шерлока Холмса и гарцующего кабана. Бред лютый закончился неожиданно — от хлопка двери: на улице уже расцвело, и Борисыч вышел «до ветру».

Потянувшись и зевнув, решил тоже выйти и сходить подальше. После умывшись и перекусив заварной кашей, двинули дальше на север — должны добраться до Нижних Бестях, но придётся сделать крюк: нужно заехать на участок «Дурай», по названию одноимённой реки, завести кое-какие запчасти и сделать этот неожиданный визит, так сказать, посмотреть, что там делается, когда нас не ждут. Подробная же ревизия будет уже потом — на обратном пути.

У меня появился вопрос — а что, назад потом петлю делать? На большинстве карт дорог прямых ни до Бестях, ни до Нижних Бестях нет — нам это Борисыч и Совушкина (выступающая за штурмана) чуть ли не в один голос сообщили, что чем дальше на север, тем больше не отмеченных на картах дорог, оставшихся ещё со времён освоения мест Союзом. Другой вопрос: качество дорог не всегда удовлетворительное, но местное население, в том числе и организации, работающие в этой местности, хотя бы немного, но присматривают за участками дорог. Правда, про превратившиеся проселочные дороги в лесные тропы ничего не сказали.

Тем не менее проезд через Нерюнгри почти не запомнился, так сказать, небольшое исключение было — Дмитрий продемонстрировал свои неординарные навыки в исцелении мутных личностей: Пешеход-автоподставщик, явно заприметив неместную машину, решил срубить денежку по-легкому. Эта сволочь выскочила перед «вепрем», дождалась, пока авто остановится, и картинно шмякнулась ему на капот, упав потом на асфальт без движения. Так сварщик вышел, подошёл к разлегшемуся симулянту и начал мочиться ему на лицо. И тут же случилось чудесное исцеление, с криками и матом. Могучая сила уринотерапии, не иначе. Симулянт подскочил и хотел было вцепиться в Дмитрия, но из машины выпрыгнул Борисыч с монтировкой на перевес, ну и я высунулся. Симулянт, матерясь, быстро ретировался. После этого ехали довольно спокойно.

А вот поселение «Чульман», точнее его предместья, не везде запомнились ярко: пронаблюдал натуральную «погоню в горячей крови»: пять парней явно собирались ехать отдыхать на природу — удочки, палатки и тому подобные вещи — грузились в машину, большую. Рядом был привязан кабан — наверное, там его и разделают, ну или куда отвезти надо на том «газоне». Один из ребят решил показать, какой он «жонглёр» классный. На ящике с водкой и подбросил его, чтоб тот крутанулся. Ящик такого издевательства не выдержал и развалился, а содержащиеся в нём бутылки разбились в дребезги. «Жонглёр», поняв простую истину, что его сейчас будут бить и, возможно, ногами тоже, будучи самым мелким и щуплым, нашёл способ ретироваться очень быстро — запрыгнул на кабана, отвязал его в одно движение и, блин, пришпорил! Парни побежали следом за «жонглёром» на кабанчике с явно нехорошими намерениями. Кабанчик с «всадником» даже какое-то время держал скорость, близкую к скорости нашего авто, а из динамиков радио как раз лилась песня из «Неуловимых мстителей» — «…погоня в горячей крови!»

Мы потом ещё долго хихикали, услышав где-нибудь песню из «Неуловимых мстителей».

Проехав Чульман и пересекли одноимённую реку, ещё до обеда проехали по трассе А-360. Как-то незаметно свернули на одном из поворотов на слева примыкавшую дорогу. Приятная неожиданность заключалась в том, что дорога хоть и грунтовая, но вполне неплохая, проблема оказалась в другом — дорожная пыль. Эта мелкодисперсная пакость проникала во все щели, забивала глаза и нос. Самодельная маска спасала от пыли лишь номинально, а самое гадкое было то, что окна не задраишь, точнее, не так — закупорить можно, но тогда зажаришься в раскалённой на солнце, до состояния духовки, машине. Вот и получилось, что нормальной беседы не получится, и все разговоры прекратили.

Через пару часов остановились у какого-то безымянного ручья или совсем небольшой речки. Умылись, перекусили и набрали воды с собой. На удивление, мимо нас проехала «Нива», при том, что машин после поворота почти не попадалось. Были съезды и завороты дальше в лес — там, по словам Борисыча, стоят старатели, вроде как, ну и ещё может быть кто, в общем, нам туда не надо.

После пыльной, жаркой дороги все выглядели как статуи из этой самой дорожной пыли. Конечно, по словам Борисыча, мы должны к вечеру добраться до нашего «участка», но решили хоть лица протереть — вода в горном ручье-речке оказалась, на диво, ледяная и кристально чистая. Но ополоснуться можно. Дмитрий же полез весь искупнуться — нашёл яму в русле. Дождавшись, когда дама отвернётся и заберётся в машину, полез в воду. По его виду, когда он заходил в воду, было видно, что он сомневается в правильности своего решения. Зайдя по грудь, вместо нырка начал поливать себе голову водой ладонями. На мгновение замер, а потом в ужасе с воплем и матюгами выскочил из водоёма.

— Ты чего? — спросил Борисыч.

— Там чего-то меня за яй… кх, короче, что-то ухватило попыталось…

— А вопрос «минус два или плюс два» не задал? — ухмылялся мужик, задав странный вопрос.

— Вот знаешь, не смешно, неожиданно, да за самое дорогое… — ответил слегка напуганный парень.

Я подошёл к краю речки и начал всматриваться в кристально чистую воду. Что можно сказать, хариусы тут большие, да и пищуги не маленькие. Надо запомнить место на будущее.

— Первый раз слышу, чтобы пищуга за то место цапнула, но, судя по тому, что ты тут не завываешь, она явно тебя там нежно опробовала, — заулыбался я.

— Да иди ты! — не зло огрызнулся Дмитрий, а потом спросил — какая ещё «пищуга»?

— Рыба такая, — ответил я, — по горным ручьям и рекам живёт. У меня как-то малую племяшку за палец куснула, не опасно, но визгу было…

«Постебавшись» немного над Дмитрием, рыбой, проявившей к нему интерес, загрузились в машину и поехали дальше. Через километров пятьдесят двигатель начал барахлить. Борисыч покопался в нём минут десять и заявил: до места должны доехать. Заславский не ошибся: к вечеру добрались до первого пункта своего пути — участок «Дурай». Я поинтересовался у Борисыча насчёт того странного вопроса о «минус два и плюс два». Главмах ухмыльнулся и рассказал:

— Да, анекдот есть такой, — ответил он и начал рассказывать, не отрываясь от дороги:

«Плавает мужик в озере. Чувствует, кто-то за яйца ухватил и спрашивает:

— Парень, минус два или плюс два?

— Плюс два, — отвечает мужик, не задумываясь.

Подплыв к берегу, выходит на пляж и видит, что у него четыре яйца.

Думает: — Обратно сплаваю и скажу, что теперь минус два.

Доплывает до того места, его снова кто-то ухватил за яйца и спрашивает:

— Парень, плюс четыре или минус четыре?"

Поржали с анекдота. Дмитрий не особо, только Борисыч ещё раз подколол на тему, а чего бы он делал с «четырьмя»? — Порадовался бы, а потом лишнее продал, — ответил Дмитрий с кривой улыбкой.

Подколки на этом и кончились. Да и разговоры сами по себе увяли до самого строительного участка. Что можно сказать об этом участке? Первым в глаза бросился ЗИЛ, лежащий (ну или стоящий) на боку — как так получилось, начальник участка объяснить смог не сразу. По его словам, разгружали металлоконструкции: одну сторону разгрузили, другую нет, а так как машина одним колесом стояла в яме, то машину перевернуло. Пострадавших нет. Судя же по следу на пыли на дороге, водила ехал быстро и резко завернул руль. Зачем местное руководство наврало, не совсем понятно. Но ладно, сфотографировали эту инсталляцию и следы на пыли. Самое интересное, что машина была практически в полном порядке. При нас её и поставили на колёса и отправили дальше работать. Осмотрели по-быстрому участок — чего-то такого бросающегося в глаза больше не было, Ирина Петровна пофотографировала участок.

Так как уже наступил вечер, народ потянулся со стройки в баню и в столовку. Пока осматривали вахтовый поселок, что есть на нем, народ успел помыться. Мы тоже решили помыться с дорожки, перекусить и лечь спать. После этого мы пили чай в столовке. Я сразу там же выдал бланки ответственным лицам, пояснил, что и куда писать, ещё и подписал карандашом пояснения и обрадовал местное начальство, как большое, так и маленькое, что на обратном пути проведём полную ревизию. В дальнейшем я больше слушал, вникая в особенности работы организации. Борисыч и Петровна обсуждали события, общих знакомых и в целом происходящее на участках. В общем, ничего чрезвычайного, но кастелянша в конце сообщила о слухах, что на одном из участков:

— Там натуральная чупакабра завелась! — сказала, всплеснув руками, полноватая бабенка.

— Кто?! — спросил Борисыч. — Что за байки тут мне травить взялись?

— Да не байки, реально курицы пропадают, то завывания непонятные; мужики с того участка говорят, что слышали, а псы на ушах стоят, — продолжила пересказ слухов кастелянша.

— Наверное, куница или горностай лазит. Если собаки «щемятся», в смысле убегают от зверя, а не атакуют, то, скорее всего, рысь или росомаха приходит, — не выдержал и добавил я разумные объяснения. — А вообще причиной появления баек про «чупакабру» послужил так называемый лисо-кот. Следы его охоты один в один с тем, что описывают люди в этих передачах про паранормальщину.

— А что за хрень такая? — спросила уже завхоз.

— Разновидность крупного кота, вроде камышового, только хвост пушистый, как у лисы; эндемик из Южной Америки. Только откуда он тут? — ответил я и задался вопросом.

— А по-моему, мужикам бухать меньше надо и меньше рентиви смотреть, — высказала свое мнение Совушкина. — Они тут до чего только не допиваются на участках… — махнула рукой женщина, явно вспомнив пару случаев белой горячки отдельных работников, с которыми ей пришлось разбираться.

— Ну, в любом случае, надо разобраться, что там за «хренотень» происходит, — сказал Борисыч. — Чтобы народ успокоить или охотников привлечь. Где говорите, завелась «пакость»?

— Так это на следующем участке — на Куруме.

— Ясно, участок под закрытие и такое… На обратном пути, возможно, не успеем проверить, — задумался Борисыч и озвучил планы на маршрут, который начал корректировать в своих мыслях. — Ну, к вечеру послезавтрашнего дня будем там, после Талакана, завтра на Талакан заедем. А оттуда уже повернём и, так сказать, выйдем на маршрут до ближайшего участка — завезём кое-что из запчастей на тракторы.

Глава 2. «Неожиданный «крюк» в пути и странная находка»

-Что такое «опешил»?

-Это когда охренел, но не много.

(анекдот взят с «АйДаПрикол»

и не много скорректирован)

Утро, как утро, в общем, опять ранний подъем со звуком будильника на «сотовом». Вечером, быстро закруглившись с чаепитием, пошли спать; для разнообразия в этот раз не в машине, а в жилом вагончике.

Вообще, это какой-то кайф — нормально помыться и поспать после сотен километров пыльной дороги, так что проснулся я в приподнятом настроении. Напрягало только другое: хрен его знает, чего там творится на том участке. Может, и вправду мелкий хищник, а может, и начальник участка что-то мутит и распространяет этот бред. А может, и действительно какая-то мистика: в нашем мире никакой вариант отвергать с ходу не стоит, а то довелось лично мне наблюдать некоторые необъяснимые странности, когда-то и совсем неприятные вещи явного паранормального направления. Но разбираться с происходящим там решили на месте. Меня напрягало больше другое — отсутствие личного оружия. Конечно, мне по штату не положено, но… Лучше, когда под рукой «оберег от злых людей», и когда он огнестрельный, чем когда его нет. Особенно в дикой глуши, и вопрос не в живности, живущей там — меня как-то больше люди напрягают. Но как бы то ни было, проделав утренний моцион, застал Борисыча и механика участка, приводящих в норму движок «Вепря».

В столовку поплелся со своей овсяной кашей, где и сварил себе завтрак. Увы и ах, но с моими небольшими проблемами со здоровьем овсянка с утра теперь моя пища до конца дней. Ну или около того, может, когда-то и получится поправить здоровье.

Получил указание по телефону пройти по участку, сфотографировать все, что есть и вызывает вопросы, а также по возможности помочь в разбирательстве с той непонятной хренью на «Куруме» — руководство эта ситуация напрягло. Блин, я ж не «сыскарь», в смысле не сыщик и не охотник, а всего лишь ревизор! Да, на следы могу обратить внимание, ну и определить живность в тайге чисто на чуйку — ну люблю сходить за грибами и ягодами в лес, при этом не люблю встречи с местным хозяином этих делян — медведем. Поэтому интуицию слушаю всегда: мне он не нужен, я ему, а уж как его прямой взгляд ощущается, знаю великолепно — как будто в тебя иголку забили. А тут ищи непонятно что. Почесав «маковку», решил действовать на месте по обстоятельствам.

Тронулись в путь ближе к десяти утра. Сонно зевая, загрузились в «вепря». У Дмитрия же на полдороги теперь была тема для беседы и высказывания предположений о происходящем там. Так парень ещё и всю мистику за всю свою жизнь вспомнил. Не, не спорю — тайга порой бывает очень странная, и происходят в ней странные вещи, откровенно мистические, но такое… Как бы сказать, выбивается из общей картины мистики тайги.

Первые проблемы начались, когда время перевалило за полдень — мотор забарахлил. У меня возникло подозрение, что теперь каждые два-четыре часа мы будем наблюдать одну и ту же картину: копающегося в моторе Борисыча и комментирующего поломки негромкими матюгами. Ну я тоже с ним согласен — мат он как «Рафаэлло»: вместо тысячи слов.

Спросил, нужна ли помощь, получил ответ, что нет, и решил побродить по округе. Только и с дороги не надо было сходить, чтобы найти, а точнее обратить внимание на интересное — странная сопка. Только природные сопки идеальной пирамидальной формы не бывают! Не поленился и прошёл в одну сторону — четкие грани; в другую, обошёл — четыре грани заросшей лесом пирамиды.

Дмитрий на этот факт тоже обратил внимание и рассказал слухи, которые слышал про это место: — Местные сопку так и называют «пирамида». Другой вопрос, что военные собрались строить объездную дорогу подальше от этого места, а сюда проезд вообще закрыть, — рассказал Дмитрий мне.

Рассматривая её, обратил внимание на странные «образования» над ней: вроде как и прозрачные, но под определёнными углами их видно, а так как фата-моргана сферической формы, которая то есть, то нет. Поначалу даже подумал, что показалось или стекло в машине бликует. Выйдя, понял — там реально странное явление: прозрачные пузыри и крест.

Не поленились, поднялись на верх. Слишком ровное всё. Даже очертания ступеней проглядываются. Разгребли листву, потом дерн.

— Это же полигональная кладка! — сказал удивлённо я — Но мы же не в Гизе! — Ну… — замялся Дмитрий — Факт налицо, только это никому на фиг не нужный факт. — Пожал он плечами. — Опять же, тут не просто так: военные скоро перекроют проезд, явно что-то нашли, и не факт, что не в этих пирамидах, — и указал рукой на пару соседних «сопок» подозрительно правильной формы.

Побродив ещё по склонам заросшей пирамиды, мы припомнили слухи, ходившие между местными про аналогичные заросшие строения, которые встречаются по всей Якутии и Амурской области. Тот же «Циолковский», вроде как, начали строить на месте падения самолёта ещё при СССР — тогда земля и дерн от удара самолёта обвалились, явив какие-то крупные прочные здания. Такие, каких по официальной истории никто не строил. Информацию по тому случаю ведь тщательно власти изымали из всех источников, когда произошла утечка информации в СМИ в девяностые годы. Да и на Улаке был прецедент, когда карьер взрывали, и обнажились какие-то строения и конструкции. «Фэйсы» тогда всех мужиков разогнали, изъяв все средства видеосъёмки, и дали команду перенести участок по добыче угля подальше.

— Ладно, Дмитрий, не «парься» — нам от этой находки ни холодно ни жарко. Интересно только, конечно, будь денежек побольше на счёте, можно было бы оплатить раскопки и начать возить туристов, но сам понимаешь, в какой стране живёшь, — глубокомысленно изрёк я и вздохнул.

Всё и так было понятно: любое благое бизнес-начинание имеет хоть какие-то шансы, если в команде будет «бандит» рангом покрупнее, да чиновник в кресле повыше. И то не факт, что другие чиновники это дело не «завалят» и не разорят — чисто из нелюбви к стране, в которой жрут и никак не нажрутся.

Вернувшись на дорогу, выйдя к машине, недовольный Борисыч спросил, где «шаримся»? Машина уже как десять минут готова. Рассказали. Борисыч и Петровна похмыкали, сказали, что когда первый раз тут проезжали, так же «пошарились». А вообще дальше иногда попадаются и другие интересные вещи, а голову лучше не забивать посторонними.

Тронулись в путь дальше. И опять эта «гребаная» дорожная пыль! — Я теперь знаю, что войдёт в обновлённый топ нелюбимых мною вещей, — сказал я, отплевываясь от этой треклятой пыли, — в первую пятёрку — дорожная пыль.

Спутники похмыкали. Совушкина «обрадовала» новостью, что со временем привыкну. Вот чего-то привыкать к такому не хочется. И когда там дождь? Действительно, проезжая очередной километр дороги, попали в полосу дождя — облегчение на полчаса, а дальше опять «гребаная» пыль. Можно было бы получить удовольствие от дороги и даже что-либо почитать, да только всё портила она.

Радио при отъезде из населённых пунктов переставало работать, так что Борисыч врубал так называемые аудиороманы, какой-то криминальный детектив. В общем поездка становилась унылой. Когда же Борисыч сообщил о возможности срезать дорогу и выехать на трассу, проехав заброшенной лесной дорогой, — напряглись все. Но, вопреки обыкновению и ожидаемому застреванию или блужданию по этим тропам, реально выехали на трассу, по которой двигались до самых Нижних Бестях.

— Меня не покидает ощущение, что за нами кто-то уже давненько следует, прям ведёт, — поделился переживаниями я с попутчиками — ничего плохого не ощущается, но при проезде по проселочной дороге вот что-то такое было. В лесу я на такие вещи особенно чувствителен, при этом «жопо-чуйка» молчит.

Мне было странно. Остальные пожали плечами, но на всякий случай Борисыч карабин-то приготовил. Да, как оказалось, он у него был практически под рукой — между креслами водителя и пассажира. Но всё было спокойно: только трасса, бубнеж аудиоромана, жара и ненавистная дорожная пыль.

Добрались до Нижних Бестях. Место, откуда и куда ходит паром в Якутск. Река Лена также поражала своими размерами и мощью. На первый взгляд — прекрасная река.

— Говорят, тут мост хотят построить, но что-то у них там не идёт: то ли с измерениями, то ли с техническими возможностями, — сообщила Ирина Петровна — но нам в Якутск не надо, так что не проблема. Это потом надо будет на обратном пути тебе пересечь реку и проехать, провести ревизию на участке «Салокит» на реке Агай-Юрях — речка там такая.

Я от одного названия реки завис, но ладно, какая мне, блин, разница? — сказано везде, ревизия — значит везде.

Появилась мобильная связь, и по телефону Борисыч получил указание забрать какие-то запчасти, которые нам как раз в этих Бестяхах отдаст снабженец, передать ему квадроцикл, который мы, оказывается, везли в прицепе, и сделать крюк километров в 800, если не больше. Надо завести эти запчасти на участок «Талакан» — через одноимённую реку как раз мост строится, по заказу местного улуса. На обратном пути опять сделать крюк и провести ревизию и там. Снабженец просто не успевает в два пункта сразу — вот нам и Борисычу такую команду и дали. А так я уже понял, что мне на обратном пути работы предстоит до хрена и больше.

Решили зайти перекусить в придорожную забегаловку, пока ожидаем прибытие снабженца, а после и в гостиницу зайти помыться — можно заплатить не так много, как за съём номера, и воспользоваться их душем. В душ хотелось очень — смыть с себя эту гребанную пыль. В речку же лезть, несмотря на её потрясающе чистую воду, не хотелось: что-то слишком она холодная оказалась.

Сами Нижние Бестяхи — посёлок на берегу реки Лена, откуда летом ходит паром в Якутск, а зимой проложена трасса в город, и по сути являются перевалочным пунктом и развилкой дорог. Так что, несмотря на весьма скромный размер, тут в наличии и неплохие закусочные, так и приличная гостиница — может, и не одна, да и с магазинами всё неплохо. За поздним обедом обсудили дальнейшие пути, ну и некоторые «моменты», возможные там на дороге:

— На проезде в Магаданскую область с ментами я буду говорить, — сказал Борисыч — Я их знаю, подход к ним, ну и их дурные привычки.

Раз человек знает эти нюансы, да и за рулем, ну и флаг ему в руки. Пообсуждали помимо всего прочего знакомых, вспомнили снабженца, ну и тому подобные вещи и нюансы.

Перекусив, на машине съехали ближе к берегу, где как раз пристал паром, а на нём снабженец (один из множества работающих в компании), откликающийся на имя «Саша».

Поздоровались, из прицепа выкатили квадроцикл, оформили передачу по накладной, расписались в передаче ТМЦ так же, как и он. Нам сгрузил целую гору всякого «железа». В нашем прицепе оказалось ещё целая гора всякого нужного барахла на участке, находящемся на другом берегу Лены.

После Борисыч выспрашивал у снабженца, где и на каком участке чем живут механики и прочие интересные ему подотчётные подчинённые «лица», и просто нужные «детали» их жития-бытья. Всплыло интересное факты — некоторые начальники участков организовали что-то вроде нелегальных придорожных гостиниц для дальнобойщиков. На конечном участке начальник участка на три небольших вагончика выменял два больших вагончика и одну палатку, то ли у геологов, то ли у старателей. На одном из участков у механика непонятно кто и как спер его личный дорогущий набор инструментов, где-то не досчитались сварочного аппарата… В общем, всё что может быть интересным и нужным. А где и как применить информацию, уже будем смотреть. Например, инфа, что у кого-то личный набор инструментов сперли генеральному директору и главбуху без надобности. И даже тот факт, что и не ясно кто. А вообще с пропажей инструмента там говорят, прямо мистика какая-то была — вот есть набор и через пять минут нет, и никого в округе. Появились подозрения о взаимосвязи мистики на одном участке и мистике на другом, но вот разница более чем в тысячу километров… В общем, вряд ли. Тут скорее какой-то умелец по неожиданным исчезновениям вещей завёлся, в народе именуемый «крысой».

Попрощавшись с Сашей, отправились в гостиницу к знакомой Совушкиной — услуга по предоставлению просто «душа для помыться» как бы не совсем легальна, если отдельна от съема номера. Что по мне — лютая придурь хозяина гостиницы: тут на желающих помыться и дальше ехать можно озолотиться, но блин, особенность некоторых местных предпринимателей. Как с той же рыбой на рынке: будут драть три шкуры, рыба пропадет, но ни копейки не сбросят в надежде продать подороже, и при этом, в итоге, не продав ни грамма. Я даже поинтересовался: а это точно якуты, а не хохлы, под них маскирующиеся? Борисыч с вопроса хохотнул. Но факт: по весне сотни тонн рыбы просто выкидываются. Вот и здесь так же: хозяин гостиницы вместо того, чтобы делать денежку на потоке и услуге «помойся и чеши дальше», хочет сразу и много. Ну, за то его управляющая не тупит и от жадности не лопается, и имеет, по её словам, неплохо, и надеется вскоре открыть свою гостиницу, которую построит с нуля. Хороший же она приработок имеет. Ну, это дело не моё — нашёл человек лазейку для заработка — и флаг ему в руки. Я же банально радовался возможности помыться в тёплой воде и промыть волосы — а то как пакля на голове. Через полчаса снова были в пути — доехали до одного из съездов на второстепенную дорогу и свернули туда.

***

POV главного механика компании, а по-простому — Борисыча.

Н-да… Я думал, что до этого пыли было много и это проблема, как я ошибался! После съезда на эту полупросёлочную дорогу появилось ощущение, что мы едем по пыльной пустыне во время самума! Хотя по факту это была просто хреновая дорога. Очень хреновая, но сухая. Дорога, как и в большей части нашей необъятной родины, как в той шутке: то яма, то канава. Только вот нам было ни фига не смешно. Ревизор парнем оказался нормальным, но вот периодически про себя костерил дорожную пыль. Ну хотя бы не нудит по этому поводу, как дамочка, что лет пять назад на этой должности работала.

По дороге проехали пару улусов якутов, и что самое интересное: «Вепрь» ломался на дороге, равно удалённо от всех населённых пунктов — два часа едем, два часа ремонтируемся. Волей-неволей начинаешь думать о мистике и странном стечении обстоятельств. Проехав очередной улус, тянущий на очень добротную немаленькую деревню, через два километра приехали на место — участок «Талакан», возле одноимённой реки. Как оказалось, старый мост был построен очень давно, уже подгнил и подмыло его, вот местный улус и потрескал бюджетом, найдя средства на строительство нового моста.

Подумав, решил облегчить и себе, и остальным дорогу и внести своё предложение по поводу пути дальше.

Конец POV главного механика компании.

На участке предполагалось задержаться до завтра, а там уже выдвигаться дальше. Борисыч сказал, что по той части моста, что уже построена, можно проехать, а там дальше лесными дорогами, которые он знает, можно добраться до Диринга, а оттуда до более-менее нормальной дороги рукой подать. На это Дмитрий заметил, что «шарашиться» по лесным дорогам тут не совсем безопасно — местные не очень любят чужих. На это возразила уже Совушкина, пояснив диспозицию: организация приглашена местными, мост строить, так что там не опасней, чем в любой другой глуши.

— Знаешь, Борисыч, — обратился я к тому, — очень надеюсь, у тебя в роду Иван Сусанин не затесался, а то если тут потеряться, то даже местные задолбаются искать.

— На счёт кто у меня там затесался, не знаю, но так и вы тут не поляки, — юморно и с прищуром ответил Борисыч.

— Ага, это вон начальник этого участка у нас поляк, только он никуда ехать не собирается, — смеясь, подхватила в тон Совушкина.

Начальник участка на нашу беседу в столовой похмыкал. Ну и представился:

— Карницкий Виктор Сергеевич, — и протянул руку для пожатия. Крепкая рука, но не сжимает, заставляя сжать в ответ. На вид крепкий, среднего возраста, опрятный и в принципе приятного вида, но проскакивает что-то серьезное при этом и немного раздолбайского, и как это всё сочетается в одном человеке — было непонятно. По отзывам, слышанным раньше, — человек как человек, без каких-то особых странностей.

Дальше зашла речь о мосте и сроках — Карницкий до календарной зимы обещал сдать: стройка идёт в срок. Это он пусть генеральному рассказывает — меня интересует несколько иное. На счёт ревизии выразил пожелание провести её под сдачу — чтобы оформить и списания, и все авансовые, ну и прочие бюрократические нюансы утрясти. Честно, и мне так будет проще: можно провести её и сейчас, убить на это неделю, а то и две, а потом опять сюда ехать и опять две недели на это тратить, или лучше всё сделать за раз. Но, увы, тут ничего обещать не мог — как дорога пойдёт, но скорее, если смотреть на вскидку по времени, всего попаду сюда как раз под конец стройки на этом участке.

Вечерело. Конечно, можно было бы развить «броуновское движение» «по чиновничьи» — сделать много суеты для вида, но мы не в госструктуре и не в офисе, где такое иногда приходится делать, поэтому решили дождаться ужина, который, кстати, уже через полчаса, и в столовой объяснить, что да как с бумагами: заодно и Совушкина проведёт накачку персонала по поводу соблюдения техники безопасности. А потом можно и баньку принять, да перекусить, а после и спать укладываться.

Так как разместились в выделенном вагончике быстро, то заняться особо нечем было. Хотел пройтись по участку и сделать ещё фотографии для руководства, да только почувствовал желание своего организма сделать «сброс переработанного топлива», а если по-простому — почувствовал первые позывы в туалет. Что ж, деревянные «сарайчики» с буквами «м» и «ж» были и тут, да только блин, всё оказалось занято. И очередь длинная. А как говорил один знакомый моторист, на «клапан» уже придавливало капитально, хотя и терпимо. Взял бумагу и решил отойти в лес.

Отход в тайгу пришлось делать дальний — мало того, что местные собаки не отставали, так ещё и народ шатался туда-сюда. Собаки не кидались и не лаяли, вполне себе нормально на меня реагировали, банально сопровождая. Только вот желания справлять свои дела, когда вокруг мотается стая собак, совсем не было. Так ещё стоит сказать о том, что шаталось народу по делам реально много. В «мину», оставленную кем-то, кому не досталось места в «сарайчике м и ж», наступить не боялся — не при таком количестве собак. Те, кто знает особенности придури некоторых собак, вполне себе поймут, почему. А вот в собачью «мину» вляпаться можно. Поэтому шагал бодро в сторону от участка и дороги. Утопал, если не на километр, то на полкилометра — точно. Деревья тут были не чета тем, что обычно по тайге есть — не тонкие спички-лиственницы, а ели и подобные деревья в обхват и больше. Ну тайгу я знаю, топографическим кретинизмом не страдаю; к священному дереву местных выйти не опасаюсь — нехорошо справлять нужду возле священного места.

Подобрав подходящее место и справив свои дела, встал, как говорится, одухотворённый и в хорошем настроении. Только вот тайга вокруг оказалась странной — было ощущение, что слева отражение леса, стоящего справа. Присмотрелся — оказалось, что не показалось — реально отражение. Про такое явление и не слышал. Как говорится, начал ощущать испуг. Хорошо, что нечем его выразить — всё уже, так сказать, опорожнено. Про блуждающую сопку слыхал и про всякие временные аномалии знал, даже пару мест назвать могу, где время растягивается и сжимается, и я их лично находил, но вот про такое… Стало не по себе. Огляделся ещё раз — сомнений не было: какое-то зеркальное расположение растительности, и местность как-то изменилась. Обернулся — такая же фигня, как и с противоположной стороны. Проглотил вдруг ставшую очень вязкой слюну. Прошёл в одну сторону, потом в другую. «Писец» какой-то. Похоже, пришедший ко мне. Выдохнул — может быть, глаза подводят. Странно, и звуков от базы не доносится. Вообще тишина — и это пугает страшнее любого грохота. Одно радует: с чувством ориентации в пространстве всё в порядке — развернулся в ту сторону, откуда пришёл, и пошёл. Только явно не очень прямо. Ещё и всё заросшее вокруг. При следующем шаге почувствовал, как наступил в пустоту.

— Да ёмано в рот! — громко прокомментировал я начавшееся падение, кувырком вниз и по ходу со склона. Склон оказался не высоким, зато в том месте, куда полетел, оказалась какая-то широкая нора, в которую и влетел перед руками. Нецензурно выражаясь, летел — скользил по наклонённому дну пещеры, стараясь ухватиться за растительность и корни. Сколько продлилось скатывание, было непонятно — явно не очень долго. Но дно «норы» начало становиться более пологим, и я затормозил, практически приземлившись на толстый слой мягкого мха. Почему-то промелькнула мысль, что моему спортивному костюму конец — так кубарем пролететь-прокатиться практически без последствий хотя бы для одежды довольно сложно. Лежа на спине и отдышиваясь, обратил внимание, что почему-то в этой пещере — норе не темно, хоть глаз выколи, как должно быть, а есть слабое освещение, из-за которого образуется этакая «полутень» — потолка пещеры не видать, но стену сбоку, поросшую мхом, плохо, но видно. Приподнялся, чтобы осмотреться. Пещера, или даже целый грот, но…

От увиденного я охренел: по середине огромной «Залы» (вот так именно, с большой буквы) под потолком, которого практически не видать, висело нечто огромное, восемнадцати или даже тридцати метров в высоту. Это нечто напоминало формой сердце, даже отходящие от него огромные артерии были видны, уходящие куда-то во тьму в разные стороны. И это оказалось пронизано прожилками, слегка светящимися зеленым светом. Создавалось ощущение, как будто покрытости этого «сердца» крупными чешуйками, формой напоминающими чешую шишки. И если прожилки светились зеленым, то вот «чешуя» — непонятно было, светится она или нет, и цветом была опавшей лиственной хвои — разобрать сумел так как за «сердцем» в отвесной стене было то ли два небольших отверстия, выглядывающих прямо наружу, то ли хитро устроенных «световодов», приводящих сюда дневной свет снаружи. «Сердце» висело над полом пещеры, образуя под ним натуральную чашу на высоте нескольких метров, и с края «чаши» вполне можно было даже дотронуться до этого «сердца»!

Встав, подошел почти к самому краю, где можно попытаться дотянуться до «сердца», и почувствовал что-то странное и непонятное. Пришло понимание, что это «нечто» сильное и «очень сильное» — это прямо ощущалось, и вдруг это «сердце» сократилось и ударило, как обычное сердце бьется, потом замерло. На достаточно долгий срок. Потом опять повторился «удар». И через равный промежуток времени — опять. От волнения во рту пересохло. А ощущение необычной то ли силы, то ли энергии было уже ясным, и даже ощущалось какое-то его прямо течение, как будто я стою в реке. Я, не имея понятия о том, что это такое, понял лишь, что «это» что-то важное — руки к непонятному «нечто» решил не тянуть, мало ли что это, и, отойдя от края, решил проявить уважение к этому чему-то — и просто поклонился. Пришло осознание, что так поступить правильнее всего. Полюбовавшись на красивое «нечто», хотел сфотографировать, но телефона под рукой не было — вспомнил, как его оставил в машине. Раздосадовавшись, решил возвращаться на базу, пока не потерялись, а потом вернуться, чтобы сфотографировать и поинтересоваться у местных или в интернете, что это такое я нашел. Осмотревшись, понял — сюда ведет еще несколько таких же нор-пещер, как та, через которую сюда влетел. Подошел к той, по которой скатился — мох примят. Начал карабкаться, хватаясь за корни и упираясь ногами в стенки, лезть наверх. Странно мне казалось, что ладонь рассадил при приземлении, но царапин на ней не было. Так как подъем был не по отвесной стене, а вполне себе с наклоном, лезть было нетяжело. Но была странность — по ощущениям пролетел явно дольше, чем карабкался наверх, но может, это было все субъективно — испуг он такой. Но все равно карабкался минут пять. Выбравшись, обтряхнул руки, да и сам отряхнулся. Осмотрелся, определив, где и как навернулся, решил пройти по кромке обрыва и двинуть в обратную сторону. Место постарался запомнить, крутнувшись на месте. Пройдя метров пятьдесят, опять крутнулся и обомлел — все изменилось, нескольких больших деревьев, на которые решил ориентироваться, не было, по крайней мере, я их не видел, а не увидеть среди этого леса три ели в пару обхватов — это, блин, странно! Да и сами те ели были выше других деревьев. Решив, что странностей с меня достаточно на сегодня, поспешил к вахтовому поселку, и еще одна «странность» — резко начали доноситься звуки, живущие своей жизнью базы и вахтового поселка, да и голоса птиц стали опять слышны — как будто кто-то включил звук. Вышел к вахтовому поселку, как наткнулся на Борисыча:

— Ты где пропал? Тебя уже обыскались! — посмотрев на меня, обращение дополнил вопросом: — Чего у тебя солома в волосах? Ты что, с сопки скатился?

— Вот именно, скатился, — убрал несколько травинок из своей шевелюры, — как говорится, «упал с сеновала, тормозил чем мог», а так сортир занят, вот и отошел в лес, где и навернулся.

— А, понятно, ты это аккуратней, а то по местным буеракам ноги сломать можно.

— Я заметил, как видишь, — ответил я, доставая из волос травинки и листву, — так что искали-то?

— Да просто на ужин все пошли, а тебя нигде нет, — пожал плечами Борисыч.

Пошли до столовки, я завернул к машине, достав из-за сидения свой телефон, думал сбегать назад и поискать ту пещерку, да что-то уже начало смеркаться, и честно хотелось дико есть, а еще надо было всем раздать бланки. Бегать же по ночной тайге — только переломы и ушибы находить. Увы и ах — сегодня не получится, так что сначала работа, а открытия и «странности» потом. Попытался поспрашивать Борисыча о необычном тут, но тот ничего сказать не мог, сказал, что рядом достопримечательность местная — священное дерево народов Якутии — будем ехать, увидим — оно такое все в ленточках. Про местные странности Борисыч посоветовал поспрашивать у местного шамана, одного из главных и старейших, тут недалеко в улусе живет, хотя вряд ли что он расскажет, с туристами и прочими интересующимися иногда молодой шаман, приезжающий, общается, может и расскажет пару легенд. В столовке, прежде чем поужинать, познакомился с народом, пояснил, что, для чего и куда — пугаться не надо, и вообще ревизию и списание использованного для строительства проведем на обратном пути.

Глава 3. «Сенсорный шок и мучительный отрезок пути»

Интересно, а за чем на «битве экстрасенсов»

доставать из конверта бумагу с именем победителя-

что это за экстрасенсы если не могут назвать его так?

(вопрос взят с просторов интернета, автор не известен)

Снаружи донеслось тарахтение мотора трактора, на котором под вечер на базу приехал инженер техники безопасности участка. Так неохотно было подниматься и вообще вставать— дорога, да и небольшое приключение вымотало конкретно. Попытка же после найти то самое место ничего не дала— ни огромных деревьев, ни странного места, причём примечательного. А может, потому, что уже смеркалось, может, поэтому и не нашёл, хотя и рискнул, пойдя в тайгу после захода солнца. В итоге, плюнув на поиски, пошёл в баню, а помывшись отправился к своей койке и упал спать.

Утром проснуться было тяжело— сон не отпускал. Собрав волю в кулак, всё-таки кое-как поднявшись, занялся обычными утренними делами. Через час уже загрузился в «вепря» и ждал, только когда Совушкина в него загрузиться. Особо никому про необычную находку не рассказывал— ещё примут за вруна, доказательств-то нет! Окромя мха в кармане, хотя я всё гадал реально это произошло или мне привиделось? Как-то всё это чересчур было необычно. Да и так выбивалось из разряда обычного, была даже мысль, что это кто-то решил сделать «достопримечательность» для привлечения туристов и «снятия наличных» с них, но… Ощущения. Да их то не подделаешь, а после изменившееся самочувствие и самоощущения.

Совушкина загрузилась в авто на переднее сидение, где прибывает всю дорогу и мы тронулись. Я открыл форточку, подышать свежим воздухом, пока не заехали в облако дорожной пыли, и она не начала забиваться во все щели. Заодно хотел посмотреть на то самое священное дерево. Дерево оказалось приятным на вид, только вот трактора и техника ездили у него слишком близко, а вот когда присмотрелся к дереву, почувствовал что-то, в его корнях, непонятное, но стоило подъехать весьма близко, слегка гудящая голова перестала гудеть, и самочувствие с настроением как-то странно улучшилось. Мне стало дико интересно это же всё очень странно, такой чувствительности направленного действия не было никогда! Но мы поехали дальше, и облегчение сошло почти на нет, когда отъехали подальше, но голова уже практически не беспокоила. Это всё, конечно, необычно было, но беспокойство вызывала дорога, точнее, опять стоящая на ней пыль. Просёлочная пыльная дорога и давно нет дождей. Блин вокруг лес, машин не так много и всё равно и здесь стоит долбанная пыль! Через пару часов добавилось ощущение, что нас кто-то сопровождает и не отпускает с поля зрения. Поделился своими ощущениями. Борисыч и остальные задумались, и вообще это странно. Но сам ничего плохого не ощущал, что было ещё более странно.

—Ты что-то какой-то сегодня загадочный, обычно разговорчивее— обратился Дмитрий ко мне.

—Не выспался — ответил я, съехав с темы, того, что пытаюсь разобраться с изменившимся мироощущением и как сам себе не могу поверить.

Вообще, настроение не то что б было плохим, скорее никаким— к вездесущей пыли добавился запах паршивого горючего, залитого в бак транспорта.

Ехать стало скучно, меняющиеся пейзажи, самокопания и впечатления, конечно, скрашивали поездку под мерное бубнение аудиоромана про некоего «Волкова и его не лёгкую службу перед перестройкой и во время перестройки», но быстро надоедало это слушать. Меня все не отпускали раздумья и вопросы: что эта за штука там была, и почему было так странно, когда проезжали мимо того дерева и чего там в корнях под ним было? Ощущения различались немного. И какого рожна я это почувствовал? Или мне это всё кажется, и моей крыше осталось написать записку: «я поехала, а ты оставайся», подпись «твоя крыша»? Раздумья прервала какая-то мелкая поломка— «вепрь» встал и Борисыч опять полез под капот машины. Мы вышли и решили пообедать. Совушкина на спиртовой горелке разогрела тушёнку, я запарил лапши быстрого приготовления на всех, благо кипятка налил в свой походный термос, а Дмитрий нарезал бутербродов.

—Пойду руки помою, — сказал Дима, поднимаясь с пенька, который прикатили из леса.

Я, подумав, решил пододвинуть пенёк — а то сел так, что пол походного столика перекрывал, да и вообще, ещё Борисыч подойдёт, ему также место нужно. Взялся отталкивать пенёк, как вдруг стрельнуло в боку, но как-то притупленно. Учитывая, что вес у пенька никакой, а сам я занимался атлетикой — ерунда, и не должно было схватить. Подумал, может, из-за того, что долго ехал в неудобной позе. Сдвинув пенёк, присел на своё место; стоило отпустить пенёк, как бок отпустило. Случайно зацепил рукой, когда садился, и на мгновение контакта руки и пенька бок болел. Странно. Как бы случайно дотронулся рукой до пня — опять болит. Убрал — не болит. Пару раз повторил. Почему-то вспомнился анекдот про больницу, но было не до анекдотов. Пытался понять, что это значит. Но подумать решил чуть позже — Совушкина разложила тушёнку в заваренную лапшу. Можно сказать, получился вполне сносный обед. Подошёл Борисыч, заняв свой угол за столиком. Вернулся и Дмитрий.

— А, э… и? — глянул на немного сдвинутый пенёк.

Я в ответ молча указал рукой на Борисыча и Совушкину.

— А… — понял всё без слов парень и занял своё место. Когда садился за стол, случайно зацепил ногой мою ногу — столик маловатый. На мгновение у меня прихватило бок. Появилась догадка, почему это происходит. Кушали быстро, но не спеша — поболтать можно и в пути, да и вообще — когда я ем, я глух и нем, или глухо ем? Ай, ладно, без разницы. Доев лапшу и запив быстро завариваемым чаем, решил сходить к ручью, чтобы руки помыть и проверить догадку. Вставая из-за столика и убирая за собой, случайно задел Дмитрия, и опять заболел бок. Он как раз тоже доел и решил собираться.

— Слушай, Дим, — обратился я к нему и заострил на нём внимание, — а чего у тебя с боком? Парень удивился:

— А что такое?

— Болит? — спросил я.

— Да… Была травма, застудил немного… А ты откуда?

— Да, смотрю, бережёшься, и не видно на первый взгляд, — быстро нашёл способ съехать с темы я, только вот теперь я чувствовал его боль и без контакта.

Идя к ручью, я мог точно сказать, куда он наступал — боль стала как тот невидимый, но ощущаемый след, и чем ближе подходил к ручью, тем сильнее становилась тошнота, и что-то странное подкатывало к горлу от места на боку, где ощущал боль. Хорошо, что чуть-чуть не дошагал до ручья, а то нехорошо бы вышло; а так, неспособный уже бороться с тошнотой, за кустом банально поблевал. Только шёл ещё и какой-то рык пополам с отрыжкой. Большей частью это, а не съеденное, выходило. Вдруг резко стало легче. При этом стало жаль части обеда, что вылетело. Умывшись в ручье, вернулся к машине: все уже загрузились и ждали только меня.

— Ты чего это? — поинтересовался Борисыч моим отходом и недвусмысленным «музыкальным» сопровождением, — у нас, если что, лекарства есть…

— Не надо, просто сильно жирно было, — опять пришлось соврать, но что это было, я, кажется, догадался. Сели в машину и продолжили свой путь.

— Дим, как бок? — поинтересовался я. Тот прислушался к себе и ответил:

— Странно, не болит, — ответил он, сделав круглые глаза.

Я кивнул и уставился в окно, «переваривая» произошедшее. Как говорится, один раз случайность, два — совпадение, три — статистика. С ощущениями понятно. А вот с этим, рыком — отрыжкой? Или что это было и как на самом деле называется, как с этим быть? Тоже надо проверить, но, блин, это вообще как? И у кого спросить?

Проехали Диринг. Пока ехал, перебрал в памяти всё прочитанное и слышанное про всякое необычное. Ничего нормального в голову не шло, решил раздумывать логически — боль — это что? Это реакция организма на что-то, что не в порядке и, по сути, информирование мозга об этом, то есть информация. Но тут же, блин — чужая боль! Начал вспоминать анатомию и вспомнил одну из версий биологов о том, какую функцию выполняет в мозгу человека так называемый третий глаз, который большинство считает рудиментом в темечке — функция антенны. В копилку этого факта — кто-то рассказывал, что реально его устройство сходно с антенной. Но это ни фига не объясняет, почему у Дмитрия всё отпустило и не болит, а я проблевался! Ладно, реакцию своего организма ещё понять можно, но не взаим… Он же тоже человек, и у него тоже есть, но кхм «антенны», которые позволяют обмениваться информацией; тут же явный эффект лечения… Или нет? Непонятно. Кхм, что я знаю про «информацию» — её можно передавать, принимать, записывать, стирать… Так, стоп, это что я, точнее, мой организм, так стёр информацию, нажав на образно выражаясь клавишу «Del»? Причём, походу, удалив у Дмитрия и причину боли, а не только её. Надо это всё проверить, но почему-то пришло понимание — мои рассуждения, если и не на 100% попали в точку, то где-то на 95% точно так. Ну ладно, с этим понятно, примерно ясно, как это изучать, но вот причина… Это что, из-за той странной штуки в лесу? Или это так совпало? Таких совпадений не бывает. Блин, непонятно. Надо бы поискать информацию где, и никому лишнему не говорить— вот есть большое подозрение, что лучше посторонним об этом не знать, интуиция настойчиво об этом твердила. Раньше она только хорошо помогала находить косяки в школьных столовках. Бывает, подойдёшь к стеллажу с консервацией, и тут главное не отвлекаться— засовываешь руку в задний ряд и дальше вынимаешь банку, на которую интуиция указала— и о чудо! — просрочка, можно писать рапорта руководству, по найденным косякам. Но сейчас как-то странно всё.

Заострил внимание на Совушкиной сидящей впереди и тоскливо провожающей пейзаж за окном взглядом. Тут же внизу живота почувствовал какую-то, не сильную, но тупую резь. Начала подниматься тошнота. Постарался перевести внимание в сторону. Полегчало, но не полностью, но стало терпимо. Блин, и даже связи нет, что б в инете покопаться поискать информацию о таком! Перевёл внимание на Борисыча- начал что-то ощущать и быстро прекратил даже смотреть его сторону, но внимание на кольнувшие то там, то здесь боли обратил— они начали усиливаться— понял, надо быстро сконцентрировать внимание на чём ни будь другом — окинул взглядом салон, о! На сидушке, разложенной подо мной и, на которой я в полу лежачем положении…

Вот зря я это сделал — стало дурно, появились ощущения странные, как холодом окатило и какой-то душок проскочил, что-то знакомое. Закрыл глаза, постарался отрешиться— стало легче. Перевёл внимание на то ощущение сильной энергии в груди, ассоциация возникла с горящей звездой. А потом… Блин! Такого ещё не было — сны наяву, точнее, увидел, каких-то мужиков, явно рабочих, опять тот душок и тоскливые взгляды мужиков, следом их уход в туман.

Открыл окно, уставился в окно. Как было в одной старой шутке— «Это писец, товарищи». К «писцу» присоединился ещё и знакомый, для меня тошнотворный запах охлаждающей жидкости. Пока совсем тонкий, но это точно он.

-Борисыч- обратился я к главмеху- у нас походу, что-то с охлаждением— своими словами привлекая его внимание.

-С чего взял? Там всё «новье» стоит! — ответил Борисыч

-Так попахивает «охлаждайкой» — ответил я.

-Странно ничего не чувствую— ответил он, но на всякий случай остановился, вышел, осмотрел машину— да всё в порядке, — ответил он.

-Странно— сказал я — запах стоит.

-Ну не знаю— пожал плечами мужик— может там какая тряпица, пропитанная им, завалилась.

Я подумал и согласился с предположением. Но чем дальше, тем запах становился отчётливее, и в определённый момент начало становиться реально жарко — машина начала сильно нагреваться от мотора. Через три часа запах стал уже отчётливым настолько, что чувствовали все в машине. Борисыч остановившись, осмотрел машину и не очень цензурно прокомментировал ситуацию— реально «охлаждайка» течёт, и часть трубок банально оплавились, китайские запчасти кто-то из его подчинённых поставил в гараже.

Мне же и так было дурно, а тут ещё и это, да жара и внутри и снаружи. Начала трещать голова и тошнить. До ближайшего населённого пункта оставалась ещё два часа.

Два долгих и мучительных часа, в течение которых я не знал с чем больше бороться с тошнотой или головной болью. Пить таблетки было не вариант— точно бы вытошнило б.

Когда всё-таки доехали и припарковались у какого-то магазина запчастей, побежал до ближайших кустов, а Борисыч в магазин. Названия населённого пункта пропустил мимо ушей, да и не до этого было— я проветривался. Да и не я один— Дмитрию от такой поездке стало тоже дурно. Совушкина тоже куда-то ушла. Мы проветривали машину, а Борисыч метался по всему небольшому населённому пункту в поисках запчастей.

Запчасти нашлись только через час, и Борисы взялся латать машину. Ещё два часа, он с помощью смекалки, лома, ломающегося китайского инструмента (ему говорили взять инструмент подороже, но «экономия» же) ремонтировал машину.

Мы, продышавшись, помогли где могли главмеху, но не везде можно подлезть хотя б вдвоём, поэтому нас услали и попросили не мешать. Я-то, приняв таблетку анальгина, испытал натуральное облегчение, а после «порычав» подальше от всех, так вообще понял— жить можно. Стало понятно- этот рык-отрыжка, что-то вроде сброса лишнего и вредного. Захотелось перекусить. Пошли в ближайшую придорожную забегаловку. Хоть и не казистое было то заведение, но вполне себе с нормальным меню. Я от греха подальше старался ни на ком внимание не заострять, во избежание, так сказать. Вернулись к машине— Борисыч, наконец, победил поломку— пробурчал, что-то на счёт насоса и рук из жопы на заводе у тех, кто это авто собирал. Совушкина оказалась тут же.

Я звонил домой — связь появилась, можно поговорить. Жена не брала трубку, забеспокоившись позвонил родителям, они сказали у них всё хорошо, поинтересовались, как я еду, на счёт Алёны ничего сказать не могли— вроде всё нормально. Внезапно и от неё начал пробиваться звонок. Она узнавала, что звоню. Сказала тоже скучает…

Разговор как-то не клеился. Появились всякие не хорошие подозрения, но пропали. Ладно, мне и так было нехорошо и сейчас ещё и этим забивать голову не хотелось.

Вечерело. Совушкина, а по совместительству «штурман» сообщила, что в принципе должны до ночи приехать на участок— ночевать лучше там, как и привести полностью машину в порядок. Ну мне какая, блин, разница— вот Борисыч пусть решает он у нас за рулём. Он походу решил— «втопил» так по дороге, набрал такую скорость, что стало страшно— не развалиться ли «вепрь» по запчастям от той тряски— он как бы больше вездеход и точно не скоростной транспорт! Но разваливаться детище отечественного автопрома не спешило, как переворачиваться или вылетать с дороги. Мы чувствовали себя как бельё в стиралке с отбойной выжимкой— хреначило вверх вниз так, что я забыл, о чём-либо «левом» думать, как кроме того, как бы не биться головой об потолок или стены. Решил прилечь… нет, лучше сидя ехать!

-Чувствую себя как Буратино из анекдота— крикнул я Борисычу- и вообще не дрова везёшь!

К участку подъехали уже затемно. Впереди была баня и нормальная постель без этих экстремальных скачек в авто. Отдать должное— ни до ни после этого участка Борисыч так не ездил, а всегда весьма аккуратно, чего он так припустил было, если честно странно, и интуиция твердила— не просто так.

Участок оказался тот самый, на котором якобы завёлся «чупакабра». Мне вот было уже глубоко по фиг: чупа- или мута- кабра. Мне хотелось отдохнуть, и что бы меня никто до рассвета не трогал— а то воспоминания пошли не очень хорошие, портя и без того не самый хороший настрой. Короче, настроение было шкуру снять с кого-нибудь. Живьём. Но банька и компот перед сном настроили меня на очень благодушный лад.

Глава 4. «Участок «Курума» и загадка метилового чупакабры».

Ни когда не смешивайте водку с пивом.

Пиво будет вас звать в туалет,

а водка лишит возможности туда дойти

(из советов «бывалых»,

взято с АйДаПрикол, автор не известен)

или

Самая страшная борьба во мне-

это борьба моего воспитания с моим чувством юмора

(взято с АйДаПрикол, автор не известен)

Ночью проснулся от какого-то странного приглушённого звука — как будто кто-то собаке на голову надел кастрюлю и начал её злить, заставляя рычать и выть, при этом пережимая горло. Никаких других ассоциаций при этих звуках не возникало. Скулежа или визга, который сопровождал бы действия какого живодёра не было. Интуиция молчала. Поднял голову от подушки и прислушался. Всё вроде бы стихло, или это мне спросонья померещилось? Но звуки какие-то подозрительно знакомые. Надо поинтересоваться — это кто там подвывает. Реально какая-то скотинка подвывать начала, а потом заткнулась. Через какое-то время всё стихло, а я дико хотел спать и просто вырубился. Но перед сном попытался сосредоточиться на источнике шума, ни фига не понял, лишь мелькнул запах перегара. Наверное, с улицы принесло — подумал я и уплыл в страну Морфея.

Утром зевая, сидел в столовке и индифферентно поглощал свою овсянку. Прочитал смску от жены, с добрым утром пожелала в кои веки, отписался ей. Удивился — нечасто она мне с утра желает с добрым утром, но… Вообще, если честно, спал на ходу и не хотел вообще о чём-либо думать. Написала — хорошо. Я-то тоже не все время ей отписываюсь, предпочитая звонить и разговаривать. В столовку зашёл Борисыч с каким-то мужиком — оказалось механик этого участка. Поздоровались, мужики взяли себе свои завтраки и сели со мной за стол.

— Слышал, ночью «херня» опять подвывала? — обратился механик ко мне — мы бегали, везде заглядывали и ничего не нашли.

— Какая «херня»? — удивился я — по ощущениям ночью кто-то реально подвывал, похрипывал, но думал это у вас собаки такие придурковатые.

— Какие собаки? Точно не они — вставил своё мнение Борисыч — я специально проверял — псы молчали, правда, после приглушённых «похрипываний» начали бегать и гавкать, вот чего это было?

Я подумал, попробовал прислушаться к интуиции, вспомнились всякие придурки и дебилы, считавшие себя супер шутниками, ещё со времён школы и пытавшиеся прикалываться, да и чего-то опасного не ощущалось, ну и выдал свой вердикт:

— По мне, так меньше рен-тв смотрите, а так какой-то дебил «стебётся», или что-то в этом роде, считая себя «великим шутником».

—Сколько скептицизма… У меня вот набор инструмента пропал, может эта «херня» утащила? —ответил на это механик участка, откликавшийся, на имя «Гаврила».

Прислушался к чуйке и возразил:

—Вряд ли, если это даже и животное— начал говорить я инструмент не разумной скотинке без надобности, а вообще давно бы пригласили охотников, глядишь отловили бы вашего этого «чупакабру» — я обратил внимание ещё на кое-что и поинтересовался— кстати, где Димка, что-то его не видать?

—Да сейчас придёт, вообще, как понял, руководство решило его здесь оставить— как раз его квалификация нужна, а на Калыму двоих от сюда увезём, да и крановщик там нужен. О! Кстати вот и он— сказал Борисыч и указал на зашедшего в столовку худощавого небритого мужика среднего роста в красной потёртой футболке.

Мне показалось или нет, но от него вроде как потянуло перегаром. На участке руководство пьянство не поощряет, но некоторые мужики нет-нет да по тихой «дёргают» стопку-другую ночью под одеялом. Но ладно, может, и показалось, но на вид и по поведению трезвый.

Крановщик, отзывался на имя Миша, два сварщика-автомеханика, что поедут с нами дальше вместо Дмитрия— Эдик и Виктор. Они тоже подтянулись на завтрак. Потом ещё и начальник участка пришёл, откликающийся на «Петровича». Совушкина непонятно, как просочилась мимо нас, не привлекая внимания, когда проходила и как будто «материализовалась» весьма неожиданно и о чём-то говорила с завхозом этого вахтового посёлка. То там, то тут обсуждали странные ночные звуки. Повариха опять же ругалась на какую-то сволочь, которая всех кур потягала. Женщина была старшего возраста и хотела чтоб далеко за яйцом не ездить завести курочек при посёлке, но увы— их кто-то съел, только перья и кровавые пятна остались.

Честно сначала эти разговоры про какую-то «хню» раздражали, потом начали забавлять. Два местных работяги, чьи имена не уточнил, были ещё и охотниками и в один голос утверждали, что во-первых, странные завывания— они таких зверей не слышали, но что-то знакомое в этом было, и во-вторых— кур потянула куница, в этом они были уверены на все сто процентов. В виде интереса сходил к месту, где пытались развести курятник. Ну по следам, что ещё остались, точно мелкий хищник какой-то, по звукам. Точно что-то знакомое, и вот было ощущение, что скоро узнаю, что это», и это точно не куница.

Борисыч ошарашил новостью: мы застряли тут до следующего утра— в машине много чего посыпалось, надо подремонтировать. Было б удивительно, если б результат отечественного автопрома не посыпался. В принципе у меня и Татьяны Петровны, есть чем заняться — она выдаст куртки и «желтухи» (специальные яркие жилеты) тем, кому не хватает и проведёт инструктажи по технике безопасности и заполнит документы, я же раздам бланки, объясню, что к чему, да как списать или хотя бы приготовить списание материалов, а то, похоже, не все понимают. Ревизией и пересчётом заниматься буду на обратном пути. Только есть подозрение, что участок может раньше закрыться.

Разобравшись с бюрократией, пошёл осмотреть участок «строй площадку»: сфотографировать имущество, а потом и сам мост— тоже надо сфотографировать чего настроили и это отправить руководству.

Вернувшись в вахтовый посёлок, пошёл в бригадирский вагончик— в нём единственном была связь и интернет, по скидывал фото с комментариями, на почту руководству. Про происходящее на участке высказался в том же плане, что и раньше— ерунда это всё, кто-то из себя великого шутника возомнил.

После же решил поискать в инете ответы на свои личные вопросы. Поискал… Ноги, блин, в рот! Сколько же этого жулья там «приворожу— отворожу- заворожу— карманы ваши обчищу». Ничего кроме жеста рука-лицо первые результаты поисков не давали— всякого информационного «мусора» было до хрена и больше. Толку —ноль. Заострил внимание то на одном «маге-шмаге» то на другом… Одного прям как живого увидел в здании суда в клетке, а потом в робе «зк», другого ржущим за клавиатурой и пишущим ахинею, третьего в смирительной рубашке… Потом начались попадаться типы «поинтересней» — какая-то «чёрная колдунья» раздававшая советы, при прочтении которых захотелось проблеваться (явно реально эта херня действует) очень быстро и оперативно эта деятельница всё стёрла и удалила даже свой аккаунт. После того как я начал интересоваться её деятельностью, совпадение? Другой предлагавший тип услуги «магии» и тому подобной фигни при попытке завести диалог, при первом же сообщении, где ни каких вопросов не успел задать, влепил бан, и тоже оперативно смылся в офлайн, с чего бы вдруг? Почувствовали что-то или что?

Попробовал выйти на церковные сайты. Хм… система поиска дала отсылку на библию, на стих про «изрыгание волшебное», сами же служители, похоже, вообще «не вкуривают» о чём там речь— комментариев и домыслов вагон и маленькая тележка, а толком информации -нету. Скорее всего, есть и те, кто понимают, но, похоже, молчат, не спеша просвещать всех остальных.

Сайт посвящённый даосистской тематике не сильно в этом плане отличался, только вот попалось пара моментов, которая показалась знакома. Как-то странно начала срабатывать интуиция. Поочерёдно открывал текст то библии, то Дао… И внезапно в голове, как щёлкнуло— в библии приведены примеры с описанием, что за чем и почему бывает, без подробного объяснения действия «механизма». То ли, подразумевая под собой, что, тот, кто читает уже в курсе, то ли в действии принцип «догадайся сам», в Дао же, если опустить «воду», описываются именно те самые «механизмы», без подробностей или правильней сказать примеров — иллюстраций. Одно другое дополняет!

Загрузившись информацией, отключил интернет, почистил историю браузера и запросов от греха подальше. Это всё стоило ещё переварить.

Несмотря на ощущения очень длительного сидения на месте во много часов оказалось просидел за компом всего часа полтора — два. Вышел на улицу— мужики уже возвращались с работ. Мост строился недалеко -за три минуты можно быстрым шагом дойти.

Вообще, ситуация была не очень— из графика выпадал день, который, как говорят «ни туда ни сюда» —начинать ревизию смысла нет, банально не успею всё пересчитать и проверить, а делать «якобы»… Не моё это, делать для «галочки», надо пересчитать основное и проверить, не могу не глядя писать чего есть, а что нет. Ну хотя б с бюрократическими вопросами решил — помог некоторым мужикам составить авансовые отчёты, и даже пошаговую инструкцию составил для них, хотя чего там сложного? Но ладно, как говорится это всё лирика, да и вечер уже близится.

Позвонил Алёне. Поболтали. Рассказала, чем занималась, куда бегала и прочее. Ничего такого интересного, но отметить себе стоит. А вообще, женщина без работы-это катастрофа, она начинает работать над отношениями. Но вроде как устраивается в турагентство, туры выписывать. Порадовался за неё. Рассказал немного о своей работе— это обычно навевало на неё сон, поэтому она быстро закруглилась со звонком.

Прошёлся по вахтовому посёлку ещё раз. Ничего странного. Поговорил с мужиками. Тоже странное ощущение. Решил поискать «концы» у странного похрипывания- завывания. Как в кастрюлю или банку, через подушку. Тут пришла интересная мысль, подошёл к трубе большого диаметра, складированной недалеко. Подошёл и пошумел почти в ней. Эхо и искривляет звук, сходно, но не приглушённо. Появились догадки. Ходил по базе кругами, отмечая, где были странные ощущения, в каких местах они дают о себе знать— внутри всё, как затвердевало и помелькал запах перегара. Соединил точки между собой — получилась прямая. Пошёл по этой прямой в одну сторону и вышел… К столовке и вагончику, где жила повариха. Как оказалось, возле него есть отверстие и вполне себе приличного диаметра только заросло травой и рядом сложен всякий мусор, и по этому его со стороны не видать. Отверстие оказалось сливом для воды и жидких отходов из столовой. Пошёл в противоположную сторону и вышел к краю участка, где имеется достаточно крутой обрыв высотой метра полтора — два и всё заросло травой. Спустился заглянул — труба большого диаметра, а на противоположном конце виден свет от входа— труба лежала с чётким подъёмом чуть вверх в сторону столовки — то самое отверстие за столовкой, куда сливают воду, а здесь ниже -выход. Поинтересовался у начальника участка об этой трубе.

—Тут раньше дорожники стояли, отсыпку под вахтовый посёлок они делали, да и трубу кинули тоже они, когда снимались — они то ли забыли её, то ли решили, что смысла нет выдёргивать, ну а мы когда «встали» и оставили её на месте — пояснил начальник участка.

Я поинтересовался насчёт возможной живности там. Мужик пожал плечами сказал, что всё же видно— труба прямая и они не раз и не два проверяли её во время «завываний» и ничего не находили, хотя звук чётко шёл от неё.

Ну я и высказал предположение: кто-то залезает туда и пугает повариху, или реально какая живность по ночам там обосноваться пытается и есть помои. А что не поймали, так этот кто-то быстро сматывается и всё.

Пошли смотреть вместе. Посветили фонариком. Труба как труба, только диаметром больше чем пол метра. Можно даже залезть спокойно в полуприседе. Вся в сварных швах. Решили, как стемнеет поймать засранца, решившего, что он самый юморной, но на всякий случай начальник участка взял ружьё. Я взял лом и шокер. Борисыч с Совушкиной также решили поучаствовать, вооружившись, кто чем, условившись о засаде никому и слова не говорить.

После ужина и помывки всё «расползлись» по вагончикам— по-другому сонные движения обитателей вахтового посёлка не охарактеризовать. Сначала наступили сумерки, а потом и ночь. Борисыч сообщил, что «вепрь» к поездке готов. Мы все усиленно делали вид, что нам всё равно. Думали, что или этот некий приколист «спалил» наши приготовления или решил ничего такого делать, и мы уже собрались идти спать, как в первом часу ночи послышались первые приглушённые звуки с «побулькиванием».

Подошли к выходу из трубы в овраге. Звук шёл из неё. Аккуратно заглянули. Ни хрена не видно. Посветили фонариком. И о чудо — торчат чьи-то сапоги. Только почему-то не вдоль трубы, а поперёк, из стенки трубы. Я даже помотал головой. Подумал и стукнул по трубе ломом, вызвав мощный гул и резкое судорожное дёрганье сапог, похоже, из-за сильного металлического звона напугавшего обладателя сапог:

—Вылезай засранец! — закричал Петрович обладателю сапог. В ответ послышалось какое-то пьяное мямленье, начальник участка разозлился и потянулся за ружьём уронив фонарик— А то стрелять буду!

Судя по звукам, пьяное тело в трубе заворочалось, испугалось и, разобрав происходящее и, выбираться к нам не собиралось. Пока Петрович подбирали фонарик, услышали скрип и лязг металла, как будто кто-то хлопнул крышкой в поддувале печки, и явные попытки уползти в противоположную сторону от нас, к выходу у столовки. Как назло с той стороны повариха вышла из столовки с алюминиевой кастрюлей, полной помоев. В её сторону рванул Борисыч по насыпи сверху. Повариха, услышав звуки чего-то издающего страшные звуки, приближающегося к ней по трубе, испугалась и вывернула с испуга кастрюлю, куда и так собиралась слить помои, при этом попав почти всем объёмом в отверстие. Так как «тело» было почти на выходе, часть помоев досталось и ему на голову. «Тело» возмущённо закряхтело — замямлило, не имея возможности нормально заматериться (похоже, из-за общего состояния опьянения), зарычало-закряхтело и только собиралось принять очередную попытку невнятно выразить своё возмущение исключительно нецензурно, а по-простому матом при этом вынырнуло головой из заросшей травой трубы на повариху. Та, с испуга и неожиданности— в полу тьме что-то воняющее помоями, невнятно то ли рычащее, то ли бормочущие, напугало её изрядно, отчего повариха, дико завизжав со всей силы, опустила свою кастрюлю на чёрный невнятно бормотавший предмет, вынырнувший из травы на неё. Послышался звон металла, как будто столкнулись две пустые кастрюли. А следом чёткое восклицание: «ой мля-я-я!» и повторные звонкие удары кастрюли по чему-то пустому, под аккомпанемент визга «начальницы столовой». Звонкие удары кастрюлей проводились предположительно по голове этого пьяного тела.

Первым подскочил к месту Борисыч, затем и мы «подтянулись» к месту победы поварихи над «чупакаброй».

Визг напуганной женщины перебудил весь участок. Повариха, увидев, что тело помирать не собирается и только невнятно материться, бросив кастрюлю, побежала подальше, крича, что на неё напал «чупакабра». Мужики высыпали из вагончиков, вооружившись, кто чем. А Петрович посветил на страдальца, попытавшего удрать от него по трубе, но в этот раз встретившегося с преградой в виде пугливой женщины с кастрюлей наперевес. Выбравшегося из трубы и держащегося за голову страдальца осмотрели и тут же узнали.

—Вот ваш «чупакабра» — сказал я, глядя на ничего не понимающего бухого мужика, и добавил полное определения— этот «чупакабра» походу нередкого подвида, из подтипа «метиловых».

От него просто пёрло сивухой. Миша-крановщик. Теперь даже знаю, какое ему прозвище прилепят мужики.

—Ну пошли, будешь объяснительную писать, зачем народ пугал -сказал я ему, направляясь к штабному бригадирскому вагончику.

***

Сидели в бригадирском вагончике, слушали объяснения от трезвеющего Миши. Как оказалось, у него и в мыслях народ пугать не было. Он просто засыпал в своей «нычке» со спиртным не надолго, потом возвращался под утро к себе. Это стало и так понятно— сапоги из стены, металлический звон задвижки… Не надо быть Шерлоком Холмсом, что б сделать вывод. Но вот остальное, он не знал, как объяснить. Соврать правдоподобно не вышло, особенно объяснить, почему его ноги из стены трубы торчали. В общем, оказалось, этот «чупакабра метиловый», раньше работал у тех самых дорожников, которые здесь первыми стояли, и они кинули в качестве водоотвода, какую-то дефектную потрескавшуюся трубу с боковым отводом. Ну он и его приятель работавший там, её как раз и укладывали. Приятель был сварщиком, заваривал трещины, ну и приварил сбоку на отвод в сторону что-то вроде стены с вогнутой дверцой, которую практически и не видно, а там у них, за дверкой был личный хитро сделанный тайник, где они втайне от начальства употребляли спиртное вечерами и прятались при необходимости.

—Ага, и там же его хранили— сделал вывод я.

В дверь вагончика затарабанили. Открыли— оказалось, пришла повариха, тётя Галя, жаждущая благородной «мсти». Пришла она с половником наперевес, которым решила «отрихтовать» Мишу. К слову, половник ещё советского образца, раритет. Подобными в солдатских столовках красной армии кашу раздавали. Если таким в лоб дать можно и убить. Тётя Галя очень хотела отоварить Мишу этим половником. Успокоили. Миша очень извинялся. Потом попросил анальгина — голова после встречи с кастрюлей чутка побаливала. Начальник участка не поленился и слазил в трубу, и нашёл хитрый «тайник» — ведь сам же проверял трубу до этого! А нашёл только благодаря тому, что видел, откуда торчали ноги Миши и его рассказу.

Отодвинув хитрую, почти неразличимую в стене задвижку, обнаружил, как он выразился, «гнездо метилового чупакабры»—с как пустыми пузырями из-под водки, так и пятилитровую бутыль с недопитым местным вонючим самогоном.

Я поутру, когда проснулся, слышал за окном смешки мужиков. Ну точно, у Михаила теперь претензионная, как сказали бывалые мужики «погремуха»: «чупакабра».

Мишке-чупакабре влепили выговор, возможно, вообще бы уволили, да крановщик он шибко хороший. После ночных разборок он в остывшей бане был вынужден отмываться от помоев.

—Когда будем сниматься, — сказал начальник участка, нам загружающимся в «вепря», — я эту трубу вырою.

Мне было без разницы, а вот Борисыч поржал на тему, что Петрович решил ценный трофей увести себе в деревню, так сказать, всем показывать «гнездо чупакабры» редкого подвида «метилового». Я же по телефону отзвонился в офис и отчитался о решении проблемы.

—… Подробностей добавит начальника участка Петрович— закончил устный отчёт для давящегося смехом руководства.

Из вахтового посёлка мы уезжали с приподнятым настроением. Эдик и Вадим подхихикивали. И только Миша сидел смурной, держал компресс на лбу, на месте встречи его головы и кастрюли, и смотрел в окно.

Глава 5. «Переправа, переправа- берег левый, берег правый или новые впечатления»

Наведи порядок в мыслях,

и увидишь мир другими глазами

(Мигель де Унамуно-и-Хуго)

Впереди осталось три участка: «Никуня», «Непроходимый», ну и собственно, сама «Колыма» — с неё и начнётся официально ревизия, а то пока просто путь туда и, по сути, подготовка, чтобы меньше времени тратить на всякое попутное, вроде авансовых отчётов. Но до той же «Никуни» ещё доехать надо. Теоретически, за сутки можно добраться, а вот практически…

Я выдохнул при этих мыслях, посмотрев на то, как Борисыч опять копается в моторе. После Хандыги будет граница Магаданской области. Собственно говоря, реку Алдан мы ещё не пересекли, и нам надо поспешить на паром.

— «Паромная переправа Хандыга — Мегино-Алдан», — прочёл я в карте название переправы.

— Как будто какую-то абракадабру произнёс, — прокомментировал Миша. — Я когда первый раз её пересекал, с названия завис.

— Ты его просто выговорить не мог, — заржал Эдик — Тэбэшник дорожников тогда его использовал как скороговорку для определения того, насколько он был бухой, — кивнул лыбящийся парень на возмущённого Михаила, сдав забавный факт из жизни нашего штатного «чупакабры».

Перезнакомились с попутчиками — нормальные пацаны. Мишка тоже неплохой человек, но вот любит иногда выпить, хотя в его исполнении хочется сказать так, чтобы отразить суть, как он любит это дело, а попросту «вмазать». Как крановщик — специалист великолепный, за это и держат. Ну и из плюсов: если и «поддаёт», то не в рабочее время — на рабочем месте он обычно трезвый. Совушкина же на него реально «навелась», но пока ещё не взъелась и контролировала по полной: в одном придорожном кафе он хотел купить чего покрепче. Пообещала уволить и отправить пешком домой. При всех пить не стал, но бутылку, похоже, купить умудрился, из которой всю дорогу потом «подкреплялся». Результат подкрепления спрятать никак не получалось.

— И где ты такую вонючую «палёнку» только достал? — спросил я его как-то, на что он не смог внятно ответить. Ну ладно, его проблемы. Совушкина вполне может посодействовать тому, что его выпрут, хотя это он в дороге подкрепляется, как будет на работе — неизвестно, но насчёт водяры попросили только вечером, а не когда в замкнутом помещении с ним, а то содействовать будут все — нюхать перегар в раскалённой машине желания ни у кого нет, поэтому Миша был всю дорогу смурной и башку высунул наружу, чтобы перегаром не отравлять воздух в машине.

Утром прошёл небольшой дождик, стало заметно легче двигаться вперёд — пыль не поднималась столбом, ехать оказалось комфортно. К своему изумлению, мы добрались вовремя и успели на последний утренний рейс парома. Не пришлось ждать несколько часов следующего рейса, несмотря на случившиеся поломки по дороге.

Переправа была обычной: подъехал автомобиль, разместился на палубе, особых прогулок по судну никто устраивать не стал, да и желания особого не возникло.

Мимо проплывали берега достаточно сильной реки. Глядя на её воды, понимаешь— это не обузданная река, здесь вокруг дикая местность, и в случае дождей весной эта река показывает свой крутой норов.

Я всё ещё разбирался со своей странной, резко усилившейся «чувствительностью» и усилившейся интуицией. Например, река под нами ощущалась странно: в глубину заглянуть не мог, не видел, что там, всё мутно, но ощущение было как… от живого организма, причём река ощущалась живее иных людей. Это сложно описать, это нужно почувствовать: живая прохлада, и этот запах чистой воды, казалось, проникал везде и не перебивался даже чадящим паромом. Но запах воды гораздо лучше всего остального. Я всё прислушивался к своим ощущениям и, кажется, начал понимать, почему река ощущалась так: она наполнена жизнью разных созданий, от микро до, если так выразиться, макро (похоже, водоросли или какие-то растения, растягивающиеся под водой по дну). Ощущать это всё было странно. Но не так неприятно, как когда забудешься и переведёшь внимание на какого-нибудь человека: обязательно почувствуешь на себе, где у него что болит или, как минимум, в каком месте была травма. От некоторых не самые приятные запахи идут — подозреваю, болезни. Попытался дистанцироваться от ощущений. Получалось ну так себе, специфично. Зато получилось другое, причём специально оно и потом получалось плохо: в очередной раз, проводя свой маленький «эксперимент», перевёл внимание на капитана парома, задумавшись о своём, и не заметил, как мысли стали странными и соскочили куда-то не туда: «Эх, дома кошак не кормленный, ладно, вечером покормлю, если жёнка не покормила, да запчасти надо новые купить на движок кораблика, а то что-то чадить стал сильно…»

Так, стоп. Кота у меня сейчас дома нет, мой Рыжий как-то плохо сочетается с канарейками, поэтому он живёт у сестры. Крыс ловит, её воспринимает, как и меня, а она его кормит от души и вообще холит и лелеет. И второе — при чём тут паром? Взгляд зацепился за капитана, стоя́щего у руля, который явно что-то решил и обратился, похоже, к старшему сыну, выполняющему функции старпома:

— Слушай, ты где запчасти покупал? Надо опять, а то вон что-то чадит сильно…

Я перевёл взгляд на реку. Та-а-ак, какого хрена, мне что, теперь в комплекте к ощущениям, когда надо и не надо, где у кого что болит, теперь ещё и чужие мысли в голову лезть будут? А как их, блин, отличить от своих?! И спросить же не у кого. Так, теперь надо ещё и за своими мыслями крепко и много наблюдать, искать, несоответствия.

Стоял у поручня и смотрел на воду. Всем было по барабану, куда я смотрел — каждый занимался своим делом: Мишаня потихоньку подбухивал, парни-попутчики анекдоты травили, чем заняты Борисыч и Совушкина — без понятия. Решил немного сфотографировать берега, так сказать, дома показать своим. Сбоку послышалась тихая ругань: Совушкина возмущалась на Мишаню, пойманного на «жареном», а Борисыч обещал заставить бежать следом за паромом, если он будет хлестать эту поганую сивуху в машине и не проветрится до того, как опять поедем. Да… попутчик, охренительный… Другие два «попутчика», Эдик и Витя, пытались подкатить к девице, также ехавшей на пароме в авто. Благо там было всё чинно и спокойно, и девица дала отворот-поворот парням — дома муж ждёт. Молодец какая! Интересно, а как там моя? Хотел позвонить, но случилось непредвиденное проявление ещё одной грани «способностей»:

От резко «прилетевшей» картинки чуть в воду не свалился — Алёна сидит на улице и пиво пьёт! Ещё и кокетничает с кем-то! Какого хрена?! Потом картинка как будто в туман уплыла. Ощущение, как будто спишь наяву. Попытался вернуть «картинку» и рассмотреть — не получается, похоже, нужен совершенно точно определённый настрой и концентрация, но вот определённый раздрай в душе появился и явно сбил «тонкие настройки». Очень надеюсь, что это у меня воображение разыгралось, но и связи же нет! Да и как её, блин, сейчас проверить? Вот теперь точно понял выражение «как туман в голове» — пытался то увидеть, получалось фиг пойми, что, то мысли левые, то картинки к делу не относящиеся, хрен пойми какие.

Настроение испортилось от этого, и на душе стало неспокойно. Прошёл по парому вперёд-назад, переваривая новую порцию информации. Записывать, что ли, новые грани этого «явления»? Не стоит, ещё попадёт на глаза не тому человеку, и ничего хорошего из этого не будет. Ладно, разберусь как-нибудь. А вообще, могу ли я сейчас сделать что-либо? Нет. Тогда сто́ит попытаться успокоить свой дух и разум. Наблюдение за водой — вообще медитативное занятие. Очень надеюсь, что ошибаюсь, но нехорошие подозрения насчёт жены закрались. Да и другие моменты начал вспоминать. Постарался отвлечься на происходящее вокруг, но с событиями было негусто. По воде пошла немаленькая такая «стрелка» — явно щука охотится. Надо было хотя бы спиннинг с собой взять, и блесна явно же самое то сейчас бы было! Но, увы, рыбачьих принадлежностей в спешке не взял. Да и не думал о том, как бы такое пригодилось.

В общей сложности на пароме пробыли то ли два, то ли три часа — сам сбился со времени, а на часах ничего не засекал. Рассчитавшись с паромщиком, съехали на твёрдую землю, все, кто хотел, в кусты сбе́гали и снова тронулись в путь.

— В Синегорье не попадём, — сказал Борисыч, прервав молчание. — У мужиков на пароме узнал, дорогу там разбили, да и так можно проехать более прямо — объезжать больше не нужно, все отремонтировали дорожники.

— Ну, не попадём так не попадём, — пожал плечами я и продолжил: — Хотя, если честно, хотелось — поговаривают, там весьма красиво, ну ладно, по дороге и так пейзажей достаточно.

Проезжали какое-то мелкое село, так на горизонте виднелась до ужаса странная абсолютно белая гора, находящаяся чуть на отдалении от других горных массивов, да ещё она и показалась слишком острой для природной горы таких размеров и прямой, так и вокруг скалы, как кромка от потухшего вулкана. Долго рассматривать результат странной причуды природы не получилось — достаточно быстро всё скрылось за густой растительностью тайги.

Да и вообще опять начали делать какие-то зигзаги по просёлочным дорогам. Эдик и Виктор высказали надежды на отсутствие у Борисыча в роду Ивана Сусанина, а то даже они этих троп не знают, хотя ездят уже не первый год на север работать через эти места.

Совушкина попросила под руку не «крякать», а то отвлекут его, и он свернёт не туда, и тогда и без всяких «Сусаниных» будем как те поляки, пропавшие с концами. Потом эти двое переключились на анекдоты и байки, пока Эдик не рассказал случай про некоего «коллегу»:

— Отправили как-то двух знакомых мужиков в командировку, — начал рассказ Эдик, посмотрев, что всё внимание к нему, продолжил: — Остановились в гостинице, как водится, вечером выпили, и один из них заснул пьяным крепким сном. Второму стало скучно, и он вызвал дам пониженной социальной ответственности, а по-простому — двух проституток. С одной решил уединиться в ванной, а второй указал сделать «минет» его товарищу, да так, чтоб он не проснулся. — Рассказчик, выдержав мхатовскую паузу, сделал глоток из бутылки с водой и продолжил: — Через некоторое время до ванной донеслись крики: «Вася, Вася, что ты делаешь?!»

В машине стоял не смех, нет — в машине был неприличный «ржач». Я думал, Борисыч руль укусит, притормозив, отсмеялся, после попросил не смешить так, а то точно с дороги улетим, после чего продолжили путь.

В процессе разговоров как-то незаметно пейзаж за окном поменялся на более открытый. Высокая трава перекрывала обзор процентов на 80 вокруг. Незаметно для себя задремал. Даже небольшой сон привиделся — какие-то соловьи-разбойники. Проснулся от довольно резкой остановки, выглянул наружу — вокруг трава, а впереди пост то ли ГАИ, то ли таможни, в общем, дорога перекрыта шлагбаумом, и возле него стоят реально как какие-то «соловьи-разбойники» — якутской национальности работники автоинспекции. Прямо сон в руку. Дальше, судя по всему, началось ещё то шоу: эти госслужащие докопались до Борисыча по полной — ему пришлось все какие есть документы предъявлять, эти всю машину обошли, чуть не обнюхали, дошло до анекдотичной ситуации — заглянув, подёргали ремни безопасности на Совушкиной и выдали сакраментальную фразу:

— Блин! За полтинник удавятся.

О чём Борисыч говорил с автоинспекторами ещё минут десять, было неясно, да и не особо видно и слышно, но потом он вернулся за руль, и мы спокойно поехали. Честно, думал, эти сейчас заставят полностью разгружать машину и заглянут в каждую щель. Думал поинтересоваться или нет на тему: выдавили они с него чего-нибудь себе в карман или нет? Но решил, не стоит — мужику и так настроение подпортили.

— Они здесь вполне могут устроить шоу, — начал говорить Борисыч, прервав в очередной раз установившееся молчание, — каждые десять километров тормозить: пока один экипаж досматривает и «мозг сношает», второй проезжает десять км и потом тормозит, и уже когда этот, второй экипаж «мозг сношает», первый проезжает ещё дальше и тоже трахает мозги… Они так нервы могут мотать и тысячу километров, — поделился своим печальным опытом Борисыч.

Невысказанные вопросы отпали — ну их на фиг, этих изобретательных «соловьёв-разбойников». Но дальше ехали спокойно. Вот не знал бы, что въехали в Магаданскую область, посчитал бы, что где-то по северному Казахстану еду — пейзаж очень похожий открылся. Потом вспомнил, как такая местность называется у учёных — тундростепь. Считается, что её уже нет, тип мамонты вымерли, которые её вытаптывали, и она кончилась… Не знаю, что там у учёных считается (некоторых, походу, можно назвать «учёными кислых щей»), но, походу, тундростепь никуда не делась, как говорится, вот она за окном. Хотя и периодически сменяется местным редким лесом.

— Там дальше Кадыкчан, — сказала Совушкина, кивнув на карту в своих руках.

Вообще, думали там заночевать, но, скажем так, заброшенный город, в котором официально числится один человек из бывших сорока тысяч, не то место, где хочется надолго оставаться. Особенно без оружия, пусть город и опустел несколько лет назад. Раньше город был процветающий, основой благополучия была золотодобыча. Говорят, как месторождение было истощено, народ уехал, но… Здесь месторождений вокруг очень и очень много, настоящая причина, похоже, другая. Как говорится, эффективные «манегеры» с подачи западных «коллег» начали прорываться в руководства компаний и способствовать продаже этих компаний западным хозяевам за бесценок, прямо как в Казахстане. Те же стоимость отбивали быстро и просто закрывали всё, что можно и нельзя, похоже, преследуя больше социальные цели, в смысле цели создания социальных проблем по причине лишения населения заработков на своё существование. По дороге то тут, то там стабильно попадаются развалины посёлков и предприятий, уничтоженных всякими «Гайдарами» экономическими методами по заказу заграничных хозяев.

Но о грустном и о том, как откровенные предатели прорвались наверх и изгадили всё, до чего дотянулись, можно подумать, и потом, а сейчас мы сидели в машине и наблюдали целую стаю одичавших собак — не надо быть семи пядей во лбу, чтоб понять, что из машины лучше не выходить. Где-то здесь «заныканный» «Борисычем и Ко» цветной металл сейчас не изъять. Так, ещё и в нескольких окнах наверху в многоэтажках кто-то мелькнул.

— Поехали уже отсюда, — сказала Совушкина, — не нравится мне тут, ощущения очень плохие.

Борисыч тяжко вздохнул и развернул машину на выезд.

По дороге попадались брошенные бульдозеры у дороги, да и другой ржавеющей техники было в достатке, и это удивляло — всё это стоит очень немало, и если кто-то скажет, что вывозить дорого, пусть посмотрит хотя бы на стоимость металлолома. А в бульдозере обычно не меньше пятидесяти тонн того металлолома, или в ином тракторе. Так что всё выглядело не как экономическое решение, а как поспешное бегство, когда бросают всё подряд. Тем не менее жизнь в этих местах тоже теплилась: то фуры проезжали, то легковые авто, несмотря на старания Гайдаровских реформаторов, приведших район к состоянию «как после боёв», люди здесь всё ещё жили, хотя и многие вернулись к традиционному укладу и ремёслам — тому же оленеводству или рыбной ловле.

Опять встали подкачать колёса, как раз у такого в хлам разрушенного села. Но линия высоковольтной передачи была цела, и даже небольшой вахтовый посёлок электриков, следящих за подстанцией, был на месте. А вот каменные дома, которых здесь было много, разобраны и реально как будто разбомблены — то в одном месте стена, то в другом.

В отличие от ожидания, управились с подкачкой колёс намного быстрее, чем обычно, и снова тронулись в путь. Борисыч опять решил срезать путь.

— Закройте окна и люк, — сказал он.

— Зачем? Жарко же! — спросил я, маясь от жары.

— Закройте, — вторила ему Совушкина, — сейчас увидите, почему, так надо.

Ну раз надо — значит, надо, естественно, всё задраили. Через десяток километров увидели знак радиоактивной опасности у обочины дороги, и за ним развалившуюся деревню с полусгнившими деревянными домами и брошенной техникой. А во рту появился неприятный привкус железа. Отъехав на приличное расстояние, понял, что привкус железа на языке стал намного слабее. Появилась догадка: радиация так ощущается. Блин, мне ещё и радиоактивных «Копачей» магаданского разлива недоставало для полного «счастья»!

Обсуждая всё увиденное, заметили, как Борисыч явно начал уже добавлять скорости и откровенно гнать авто, так и сказал: хочет ночевать в нормальных условиях, и свернул с дороги. Доехали… Ну я думал до вахтового посёлка, но увы, — Эдик пояснил — это не Никуня, это, как он выразился, «база подскока» — складская база организации, через которую распределяется техника и материалы. В своё время эти вагончики и приготовленное место выкупили у киношников, когда они фильм сняли, целую массу реквизита и вагончиков продали недорого нашей организации. А так как место было удобное, то сделали здесь то, что сделали. По факту мы заехали сюда заправиться, помыться и отдохнуть. Я прошёлся — про ревизию на этой базе не было и речи, да и учитывая движение материалов и всего остального в этом месте, провести ревизию будет крайне сложно — быстро всё пересчитать не выйдет, а тормозить «движение»… Это будет выглядеть натуральной диверсией, да и смысл? Начальники участков и иже с ними материально ответственные лица подписываться за ТМЦ (товарно-материальные ценности), не имеющиеся в наличии, не будут, это точно, так что всё пересчитываться будет, когда эту базу разберут и вывезут на центральный склад, вот там можно будет проревизировать всё с чувством и толком, без ненужной спешки. Спешка, как говорится, нужна только при ловле вшей.

Кстати о всяком нехорошем заводящемся, если долго не мыться — попутчики оказались людьми нормальными, и с них это всякое, типа вшей, не сыпалось, но и помыться на базе ни они, ни я не успели — заправившись, поехали дальше, хотя уже и вечерело.

— Борисыч, куда ты так гонишь?! — спросил я в ужасе, когда понял, что мы разминулись на крутом повороте с пропастью — местная тундростепь просто замечательно сочеталась с потрясающей красотой горами и горными дорогами. Но, блин, высота-то приличная! Борисыч скорость всё-таки немного сбавил. А я смотрел наружу, с одной стороны, поражаясь пейзажам, с другой, тихо про себя молясь, чтоб не стать вместе с этой машиной частью того «пейзажа».

Но особо опасные места проехали и опять чуть добавили скорости, подпрыгивая на всех колдобинах, и на одном из поворотов машина стала ехать как-то слишком ровно — глянул назад, а прицепа-то нет!

— Борисыч, тормози, — окликнул я того, — мы прицеп потеряли.

Глава 6. «Внеплановый пикник у обочины и путь дальше»

Один час на работе,

равен семи земным годам

(автор основываясь на своем опыте

согласен с этим утверждением взятым с Пикабу,

автор которого не известен)

Остановились мы вовремя, а то не факт, что, возвращаясь, нашли бы потерю — прицеп наверняка кто-нибудь бы «схищничал». Да и так крупно повезло: кромка на дороге (на повороте), получившаяся из-за работы грейдера, сработала отбойником, а прицеп, на котором отломилась дужка, врезался в эту кромку, а не улетел с горы вниз в горную реку.

Мы вышли из машины и осмотрели композицию «поломанный прицеп завис над обрывом». Аккуратно оттянули его назад и немного протолкали по дороге: на повороте вставать вообще плохая идея, местные часто носятся на своих машинах как угорелые, не разбирая дороги, и вполне могут не только врезаться в него, но и улететь вместе с ним вниз. Как бы цинично ни звучало, но, увы, их жизни и транспорт не казённые, и хотят улетать в пропасть — мешать им не будем, а вот имущество ценное, за него на данный момент отвечает Борисыч.

Как положено, на дороге перед поворотом поставили знак аварийной остановки.

— Надо варить, без вариантов, — выдал резолюцию Эдик, осмотрев место отлома конструкции.

— Да сам вижу, — ответил Борисыч. Потом тихо про себя выругался, образно говоря, «почесав тыковку», выдал план действий:

— Ладно, тут до базы не сильно далеко, за тройку часов обернусь, привезём «ДЭСку» и «сварочник», мужики, подождёте здесь? Всё же налегке проще ехать, заодно Татьяну отвезу.

Я пожал плечами, мне было глубоко по барабану, да и вообще меня как-то больше занимали странные просыпающиеся способности, да и, по правде говоря, местность на редкость красивая, где встали: горы, скалы, поросшие лесом, внизу река, убегающая вдаль.

В общем, ничего против того, чтобы подождать здесь, не имел, мужики, кстати, тоже — устали трястись в машине.

— Ты только перекусить чего привези, — попросил Виктор.

— Без проблем, — ответил Борисыч и хотел было уже поехать, но я его тормознул — решил вытащить свою сумку с запасами провианта, термосом и тёплой одеждой, типа зимней куртки. Могу сказать, забегая вперёд, — не прогадал.

Пока ждали возвращения Борисыча, решили на обочине устроить импровизированный пикник — Борисыча ждать фиг знает сколько, не дай бог, сломается по дороге опять, а так как-то сподручнее ждать, ещё одной проблемой стало отсутствие нормальной связи.

Пара банок тушёнки на четырёх мужиков — пикник так себе, но всё же лучше, чем ничего, особенно если есть крупа и копчёная колбаса с собой. Хоть и собирался в дикой спешке, но постарался учесть разные варианты развития событий. Встал вопрос с посудой для варки. У Эдика с собой (тот тоже вытащил свою сумку из машины, правда, не такой баул, как у меня) оказалась в наличии большая полулитровая кружка, сахар, соль и разнообразный чай, да и к чаю конфеты. Мишаня достал свою заначку и предложил всем выпить. Мужики и хотели бы, но решили не рисковать — выпить можно и потом, а то вокруг тайга, места дикие, и лучше быть трезвыми.

Я термос свой использовал как чайник-заварник, залили туда кипячённой воды, набранной в реке, отдать должное, очень чистой реке, крановщик очень оперативно сбе́гал за водой к реке. Правда, варить кашу пришлось в несколько заходов — увы, кружка не большая, да и с посудой оказалось не очень — мой комплект остался во второй сумке, уехавшей вместе с Борисычем. При себе только мой раритетный швейцарский нож, который старше меня. Но всё равно получилось отлично — заварили кашу с тушёнкой, сдобрив парой колечек колбасы. Перекусили да выпили чаю, и, как говорится, жить стало лучше и интереснее.

Появилось ненавязчивое внимание из леса, такое специфическое, неплохо знакомое, в принципе, беспокоиться не о чем, вот если то внимание начнёт ощущаться как иголка в спине, вот тогда будет «Ой». Решил помалкивать и не разводить панику — мужики вроде как народ тёртый, но фиг их знает, какая реакция будет на косолапого, явно пришедшего на запах каши. По ощущениям, он близко подходить не собирается, но фиг его знает… Выдохнул, держа в руке крышку от термоса, выполняющую функцию чашки. Глядя в огонь, отметил про себя: раньше я так не мог, максимум определить внимание от хозяина тайги, и, скажем так, насколько он внимательно наблюдает, но не как его намерения. Тут же, явно надеется прийти и собрать объедки, когда уедем. Заметил ещё одну странную особенность: огонь «отбивал» ненужные ощущения, как будто «перекрывал» и «отшибая» странные «запахи», и ощущения… Отвлёкся на тонкий запах «зверинца», принесённый ветром из леса, и покосился туда — на огонь медведь не пойдёт. Вернулся к своим мыслям про «запахи», похоже, не совсем обычные «запахи», гадая об этом, причём точно определил, что, почувствовав иной «запах», сразу и ощущал боль в том месте, с которым он связан. От Мишани периодически шёл тонкий запах «печени», хотя вчера ещё не было, и я ощущал очень неприятное покалывание, решил проверить догадку:

— Миша, печень болеть начала, как эту сивуху выпил? — задал вопрос я. Мужик на меня выпучил глаза и задал встречный вопрос:

— Да, а откуда… — не успел он договорить.

— По тебе видно, да и выпивка твоя воняет не обычной сивухой, а чем-то ещё, лучше не пей, явно какая-то отрава, — не дав ему договорить, выдал рекомендацию ему.

— А я тебе говорил, явно какой-то химический запах есть, а ты нормально, нормально, — влез в разговор Эдик — ослепнешь ещё…

Мишаня с сомнением посмотрел на чекушку, которую собирался допить, убрал её в сторону и достал из-за пояса другую. Мне захотелось сделать жест рука-лицо. Зато мужики, понюхав водку, сделали вывод, что здесь странного душка нет, но всё равно пока лучше не пить. Но при этом добавили про себя мысленно, что лучше не пить при ревизоре. Так сказать, отойти в сторону, и, чтоб ветер в мою сторону не дул, и можно «вмазать».

Я аж сплюнул. Мужики поинтересовались, чего это я, ответил, что так, вспомнил кое-что, но при этом захотелось смеяться от самой ситуации.

В принципе, сидели нормально, мужики, типа, отходя в лес «до ветру», постарались как бы невзначай сесть так, чтоб ветер от меня шёл на них, а не наоборот, и по фиг, что дым в глаза, главное, не ощущается запах выпитого. Мне было смешно, и, насмотревшись на такую подростковую хитрость, решил заканчивать этот «цирк»:

— Мужики, мы ещё как бы не начали работу, но вот сами знаете нюансы, и когда приедет Борисыч, за свой перегар объясняться будете сами. Лица, конечно, были ещё те — они два часа сидели под дымом, слезами обливались, а оказалось, что всё зря.

Темнело. На небе начали загораться первые звёздочки. Сидели, беседовали, как говорится, обо всём и ни о чём. Я решил, пока ещё не сильно темно, пройти вдоль обочины, подобрать ещё дров в костёр — по очереди же ходили за топливом.

— Мужики, вы это, — думал, как бы покорректнее им сказать, чтоб в лес не шлялись далеко, а то там интересующийся объедками объект явно уходить не собирается, и вообще он как бы в наличии, — я то надеялся, что Борисыч всё-таки обернётся за те самые три часа — вроде как в полутьме собаку здоровенную видел, — и показал размер в холке на уровне груди.

— Какую на фиг собаку? — не понял, о чём речь Миша.

— А ты вон туда сходи, на следы глянь, — указал я ему место, где сейчас косолапого точно не было, ветер изменился и нёс отчётливо его запах с другой стороны. Ну, Миша и сходил. Вернулся протрезвевший. Размер следа явно впечатлил. Мужики остальные и так всё поняли.

— Блин… — досадливо высказался Эдик, — Борисыч нам же ружья не оставил.

— Успокойся, всё нормально, — ответил я ему — сейчас вторая половина лета, живность сытая, у нас огонь горит, не подойдёт он к нам, ещё чаю будешь? — поднял я термос, предлагая налить заварки.

Вокруг совсем стемнело. На небо вышла полная луна, осветив пейзаж своим неярким мистическим светом. Честно, такая красота вызывает восхищение: вода внизу в реке из-за такого света луны местами, как серебряная дорожка, да и прямо ощущаются эти горные просторы и древность этой тайги, как и её нетронутая дикость. Взял свой телефон и попытался поснимать эти потрясающие пейзажи и сильно расстроился — камера на телефоне оказалась слишком слабая, и при таком свете ничего не могла нормально снять.

Послышался гул мотора — на дороге показался наш «Вепрь» в сопровождении «Газона» (ГАЗ-66).

— Не прошло и суток, — язвительно прокомментировал появление машин Эдик.

Оказалось, малой ДЭСки, подходящей мощности для сварочного аппарата, не было. Пришлось грузить ту, что была в наличии, ну и сам сварочный аппарат тоже не самый миниатюрный — вот и загрузили всё в кузов «Газона», как смогли.

Я, поздоровавшись с водителем «Газа», поинтересовался дорогой у Борисыча, на это главмех сказал, что ночевать придётся здесь на дороге — по самым скромным прикидкам, со сваркой часа три промучаются, и это в лучшем случае. А по темноте на этой горной дороге лучше с прицепом не ездить. Разочарованно вздохнув, задумался над тем: посмотреть на работу мужиков (да-да, на то, как работают другие, можно смотреть бесконечно, как и на льющуюся воду) или идти спать.

Смотреть особо нечего было — выгрузили сварочный аппарат, подключили к «ДЭСке», стоя́щей в кузове при полной боевой готовности, запустили «ДЭСку», достали приготовленные для сварки металлические элементы, прикрутили дужку проволокой, проварили по линии разлома, а потом взялись сверху приваривать приготовленные накладки, чтоб укрепить конструкцию, сделав её более массивной и крепкой — Борисыч надеялся с этим доехать до вахтового посёлка на Колыме, а там уже изготовить новую дужку и основательно разобраться с прицепом, на котором в разных местах начали вылазить дефекты и повреждения.

Не став дожидаться окончания работ, «захомячив» одну из тушёнок, привезённых Борисычем на ужин, умылся да залез в нашу машину спать, думая о жене, доме и родителях: как они там? Явно задумался как-то чересчур внимательно, но не совсем верно — словил мешанину из картинок, только образ жены, сидящей в полутьме и копающейся в интернете. Хм… что-то было не то, но я уже прямо засыпал и не сумел разобрать всё.

Ночь прошла почти без снов, или я их просто не запомнил, да и разбудили нас, точнее, разбудил Борисыч, тип надо ехать.

— Я что тебе запрещаю? — ответил я в полудрёме. Но мужику, похоже, было обидно, что он будет ехать, а мы будем бессовестно дрыхнуть ещё пару часов до базы, поэтому под предлогом отправить всех в туалет и умыться, всех поднял.

В глазах мужиков читались строчки мата. Хотя, полагаю, у меня взгляд от чересчур ранней побудки был не лучше.

На улице стоял туман. Проделав утренний моцион, попытался завалиться спать дальше: понаблюдав в окно, как проплывает за окном река с покрытой зеленью горой, начал было дремать, но блин! Опять эта проклятущая пыль — стоило туману рассеяться, как на дороге поднялась эта проблема. Резон поднять нас пораньше стал понятен потом — мы как раз приехали к завтраку на вахтовом посёлке, к участку «Никуня».

Можно сказать, место живописное, с двумя мостами один за другим, над посёлком нависает небольшая гора.

Глянув на начальника участка, сразу понял — неприятный хитрожоп. А фамилия подтвердила первый вывод: мне ни разу не попадались нормальные люди с такой фамилией — Бойко. Понимаю, что, может быть, слишком предвзят… Но все разы эти люди подтверждали этот вывод. И на обратном пути мне здесь проверять всё — от этой мысли непроизвольно вырвался тяжёлый вздох. Глянув ещё раз, понял: сей тип по максимуму запрячет недочёты и всю «красноту» успеет вывезти, ну или, как минимум, бо́льшую часть.

Позавтракали. Эдик и Виктор выгрузились и готовились получать инструкции от бригадира, мы же, подхватив Совушкину, отправились дальше. Отдать должное: большой мост был почти закончен, и, судя по прикидкам знающих людей, скоро будет «не почти», а полностью готов. Уже сейчас по нему вполне свободно может ездить автотранспорт. Вид со стороны на конструкции моста навевал мысли о циклопических скелетах доисторических гигантов.

Проезжая мост и глядя на пейзажи, невольно закрались мысли насчёт всякой доисторической эндемической живности: ведь вполне может быть — в этих местах от дороги уйди на километр, и всё — тайга нехоженая, уйди чуть ниже — тундра, переходящая в горы, где хрен его знает, какая живность ещё водится. Чуйка согласно подтвердила: наверняка там есть доисторические создания, считающиеся вымершими животными, вроде пещерных волков или каких-нибудь разновидностей медведей. Вспомнилось видео якобы с мамонтом, переходящим реку. Но, учитывая дорогу и как по ней довольно много транспорта ездит (много для этой местности), ни одна живность поадекватнее постарается к ней не подходить, тем более такая. Вывод однозначен — вряд ли чего интересного увижу. Хотя сама дорога по этим горам была интересной: такие каньоны и скалы до этого видел только в кино, да когда совсем маленький был и уезжал с семьёй из Казахстана.

По своему обыкновению, всё портила грёбаная дорожная пыль! Дорога, хорошо просохнув, опять стала источником этой пакости, которая начала набиваться во все щели, но тем не менее получилось нормально подремать. А вот стоило открыть глаза и выглянуть «за борт», я удивился — вокруг была тайга и скалы, да и двигались чуть ли не на 90 градусов от маршрута. Оказалось, стоило появиться связи, как на Борисыча вышло руководство и потребовало забрать что-то с базы, расположенной чуть в стороне от основной дороги. Миша назвал эту базу «базой подскока», очень точно описав её суть. А я про эту базу ни слухом ни духом. Вторая уже такая.

Отклонились, вопреки опасениям, не сильно далеко — пара километров, да и запчасти забрали быстро, после чего вернулись на маршрут.

За окном менялся пейзаж, машины, в том числе фуры, попадались не очень часто, да и так было скучновато — все возможные темы уже переговорили, анекдоты и байки перетравили, а главные рассказчики остались позади на участке работу делать. В общем, дорога навевала сон, разбавляемый редкими населёнными пунктами или развалинами, которые раньше ими были. Хотя незадолго до самого «Непроходимого» располагался один достаточно крупный пункт — Сусуман.

Огромная проржавевшая надпись вдоль дороги указывала название этого то ли города поселкового типа, то ли посёлка городского типа, расположенного у дороги. Большинство зданий — приличные бетонные дома, возведённые ещё при СССР. Глядя на улицы Сусумана, создавалось впечатление, что жизнь замерла в 1985 году и не движется здесь, только ветшающие ржавеющие буквы разных надписей говорят о том, как время всё-таки идёт, ну и население, которое суетится по своим делам, не даёт превратиться этому населённому пункту в очередного «призрака» прошедшей эпохи. Огромные рисунки на домах, славящие строителей коммунизма, и подобные вещи, частично выцветшие, ощущения призрачной эпохи только усиливали ощущение упадка.

—У меня такое ощущение, будто сейчас из-за ближайшего поворота выскочит кровосос— высказал своё ощущение, а также пояснил— есть игра такая «сталкер», там в Припяти примерно такая же атмосфера полузаброшенности или правильнее полной заброшенности.

Хотя по внешнему виду тут не настолько как «там» —местные как могут, но за своим то ли посёлком, то ли городком ухаживают.

Из плюсов здесь и забегаловка оказалась нормальная, и магазины были в наличии, пусть и принципа «местное сельпо». Даже отделение сбербанка.

Долго рассматривать местные достопримечательности времени не было, по этому перекусив, да позвонив кому куда надо было, двинулись в путь дальше— Борисыч намеривался как можно быстрее добраться Колымы.

Осталось совсем не много до конечной точки этого маршрута и начала непосредственно самой утомительной части моей работы.

Глава 7. «Дороги, пыль, да туман» или поломки, поломки..»

При проведение краш-тестов российских автомобилей,

самым опасным был признан автомобиль «Ока»:

пока сажали манекен в машину ему сломали обе ноги.

(Взято с «Все шуточки» автор не известен)

«Хотеть» не значит «смочь» — эту простую истину я понял ещё совсем ребёнком и сейчас наблюдал её подтверждение. На улице вечереет, но до ночи ещё далеко, а мы только добрались до «Непроходимого». Четырнадцатый участок. Что можно об этом ещё сказать? Выехав из Сусумана и проехав километров двадцать, может, больше, сломались у какой-то разнесённой в пух и прах деревни: тундра-степь, предгорье и руины с соответствующим мусором, да и мост недалеко через какой-то крупный ручей.

Пока Борисыч копался в движке, мы всё дружно «шарились» по всей окрестности в поисках разного рода «железяк». Проблема была в том, что он толком не объяснил, какая деталь сломалось, поэтому стаскивали вообще всё найденное.

— Мы тут металлолом на сдачу собираем? — спросил я, окинув взглядом горку ржавого металлолома.

— Не, это же отечественное авто, — ответил Борисыч, копаясь в стащенной куче железа.

— А, во! Нашёл! — крикнул механик, вытащив какую-то железку, на вид ступицу, три больших относительно ровных гвоздя и цепь. Какую ещё железку он вынул из той горы, я не понял.

— Странный у нас «газик», — начал я комментировать происходящее, вспоминая «бородатый» анекдот, — запчасти от «уазика» подходят…

— Очень смешно, — не очень довольно ответил на мой комментарий Борисыч, копаясь в моторе.

Миша тихо поржал и сообщил своё «экспертное» мнение, припомнив ещё одну шутку:

— Здесь не обойтись без синей изоленты…

Вроде бы тронулись дальше, и через ещё километров тридцать опять встали: мотор закипел, да ещё и новый ремень понадобился. Хорошо, что ремень для генератора запасной был. Правда, китайский. И это не преминуло сказаться на дальнейшей дороге. Борисыч нашёл поломку, из-за которой «охлаждайка» слилась, — небольшую трещину в шланге. Чем он её там замазал и заделал ту дырку, я не понял, но место обмотал синей изолентой и долил охлаждающей жидкости в мотор. Миша ехидно улыбался. Я попросил его ещё глянуть тормоза — а то тенденция с поломками нехорошая. Остальные пассажиры были со мной солидарны. Загнали машину на удобную возвышенность, посмотрели как могли. Борисыч проверил уровень «тормозухи» — к счастью, всё было в норме, что даже удивительно с учётом всяких мелких поломок и повреждений, получаемых машиной во время пути по нашим дорогам: начиная от ям и ухабов и заканчивая мелкими камушками, летящими куда попало и повреждающими механизмы машин.

Тронулись в путь, нас нагнал какой-то «жигуль» и начал обгонять.

— Это что ещё за хрень? — удивлённо пялился в окно Миша.

— Что там увидел? — спросил я и сам глянул и прифигел, даже окно открыл и услышал музыку, орущую в «жигуле», но это ерунда. «Жигуль» вёз уток и гусей, живых, и они были как в «жигуле», так и на нём, и даже в приоткрытом багажнике.

— Это что, они теперь не летают на север и юг, а на такси ездят туда-обратно? — задал вопрос Миша, решив опять пошутить, глядя на экстравагантную перевозку домашней птицы.

— Похоже на то, — ответил я, провожая взглядом примечательную картину.

Всё бы ничего, если б опять не «встали» — пробили колесо. С заменой промучались ещё час. Сомнительный «пит-стоп», если честно, да и вообще — до четырнадцатого участка километров 200–250 от Сусумана, а сколько проблем.

— Слушай, Борисыч, а мы точно доедем или придётся пешком идти? — задал насущный вопрос ему наш штатный чупакабра.

— Типун тебе на язык, — ответил Борисыч Мишане, — не бойся, доедем.

Так как запас запчастей истощился, «запаска» была только одна, да и эрзац-заменители запчастей были так себе, ехали исключительно осторожно и не разгоняясь, стараясь объезжать все ямы и колдобины, а это ещё сильнее растянуло дорогу. В итоге кое-как, то ли на молитвах Совушкиной, то ли на матюках Борисыча мы всё-таки дотянули до вахтового посёлка, как раз проехали странный домик на странном каменном «пупе» — иначе ту скалу странной округлой формы не назовёшь. Совушкина пояснила: метеорологи там стоят, точнее, живут и делают прогнозы, ну и подрабатывать не забывают.

— Водкой приторговывают, неофициально и в частном порядке, — сказал наш специалист по спиртному Миша. Ну, кто о чём, а этот о водке.

— А как желающие туда попадают? — удивился я, глядя на практически неприступную скалу. — Там же нет нормального спуска!

— По верёвке, а вообще их иногда на незаконной торговле хлопают, и персонал на метеостанции меняется, ну каждый выживает как может, — пояснила ситуацию уже Совушкина.

В общем, подъехали к вахтовому посёлку, и честно, сначала показалось, что посёлок вроде как «двойной», но ошибся — просто довольно близко, в метрах пятидесяти от нашего объекта, стоял подобный, но другой компании — дорожников. Я же уже предвкушал хорошую помывку в бане и нормальный ужин, как машина, не доезжая пары десятков метров, встала колом. Борисыч по плевался, выскочил и сбе́гал к базе — благо на базе был грузовик. Подцепив машину, затащил на территорию к стоянке техники. Стало понятно: сегодня никуда уже не поедем дальше, хотя при других раскладах имели неплохие шансы добраться до вахтового посёлка на Колыме сегодня же вечером.

Я думал, уже выгружаться, как оказалось, что никто оставаться здесь до завтра не намерен. Борсыч так и сказал: «Инструмент и запчасти есть, за пару часов нормально подлатают, и там до Колымы рукой подать». Ну, пусть латают, а я поплёлся в столовую чая попить — есть, если честно, не хотелось. Познакомился по дороге с начальником участка, который мне вообще не запомнился, настолько невзрачным тот был, пришлось имя даже записать — Семён Романыч Бибиков. Ну и с главмехом этого участка, вот тот реально оказался мужиком запоминающимся, по фамилии Дарабан. Пошутив уже не очень смешную шутку насчёт запчастей от УАЗика, подходящих к «Ниве» и, как оказалось, к «Вепрю» тоже, пошёл с ещё парой мужиков помогать Борисычу приводить в минимально способное к движению авто.

На мой взгляд, столовка у них маловата оказалась, но ерунда. Так, по-быстрому объяснил коллективу кто, чего, куда и как, выдав бланки, выпил чаю с лимоном, да залил кипятка себе в термос. По большому счёту, Борисыч и компания удивили — умудрились очень быстро поставить на ход технику. Наверное, помощь от местных оказалась реально дельная, ну или поломки не такие критичные — я не успел даже выпить вторую чашку чая и просто чутка расслабиться от дороги и просто отдохнуть от пыли, как мы снова тронулись в путь.

Начал накрапывать дождь — я обрадовался, думал, пыль прибьёт. Ага, аж три раза. Не иначе в виде издёвки дождь начался, но граница дождя заканчивалась аккурат не доходя до дороги метров десяти. В итоге — недалеко дождь идёт, даже туман в поле зрения есть, но у нас всё забивающая пыль всё равно стоит столбом. Издёвка продлилась недолго — минут пятнадцать, потом и того не было.

Я ехал и размышлял о превратностях судьбы и странных совпадениях, пока не почувствовал быстрое приближение человека. Слишком быстро — внимание было направлено на нашу машину. Я выглянул назад — никого, как вдруг над нами пролетел на бреющем полете кукурузник.

— Почти приехали в Ягодное, здесь аэродром рядом, это, наверное, оттуда, — сказала Совушкина, указав на самолёт.

Заехали в Ягодное. Посёлок городского типа, прям как в песне — семь домов, три доски. Ну, мне без разницы, а вот Совушкина решила прикупить чего к чаю, да и Борисычу что-то понадобилось в очередном местном «сельпо». Мишаня тоже индифферентно на это отреагировал. Поначалу. А вот стоило Борисычу и нашему штурману Совушкиной выйти из авто, как этот персонаж продемонстрировал, что его не зря обозвали «чупакаброй» — пока я в окно разглядывал посёлок и местных обитателей, этот крендель совершенно бесшумно, да так, что даже машина не качнулась и не привлекла тем самым моё внимание, буквально исчез! Я, если честно, от такого мастерского просачивания из машины выпал в осадок.

«Гудини», а не крановщик, блин. Хотя и понятно, куда он делся — в магазин. Другой вопрос, как он там собрался с Борисычем и Совушкиной не столкнуться, мне даже стало интересно. Только вот оставлять машину без присмотра я не решился.

Через полчаса вернулся Борисыч, а следом и наша «тэбэшница». Удивились насчёт Мишани. Я честно развёл руками — сей тип умудрился свалить, не привлекая внимания. Хотя по ощущениям, он потом тихо возвращался к машине и опять уходил. Зачем — я без понятия. Ниндзя фигов. Означенный тип вернулся минут через десять, когда его уже собирались искать. Был он «навеселе», и с початой бутылкой водки. Мне показалось, что «нарочитость» есть в его поведении какая-то. Но вот дальнейшее было предсказуемо — на нашего штатного чупакабру состоялся «наезд» в лице Совушкиной и Борисыча: он пьян и водку на фиг! Сей тип был вынужден вылить остатки водки.

По глазам местных мужиков, наблюдавших сию процедуру, понял: нашу организацию они уже заочно ненавидят. Меня же не покидало ощущение неправильности чего-то. Но что в этом не так в том же поведении Мишани, не понял. Потом сообразил: этот продуманный тип дал возможность избавиться от малого количества спиртного, чтобы не искали большее. Но в машине его нет. О том, что он мог «затарить» в машину где-то снаружи, я и не сразу подумал. Пока об этом размышлял, мы тронулись в путь, так сказать, рывок до участка, с которого начнётся ревизия.

Заметил одну особенность: горы здесь чередуются с ровными, как стол, то ли плато, то ли реально этакой горной тундрой-степью, хотя над уровнем моря уже реально высоко, при этом определённая близость больших масс воды чувствуется — довольно высокая влажность. Борисыч же явно намерился или сегодня же попасть на участок «Колыма», или не доехать до него вовсе — начал, блин, разгоняться! В этот момент уже возмутились все, кто в машине был — красивые пейзажи за бортом это, конечно, хорошо, и тем более умение вовремя доехать… Но, блин, становиться частью «пейзажа» совсем не хочется! А хочется живым и без травм! Наш штатный «Шумахер» скорость всё-таки сбавил. Очень скоро за окном, стоило самым сложным ландшафтам смениться на что попроще, начали появляться следы некогда более бурной деятельности в этом районе. Меня, честно, до глубины души удивляли брошенные бульдозеры, на некоторых было видно, что их кто-то постепенно разбирает — явно местные на металлолом пилят или на запчасти растаскивают.

Вокруг были уже откровенные сумерки, но и местная особенность — летние светлые короткие ночи также имели место быть, поэтому более-менее относительно местность вокруг было всё равно видно. Я так и не понял, где Борисыч свернул на просёлочную дорогу, намереваясь срезать путь, но команду «задраить люки» опять дал. Он на флоте или в танковых войсках служил? Надо уточнить, а то эту команду очень бодро даёт.

— Тут что, ядерные бомбы взрывали, что ли? — удивился я, ведь не первый разрушенный то ли посёлок, то ли село проезжаем со знаком радиационной опасности.

— Не, — ответил Борисыч, — здесь местами ещё относительно недавно были как шахты, так и места, где это всё складировалось, так ещё и открытый выход урана есть, вот и результат.

— А можно по таким местам дорогу не срезать? — спросил я, думая о том, как опять бороться со специфическим привкусом железа во рту.

— Да ладно тебе, — ответил Борисыч, — мы же их, считай, проскочили и всё, никаких проблем.

— Ага, блин, и всё, — ответил я, смотря через плечо Борисыча на дорогу, — радиация здоровья не прибавляет, это вон Мишане по барабану, он от радиации водочкой полечился и всё тип-топ, а мне, что прикажешь делать?

Борисыч ничего не сказал, молчал минут пять, сказал, что не только водка помогает, да и та «сивуха», которую употребляемая Мишей, прикончить может быстрее радиации, да и чего «париться» то — проскочили место за полминуты же!

Ну да, проскочили… А я начал прислушиваться к себе, по ощущениям, как будто сумел локализовать что-то почти невесомое, но неприятное, отчего и шёл привкус железа. Закрыв глаза, начал пытаться хоть что-то делать с этим… Что самое странное, по чуть-чуть, очень тяжело, но начало получаться «это» выдавливать из себя (к слову, этого действительно было немного, и подумалось может, и поэтому так). Появилась мысль — попробовать сбросить «это» так же, как сбрасывал источники боли. Первое — живот начал надуваться, как при метеоризме, а это проблема, второе — тяжело, но по чуть-чуть начала идти лёгкая отрыжка, как неслышный рык, и источник привкуса железа начал уходить существенно быстрее!

— Чего это зарычал? — спросил с улыбкой Мишаня, явно «подкалывая» меня, — своё съел, теперь на чужое рычишь?

— Я же недавно перекусил, вот результат, — не стал вдаваться в подробности и «съехал» с темы.

— Не спешили бы вы с перекусами, — через минут сорок будем на месте, — прервала наш разговор Совушкина своим замечанием.

Машина тем временем выехала на относительно нормальную дорогу, оставив позади этот просёлочный ужас, и поехала быстрее.

Оставшуюся дорогу молчали, и каждый думал о своём. Заметил не очень далеко впереди свет человеческого жилья — посёлок Дебин. Почти приехали. Вахтовый посёлок появился, если можно так сказать, неожиданно, стоял недалеко от дороги и под склоном, чуть в стороне от дороги. Борисыч сбавил ход, и, повернув направо, начал въезжать в вахтовый посёлок, в котором и ночью продолжалась рабочая суета…

Глава 8. «Начало длинной ревизии или участок «Колыма». Часть 1.

Если я улыбаюсь вам, это

еще не значит что рад видеть.

Может, я только что представил

как вас бульдозер переехал

(взято Наталья Жильцова «Полуночный замок»

и немного актуализировано)

Ранний подъём — вот что не люблю, так не люблю — это вот такие подъёмы. Вообще, не люблю рано вставать, ведь известно: кто раньше всех встаёт, тот больше всех глупостей и совершает.

Выглянул в окно: на улице ещё и туман, а начальник участка уже проводит перекличку и все соответствующие «процедуры», типа назначения кого, куда и что нужно сделать. Пришлось ускорить свой моцион, чтобы не опоздать. Рановато что-то сегодня начальник участка устроил распределение работ — мне-то нужны те, на ком висят ТМЦ, а то разбегутся по участку, лови их потом, а так всех сразу и в курс дела, в том числе и начальника участка.

Зевнув, взялся натягивать сапоги, вспоминая, как вчера прибыли. Вот надо было поспать вечером, чтобы сегодня быть пободрее. Ещё и куча мыслей начала одолевать, всё как в песне — «мои мысли, мои скакуны», и перед сном прискакал весь табун, блин. Въехав на участок, наконец смогли выгрузиться и разместиться по вагончикам. Баня была тёплая, не успела остыть — получилось помыться, после быстро перекусить бутербродом, выпить чаю и упасть спать. Сегодня вот бегу с кипой бумаг и больши́м блокнотом.

Посмотрел на строй мужиков, нечёткий из-за тумана. Ассоциация вылезла какая-то неправильная — прямо как на зоне… Стоп — на зоне я не был и надеюсь сия чаша меня минует, и нюансы, типа построений и подобных, знаю исключительно из кино и рассказов знакомых, поэтому про построения, особенно утренние да в ватниках, в жизни не видел. У половины мужиков так ещё и ватники чёрные, как там. Блин! Ну явно же чьи-то «громкие» мысли ловлю — осмотрелся. Нда… Да здесь каждого второго возьми — хоть раз да побывал «там», так что определить, откуда и от кого мысленные «ассоциации» такие и мысли — не получилось. И ладно бы «уловил» да пошёл дальше, так нет — их же много, примерно одного направления мысли, но всё равно отличаются. Пришлось делать вдох-выдох и концентрироваться на своих целях и задачах, отодвигая всё постороннее в сторону — стало легче.

Начальник участка тем временем «нарезал» задачи мужикам. Стоило ему закончить, как я подошёл, поздоровался и попросил всех, кто имеет подотчётные материалы или что-либо подобное, собраться отдельно — будем решать, как проводить ревизию. Всех разом отрывать от работы не стоит, так сказать, определить очерёдность. Мужик пожал плечами, раздал несколько зычных команд, обратившись по фамилиям к отдельным «лицам», заодно сразу представляя подходящих людей.

Окинул взглядом собравшихся — восемь человек — четыре мужика и четыре женщины: начальник токарки (здесь при вахтовом посёлке, как оказалось, есть своя токарка), механик участка, энергетик, бригадир дробилки, завхоз, кастелянша и девушка-инженер, откомандированная сюда от техотдела, присматривающая за техпроцессами и, по совместительству, за техникой безопасности, ну и повариха. Ну понятно, кто за что отвечает? За всё остальное и участок в целом — начальник участка, кстати, наконец нормально представился и поставил отметку в моих документах, что я прибыл.

— Никита Петрович Плешев, — представился он, а потом начал представлять остальных:

— Это наш механик, — указал на мужика со взглядом «чего бы свиснуть» и причёской, что фамилия «Плешев» или «Плешивый» подошла бы больше ему, абсолютно лысому то ли мулату, то ли сильно загорелому «кадру», — Гузов Виктор Николаевич, — после, на уже седого степенного мужика: — это наш энергетик, Георгиев Сергей Иваныч…

На вид в основном народ приличный, только вот глаза некоторых выдавали их с потрохами — дородная женщина со взглядом, как у Гузова, только чутка поумнее, Котько Оксана Григорьевна, повариха. Да и сразу было видно — эти двое ещё те сомнительные «товарищи». По начальнику участка недалеко от них ушёл, похоже, тот ещё «деятель», но в отличие от этих двоих, свой хитрый взгляд уже конкретно растерял, по нему он, скорее, в край «задолбался». Полагаю, но и возможности какой чего-нибудь присвоить, если таковая будет, не упустит. Остальные — народ был попроще, конечно, своя хитринка есть у каждого, но вот взгляд «чего бы спереть» — у единиц.

Ну хрен с ними, мне с ними детей не крестить, провести инвентаризацию, проследить за списанием товарно-материальных ценностей и двигаться дальше.

Борисыч и Совушкина тоже присутствовали рядом — они также члены ревизионной комиссии, ну и проверки по их областям деятельности также предполагаются. Кстати, самое интересное, Совушкина, когда выгружались вчера, перетрясла вещи Миши, но ничего не нашла, хотя я чисто по ощущениям и на своей интуиции могу сказать: «запрещёнка», то бишь спиртное, всё равно пронёс. Проверили авто снаружи и тоже ничего. Контрабандист фигов, хотя рядом посёлок, и кто сильно хочет, может и там затовариться. Главное, чтобы рабочие были трезвые в рабочее время. Ладно, надеюсь, на работе пить не будет, а если ночью и под одеялом и в поле, как он любит, то, возможно, всё обойдётся. Пусть даже как хохол, ночью в поле и под одеялом.

Наша Татьяна, кстати, на построении чуть ли всё не «обнюхала» всех мужиков. На мой же взгляд, я б повариху и кастеляншу бы проверил — что-то взгляд у них расфокусированный. Но наша главная инженер по технике безопасности ничего эдакого выявить не смогла, и народ отправился по рабочим местам. Мы отправились в столовую позавтракать — я своей овсянкой (ну не вызывала у меня доверия повариха участка, хоть я этого и не показывал), остальные чем придётся.

Позавтракав, Борисыч взял завхоза и начальника участка — проверить какие-то моменты, ну а я решил для начала разобраться с хозяйством самого подозрительного типа — Гузова.

Проверка механика участка началась.

По одному кислому виду механика было видно, как ему это не нравится, он явно рассчитывал на номинальное выполнение мной моих обязанностей. Вот честно, я прекрасно понимаю, если человек захочет украсть — украдёт, и если мозгов у него хоть чуть больше, чем у грецкого ореха, то выявить на стройке, как ответственный какую-то мелочь прикарманил, довольно сложно. Это если есть хоть чутка мозгов и предусмотрительности. Если же и того и другого мало — то…

— Не пущу! — завопил Гузов у входа на склад, подотчётный ему, закрывая вход грудью. Прямо чёткая иллюстрация того, как бывает, когда мозгов по нулям. Правда, в этом действии была некая наигранность, которая точно говорила — основное «наворованное» в другом месте заныкано. Да и какого-то рожна от этого типа и складом дико тянуло мерзким запашком — мышиным духом. Подумалось даже, что это, возможно, и связано между собой.

Я, если честно, от такой наглости и дурости, как говорится, выпал в осадок и пояснил ему, что в этом случае будет докладная на имя гендиректора и подписи всей комиссии под ней о ситуации. И это «докладная» это не школьная «писулька», от которой хулиганью ни холодно ни жарко, тут дело пахнет судом и, вероятно, настоящим сроком. Но этому чудаку с большой буквы «м», как об стенку горох. Блин, всякие мне попадались, и если кто-то в силу ума и «соображалки» мастерски прятал свои недочёты и подобные вещи и по мелочи попадался, то всё равно вызывал уважение за то, что включает голову, тут же… Ну цензурных слов нет. Если чего-то недостаёт, да и вообще недостача при готовом и построенном объекте на участке или работищей технике без сбоев — это не преступление, это лишь означает, что человек передал в работу материалы или те же запчасти, и их списание надо просто оформить. Но здесь, судя по всему, тип крайне тупой. А дальше произошло то, что дало некоторые ответы на странности в дороге, на вроде ненавязчивого внимания, которое то появлялось, то исчезало:

— А ты не охренел ли часом? — послышался вопрос сбоку, я посмотрел вправо и увидел нашего генерального, который как бы остался в городе, но он стоял тут, а позади него машина с водителем, мне всё стало понятно: он ехал за нами следом и держал некоторое расстояние, а вот генеральный и по совместительству один из владельцев компании позвал Гузова на пару «ласковых».

«Ласковые слова» оказались интересными непечатными конструкциями с обещанием кое-кого отправить в его любимое место обитания — зону. Ага, понятно, значит, ещё тот «сиделец».

Дико недовольной и с кислой «миной» этот лысый хрен в итоге всё-таки открыл вагончик-склад. Я же, достав ведомость, начал, как положено, переписывать и также количественно… Могу сказать, я не ошибся, мозгов у Гузова как у ореха — целая масса запчастей, пошедших так называемой «краснотой» — для тех, кто не в курсе, это когда что-то списывают на работу, но при этом в работу не пускают и прикарманивают. Этот злился, матерился, но подсчёт и проверка продолжалась. Потом пошёл инструмент, ну здесь проще — инструмент, если не какой-то супер дорогой и сложный, обычно идёт по статье расходники, как те же плоскогубцы и подобное. Моё внимание привлёк набор по-настоящему дорогого инструмента в красном фирменном ящике. С небольшой трещиной на крышке. Я его на всякий случай сфоткал на свой плохонький телефон. Посмотрел по бумагам и ничего подобного не нашёл:

— А это что такое? — задал вопрос я.

— А это мой личный инструмент! — выхватил из рук ящик Гузов. Ну личный, так личный — нигде и никак не проходил и не приходит. Меня чужие личные не интересуют, хочет своим работать — пожалуйста.

Пересчёт этой красноты и прочего продолжался почти до обеда. Предстояло посчитать ГСМ (горюче-смазочные материалы), висящий на этом деятеле, но это уже будет совместно с Борисычем.

Гузов, сославшись на то, что ему нужно в туалет, закрыл склад и убежал, ну, потом продолжим, я же, чтобы не терять время, направился в токарку — на бригадире токарей тоже кое-какие материальные ценности висели, но не такое устрашающее количество наименований, да и то — в основном сами станки и расходники к ним. Мужик шоу устраивать не стал, спокойно провел по небольшому цеху в вагончике, показал оборудование и материалы. Я поначалу было дёрнулся в сторону материалов и втулок и прочего, но интуиция твёрдо заявила: если есть какие-то отклонения — то мелочи, да и те фиг найдёшь. Те же втулки, ступицы и так далее — вытачивались ими тут же на месте, причём часто из старого и уже отработавшего своё металлолома.

Пока проверял, стало понятно: мужики делали совсем небольшой посторонний доход именно на своих навыках и использовании станка — местные с ближайшего села обращались к ним по мелочи. Но это никак мне не отследить и не доказать, да и смысла нет: мужики с таким же успехом и для своей работы обращались к местным. Чисто с точки зрения ревизии и наличия подотчёта всё нормально. Выдал им бланк списания материалов, пусть заполняют. Недостача материала, идущего на работу, это не страшно: всё нужное для ремонта машин, оборудования и подобного они вытачивают? Вытачивают. Инструмент, который можно отремонтировать, ремонтируют? Ремонтируют. В общем, у них всё хорошо. Пояснил этот момент мужикам и вышел из токарки.

Осмотрелся — этого хрена Гузова нигде нет. Смотрю, мужики идут от моста — похоже, на обед. Посмотрел на время — точно, обед уже. Поздоровался с Мишей. Миша хоть и поздоровался, но, между прочим, возмутился, как мужики теперь подхихикивают, когда его видят, и если с утра периодически он у них был «чупакабра», то к обеду мужики между собой сократили такое претензионное прозвище, и теперь он просто «Чупик». Мне пришлось делать серьёзное лицо и держать контроль, чтоб не заржать в голос, хотя всё-таки хмыкнул.

— Знаешь, Миш, могло быть и хуже, гипотетически, — ответил я ему.

— Да куда ж хуже? — ответил он недовольно.

Я пожал плечами и ответил ему, оставив его вопрос без ответа, решив успокоить хоть как-то:

— Посмотри на это с другой стороны — это же какое претензионное «погоняло»! Если кто спросит, почему так, объясняй, что это сокращённо от «чупакабры», а откуда так, отвечай вопросом на вопрос — «а вам это зачем знать? Вы с прокуратуры?» Знаешь, большинство отстанут.

— Вот стебаться не надо, — ответил хмурый Миша, хотя совет явно запомнил и учёл.

— Да ладно, бывает в жизни хуже ситуации, пошли в столовку, — позвал его на обед.

На входе столкнулся с Гузовым, тот же морду корчил, как лимон зажевал. В столовой встретил практически всех. После обеда насел на этого «механика» в кавычках с продолжением ревизии.

***

— Вот, — Гузов положил на землю большой холщовый мешок.

— Что там? — задал ему вопрос я.

— Лампы, фонари и остальное… Чего не хватает по ведомости, — последовал ответ.

Заглянул туда — вроде всё указанное, только вид… Он их на мусорке, что ли, собрал? А если и сломались, так списание надо было оформить. О чём и сказал.

Гузов оказался личностью весьма мерзкой и, прямо сказать, мразоватой, ещё и намекал на проблемы. Мне. Ну, я честно разозлился и пожелал ему обосраться, забывшись, потянул странную силу, что ощущаю постоянно с момента нахождения той странной пещеры. Что можно сказать — этот не успел до сортира добежать. Но вообще указание-то было от генерального сильно не донимать народ, скорее навести порядок в тех же документах. Но говнюка надо было наказать, а не только устроить ему внеплановую дефекацию. И мысли начали появляться как, только вот нужно и остальные подотчётные лица проверить. Но забывать ничего я не был намерен.

Глава 9. «Участок «Колыма» Часть 2»

Однажды один знакомый выбежал

из бани крикнул: «мужики я в дрова»

и прыгнул в сугроб.

Это были дрова приспанные снегом.

С тех пор у него прозвище «Нострадамус»

(так тоже бывает, взято с АйДаПрикол,

автор не известен)

День близился к закату. Провозившись весь день с этим Гузовым, я, утомлённый, сидел на пригорке, подстелив на доску картонную коробку, и приводил в порядок записи, сделанные от руки. Их ещё предстояло оформить в текстовом редакторе и составить ту же самую ревизионную опись. Справа позади был ангар для техники, а передо мной проходила тропинка направо, вдоль ангара в сторону посёлка Дебин. Я пометил себе в памяти сходить в посёлок — было любопытно посмотреть на него. Подумал об этом неприятном человеке, с которым провозился весь день. Если не я, то кто-то другой ему точно в морду даст — на редкость неприятный тип. Потом выбросил его из головы — других дел вагон.

Солнце светило ярко, но уже клонилось к закату. Мой разум был, как говорят, «загруженным». В вагончик решил пока не идти, а посидеть на свежем воздухе и сделать вручную все подсчёты и свести воедино записи, отчего не сразу понял, что вижу на поле: что-то ползло. Зажмурился, думал, уже мерещится какая-то дичь, но обычно, когда на ревизии утомишься, мерещатся или таблицы, или то, что больше и дольше всего считал, а не ползущие мусорные холмики. Выдохнул и опять посмотрел на непонятную «хреновину» в поле, где-то в полукилометре от меня. Поправил очки, даже протёр их. Реально, «что-то» или «кто-то» ползёт. Прислушался к ощущениям… Хм, у мужика, ползущего в поле, побаливает левая нога, видать, привычный вывих, какие-то проблемы с мужским «хозяйством», явно болит слегка, но постоянно, какие-то «прострелы», и какой-то ненормальный азарт, да и слегка потянуло «мышами», их запахом. Откуда взялся настолько неприятный запах, мне непонятно, но хрен с ним, может, и связано с этой личностью. По ощущениям, этот тип полз не ко мне. Мимо как раз проходил главный токарь.

— Степан, а это кто там ползёт? — спросил я начальника токарки, проходившего мимо.

Тот не понял сначала, про что речь, потом проследил за тем, куда указал я.

— Ого, увидел же ты его! Хм, да и этот, смотрю, в маскировке поднаторел, — ответил мужик, подумал и дополнил ответ, пояснив непонятные «моменты»:

— Местным делать нечего, вот некоторые так развлекаются, а в основном один полудурок из посёлка металлолом пытается воровать, да только все мало-мальски ценное здесь не бросают, только откровенный мусор, но и это местным для их целей в «тему», находят применение. А этот конкретный тип так развлекается, — Степан подумал и добавил: — Правда, он обычно ночью ползает, пару раз его собаки уже драли…

Понятно, местный деревенский полудурок пытается что-нибудь украсть.

Начальник участка, чей вагончик был в метрах десяти от нас, явно услышал разговор, выглянул и обматерил типа в поле, чем спровоцировал у того приступ паники и позорное бегство. Похоже, личность ему хорошо знакомая. Ну, попытка на маскхалат у него неплохая — если б не двигался, я б вряд ли на него внимание обратил. Понаблюдал, как сей тип, кувыркаясь, сваливает в поле подальше, и вспомнил изречение Кузьмича из всенародного фильма: «На Руси дураков ещё лет на сто припасено».

Плюнул на это дело и двинулся к себе в вагончик сложить бумаги. Прежде чем продолжить работать, надо бы сходить на ужин, помыться, и перед сном можно ещё час другой поработать. Завтра предстояли ещё замеры ГСМ совместно с Борисычем, и, судя по всему, главный механик будет ругаться долго и со вкусом.

Вечер как вечер, если б не одно но: наш Чупик был под градусом. Не сильно, но явно. За мой стол сели Совушкина и Борисыч. Женщина средних лет очень внимательно проводила взглядом Мишу. Тот выбрал место подальше от неё.

— Не поняла, он же трезвый был! — неподдельно удивилась Татьяна Петровна.

— Что? Кто? — переспросил я, вынырнув из своих мыслей, не поняв возглас Совушкиной и одновременно с этим подсаливая свою порцию тушёной картошки.

— Да этот метиловый Чупакабра, — ответила возмущённо женщина — Он уходил с работы, когда выбрался из крана, был трезв. От участка до вахтового посёлка двести метров, от маршрута он не отклонялся, десять минут назад был трезвый… Где он успел «накатить»?!

Я пожал плечами и ответил:

— Мне его контролировать некогда, поэтому понятия не имею. Но, если горячительного у него при себе не было, а он успел по дороге выпить, значит, есть тайник. Забыли, какой у него тайник был на том участке? Если не знаешь — хрен найдёшь.

Недовольная начальница по безопасности жизни и здоровья раздолбаев, работающих в нашей организации, занялась своей порцией. Борисыч же нелицеприятно высказался об организации работ по починке техники, как и о её состоянии на участке — понятно, в чей огород камень. Это по мне неудивительно, если честно.

За ужином больше обсуждали, «кто и как» что из нас сделал, ну и дальнейшие действия. Да и так попросили поспешить и меня — на этот участок отведено две недели.

Вот блин, придётся «впахивать» по жёсткой, по мне здесь недели на три работы. Похоже, придётся в ущерб сну, иначе не уложусь. Но, честно говоря, не расстраивался. По удивлялся, почему генерального не видно. На это Борисыч пояснил: он тоже, считай, с проверкой, на свой лад — завтра поедет назад, по паре дней на каждый участок уделит.

Дела шефа — это его дела, а вот безобразная сценка за авторством засранца сыграла мне на руку. В глазах шефа я явно приподнялся и получил небольшой кредит доверия, и в случае мелких ошибок, если такие будут, можно рассчитывать на снисхождение. Борисыч между делом посоветовал купить симку с другим оператором, чтоб я мог нормально звонить, когда надо. Здесь, конечно, связь не везде есть, но так будет лучше. Да и сказал, где — в посёлке. А то из штабного вагончика не всегда удобно.

Я ответил, что побеспокоился и купил заранее, и с неё, кстати, и звоню. Но о том, что всё равно схожу в посёлок, также сказал: мелочей кое-каких прикупить надо.

Прикинул время и намеченные планы и решил, что успею сбе́гать и позвонить — связь почему-то лучше всего брала на строящемся мосту. Обернусь туда — назад быстро, прибегу как раз перед помывкой в бане — народу много, поэтому мыться приходится по очереди и, так сказать, «партиями».

Быстро доев и допив свой ужин, взял паспорт и пошёл сначала на мост, потом решил в посёлок. Дошёл быстро.

Позвонил, поговорил с женой, узнал, как она, чем занималась, ну и так, по мелочам, естественно, не без того, как бывает в общении молодых: кто что хочет и как ждём встречи друг с другом.

Закончил звонок, вроде всё нормально. Позвонил родителям, поговорил с ними. Подумал и позвонил сестре и поинтересовался своей благоверной:

— Шататься стала до поздна и пиво хлебать, и раньше то не пропускала, но сейчас многовато, да и скандал вышел на тему, что, когда муж в командировке, «шариться» до позднего вечера по городу, как минимум, некрасиво, — сдавала мне сестрёнка мою жену.

Рассказ сестры удивительно совпадал с «картинками», которые видел периодически с помощью странных способностей.

Поговорили ещё немного. Ну да, она то сказала, что это один раз только, но вот чуйка дёрнулась так нехорошо. Так, «рога» пока не отросли, это точно, но с такой тенденцией вполне может быть. На душе стало тяжело. Подумал и решил решать проблемы по мере поступления.

Быстрым шагом пошёл в местный посёлок — идти недалеко, и, подходя, отметил: на этом посёлке можно построить среднестатистическое описание таких вот маленьких посёлков по всей России:

То там, то тут какие-то почти полностью заросшие развалины, некогда бывшие домами, среди них попадаются более-менее целые домики—«дачи», где разбиты огороды, а где используются как стоянки под свою технику, какая есть, в основном отечественные нивы да москвичи, хотя местами есть и иномарки. Кто-то использует свои дачные участки как мастерские под открытым небом. А у кого-то так и вовсе захламлены непонятно чем.

Подходя ближе, рассматривал Дебин внимательнее. Ну, ситуация оказалась гораздо лучше, чем показалась сначала — народ живёт своей жизнью, дачи опять же держит и что-то выращивает себе на стол. Дачи и частные домики кончились резко, и начались советские пятиэтажки. Слева в стороне стояло основательное каменное заброшенное здание — местная библиотека. Отметил про себя заглянуть — народ почему-то часто не ценит хорошие книги, которые там могли быть. Прошёл к пятиэтажкам, и в одной из пятиэтажек на первом этаже нашёл местный магазинчик. Из запомнившегося только очень красивая продавщица, младше меня на пару лет и без колечка на пальце. Впервые проскользнуло лёгкое сожаление о своей женитьбе, да с учётом «ви́дений», но решил — раз женился, и при первых трудностях не расставаться, может, всё наладится. Много позже пожалел, что номерком у девушки не поинтересовался, но то было потом, а в этот момент, закупившись чем хотел, поплёлся назад.

По дороге назад в вахтовый посёлок очень внимательно прислушивался к себе и копался в себе, и, пусть тяжело, но признал правду: я боюсь одиночества. Мальчишкой был, боялся высоты, сейчас есть опаска, а не страх, а вот остаться одному… Страх и ужас. Но ладно, решил разбираться потом, думаю, со временем и это пройдёт.

Пришёл вовремя — подошла очередь следующей партии на помывку.

«Баня» — сколько в этом простом слове! Пусть и считай общественная, но всё равно — жар парилки, и обжигающая прохлада воды, а затем ощущение чистоты и неги. Да и послушать чего мужики рассказывают, иногда полезно — человек в бане расслабляется и способен сболтнуть «лишнего», но для меня полезного.

После бани, будучи в приподнятом настроении, пошёл к себе.

Два часа я собирал все записи в «кучу», также посмотрел, сколько ещё позиций надо проверить, и, честно говоря, скривился. Самое худшее — это то, как приходится мерить и взвешивать, да и объёмы считать. Наличие специальной программы на компе, конечно, дело обещало облегчить, но не так чтобы совсем сделать беспроблемным.

В определённый момент поняв, что уже прочитав строчку в третий раз и не могу осознать написанное, решил: надо на сегодня завязывать и отдыхать. Налил чая, решил покопаться в рабочем ноуте. Там стояла операционка — недоразумение: восьмая винда. Могу сказать по своему опыту работы с компами — в погоне за «понтами», разработчики собрали худшие идеи, но смотрящиеся «круто» и постарались их воплотить в этой системе. Получили фигню, про которую говорят «без пол литры не раз берёшь». Но я могу гордиться-я справился при помощи одной чашки чая. Ну почти, по крайней мере, освоил поиск и нахождение нужных файлов. Попалась какая-то примитивная встроенная игра. Посмотрел, покрутил её, да плюнул — нет ни настроения, ни сил. Подумал, что надо было взять флешку с фильмами, а то песни в имеющемся плеере уже надоели.

Вышел на порог подышать свежим воздухом перед сном и посмотрел в уже почерневшее небо. Я такого красивого и чистого неба ещё не видел, хотя много где успел побывать. Ощутил прямо бездну над собой без каких-либо преград, «глубину вверх». Отвлёкся — такого ещё не было, это что ещё одна грань изменившихся ощущений и сенсорики?

Не найдя ответа, пошёл спать. В эту ночь, если и видел сны, то не запомнил, ещё и это беспокойство на грани ощущений. Попробовал определить — источник мои отношения с женой.

Примерно по такому расписанию и потянулись дни на этом участке — проверки и проверки, с небольшими перерывами на помыться, перекусить и поспать, ну и позвонить домой.

Пару раз ходил в брошенную библиотеку — бо́льшую часть книг местное население, похоже, растащило, оставив одну техническую литературу и всякого рода журналы.

Через два дня «победил» инвентаризацию склада механика, да и в целом не ошибся — Борисыч замеры и проверку техники, а по факту полученные результаты комментировал исключительно нецензурно, или если сказать по-простому -матом. Все присутствующие услышали тот самый легендарный «автомат», который «дружеская» беседа шоферов.

Я, понаблюдав сцену, как механик участка прячется от главного механика, который, найдя очередной немаленький «косяк», в КАМАЗе, начал искать испарившегося виновника. Водитель грузовика, когда вник в ситуацию, посмотрев на что-то в машине, побледнел и после начал также усиленно искать Гузова. Мне было интересно, ищет просто сказать «пару ласковых» или выразить своё возмущение тому «по лицу»? Но увы, продолжения я так и не увидел — были дела и поважнее: продолжение инвентаризации.

Инвентаризация подотчёта кастеляна особо таким чем-то не выделялось — все различные тряпки, отрезы тканей да швейные принадлежности. Конечно, по опыту знаю — кастелян с опытом и работающей головой — это тот самый человек, который как «бармен — „мен“, который всегда при барыше». С заведующим кухней та же песня, хотя временами расфокусированный взгляд поварихи и напрягал, притом что запаха перегара не ловил. Надеялся, что она хотя бы когда готовит ничего сомнительного не употребляла, а то что-то не хочется есть суп с какими непредвиденными добавками. Но всё было в норме, и каких-то выходящих за рамки нормы ситуаций не происходило.

Глава 10. «Участок «Колыма» часть 3»

Технически, мелодия будильника -

это та самая песня в начале каждой серии

(интересная мысль с «АйДаПрикол»,

автор не известен

Дни мои здесь не тянулись и не скакали, а были как в тумане: документы, таблицы, дебет с кредитом и подсчёты. Так, ещё и про местный климат могу сказать много нехорошего — он оказался мне не очень подходящим, и ведь нельзя лежать лечиться, пока не пройдёт акклиматизация, нужно делать дело! Самолечение с помощью странных способностей помогало поддерживать бодрость. Анальгин, антибиотик (который смог найти) и парацетамол оказались «лучшими друзьями» на целую неделю, без них точно свалился бы. Короче, нарисовалась мне «пятая точка опоры», а не ситуация, в простонародье именуемая «жопа»: лекарств, которых я взял, не хватало, в аптеке, в посёлке, тоже с разнообразием лекарств не хорошо, всё то же самое, да и вообще, если б не местный энергетик, было б мне хуже — благообразный дедок поделился лекарством, да и в целом мозг не пытался «иметь» противоестественными способами — спокойно показывал всё, за что отвечает, считали также без эксцессов и истерик. Было, конечно, ощущение, указывавшее на факт по мелочёвке — что-то не так, но интуиция чётко говорила: сей тип очень опытный, можно сказать «матёрый», и по документам его хрен ухватишь, это не местный механик-истеричка, да и вообще человек не суетливый.

— Что это? — спросил я, глядя на кучу металлолома, ну, другим это уже не являлось, хотя было видно, «это» некогда было лампами на треногах.

— Лампы освещения, — подтвердил догадки Леонид Петрович и пояснил, почему они в таком состоянии: — Один придурок на машине без номеров летел как «угорелый» и всё «собрал» на свою машину. После этого появилось указание подобные вещи на дороге не ставить — местные любые знаки игнорируют, и перед такими вещами ставить бетонные блоки, чтоб, если кто и «летит», не разбирая дороги, то влетал в блок, а не в оборудование, — закончил рассказ он, а потом дополнил его: — Некоторые местные ещё и пытаются украсть, подъехав на машине…

Дед умолк и перевёл взгляд на дорогу у моста, мы были в метрах этак пятидесяти от моста и дороги, и хорошо, что не ближе: мужики «развернули» практически на дороге огромный сварочный инвертор метров двух с половиной в высоту, весом под тонны полторы, всё б ничего, но дед заорал, чтоб они убирали с дороги аппарат, но поздно — по закону подлости из-за ближайшего холма выскочил джип с «кенгурятником» без номеров и с якутом (вроде как, толком разобрать не получилось) за рулём, причём выскочил на какой-то неадекватной скорости и по прямой, даже не въехал, он в него «влетел», да так, что только болты в стороны брызнули. Джип вернуло, и водитель, развернув на дорогу помятый, но всё ещё рабочий джип, дал по газам, проскочил по недостроенному мосту и практически ушёл «в точку» на горизонте.

— Твою же… — в полнейшем офиге прокомментировал событие энергетик.

Ну, я себе пометил наличие этого сварочника, а вот насчёт найти придурка, разнёсшего дорогое оборудование, — нереально полностью: местные менты ничего искать не будут, факт стопроцентный, да и кого искать? Джип без номеров и с запрещённым кенгурятником? Так можно быть уверенным, что документов на него у этого «водятла» нет и «летает» на нём этот некто исключительно там, где народа мало… Я пожал плечами: ловить виновника не моя работа.

Борисыч случившееся прокомментировал крепким словцом, шеф, когда услышал по телефону, также высказался на эту тему. Начальник участка тоже много интересного сказал по этому поводу и пошёл переделывать акт списания: и так поломанного оборудования из-за таких не адекватов и раздолбайства отдельных работников много, так ещё и вода смяла и смыла у одной из опор мини-плотину и целую пачку инструмента.

Понятно, как этот момент вызывает вопросы, фотографии и записи есть, но… Дураку понятно — под это дело начальник участка «спишет» не только смытый или поломанный инструмент, но, возможно, часть ещё чего-то дорогостоящего. Но впоследствии удивил: списать списал, но, как бы выразиться, адекватное количество, причём так, что и непонятно — реальное количество или чего добавил лишнего. Хотя, например, мелкий инструмент типа плоскогубцев и подобного, который идёт по разряду «расходники», не стеснялся списывать. За списание мелочёвки никто особо не цепляется, вот вещи же покрупнее — это да, ну, то были указания шефа, а там его дело — давать «добро» на такое или нет. Например, того, чего там быть не могло никак и не должно было быть, никто списывать точно не стал бы.

Я же, пока выдалась свободная минута, поднялся на мост и решил позвонить домой: хочется или нет, но жене иногда надо звонить, тем более недавно узнал, что она должна быть в положении. И сейчас уже ощутил что-то такое:

— … у меня тут смешно получилось, — говорила она, — звонит мама и спрашивает, что да как у нас, а я сказала, что ты на Колыме, так там сразу вопль: «Что случилось?!» Я минут пять объясняла, что ничего такого, а всего лишь у тебя командировка и нет, не срок… — рассказывала она, а я всё больше слушал.

По итогу согласился с мнением, как многолетняя практика нашего отечественного законодательства привела к ассоциации у народа слова «Колыма» с тюремным заключением. Как говорил один знакомый матёрый уркаган, «дороги длинные — срока былинные». Но это всё лирика. Поинтересовался у жены, как там мои «любимцы певчие»… Сказала нормально, только вот явно соврала по мелочи, начал допытываться, но нет, упёрлась, что всё хорошо, спросил, как она проводит время и… опять наврала, типа всем и ничем, предчувствия чётко говорили — явно не всё хорошо. Хм, попытался вчувствоваться в то, что говорит и как говорит. Минут пятнадцать потратил на это всё, а она начала нервничать.

— Люблю, целую, — поняв, что толку не будет, сказал я ей и получил подобный ответ, и закруглился со связью.

Подумал и набрал номер сестры:

— Привет, сестрёнка, можно тебя об одолжении попросить…?

***

В вахтовый посёлок я возвращался с тяжёлым сердцем — нутром чуял, что-то не так. Но долго предаваться копаниям в себе времени не было — Борисыч собрался ехать на дробилку, она достаточно далеко от вахтового посёлка, поэтому лучше ехать туда с ним, а то пешком слишком долго идти, да и главный механик лично хочет глянуть на хозяйство камнедробильщиков.

Взять бумаги да загрузиться на уазик — дело пяти минут. Мне волноваться не о чем: наименований ТМЦ там немного, за пару часов можно управиться. Но вскрылась странная вещь: мужики уже пару месяцев не приходят за зарплатой и не возмущаются задержками зарплаты, ставшими появляться последние месяцы. А это странно. Задался вопросом «почему»? Конечно, если расстояние приличное, может, поэтому они не приходят, а мозг бухгалтерии и руководству не выносят, потому что там связи нет? Это вряд ли. Мужики, возящие щебень, говорят, проблем там нету, и у бригады дробильщиков всё нормально.

***

Ехали до карьера минут двадцать, посмотрел на дорогу… Как они по этим колдобинам стабильно вообще возят этот щебень?! Тут в легковом авто того и гляди язык откусишь или машина в яме завязнет! Конечно, мужики от своей дробилки далеко не отходят.

Первое, бросившееся в глаза, стоило заехать в карьер, — это сама работающая установка, вторым — вагончики, в которых жили мужики, на вид очень добротные жилые вагоны. Можно подумать, вагончики ИТР-овские. Со спутниковыми антеннами сверху. Хм, связь есть. Да и машины рядом — парочка джипов, да не дешёвых. Ещё раз «хм». Начали закрадываться подозрения. Проверка ГСМ не выявила недостачи, но и красноты тоже. Установка камнедробилка на месте. На вид дико уставший, но чем-то довольный бригадир всё показывал да рассказывал. Склад, инструмент, запчасти. Дальше было «страннее и страннее»: если использование своего инструмента, не выданного, а купленного за свои «кровные», ещё можно понять, то вот запчасти на дробилку, которые нигде и никак не числились, и, похоже, покупались точно за свои «кровные», — странность в квадрате. Поинтересовался, чего мужики не приходят за зарплатой, получил ответ: некогда, и им их заработок всё равно же скинут на карты. Тут я прямо в мыслях забуксовал — странность вообще из ряда вон. Зайдя в вагончик — обалдел: вагончик у генерального победнее будет, а тут тебе и телевизор плазменный, и ноуты у всех, и ружья иностранные ценой, как та дробилка, на стене над холодильником, на ковре.

По бумагам всё получалось идеально. Что вообще, блин, странно, обычно есть недочёты со списанием или его надо оформлять. Слишком идеально. Так не бывает.

Назад ехали в тишине, несостыковки заставляли недоумённо чесать «репу». В альтруизм мужиков, так пашущих, я верю ещё меньше, чем в честность наших СМИ и олигархов. Хотя нет, в честность олигархов я вообще не верю, но не о них речь. Прикинул варианты, почему мужики так себя ведут и так живут на участке и не хотят уезжать на межвахтовый отпуск, решил проверить одну догадку и задал вопрос Борисычу и Совушкиной:

— Что добывали в этом карьере до того, как там начали дробить щебень для моста? И что там за организация стояла?

— Так, золотари, в смысле старатели, там золото добывали, а как англичане выкупили место, заявили, что месторождение истощилось, закрыли его и все мощности в окру́ге ликвидировали, ну и тот город, Карачан, и разъехался, а наш шеф место взял в аренду для добычи щебня, оттуда его для строительства моста и возят же — ответил главный механик.

Все странности вдруг резко исчезли и обрели логичные объяснения. Ага, «альтруисты», угу, аж три раза. Походу мужики решили обеспечить себе безбедную старость и своим внукам. Понятно, чего они вынимают из щебня, и почему дробилка блестит, как у кота яйца, и почему они запчасти покупают на свои кровные. Похмыкав по этому поводу, переключился немного на другое: мне стало интересно, а на зиму их, наверное, придётся силой от установки увозить или они с ней срастутся? Или отстреливаться начнут? Ну ладно нашли мужики себе шикарный приработок-молодцы, я то знаю, какие могут быть проблемы с реализацией «презренного металла» и какие проблемные последствия, наслышан, а так мне главное, что б мост строился, а ответственные лица «не расчёсывали мне нервы с ревизией» — всё отходит и нет проблем — мне легче и проще. Влазить же в дела с этим «металлом» — ну на фиг, пусть шеф с ними сам вопрос решает, да и не верю, что он как минимум не подозревает о том, чего там попадается при дроблении щебня. Я, как специалист за свою работу, заработаю может и поменьше, чем если б занялся этим металлом, но ведь заработаю с гарантией и без ненужных приключений. Хотя чисто так по-человечески — мужикам «грац», суметь так шикарно пристроиться.

В этот вечер в вахтовый посёлок приехали, когда у же вечерело… Ну как приехали — по дороге недалеко выскочила Совушкина и побежала контролировать Чупика — она хотела понять, где этот человек-аномалия прячет бухло и когда успевает выпить — из крана вылазит трезвый, в посёлок приходит уже на «веселе». У меня даже закралось подозрение: этот уже развлекается так и притворяется выпившим, чисто побесить Совушкину. Но вот его талант чуть ли не на ровном месте исчезнуть, когда ты отвлёкся, по-моему, что-то из программы обучения «спецуры». Ну не получалось объяснить такое умение просто природным талантом — сто́ит потерять его из виду и через пять — десять минут он уже под градусом. Поделился своими мыслями с Борисычем. Он же уже с Совушкиной и та, по-моему, она после этого уже плюнула на попытки подловить Мишаню. Она-то ещё двух любителей «вмазать» поймала на «жареном», а его нет.

Сидели в столовой и ужинали, заодно слушали возмущения Совушкиной раздолбайством иных работников. Возмущалась она как ответственный за технику безопасности:

— Как же они надоели эти раздолбаи, они как великовозрастные дети — возмущалась женщина, жуя — и я ещё им «не такая», а что их труппы мне родственникам потом предъявлять и передавать, это, что нормально?

— В смысле? — удивился я-с чего это вдруг?

— А с того, — ответила Татьяна — сезона не проходит, что б пара тройка трупов любителей «вмазать» не образовалась, техника безопасности кровью написана, как и запрет на спиртное на работе!

Она права, я, конечно, ещё не сталкивался с настолько крутыми последствиями нарушений техники безопасности, но что-то мне подсказывало — ещё столкнусь. И это совсем не радовало.

После ужина была опять баня и подготовка документов в электронном виде.

Перед сном решил позвонить родителям. Всё было, в общем, то ничего, только выяснился не хороший факт — моя жена решила не кормить моих птах, хорошо, что мама поинтересовалась ими. Я позвонил жене и начал возмущаться на этот счёт. По итогу не то чтобы поругались, но всё-таки неприятно, она обещала за ними присматривать и так делать нехорошо. Чем она таким занята, что не может пару минут выделить, толком не смогла объяснить. На её невнятные ответы, которые были явной ложью, испытывал странное ощущение, помимо понимания мыслей — лицо и/или губы как будто надувались… Вот значит, откуда вошло в язык выражение «двуличие» — кто-то также ощущал чужую ложь. Можно было бы порадоваться такой способности, только вот всё омрачала горечь осознания происходящего.

Закончив звонок, если честно, начал даже не понимать, а принимать тот факт, что проблемы с женой только начинаются и от этого было просто тошно.

Глава 11. «Участок «Колыма» часть 4: странности продолжаются»

- Ты сегодня на работе до скольки?

- До полного схождения с ума.

(А это разве анекдот? Взято с

интернета, автор не известен)

Последующая неделя была, наверное, самой сложной и проблемной. Предстояло пересчитать остаток цемента, и это при сломанных весах и мешках от полутора до тех тонн каждый. Мне было ясно как божий день: весы сломаны целенаправленно, хотя и выглядит всё как случайность. Понятно, кто побеспокоился об этой «случайности», но, увы, это не докажешь, как говорится, «к делу не пришьёшь». Начальник оказался хитрожопым говнюком — из каждого мешка бралось разное количество цемента, и, соответственно, считать объём было охренеть как сложно. Это блин не истеричка Гузов, тут явно матёрый расхититель, и не мелочился. Ну чтобы назвать человека «вором», это надо доказать, а в данном случае это сделать оказалось очень сложно, точнее, почти нереально. Так это ещё и сумел оказаться на неплохом счету у руководства: очень так выгодно для организации некоторое своё подотчётное имущество выменять у других организаций — три средней паршивости вагончика на три великолепных огромных палатки у геологов. Так, каждая палатка ещё и стоила в два раза больше тех вагончиков или некоторое оборудование у тех же дорожников, по тому же принципу. Но при этом явно старался усложнить подсчёт цемента или той же арматуры, будь она сложена как положено, а не растащена по участку. Песок же с карьера и щебень так вообще подсчёту поддавались крайне приблизительно, и всё объясняется логично, да так, что не подкопаешься. Единственное, что могло бы дать возможность подкопаться — это разница по объёмам щебня и маячки на машинах, но… Борисыч собственно очень возмущался тем фактом, что часть маячков для отслеживания маршрута грузовиков вдруг резко повыходила из строя. Так, этот крендель ещё и в отпуск намылился, и решил по-быстрому передать подотчётные материалы на девушку из отдела ПТО.

— Не нравится мне это, «налетит» же девчонка, — сказал я Борисычу.

— А выбора нет, — ответил он, — тем более она согласилась, а шеф одобрил.

— Ладно, в случае чего и фото предъявлю и… — я замялся: догадки — это только догадки, ну ладно ПТО вполне умеют тоже считать и «выворачивать» цифры, — озвучил свои догадки, хоть это и не в моих правилах, но нервы ей ситуация может попортить.

Гузов всё ходил и истериковал, а я был занят гораздо более важным делом, тут мне вспомнился инструмент, пропавший у другого механика… Эта лысая истеричка мне ещё и угрожать решила — сам виноват: недолго думая, я решил проверить свои догадки и фотографии неучтённого якобы личного инструмента предложил переслать тому механику на Куруму, да с пояснениями у кого он. Что-то мне подсказало — я прав, а этот лысый «крысюк» сам получит проблемы. После выкинул его из головы. Если честно, уже был и не рад такому заданию: оформлять инвентаризационные бумаги это такая головная боль, особенно подсчёты, когда бухгалтерия одним и тем же словом обозначает весьма разные предметы — им там в офисе то хорошо, написали фильтр и всё, ну цену поставят то ли разную, то ли среднюю, а ты на месте голову ломай, что да как, или ещё какую-нибудь арматуру… или… В общем, каждая позиция стала такой вот головной болью. Разве что иные комичные ситуации разбавляли эту «замороченность». Спрыгнув с очередного мешка, наблюдал весьма забавную ситуацию:

Совушкина «спалила» одну из «нычек» Чупика — этот изобретательный деятель, оказывается, сделал металлическую хреновину, которая как чехол для чекушки с магнитом и зажимами, и вешал её на КАМАЗ за ведро, болтавшееся позади. Водила о том, что целый день ездил с чужим тайником, был не в курсе, но свою машину всегда оставлял недалеко от крана, а этот этим и пользовался. В процессе «мини-скандала» вскрылся и второй тайник — прямо посреди тропинки: под слоем земли лежал кусок железа, под которым была ямка с выпивкой. Точнее водила КАМАЗа вспомнил, что Чупик в одном и том же месте свои шнурки шнуровал. Наша тэбэшница тот квадратный метр реально перекопала: схватила штыковую лопату, не поленилась, использовала по назначению и нашла! Только непонятно, когда этот успел такой тайник сделать. Сдаётся мне, это далеко не все тайники со спиртным. У меня создалось стойкое ощущение, будто Миша реально так развлекается — делает тайники и смотрит: найдут или нет.

Похмыкав с этого шоу, поздравил Татьяну Петровну с раскрытием мест хранения контрабанды и пошёл в штабной вагон работать с бумагами. А там пришлось вместе с ПТО всё подбивать, причём очень приблизительно и по телефону. Полученная же разница вполне себе вписывалась в расчётные траты материалов. Но всё равно было что-то не так. Понимал — всё равно вылезет какая-то фигня, а чувствовать себя сволочью не хотелось, поэтому пересчитывал и пересчитывал… Всё равно получалось так. Уже из офиса рекомендовали «не страдать» фигней — мост стоит? Стоит. Материалы завозились из расчёта на мост, с небольшим запасом на случай форс-мажоров, их всё равно списывать.

Поговорив по спутниковой связи с бухгалтерией, начал заполнять итоговый вариант бумаг, хотя и душа была не на месте, но время уже поджимало — оставалась всего пара дней, отпущенных на этот участок. К вечеру, когда уже явно не мог даже вчитаться в текст, что пишу, образно «плюнул» на всё и пошёл в баню — после помывки можно будет и продолжить.

Сидел в своём закутке в вагончике, на своём месте, уже ставшим и рабочим, и личным пространством, прямо вздрогнул от неожиданного звонка и даже удивился — позвонить из вагончика было сложно, а тем более дозвониться в него. Посмотрел на номер — жена, только рановато и я обычно звонил, но почему бы и не поговорить настроение себе не поднять? В нутре что-то ехидно дёрнулось на мысль про «настроение поднять», и я, выйдя из вагончика с небольшой настороженностью, включил связь — звонила жена, но сухо, ещё и заявила, что сделает аборт.

— Ты рехнулась? — спросил я, — ребёнок желанный!

— Это тебе хотелось ребёнка, а не мне, — ответила она.

Та-а-ак, какого хрена происходит? По ощущениям непонятно, какая «хня» ей в голову стрельнула, появилось подозрение, что ребёнок не мой, но… Хм. Тем не менее убивать дитя не стоит. Пришлось призвать всё своё красноречие, чтобы убеждать этого не делать. Получилось или нет — было непонятно. Отзвонился родным, постараться её убедить не делать глупость. Позже узнал, вроде как отговорили, но чутьё чётко говорила — это ещё не всё и сто́ит ждать ещё «номеров» с её стороны. Даже гадал с чего бы вдруг? Измена? Тогда бы был бы посыл с предложением развестись, или… Корысть? Или? Было непонятно, явно есть неучтённый фактор. Но нехорошие подозрения уже дали о себе знать, и при этом горько стало на сердце. Подумав, решил доделать работу, какую смогу, и ложиться спать — сейчас уже ничего не могу сделать.

Утро было до омерзения стандартным: также «разводка», тот же завтрак с упоротой поварихой, дружной с механиком-истеричкой. Потом было подбитие итогов инвентаризации и оформление передачи с подотчёта на подотчёт. Ещё и Борисычу с Совушкиной приспичило съездить грибов набрать. В итоге полвагончика было засыпано сушащимися грибами. Боровиками. Честно, глядя на это богатство, захотелось тоже за грибами побегать, а не вот это всё.

Пока помогал Борисычу установить вентилятор для сушки этого всего, обсуждали как дела, да и так просто за жизнь говорили. После чая решили попить — он и пояснил, почему они нагребли грибов: подвернулась поляна, где они за 10 минут накосили, и главная причина — им, как и мне здесь ещё долго кататься с проверками и прочими делами, поэтому запас чего — нибудь кинуть в казанок очень даже нужен. Ну да, я те запасы хоть и имею с собой, но нет уверенности, что в случае чего надолго их хватит. Сухая копчёная колбаса, тушёнка и прочая мелочёвка это так — не протянуть ноги, случись чего.

После продолжили работу: Борисыч побежал дальше гонять местную истеричку-механика, а я занялся бумагами. До самого обеда. Ближе к обеду стало понятно — вполне укладываюсь по времени. Решил после обеда сходить в посёлок — докупить мелочей в дорогу, зайти в аптеку.

Направляясь к тропинке, думал о своём, как на встречу из-за бугра вышел сварщик, Зохан. Имя как-то упустил, но так здоровый мужик, да постарше меня, спокойно проходя, поздоровался, только вот ощущение заставило напрячься, ощущение чего-то очень нехорошего, опасности, прямо как дымка вокруг него стояла, и лицо, точнее, на лице «затемнение», заставившее всю мою сущность напрячься и прямо приготовиться к бою? Противостоянию? Бегству? Все странные способности буквально взвыли, но Зохан был вполне себе дружелюбен и не агрессивен, это чувствовалось: человек плохого в мой адрес не затевает, да и смысла нет, и это сбило с толку. Я лицо сумел удержать от выражения негативных эмоций, только всё равно удивление выползло на моё лицо — такой контраст. Зохан явно заметил, но я махнул рукой и пояснил: — тип кое-что вспомнил касаемо работы. Парень пожал плечами, да пошёл дальше. А потом стоило разойтись, я вспомнил, что это мне напомнило, и описание вспомнил: Лермонтов в своём «Герое нашего времени» чётко описал увиденное на лице другого человека, его герой и не ошибся — маска смерти. Я сам себе не поверил, своим догадкам. Но что делать не знал, прямо сказать был растерян.

«Маска смерти» — вот что это напоминало. По описанию — оно самое, как у Лермонтова, но… Оно или не оно, или «нечто» другое? И даже если оно, то, блин, что Зохану сказать? А если ошибся, стану посмешищем? Или нет, но он всё равно помрёт или что-то случится? Всё-таки я понадеялся на свою неправоту, надеясь на ошибку.

До посёлка шёл, думая «что делать», и ничего не приходило в голову, были всё-таки сомнения, может, и ошибся. В посёлке зашёл в местное «сельпо», прикупил продукты длительного хранения, опять обратил внимание на молодую продавщицу, опять задумался о том, что со свадьбой поспешил, но всё-таки эмоции и чувства к жене были, как и надежда, что это у неё вре́менное «перемыкание». Не дело при первых же трудностях искать другую. После зашёл в местную аптеку — ездить мне ещё много и долго, так что аптечка своя должна быть. Прошёлся по посёлку, по его центру. Центр — это несколько пятиэтажек, возле одной большая игровая площадка, где народ играл в волейбол, ну а окраины посёлка — дачи. Картина, в принципе, знакомая до боли, но при этом на свой лад уникальная. Несмотря на старания при союзе всё делать типовым для экономии, всё равно населённые пункты имели свою внешнюю специфику — если ты в адекватном состоянии, то вряд ли спутаешь два посёлка.

Постепенно мысли переползли на мои отношения с женой и копание в них, ситуация с увиденным на Зохане как-то ушла на второй план.

Вернулся в посёлок и «добил» уже инвентаризационные ведомости. По-другому и не мог сказать, так как уже просто превозмогал эту часть работы. Собрал подписи и прочее. Решил, пока банька натоплена, но никто ещё не пришёл, проскочить и помыться первым.

Из бани вышел одухотворённый и пошёл в столовку. Только вот нормально поужинать не получилось — какая муха укусила руководство, было решительно непонятно, но была дана команда срочно собраться и выезжать на следующий участок вот прям сейчас. Это вечером-то. В принципе, до следующего участка доберёмся уже, так сказать, в ночь, но всё равно, вот на фига так спешить? Но указание есть указание, и поехали мы без нормального ужина. Ну, банка тушёнки мне неплохо скрасила путь, и пока жевал, опять вспомнил виденное, и что подобное, но в более лёгком и простом исполнении, видел ещё ребёнком, когда был совсем маленьким. Это меня настораживало, конечно, но я быстро это выкидывал из головы — ну странная темень-дымка, ну ощущения специфические… И лучше того человека обойти.

Самое интересное, до ближайшего перевала добрались ещё при свете дня, и я честно удивился — ещё как бы лето, а там уже желтеют листья и даже на вершинах снег есть, да и дождь забарабанил как-то некстати.

Обратил внимание на схожесть природы здесь с природой в Амурской области, как минимум тайга, похоже, также мгновенно желтеет. Ну и степь также: один день всё зелено, а на следующий день уже унылый жёлтый осенний пейзаж, причём к тундре это тоже относится, и мне это ещё предстояло увидеть.

Уже темнело, когда мы добрались до следующего пункта назначения — вот четырнадцатый участок, по соседству посёлок дорожников, а неподалёку виднеется дом-база геологов на скале.

Заехали как-то буднично и тихо, да и весь вахтовый посёлок был уже сонный, как и мы, желающие нормально перекусить и упасть спать.

Глава 12. «Участок «Непроходимый» и особенности скоростной ревизии».

Выпей чаю с семьей, пока все рядом

(совет от автора)

Вечером поступило распоряжение из офиса, заставившее меня непроизвольно скривиться: звонок телефона, и стоило взять трубку, как сразу указание — на этом участке ревизию максимально ускорить и сжать, на «всё про всё» четыре дня. Мотивировали это тем, что здесь стройка фактически закончена и объёмы были в несколько раз меньше, чем на «Колыме», а людей сверхнеобходимого здесь держать никто не будет.

Честно, от таких новостей и указаний матерился про себя: есть же ещё и бумаги, которые «внезапно» надо заполнять по форме, да и остальное — неизвестно, как пойдёт.

Борисыч на это только пожал плечами, но при этом подтвердил информацию: объёмы реально меньше и местное руководство не такое «говнистое», как на предыдущем участке, да и в целом народ адекватнее. Естественно, обсуждали всё при быстрой помывке: просто смыли с себя дорожную пыль, да пошли спать по своим вагончикам.

На следующий день ознакомились с объёмом работы — действительно, не всё так страшно, как показалось сначала. Первым делом поснимали на фото и видео вахтовый посёлок и склады на его территории, потом всё крупное и дорогое, типа техники, ну а дальше занялись и более мелкими вещами, но не всегда дешёвыми.

Борисыч между делом отпустил пару крепких слов по поводу оформления путевых листов на других участках: здесь местный механик и все остальные ответственные оформляли всё более или менее правильно, без попыток по-тупому списать в свою пользу просто неадекватные объёмы горюче-смазочных материалов. Но, как обычно, вылезли небольшие сложности. Чего там приключилось у начальника участка, нам не сказали, но получилось так, что начальник участка в первый день нормально не мог принять участие в ревизии — бегал с другими документами, да и с утра, раздав указания, взяв список продуктов на кухне, поехал в ближайший населённый пункт: продукты на базе заканчивались, а штатного снабженца здесь не было. Сама повариха никуда не ездит, вот он и такую функцию выполнял довеском к своей основной, когда снабженца не было. Но и помимо него было кого и что проверять: кастеляншу, заведующую кухней (она же повар), завхоза и главного механика участка. Остальное, как говорится, «опционально». Например, несколько сварщиков, на которых числились сварочные аппараты: вот мужики, вот аппараты — дел на пять минут. С кастеляншей чуть сложней, но на должности была явно женщина опытная и всё подготовила к ревизии.

Смотря, как всё бельё разложено по стопочкам, и оценивая общий порядок с теми же швейными принадлежностями и прочим, касающимся её работы, и аккуратно оформленные все документы. Сделал два вывода: первое, косяки хрен найдёшь, а то, что найдётся, будет мелочами, второе — человек явно раньше в бухгалтерии работал, и третье — я решил «по приколу» проверить одну догадку…

— Вы родились под знаком «Девы»? — спросил я, просматривая всё сделанное и разложенное с максимальной педантичностью, причём это всё мне самому кое-что напоминало.

— Да, а как вы догадались? По бумагам посмотрели дату рождения? — с интересом уточнила Маргарита Витальевна Пронина.

— Нет, я такое дома у себя наблюдаю, точнее, мои домашние наблюдают, когда у меня есть возможность и место навести порядок так, как я хочу. В общем, сам такой, — обвёл всё вокруг и особенно указал на стопочки ткани, сложенных «по калибру», в смысле по размеру и даже цвету.

Маргарита Витальевна заулыбалась. Проверить её «зону ответственности» при таком раскладе оказалось несложно, и, прямо сказать, — быстро. При заполнении ведомости поинтересовался, чего она в завхозы или в начальники складов не подалась, или в бухгалтерии не работает?

Ответ оказался простой: заработок больше кастеляншей на участке, чем материалистом в бухгалтерии, «головняка» (головной боли) меньше, а в завхозы не взяли потому, что вакансии не было. На склад, на базу не пошла потому, что здоровье и нервы дороже.

По ответу сделал ряд выводов и главный: на центральной базе замучаюсь делать ревизию, когда настанет время, раз опытный человек от должности שם отказался.

При таком кастеляне, ничего удивительного, что с документами не то что совсем всё в абсолютном порядке, мелкие «косячки» есть, на мой взгляд, допущенные специально, вроде мелких ошибок в оформлении, но документы и учёт более-менее велись всеми ответственными лицами: им было у кого спросить. А не как на предыдущем участке, где приходилось восстанавливать все «движения» и после искать чуть ли не по следам и памяти тех, на ком висели те или иные ТМЦ, а потом ещё и искать их по всему участку.

С завхозом, Данилой Гавриловичем, дело оказалось посложнее: объёмы ответственности больше, да и местный начальник участка перевесил на него всё, что можно было, а тот, чтобы не «влететь в проблемы», старался вести учёт всего, подписывая ещё и комментарии по тем или иным «ценностям». Это так же облегчило работу как мне, так и отделу ПТО. Конечно, пересчёт ТМЦ — дело крайне нудное и напряжённое, но вполне рутинное, не каждому терпения достаёт, но нужное.

***

Пересчитав очередные не использованные анкера, глянули на время — ещё полчаса до обеда. Только вот завхоз сказал, что после обеда продолжим, сослался на очень срочное дело, образовавшееся у него, вот только и убежал в сторону деревянного сарайчика с буквами «м» и «ж». Ну, все мы люди — всё понимаю. Я же пошёл на кухню, где познакомился с её начальницей и по совместительству поваром — женщиной средних лет.

Инвентаризацию кухни решил оставить на потом — там дел немного, но сейчас Наталья Геннадьевна доготавливала обед, и так как не очень успевала, даже попросила почистить несколько луковиц и морковок. Я малость удивился такой просьбе, но с другой стороны — эти полчаса для меня, как говорят, «ни туда ни сюда», а просто так сидеть без дела непривычно, а так и поболтать можно, глядишь, чего интересного взболтнёт повариха.

— А у нас тут спокойно относительно, считай, через неделю сворачиваться будем, хотя и всякое бывает… — начала она рассказывать, по виду было ясно, думает рассказывать или нет.

— Всякое? — решил её подтолкнуть и спросил интонацией, заостряя внимание на последнее слово: простенький психологический трюк, позволяющий раскрутить человека на заинтересовавшую информацию. На кухню зашёл местный механик, кивнул и включился в разговор:

— Да, — сказала повариха и кивнула на механика. — Вот он не даст соврать.

— Ага, — согласился мужик и продолжил: — Тут у нас же ружьё изъяли, а мишки иногда приходят к кухне, так мужикам пришлось взрослого медведя ломами забить, вот, — и Дарабан достал из кармана куртки здоровенный медвежий коготь и положил на стол, и ещё на несколько таких же, висящих в виде этакого ожерелья на стене столовки, указал в качестве подтверждения своим словам: — на запах начал приходить к кухне, здоровый был, а потом оказалось ещё вкусный, котлеты офигеть какие получились в итоге.

Посмотрел на размеры «коготков» — я, конечно, не охотник, но, кхм, по-моему, там мишка-бедолага был не меньше полутонны.

— Так, а пострадавших сколько? А что охотнадзор? — поинтересовался я, закончив чистить те три луковицы и морковки, отдав поварихе.

— Никаких пострадавших, а охотнадзор… Ну, мы их вызывали, только они болт забили на вызовы, ещё и ответили, дескать, не обязаны бегать за косолапым — на запах всё равно будет приходить. Ну, нам тут здоровье дороже, пришлось делать ловушку, а бедолагу так добивать, — развёл руками механик, а потом продолжил: — Котлеты зато были во какие! — и показал размер руками, где-то под полметра. — Вон в той сковороде жарили, — указал на реально громадную сковороду, похоже, производства времён СССР, причём явно для огромной военной части — диаметр у неё как раз такой и был. И где такую посуду руководство для всех участков компании откопало?

— Ага, — подтвердила повариха, — только мясо сначала пришлось проваривать три часа, воду сливать несколько раз, после мариновать и солить, и только потом жарить.

— А то бы получилось как у гидрометцентра, — сказал Дарабан.

— Это которые у вас тут по соседству? — уточнил я, по контексту поняв, о ком речь.

— Ага, у тех самых, там на скале, — пояснил Дарабан.

— А у них что там «получилось»? — заинтересовался я.

— Мишку стрельнули прошлой осенью, да когда готовили, один сырого фарша ложку в рот закинул, предварительно даже не проварив, — Дарабан явно был в задумчивости. — Ну, тому живот вздуло, да так, что кишки порвало, он и помер. А так как было уже холодно и погода нелётная, никто их забирать не стал и прилететь не мог, так они труп в тамбуре у себя поставили, где он и замёрз. Месяца полтора он у них там стоял, а они его периодически роняли, то ухо отколют, то нос, то руку… Когда вертолёт всё-таки прилетел и забрал, оставив смену, менты говорят, их месяца три тягали, пока медэкспертиза не подтвердила: он умер не от действий коллег, а от сырой медвежатины.

— Жуть история, — прокомментировал я рассказ, хотя мишку, приходившего на базу, тоже было жаль, но, увы, людей тоже жаль, а этот начал проявлять агрессивность, и мужикам делать было нечего, тут или-или.

Потом был обед, послушал местные, ну, сплетни или нет, но истории интересные. Наконец-то пришёл завхоз с одухотворённым лицом, как будто в том «сарайчике» для «медитаций» познал дзен.

Повариха малость поругалась на какого-то местного дедка, по её словам, ещё тот извращенец престарелый — 75 лет, а всё туда же, точнее, впечатлял мужиков, вызывая зависть, — с двумя тридцатилетними «кувыркался», так сказать, доказал, что по «мужски» он ещё «ого — го», ещё и снял свой подвиг на видео, для «доказать», а потом ещё и заработать. И теперь стоит поварихе приехать в ближайший посёлок городского типа, как к ней этот извращенец подкатывает, на тему стать «четвёртой». А у неё муж есть. Люди в 75 лет еле ходят, а этот…

Послушал возмущения поварихи и причины, почему не хочет в посёлок за продуктами ездить, — этот престарелый плейбой прохода не давал.

Это, конечно, всё интересно и прикольно, но вот информации касаемо моей работы непосредственно или способной пригодиться было кот наплакал, но я продолжал слушать. Как раз и обед был готов. Я же отвлечённо думал о том, что завтра у меня день рождения, и я впервые его буду встречать так странно — на рабочем участке, чуть ли не на краю света. Напрягало другое: у меня дни рождения чуть ли не через раз — это дни, когда случается какая-то, нет, не просто «жопа», а «полная жопа», это которая комплекс мероприятий. В общем, ожидаю приближение «песца». Но я всё же надеялся на авось: «пронесёт» — всё равно ничего сделать не мог, тут хоть в бункер залезь, и то будет без толку.

Пока обедал, послушал ещё всякие новости. Тот же Дмитрий Владимирович, который Дарабан, рассказал, откуда у них здесь в некотором роде неучтённые вещи, инструмент там, бочки ГСМ, которые никто не покупал и не привозил. Официально они их нашли. Мужики тоже много чего «нашли». Главное, и завхоз так усердно на всё кивал.

Ага, «нашли», угу, знаем, — тихо «свистнул» и ушёл, называется «нашёл». Ну, я-то документы смотрел, и действительно здесь много чего было, не то что даже «краснотой» не шло, а вообще компанией не приобреталось, как тот же новенький мотор на кран. По документам мужики его собрали сами из запчастей, только вот заводская упаковка на нём как-то портила легенду о моторе из списанных запчастей. Вопрос, как и что они «нашли», решил прояснить потом, не официально, а там уже смотреть, как да что, и вообще передать информацию руководству: пусть у него голова болит по этому поводу.

Тут в столовку зашёл какой-то мужик и подозвал начальника базы, а за мужиком зашли какие-то два якута, явно из местных. Один был мужиком постарше, а второй — подросток, пацан пацаном, только абсолютно бледный и с напуганными глазами. В руках были зажаты какие-то окровавленные куски шерсти.

Оказалось, местные понадеялись на наличие у нас на базе медика: у пацана шоковое состояние, как-никак взрослого медведя врукопашную завалил.

— В смысле в «рукопашную»? Каким образом, ножом, что ли? — я, если честно, охренел, конечно, слышал про такое, да и другие мужики также, а по пареньку-подростку было видно, что напуган и сильно. А вот взрослый якут как-то подозрительно заблестел глазами. Явно ситуацию находил забавной и подтвердил: без ножа. Мы все офигели ещё больше, а якутенок решил пояснить:

— Да я землянику собирал, поднимаю голову, а тут эта морда на меня глаза поднимает, прямо нос к носу, я испугался, схватил медведя за уши и начал кричать, что есть сил…

Улыбающийся же старший якут продолжил:

— И напугал медведя до смерти, только вот руки теперь спазмом скрутило, пальцы не разжимаются, пришлось уши отрезать.

Взгляды всех опустились на руки паренька, а тот их поднял, и все чётко рассмотрели «трофеи».

Конечно, помочь пареньку хотели, но руки не разжимались. Всё-таки нужен нормальный медик. Взрослый якут похмыкал и пошёл к ниве, в которой сидел ещё один якут и две женщины — явно всей семьёй выезжали. Якуты уехали, а Владимирович махнул рукой:

— У паренька шок, но вроде в порядке, наверное, с недельку походит так, да руки разожмутся, зная местных пацану прозвище на вроде «Медвежье ухо» обеспечено.

Случай в чём-то и курьёзный, но и у нас остались дела, более важные, чем обсуждение того, как пацану повезло с пугливостью медведя.

Стоило обеду закончиться, пошли с завхозом досчитывать мелочи. Ведомости решил оформлять всё разом, что-то сразу распечатать и не бегать каждый раз, в черновую всё вывести, а там дело техники. Промежду делом поинтересовался у обоих мужиков, всё-таки на счёт «найденного» не учтённого оборудования, и обратил внимание на заводскую упаковку.

Мужики помялись, ну и рассказали — всё это «нашли» у соседей, тут через пятьдесят метров — дорожники, которые строили дорогу, и наши, так сказать, «соседи», известные как «Три восьмёрки» успели прославиться, точнее, их руководство на редкость жлобским отношением к своим работникам — начиная от невыплат зарплаты под любым предлогом и заканчивая тупо отсутствием такой вещи, как закупки продуктов в столовку — хотите кушать — сами покупайте за свой счёт. И самый «цимес ситуации» (суть) даже не в том, что мужики чего-то там выменивали на продукты, а в том, что когда привезли сторожей охранять вахтовый посёлок, ни разу им ничего не заплатили, «кормя» тех, так сказать, «завтраками» в смысле обещаниями выплатить зарплату, причём ещё с прошлого сезона, а в этом им даже продуктов не завезли. Мужики плюнули на это дело, поставили в известность руководство компании «три восьмёрки», что по законодательству Трудового Кодекса Российской Федерации они имеют право послать руководство далеко и надолго, пока те не выплатят зарплату, и тупо уехали — так сказать, берите, что хотите и кто хочет…

Брали, как говорится, все, кому повезло оказаться рядом — начиная с проезжающих дальнобоев. Понятно, вещи помельче, которые можно унести на себе, на вроде инструмента растащили мужики, причём жители с ближайшей деревни были в числе участников. А что так просто не утащить… Ну вот мотор как бы собранный мужиками на месте уехал на сотню метров в сторону, внутрь склада — в вагончик нашей организации.

Вывод понятен — жадное «жлобье», решившее «кидать» (обманывать) сторожей на зарплату, теперь будет бегать, держась за голову — народ утащил с этого вахтового посёлка всё, что не было прикручено. Хотя нет — прикрученное было откручено и унесено в неизвестном направлении. Только вагончики остались на месте, так как первое — «палево» такое увозить, они сильно приметные, второе — примёрзли к земле и отрывая их есть немалая вероятность испортить полезную в хозяйстве вещь.

Вообще, нюанс в том, что часть, так сказать, «найденного» использовалось на благо компании, а это не много удивило. Можно было бы подумать, что мужики тупо все утащат, но нет, имело место использование как материалов, так и остального непосредственно в строительстве моста.

По словам завхоза руководство в курсе, но без подробностей. Подробности руководство узнало от меня потом, и предпочло сделать вид, что их не знает и верит исключительно официальным актам, где некоторую часть инструмента и мотор мужики собрали сами. И вроде как даже собиралось выписать премию, столь рукастым работникам. Выписало или нет -не в курсе, а вот как сторожам в вахтовых посёлках и на базах зарплаты чутка накинуло — факт. Хотя задержки по зарплате имели место быть. Ну ладно, мне вот скинули все вовремя.

Пересчёт подотчётных материалов и всего остального числящегося на Дмитрии Владимировиче (механике) также не занял много времени, как говорится — всё то же самое как и у остальных. А если ещё и человек подготовился, то всё идёт быстрее, в процессе выяснил интересный факт: Дарабан вообще мужик приезжий, ещё в молодости приехал из Франции, да так и остался в России, женился, детей завёл и… Овдовел.

Посочувствовал ему, ну и потом уже закончили ревизию, и он рассказал, как так получилось — жену зарезала её же подружка. Буднично так, сидели две подружки и выпивали, поссорились и… Бытовая трагедия. Всякое, конечно, слышал, но такое — впервые. Вообще, по словам Дарабана, алкоголь ещё то зло — у них один мужик втихую пронёс себе водки и умудрился допиться до пьяного бреда — выскочил из вагончика в полном неадекватном состоянии, бегал по участку и упал в сваленную кучей колючую проволоку, пока мужики его вытащили и плоскогубцами перекусывали «егозу», этот удавился.

Закончив трагичный рассказ, спросил меня:

— Обратил внимание, как Совушкина нервно реагирует на спиртное в рабочее время, да и вообще на любом участке?

— Да — ответил я, припомнив, как она трясла Мишу-чупакабру.

— Вот, это вот из-за таких «деятелей», сезона не проходит, что б один-два не погибли из-за выпивки, хотя обычно и больше бывает — ей же труппы собирать да родственников оповещать, не позавидуешь такой работе, вот они с Борисычем и собирают трупы по участкам обычно.

Эм… Та-а-ак, мне дальше рассказывать — пояснять нюансы не надо, и так всё сам понял — это получается, я ехал на работу в машине, выполняющей роль «труповозки» в отделении, где «жмуров» возят?! Мне стало понятно, почему там были такие странные виде́ния и сны, даже ради интереса описал нескольких мужиков Дарабану — парочку по описанию он узнал — у одного с сердцем плохо стало, а с другим — результат аварии. Не только, значит, из-за выпивки гибнут мужики, но это тоже трагедия на трагедии. Так и Дима тоже знал, но промолчал.

Поинтересовался у Борисыча, тот пожал плечами и спросил, а что такого ехать так? В принципе-то доехал с комфортом, и по сути-то, действительно ничего такого в этом нет — увы, часть жизни. Да и я, если честно мертвецов не боюсь, просто это как-то не очень, могли б и предупредить. А ещё мне крупно повезло — не пришлось ехать в обратную сторону с каким-нибудь трупом по соседству.

Так как был уже вечер, «добить» ревизию решили завтра с утра, а с обеда ехать дальше. Вечером опять готовил бумаги, как обычно, а потом помылся в бане. Вышейся котлован, да и дождевая вода ускорила заполнение. У меня же желания нырять в ледяную воду, что-то не проял из бани, выдохнул — настроение было не плохим, да и так погода-природа неплоха, не подоплёку мужики заваривали в собственноручно (или собственно-экскаваторно, не уточнял) вырытый пруд. Ключ, бьющий рядом, хорошо заполнил получившийся котлован да и дождевая вода ускорила заполнение. У меня же желания нырять в ледяную воду, что-то не проявилось.

Вяло перетекающие мысли были прерваны вдруг появившимся запахом мертвеца. Свежим, так сказать — приторно неприятно сладковатым запахом, или, правильнее сказать, духом потянуло. О том, что правильнее говорить в данном случае «духом», я узнал много позже. А так даже начал озираться — не помер ли кто поблизости, но всё было в порядке, а «душок» постоял немного да пропал, оставив меня в задумчивости. Почему-то вспомнился Зохан со странной тенью на лице. Но, быстро выбросив из головы эти мысли, пошёл к себе — доделывать бумаги да готовиться ко сну.

Глава 13. «Хреновый день рождения»

Пока губернатор с прокурором

ситуацией не заинтересуется,

начальник ЭЧ не пошевелиться.

(пословица родившаяся у автора на его работе,

при наблюдении за начальником ЭЧ,

Вместо ЭЧ можно поставить

любую местечковую организацию

Суть от этого не поменяется)

Утро началось, как всегда — с обычного моциона. На улице стоял густой туман. Трава и кусты, которые ещё вчера были зеленными, сегодня стали уже жёлтыми — осень тут наступает внезапно и быстро.

Смотреть вдаль было на что: вахтовый посёлок от гор не очень далеко располагается и пейзаж несмотря на осеннюю унылость был красив, но всё портил огромный мусорный бак, вынесенный подальше от вахтового посёлка. Облака летели низко и закрывали бо́льшую часть гор, которые обычно видно полностью.

За завтраком собрались все обитатели вахтового посёлка, в том числе и его руководство. Прикинули, что и как доделывать — досчитывать. Выходило, справимся быстро. Если не к обеду, то до вечера точно. В общем, так и получилось — до обеда досчитали, а бумаги решили оформить уже после приёма пищи и отправляться в путь.

Совушкина не забыла меня поздравить с днём рождения, остальные коллеги тоже услышали — поздравили на словах, да и я был не настроен праздновать, хотя и приятно, когда тебя поздравляют.

Застолье не планировалось. Решил дома потом уже расслабиться. Думал, на обеде позвонят из дома и поздравят, да в общем, позвонил домой сам. Вот правильно душа была не на месте, а вообще лучше б не звонил: жена сообщила, что не хочет иметь со мной дело и мы расстаёмся, тип не любит и тому подобное. На вопрос: «зачем тогда выходила за муж?» Ответила, что не знает. Удар? Безусловно. И главное, подгадала на день рождения. Наверняка специально. Подарочек, блин. И мало того, какую такую новость сообщила, ещё и говорила чуть ли не обвиняя во всём, чем можно и нельзя, и что терпеть не может меня и тому подобные вещи, но самым главным обвинением оказалось, что ей скучно! Я всё делал ради неё, а мне такое, скучно ей — подавай пьянки, гулянки безостановочные, а я и мой подход к жизни её бесит и раздражает, что я даже не курю. У меня брови были уже очень высоко от удивления.

Повариха, ставшая невольным свидетелем, услышавшим разговор, стояла так вообще сглазами, как блюдце— ей и в голову не могла прийти, как за такое могут быть претензии у женщины к мужчине.

Супруга бросила трубку. Сказать, как мне было тяжело -не сказать ничего. Хотелось выть, рвать и метать. Коллеги слышали и явно сочувствовали, я решил отойти в сторону: нужно было успокоиться совладать с чувствами. А потом обдумать ситуацию и понять, что и почему. Но с пониманием было сложно— мысли путались, возвращаясь к разговору. Она хотела сделать больно и взбесить меня? У неё получилось, только для чего? Позвонил домой— родители сказали о происходившем, расскажут потом. У меня же было ощущение— я не ошибся в своих выводах, сделанных ранее.

Позвонил сестре, она же и рассказала о случившемся— сестра решила прийти проверить «жёнку» и поймала её, когда та решила завести домой, кого-то левого парня. Парень быстро ретировался, а вот уже бывшая и ни фига не верная жена попыталась устроить скандал сестре, только вот сестра у меня и числа, про которых говорят «не женщина, а БТР». В общем, где сядешь там и лезешь, повезёт, если пяткой в глаз не получишь и устраивать с ней скандал… Ну кто решил устроить — это теперь его проблемы. Хотя в данном случае, фортель супруги — это в первую очередь моя проблема. В момент разборок ещё и родители пришли, отец услышав о ситуации ещё и заявил, что нужно будет сделать тест на отцовство. Что же прав, только рано сказал— надо было дождаться меня, а там без шума его сделать, и по результатам смотреть — если моё дите, отсуживать ребёнка и посылать жену, а нет — так просто гнать падлу.

Прийти в себя после новостей было непросто, ещё и надо было доделать бумаги. Собравшись с силами, пошёл в штабной вагончик, по дороге зайдя на кухню, взяв чая. Мужики посочувствовали, сказал о том, как большинство через нечто подобное прошли, и вообще хорошо, что вскрылось сразу, а не через несколько лет. Хорошо-то хорошо, только вот не всё сходилось по фактам, стоило внимательно обдумать. Действия Алёнки. Сначала вся такая «сладкая», потом резко, без охлаждения откровенная ложь, и в финале — на тебе. Тут непростая измена. Нутром чую.

Доделав ведомость и подписав, стал собираться в путь — Борисыч хотел к ночи успеть добраться до следующего участка. Я же, уже способный соображать чуть лучше, решил проверить одну догадку— позвонил со спутникового телефона и уточнил вопрос -когда она могла узнать, на кого оформлена квартира. Время предположительно совпадало с началом предчувствий и номеров бывшей жены. Как же мерзко. Вот оно значит что. Пришло понимание — по-хорошему ни развестись, ни сделать тест на отцовство не получиться — деньги, которые заработаю, точно уйдут на юристов и судебный процесс. Да и заработанное лучше доверить кому, что б по суду «не отжала». Надежда на лучшее всё-таки была где-то в глубине души, но разум и чуйка твердил обратное. Я вздохнул и начал обдумывать, как минимизировать мои потери. Ничего, кроме как перевести все накопленные деньги на счёт родителям, в голову не шло.

Под такие мысли загрузился в «вепря» и поехал на следующий участок. На улице накрапывал дождь, а вот ближайший перевал уже чётко показывал даже не осень, а приближение зимы.

Стоило въехать на перевал, как мотор у машины забарахлил.

— Что?! Опять?! — фразой небезызвестного волка, я заставил Борисыча, что-то про бухтеть, не совсем понятное в ответ. Главмех, выйдя из машины, покопался в моторе минут десять, и мы двинулись дальше.

— Придётся на базу заехать — сказал Борисыч — мы туда ненадолго, можешь ревизию сделать…

— Насколько ненадолго? — уточнил у него.

Борисычу не хотелось отвечать, но всё же ответил:

— Скорее всего, до завтрашнего утра — сообщил не самую приятную новость он.

— Ну и какая ревизия с таким количеством времени и количеством барахла там? — ответил вопросом я.

А барахла, в «смысле товарно-материальных ценностей», там было реально до хрена и больше — всё-таки одна из складских баз, и если там и делать ревизию, то это неделя не меньше, и то в лучшем случае, но Борисыч сам же и сообщил: недели ещё у нас нету — нам некогда этим заниматься. Если только «по верхам».

— Ну и смысл тогда? Тем более шеф говорил, что всё будет вывозиться на центральную базу, тогда там и пересчитаем.

— Тебе виднее…— ответил он.

Было, что-то ещё, какое-то чувство, надо поспешить, попросил Борисыча побыстрее, но он опасался сильно разгоняться. Через пару часов увидели несколько фур на дороге, суетящихся мужиков и прямо посеревшую с заплаканными глазами женщину в белом халате. Врача или медсестру?

Поинтересовались случившимся — оказалось авария, фельдшер, которую заприметили, когда подъезжали, что могла сделать — сделала, но поздно — фура съехала с дороги и мужика зажало. Всякие службы спасения и тому подобные организации нашли массу предлогов, что б не выезжать и не вытаскивать никого — у одних бензин экономят, у других людей поувольняли и просто ехать не на чем, у третьих руководство пошевелиться только, если губернатор лично «пнёт», а так, погода «нелётная». Приехала только фельдшер из ближайшего посёлка. И всё, что смогла -сделала укол обезболивающего. Что б мужик так сильно не мучился. Помер вот совсем недавно, помощь за два дня так и не пришла.

—А что к нам до базы не съездили? У нас же и техника, и инструмент есть…— спросил главмех. Водители фур развели руками— сами не местные и к кому ещё обратиться тут можно вообще не в курсе — реакцию ответственных служб они уже перечислили, да и так понятно- ваше спасение будет только за ваши деньги, здесь не Московская область, где пинок службам, случись чего, прилетает очень быстро.

Борисыч сходил к фуре. Пришёл и отрицательно помотал головой — если б хотя бы на день раньше, или полдня, а так…

Какое-то время ехали молча. А я же чувствовал, но слишком поздно. Переваривал это событие. Потом постепенно разговорились обо всём и ни о чём, вспоминали общих знакомых, кто погиб, кому повезло, потом истории чуть получше пошли, рассказал про одного повара, имевшего странный талант, готовить пищу усреднённого качества и вкуса из любых продуктов, хоть из плохих, хоть из хороших в итоге получается нечто, навивающее всем мыли об армейской столовке, даже тем, кто не служил.

Примерно в таком раскладе пообщались до самой базы. Ни темы бедолаг, погибших на дорогах, ни тему моей личной трагедии с ещё пока официальной женой не поднимали, хотя на фоне вопросов жизни и смерти, тем более такой как-то не всё настолько страшно. Но мне всё равно вся ситуация на моём личном фронте казалась не сильно далека от такой трагедии.

Въехали на складскую базу. С дороги попили чая. Узнал интересный факт о базе — изначально это была одна из съёмочных площадок — здесь несколько лет назад снимали фильм «Сибирский цирюльник». Фильм сняли и весь реквизит, который уже не нужен, был продан нашей компании — всё, начиная от стульев и заканчивая вагончиками и некоторым автотранспортом. А так как место подготовленное и удобное, сделали складские базы, через которые снабжали все участки в этом регионе.

Походил, посмотрел… Ну да, сразу видно, барахла проходит через неё до хрена, одних только «Буханок» УАЗ в нерабочем состоянии насчитал пятьдесят две штуки. Обошёл остальное — сутки на пересчёт всего — это просто нереально.

Решил помочь Борисычу с перебором и ремонтом движка — когда-то в школе единственный из всего класса на экзамене по УПК получил 3 третий разряд механика, когда остальным дали только второй разряд. Но мне ни та корочка, ни тот разряд до этого дня разу не пригодился.

Работа руками. Копошение в моторе хорошо позволили отвлечься от тяжких дум. На перерыве же залюбовался осенним небом этого края.

Встав с пенька, заменявшего стул, увидел, как из штабного вагончика, со спутниковой антенной вышла, хмурая как туча, Совушкина и шла к нам, подойдя, выдала новость:

— Зохан умер, вот буквально недавно, пошёл в баню и угорел, вроде угорел, медэкспертиза скажет точнее, говорят, что-то с сердцем — сообщила Татьяна Петровна — мужики говорят, с начала энергетика выпил, пошёл в посёлок, в волейбол перед баней погонял, потом водки стакан и в парилке скончался.

— В смысле с сердцем? Я же его вот несколько дней назад видел, всё в порядке было! — удивился я — здоровый же такой мужик.

Борисыч про себя выругался и уже громче сказал:

— Баня и водка вообще плохое сочетание, а так как осень — так начинается, что ещё плохого? — высказался он насчёт ситуации и хмуро спросил, намекая на то, что понял состояние Татьяны.

— На другом участке Бреков тоже «концы» отдал…— ответила она, а что за мужик «Бреков» был я без понятия, не из проверяемых мной, но новость была очень не очень.

Дальше, мне сообщили — меня довезут до ближайшего участка, а потом поедут назад за трупами, а после в Магадан — сначала в морг, а потом, возможно, на самолёте отправят умерших мужиков. А сами, скорее всего, поедут по маршруту назад, собирая тех, кто, скорее всего, ещё отдаст «концы» — где-то в это время обычно всегда трупы появляются, и что б было всего двое — редкость, наверняка будет больше — то несчастные случаи, то вот из-за проблем со здоровьем — мужики пашут на износ и вот результат. Ну ещё и эти «энергетики» — много и от этой напасти умирают.

Да что же это такое, вот блин пошла «дорожка», сплошное горе- и вообще ненормально это — на дороге дальнобойщик погиб, на участках мужики кто отчего, что это так влияет? О том, из-за чего такое происходит можно было гадать до бесконечности, вроде и стечение обстоятельств, но было ощущение такое странное — возможно, и не только. Звёзды так сошлись, что ли? Но гадать времени не было — нужно было привести мотор в норму до заката.

Потом был ужин, помывка в бане, остальной вечерний моцион и сон. Ночью уже было довольно холодно, и пар шёл изо рта. Глянул на небо и отправился к себе спать, завтра рано вставать и опять трястись в машине по дороге на «Никуню».

Следующее утро ни фига не отличалось в череде всех предыдущих дней — ранний подъём, моцион (бритьё, умывание, поход в туалет) и дела, хотя в данном случае езда в машине. Единственно радовавшее меня — начавшиеся дожди прибили пыль, и она хотя бы не донимала.

В пути узнали, что на том участке пропал рабочий ещё несколько дней назад — пошёл в лес и с концами, только одежду на берегу местной реки нашли и недалеко медвежьи следы.

Совушкина от новостей тихо про себя выругалась: скорее всего, ещё один «жмур». Интуиция же говорила — мужик жив и относительно в порядке. О чём и сказал тэбэшнице.

—Хорошо бы, совсем лучше бы нашли б его живым, они ж там поиски устраивали, а в тайге да без одежды, и какого хрена не сообщали…— с надеждой в голосе сказала она мне.

Все понимали ситуацию, но мало ли? Как говорится -надежда умирает последней, а пояснений не сообщали конкретно нам, что б не отвлекать, а так искали своими силами, и сообщив в местные службы. Местные службы, как вводится — забили на поиск, ну пообещали прислать охотников помочь в поиске. Охотников тоже никто так и не увидел. Сказали, вроде как, участковый прокатился туда-сюда. А по бумагам, наверное, нарисовали целую спасательную операцию. Всех мужиков с вахтового посёлка в волонтёры определили. Ладно, может, я и зря так на них.

Доехали до Сусумана — Борисыч с Совушкиной побежали искать запчасти, а я решил прогуляться до отделения сбербанка — проверить свои счета. Ну что можно сказать? Зарплата и командировочные более чем хорошие — три тысячи евро.

Эх, к концу командировки должна скопиться очень приличная сумма. Но сколько уйдёт на «бодалово» в судах не известно, ясно только одно- до хрена и больше. А я же хотел этой курве машину подарить. Хрен ей, а не машина.

Походил по населённому пункту — вполне так себе живёт своей жизнью — кто-то куда-то спешит, кто торгует, кто гуляет. Несмотря на первое впечатление некоторого запустения и небольшой неухоженности здания администрации, этот маленький городок мне понравился. Посмотрел на памятник служащим МВД, погибшим при исполнении — вполне себе ухоженный и со свежими цветами у него.

К машине возвращался в задумчивости. Подъехали к местной забегаловке у дороги, перекусили и двинулись дальше. Самое интересное, и, наверное, для разнообразия приехали на место засветло и не совсем в ночь. Впервые за всю поездку! Интересно обстоятельства сложились, в лесу, наверное, сдохло что-то размером с Годзиллу. Надо сходить проверить.

— Вот мы и на месте, ознакомься с участком, — сказал Борисыч, помогая выгружать сумки — а мы поедем назад, за «покойниками», надеюсь, сам проведёшь ревизию?

Глава 14. «Участок «Никуня» и бедный Тофик».

Некий мужик из Калуги, собираясь на охоту,

по ошибки взял сигареты сына, и уже к обеду

на лесной поляне застрелил двух

жирафов и одного бегемота.

(говорят анекдот, взято с АйДаПрикол,

автор не известен)

На участке, как бы выразился один знакомый не раз побывавший в местах не столь отдалённых, стоял «кипишь», помимо рабочей суеты. И нет -причиной был не потерявшийся рабочий, а другой «кадр» и специалист по «приключениям» — бульдозерист, и он съехал на КАМАЗе с обрыва. Бульдозерист. Какого «полового органа» он за руль грузовика полез? Или у него «совмещение»? Или «бухание» и он с пьяных глаз транспорт спутал?

На Совушкину было больно смотреть. А вот на спасательную операцию -интересно. Кабина КАМАЗа была вряд ли сильно больше бочки, но вот тот факт, что водила был пьян в «вусмерть» и пытался петь песни — факт. Когда все поняли, что этот хрен абсолютно целый (пара синяков не в счёт) как говорится, «так просто выпали в осадок».

«Водятла» вынули из кабины, осмотрели, даже обследовали — полностью целый. Совушкина же возмущалась: знает таких, напьётся до поросячьего визга и творит «дичь» — раз повезёт, два повезёт, но в один момент таким перестаёт везти и… Ей с Борисычем такого «кадра приходится вести в мешке для трупов». Хорошо, если одним «куском».

Разбираться с очередным «алкозавром» ей было некогда, поэтому они поехали в обратную сторону, оставив меня на начальника участка, или его на меня. Мы с тяжёлым вздохом, синхронно посмотрели друг на друга. Потом начальник участка перевёл взгляд на «алкозавра» думая, как и с ним разбираться.

Бойко Вадим Сергеевич — прочёл я ведомость. Начальник участка. Худощавый, высокий мужик средних лет с хитрым взглядом. Я вспомнил свой опыт и слышанное от разных знакомых про носителей такой фамилии. Понимаю, по одной фамилии человека судить не стоит, да и так, может, мне и другим людям, не везло, кто мне это говорил, но стереотип сложился специфический — как фамилия «Бойко» так человек не очень. Точнее, очень не очень. Но ладно, мне с ним детей не крестить, да и может реально ошибочный стереотип. Так, на первый взгляд, мужик весь в делах. Но чуйка говорит есть «но». Плюнул на это, пока — нужно получить «койка место» для начала и сложить свои вещи. Поздоровался и с самим Бойко, и с механиком участка — лысым мужиком в возрасте, Герасименко Илья Ильичом. Прям как Ленин. Мне показалось или от него тянуло перегаром? Ладно, не до того.

Борисыч с Совушкиной заскочив в штабной вагончик, выдав кучу документов и указаний всему руководящему составу участка, двинулись к машине. Мне же теперь предстояло ещё и с подсчётом ГСМ мудо эм мучиться. Бойко же эмоционально сообщил, как ему некогда тратить время на ревизию — сроки горят и тому подобное. Сроки-то горят, да только и так понятно — съезжает с темы и решил перегрузить всё, что можно на всех остальных. О том, что часть материалов уже точно пропала и так понятно, только также понятно — этот их уже и списал, и вывез с участка. Короче, не ухватишь. Но задача есть задача, а подозрения и чуйку к делу не пришьёшь. Поэтому всё же состоялся разговор — сначала с шефом, потом с Бойко. У меня создалось впечатление, что генеральный как минимум подозревает о махинациях, но при этом учитывает и другие факторы, как тот, что этот хитрый хохол умудрился соблюсти сроки и не налепить совсем какую-то «залепуху» вместо моста. Хотя говорят, наоборот — хорошо построил. Хорошо или нет — пусть специалисты разбираются. Возможно, и заменить не кем, в общем, дали указание провести ревизию по возможности, сильно не отвлекая от стройки. С Бойко же сошлись на том, что он показывает то, что в его непосредственном подотчёте — мне смысла кривить цифрами нет, арматуру и подобное могу посчитать и сам, программа калькулятор есть.

— Хочешь, на, считай- и этот хохол, с каким-то садистским удовольствием вывалил на стол три мешка перчаток, — на выдачу мужикам, на моё замечание о расходниках и вообще чеках и подобном. Ведь знает, что считать такого рода расходники — занятие неблагодарное, тут впору на вес их считать, да и фактически есть нормы кому и сколько выдавать. Если кому не достанется, значит, кое-кто хитрит. Только при его возможностях мелочиться на перчатках… Видно было — ему ревизия не нравится «капец, как» и явно есть желание обматерить, только и мозги есть — на личности не переходит, а съезжает на то, что строить надо, и вообще он заинтересован в результатах своей работы, а ему сейчас просто некогда. Угу, только вот…

-Бухгалтерии нужны чеки, а не просто гора расходников, с офиса прилетело требование — ответил я на это, да и, наверное, не самые цензурные мысли по поводу пересчёта такого количества расходников отразились на лице. Из плюсов ситуации — сам начальник участка с его секретарём (ага, жена у него за секретаря на участке оказалась и помогала ему с бумагами) тому же логисту не доверяли и принимали привезённое по счёту, чем дико облегчили мне задачу. У меня даже создалось впечатление, что этот факт ему персонально доставляет неудобства.

После быстро показал площадки со складированными материалами и ускакал к мосту. Ну рулетка есть, и материалы есть — дальше дело «техники». Хотя честно говоря, замаялся тогда считать, как говорится, промаялся по сказочному в смысле три дня и три ночи. Но краснотой ничего не полезло, а того, что недостаёт — у так стройка же. Я, помня пожелание шефа, рекомендовал оформить списание, раз уж большей части материалов нет, а мост стоит. Конечно, по уму нужно бы пригласить кого из отдела ПТО, что б вычислить всё до скандально, но это они могут сделать и на месте, сравнив инвентаризационную ведомость и насчитанное у них по нормам. Если это, конечно, кому надо будет.

После было знакомство с местным руководством кухни, кастеляншей по совместительству завхозом. Проверка местного глав повара ничего из себя интересного не представляло, разве, что выяснилось, как мужики иногда то рыбу принесут с реки, то грибов из леса в качестве разнообразия меню. По словам поварихи мужики или вечером после смены, у кого силы были этим занимались или особо упёртые в рыбалку прямо на обеде ловили рыбу — хариусов несколько штук надёргать времени много не надо, было б чем. Учитывая же размер тех хариусов, прямо сказать впечатляющей, по куску в тарелку доставалось каждому. Впервые в жизни, вживую увидел хариуса длиной сантиметров 40, сам то дома ловил, по сути, мелочёвку максиму вполовину от такого размера. Конечно, было подозрение, что и рабочее время захватывали на это, но это уже проблема начальника участка — контроль за тем, чем занимаются мужики на нём.

Под вечер третьего дня было интересное событие — на участок забрёл то ли охотник, то ли исследователь, то ли и то и другое… А вот чего он искал и исследовал, немного удивило: снежного человека. По его словам, реликтовые гоминиды очень умны, имеют защитную окраску, и разняться видами и размерами по регионам, где обитают. Самые опасные — это белые горные в системах Тянь-шаня и Гималаях, обитающие на американском континенте гораздо размером больше других, ну а те, что бегают по Сибири и Дальнего Востока более пугливые… Короче, он здесь не так давно заприметил одного и хочет добыть его шкуру. С местным улусом он договорился, объяснив, зачем он здесь по тайге путешествует. Ещё показал копию некоторых страниц китайской аптечной книги четырнадцатого века — там нарисованный классический йети был разлинован на «запчасти» с подписями на китайском языке, типа что от какой болезни употреблять и как готовить. Кто-то из мужиков похихикал, а кто-то и задумался — китайцы также и тигров расценивают, и причина, почему этот бегает за снежным человеком, похоже, далеко не только научная — за тигра браконьерам платят тысячи долларов, а за йети заплатят десятки, если не сотни тысяч, и употребят в аптечных целях. Похмыкав на тему того, куда делись все йети, пошёл к себе спать — был уже вечер, в бане уже помылся.

На следующий день нормально приступить к проверке подотчёта механика не получилось — у моста с техникой приключилась небольшая авария и по его словам, до обеда будет занят. Ну мне было без разницы — могу и подождать, да и так решил совместить приятное с полезным — считай, выдалось несколько часов и можно немного отдохнуть. За грибами прогуляться, ну и место пропажи рабочего осмотреть. Попросил одного из мужиков показать место.

Река, плёс, следы — людей и медведя. Одежду унесли на базу. Следы медведя как-то отбивали желание сильно уходить от посёлка далеко в лес — обеими ногами встал вслед и в лучшем случае закрыл половину следа. Впечатляет. С другой стороны, осень на дворе и мишка наверняка сытый, да и других людей тут не пропадало. По следам было видно, что мишка сымитировал атаку, но даже до воды не дошёл, а вот рабочий, скорее всего, в ужасе ломанулся в противоположную сторону, на другую сторону реки в лес. Наверное, так и заблудился. По словам мужика, они всем посёлком прочёсывали лес и ничего не нашли, а среди них и охотники есть. Ну мужик ушёл отдыхать (он после ночной смены был), а я решил походить по округе, глядишь, интуиция, чего подскажет. По крайней мере, опасности не ощущал.

Дал несколько кругов вокруг места, ориентируясь на чуйку, и наткнулся на боровик, да красивый и целый. Подумав, достал пакет и нож среза его. Целый не червоточинки. Обследовал всё во круг — больше белых не нашёл, зато попалось несколько целых подосиновиков, потом подберёзовик…

Увлёкся на часа два. Опомнился и осмотрелся. Ну в принципе, понятно куда убрёл — несколько километров от базы, далековато в общем. Завернув за примечательную расщелину, а несколько вершин гор видно было отлично. Решил возвращаться, развернулся, как краем глаза заметил слева движение в кустах и почувствовал опасливое внимание. Не спеша, повернул голову и посмотрел в ту сторону и обмер от удивления — из-за кустов, из полутьмы между кочками на меня смотрело косматое существо, явно опасливо поблёскивая глазами. Сразу вспомнились истории охотника-исследователя (имени блин не запомнил), а также тот факт, что гоминиды всеядны, и факт, что пропавшего мужика не нашли. В голову полезли нехорошие мысли на тему, что может его этот йети и «схарчил», а сейчас ищет добавки. Или закуски, если тот мужик любил выпивать. Вспомнил советы на случай встречи с гориллой — в глаза не смотреть и вообще вести себя мирно, присесть на землю. Решил ориентироваться на эти рекомендации и аккуратно опустился на землю. Этот в кустах явно прижался к кочкам. Нападать вроде не собирается. Решил подать голос я, вроде как тихую спокойную речь животные воспринимают, тут главное — интонация:

-Спокойно, ты кто такой? Я тут гулял, вреда тебе причинить не хочу…— начал говорить, примечая себе дерево, куда лезть в случае чего, как был перебит речью этого «существа», да ещё и с узнаваемым акцентом.

—Тофик хороший, пожалуйста, не стреляйте в Тофика! — говорил жалобный голос на ломаном русском.

— Я не охотник — ответил ему, а в голове пронёсся вихрь мыслей насчёт того, какая тут фигня творится.

«Йети» встал, оказавшись невысоким ростом, весь в каких-то репьях, ветках, и обмазанный с ног до головы буквально в бурой грязи из ближайшего маленького лесного озерца.

—Тофик потеряться…— жалобно сказал этот Тофик-йети. И внезапно я сообразил: это тот самый потерявшийся рабочий и его надо отвести в вахтовый посёлок. Он тут не меньше недели бродит же!

Начал выяснять, что да как, и оказалось, этот Тофик решил покупаться в рабочее время, улизнул со стройки из-под бдительных глаз руководства, разделся и залез в речку, а тут вышел медведь из кустов и пошёл к его одежде, где у него в кармане была шоколадка. Тофик испугался медведя — тот рыкнул на него, и этот гражданин ближнего зарубежья в ужасе рванул от лесного зверя. Когда опомнился, понял -он потерялся. Голый и в тайге. Мошка и комары его явно хотели съесть. Попытался изобразить одежду из растений — поучилось не очень. Наткнулся на какую-то лужу, перемазался глиной и землёй — природная повышенная волосатость помогла образования защитного слоя от кровососущих насекомых. Попытался утеплиться травой, как говорится, с переменным успехом. Ночевал в какой-то норе, которую утеплил мхом и травой. Ему крупно повезло — эти дни здесь было аномально тепло даже ночью. Ел ягоду и грибы. Через два дня увидел человека с ружьём. Человек его тоже увидел и с криком: ура, «йети»!!! Вскинул ружьё и выстрелил. Тофик вовремя упал на живот, и пуля только чиркнула по макушке. Тофик хотел закричать, но перед этим непонятно кто укусил его за язык, когда он жевал гриб. Язык дико распух и в итоге некоторое время мог только мычать. А по другому охотнику подать сигнал не стрелять не получалось — этот «охотник» очень хотел заполучить шкуру снежного человека. «Снежный человек» в «девичестве» Тофик, со своей шкурой расставаться не горел желанием. А вот человек с ружьём горел мечтой заиметь «ценный трофей», поэтому бегал за ним и не отставал, пытаясь пристрелить Тофика. Этот «йети» из ближнего зарубежья, по началу пытавшийся что-то помычать, после третьей пули, с которой разминулся не иначе как по воле судьбы, уже кричать или подавать голос боялся — этот охотник на звук стрелял, так метко, что страшно становилось. Только ночью Тофик оторвался от охотника и залёг на несколько дней в своей норе, боясь из неё выйти. Как раз и язык перестал так болеть, и он может говорить.

Это если вкратце то, что сумел понять из сбивчивого рассказа Тофика, пока вёл его к вахтовому посёлку. Разбирать речь Тофика было проблематично— и так гастарбайтер по-русски говорил с диким акцентом, так ещё и язык повредил, ну и эмоции мешали, так что не всё мог нормально объяснить, чуть ли не прибегая к жестам. Чуйка и так кстати появившаяся возможность понимать эмоции и некоторые явные мысли, была очень к месту, для расшифровки этой истории.

— Уахг — издал непонятный звук мужик с ужасом, отшатнувшийся увидевший меня и Тофика, и задал вопрос из далека, не рискуя приближаться — это что за поеб штука?! — спросил меня, глядя на Тофика, мужик, правда, в изначальной версии вопрос звучал несколько менее цензурно.

— Ваш «потеряшка» — устало ответил мужику я: меня утомило расшифровывать рассказ Тофика — это ваш Тофик.

Ну а Тофик реально выглядел как йети в запое, ну другой ассоциации у меня не возникало — спутавшиеся волосы, обросшее лицо и опухшее лицо, всё в глине лишь местами обвалившейся, так ещё и ветки с травой по всему телу, такое в полутьме увидишь — обделаешься. А Тофик источал неземную радость: им найдены люди, а значит, и цивилизация.

Довёл потеряшку до местного медика, точнее, выполняющего его функции механика, и под удивлёнными взглядами сдал с рук на руки и поведал историю, как понял.

— Так это, что получается, тот придурок Тофика гонял, думая, что это снежный человек?! -спросил Илья Ильич.

— А чего не видишь, как похож? — ответил я и уже добавил объяснение для этого «йети из ближнего зарубежья» — тебя хотели по «запчастям» китайцам в аптеку продать вот, и бегал мужик с ружьём за тобой.

Тофик на меня уставился крайне удивлённым выражения лица и выдал жалобным голосом:

— Тофика не надо по запчастям…

— Мужики потом объяснят — пояснил ему я, а местное руководство взялось оказывать типа «первую помощь» с попыткой на осмотр.

С осмотром возникли некоторые трудности — пришлось отправлять Тофика сначала отмываться, а начальник участка решил этого «йети из ближнего зарубежья» увести в ближайшую больницу.

Глава 15. «Участок «Никуня» и случайное открытие».

Самое сложное на работе-

это делать видимость работы.

(Взято с Пикабу,

у пользователя LouisaRamone)

На плите в столовой засвистел чайник. Повариха сняла его и поставила на стол. Я заканчивал обед и слушал последние новости участка от местных рабочих: сколько осталось строить мост, какую рыбу умудрился, кто поймать в перерыве, и, естественно, о Тофике, которого теперь не иначе как «йети» никто не называет.

«Потеряшку» осмотрели в больнице врачи, диагностировав истощение, некоторое переохлаждение и сильную простуду. По словам врачей, Тофику крупно повезло, что его всё-таки нашли. Когда я сдал его из «рук в руки» местному руководству, позвонил и отчитался шефу о нахождении пропавшего рабочего. Шеф на том конце провода от информации «завис», закашлялся, сказал «хорошо», поинтересовался, как проходит ревизия, и сделал мне замечание: «Главная ваша задача — в первую очередь находить другое — „материальные ценности“ и навести порядок в документообороте». В принципе, да, но я решил сделать «хорошую мину» и, благодаря такой удаче (нахождению человека в тайге), увеличить свою значимость в глазах шефа, заявив, что живой рабочий — это определённо лучше, чем очередной «жмур». А далее кратко отчитался, как проходит ревизия.

Получив краткий отчёт о проделанной мной работе, обалдевший шеф отключил связь, а я занялся дальше делами.

Мужики, бывшие невольными свидетелями моего общения с шефом, высказали своё мнение о ситуации, порекомендовав стать прокурором, сравнив меня с небезызвестным персонажем из фильма «Особенности национальной рыбалки» — тот целое поле перерыл, но всё равно нашёл того единственного червяка.

— Очень, блин, смешно, — недовольно я высказался им, — я на него ни внешне, ни характером абсолютно не похож. — Взял чай, отхлебнул и продолжил: — Ладно, с прокурором сравнили, это хорошо, но если я, как тот «прокурор», и вашего «йети-Тофика» нашёл, то получается, вы его с «червяком» сравнили?

Мужики похмыкали про себя, а Эдик, который приехал с нами и всё также работал здесь, глубокомысленно высказался на «полном серьёзе»:

— Так у нас тут горы и тайга на тысячи километров, а не поле для сои, масштабы разные, есть с чем сравнить.

В этот момент можно было со мной мемы рисовать на тему «как мне это надоело», прям как с того актёра — Дауни-младшего. Можно было выдать знаменитый жест рука-лицо, но я не стал — всё было видно по моей физиономии. Мужики снисходительно заулыбались, но тему закрыли.

Я честно не знал, как к такому сравнению относиться: с прокурором, блин, сравнили.

Вообще, ревизия этого участка шла ни шатко ни валко: то один подответственный без предупреждения «смывается» в неизвестном направлении, после появляется, то другой исчезает. В общем, всё затягивалось.

Одно было хорошо — достаточно стабильная связь, пусть и через спутник. Пришлось по телефону искать сварочные аппараты, что мужики друг другу передали, а бумаги не оформили. Аппараты нашлись на других участках, которые предстоит проверить. Естественно, в перерывах между подсчётами помогал мужикам оформлять авансовые отчёты.

С каждым днём становилось холоднее, по утрам уже не только туман стоял, но и изморозь по вершинам ближайших гор и скал.

При очередном пересчёте ГСМ началась гроза, и необычный для этого времени дождь, и пришлось непогоду пережидать под крышей. Наблюдать, как потоки воды собираются на вершине горы и скатываются по пробитому стихией за тысячи лет «жёлобу» — зрелище завораживающее. После грозы закончили пересчёт ГСМ.

Пересчёт подотчёта кастеляна прервал донёсшийся грохот со стороны моста. Бежать и смотреть не спешили — это только в фильмах все сразу бегут к месту катастрофы, а здесь есть вероятность, что случилось что-то с ГСМ (а они могут взорваться), или ещё какая-то опасная «фигня» произойдёт. Не спеша, направились к месту грохота. Я, не приближаясь близко к источнику шума, поинтересовался у одного из свидетелей — встречных мужиков:

— Что случилось?

Оказалось, со скалы вниз, в каньон, съехал-скатился бульдозер, пару раз кувыркнувшись. Вот тут я скривился: «жмуры» мне во время ревизии совершенно не нужны, ведь «как пить дать» придётся участвовать свидетелем в оформлении чрезвычайного случая.

Добравшись до места, порадовался словам Бойко, правда, не очень цензурным, но по сути, неплохим: ненормативная лексика большей частью была адресована в сторону бульдозериста, скатившегося к подножью горы и оставшегося при этом живым и на этот раз. Везунчик — «пьяным и дуракам везёт», до поры до времени.

Вытащить бульдозер наверх теперь будет крайне сложно и накладно, но главное — никто не погиб, а внизу из кабины мужики вынимали… Да-да, того самого «водятла», скатившегося до этого на КАМАЗе. Пьяного и орущего песни.

— Готов свою зарплату за месяц поставить на кон, что у этого «алкозавра» ничего страшнее ушибов и ссадин нет, — глядел я вниз, комментируя происходящее, и появилось стойкое ощущение, что с этим чудаком на букву «м» всё хорошо.

Начальник участка ничего вразумительного не сказал, только тихо про себя матерился. Спорить никто не стал и ставить свои кровные на кон желания не проявил.

Механик и начальник участка отстранили этого «кадра» от управления какой-либо техникой, запретив приближаться к ней. Отправили его в помощь механику ремонтировать и восстанавливать дорогостоящие моторы. Пусть отрабатывает. Если его сейчас уволить, то с него взять нечего. Восстановление техники — дорогое «удовольствие», а так пусть ремонтирует за свой счёт.

После этого случая ярких событий не происходило. Хотя того же механика «выхлоп» перегара периодически сопровождал. Один раз попался даже в пьяном виде, но вечером, после работы, по окончании смены. Руководство выдало ЦУ: если выполняет свои обязанности, а «употребляет» в нерабочее время — ничего страшного, закрой глаза на это, тем более заменить некем. Надо сделать «скидку» и «спустить дело на тормозах». Люди выматываются, годами безвыездно работают на участке на измор. Работа тяжёлая, «адский» труд. Как говорится, «ОК», в смысле, хорошо — я не отдел кадров, и не инженер техники безопасности, и не «полиция нравов» — это не входит в мои обязанности, мне дали команду выяснить «что да как» — я выяснил, а увольнять, не увольнять, допускать до работ или нет — не моя забота. Мужика понять можно — два года без отпуска и безвылазно на этом участке — свихнуться можно.

***

Документы были готовы, всё пересчитано по два раза. В общей сложности, через две недели от начала ревизии на этом участке появилась проблема с транспортом: ехать дальше, на следующий участок, не было возможности. Нужно было дождаться вахтового автобуса.

Всё, что можно было выяснить по телефону, я выяснил, даже никуда не выезжая с участка: нашёл новый КАМАЗ, который по бумагам числился, но ни на одном участке его не видели. Оказалось, технику купили во Владивостоке, там же она попала в аварию, но ни в бухгалтерию, ни шефу не сообщили. КАМАЗ оказался на штрафстоянке. А за стоянку насчитали столько, что дешевле купить новый, да ещё и суд предстоит — ДТП было со смертельным исходом.

Генеральный, когда я ему сообщил, что нашёл «пропажу» на пять «лямов» рублей, опять закашлялся в трубку и поинтересовался, где и как. Мне было несложно отчитаться со всеми адресами, явками и телефонами.

— Хорошо, найдёшь ещё что — сообщай, а пока ожидай распоряжений и автобус, — закончил разговор шеф. По интонации чувствовалось, что он призадумался. А я приготовился маяться от безделья, хотя отоспаться пару-тройку дней будет нелишним после всех «гонок» и спешки.

Продолжающие раскрываться с новых ракурсов «странные способности» сто́ит изучить получше. Проблема в другом — как их, блин, изучать-то?!

***

Возможность отоспаться — это хорошо, но вот сами сны… Очень быстро стало понятно: половина снов откровенно вещие. Но это полбеды, часть надо расшифровывать, и этот момент я заметил достаточно давно. А вот мини-видения того, что за грядущий день произойдёт, и потом это происходит — это уже «ой» и расшифровки не требуют. Некстати вспоминается судьба одного персонажа «гримдарковой» вселенной пафосных космодесантников: у него на этой почве начала крыша подтекать, а по итогу вообще улетела в далёкие дали. Но у меня пока, слава богу, всё нормально — в голове цифры, вроде спасают. Начал видеть всякую мелочь, по типу кто зайдёт и что скажет, или что-то, что может понадобиться, — ищу и где оно лежит. Короче, дар предвидения, но как его изучать и понять — неизвестно. Для ревизора такой дар — плюс.

Это всё очень интересно, но вот сложность в том, что я этот дар ни хрена не контролирую! Правда, ничего шокирующего для психики не вижу. Не считать же таковым поиск лопат и электродов на складе завхозом, который наблюдал вживую точь-в-точь как в видении. Да ещё и стали какие-то то ли пятна, то ли цветные «мушки» появляться перед глазами, особенно если в этот момент вверх посмотреть. Сначала думал от напряжения и переутомления. Если долго на них смотреть, то и голова побаливать начинает.

О том, что это ни фига не «мушки» и не ерунда, понял я весьма быстро: решил отойти в лес, набрать грибов в столовку и, естественно, заметил эти странные цветные точки, поднял глаза вверх и обратил внимание, что одна серенькая точка двигается к довольно массивной зелёной, отделившись от скопления других всяких-разных мелких точек. Тут слева услышал, как кто-то идёт. Оказалось, один из мужиков решил не дожидаться своей очереди в сортир и справить нужду за деревьями. И внезапно меня посетила догадка. Я, стараясь усилием воли, держать картинку, обошёл вахтовый посёлок по периметру, посмотрел, кто чем занят, и начал соотносить «точки» и людей. Вот тут меня осенило — это же самый натуральный «радар»! Походил, посмотрел, кто куда двигается, также кто что из себя представляет «на радаре» по цвету, и уже имел представление, какие это люди в жизни, пусть и не всё.

— Здоров! Ты чего это пялишься вверх? — поздоровался и сразу задал вопрос Эдик, отдыхающий после ночной смены.

— А птицу здоровенную видел, думал рассмотреть смогу, вроде как летает тут, — быстро выдал я заготовленную «легенду».

— А знаю, днём здесь пара орланов летает, а ночью филин, — согласился сварщик.

Я почувствовал, как голова начинает побаливать, и решил пока прекратить использование этой способности. Стоит отдохнуть и сходить попить чая.

Пока пил чай, сидел задумчивый — как подступиться к видениям и управлению ими, но не имел вообще каких-либо идей. С «радаром» было проще, правда, не совсем понимал, как получается его удерживать — ощущение как, как даже с чем сравнить не знал, как будто «мышцей» и воображением одновременно, а не рукой, пытаюсь что-то удержать или ещё как, но хоть так, при этом реально начинаешь уставать.

По цветам же «точек»… Хм, ну, жёлтый — это похоже больше человек, одержимый плохими чертами, как сказали бы в церкви, — грешник, и чем больше и массивнее точка, то, похоже, больше у него возможностей? Сил? В общем, чего-то. Серые, похоже, обычные люди, нет явного перекоса — может, от этого пошло выражение «серая масса»? Скорее всего, так оно и есть, русский язык древний и богат народной мудростью. Вот не верю, что это только у меня проявилась такая странная «способность». Вспоминаем наших классиков, упоминавших странные ситуации и способности.

Ладно, та странная штука в пещере, но вот описание «маски смерти» есть у Лермонтова, значит, он, скорее всего, тоже находил «это», или есть ещё варианты активации способностей? Ладно, это более или менее понятно, но, кхм, что означает «зелёный» цвет, на который похожа моя «точка»? Может, не моя или это из-за воздействия той странной «штуки» в пещере? Главное, спросить не у кого. Но, кхм, в литературе попадалось всякое, особенно в религиозных учениях. Инструкции — вот что это, а не философия. Только вот «иллюстрации, нарисованные словом», как-то не вдохновляют, точнее, некоторые роковые события, про которые там говорится.

Так, сидя и строя логические цепочки, вспоминая всё, что может пригодиться, пил чай. В столовку зашёл Вадимыч — мастер-инструментальщик местный, да и вообще, как про него говорили, «мастер — золотые руки», — и занёс телевизор, чёрно-белый. Телевизор ещё месяц назад перестал работать, так мужик пообещал его отремонтировать, как будет чуть посвободнее со временем. Вот теперь этот «ящик» он взялся устанавливать на родное место, под потолком. После включил и начал настраивать, и настроил два канала через самодельную антенну. На одном канале шла какая-то невразумительная реклама, а на другом канале фильм. Ну, фильм и фильм, мужик ушёл, а повариха оставила фильм. По контексту стало понятно — фильм «Распутин», как раз кадр с лечением цесаревича. Тут меня осенило, на что это всё, похоже — это у старца не похмелье было! Ему стало плохо, когда он болезнь потянул на себя! Он, простите, «проблевался», после выпил вина и закусил яблоком и повторил. Серия кончилась… Так это всё похоже на тот «сброс», который начал проявляться после посещения пещеры с той странной штукой. Так, а что он делал пошагово? Яблоко и вино. Вина нет, но есть яблоки.

— Запишите на меня, возьму, погрызу, — сказал я поварихе, беря яблоко, и вышел из столовой.

А ведь с того момента, как поехал в командировку проводить ревизию, мне яблоки в руки ни разу не попадали, да и я их не особо люблю.

Решил поэкспериментировать. Ушёл в лес недалеко. Есть кое-какие недомогания, которые явно не мои, что ощущаю и, похоже, «стянул на себя» — стоит чуть ослабить контроль, как все — кто рядом со мной — становится хорошо и отпускает боль, а у меня всё болит.

Присел на камень. Ну, яблоко мытое, начал его грызть. Блин, ещё и кислое. Ну, съел, и что.? А «что» понял быстро — минуты прошли, и я почувствовал, как «источник» в груди резко усилился, как будто дров в огонь подкинул, а следом скрутило живот. Благо, никто не видел моего лица в этот момент. По результату стало понятно — этот «источник» как будто получил усиление на короткий промежуток времени и спровоцировал усиленный выброс болезни или того, что его провоцировало, — что-то неуловимое, что-то управлявшее болью. Это я обдумывал, выйдя из деревянного строения с буквами «м» и «ж», отплёвываясь ещё и от желчи. Как говорится, не знал, каким местом приложиться. Кто б мне раньше сказал, какие сложности кроются за «чудесами» исцеления, вряд ли бы поверил. Но это прекрасно вписывается в описанное в древних текстах и принципах христианства.

Так, теперь кое-что мне понятно. Надо бы повнимательнее посмотреть тот фильм да и почитать про Распутина. А вообще, получается, сибирский мужик пытался вылечить царевича? И царю рассказывал, кто из министров предатель, чувствуя их мысли? Очень может быть — похоже, одна способность невозможна без другой. А Николашка — «олух царя небесного», вместо того чтоб приставить охрану и вообще спрятать свой «козырь», его, по сути, подставил? Хм… А кто у нас мысли тоже читать мог, но чуть позже? Вольф Григорьевич Мессинг, только Сталин оказался разумнее и прозорливее Николая на порядок, и все эти предложения Берии его «расстрелять» больше игра на публику была? Очень похоже на то, но это всё лирика, для меня главное не это сейчас.

У меня возник один интересный вопрос — они всё, блин, что тоже находили ту «штуку»?! Ладно, Лермонтов жил в России, и теоретически его могло занести в далёкие дали, и нигде это не записали, но способности у него точно были. Григорий Распутин, ну, он вообще в Сибири жил до того «как»… Но, блин, еврей, Мессинг, который до этого на территории России в жизни не был, а только обитал в Польше да по Европе катался?! Или эта штука не одна? Или что-то с пространством происходит? Ведь я точно помню, что того ландшафта больше не видел и тех деревьев. Теоретически складки пространства могут быть, физика на это как бы намекает и те странные визуальные эффекты.

Как говорил один выдуманный детектив — «ничего не понимаю»! Строить теории могу сколько угодно. Надо посмотреть, где и как описано хоть что-то похожее, чтоб разобраться в происходящем. Набросал для себя вопросы и решил заглянуть в штабной вагон — в инете поискать нужные тексты с ответами.

Глава 16. «Враг, который всегда рядом»

Вероятность того, что за вами кто-то наблюдает,

прямо пропорциональна глупости

совершаемых вами действий

(взято с интернета, анекдотов.net,

автор не известен, и подтверждено

многочисленными экспериментами)

Грохот и звон упавшего ящика с инструментами заставил вздрогнуть и отвлечься от своих мыслей. Уже пару дней меня никто не беспокоил, и я мог в полной мере начать разбираться со всеми странностями. Пара серий про сибирского мужика, похоже, «заточенного» именно как целитель, дали много пищи для размышлений, позволив продвинуться в некотором понимании ситуации. Также меня ещё сильнее стали донимать «запахи», но я же не женщина и беременным быть не могу! Это женская прерогатива — чувствовать запахи, ароматы и прочее.

Эти «запахи» коллеги вокруг меня не чувствовали, появилось подозрение, что это не просто дико усилившееся обоняние. Ладно, запах болезней ещё можно объяснить, те же проблемы с печенью у мужиков дают запах «больной печени», но вот, похоже, мысли?! В принципе, теоретически, когда человек испытывает эмоции, он выделяет определённые феромоны, соответствующие определённым мыслям и настрою, но это ни фига не объясняет, почему, находясь на внушительном расстоянии, определённый «запах» мыслей появляется почти мгновенно. Может, поэтому есть немало желающих избавиться от русского языка? Ведь сам от себя пару раз поймал «кобелиный дух», когда посмотрел на одну даму с недвусмысленными мыслями. Ни дать, ни взять — фразу явно запустили те, кто это чувствовал. И вот на этой мысли мужики меня отвлекли.

Появились ещё кое-какие догадки, и я собирался их проверить, поэтому смотрел с сомнением на пару яблок у себя в руках. Кислятина, блин. Но если я прав, то к кое-кому возникнут вопросы. Съел оба и начал усиленно вспоминать отношения с женой, чувства к ней и… Меня затошнило. Пошло видение: что-то она делала, что-то крутила над пищей, но было и понимание — этого было недостаточно. Причина же отношений основная — ненастоящая любовь, не только моя симпатия к ней и тяга как к женщине, а отчаяние и одиночество довершили дело. Комплекс всего. Да, она мне нравилась, но что она сделала, похоже, банальные феромоны использовала. Н-да, теперь могу сказать, что отношения со своей женой я «выблевал». Блин, а там же ещё и ребёнок, походу, будет, и нет уверенности насчёт него, точнее, её. Как задавался вопросом классик: «Что делать?».

«Убить», — пришёл ответ. Интересный вариант, только… Стоп, какой «убить»! А если дите реально моё?!

«Ну и что? Проблем меньше будет», — ответ как бы от себя и не от себя. А там кто мешает, ведь это так удобно, можно не только мысли читать, но и доводить до самоубийства, или отправлять кого «убийцей» становиться. Как вобьёшь дух злобы в кого, а он всё сделает уже сам, ведь это не сложно…

Логические цепочки складывались, особенно в варианты, как и что делать, как вредить, как богатеть, продлевать жизнь за чужой счёт… Ведь они, сволочи, недостойны этого, а сколько власти это даёт! Любого можно убить, стать миллиардером, только начни… со своего ребёнка.

Тут я вскинулся. Мысли не мои! Построение «фраз» не все моё! Как будто кто-то говорит моим внутренним голосом, использует мои логические цепочки, и про «дух злобы» — точно не моё! А мысли продолжали течь вторым потоком, предлагая опробовать варианты умерщвления, подопытных вон целый посёлок. А я вспомнил слова вроде как из молитвы, попавшейся в какой-то книге: «…враг мой в уме моем вещает, и без твоея помощи не одолеть…».

«Ах, вот значит, что, и как тебя древние называли? Не сам ли… Хм, враг рода человеческого, ведь явно несостыковки логические в твоих рассуждения есть? Лукавый, значит», — спросил я. Они же мне неприемлемы, а мысли с разными убийственными вариантами резко прекратили появляться. На несколько мгновений и потом резко усилились, пытаясь забить мои мысли, так ещё и эмоции попёрли, заглушая разум. Пришлось концентрироваться, откидывая эту проблему. Накатила чёрная меланхолия, чуть ли не мысли прыгнуть с моста, одиночество, непризнанность, желание убивать обидчиков. Последнее было особенно сильным. Подошёл к ручью, умылся ледяной водой — стало легче. Вот значит как — «враг рода человеческого», как там его ещё называли? Хотя и так понятно. Начал сопротивляться, выкидывая левые, не свои мысли. Это было похоже на то, как до этого избавлялся от «шума», но тут было сложнее, не столько из-за силы, сколько из-за соблазнов использовать так, как описывает этот… враг, давящий на «больные мозоли». Этот желает вреда мне — вот 100%! Чисто логически варианты, предлагаемые со временем, приведут к большой «жо» в жизни, а видения вариантов, взявшиеся «бомбардировать» разум, подтверждая это.

Через четыре часа задолбавшись блокировать «это», пошёл в штабной вагончик — нужно поискать информацию, как с этим бороться. А этот показал, как избавляться от боли и болезней «по легкому» — не сбрасывать, а перебрасывать на кого-то, можно собрать с разных людей и перебросить на одного кого-то, кто не нравится, ещё и взялся демонстрировать! Мужику, копавшемуся в двигателе, вдруг начало становиться плохо — побелел, голова закружилась, схватился сначала за печень, потом за сердце, потом… Я перекрыл это и забрал боль молча — переварю, скину. Мужик замотал головой, явно не поняв, что произошло. Сел возле машины и задумчиво закурил.

В интернете оказалось масса информационного мусора. Просто невероятное количество. Всякий бред жулья я просто определял, чувствуя — это не то. Попался молитвослов. Отогнание дьявола. Переписал себе от руки. Только вот рука взялась неметь. Вот значит как. Из чистого упрямства записал и ушёл подальше в лес.

Начал читать. В мыслях прилетел смешок. Хм, смешно, значит, ему, неправильно читаю. А вот если так? Начал тянуть силу из источника и вкладывать в слова. Пошёл гул, шёпот пошёл эхом по тайге — я понял, как иначе правильно читать. Смешки пропали, почувствовал негодование, начался шум в голове. Начал говорить словам в своём разуме словами. Закончил читку, как резко стало тихо и вокруг и в разуме. Вот значит как. Хм, значит, теперь будет делать гадости по-другому. Вот же «задница»! Теперь всегда будут появляться вкрадчивые мысли, главное — ловить момент, когда «не свои», ведь так можно и дел наделать, о которых потом пожалеешь. А ведь наверняка были ситуации и раньше, где этот влазил со своими советами, а поди отдели «зёрна от плевел». Но свою жизнь возьмусь «перелопачивать» чуть позже, нужно понять, что это было. Объяснение от древних мудрецов-то понятно, только вот детали, так сказать, как с этим наиболее эффективно бороться, и что-то мне подсказывает, что стоит интересоваться новыми открытиями, особенно в компьютерной технике. Если человек снабжён природной антенной, на приём-передачу, и я точно знаю, что можно ловить общий эмоциональный фон и отдельные слова и мысли, значит, и «это древнее зло», скорее всего, действует через этот принцип. Хм… вирус это или нейронка на биологической основе? Очень похоже на нейросеть, действует по шаблону, отсюда несостыковки между тем, что знаю я, и тем, в чём пытается убедить меня.

Быстро вернулся в штабной вагончик и занялся прояснением вопроса. Символы, философские рассуждения… Бестолковая «вода». Но удача подвернулась, подтверждая мысли, древние, похоже, чувствовала «это», но нормально не могли объяснить, а всякие идиоты видели философию там, где её и близко нет. На экран загрузился символ из старинной книги, который, кстати, за основу взяла одна музыкальная группа: голова, из которой растут в землю корни, но голова подрублена. «Земля» — это люди, а голова — это он и есть. Похоже, реально нейронка на биологической основе. Как там было: «…семя тли во мне есть…». Это есть в каждом, но при соединении большого количества «носителей», то есть людей, получаем ИИ, который распределён, начинающий действовать организованно. На рисунке он подрублен — похоже, именно теми, кто понял, с чем имеют дело, как могли, так и подрубили, давали принципы противодействия. А ведь точно — ведь я не понял бы вмешательство, если б не свои строгие принципы и не обратил внимание на нехарактерное построение фраз. Заповеди, похоже, для этого и даны, основа, которая позволяет определить не свои мысли. Так что же получается, вся эта суета с атеизмом, его насаждением, именно для того, чтоб «этому» не мешать людей с ума сводить и ими управлять? А священники, которые ни фига не понимают и, по сути, чинуши в рясах, ему ещё и помогают отвращать людей от средства защиты? Они хранят знания и рассказывают, как им объяснили. Это большое дело — сохранить знания, но, а как же понимание? Наверняка из их числа есть те, кто понимает, но, скорее всего, не могут доступно объяснить. Вспомнились кадры экзорцизма — вот 100%, чувствами экзорцисты это понимают. Но упрощённое объяснение, как для человека из Средних веков, ведёт к непониманию современными людьми. Так, ещё и добавляют «отвращения» всякие кретины, ни фига не понимающие и высмеивающие. Или они все понимают и выполняют «заказ»? Очень может быть. А все эти ученые-моченые атеистического толка действуют в его интересах? Тоже, скорее всего, так, некоторые, возможно, и из лучших побуждений, но… Не зря есть пословица: куда там выложена дорога благими намерениями? А этот ещё и действует через тех, кто ему поддался, обеспечивая, так сказать, пошаговую атаку-подготовку атаки на информацию, способную ему помешать, а затем насаждает атеизм и тому подобные вещи? И все эти фонды, спонсируемые миллиардерами, которые, похоже, поддались на обещания. А ведь обещал и богатства несметные. Я не особо-то верующим был, но в связи с открытыми обстоятельствами…

«—Слишком ты умный», — прозвучала недовольная мысль в разуме, придя откуда-то со стороны.

«—Изыди, бес», — ответил ему и понял, что найти того, кто всё объяснит, будет крайне сложно.

Похоже, Распутин всё понимал, ему недоставало возможности всё объяснить и разложить по «полочкам». Возможно, со временем он бы всё разложил в понятном виде, но его убили.

Стоило закончить эти мысли, как началась серия видений с просто ужасными ощущениями, как говорится— пойми выражение «душу мотать» — некто где-то далеко за океаном яриться, что мужик мешает, ещё некто в короне и на английском языке даёт команды, ученик первого того за океаном учиться убивать, тот первый решает сам напасть на сибирского мужика, поддержать отправленных убийц, без него они бы и не добрались до сибирского мужика… Правда скрытая от всех… Тьма со всеми описанными способами обрушивается на мужика, предательство, но мужик не умирает, он «переваривает» атаку, тот некто яриться, ублюдки стреляют и… Распутин утаскивает «заказчика из-за океана» за собой на тот свет! Абсолютное зло в человеческом обличье дохнет как собака где-то там, ученик этого зла и кандидат на его место пугается, и исходится «ядом» на сибирского мужика даёт команду начать компрометировать его имя, но план всё равно разрушен…

Пришёл в себя полулежащим на столе за котором сидел, во рту была горечь и как будто «кошки ночевали», как не облевался-то.

— О блин, что это с тобой? — удивился, зайдя в вагончик Бойко наблюдая моё перекошенное лицо.

Я глянул на часы — несколько минут прошло с момента временного помутнения сознания.

— Не знаю, что-то поплохело — вымучено сказал я, чистя память браузера, открывая ревизионную ведомость и отправляя по интернету отчёт, приготовленный заранее.

— Воздухом надо дышать, а то полдня сидишь уже — ответил. Бойко, и явно намекая, что ему тоже нужен комп.

— Это точно, — сказал я, вставая из-за стола — я на сегодня всё, если честно.

Пошёл прогуляться до ручья — умыться. Тёмные мысли стоило понять и поймать начало «атаки». Начал стараться глушить всеми доступными способами. Мало мне проблем с гиперчувствительностью, так ещё и эти «вскукареки»! Этот на «вскукареки в разуме», похоже, обиделся.

Мне чем дальше, тем лучше становились понятны многие вещи — психологи часто не могут понять откуда, блин, берутся маньяки, причём часто на одной и той же территории — да там сидит кто-то, способный мысли свои внушать и отправляет других убивать! Принцип «сделал гадость на сердце радость» — основа вампиризма! Причём не киношного, а того настоящего, который рядом, и многие этого не понимают, но пользуются подспудно. Или на кой-ляд америкосы ввели понятие «общественное мнение» и используют его — да мысли «материальны», и если есть кто-то, способный это собрать и направить недовольство масс людей на кого-то одного, «этому одному» будет ой как несладко, только вот есть нюанс — один человек может оказаться сильнее в этом плане тысяч и тысяч людей, а кто-то и поглощать эту силу! Или то, что называют принципом «кармы» — типа вернётся тому, кто делает зло, или… Ай, много этих моментов, но всё укладывается в стройную систему и всё доступно для понимания и использования. Ещё одна проблема — эта «бионейронка» взялась выдавать информацию порционно на тему, как «нагадить», и избегать ответственности за эти действия. Угум, я б сказал есть «нюансы» те самые, в которых и скрыт основной смысл — вот не зря назвали это «лукавым» — «избежать ответственности», но нужно добавить слова: «прямо сейчас», а то, что потом «прилетит сильнее» ему явно не нравится подтверждать и пытается откровенно солгать. Или о том, что рано или поздно за «умельцем» избегать ответственности походу придут тоже, и пришла попытка от этого убедить, что нет, не так, вот факты и логика говорит об обратном. Только придут, похоже, те, от кого ни один человек не спрячется, на иконах с крыльями рисуют.

***

Вот так последние дни перед закрытием участка и прошли — все готовились, а я помимо работы ещё и разбирался со всей этой паранормальщиной обрушившейся на меня, стараясь никому не навредить случайно. Самое поганое, плохие пожелания, даже мысли даются легче, чем хорошее, — парадокс. Поэтому пришлось контролировать все эмоции и мысли. Впереди-то ещё целая пачка участков! А на Талакане надо поискать ответы на свои вопросы, возможно, и найду их

там.

Глава 17. «Пути-дороги и повседневная утомительная плавность ревизий»

Жизнь, она как курятник,

каждый стремиться залезть по выше,

клюнуть ближнего,

и насрать на нижнего.

(Ну а что вы хотели? Оно так и есть,

взято с АйДаПрикол, автор не известен)

Вахтовый автобус пришёл во второй половине дня. Всё, что можно и нужно было опечатать на участке, опечатали и передали под ответственность сторожей. Несколько мужиков решили заключить договор на межвахтовый отпуск в качестве сторожей и остаться охранять вахтовый посёлок до весны.

Механик же на этот раз решил не оставаться сторожем. Так и сказал: если ещё хоть один день проведёт на участке в этом вахтовом посёлке, то ему понадобится рубашка смирительная и комната с мягкими стенами.

Бумаги оформили быстро, передачу также, за пару дней управились. Материалов осталось совсем немного, весной завезут ещё. По большому счёту работы осталось ещё на два месяца, хотя мост уже и можно эксплуатировать, в общем, какие-то «недоделки» доделать. Часть оборудования и техники, которая уже не понадобится, считай, в последний день вывезли на складскую базу, а оставшегося не так много, и пересчёт несложный. Ну, мужики здесь работают не первый год и знают каждую гайку, поэтому передача в подотчёт проблемой не стала.

Засранец Гузов был там же, в автобусе, ещё и морду воротил, ну и хрен с ним. Засранцем. Я, улыбаясь, пронаблюдал, как он ломится из автобуса к сортиру, после мысленного пожелания от души ему обдристаться и не добежать.

Поздоровался со всеми остальными, загрузился в автобус, как раз место оказалось с весёлым парнем Петрухой, ходячим сборником анекдотов и историй. В принципе, то, что нужно, чтобы скоротать дорогу, а то эти копания в себе и «способностях» банально надоели. Собеседник он неплохой, только не всегда горит желанием рассказывать что-либо. И есть идея, как его убедить поделиться парой-тройкой историй, а то плеер с одними и теми же песнями уже надоел. Идея своеобразная, и непонятно, хорошая или нет, но, в принципе, никто не останется внакладе, тем более парень и остальные уже не на работе, уже идут их честные выходные, хотя это и будет небольшим нарушением, но мне надо было срочно отвлечься от всех своих мыслей и чего самому не учудить:

— Здорова, Пётр, — поздоровался я с ним, садясь на свободное место рядом с ним, — походу, нам немного по дороге.

— Здорова, — пожал руку он, — ну так…

— Слушай, помнишь, ты как-то говорил про прикольную ситуацию у тебя, но так и не успел рассказать? — В парилке тогда разговорились за жизнь и про жён, да так и не закончили разговор.

— Ну как бы да, — вспомнил он разговор.

Слово за слово, и снова разговорились. Я ему рассказал о своей ситуации, он посочувствовал и высказался в плане, что лучше сейчас и так, чем когда прожили лет пять-семь.

Все уселись, и автобус тронулся в путь, а Петруха явно совсем не любил поговорить, ну и честно просто рассказывал кто чего и тому подобное, в итоге начал рассказывать одну историю смешнее другой или просто интересные, но начал с истории про свою нынешнюю «зазнобу»:

— …Да как-то лежу в спальне, жду её, а она на кухне в телефоне и не спешит идти. Ну, я пододвинулся к розетке и в неё прошептал: «Иди ко мне-е-е-е…» — пару раз повторил и услышал визг с кухни и грохот. Пришлось вставать и идти поднимать свою трусиху.

Посмеялись с ситуации, я подумал и решил тоже что-нибудь из жизни рассказать, ну или какую байку. Начал вспоминать что-нибудь такое, например, про нашего метилового чупакабру — это уже местный хит, но подумал и рассказал про Тофика, которого приняли за йети. Этот поржал и рассказал аналогичную историю про лесничих, только там было реально смешно:

— Работал он как-то в одном заказнике, и его коллега решил при очередном патрулировании освежиться в речке. Ну и, естественно, тот коллега разделся полностью и полез купаться, а мохнатостью тела не уступал тому же Тофику. Накупался и лёг в воде отдыхать, а тут вертолёт завис ещё главное над ним, а ни машины, ни Петрухи, что простуженный сидел в машине, видно не было. Его бывший коллега постарался своё хозяйство прикрыть руками. Вертолёт улетел, а они собрались и поехали «на базу». А на базе, как выразился Петруха, «шоу натуральное». Какие-то иностранцы-туристы атаковали их начальство с требованием показать им семейство снежных людей, обитающее в этом районе. Начальник в шоке и ничего не понимает, отнекивается, а пилоты вертолётов, возившие этих самых иностранцев, постарались быстро ретироваться. По итогу выяснилось, что иностранцам зачем-то понадобилось приземлиться посреди леса, а пилоты совсем не хотели рисковать и пытались придумать отмазку, почему нет, а тут этот лесничий мохнатый в реке лежит, ну они и сочинили историю о семействе йети, а это тип их детёныш, и вообще, они пугливые, и не стоит к ним лезть. Глаза у лесничего тогда были ещё те, когда он узнал, что он теперь детёныш йети…

По автобусу пошли смешки. Народ, кто был адекватен, начал активно прислушиваться к разговору. Ну, раз пошла такая «пьянка», рассказал случай со своей бывшей работы:

— Я ведь в управлении образования работал и ходил на ревизии в школы. В одной из школ надо было проверить, закупили или нет реально дивиди-плееры. Они ещё не на учёте, но бумаги уже пришли. И что они там знал… Пришёл с ревизией, спрашиваю у ответственных, где электроника — а там рыбий взгляд, и тип, не было, не знаем, и не видели… О том, что я в курсе, и надо проверить, всё одно. Бабулька явно нервничает, но не говорит. Я минут пятнадцать её уговаривал рассказать и показать, что знаю, есть они здесь, а там всё одно. В итоге оказалось, что технику они получили, но так как её не поставили на учёт, завхоз строго-настрого сказала никому не говорить и не сообщать, опасаясь, что если техника не на учёте, её могут растащить желающие. Но это ерунда, по сравнению с ревизией, проведённой в школе, которую заканчивал. Была там учительница, коей я дико не нравился — у меня всегда было своё мнение, отличное оттого, что нам пыталась она навязать по методичкам, присланным либерадрильней, засевшей в министерстве образования, ещё и с одноклассниками реально был на «ножах» — ну, что сделаешь, если там моральные уроды, которые прямо в школе пытались насиловать девчонок, и если б я не влез, то у них всё бы получилось. А так пришлось драться и по полной, ну, я занимался тяжёлой атлетикой, тоже не зря… В общем, благодаря своей непримиримой позиции по ряду вопросов и тому, что вечно дрался, эта «курица» вызвала родителей в школу. А вызвав их, заявила, что из таких, как я, получаются главы бандгруппировок (дура, не видела она настоящих глав группировок, а я видел и одного даже знаю очень хорошо, надо было познакомить их при случае, так сказать, для сравнения), главы сект, и вообще, из таких, как я, «Сталины» вырастают. Эта неадекватная даже не поняла, что таким сравнением меня похвалила — масштаб личности Сталина и меня. Но суть даже не в этом, а в том, что я решил приколоться на эту тему:

— …А вы знаете, кое в чём она была права, — сказал я завхозу и по совместительству учительнице. — Я ведь действительно стал частью самой большой группировки в России… — сказал я, глядя, как у завхоза и директрисы глаза идут на расширение, выдержал мхатовскую паузу, окончил свою речь: — «Чиновники России» называется, — сказал я и ехидно засмеялся. О том, что эту подколку передали по адресу после, был уверен. Самая-самая большая банда России…

Народ с этой истории тоже поржал. Потом пошли банальные анекдоты и байки. Так и ехали, останавливаясь раз в несколько часов — выйти размяться или перекусить, если место остановки у кафешки. Надо говорить, как 80% пассажиров этого автобуса к вечеру уже были пьяны? Кто пивом, кто чем покрепче, но «накочегариться» успели все желающие. Петруха, рассказав, как чуть его на мотоцикле грузовик не переехал, заснул.

У какой-то кафешки на стоянке встали на ночлег. Вот же это был «блин» — я-то не особо любитель спиртного, да и не хотелось — с начала разговоры-байки, потом просто мысли на отвлечённые темы и наблюдение за пейзажами в окно, а здесь народ получил доступ к алкоголю и в ночное время, ароматы ночью обещали быть непередаваемые.

Вечером всё равно задумался как о ситуации с женой, так и о тех предложениях, периодически приходящих извне, так ещё и с демонстрацией, подтверждающих их реальность прямо сразу и того, что это не у меня крыша поехала. Устроить поломку в моторе — легко. Пришлось давить это воздействие, устроить скандал, чтобы те, кто мне не нравится, получили по морде, ещё легче, но скандал пришлось «тушить». О том же, как устраивать иллюзии и заставлять не только ощущать нужные эмоции других, но и показывать им ещё те «шоу», оказалось, что люди в изменённом состоянии сознания, а попросту пьяные, очень чувствительны к этому, и показать Гузову парочку воображаемых страшных рож оказалось несложно, тот же решил, что допился до белой горячки.

Люди же по жизни с таким состоянием на «постоянной основе», в смысле душевнобольные, похоже, также легко поддаются таким внушениям. Это подтвердило ранее сделанные выводы насчёт того, почему маньяки и прочие шизоиды частенько выбиваются из критериев, в которые их пытаются поместить психиатры и следователи — люди со способностями обделывают свои дела чужими руками, используя тех, кого смогли направить, как им надо. А полиция ловит лишь «исполнителей». Но тогда получается, что, например, секты — это пачка таких исполнителей у того, кто всё понимает и умеет?

Об этом думал, прогуливаясь перед сном. Как в песне «У незнакомого посёлка, на безымянной высоте» — главное, чтобы без приключений, как в той песне, да и названия этого места я как-то не узнал.

Поспав, проделов обычный утренний «моцион», как опять тронулись путь. Так и ехали, до самой переправы. Без интересных событий. Разве, что засранец на пароме у кого-то самостоятельно выпросил в своё «лицо». Честно не помогал, применяя «способности». А вот самого его «притопить» желание было. С которым стоически боролся. Подумал и понял, что ловлю странный запах… Или это не запах? В общем, ощущение-запах жжённой кости. Распознав его, понял, что желание утопить засранца из нестерпимого стало терпимым… И резко меня осенило — это чужая злость так ощущается, а этот меня походу ненавидит. Ну-ну, пусть рискнёт что-нибудь сделать, я быстро вспомню школьные и институтские годы, и этот узнает, как быстро я могу выдавать по морде своё отношение. Потом ещё берцами по почкам добавить. Но этот, похоже, что-то чуял и прямо не нарывался. А вот у меня желание «почесать кулаки» было. И явно моё родное. Хорошо, что я не выпивал, а то точно бы его реализовал. Решил от чужих эмоций избавиться. Крутил ощущения по-разному, и это ощущение-запах, в итоге решил его «давануть — притушить» и оно, как-то вдруг резко ослабло. А Гузов позеленел — ему резко стало плохо и не до меня. Потом всю дорогу, которую мне пришлось ехать дальше в автобусе, вёл себя, довольно тихо, не отвлекая меня от моих раздумий. На очередном полустанке подошла машина наших снабженцев, и я пересел к ним — мне предстояла дорога на Салокит и Куруму.

***

Увы, разговор особо не клеился — местный снабженец, представившийся Василием, тоже был весь в мыслях и своих размышлениях, поэтому к человеку я не лез — был занят более важным делом: немного отдохнув от «самокопаний» взялся анализировать свою жизнь в свете открывшихся «данных» по странным способностям и выводам, которые успел сделать. По всему выходило — этот «момент или воздействие» есть всегда и везде, этот фактор, только люди в массе своей его не замечают и не осознают.

Сам же участок был каким-то усреднённым участком и без проблемным, что ли? Никто не пытался «пальцы гнуть», но и с разговорами не лез, практически всё было приготовлено к консервации до весны, оформление передачи ТМЦ под ответственность сторожей также прошло буднично и что говорить выматывающее. Но самое интересное управились за три дня, и потом был путь в обратную сторону, и опять с пересадками: из машины одного снабженца пересел к другому. Который привёз на участок «Кучума». Сама ревизия на нём мало отличалась таковой на «Салоките», разве, что оставшиеся на нём мужики, начальник и повариха вспоминали Мишу, посмеивались на тему «метилового чупакабры». Михаил у них тут теперь «легенда». Я добавил в легенду о «легенде» рассказ о его мастерстве делать тайники и исчезать на ровном месте. С таким талантом в спецназе служить надо. После буднично закончил ревизию и меня забрал снабженец Василий — ему как раз надо было туда же, куда и мне на Талакан.

Небо было закрыто тяжёлым свинцовыми тучами до самого горизонта. Начал срываться первый снег.

По поводу участка «Талакан» чуйка дёргалась, говоря о том, как там будет не всё просто, но интересно. Да и, похоже, смогу получить ответы на некоторые свои вопросы. Интересно, я найду то место, где провалился хрен пойми куда?

Глава 18. «Участок « Талакан» часть 1 -не работа, а «день сурка» какой-то».

Можно бросить пить и курить,

но бросить материться в нашей стране

обстоятельства тебе вряд ли позволят

(правда жизни, взято с АйДаПрикол,

автор не известен)

Неожиданно появилась сотовая связь. Пришли сообщения о десятке пропущенных вызовов. Сразу после сообщений телефон заверещал в руках — звонил шеф. Я напрягся: что такого случилось, из-за чего мне так названивают? Вот чего такого срочного?!

— Алло, слушаю! — бодро сказал я в трубку, приняв вызов, и тихо шепнул водителю: притормози, показав жестом остановиться, а то связь опять пропадёт.

— Доброго дня! Дело срочное: есть задание, срочно надо найти потерянные трубы, — поздоровался и сразу перешёл к делу шеф, — везли на участок и не довезли, материала потеряли на очень немалую сумму. Водитель неадекватен и не может или не хочет сказать, где он их «потерял». Подробности у начальника участка. Без этих труб сдача моста сорвётся, а там бешеные неустойки и другие проблемы, в общем, все останутся без зарплаты, в том числе.

— Понял, принял, сделаю всё возможное, — ответил я начальству, сразу обдумывая, как решить проблему.

— До встречи, жду хороших новостей, — с надеждой в голосе сказал шеф и отключил связь.

Везли и не довезли, хм? Так и подробностей нет, а они нужны. Трубы, значит. Покопался в приготовленных описях, что за трубы… Посмотрел на стоимость, общую сумму, сечение и прочие «данные». Закрыл глаза: в общей сложности под сотню миллионов рублей получается. Трубы, подходящие как для опор, так и для водоотведения, возможно, ещё на что-то подобное (увы, я не инженер и на какие цели их используют, ещё без понятия), но точно именно те, которые нужны на завершающем этапе строительства. Если их не будет, то про шикарную, да и просто оплату труда можно будет забыть. Прислушался к интуиции — где-то они по дороге, и найти их реально.

— Ну что? — спросил снабженец с надеждой.

— Едем, — залез я назад в микроавтобус на переднее сидение, — только сильно не гони.

Ехали и обсуждали случившееся. Снабженец сам с межвахтового отпуска только вышел и также переживал: в случае чего зарплата у всех накроется «медным тазом». Высказывал самые разные варианты: от «водила их пропил» и до происков конкурентов.

— Наверное, надо поспрашивать по дороге, видели или нет длинномер с трубами, и разобраться, где трубы пропали, — сделал вывод вслух я.

Тяжёлые тучи нависали над осенней тайгой, как те тяжёлые думы. Остановились у придорожного кафе перекусить, ну и поспрашивать, кто что видел. Ответы вполне ожидаемы — видели, проезжал груженный. А это значило, он «потерял трубы» дальше по дороге. Почти двести километров до улуса, недалеко от которого стоит участок, ну как недалеко — километров пять где-то.

По дороге смотрели на перекрёстки, на просёлочные дороги, но интуиция твердила упрямо ехать дальше. Попалась пара дальнобоев, стоявших и ремонтировавшихся; они сказали, что наши уже их опрашивали — также ищут, куда делись некие трубы.

Проехали добротную деревню якутов — тот самый улус. А название я не уточнил, не до того.

— Ну-ка, ездить помедленнее, — обратился я к водителю и попросил: — не гони.

Позвонили Карницкому, как раз связь появилась; тот и пояснил: водитель длинномера неадекватен, приехал, а попросту пьян вусмерть, труб нет, в улусе никто его проезжающим как назло не видел, а сам водила ничего адекватного по этому поводу сказать не может, короче, «писец подкрадывается».

Интуиция твердила своё — вперёд, и тут меня осенила догадка, которую решил проверить: ехал и очень внимательно глядел на обочину и посоветовал водителю смотреть с его стороны на обочину. И о чудо: я увидел в канаве у дороги, к слову, очень глубокой, лежали трубы, не доезжая до вахтового посёлка где-то ста пятидесяти метров. А с неба начал срываться снежок, начавший их, засыпать. Сказал остановиться и вышел проверить. Походил по ним. Вроде они. А ведь прокопайся я на день больше — снег бы засыпал их все, и до весны бы ничего не нашли.

Я вернулся в машину и махнул Василию: «Езжай в вахтовый посёлок».

Заехали в посёлок, уже затемно. Прошли в штабной вагончик, где застали примечательную картину: начальник участка Карницкий, механик и ещё пара крепких мужиков стояли, буквально нависая над сидящим на табурете мужиком. Перед мужиком стоял тазик с водой — похоже, его приводили в чувство. Ещё и опрашивали очень тщательно. Перевёл взгляд в сторону — в углу уже приготовили утюг с паяльником, походу, для ещё более «внимательного» опроса водителя длинномера, так сказать, «с пристрастием» на тему, где дорогие и так нужные прям вот сейчас материалы. Кхм. Н-да…

Поздоровались. Поинтересовался у начальника участка, чего это здесь такое происходит, тот ответил, не стесняясь, подтвердив догадку, хотя по нему было видно, он озадачен, очень сильно, злится и вообще раздосадован:

— Да вот этого отмачивали, чтобы начал соображать, теперь спрашиваем, куда дел трубы, — ответил Карницкий Виктор Сергеевич и продолжил, обратившись к дальнобойщику: — Говори, куда дел трубы, пока по-хорошему спрашиваем!

Водитель смотрел на Карницкого большими напуганными глазами, вызывая ассоциации с мышкой из анекдота: это у которой запор.

Вариант «по-плохому» уже грелся в углу на столе. В смысле, утюг с паяльником. Судя по всему, у начальника участка очень «интересная, специфическая и богатая» биография.

Водитель длинномера уже явно начал понимать, в какой ситуации оказался, но чётко сказать, куда дел трубы, не мог, но на участок сам на «длинномере» заехал пустой.

Мне стало интересно — он правда был таким пьяным и не помнит, как вывалил трубы в канаву, или рассчитывал по весне их потом забрать и продать? Ай, ладно, не о том думаю.

— Давайте пока без проявлений криминальных наклонностей, — предложил я и пояснил: — мы тут в канаве, недалеко до участка метров сто-сто пятьдесят, видели трубы, на вид вроде они, вы поспешите, сейчас снег пойдёт, и вообще всё занесёт, поехали, покажем.

Надо ли говорить, как резво Карницкий с механиком сорвались, схватили фонарики и поехали с нами на указанное место? Ну, по трубам они побегали. По итогу осмотра труб, наверное, такими счастливыми и в детстве не были, когда тоже по трубам бегали. А я взял телефон и отчитался, что трубы нашёл.

Вернувшись на участок, меня разместили в жилом вагончике. Сергей Викторович даже указал открыть ИТРовский, в смысле самый комфортный вагончик предоставить. Я не против. Правда, потом пришлось съехать — оказалось, шеф едет, и вообще, увы, но нельзя. Переехал в вагончик попроще — по соседству будет несколько мужиков. В остальном не хуже ИТРовского. Мне, если честно, было тоже неплохо. Мне главное было, чтобы место для работы было, да и всё время мотаться в штабной вагон неохота. А наличие соседей проблемой не считал, по крайней мере, скучно не будет и есть с кем пообщаться, главное, чтобы «крыса» двуногая не завелась.

Разместился и решил по-быстрому в баню сбегать — помыться с дороги. В бане встретил этого самого «дальнобоя». Поправка: счастливого дальнобойщика — всё-таки он разминулся с «утюгом и паяльником», и громадным счётом за потерю ценного имущества. Так и сказал и поблагодарил. А мне стало интересно, как ситуация выглядит для шефа? Чуйка ничего толком не сказала, просто понял — он доволен. Если подумать, ситуация для него выглядит довольно интересно: едет тут один и, помимо основной работы, находит то одно, то другое. В принципе, этот момент работы был оговорён в самом начале, когда устраивался в эту организацию, но всё равно мне дико интересно. Возникла проблема — позвонил, дал команду найти. И вечером уже получает отчёт — нашёл. При том что эти здесь, похоже, мечутся с поисками почти сутки. И, скорее всего, не нашли бы до весны. Ладно, буду надеяться на щедрую премию.

Вечер и следующее утро ничем не отличались от таковых до этого: ранний подъём, бритьё, чистка зубов, умывание, наблюдение за «нарезкой задач», завтрак, ну и решение, что за чем и как считать — проверять. Короче, нудная рутина, порядком надоевшая. А считать здесь было до фига чего — мост ещё почти месяц будет строиться, может, и дольше, да и так всякого имущества на нём скопилась масса, особенно впечатлили два вагона-склада мелочёвки механика.

На улице уже вовсю валил снег, и, похоже, останавливаться не собирался. А мне надо было отлучиться в лес — надо найти то место, направление-то помню. Получилось на полчаса сбежать — все заняты, и на отлучку отреагировали спокойно, даже похоже, не поняли ничего.

Сбегал сначала к тому священному дереву — сила от него ощущается чётко, в радиусе пяти метров отпускает голову, которая решила малость поболеть, не иначе как на погоду. Основной же источник силы идёт откуда-то из корней… Кто-то там лежит, похоже, кто-то вроде святого.

Посмотрел на дерево, и откуда-то из глубин подсознания пришло понимание: проблемы у организации будут, и даже у конкретных мужиков, даже если они это не специально. Мало того что дерево зацепила какая-то строительная техника, оставив на нём след, так ещё какой-то умник электроды от сварки проволокой прикрутил. Прямо иллюстрация инструкции «как найти проблемы себе на ровном месте». «Возмущение», стоящее столбом вокруг дерева, ощутил чётко. Пипец котёнку, в смысле сварщику. И, похоже, проблемы, что начинают сыпаться на организацию, только начинаются. Забегая вперёд, так, между прочим, выяснил некоторые подробности потом и то, какой финал был потом, и благодаря своим новым способностям понял, что и из-за этого случая не в последнюю очередь — всё начало складываться так ужасно. Нда, люди, не осознавая, на чужую святыню махнули рукой, заявив: «на новое дерево повяжут свои тряпочки». Угу, только вот те, кто всё это сделали, ещё и долго не прожили, да и у их семей проблемы начались. На тот момент, когда я стоял и смотрел на результат глупости отдельных работников, не знал, какие проблемы будут, но что они будут — осознал чётко. Пометил себе сказать шефу, пусть с местным шаманом поговорит, может, тот с их деревом что-то сделать сможет, успокоить этот «столп энергии». Вопрос в том, как это до шефа донести? Народ у нас, блин, ни во что не верит, и, похоже, из-за этого имеет часто много проблем себе на голову на ровном месте, не понимая сути происходящего. Ладно, подумаю, как это аккуратно донести позже. Присмотрелся и прислушался к ощущениям — примечательно, энергия светлая и чистая, но при этом возмущённая до предела. Подумав, постарался отправить эмоционально и мысленно посыл о том, что уважаю и сожалею о случившемся. И не понял, то ли был отклик, то ли не был. Подумал и пошёл искать ту пещеру и то место.

Отошёл где-то на те самые полкилометра в том же направлении, куда ходил, пока было тепло. Поплутал там немного — ничего, вокруг лес и всё, никаких странностей. Зазвенел будильник на телефоне — надо бежать назад. По снегу это было делать тяжело. Пока бежал назад, подумал о том, как мне пригодилась зимняя одежда, которую взял с собой. Только вот снегоступов жаль нету.

Пришёл в посёлок и столкнулся с Виктором Сергеевичем:

— Вы в лес сильно не уходите, а то у нас здесь волки в округе появились, вон, псы в лес от жилья не отходят, — предупредил он меня. Вовремя, блин, когда я уже по тайге пробежался. Вот как теперь искать то самое? Ещё и с волчьей что-то делать надо.

— А раньше предупредить нельзя было? — задал я вопрос.

— Так, я не думал, что вы в лес отойдёте, — ответил начальник участка. — Обычно офисные леса боятся, да и, к слову, не сразу… — пожал плечами начальник участка.

— Ну я из необычных офисных, ладно, проехали, — сказал я, решив отложить решение вопроса на потом. — Ну что у вас первым делом и в доступе?

В «доступе» оказался целый склад-вагон барахла, которое «висело» в подотчёте Карницкого, масса всякого рода не только небольших стройматериалов, но и одежды, формы и тому подобное. Время у него было, поэтому мы, взяв термос с чаем, пересчитывали это всё, периодически согреваясь этим чаем с лимоном. Через пару часов перебирания этого всего присели за стол и налили по кружке чая, не только чтобы согреться изнутри, но и грели руки — стало что-то слишком холодно, а помещение не отапливалось. Немного поговорили обо всём и ни о чём, как говорят — ничего интересного, разве что я здесь, похоже, застрял до самой сдачи моста — всякого инструмента и прочего тут реально до фига и больше. Ненадолго зашла речь кто откуда… Ну что, Виктор Сергеевич, поляк, я и так понял, ну как поляк — его семья давным-давно живёт в России, но сам он и про малую родину не забывает. Я же в плане «наведения мостов» упомянул, что у меня тоже есть родственники поляки (что правда).

— Маяковский, он дядька моей бабушки, кстати, фамилия у него шляхетская, — рассказал я Карницкому, хотя так у меня кого только нет в родственниках, она, кстати, на него похожа.

— Знаешь, я понял, кого вы мне напоминаете, — ответил Виктор Сергеевич, отпив чая из чашки, которую держал обеими руками, грея пальцы об неё, — а так вспомнил, видел его портреты.

Мой расчёт оправдался — мужик малость расслабился и как-то чуть больше рассказывать начал, и сообщил, что начались какие-то странные перебои как с зарплатой, так и с деньгами, которые выделяются на закупку продуктов, чего раньше не бывало, шеф же про это ни слухом, ни духом. Выводы были понятны: раз шеф не знает (правда или нет, не известно), то значит, что-то там с бухгалтерией, но это надо на месте там смотреть, а я здесь. Ладно, надо решать проблемы по мере их поступления.

Продолжили перебирать этот склад до обеда. Проблема в том, что большую часть лежащих там вещей не списать как материалы, и надо всё пересчитать. На вопрос же, чего на кастеляншу не перевесить, ответ оказался прост и банален: кастелянша появилась не так давно, а это ещё в самом начале стройки повесили на начальника участка, а сейчас уже и смысла «передавать» нет, да и выдача формы, сапог и прочего всё-таки должна быть в его руках. Ну резоны мне понятны — от явных до скрытых — граждане старшины в армии тоже предпочитают такие обязанности в своих руках держать, своих барышей не упускать. Ладно, это всё лирика, красноты нет, недостач нет, мужики получают все вовремя и не жалуются — ну и замечательно.

Обед также не отличался от таковых на других участках. Хотя ошибся немного — обычно везде был компот, тут сварили кисель. Карницкий во время обеда сообщил, что ему надо срочно умчаться к мосту, но после обеда их механик к моим услугам. Вятков Михаил Петрович — жилистый, высокий мужик с залысиной, кивнул — он в этот момент активно уплетал свою порцию. Мне, в общем-то, было без особой разницы — один склад мы перебрали-пересчитали, а вот склад механика тоже надо — так что всё нормально. Проблема в другом — никак не мог придумать, как бы попасть к нужному мне месту, хотя и так понял, что на данный момент ту пещерку я хрен найду, даже врубив интуицию и все новые умения — снег, что называется, сыпет не переставая и с гарантией уже засыпал всё.

***

Через четыре дня я честно уже охренел от объёмов мелочёвки на местном складе, поправка: дорогой мелочёвки, которая не проходит как «расходник». А ведь, когда распечатывал ведомость, обратил, что какая-то она на этом участке слишком толстая получается, а ведь впереди ещё и склады с «расходниками». Тяжёлая работа всё пересчитывать и помечать в этих бумагах, к вечеру в глазах мутно становится. Чувствую, скоро во сне заместо замороженных кур на пищевом складе буду всякие шестерёнки и разводные ключи считать в складе механика.

Попив чая и согревшись, пошли с механиком на очередной заход на склад — у Михаила Петровича также был интерес в этом: разобраться, что списать надо, также найти мелочёвку, которую он потерял (несколько запчастей от асфальтоукладчика реально так и нашли), ну и подготовить передачу этого или сторожам, или отправить в Тынду на центральную базу по окончании строительства.

Я, зайдя в вагон-склад, глянул на стеллажи с коробками, не сдержал тяжёлого вздоха, достал планшет с бумагами и приготовил карандаш:

— Ну, погнали дальше? — обратился к такому же утомлённому Вяткову.

Ответом мне был утвердительный кивок и глаза, полные усталости.

Глава 19. «Участок «Талакан» часть 2- «это просто «праздник» какой-то!»

Знаете, что отличает людей с высшим образованием?

Знания? Нет! Человек, прошедший этот путь учиться в первую очередь

выпутываться из экстремальных ситуаций в кратчайшие сроки,

не спать сутками, питаться подножным кормом,

выполнять огромный объем умственной работы в сжатые сроки.

Девиз: Прорвемся!

Это страшные люди. Они могут все.

(взято с АйДаПрикол, автор неизвестен)

Дверь вагончика со скрипом открылась — заглянул один из мужиков и обратился ко мне сидящему за столом, работающему на ноутбуке и «набивающему» одну из готовых ведомостей:

— Снег почистили, до вечера вроде не должно быть ещё, Виктор Сергеевич попросил вам сказать.

— Спасибо, понял — кивнул я и обратился к посыльному — вечером зайдёте, я бланки для авансовых отдам.

Мужик кивнул и ушёл. Мне же нужно было срочно собираться и бежать пересчитывать материалы — снег последнюю неделю валил и валил, и навалило его даже не по уши, а по маковку. Или даже выше. А это лишние трудности подсчёта материалов на открытых складских площадках.

Прошли к месту, куда свезли весь оставшийся битум. Ладно бочки их посчитать несложно — один из парней заскочил на них и пробежался, упрощая подсчёт. Да я и сам залез сверху для пересчёта. Проблемой стала отдельная гора этого дела — одна из машин перевернулась ещё летом и вывалила всё это «добро», когда оно не было задубевшим, его и свалили кучей, и теперь нам мучиться считать объём этой «горы». Честно, лучше б они его списали. Поле были остатки песка, гравия, арматуры. Ещё и заяц, зараза напугал — подошли с рулеткой мерить, косой взял и выпрыгнул из-за горы этой арматуры. Ладно б выпрыгнул и дал дёру, но этот ужин недобитый, привлёк внимание всей своры собак, обитавшей в этом вахтовом посёлке, а мы оказались между всей этой стаей, ждущей объедок у кухни, и зайцем, который ещё и остановился и внимательно нас рассматривал. Ну я успел отпрыгнуть, а вот Карницкого и Вяткова эта свора сбила с ног и по ним пробежалась. Ещё и это карканье ворон создало ощущение, будто птицы смеются.

Карницкий поднялся, отплевался от снега, сказал «убью сук», ломанулся в свой вагончик и появился с ружьём. Вятков же постарался ружьё у него отобрать, мотивировав это тем, что собаки ещё нужны живыми, а часть так вообще лайки с улуса, а за них могут и «предъявить» хозяева. После ничего примечательного такого больше не было.

Экспертное мнение мужиков, высказываемое ими вслух, вынимавших трубы из канавы с помощью автовороваек, а точнее, те витиеватые выражения, коими они поминали одного дальнобойщика, в этот список не входили. Интересно ему сильно икалось? А то мужики его так материли, даже предлоги и те были нецензурные. Но самое интересное — трубы были целые. А ведь могли и разбиться при той выгрузке, которой он их подверг.

Меня же все не покидали думы о том самом месте, той пещере и этом «сердце», и так то было не всё ясно с той пещерой и тем, что там висело. Ещё и эти «способности» добавляли вопросов.

Доступ в интернет позволил немного прояснить ситуацию, точнее, предположить, чем являлось то «нечто» — «Сердце мира». Мне не верилось — это ведь легенда, и не самая известная, но я ведь его видел, а потом началось обострение чуйки, обоняния, изменения во мне начались и… Появление странных способностей. Люди его ищут для того, что б желание загадать, я же хочу получить ответы. Ещё и это дерево странное. Была мысль, что я побывал под деревом, но здесь расстояние полкилометра, а я там катился вниз с небольшим уклоном, и точно полкилометра там не было. Но… А была ли та пещера? Может, мне это привиделось? В пользу того, что не привиделось или не всё привиделось — то, что ощущаю эмоции и периодически ловлю чужие мысли и боль, так и иногда предвижу события. Ещё и эта «падла» периодически лезет в мозги со своим «видением» ситуаций и своими «вскукареками», предлагая то убить, то выпить жизненную силу, то пытается меня убедить, что жизнь полное «г» и надо с моста спрыгнуть. Ему надо вот он пусть и прыгает, без меня. Причём лезет в мысли очень подленько, аккуратно цепляясь за те или иные мысли и эмоции, развивая негативную сторону… Но не всегда, учитывая, что я знаю подробности той или иной ситуации. Когда в очередной раз меня это уже задолбало в край, поискал в инете варианты, как с этим бороться и поисковик вынес на какой-то православный сайт. Хм, там чуть ли не на старославянском была какая-то вырезка непонятно откуда, где упоминалось нечто похожее, и внизу целая масса комментариев. Я даже закатил глаза — какая на фиг философия?! Это же реально в «мозги» лезет, маскируется под твои мысли, убеждая делать тебя всякое нехорошее. Посмотрел рекомендуемое священниками — понятно молитвы, выписал некоторые.

Отошёл немного в лес, провалился в снег — ну и к лучшему никто не помешает, десять минут у меня есть и начал читать, только не так, как обычно, а про себя, но «вкладывая» «силу» из внутреннего источника, без этого получается просто сотрясение воздуха. При вложении силы в шёпот пошло эхо, шелестящее по тайге. Закончив, понял, как стало тихо в мыслях и светло на душе и главное, не каких «вскукареков» перебивающих мои мысли.

Нда, вот не думал, что так всё сложиться, зато смог спокойно продолжать работу, как выбрался из сугроба. А работы было ещё— непочатый край. Ещё и повариха срочно уволилась, скинув кухню на одного из мужиков.

Почти ещё неделю разбирались с кастеляншей и банщиком, на которого с какого-то перепуга повесили тоже много чего— начиная от самой бани и банных принадлежностей до топоров, пил и дров с углем. Вот уголь они сюда на фига тащили? Здесь же сухостоя вокруг до фига. После зарядила пурга на трое суток, с небольшими перерывами. Ну мне не проблема— самое большее и сложное находящееся снаружи пересчитали, мелочи можно и так «добить».

Началось в основном всякого рода оформление бумаг и проверки журналов, которые попросили проверить материалисты с бухгалтерии. Вот на фига? Привезут им их пусть и сравнивают — я считаю, по факту. А «гроссбухи» — они чисто в помощь ответственным лицам. Но это всё померкло с тем, что на участке аккурат в начале пурги практически закончилось съестное.

***

На улице немного затихло — ветер ещё есть, но пурга притихла. Что б сесть в авто или грейдер их надо для начала откопать, чем мужики и занялись, только было понятно — скоро опять завоет вьюга.

— Кутя-кутя-кутя—крутился с ружьём Карницкий, зовя собак, но ни одной собаки видно не было, и тот не выдержав вскрикнул в сердцах — где этот бестолковый пёс?!

Пёс показываться на глаза не спешил, прекрасно, понимая, для чего его зовёт начальник участка.

— Вот так всегда — сказал Карницкий мне — похоже, реально чует, я ж его на такой случай тут и держу, когда съестное закончиться, случай есть — а пса нету, прячется.

На кухне, кроме пачки спагетти, одной луковицы и соли с чёрным перцем ничего больше не осталось — попытки добраться до улуса проваливаются — технику до начала новых завываний ветра раскапывать мужики не успевают, а потом вьюга начинается с новой силой. Пешком идти — это с гарантией потеряться до весны — ни лыж, ни снегоступов нету — начнётся опять вьюга и всё, закопает.

На дереве закаркала ворона.

— О! — поднял глаза на дерево Карницкий и заприметил на нём ворону.

Проследив за его взглядом, увидел ворону, понял его намерения без всякой телепатии и чтения мыслей и сказал ему:

— Я ворон есть не буду — подумал и решил выдать те полпалки копчёной колбасы, которые держал на подобный случай в своей заначке.

Колбаса, сваренная со спагетти и обжаренным луком, ну в принципе неплохо, жаль маловато получилось на каждого, но жить можно. Через два дня оказалось-то и ворона в принципе неплохая птичка, главное — её только проварить хорошо. К счастью, через три дня распогодилось, и снабженец смог поехать за продуктами. К вечеру приехал шеф — скоро сдача моста, нужно сдать объект, ну и местные по этому поводу решили праздник устроить.

Встреча шефа прошла буднично, поздоровались, он поинтересовался, как всё проходит, и пошёл устраиваться в свой вагончик со своей охраной (один он не ездил и всегда помимо водителя при нём был ещё один человек). В столовке был мини-праздник у всего «участка» — нормальная тушёная картошка с компотом.

На следующий день шеф отбыл в администрацию улуса, прихватив Карницкого, а я остался «добивать» ревизию. Именно что «добивать» — я сам зае… Кхм, замучился и весь народ, у кого есть «под отчёт», замучил— даже вьюга не мешала досчитывать и дописывать, ну и задавать вопросы, осталось совсем немного — оформить и собрать подписи.

Послушал как мужиков, так и Вяткова, сделал банальный вывод — подписи будут уже после наметившегося «обмывания моста», так ещё, как оказалось, интересную мысль насчёт священного дерева, его повреждения и нюансов, есть кому и без меня донести — в наличии как местный молодой шаман, так и старый, только я не понял он у них тип верховный шаман или просто главный в этом роду и хранящий род? Но эти детали -их дело и для постороннего человека малозначительный факт, а вот значительный тот факт, что у такого дерева и такого места, где можно найти такие странные явления, скорее всего, будет жить человек знающий…

Меня в очередной раз «осенило» — наверняка местные шаманы знают много больше, чем озвучивают вслух, только станут ли со мной говорить? Ну не проверю — не узнаю. Но с другой стороны — а может, ну его? А как неправильно поймёт или ещё что-то не так будет? Чего-то вспомнился анекдот про мужика размером с детскую игрушку, который колдуна в Африке на три весёлых буквы послал. Кхм, ну я человек вежливый, никого на половые органы посылать без веской причины не буду, да и не люблю скандалы, но… Вроде плохого не ощущаю, но и нужное не особо чувствуется. Всё очень странно. Как бы то ни было, через пару дней мост уже будут сдавать — он готов. Местные назначили концерт в своём доме культуры, потом что-то на вроде освещение этого моста шаманом, ну и застолье. Я же наконец почти все бумаги закончил, и ситуация сложилась, как предполагал — нужны подписи. Пока собирался, услышал об изменении в программе празднования у местных — после сдачи моста, там же шаманские камлания и потом уже всё остальное. Не, ну логично — чего два раза мотаться-то?

В день, назначенный праздником, это не оказалось проблемой, проблемой оказалось другое, причём персонально для меня — пока собирался, все, кто хотели пошли к мосту. Или уехали. Блин, пришлось идти в одиночку, благо не очень долго. Прислушался к жопочуйке- проблем не должно быть, а то ночью волков все слышали, как-то не хочется повстречать их на дороге. Но мало того что народу с вахтового посёлка много пошло и поехало туда, так ещё и местные чуть ли не все туда отправились, прихватив откуда-то появившегося журналиста. Наверняка вся живность разбежалась.

Когда пришёл к мосту, где уже шаман начинал камлания, журналистов оказалась целая толпа. Шаман был из молодых. Остановился и посмотрел в мою сторону внимательно. Я пожал плечами, ну и постарался чётко подумать о том, как заинтересован в целостности моста. Шаман продолжил свои окуривания и камлания. Только вот появилось ощущение, такое странное, словами сложно передаваемое, меня как будто слегка потянуло в сон. И мне вдруг стало так интересно и любопытно… Прислушался к своим ощущениям — это я объект интереса шамана, причём не того, который камлает, он занят, а какого-то деда якута в толпе, а затем ещё одному человеку из представительной делегации рядом с шефом стало интересно. В принципе понятно — вышел из тайги фиг пойми кто, шаман даже отвлёкся, ничего удивительного, что местная «верхушка» поинтересовалась у шефа —«это кто?». Ну ясно и так кто интересовался — это делегация, местные старейшины.

Пока прислушивался к себе и ощущениям извне, пытаясь осознать, кто, что делает и для чего, ещё и задолбался посторонний «шум» в мыслях глушить, когда начал что-то понимать, понял одну вещь — мне опять пешком идти: ни одна сволочь даже не предложила подвезти.

Ну до места я добрался минут через тридцать, вся деревня была как вымершая — даже собаки не лаяли. У кого спросить-то дорогу? Странное ощущение с лёгкими позывами ко сну появилась снова. Пока крутился, не понял, откуда вышла весьма красивенькая и хорошенькая якутянка, про таких говорят — как с картинки.

Поинтересовался у девушки дорогой к «дворцу культуры». Девушка улыбнулась и сказала: она сама идёт туда. Милаха, но при знакомстве чуть далее, чем «деловое» у местных реакция может быть не самая лучшая, но мне для начала нужно разобраться с моей ошибкой — моим браком, да и на данный момент меня больше интересовало «навороченное» местным шаманом с защитой улуса — вот буквально шёл и чувствовал волю другого человека. Я уже понял, когда ни с того ни с чего появляются какие-то эмоции и странные мысли с несвойственными мне построениями, фраз-то это чужое воздействие, и не всегда прямо на меня. Идя до местного центра культуры, делал интересные выводы: чья бы воля тут не «довлела» — свою деревню и свой род явно любит, даже иных местных раздолбаев. Ага, понятно, кто-то из местных старейшин, наверное, тот самый шаман в возрасте- и, похоже, если кто придёт сюда со злом, то самым страшным для него будет неместные мужики с карабинами, тут тебе будет целый спектр неожиданностей — от внезапного паралича с инсультом до несчастного случая — по типу: упал и свернул шею сам, бывает. Повезёт, если сразу насмерть, а не паралич до конца дней. А следом получат проблем все, кто его послал сюда. И хрен, кто что докажет, всё будет, выглядеть будто само так сложилось. Впечатляет.

В комплект к этому, выше перечисленному, уловил некий посыл для «своего рода» (понятно, рода шамана, к которому этот улус относиться) быть хозяйственным и ответственным. Интересно в общем. Да и деревенька — не как обычно у нас по стране, где хоть фильмы про войну снимай или постапокалипсис, а вполне себе добротная. Ну я здесь, как говорится, с миром, и если честно совсем не против посмотреть на местную самодеятельность, а то пашу чуть ли не круглосуточно, мне эти ведомости уже снятся. Да и шеф позвонил и сказал, что меня также приглашают, тип без моей помощи не известно, сколько бы ещё мост строился. Приглашение — это хорошо.

Прошёл во дворец культуры, сдал куртку в гардеробе и направился в зал — там местные на сцене танцевали под свои национальные мотивы.

Думал, посижу, посмотрю, при возможности задам вопросы. Ага, прям три раза, меня начало не просто срубать, а чуть ли не вырубать! Интереса был вагон! Только я не мог понять с какой стороны. Потом стоило закончить выступление местной самодеятельности, и слова дали старейшинам. Вышел совсем дед в возрасте, и вроде как по-русски не говорящий, ну он на своём языке поздравлял и выражал благодарность за мост — им он очень нужен и тому подобное. Только вот определился, чья воля, точнее «одного из» здесь довлеет — это он, похоже, тот самый шаман, и ему дико интересен я. На это ещё наложилась усталость и тепло помещения — на улице-то мороз уже давил приличный. Честно чуть не заснул, но переборол себя и по окончании выступлений-поздравлений-благодарностей, пошёл со всеми в банкетный зал.

Отдать должное стол был накрыт шикарный, и мне, смотря на это, было немного стыдно за некоторых представителей своей организации — всё-таки эти люди вполне себе неплохие и чужие святыни надо уважать, тем более в этом дереве и остальном прилагающемуся к нему плохо нет ничего. Да и человек, лежащий в его корнях, похоже, был явно необычным, но как понимаю, об этом они никому не говорят, ну и я распространяться не буду.

Обратил внимание, как часть старейшин сели не в одном месте, а, так сказать, распределившись за огромным «п»-образным столом, меня пригласил за стол один из местных дедов. Что было странно. Но раз надо, значит надо, тем более необходимо выразить уважение к старости. Шаман же сидел недалеко от шефа и особо не разговаривал, и ел скорее номинально. Хм, если так подумать — похоже, слушает мысли окружающих.

— Ну что, за окончание строительства? — налил стопку и протянул ту мне один из старейшин.

Я стопку с коньяком взял и покосился на шефа — он кивнул, дал разрешение. Ну что же коньяк — это хорошо.

— Что б мост этот, столетия прослужил! — сказал я небольшой тост, чокнулись стопками с прикольным дедом и опрокинул стопку в себя.

Глава 20. «Вопросы и ответы»

Сравнил сегодняшнее утро со вчерашним вечером

-ни хрена ни мудренее

(хотя и взято с просторов интернета,

но с этим мнением я солидарен,

автор не известен)

«POV старого шамана.»

Застолье шло вполне нормально. Поднялся главный мостостроитель, взял слово и огласил факты, а также поднял стопку за их ревизора. Что можно сказать — хитрый хохол где-то откопал очень необычного парня, который очень быстро прогрессирует и на лету понимает нюансы. Самостоятельно учится, опираясь больше на логику. Самый страшный и сильный вариант — самоучка, который не убился. У таких нет потолка развития. Только странно, вроде у него не всё нормально в семейной жизни, а на внучку среагировал отстранённо. В принципе, его понять можно, но и роду нужен сильный шаман, было бы неплохо, если б… Ай, о чём думать, что не получилось. На мысленные же посылы и предложения среагировал спокойно — лишь на пару мгновений застыл, и вполне себе спокойно ответил: он должен довести свой «бой» там, у себя, прятаться же от будущего в тайге здесь не хочет, и про грядущую серию войн, похоже, догадывается, но хочет вопрос решить сам — ну что ж, его право, но если что — всегда примем, да много интересного покажем. Он задумался и прислал ощущение благодарности и образ дороги, которую он должен проделать домой. Да, его дом там, а жена, которая ему не жена… Сам разберётся, только просто ему не будет. Надо ещё кое-что сказать напоследок.

«Конец POV старого шамана.»

Тёмно-жёлто-коричневая жидкость благородного оттенка наполнила стопку:

— Ну, вздрогнули на посошок! — сказал старейшина.

— Вздрогнули! — опрокинул я крайнюю стопку, только вот хмель, как выветрился, так брать меня и не собирался, стоило мне понять, кто со мной общается. Свой ответ я тоже сумел передать. Всё по-хорошему, никто никому претензий не имеет, да и, учитывая, похоже, грядущее, — в одной стране живём, и, похоже, предстоит, как говорят, бок о бок. Ладно, что о плохом думать, авось пронесёт?

Нормально посидели, пообщались, отпраздновали, так сказать, но, как говорится, — пора и честь знать — не стоит злоупотреблять гостеприимством. Шаман же косился на захмелевшего шефа, считая того крайне «хитрым хохлом», потом покосился на парней из своих, помоложе, и неодобрительно — те, похоже, набрались конкретно и явно решили найти приключений. Что-то он им шепнул, и те как-то поскучнели. Со своими он точно знает, как обращаться.

На выходе из здания, как так получилось, я не понял, но толпа как-то рассосалась, и шаман остался рядом без лишних свидетелей. Похоже, что-то из тех специфических умений и большого желания конкретного уважаемого человека.

— Оно редко кому открывается, — сказал он, — мало кто его видел.

Я хотел было переспросить: о чём… Но зачем придуриваться? Всё я понял, о чём он, и кивнул в знак понимания. Только вот один момент меня смутил — он говорил не по-русски, но я его понял. Хм, я якутского, отродясь до нынешнего дня, не слышал, но понял потому, что он слова дублировал в мыслях.

— То, что ты считаешь «странными запахами» — это ты так ощущаешь «духов», — сказал этот старый и мудрый человек.

— Спасибо, — сказал я, — для меня всё это общение оказалось крайне полезным, — прощайте.

Старик тяжело вздохнул и ушёл домой, тут же народ, который, похоже, сам не понял, чего они решили задержаться кто где, но подальше от места нашего короткого разговора, ринулся в коридор, по направлению к гардеробу.

Идя по дороге в вахтовый посёлок, я размышлял обо всём, что понял, что уловил, и… Многие мои ранние выводы оказались верными. Обернулся — «шеф и ко», похоже, решили продолжить праздник в местной администрации, ну и ладно.

Пришёл в посёлок и узнал небольшую новость: всех мужиков собрали в столовой — там тоже застолье, так ещё и местные с улуса подтянулись. Карницкий оказался тоже там и уже в изрядном подпитии — шефа нет, а мужиков надо поздравить, как и местных, так что и меня тоже пригласили в столовую. В смысле, меня тоже возжелал народ видеть — надо поздравить. Ну надо, так надо. Только вместо коньяка была водка. Закуска тоже не казы, но отдать должное новому повару, отлично приготовленная курица. Вроде как курица, и баран. Не, точно курица, не ворона.

Пришлось пару раз вставать и толкать речь. Почему «толкать», а не говорить? Пришлось поднимать стакан за мужиков и вообще за всех причастных. С водкой. Которая мне не очень нравится. Отдать должное – не «палёнкой». Водка с коньяком в организме — это не очень хорошо, и опьянение дало о себе знать, но пока по мне не было видно. Подумал, что зря не взял из своей походной аптечки активированный уголь. Решил отклониться, как говорится, пора идти к себе спать. Посмотрел — некоторые уже начинают «дурковать», а некоторые «быковать». Ну, бо́льшая часть мужиков в адекватном состоянии. Драться же пьяным и бить пьяных… Не понимаю я такого рода «развлечений» — если и решил кому дать в морду, то надо по трезвой и чётко осознавая, кому и за что. Не спорю, под градусом бывает желание дать кому «в пятак», но это всё не то. Посмотрел на какого-то местного якута, который уже ищет, с кем бы подраться, причём ему пофиг, кто перед ним — шаг в сторону, и он докапывается уже до банщика. Естественно, повар решил влезть, тип выпил этот местный и тому подобное, я же сказал, что всё понимаю и честно устал, поэтому иду к себе. Когда заходил в вагончик, услышал шум от столовой — банщик за шкирку выволок этого поддатого «кадра» и начал его «протрезвлять» или… Вот как назвать процедуру приведения в трезвое или близкое к нему состояние с помощью окунания в сугроб головой местного «барагоза»?

Пожал плечами и зашёл к себе — достал из сумки аптечку, выпил активированного угля и начал готовиться ко сну. Снаружи донеслось «наших бьют» и пьяная ругань — кто это наши, было неясно, даже выглянул. Узрел обычную сцену «после» «или» во время пьянки, когда собирается много народу — начинающуюся масштабную драку. Отдать должное Карницкому, тот быстро выскочил с ружьём, закричал «прекратить» и пальнул в воздух. Драка вроде как прекратилась. Ну и хорошо, местное руководство умеет народ успокаивать и по углам разгонять. Я же пошёл спать — хотят пьянствовать и друг другу лица бить — их право. Я не ОМОН, чтоб драки разгонять, а желания драться нет, есть другое желание — спать. Просто дико спать хочется. Главное, чтоб поножовщину не устроили.

***

На следующий день я себя вполне неплохо так чувствовал, вот не зря уголь, активированный с собой, таскал, а то, чувствую, был бы вон как Карницкий — ему сейчас только в качестве зомби в кино сниматься. Ходит и ищет «закуску года», в смысле, таблетку анальгина. Другие мужики тоже кто в какой степени помятости присутствовали в столовой. Пожалел мужика и выдал из своих запасов одну таблетку.

На завтрак была гречневая каша. Неплохо в общем. Исполняющий обязанности повара красовался «фонарём» под левым глазом. Ну спишем на издержки производства. Ответственные «лица» только к обеду более или менее пришли в себя и смогли подписать инвентаризационные ведомости.

Меня же одолевали массы вопросов, но основу я понял, и на вопросы мне предстоит ответить самому, главное — прислушиваться к своим ощущениям и не путать своё и чужое. Да и про «духов» предстоит подумать. Ведь какую только дичь люди не придумывают про шаманизм и религии, а ведь это всё упоминается много где, а всё оказалось вот так проще и страшнее. И никакой философской придури, голые факты и инструкции. В свете этих фактов слова молитв становятся понятны в довольно приземлённом виде, как, например, «…сохрани от«духов злобы» «воздушных духов» и тому подобное. Всё больше убеждаюсь в своём выводе: древние всё чувствовали и знали. И хотели передать свой опыт потомкам. Но появились долб… атеисты с их принципом «этого нет и быть не может». Угу, не может, только это убеждение не спасёт от копания в их «мозгах» и запуска в человека чего-то нехорошего. С таким же успехом можно заявить, что гравитации и инерции не существует и, типа, в них верить не надо… Только вот кирпич, запущенный умелой рукой по законам той же инерции, успешно пробьёт черепушку такого умника, как и, шагнув со скалы, полетишь вниз на камни. С этими необычным делами то же самое. Просто не все умеют запустить этот «метафорический кирпич».

Немного подумал и пришёл к выводу — «пробитие черепушки» в глобальном плане произошло с атеистическим СССР — оппонентам было удобно, чтоб страна была такая не просто не верующая, но даже не допускающая мысли «а что если», и никто ничего им противопоставить явно не мог, когда пришло время, потому как сделано всё для лишения большей части населения защиты. Ведь как — кто предупреждён — тот вооружён. Вся ситуация, похоже, с Советским Союзом, того, что сотворили с народом, когда СССР создавался, описана в детской песенке — «... дураку с три короба наврёшь и делай с ним, что хошь...». Похоже, те, кто стояли сначала за либералами, и за тем, за большевиками прекрасно это знали, оба утверждения и делали что хотели. А церковь закостенела в понимании догм, и когда надо было противодействовать таким «паранормальным умельцам», что они сделали? Ни-че-го. Точнее, сделали — единственного, кто хоть что-то понимал и делал, объявляли то колдуном, то ещё хрен пойми кем, не оказав помощи ему в его благом начинании. Этот момент ещё и задокументирован. Похоже, зато потом и рассчитывались — годы гонения при коммунистах похоже на то самое наказание. А ведь по сути Распутина оболгали, об этом коммунисты говорили сами, проведя расследования. А так по всем параметрам он… святой? Возможно, но почему я вспомнил его? Наверное, потому, что тот фильм был слишком хорошо снят по фактам, а затем и передача о нём была вдогонку, да в свете того, что узнал и понял — ситуация выходит очень так специфическая. Только вот я — не святой, точно знаю. Но и дичь творить не хочу, хотя возможности отрываются огромные по созданию полного «песца» вокруг.

Ладно, не стоит отвлекаться, лучше подумать о том, как мне до Дурая добраться, а обдумывать ситуацию и нюансы можно и в пути. Главное, не терять контроль и не забывать рассматривать свои мысли через призму понимания наличия разума, желающего зла не только мне, но и всем вокруг. Вот кто много знает и с каждым днём выдаёт больше и больше информации по принципу «ну, навреди же всему вокруг» — то одно расскажет, предлагая проверить, то другое.

В этом я убедился в пути. Пришло понимание, осознание и предложение, причём «паскуда» весьма подло начал свой очередной «заход»: сначала вспомнилось прошлое, школа, где и когда приходилось драться как с одноклассниками, так и с мразями из параллельного класса, а затем подленькая мысль — «они всё равно гниды, некоторые уже сидят, и если кто-нибудь из них сдохнет максимально мерзким способом, то и мир станет чище, и справедливость восторжествует, а ведь что они делали, что говорили… Но ведь их семьи вырастили такими, так что и их надо отправить следом в могилу… Дух злобы убьёт не просто тела, но и души, пусть страдают…» В глазах потемнело, как когда-то темнело от застилающей кровавой пеленой ярости, реально захотелось их растерзать, некоторых конкретных, и изнутри пошёл запах, больше всего напоминающий жжёную кость. В этот момент я опомнился и затормозил процесс, и непонятно, тот самый «дух» был запущен адресно или нет. И хрен бы с ними, с этими моральными уродами, но я же чётко почувствовал, как платить за это придётся чем-то очень дорогим для меня. Ни книг, ни интернета не было, чтобы поискать ответы, этот же враг притих ненадолго и начал то же самое опять, только я уже был готов — пусть и мысленно, но гонял один и тот же «текст», тормозя «процесс». Для кого-то постороннего, наверное, выглядел как очень задумчивый индивид, смотрящий в заиндевелое окно.

Периодически то легчало, то снова накатывало, борьба далась тяжело — всё начинало плыть перед глазами. Тут ещё и автобус сломался. В нём было нестерпимо жарко.

На улице уже стемнело. Тайга вокруг, снег и глубокое, потрясающей красоты небо. Свежий морозный воздух, при этом невероятно чистый, прямо «хрустальной чистоты».

Вышел со всеми пассажирами, как говорят, «продышаться», стало легче. И душа как-то успокоилась, хотя нехорошие мысли в сторону неверной жены дёргались. Не хватало ещё и её «зарыть». О том, что часть бывших одноклассников и придурков из параллельного класса не жильцы и без моего содействия, это осознал чётко. Но если проверять на них способы убийств, то всё равно придётся платить за это очень болезненной, непомерной ценой — лучше руками, чем так, если на то пойдёт. Лучше всё же без этого.

Предаваясь невесёлым мыслям, смотрел в небо. Какие же люди, по сути, кретины, сами ведь создают себе проблемы, не думая о последствиях, а последствия могут вот так и «прилететь» неожиданно даже спустя года, да ударить побольнее… Мысль додумать не успел — услышал волчий вой справа позади, в метрах эдак в трёхстах.

Рядом автобус, много народу — ерунда, — вроде бы, и решил додумать философскую мысль, но философскую мысль прервал волчий вой справа впереди, потом послышался левее, сзади и спереди. Стая нас окружала!

Я перевёл взгляд на водилу автобуса — глаза у него были не меньше моих, и он озирался, отвлекаясь от лихорадочного ремонта движка. К счастью, он успел быстро закончить полевой ремонт — напуганный народ ломанулся в автобус, чуть ли не по головам – в темноте явно блестели глаза. Но в итоге эти глаза проводили автобус расстроенным взглядом. Плотный ужин у волчьей стаи отменился.

Глава 21. «Участок «Дурай» или как приехать неожиданно, когда тебя все равно ждут».

Терминатор попадает в Россию,

где у него из-за мороза садиться батарея,

последнее, что он слышит чьи-то слова:

«Да тут килограммов пятьдесят меди будет»

Сценарий для следующей части терминатора

(взято с сайта Штуки-дрюки,

автор не известен)

Дурные мысли вылетели из головы на раз, с появлением стаи волков. Народ забился в автобус, молясь всем богам, чтоб эта «тарантайка» не сломалась через метров двести и вообще, доехала до Якутска. Или какого-нибудь жилья не заглохнув по дороге. Тихие «матюги» подтвердили желание пассажиров, сидящих рядом. Посмотрели в окно, да и я не один, увидели в качестве финального штриха «песца, с которым разминулись», на дорогу выскочил матёрый здоровенный волк. Если говорю «здоровенный» это, то и означает — этот мохнатый «мастодонт» волчьего племени на вскидку в холке был больше любого дога, по дорожному знаку на обочине можно было определить его размер: какой он в холке, при этом волчара явно массивнее догов. В глазах зверя, провожающего автобус с людьми, читалось сожаление и понимание облома.

Пришло осознание — это всё предупреждение, не пытаться творить с помощью этого странного «дара» не хорошие «вещи», а то в следующий раз автобус может и не завестись. И не подаваться этим провокациям лукавого. Но так или иначе, рейсовый автобус ехал до пункта назначения, ставшим перевалочным для меня — Якутска. Когда-то при первом посещении, я город толком и не рассмотрел, теперь же как-то более внимательно отнёсся к нему — проехав по ледовой дороге, которую уже открыли по реке, видел приближающиеся огни столицы этого края. Автобус проезжал мимо нужной гостиницы, где меня и выгрузили поздним вечером. У меня было в запасе от четырёх до пяти часов и решил помыться и поспать.

С пунктом «помыться в нормальной ванне» всё прошло на отлично, а вот с пунктом «поспать» возникли сложности — четыре каких-то бухих долб… Кхм людей с явным морально -психическими аномалиями развития, решили погорланить под окнами гостиницы. Что-то говорить таким без полезно, поэтому я задумался как бы этих заткнуть. Подумал использовать и опробовать, что-нибудь из «способностей», но честно сильно устал, а тут ещё и на это тратить силы. Не хочется совсем.

Взгляд упал на чьё-то недожёванное яблоко на столе посередине комнаты — похоже, предшественник забыл снимавший этот номер, а при уборке его почему-то пропустили и не убрали, может, просмотрели. Но главное было не это. Я взял этот надкусанный плод, открыл окно и метнул в компашку, но промахнулся и попал по какой-то рядом стоящей машине, даже на вид очень дорогой. И та заверещала «сигналкой». На рёв сигнализации из дома напротив выскочило несколько крепких парней с битами и разогнали орущих дегенератов. Правильно говорят, что иногда и промах может привести к намеченной цели.

Странно, где-то нечто подобное я уже слышал, про такую же ситуацию. Ну некоторые ситуации имеют привычку повторяться или бывать похожими у совершенно разных людей. В общем, теперь можно было подремать. Засыпал я усиленно вспоминая, где про некую ситуацию, похожую на мою, слышал.

Поспать получилось, но проснулся я с ощущениями будто сам был в той компашке получившей «звездюлей» от владельцев машины. В общем, чувствовал себя не очень. Пришлось преодолевать своё неважное самочувствие и быстро собираться — выпил на ходу чая с молоком и отправился с вещами на выход — надо добраться до автовокзала, там меня подберёт свой человек.

На автовокзале пришлось торчать час, за который ко мне и местная полиция подходила, спрашивая документы, я им объяснил кто такой, предъявив и документы, и свой маршрутный лист, и предложив дать телефон своего руководства. Это не понадобилось. Полиция, посмотрев на всё, не найдя ничего подозрительного, посмотрев на мою никакую реакцию, откланялась. Тут как раз приехал один из наших снабженцев, которому тоже надо на Дурай попасть — продуктов отвезти. Звали его Иван, и ехать он решил, срезая дорогу, то есть не по трассе, а по лесным тропам. Услышав его план по быстрому передвижению, я задал ему лишь один вопрос-утверждение полной надежды:

—Я надеюсь у вас фамилия не Сусанин? — решил немного разрядить обстановку и пошутить. Но как говорят: в каждой шутке есть только доля шутки. А вот волки за городом бегают не в шутку, и лучше нигде не застревать. Ваня на это поржал, ответил, что нет, не «Сусанин», ну и я не «пшек», да и те тропки почищенные и накатанные. А вот от волчья, есть чем «отмахаться».

«Пшек» или «не пшек», но некоторое количество в родственниках «пшеков» есть, пусть и в дальних. Меня этот выбор пути как-то напрягло. Но в общем, выехали затемно.

Думал получиться подремать, но желания разбились об жестокую реальность, точнее, об разбитую просёлочную дорогу, пусть и засыпанную утрамбованным снегом. Меня один хрен побрасывало в машине так, что можно было головой или потолок пробить, или стекло выбить.

По дороге притормозили в каком-то селе, где появилась связь и «прилетели» инструкции от шефа. Прочитал инструкции: ну понятно всё: мост на участке «Дурай» практически закончен, нужно пересчитать материалы и имеющиеся прочие ценности. Начальник участка какого-то рожна свалил недождавшись ревизора (меня) ни оформил передачи подотчётных ценностей, ни дал каких-либо внятных объяснений никому, свалив весь участок на молодого мастера. Он собственно на данный момент там за главного.

Задание вполне себе стандартное, а вот дальше пошли интересные вопросы — не мог ли я с участков пользоваться инетом в большом количестве? Не в смысле найти пару текстов для себя, да переслать/получить бумаги, а там фильмов накачать, посмотреть, музыки и тому подобное?

Конечно, в голове мелькнули мои запросы, когда искал информацию для себя, но положа руку на сердце — там и гигабайта не будет, да и проблема, как стало понятно, в офисе нарисовалась. Но шеф про проблему, чего конкретно стряслось не сказал и отключил связь — ему и так понятно, что мне некогда было тратить время на это. Ну почти. Честно говоря — мне и чёрно-белого телека в столовке было достаточно «по самые бакенбарды» для утоления информационного голода и в качестве небольшого развлечения. Те же запросы, которые делал — совсем не большие и трафик по каждому участку отследить несложно, и он не выбивается из обычных показателей. А вот Иван пояснил, откуда такой «кипишь»: мои коллеги, которые в основном в офисе «заседают» умудрились «накрутить» трафика на очень круглую сумму, а учитывая конские беспредельные расценки «Ростелекома», это ещё и усугубилось.

Первых четверых крайних уже нашли — ночные сторожа и дежурные водопроводчики, которые по ночам качали с интернета всякую «хню». Далее с небольшим отставанием шла бухгалтерия, пользовавшаяся в рабочее время рабочим инетом в личных целях, следом… А вот кто следом, как говорится — ищут. Ну понятно, шеф бы и меня припряг к поискам- но увы, я не айтишник. Хотя подозрения кто там такой умный и кого найти не могут есть, но без доказательств указывать на самих айтишников, которые пытаются найти самих себя, как говорится, не «комильфо». Но ладно, это не мои проблемы мне предстоял можно казать крайний «рывок» в этой ревизии — участок «Дурай». Как говорят, «последний бой, он трудный самый».

Пока болтали и Иваном добрались до мелкого посёлка на пути к участку. Там я проверил свою карту в местном отделении сбербанка, оставшись довольным денежкой упавшей мне на счёт. Оказалось, что Ивана также осчастливили авансом и мы двинули к конечной точке нашего маршрута. Добрались мы до него уже в послеобеденное время. Окинул взглядом место, где был несколько месяцев назад — всё в снегу, да и народа много меньше, чем тогда. Ну и бардака видно значительно меньше — снег он такой, хорошо может скрыть беспорядок.

Зашли в столовую — Иван отписал по счёту все продукты повару, а я как раз застал в столовой всё оставшееся местное начальство в лице мастера участка Романа Романовича Викторева. Молодой парень, который первый год работает на такой должности и на которого начальник участка сгрузил все свои «хвосты». Ну это не проблема. Да и на вид человек он сообразительный. Познакомились, наметили фронт работ. Мне определили место в вагончике — по соседству с Романом, в соседней половине вагона. Можно было и вообще в отдельный вагон заехать — большая часть жилых вагонов нынче пустуют, но лучше так -проще топить, да и мне как-то не в напряг, считай, отдельная комната, а так веселей вдвоём.

Иван, сдав продукты повару, «отчалил» уже через час попрощавшись. Мы же по-быстрому разобрались с бюрократической составляющей-той частью, которую, можно сразу решить, вроде авансовых отчётов и заполнения путевого листа, проверкой журналов и пересчётом крупных «материальных ценностей», вроде тех же вагонов или явной техники и её наличия. У меня желания тянуть «кота за хвост», поэтому время решил не тратить на всякие левые вещи типа отдохнуть полдня с дороги. Тем более из-за мороза долго по улице не побродишь. В общем, ничего такого сверхъестественного не сделали, но оказалось, что к вечеру успели довольно много.

Вечером в столовой, когда ужинали, мастер пояснил, что с окончанием строительства этого моста работы оказалось в несколько раз меньше, и он думал, что эти полдня будет маяться бездельем, поэтому и включился в работу с ходу. Меня же начинало понемногу клонить в сон — сказывалась усталость и малое количество сна предыдущие сутки. Чувствуя, что скоро засну на ходу, постарался не рассиживаться вечером за чаем, а быстро помыться и идти спать. До вагончика распаренный и уставший дошёл через силу, расправив себе постель, позвонил домой, поговори пять минут и банально вырубился с зажатым в руке телефоном.

Ночью снились какие-то странные сны, особенно показался странным момент, где я рычал. Странность, которую прервал стук в окно, разбудивший меня. Посмотрел на часы — глубокая ночь — четвёртый час, спать ещё три, а то и четыре часа. С улицы постучали ещё раз. Я приподнялся, посмотрел в окно, ничего не понял. Но так хотел спать, что и вставать не стал, а просто вырубился повторно. Утром в столовой мне рассказали, почему стучали в окно…

POV одного из средне статического рабочего.

— Ты слышишь? — послышалось с соседней шконки.

— Что? — Проснулся я и спросил Вадима, что ему надо.

— Гул, от которого стекла звенят, слышишь, или это рык? — задал вопрос Вадим.

Я прислушался, и реально как будто гул какой-то нарастает и на пике этого «гула» стёкла в окнах начали позвякивать.

— Хрень какая-то — ответил я — вроде и рык, а вроде и…

Тут пришла мысль- а не шатун ли объявился и рычит? Высказал мысль вслух. Вадим выпучился на меня, как будто его этот шатун за задницу ухватил:

— Так, ружьё же у Ромки в вагоне! — шатун, если таковой объявить это очень опасно.

Аккуратно приоткрыли дверь — на улице снег блестит в свете полной луны, тайга в свете полной луны выглядит не сказочно, как некоторые здесь присутствующие говорят, а вполне себе зловеще. Осмотрелись никого не видать и…

Мы услышали этот нарастающий звук более чётко и поняли, что это самый обычный храп. Поправка — очень громкий храп, идущий от вагона Романа, и разносящийся по тайге и пугающий, похоже, весь участок и всю живность в тайге на несколько километров во круг. От этих переливов храпа, похоже, звенел весь вагон мастера. Не образно, а реально так дребезжал.

Конец POV одного из средне статического рабочего.

—… Снежок блестит, луна светит, и тишина прерывается жутким храпом, ну мы быстро локализовали, откуда конкретно и постучали в окно — закончил с улыбкой на лице мужик.

А мне было дико стыдно — я в жизни так не храпел, практически никогда не храпел, очень редко, и в этот раз, похоже, из-за дикой усталости и захрапел. Причём про такое говорят «крыша от храпа поднималась».

— Ну, я не знал, как себе уши заткнуть и спастись от звуковой атаки — сказал злой и опухший Роман.

— Мужики — обратился я к присутствующим в столовой — вы извините меня, в жизни так не храпел, видать устал, вы, если что не стесняйтесь будить, если захраплю, честно не специально — ответил я, мне было реально неудобно, и если мужики просто зубоскалили на тему испуганной тайги на километры вокруг, то вот Роман сегодня будет работником так себе.

— Да ладно — ответил мастер участка — замяли — и отпил кофе из кружки.

Пока завтракал, послушал и последние новости, в том числе из офиса (где ничего не изменилось) и планы мужиков, тех, кто не останется сторожить вахтовый посёлок до весны и обсуждения разных знакомых и не очень знакомых людей. На улице же как-то странно более-менее распогодилось, хотя и утро и должно быть люто холодно, но всего было не больше минус двадцати пяти, в смысле не меньше по Цельсию. Я налив себе чая с молоком, вышел на порог подышать да подумать о своём. Начавшие мерно плыть мысль прервало появление мелкого зверка, сначала не понял кто это в метрах трёх выглянул из-за вагончика, потом рассмотрел — молодой соболь. Мужики, вышедшие покурить, пояснили — этого «Гришку» приютили ещё малым щенком, и он на участке теперь за кошку — мышей гоняет, ну и периодически ходит столоваться у кухни. В руки, правда, особо не даётся, но пользы приносит много, и особенно повар его привечает, и пообещал тому, кто на него попробует поохотиться, порции урезать.

Понаблюдав немного за юрким зверьком, за его кульбитами, допил чай и зашёл в столовую. Как раз и Роман допил свой кофе. Пошли считать все, что есть на участке. Оказалось материалов, которые должны быть в «мосту» и по факту отсутствовать, на складских площадках довольно много, то есть, как говорят, бухгалтера «краснотой попёрло»: там и десятки тонн песка с цементом, арматура разных диаметров, и… В общем, много чего. Считали и отмечали долго, до вечера. Да и закончить решили пораньше.

Вечером же шеф озадачил задачей убрать строительный мусор, коим является старый разобранный мост. Куда и как я его дену — его не волновало. Образно выражаясь «почесав тыковку» решил решить этот вопрос в стиле чиновника-руководителя: переложить на подчинённого или того, кто есть под рукой. Наиболее сведущим в местных вопросах был мастер участка. Так, ему и сказал, процитировав начальство. Роман пожал плечами, сказал: без проблем, но завтра. Ну мне какая разница — главное нашёл на кого переложить эту проблему, которая не по моей специальности.

На следующее утро порадовался тому, что по словам, того же Романа, такого лютого храпа не было, ну или практически не было, и второй новости от него — он придумал, куда и как его деть, этот мусор. Ну придумал и молодец. Но ему придётся отлучиться с участка. Опять же не проблема — мне надо того же повара проверить.

Роман стоило доесть завтрак, прыгнул на служебный уазик и уехал в неизвестном направлении, а я достал бумаги и обратился к повару:

— Ну начнём «считаться»?

— Да без проблем — ответил повар Александр Михайлович. В принципе проверить кухню проблемой большой не было. Повар был старой закалки, всё было по уму, отчёт был полный: всё велось как положено, проблем с этим не было, порции выдавались также, запасы примерно соответствовали тому, что должно быть… В общем, всё без лишних проблем. Инвентаризацию кухни провели с блеском.

Роман появился после обеда в сопровождении «крана-воровайки» и пары грузовиков. Те загрузили битые элементы бетонных конструкций и уехали. Вид у мастера был довольный. После выяснилась причина — он это всё, что требуется утилизировать, и это не дёшево, продал! Блин, я как-то не сообразил про такое решение вопроса. Поэтому с ним не договаривался о возможности доли но… Не стоит «жлобеть» — я свою премию от руководства и так получу, а парень решил ненужный «головняк» и даже заработал. Ну что можно сказать — далеко пойдёт. Ему в шутку посоветовал и обычный мусор продать. Я-то пошутил, а он явно задумался. Посмотрел на его задумчиво лицо, хмыкнул и поинтересовался насчёт продолжения инвентаризации. Он сказал, что «за», но сначала надо пообедать.

***

Вечером после бани перед сном, я смотрел на бумаги — на половину готовой инвентаризации, но от уже имеющихся результатов и впадал в прострацию — я, конечно, не из отдела ПТО, но чётко видел впечатляющие объёмы материалов, идущие «краснотой». То ли начальник участка дико сэкономил на мосту и получил просто горы материалов, то ли когда рассчитывали мост, кто-то допустил ошибку, и начальник участка явно собирался этим воспользоваться. Мне в общем, без разницы — главное — пересчитать и опечатать.

Следующие пара дней ни особо отличались от обычных трудовых дней — куда ни сунься «краснота» — так не любимый мной ГСМ — излишки, элементы конструкций: крупные болты и гайки — «краснота». Да блин, даже по электродам для сварочного аппарата — три мешка «красноты» Ещё и один из сварочных аппаратов нашёлся. Посмотрев по бумагам — не нашлись, только два аппарата. Похоже, ушли «с концами».

Но это всё была лирика — эти пересчёты-расчёты утомили ужасно. После ещё пару дней все оформляли, и в разговоре про «между прочим» выяснился интересный факт: начальник участка, бросив мастера на хозяйстве, ничего толком тому не объяснил, ещё и заставил того отдуваться на сдаче этого моста, а до этого по мелочам откровенно подставлял пацана, заставляя того в документах по списанию ставить подписи. Ну понятно хотел прикрыть свою «ж» пареньком, а когда парень понял происходящее, было поздно — в нескольких бумагах уже стояла его подпись, и вот сейчас парень все понимая про это и рассказывает. Ну запись разговора переслать шефу не проблема. Нехорошо, конечно, без предупреждения записи делать, но в данном случае — мастер только в выигрыше, по крайней мере, если будут те разборки кое-кто не сможет «погреть руки» и подставить парня.

В вечер же перед отъездом, после того как заверил бумагами и печатью передачу под охрану сторожам всех материальных ценностей, произошла какая-то фигня непонятная или правильней сказать «паранормальная». Все подумали даже на то, что это призраки — на сопке возникло много полупрозрачных фигур, которые двигались вперёд-назад, да и присмотревшись создалось ощущения городской улицы, как будто люди вели обычную жизнь. Постояли, посмотрели на это, позвали всех, кто есть на участке. Глаза у всех были очень большие. Некоторые крестились. Странное явление и напоминает хроно мираж. Видел бы только я, мог бы подумать на сумасшествие или очередную грань «способностей», но тогда другие люди не видели бы, но видели все. Всем стало не по себе, но никаких более странных вещей не происходило. По первому времени. Массовое помешательство? Вряд ли. Посидели в столовой — по выдвигали версии, что это такое.

Более всего это походило на подобный хроно мираж в Греции, где когда-то сошлись в бою два войска. Но там, как сказал один из побывавших туристом рабочий, звуки доносятся, тут же немое кино. Возможно, просто мираж. На предложение сходить на сопку и убедиться добровольцев не нашлось. Я хоть и не ощущал беспокойства, но желания идти по глубокому снегу и проверять тоже не появилось. Пообсуждав странное явление, плюнули на это дело и разошлись по вагончикам спать.

Наутро было странное продолжение, но и непонятно это имеет отношение к вчерашнему «явлению» или нет: недалеко от моста, и от въезда на территорию вахтового посёлка лежала пачка бетонных плит. На них что-то сидело. Странное и переливающееся оттенками зелёного цвета, серого и чёрных цветов, нечётких очертаний. Желающих и тут идти проверять не нашлось. Оставшийся за старшего мастер участка приготовил на всякий случай ружьё.

— Это похоже на «василиска» из легенд — сказал Роман и зарядил ружьё. В окно столовой смотрели все и прикидывали, чем отбиваться в случае чего.

Как он там сумел рассмотреть и понять, чего там сидит, никто не понял. Я уже перебирал свои странные способности, думая, чем «приложить» «это», если оно полезет в столовую. Ничего придумать не успел — «это» исчезло. Убедиться воочию, с близкого расстояния желания никто не проявил.

Я же перекусив, собрался и с радостью встречал вахтовый автобус, как и часть мужиков с участка — уехать хотелось вообще всем. Но увы, как потом объяснять руководству причины, почему все сбежали, никто не мог. Водитель вахтового автобуса сказал, что ничего странного нету — он сидит высоко и подъезжал немного с другой стороны и ничего не видел — никаких следов. Загрузившись в этот транспорт, я выдохнул и с большим облегчением покинул это странное место.

Автобус был загружен пассажирами — мужиками, едущими на меж вахтовый отпуск. Это персонал баз с неликвидированных участков.

Мне же предстояло подумать обо всём теперь более подробно, особенно про мои «семейные отношения», да и утренние впечатления оказались очень «бодрящими» — вернули на грешную землю. По дороге обдумывал всё это и пришёл к выводу, что-то «неведомое существо» на плитах, скорее всего, что-то на вроде фантома — следов-то на снегу не разглядели. Мысленно отдал должное тем, кто остался на участке — суровые мужики, всё-таки это и меня впечатлило. Ощущения шли странные, не понятные, вроде и опасности не было, но проверять не захотелось — мне бы с имеющими странностями разобраться надо, а тут ещё и «такое». Благо дальше ничего такого по дороге не попадалось. Когда появлялась связь, отзванивался на участок — всё ли в порядке и не появлялись у них опять каких непонятных «явлений». Ничего такого не появлялось больше. Постепенно я успокоился — ну мало ли чего в тайге встретить можно?

Так что если «это» пропало и никто не пострадал, то всё нормально. Взялся анализировать всё увиденное и пережитое в этой поездке — слишком много странностей на одного меня.

В целом дорога как бы располагала к размышлениям — благо при хорошем раскладе буду вечером дома. Ещё была небольшая мысль-сожаление, что нормального фотоаппарата у меня с собой нет: впереди открывались умопомрачительные пейзажи.

Глава 22. «Жизнь бывает разная»

И жили они долго и счастливо.

Когда разошлись.

(Считается анекдотом)

или

Вышел ежик из тумана

Выпил водки пол стакана

Вынул ножик, колбасу-

Хорошо в родном лесу,

Тихо песню затянул

О несбывшемся всплакнул

Посмотрел в пустой стакан

И опять ушел в туман.

(всё взято с АйДаПркол)

Зимние пейзажи за окном сменяли один другой впечатляя своей величественной красотой, а я посетовав в очередной раз на отсутствие нормальной фототехники, попытался воспользоваться своим телефоном. Но у него с камерой не очень хорошо обстоит дело и разрешение не то, да и с передачей цвета плохо. Сплошное разочарование. Плюнул на попытки запечатлеть пейзажи, стал обдумывать свою поездку, которая близиться к своему логичному завершению, при этом отмечая места, которые, несмотря на запорошенность снегом, стал узнавать. Да и так мне в целом было интересно, какими такими маршрутами и окольными путями двигались те или иные водители нашей организации, иной раз объезжая те или иные препятствия на пути по очень замысловатым траекториям. Но все возвращался мыслями к тому странном явлению, которое похоже ближе всего даже по внешнему виду к «сердцу». Все ни как оно не шло из головы. Не ужели это было то самое «Сердце мира»? Но ответ я вряд ли когда получу, хотя не стоит зарекаться. Еще мысли периодически съезжали на мою не благоверную жену. Даже пару «картинок» увидел не самого приятного содержания. Захотелось плюнуть. Можно и в нее, при случае.

Сделать, что-то не хорошее ей желание было, но… Она носит ребенка. Да и если применю кое-то из того что периодически нашептывая предлагает «голос» то последствия будут катастрофические. И даже обещания богатства и власти не отменяют этого. Знать, но все равно сделать? Что-то не тянет. Народу в автобусе было не много, кто-то тихо переговаривался, но в основном народ или молчал или просто спал.

У меня тоже стали появляться мысли подремать, как вдруг напала икота. Потом почувствовал боль в сердце, только не остро, а так, как бы отстраненно, практически так же как когда чувствую чужую боль. Судя по всему кто-то меня поминает матерным словом. Причем ни хрена ни тихим. И тому человеку плохо. Ну мне как-то «до фени» — их проблемы, этому кому-то плохо, а он ещё и материт меня. Потом еще пошло ощущение по мимо этого, темной злобы, увидел мини видение с мордой Гузова, потом резко поймал сладковатый запашок покойника и боль с запошком пропали. Хм, нечто похожее уже было, не ужели засранец «согнул сандалии»? Ну если и так — не мои проблемы, я тут не причем, сколько ещё таких будет? Это ж как надо было злиться что б от этого отправиться в мир иной? Ответа не было.

Икота осталась. Подумал достал воды попил. Решил про себя — все равно узнаю правильно понял или нет-это мне показалось или он реально «отъехал» в мир иной.

Взялся «скидывать» прилетевшие не хорошие пожелания в мой адрес, ощущаемые как очень не приятный «дух», списав для соседей по транспорту процесс «скида» на минералку. Полегчало.

Меня больше беспокоила моя ошибка, когда я почти поддался эмоциям, в последний момент спохватился.

А так старался отогнать грустные мысли. Наблюдая проплывающие пейзажи за окном. Как увидел самый натуральный мираж: берег моря с поселком далеко почти на горизонте. Увидел не я один, но и заснять ни кто не успел- все истаяло быстро. Появилось предположение это из-за мороза и кристаллов льда высоко в небе- сработали линзой показавшей нечто находящееся на другом конце земли. Ну другого вменяемого объяснения не было. Пассажиры вахтовки по удивлялись, да успокоились. Это было очень интересно, но все сильно устали за последние месяцы и долго впечатляться просто не было сил.

Подумав не много об увиденном вернулся к делам более насущным- по не многу, начал готовить план своих дальнейших действий, как на работе так и дома. В том числе и с пониманием и самообучением управления способностям доставшимся мне от «Сердца мира». О том, как будет нелегко и так понял- уже и на мир смотреть начал иначе, причем сам не понял как и когда изменился. Теперь человека оцениваю не только стандартно, но и по ощущениям, в том числе и по болезнями, которые у него есть, и даже по его «духу». Я понял, что по мимо рабочего «духа» человека, говорящего о его профессии, есть еще и так сказать личные- плохой и хороший, когда злится и кода благодушно настроен. Если даже хороший «дух» не приятен, и отвратен, то это много говорит о человеке. А так же о том какие вещи ему будут нравиться- плохой человек хорошее терпеть не сможет. Не вольно вспомнилась пословица: «как черт от ладана бежит». В языке и пословицах действительна скрыта мудрость поколений. А ведь точно — сектанты не переваривают запах ладна, так получается кто в них сидит? Учитывая все пережитое мной и такому не удивлюсь.

Мысли текли лениво, позволяя строить логические цепочки не спеша, как вдруг, проехав перевал увидел кенгуру скачущего вдоль дороги. От неожиданности зажмурился. Открыл глаза посмотрел- нет реально скачет, блин, кенгуру!

Едущий в соседнем кресле мужик, посмотрел на меня, на мои глаза, как я ловлю ртом воздух похмыкал и объяснил:

-Не удивляйся, это не ты «погнал» и не твоя «кукуха отлетела», это реально кенгуру, тут на перевале уже не первый год, каждый раз застревают то циркачи то еще одни живодеры, этих, блин как их? А вспомнил зоопарк- индифферентно проводил взглядом бедную скачущую животинку мужик, продолжая говорить- то у одних то у других кто-то сбегает, вот кенгуру опять сбежал, я когда первый раз увидел кенгуру у нас в тайге, потом пол года не пил, думал «белочка» «тук-тук сделала» в смысле пришла, покопайся в инете там много таких записей, если интересно…

Дослушав кратенький рассказ мужика, я выдохнул- получил мини встряску. В инете «копаться» нет желания сейчас вообще. Хотя вот реально чего впечатляться? Ну кенгуру. Ну в тайге. Ну зимой. Это же Россия-матушка, тут и не такое бывает.

Приложил руку к лицу покачал головой и выдохнул-последняя «капля впечатлений» выбившая меня из «колеи» .

После мысли не желали спокойно идти своим чередом прыгая как-то кенгуру то к одной теме, то к другой. Да еще эта зараза свалившая, бывшая жена, похоже решила мне сделать гадость, да не одну, из своего извращённого устава «прекрасного», в смысле «подлючности» — это я ощущал чётко и «зеркально». То есть хотелось ей сделать подлость, а я ощущал те же желания, но в ее адрес. Такими вещами в том виде какие представлялись не занимался, и вывод был однозначен-ее мысли были направленны на меня.

Зашибись! Изменяла она, а виноват по ее мнению я. Но по факту виноват в том, что меня не получилось обобрать, вот и злиться. Или по другому поводу? Не разобрать, и это странно, значит есть и другие причины. Наступит день-узнаю.

Блин! Чувствовать чужие мотивы еще та странная способность. Потом все-таки успокоился и ехал предвкушая тот миг как зайду домой. Все равно это мой дом. Увижу родных и своих любимцев пернатых. Немного задремал, на пол часа пока меня не окликнул водитель со своего места- решил высадить недалеко от дома моего, что б не заезжать во двор многоэтажки. Вести меня в офис сегодня нет смысла- вечер уже на горизонте.

Вот не думал, как буду возвращаться в этот городок и с таким чувством- мне он в еще в детстве с первого взгляда не понравился, когда меня в него привезли. Но увы: жизнь сложилась как сложилась, и сейчас даже рад его видеть. Прям эмоциональная аномалия какая-то, мне этот город обычно сильно не нравиться.

На переезд же нужны деньги, я конечно заработал нынче не плохо и можно было бы попробовать съехать отсюда, хотя буквально чувствовал -все уйдет на суды. Не приятное чувство. Да и горечь осознания разбитых надежд на семью тоже не добавляет оптимизма.

Девятый этаж, наша квартира и порог дома моего. Кто-то приходил явно попытался «энергетически» и пожеланиями нагадить на порог- увидел видение- какая-то баба чего-то сыпет и шепчет, проклиная живущих в доме. А какая причина- вопрос себе и своим ощущениям? Ответ простой и банальный -мразь делая плохо другим пробивает природную защиту и начинает «пить» хорошую энергию от чего чувствует себя прекрасно. Это похоже не «заказ» бывшей.

«Сделал гадость -сердце радость?» Похоже оно самое. Присмотрелся и действительно какая-то земля насыпана. Хм. Ощущения. Могила человека, которого она же и заморила. Подумал и мысленно начал это все собирать прилагая силу которую потянул с источника. Глушить отрицательные эмоции. Поучилось собрать и не впитать. А теперь комок негатива вернись-ка хозяйке. Комок исчез. Через минуту пришло ощущение подъема настроения и прироста сил «источника» в груди. Принцип работает в обе стороны. Ну что ж не только они могут делать гадости. Пришло ощущение- понимание- возвращение «гадостей» тем кто их сделал не возбраняется. И поощеряется?! Возбраняется атака первым, хм. Похоже то самое про что говорил плотник, только там было образное «подставь другую щеку», как раз про это, а не про физическое воздействие. Энергия агрессора истощиться и поглотиться защищающимся. А ведь точно, если вспомнить нюансы — разбойник, который Варава, в одиночку грабил караваны с вооруженной охраной, из легионеров, походу он их «гасил» «энерго ударами», а тех кто ещё был жив, но уже не в состоянии защищаться просто добивал в рукопашную и потом забирал все, что нравиться. Но со временем ему попался на пути тот самый плотник, который знал нюансы, и пытался объяснить их всем. По сути это специфическая самозащита. Самому первому лучше не атаковать, да и не факт, что получиться. Похоже ещё имеет значение специализация. Что-то мне это напоминает, сам принцип. Точно — айкидо-чем сильнее тебя атакуют тем сильнее получат урон атакующие. Надо будет поинтересоваться автором этого искусства, есть интересные подозрения.

Я встал у дверей- какие мысли не к месту порой в голову лезут: мне пришло осознание того, что пусть не явно, но я рисковал жизнью в поездке. Да и так людей беспринципных называемых «людьми» лишь по недоразумение, всегда и везде достаточно, и самое главное- уже ощутил отзвуки боли, которую похоже только испытаю.

Дома родители встретили меня почти радостно. А вот и то от чего «почти, но не радостно» и так понятно- моя бывшая жена ускакала в Хабаровск «нагадив» как могла. И им в душу тоже, они то к ней как к дочке отнеслись.

На душе было на редкость погано и перед родителями стыдно, за то что привёл как жену в дом такую…

Ладно, не стоит ругаться, даже мысленно.

Пошёл помыться, переодеться и разобрать вещи. А после попить чаю и послушать новости.

—Ты изменился — уехал один, а приехал другой, — сказал отец мне, — твой взгляд стал другим.

—Знаю, — ответил я, думая о том, рассказывать или нет о некоторых нюансах поездки, но родители начали рассказывать новости в подробностях.

Новости были ещё те, хотя и известные, но вот подробности… Эта уже бывшая жена целенаправленно морила моих любимцев голодом и жаждой, хорошо, что родители поинтересовались живностью. Чувствовал — она этим не ограничится.

Пока лазил по комнате, ища «западло» от бывшей жены, обратил внимание на бегающих тараканов, которых раньше столько не было. Бывало, конечно, как потравит кто внизу, так они и приходили, но не в таком количестве. Просто почувствовал, понял: кое-кто, уезжая, оставил «мину»: начал искать причину. Облазил всё, залез в дальний угол под кроватью. Чуть не блеванул — какой же она мерзкий человек! — свернула свои использованные прокладки в сумочку, которую ей подарил, и запихала сумочку туда, оставив её приоткрытой. Захотелось её прибить. Кое-как сдержался, чтобы не попробовать номер с «духом злобы» — да и как бы мерзко это ни было сделано ей, она носит ребёнка. Несмотря на все умения и ощущения, появилось подозрение насчёт того, что, может, и не моё дитя.

Мама начала уговаривать поехать за дурой — какая бы она ни была, но всё же жена. Только вот я её по телефону уговаривал, и слово своё сказал: уедет — может не возвращаться. Да и так всё стало понятно — как она поняла, что квартира записана не на меня, так и начались «номера». Другие причины всё ещё непонятны, но нечто абсурдное.

Всё это понял, когда сидели на кухне и говорили за чашкой чая, после принятия ванны с дороги. Хоть и хотелось спать, но надо было составить всю «картину событий». Мне со своими близкими хотелось поговорить. По результату, ничем имеющаяся «картина ситуации» не отличалась от той, что я уже составил больше месяца назад. Разве только добавились подробности, вроде подлости с прокладками и попыткой уморить любимцев.

Вышли на балкон подышать воздухом и ещё поговорить — хоть и холодно, но вполне терпимо. Понемногу пересказывал свою поездку, без некоторых деталей, и пытался понять, что будет дальше, но дальше, в будущем, на годы вперёд, видел только кромешную мглу. Зашли, ещё чаю выпили да разошлись по комнатам.

Устало опустившись на кресло, думал о том, что и как будет дальше, но меня отвлекли:

—Ты как из клетки выбрался? — удивился я, глядя на своего самого старого певчего кенаря, откликающегося на кличку «Кеша», который прилетел ко мне и сел рядом на тумбочку. Я протянул руку. В общем-то, он не ручная птица — он сначала посторонился, отпрыгнув от руки немного, а потом запрыгнул на руку, чем сильно удивил.

Посмотрев на него, понял, что не всё так плохо, как кажется, и обратился к любимцу:

—Обижала она вас, простите меня, — повинился я своему любимцу, тот внимательно смотрел на меня, и не отпускало ощущение понимания всей ситуации им, потом в шутку спросил у него:

— Ну что, «повоюем» ещё?

Кеша утвердительно чирикнул в ответ и запел, пуская свои трели приветствия.

Эпилог

Не надо печалиться, вся жесть впереди.

(предсказание с просторов интернета,

взято с Pinterest, автор не известен)

Отоспавшись трое суток, пошёл на работу «сдаваться» — отчёты и бумаги сами себя не сдадут. Оказался в центре забавной ситуации, хотя не сразу понял, почему какой-то мужик мечется по всем этажам и вопит как анально потерпевший. Потом выяснилось — это начальник участка «Дурай», и через несколько часов, как я уехал с участка, он приехал во главе целой колонны КАМАЗов — вывозить навор. сэкономленное, а оно описано, пересчитано и опечатано. Не, шеф-то был доволен — такое количество материалов найдено, а вот этот начальник участка — нет. Пытался ещё что-то предъявить, да только был «отбрит» фактом, что надо было не с участка сваливать, а быть на месте, и вообще пусть идёт в ПТО и к шефу объясняет откуда такая экономия материалов.

Затем прилетела новость, подтвердившая мои догадки: Гузов отбыл в мир иной, говорят все время злился и матюгами поминал некоего ревизора, так сердце и не выдержало. Честно жалко его не было, но и других ощущений не испытывал тоже — помер и мир его праху. Мне то, какая разница, сколько ещё этих «Гузовых» будет на моём пути. Хотя ситуацию постарался обдумать и провертеть со всех сторон: он же не просто так дух испустил — от злости, как там присказка есть? Он умудрился на «г» изойтись без остатка, да? Угу, и мне «дух злобы», походу, от него прилетал и был завёрнут назад, вот он его и сгубил. Прям как в той притче. Вывод простой — с такими вещами лучше не шутить, и не пользоваться. Максимум — «завернуть» отправителю, пусть в своём «г» сами захлёбываются.

На работе дела по мелочи ещё были, но решил взять ещё несколько честных выходных — прийти в себя после такого длинного марафона. Да и следовало начать принимать меры к моей бывшей жене, чувствую, просто с ней не будет.

Первым делом нашёл знакомого толкового юриста — обрисовал ему ситуацию и заключил договор, дав небольшой задаток — судиться предстоит по ощущениям очень много и долго. После больше отдыхал и ходил, узнавал, что да как было с моей бывшей супругой.

По сути, посторонние люди рассказывали не самые лицеприятные подробности. Хотела работать — на тебе непыльная должность в турагентстве. Нет, ей надо было нахамить руководителю. Не хочешь в тур агентстве работать? Вот газета — она умудрилась и там «забить» и не выходить… Но это ерунда. А вот как называется, когда муж в командировке, а она шляется по городу до поздна с левыми мужиками? И она ещё мне «пальцы гнёт».

Наслушавшись «откровений» от очередного знакомого предпринимателя, стоял на остановке и думал, как я сильно ошибся с выбором себе пары. Мужик-то оказался понимающий, так и сказал -не я первый, кто так ошибся, его первая жена тоже оказалась ещё той штучкой и отжала у него машину и квартиру, в обмен на сына. И тот факт, что квартира не на меня записана- отнёс к плюсу, при этом сделав натуральное предсказание — поняв, что не получиться обобрать, она начнёт гадить из любого положения любым доступным способом. Забегая вперёд — он не ошибся.

Даже ситуация случилось чисто анекдотическая, стоило закончить с ним говорить — рядом на остановке женщина в возрасте, торговала цветами, как говорится анекдоты они из жизни:

— Купите цветы — обратилась торговка, у которой с утра не заладилось с торговлей, а цветы начали уже подмерзать.

— Мне не нужно — ответил я.

— Ну жене купите — обрадуется — не унималась она, пытаясь втюхать свой товар.

— Нет жены, ушла…

— Купите, вернётся — продолжила настаивать она.

— Да не дай бог! — с ужасом ответил я.

Потом уже понял, как это выглядело и почему расстроенная до этого торговка, прямо прыснула в кулак. Да и самому забавно стало.

Работать в организации какое-то время ещё продолжал, даже получилось провести ревизию на центральной основной базе, после семейные разборки и тяжёлый выматывающий труд всё же сказались на здоровье — пришлось идти на больничный и пару месяцев приводить сердце в порядок и банально ещё отдохнуть. Вовремя всё же пошёл.

За время пока был на больничном, а после, в отпуске, у компании начали образовываться проблемы в огромном количестве сыпаться на неё как из рога изобилия — я не сомневался последствия повреждения и в целом неуважительного отношения к священному дереву не заставят себя ждать. Но была ещё чья-то злая воля. Чья стало известно потом и кто главный вор в организации.

Сначала начались перебои с оплатой труда, дошло до того, что мужики начали проявлять «креатив» в вопросе «выдавливания» зарплаты — один притащил гроб якобы с тёщей и поставил под окнами компании, сообщив шефу её даже похоронить не на что, а там вон журналисты стоят — указал на группу людей с фотоаппаратами. Свою зарплату он получил из рук шефа сразу, а потом оказалось, что гроб пустой, а компания с фотоаппаратами — туристы, согласившиеся подыграть мужику. Другие шли более простым путём — беря материальные ценности в подотчёт, а потом не возвращали их в счёт зарплаты. Результатом всего стал арест имущества и счетов организации. А потом шеф сделал, нет, не глупость — ошибку: он решил дать взятку, что б снять арест с имущества. Девочка-юристка, повёзшая наличку из личных денег шефа, была взята с поличным и быстро сдала шефа. А потом и того, кто надоумил его на эту ошибку — главного бухгалтера организации Резную, которая внезапно за день до этого не появилась на рабочем месте и пропала со всеми деньгами с одного из резервных счетов, куда перекачивала все финансы последние три месяца. Налоговая и прокуратура слишком поздно нашли этот счёт — денег на нём не было, как и Резной ни в городе, ни в стране.

Шефу нужно было те деньги, что были у него в наличии, выдать мужикам в качестве зарплаты под подпись и арест был бы снят, но он послушал главного бухгалтера. Слишком сильно он во всём на неё полагался и слишком доверял ей. Шеф и юристка получили по восемь лет колонии общего режима. Резную, конечно, объявил в розыск, но с теми деньгами, украденными ей, и тем, как наши правоохранительные органы обычно занимаются поисками — на справедливость можно рассчитывать только в исполнении Бога.

Мне же стало понятно, что организация на издыхании и зарплаты теперь точно не будет. Уволился и пошёл искать другое место работы, параллельно судясь с бывшей женой, которая, задействовав свои связи в Хабаровском роённом железнодорожном суде, пыталась пустить меня по миру — судья, не иначе её подружка, писала такие постановления и решения, что у юриста глаза из орбит лезли:

— Я не говорю про административный кодекс даже они там хотя бы процессуальный открывали?! — прокомментировал в сердцах Юхименко в очередной раз ту «лабуду», присланную мне из суда, там, по его словам, был полный бред понаписанный в решении, и то как: со всеми мысленными и не мысленными нарушениями. Впору было на здании суда повесить баннер: «Мы князья, судьи, что хотим-то и воротим!» В итоге возникло подозрение на сговор, и заинтересованности судьи лично в результате, но не может же быть она такой безграмотной и безмозглой, что б такое и так «выносить»?! Или может?

Попытки перевести суд по месту моего проживания тоже ничего не давал — как хорошо, когда судья свой человек. Плохо, когда он, а в данном случае она, чужой человек. Но когда материалов по бредовым постановлениям накопилось достаточно, всё это было отправлено в Москву во все соответствующие инстанции, как итог судью по фамилии «Урюпа» заменили на другую более адекватную и грамотную по фамилии «Черникова».

После был уже нормальный суд, а не судилище. Да и в целом судья на заявления бывшей супруги, делала ну очень большие удивлённые глаза, было с чего, такое нести в суде. Особенно запомнилось заявление бывшей супруги на вопрос судьи:

— Так почему хотите развестись? — спросила судья у неё и у меня.

— Слишком он хороший! — возмущённо заявила эта бывшая «супруга» — не пьёт, не курит, не гуляет! Такой хороший, такой правильный, аж тошнит!

— А надо, что б пил, курил, гулял? — глаза у судьи уже были откровенно круглыми, моя же сестра, не выдержала и добавила не громко, но чётко слышно:

— И что б морду бил...

Бывшая супруга же, похоже, судью расслышала, а мою сестру нет, и ответила утвердительно:

— Да, а то скучный он слишком — секретарь даже прыснула в кулачек.

Судья, глянув уже не на меня сочувствием, на мою сестру, обладала уже глазами абсолютно круглыми от удивления.

Я же сказал, что брак с ней был большой ошибкой, и платить алименты буду только при условии генетической экспертизы…

Описывать всё остальное нет смысла, судья, сделав свои выводы, своим решением развела нас, а также назначила экспертизу, а после и адекватный размер алиментов, привязав их к прожиточному минимуму, а не так, как хотела бывшая благоверная — сотнями тысяч в месяц. Это блин с официально безработного. Прекрасно понятно было — вопрос был не в деньгах, а в попытке потом упечь меня в тюрьму за неуплату алиментов. Предыдущая судья в своих постановлениях ставила неадекватные размеры алиментов, как говорят «от фонаря», которые, я и в лучшие времена, не смог бы платить. Но облом есть облом. Не в последнюю очередь благодаря юристу. Хотя и дорого это обошлось, но, по сути, выиграть суд получилось, отчего эта ядом плевалась в мой адрес и адрес судьи. Ещё и начала потом ребёнка прятать. Поплевавшись на этот идиотизм, понял, что повлиять на службы типа ПДН, что бы эту дурь прекратить не выйдет — начиная от отсутствия прямых доказательств и заканчивая пофигизмом самих служб. Увы, я не губернатор и даже не мер, что б при моём появлении они начинали с ходу суетиться. Правда, конечно, всплывёт, но будет это нескоро.

***

Способности, же ставшие личным благословением и проклятием одновременно, продолжили развиваться, открываясь с новых граней, позволяя заглядывать в суть событий более глубоко и помогая выжить. Но иногда давали информацию, с которой вообще непонятно, что делать.

Чем дальше, тем больше становилась понятна так называемая «мистическая» подоплёка и изнанка мира — реальные причины тех или иных действий, понемногу и по чуть-чуть, но получив этот очередной кусочек этого «пазла» становились логичными и предсказуемыми. Становились понятны и предсказуемы действия людей, но главное — причины действия, до этого не всегда ясные. Причём это касалось как абсолютно бытовых моментов, так и более глобальных вопросов. Особенно стало понятно, что такое секты — во главе сект всегда стоит тот, чей принцип по жизни «сделал гадость — сердцу радость», и зачастую они все понимают и чувствуют, иссушая души людей и тем самым убивая, они извращают древние тексты и знания, прекрасно понимая сделанное ими, тот вред, который несут. А после безмозглые рабы бегают с книжками по улицам, привязываясь к людям с ними, или прыгают по команде на площадях, или… Да много чего, на что хватит фантазии хозяина. По сути, эти иссушенные личности для этого и бегают — не только завлечь, но и выпить силу человека, затуманить его разум, продлив свою агонию. А после — они отработанный материал, который выбрасывают, или «расходуют».

Если знать, как смотреть, чётко видно — пока один собеседник втирает про «некоего бога» на улице, второй подключается к энергии человека, а там энергия бежит за океан, к тому, кто называет себя богом, но им не является. Он легко может дать команду последователям и не вслух, делать то или иное действие, творить любую дикость. Ещё интересным моментом наблюдения было неспособность у этих «проповедников» и их невозможность терпеть ладан, и страх перед православными иконами. Особенности про которые я слышал, но теперь ещё и понимал «почему».

Дальше по телевиденью наблюдал, что может натворить такой «самозванный недобог» «дёргая за ниточки» — люди скакали по команде, разрушая свою страну, а его типа «пастырь» служил «передатчиком-ретранслятором», прямо как в радиотехнике. Поиск информации по таким личностям привёл к старинному бестиарию, чётко дающему ответ, как называются такие «личности».

Забавно, всякие несведущие люди восприняли это как сказки и переиначили, наделав фильмов, явно забавляющих тех, кого называют в бестиарии «Носферату». Когда при СССР Рокфеллера и остальных называли упырями, они даже не понимали, насколько точно дали им определение. У любого упыря, даже такого могущественного, всегда есть хозяин, который остаётся в тени, кукловод. Ну что же, и на такого кукловода можно найти управу. В данном случае этот сам себе нашёл «приключений» на задницу. Не иначе от раздутого самомнения, решил «побадаться» с теми, кто на иконах изображён, не с изображениями, как другие не адекваты, а именно, с теми личностями... Изощеренный способ самоуничтожения. Этот англо-саксонский кретин, умудрился получить по «мозгам», судя по всему, от кого-то из архангелов лично — ему голову буквально порвало. Все, кто реально способны были ощущать тонкие колебания и прочие «паранормальные движения энергий» это почувствовали, но не все поняли, что это было.

Другой вопрос, что на место «кукловода» найдётся масса полудурков, но это уже другой вопрос и утверждение. Эти «пауки» передерутся и перекусают друг друга, пытаясь занять место «хозяина», тут как говориться «к гадалке не ходи». Но всё равно, равного тому монстру уже не будет, да и главное — не давать им «отжираться на душах», а то любят они развязывать бойни да побольше. Подтверждение тому, что ощутил и понял, наблюдал через некоторое время — то самое шоу с обвинением Москвы в действиях, подорвавших мощь США — кончина «Носферату», с его ближними это начало конца гегемонии, от которой «марионетки» истериковали, но чётко об этом не говорили. Они даже натравили уже своих марионеток на церковь в ближайшем зарубежье, думая, что это им как-то поможет... Безмозглые идиоты, только от этого хуже им и будет, если такую разожравшуюся тварь, которую они считали богом, кто-то прикончил щелчком, то их подавно прикончит — наличие или отсутствие храмов не влияет на факт наказания и наличия того, кто это наказание приведёт в исполнение. Ответ всегда «прилетает»: и исполнителям, и заказчикам. Главного мастера «по оттягиванию ответок» не стало, и теперь им будет больно за всё, что они творили, как думая безнаказанно. Чем дольше они благоденствовали на чужих костях, тем сильнее и страшнее будет им удар. Я не знаю только одного — находил этот мерзавец ту же «штуку» или нет, может, что другое было, но знаю точно- свой выбор он сделал давно и стал нелюдью в человечьем обличии осознанно, купившись на посулы врага людей и повернул все необычные силы и способности исключительно во зло, за что в итоге и поплатился. А я решил сделать выбор иной — не захотел терять человечность, пусть и без возможности взять жизни врагов и без миллиардов или триллионов на карман мне, обещанным этим древним злом, но зато без таких «приключений»: толку от этих миллиардов тому кукловоду? Не помогли. А смерть — это не конец, это я чётко прочувствовал в тот самый момент и то, что ждёт такую «тварь», как «Носферату» там, даже словом «ужасно» не охарактеризуешь, ужас без конца. Так что выбор был очевиден. Но по итогу всплыл ещё один вопрос: зачем, мне всё это надо было узнавать? Толку от этого знания и понимания ситуации никакого. Вот что с этой информацией делать?

***

По прошествии многих лет вспомнил «ряженных», встреченных тогда на дороге, и пожалел, что не отзвонился куда надо, но разве они приняли бы тогда меры? Ведь сначала эти ряженные «туристы» разведывали территорию, а потом проезд новых таких «туристов», так начинались вспышки ковида.

На личном же фронте стало всё ещё глуше, чем до этого. Даже иногда вспоминал и перебрал свою жизнь, где сделал ошибку или не увидел чего, вспоминаю ту или иную девушку.

С работой всё было так себе — городок не просто так местные называют «филиалом Львова» — если ты не «западенец» и не какая сволочь, хающая Россию, с большой долей вероятности, ты никуда не устроишься на нормальное место, в отличие от всяких по десять или двадцать лет назад живших за границей и только хаявших страну, а после вернувшихся. Поэтому приходилось устраиваться в организации, работающее вне городка.

Единственное, что меня смущало — сны про войну, которые становились все чаще и страшнее. Считал, что это всё иносказательно — как же я ошибался, но это уже была совершенно другая история…