Загонщики Смерти

Глава 1

Ощущение неправильности появилось еще на подходе, хотя с виду дом был самым обыкновенным, и двор тоже: пара лавочек, песочница, клумба от одного подъезда до другого. Вот только на лавочках не гомонили подростки и не дежурили бдительные старушки. А на огороженном половинками кирпичей участке дружно зеленели аконит, белена и болиголов.

Адрес был верный. Витоль уже дважды сверился с обрывком тетрадного листа, в который приятель завернул ключ. Сказал, место проверенное, соседи в чужие дела не лезут и точно не выдадут охотникам, если те вдруг выйдут к дому.

Витоль скосил глаза вверх; надвинутый поглубже капюшон не позволил увидеть здание целиком, но ничего интересного все равно не попалось на глаза. разве что… На уровне шестого этажа воздух слегка «плыл», как рядом с пространственным карманом.

Почему Витоль никогда не слышал об этом месте? Может, здесь ему и правда удастся скрыться от судьбы. Если легенда не лжет, за ним придут двое: человек и вампир. Тоже вампир. Вот почему так сложно спрятаться от этой парочки – бессмертного не так легко провести, как охотника-человека.

В лифте слишком воняло не то оборотнем, не то кошкой, пришлось подниматься по лестнице. Витоль из любопытства принюхивался первые четыре этажа, потом надоело. В некоторых квартирах и правда жили люди, но дверей, скрывавших его собратьев по миру сверхъестественного, было больше. Кажется, двумя этажами ниже его нового пристанища обитала русалка.

Витоль запер за собой дверь квартиры и пару минут просто стоял, прислушиваясь к звукам дома. Внизу хлопнули дверью, справа женский и мужской голос выясняли, кто забыл купить молока.

Короткая прихожая вела в комнату с диваном и телевизором, за ней находилась небольшая спальня, справа от входной двери – тесная кухня. Он положил на тумбу у дивана ключ, выложил из кармана новый смартфон со свежей симкой. И, держась в тени портьеры, уставился в окно.

Вид окутанной поздними сумерками улицы вызвал неприятные ощущения, подталкивал отойти от окна. И тут Витоль заметил странные значки на раме. Не вид – отталкивали специальные руны, вырезанные по кругу и сделавшие окно таким же непроницаемым для всей нежити, как стена.

Интересно, эту защиту нанесли от того, что могло ворваться внутрь или вырваться наружу?

Витоль выиграл свое бессмертие в карты. Ему не везло весь вечер, но под конец каким-то чудом удалось сорвать банк. Его обратили там же, в коридоре, за тонкой стеной зала, где другие еще пытались урвать шанс на вечность. Прошло почти двести лет, изменилось все: города, транспорт, одежда, но он до сих пор верил, что ему невероятно повезло в тот далекий вечер.

А теперь по его следам идут те, кого не удивить нечеловеческой силой и ловкостью. От кого не уходил еще ни один вампир, ставший их целью. Но Витоль верил, что мог. У него было, что предложить взамен своей не-жизни.

Мимо его двери протопали двое с тяжелой ношей, которая брыкалась и мычала, пытаясь позвать на помощь через кляп. Шаги ушли наверх и пропали. Ни одна дверь не хлопнула, никто не побежал следом с криками: «Что вы делаете? Отпустите ее!» Витолю показалось, что несли женщину.

Хорошо, значит, ему никто не помешает поохотиться прямо в доме, когда придет время.

Он снова посмотрел во двор. У единственного фонаря рядом с его подъездом затаилась тень. Даже острое вампирское зрение не помогло понять, кто прячет лицо под капюшоном черной куртки. Вдруг тень отделилась от столба и шатающейся походкой двинулась к соседнему дому.

От сердца отлегло. Витоль сжал кулаки и от души выругался шепотом. Гады охотники уже портят ему все! Заставили вспомнить, что у него есть сердце!

В дверь уверенно постучали, и столь нелюбимый Витолем орган ухнул в желудок. Кто бы ни был по ту сторону, это не желанные гости – Витоль никого не ждал.

Он же только вошел в квартиру, как они его нашли? Неужели шли следом, а он не почувствовал? Что за маскировка такая? Или приятель…

Витоль не успел додумать – дверь с грохотом упала внутрь квартиры, и по ней, как по ковровой дорожке, прошли двое. Оба высокие и темноволосые. Мужчина в старой шинели тут же сунул нос на кухню и за дверь ванной. Он двигался плавно и абсолютно бесшумно, и его скольжение в пространстве наводило на мысль, что именно он – вампир. Но Витоль ощущал в нем горячую кровь.

А вот от второго несло могильным холодом, и сейчас это не был комплимент. Вампир смотрел на мир с таким лицом, будто устал объяснять окружающим, что он не в настроении. В прошлой жизни Витоль повидал таких – аристократы. Темные глаза едва заметно отливали рубиновым цветом.

Человек вернулся и встал рядом с напарником.

– Он один.

– Знаю, я больше никого не чувствую, – ответил второй, не отрывая взгляда от Витоля.

– В прошлый раз ты тоже так говорил, – уголок рта человека едва заметно дернулся.

– Меня отвлек аромат крови, – огрызнулся вампир.

Человек досадливо цыкнул зубом, и на лице вампира заиграли желваки.

Надежда распустилась ярким цветком и поманила Витоля ароматом. Они не бросились сразу убивать, значит, шанс есть! Если эти двое не ладят, это можно использовать. Поманить откупом и поссорить их еще больше, потому что человек точно согласится – все люди жадные, это их природа.

– Я могу заплатить, – сказал Витоль, переводя взгляд с одного охотника на другого.

– Видел, один вышел из квартиры, но юркнул обратно? Лицо знакомое, – сказал человек так, будто не слышал Витоля.

– Он был в списке? – вампир почти заинтересовался, даже повернул голову в сторону напарника, но не стал оглядываться.

Зато перестал пялиться на Виоля, ему уже полегчало.

Человек на пару секунд задумался, опустив взгляд, и ответил:

– Нет.

– Тогда это не наше дело.

– Может, и наше. Это странно: я здесь чужак.

– Не только здесь, – колко заметил вампир и снова обратил внимание на Витоля. – Ты знаешь, кто мы?

– Я вам не дамся!

Витоль швырнул в них тумбочку, чтоб рвануть в спальню. Подвела незнакомая обстановка: пока он целился в дверной проем, вампир ушел в сторону и захлопнул дверь перед его носом. Позади грохнуло. Витоль вскочил на спинку дивана, прижавшись к стене всем телом. Человек вышел из-за дверного косяка, разделявшего комнату и прихожую. По нему и пришелся удар – рядом валялась разбитая тумбочка.

– Сдурел?! – возмутился человек.

– Ты его пугаешь, вот он и дергается, – сказал вампир с легкой укоризной.

– Хм. Ты признал, что я больше внушаю? Лады, – довольно отозвался человек, отряхивая побелку с рукава шинели. – Раз я главный, мы не уйдем, пока не спалим это место дотла.

– Ты не главный, – возразил вампир так, будто эта фраза набила ему оскомину.

– Но этот дом надо спалить.

Витоль пожалел, что залез на диван: теперь он был на самом виду у этих двоих. Стоило дернуться, оба тут же переводили на него взгляды, не отвлекаясь от препирательств. С другой стороны, Витоль все еще был жив и не понимал, ему уже повезло или это просто отсрочка.

– Ты представляешь, скольких это затронет? – вампир повернулся к напарнику.

Витоль спрыгнул с диванной спинки, и охотники не обратили на него внимания. Он сделал шажок к окну, еще один.

– И так пришлось потревожить приличных бессмертных, чтобы найти это убежище.

– Они бессмертные, им куда спешить? Выспятся.

Вампир закатил глаза и повернулся к Витолю. Тот замер на середине шага. Охотник нахмурился, но сказать ничего не успел.

Обоих мощным ударом магии толкнуло в спины и отбросило к самому дивану. Витоля задело краем, повалило на пол, где он и затаился. Вампир взвился на ноги лицом к новой опасности, человек вскочил всего мгновением позже.

В дверях комнаты появился новый незваный гость. Высокий, худощавый мужчина с белоснежной аккуратно постриженной бородкой. Для пенсионера он был еще свеж лицом, впечатление портили руки, слишком плотно обтянутые кожей. Массивные перстни только подчеркивали худобу пальцев. Глаза сверкали магическим лиловым светом, такое же сияние ореолом окружило кисти рук.

Увидев такого персонажа на пробежке в парке, Витоль не обратил бы на него внимания. А этот еще и был в спортивном костюме и кроссовках, которые не касались пола – бодрый пенсионер парил в воздухе.

– Это он, – сказал человек вполголоса, не сводя глаз с колдуна. – Из-за двери.

– Ну и круг общения у тебя, – заявил вампир, скривившись.

– Не ждал? В этот раз я нашел тебя первым! – заявил пенсионер и сделал пас рукой… в сторону вампира.

Витоль затаил дыхание, вспомнил, что не дышит, и все равно замер.

Сверкнул лиловый луч, в грудь вампиру вонзилось полупрозрачное копье.

– Ты!.. – вампир запнулся, будто на миг лишился дара речи.

Пенсионер нахмурился.

– Нежить, что ли? – спросил он и нахмурился сильнее. – Ты все равно должен был рассыпаться прахом.

– Смерд! – взревел вампир, вырывая из груди копье.

Оно тут же растаяло в воздухе. Пенсионер пошатнулся на своих парящих кроссовках.

– Как посмел поднять свою грязную руку на меня?! – разорялся вампир.

Пенсионер тут же метнул в него второе копье, а еще одно – в человека. Тот пошатнулся, но устоял на ногах. И вдруг прядь волос на виске начала выцветать, пока не превратилась в седину. Вампиру второе копье вонзилось в плечо, но он не обращал внимания, глядя, как меняется внешность напарника.

– Это что? – спросил он пораженно...

Витоль напряг все силы и рванул на согнутых руках к двери, отталкиваясь где коленками, где носками ботинок. Выскочил, оставив за спиной колдуна разбираться с охотниками. Да пусть хоть совсем друг друга поубивают! Главное, ему спастись. Спастись. Спастись-спастись.

Приговаривая так мысленно, Витоль пробежал по лестнице вниз пару этажей и вдруг замер.

Стоит выйти из этого странного дома, его снова найдут. А здесь слишком много нечисти, чтобы учуять его. Теперь никто не будет знать, где его логово, никто не сможет предать!

Он дернул ближайшую дверь. Заперто. Следующая и соседняя с ней тоже не поддались. Витоль скатился еще на один пролет вниз, снова рванул за ручку – открыто! В лицо пахнуло теплым влажным воздухом.

В прихожей было темно, но из-под двери в комнату прямо перед ним шел тусклый свет. Витоль приготовился к драке и пошел туда.

Кто бы ни был жильцом этой квартиры, Витоль разберется. Он готов на что угодно, чтобы спасти свое бессмертие.

Дернул на себя еще одну ручку… и замер. Перед ним была темная прихожая, манила полоска света впереди, у самого пола. Витоль пошел туда, чтобы открыть дверь и снова попасть в темную прихожую, откуда вела дверь, из-под которой шел свет…

***

– Как посмел поднять свою грязную руку на меня?! – крикнул Адам.

Он враз позабыл о присущем вампирам хладнокровии и о том, что уже несколько веков официально не является аристократом. Он терпел смертных, как раньше терпел крестьян: они были полезны. Но избегал любых прямых контактов. И ни разу Адам не был безрассуден настолько, чтобы привлечь внимание людей-охотников.

Теперь его почти трясло от злости. Во-первых, на него посмел полезть человек. Во-вторых, тот, кто даже не опознал в Адаме бессмертного. В-третьих, ему досталось из-за другого человека!

Пелена ярости застлала глаза, и Адам проморгал второе копье, брошенное проклятым колдуном. Боль от новой магической раны отрезвила ровно настолько, чтобы он увидел, как Джон обзавелся сединой.

По телу Адама прошла неприятная судорога. Не будь он уже не-живым, сказал бы, что кровь застыла в жилах.

– Это что? – спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Он гордился своей внешностью и мог бы рассказать, как сложно ухаживать за мертвой кожей, которая постоянно сохнет и норовит превратиться в пепел от малейшей дозы ультрафиолета. Но кому? Точно не напарнику, у которого на все случае жизни одно-единственное средство – барсучий жир.

Пока Адам в шоке глядел на седую прядь Джона и судорожно придумывал, как проверить свои волосы, ведь он не отражается в зеркалах, колдун снова метнул копье. На этот раз Адам уклонился, но оно летело и не в него.

Джон охнул от попадания в бедро, а вокруг его глаз мелкой сеточкой расползлись морщины.

– Эта дрянь вытягивает жизненные силы, – прохрипел Джон.

Он дернул копье, но то глубоко засело. Адам давно избавился от своего и потянулся помочь напарнику.

И тут увидел это.

Кожа на левой руке превратилась в подобие пергамента и покрылась пигментными пятнами.

Адам со свистом втянул в себя воздух одним бесконечным вдохом и повернулся к колдуну. Парящий над полом пенсионер ойкнул, заработал руками, выплетая новое заклинание, замахнулся…

Он опоздал на целое мгновение.

Адам метнулся к нему на пределе вампирской скорости. Приподнял и впечатал в стену, выбивая крошку штукатурки. Колдун успел только шире открыть глаза, увидев светящийся череп на запястье вампира. Адам сильнее сжал чужую шею, крутанул кистью – громко хрустнуло.

Он отпустил безжизненное тело и вытер руку о пальто.

Джон за это мгновение успел только выдернуть копье – а тело колдуна уже падало на пол.

– Ты?.. – начал Джон, но передумал, уже видя ответ.

– Надо быстрее тут заканчивать, – сказал Адам.

Посмотрел на изуродованную руку и сжал в кулак.

– У меня… – Адам повернул голову в одну сторону, потом в другую, чтобы Джон увидел оба виска.

– Что?

Адам не мог произнести «седина», просто не мог, так что просто крутнул кистью, указывая на проблемное место. К счастью, Джон не стал изображать непонимание.

– Нет.

Адам выдохнул и оглянулся.

– Где этот трус?

– Сбежал. Но вряд ли уйдет отсюда.

Джон распахнул шинель, подрагивающими пальцами расстегнул рубашку. На этот раз Адам не спешил поддевать напарника. А Джон добрался наконец до раны и довольно хмыкнул: дыра в плоти зарастала буквально на глазах, стягивалась прореха в коже.

Адам удовлетворенно кивнул. Значит, и ему не стоит беспокоиться о ранах, только о…

Он поборол желание снова посмотреть на пострадавшую руку. Вместо этого прикрыл глаза и сосредоточился. Особое вампирское чутье даст знать, где спрятался трус, втянувший их в неприятности.

Но сигналов было слишком много.

– Дохлый номер, – сказал рядом Джон. – Этот хмырь точно знал, где прятаться. Тут поможет только интуиция.

– Ты слишком самоуверен для смертного, – привычно огрызнулся Адам.

– Ты уже говорил.

Джон поправил одежду и вышел на лестничную площадку. Неторопливо достал из кармана шинели коробочку из розового пластика, выбил зубочистку и сунул в рот.

– Говорил и был прав, – сказал Адам становясь рядом и заглядывая в лестничный колодец. – Этот грязный смерд пришел по твою душу, значит, ты где-то просчитался. И откуда вы вообще знакомы?

– Пару лет назад…

Джон перекинул зубочистку в другой угол рта и тоже подошел к перилам, но посмотрел вверх. Опустил голову и указал на лестничный пролет, ведущий вниз. Адам хмыкнул, но начал спускаться первым.

– Пару веков назад, – исправился Джон, – он решил, что хочет владеть всем миром. Пришлось запихать его в ловушку. Думал, он вечно будет там узником.

– Только очень сильные чары не выдыхаются со временем, – заметил Адам, выходя на площадку следующего этажа.

Медленно повел головой из стороны в сторону, будто правда принюхивался. Сказал: «Нет» - и начал спускаться дальше.

– Видимо, так он и выбрался, – сказал Джон, внимательно следя за напарником.

Они спустились еще на два этажа и увидели приоткрытую дверь. Джон уверенно указал на нее.

– Серьезно? В первую открытую дверь? – пробормотал Адам, но тут же стал серьезным.

Чутье сработало.

Они с Джоном встретились взглядами, и Адам поправил рукав, прикрывая светящийся алым круг на запястье. Он почти ожидал подначку насчет пижонской одежды, но Джон промолчал.

Только сделал приглашающий жест.

– Ты же хотел во всем быть первым, – возразил Адам.

– А ты возражал.

Адам переступил порог и вошел во мрак, который нисколько не разгонял свет с лестничной клетки. Спасало только вампирское зрение, для которого не существовало полной темноты.

В паре шагов от порога лежал их беглец Витоль. Ноги подергивались, по телу то и дело проходили волны крупной дрожи, и так бледное лицо постепенно окончательно теряло краски. Сразу за поворотом на кухню и в дверях гостиной тьма была особенно густой, заглянуть внутрь ее не получалось.

Адам впервые видел бессмертного в таком состоянии, и ему категорически не нравились открытия этого вечера.

Воздух за спиной стал плотнее, и Адам вдруг ощутил облегчение оттого, что у него есть напарник. Разумеется, он не собирался говорить об этом выскочке Джону.

«Выскочка» отодвинул его плечом, достал щепотку чего-то вонючего из поясной сумки и развеял широким жестом, шепча так тихо, что Адам слышал лишь движение воздуха около губ.

Сгустки тьмы медленно истончались, как клубы дыма под порывами ветра. Но владелец квартиры прятался на самом виду – сидел на корточках на груди Витоля, скрытый невидимостью. Уродливый карлик с ненормально длинными пальцами и спутанной седой бородой не обращал внимание на гостей, его глаза вообще были закрыты. Незнакомец быстро перебирал похожими на бледных пауков руками, и, повинуясь этим движениям от Витоля к карлику тянулись тонкие светящиеся нити.

Владелец квартиры быстро вытягивал из вампира жизненные силы.

– Таких я еще не видел, – шепнул Джон.

– Плохая экология, ГМО, – меланхолично сказал Адам.

Ощутил, как напарник подобрался от незнакомых слов, поймал его недоуменный взгляд и улыбнулся одним уголком губ. Его статус кво был восстановлен.

– Что ж, подождем немного, и нам не придется ничего делать, просто нажать на кнопку.

– Задание другое, – возразил Джон.

Карлик был в каком-то подобии транса, но ощущал их присутствие: борода пару раз дрогнула, пальцы зашевелились быстрее.

– Какая разница? – протянул Адам.

Вполне очевидно, что тех, кто их послал, заботило только количество возвращенных душ. Кто попадет в рай, кто в ад, никому не было дела. Почему это должно волновать Адама? Чем быстрее счетчик дойдет до нужного числа, тем раньше он вернет свою бессмертную жизнь и избавится от общества Джона.

– Надо что-то сделать. Это же нечисть!

Адам приподнял бровь.

– Ты сейчас про кого: того, кто снизу, или сверху?

– Как я докатился до такого? – проговорил Джон, и такой шанс Адам не мог упустить.

– Учитывая колдуна, у тебя талант выбирать сомнительные компании.

– Да уж, – сказал Джон, смерив Адама взглядом, и с досадой сплюнул под ноги.

– Чего грязь разводишь! – раздался скрипучий голос.

Напарники с удивлением уставились на карлика. Тот открыл глаза, но пальцы продолжали свое черное дело.

– Он сам пришел, – проскрипел карлик.

– И ты его принял, как дорогого гостя, – насмешливо добавил Адам.

– Прекращай, – велел Джон карлику.

– А то что?

Джон полез за пазуху искать подходящий амулет для убийства нечисти, Адам же просто поддернул рукав пальто, показывая светящийся кругляш на запястье. Карлика будто порывом ветра смело с Витоля, обрывки светящихся нитей на миг повисли в воздухе и втянулись обратно в грудь вампира.

Тот медленно сел, покрутил головой. Нахмурился при виде карлика, но мигом отполз в его сторону, увидев Адама и Джона. Попытался встать, но сил не хватило. Джон шумно выдохнул, подхватил Витоля под мышку и вздернул на ноги.

От прикосновения охотника тот вдруг выгнулся, забился в крепкой хватке и с тонким стоном выдохнул черное облачко. Сердце тут же застучало, кожа порозовела, и бывший вампир шумно задышал.

Карлик тонко заскулил, съежился, прикрывая голову руками.

– Не надо, прошу, не надо, – залепетал он, в спешке глотая звуки.

Проскочил между ногами Адама и стенкой и был таков. Джон проводил карлика недовольным взглядом, но не стал отвлекаться на погоню, толкнул дверь в гостиную и повел туда Витоля.

Комната оказалась самой обычной: диван, шкаф, телевизор на стене. Но благодаря большому окну в комнату лился лунный свет, позволяя нормально видеть друг друга.

Джон усадил Витоля на диван и отступил на шаг. Адам остался стоять в дверях – он не собирался второй раз упускать беглеца и растягивать неудовольствие его поимки. И так ему не придется общаться с бывшим соплеменником, который снова стал смертным. Он оставит это Джону.

Тот, словно услышав его мысли, обратился к Витолю.

– Ты очень старался убежать. Наверное, знаешь, кто мы?

– Загонщики Смерти. Охотники, которые приходят за вампирами, получившими бессмертие, обыграв чертей в карты.

Витоль говорил многотонно, как заученный урок, его больше интересовало собственное тело. Он покрутил перед лицом раскрытые ладони, прижал одну руку к сердцу и посмотрел на Джона.

– Я что, правда, снова человек? Что вы сделали?

– Это наша работа. Мы должны вернуть все сорок душ, проигранных тогда в карты. Все вы стали вампирами, но прикосновение одного из нас возвращает телу смертность. Потом мы судим человека и отправляем сбежавшую душу в рай или ад.

– Что за ерунда? – Витоль помотал головой; он всем телом отказывался верить, что все его старания пошли прахом.

Адам подошел ближе, поддернул рукав и показал бывшему вампиру вросший в кожу запястья кругляш. Рисунок черепа, ряд прямоугольных окошечек с цифрами и кнопки по обе стороны от них: белую и черную. Для наглядности он даже указал пальцем на каждую поочередно:

– В рай. В ад.

Пожалуй, это единственная часть навязанной работы, которая нравилась Адаму. Решать чью-то судьбу. Его с детства воспитывали с осознанием этой привилегии, данной всем аристократам – владеть чернью, даровать жизнь или смерть. После обращения забирать чью-то жизнь стало не исключительным правом, а потребностью, что убило все удовольствие.

– Но…

– У тебя есть сутки, чтобы рассказать, как ты жил все отпущенное тебе время, – добавил Джон. – Это поможет принять решение. Но мы увидим, когда ты солжешь.

– Все время? – уточнил Витоль.

Адам медленно приподнял уголок рта в ухмылке. Витоль побледнел.

– Значит, вы все равно меня убьете, – сказал он.

– Нет, это случится само, – сказал Джон.

– Естественным путем, – поправил Адам.

– Нет, не хочу мучиться целые сутки! – завопил Витоль.

Соскользнул с дивана на пол, гулко стукнувшись коленями о старый паркет, и даже не заметил удара.

– Пожалуйста, решите сразу! Я заплачу. Я… – он с трудом сглотнул. – Есть артефакт, который может вас освободить от задания. Это точно, я не вру. Вы же видите? Видите?

Адам посмотрел на Джона и увидел на его лице то же, что чувствовал сам: желание увильнуть от контракта, навязанного Смертью. Тщательно замаскированное недоверием, осторожностью, но такое же жгучее, как у Адама.

– Видим, не врешь, – подтвердил Джон, снова поворачиваясь к Витолю. – Но что-то я не слыхал о таком артефакте.

– Вы о нем слышали, – проговорил Витоль уже спокойнее, убедившись, что его принимают всерьез. – Так мы договорились?

– Ты торгуешь за место в раю? – уточнил Адам.

– В раю, в аду – все равно, – заявил Витоль, осев на колени. – Моя жизнь была сущим кошмаром. Только став вампиром, я почувствовал себя человеком. Не хочу оставаться в шкуре смертного ни одной лишней минуты.

Вот это Адам понимал. Его жизнь до обращения кошмаром не была, но за предложение лишить себя бессмертия он вырвал бы глотку, не думая.

– Говори, – велел Адам.

– Волшебная монета.

Джон хмыкнул.

– Вот, говорил же, вы о ней слышали. Она существует, и владелец может потребовать что угодно у Смерти. Можно загадать только одно желание, – Витоль поднял указательный палец, не то показывая цифру «один», не то подчеркивая сказанное. – Когда желание исполнится, монета вернется к Смерти.

– Где она? – спросил Адам.

– Не знаю. Никто не знает, даже Смерть.

– Даже Смерть, – повторил Адам с глубоким сомнением.

– Иначе это была бы не легенда о волшебной монете, а история о том, как кто-то сумел обмануть Смерть, – сказал Витоль. – Я обещал вам информацию, и я рассказал все, что знал.

– Не густо, – заметил Джон.

– Но у вас и того не было.

Витоль глубоко вздохнул, выпрямился, становясь на колени, как в церкви. Склонил голову и закрыл глаза.

Адам колебался всего мгновение. Смертный не обещал больше, чем мог дать, и его сведения определенно стоили поблажки с их стороны. Адам нажал на белую кнопку и только повернулся к Джону, глядящему на свой хронометр, как тело Витоля обмякло и повалилось на пол окончательно безжизненное.

Джон тут же вытащил из-за пазухи крестик, закрыл глаза и забормотал короткую отходную молитву. Адам медленно пошел к выходу, не желая быть причастным к досадной задержке – ничем иным он этот ритуал не считал.

Из подъезда они вышли вместе. Джон оглянулся на окна странного дома и вздохнул.

– Думал, ты будешь возражать против этой сделки, но ты нажал белую кнопку, – сказал Адам, надеясь утолить любопытство.

И отвлечь Джона от желания сжечь дом, который различная нежить использовала как убежище. Адам не загадывал наперед, но вдруг самому однажды понадобится надежное место, чтобы залечь на дно.

– Я не заключал никакой сделки.

– Вот как, – Адам приподнял бровь, намекая, что хочет получить ответ.

Не ждал же смертный, что он станет расспрашивать его напрямую?!

Джон согласно промычал и пошел к арке между домами, за которой горели фонари, ездили машины и спешили по своим делам поздние пешеходы.

Адам на миг крепче сжал челюсти. Но ему и правда было интересно, что же такое надумал Джон, что отправил душу Витоля в рай. Он выдержал паузу и нарочито легким тоном спросил:

– Так почему?

– Он готов был отправиться в ад, потому что признал кошмаром то, как жил раньше. Это раскаяние.

Адам едва не ляпнул: «И все?»

Посмотрел на хронограф, где в маленьком окошечке число «семнадцать» сменилось на «восемнадцать». Им предстояло еще много работы.

Раскаяние, надо же.

Кто бы мог подумать?