Я за тобой, Кот

Глава 1

Глава 1

- Все эвакуированы? В здании есть ещё люди? - пожарный грозно обратился к заплаканной женщине.

- Да. Вроде бы да. В смысле эвакуированы… - с долей сомнения ответила та, вытирая платком нос.

- Мне надо знать точно! - закипел командир пожарной бригады, показывая жестом остальным пожарным подтягивать снаряжение.

- Из людей точно все здесь… животные тоже. - женщина прижала к груди список, потом с каким-то усилием отвела его от себя и прищурившись, в очередной раз сверила цифры с числом собак и кошек в клетках. - Только, кажется, все и не все…

- Вера Павловна, а Черныша поймали? - девушка лет двадцати схватила директрису приюта за рукав, стараясь привлечь к себе внимание.

- А! Точно!! Черныша забыли! - вскинулась женщина. - Его родимого не уберегли!

Горящая деревянная крыша приюта загудела, на секунду приглушив лай и мяуканье несчастных животных.

- Людей нет! Тушим! - прогремел приказ командира.

Пожарная команда заняла позиции. Хлынула пена… Огонь не сдавался. Из-за порыва ветра пожар двинулся на соседний участок и захватил крышу сарая. Дальше, на пути пламени, находился жилой дом из бруса…

- Направо! Направо!

Подтянулся второй пожарный расчёт. Последовал разговор по рации:

- Тушим жилой дом!

- А приют ещё горит же!

- Голубев, я говорю - тушим дом! Итак, время потеряли на эвакуацию животных…

- Всех вытащили?

- Говорят кота забыли. Черныш звали… Ты куда?

- За котом! Где искать?

- Уходи оттуда! Огонь возвратится в любую секунду!

- Ключевский, где искать?!?

Огонь не сдавался на правой стене приюта, пожирая пластик и утеплитель. Крышу сарая удалось быстро потушить. Неожиданно прозвучал хлопок. За сараем все озарилось пламенем.

- Что это? Что там у вас находится? - командир первого расчета заорал на весьма вялого деда, хозяина дома.

- Дак там солома. Откуда я знал, что туда пойдёт… - дед явно был пьян.

Не получив ответа, Голубев уже был внутри и осторожно крался по темным коридорам, освещая фонарем каждый закоулок…

- Кыс-кыс-кыс…

Слева донеслось тихое мяуканье. Пожарный направил луч фонаря в глубину чёрного помещения на скопище разных предметов: мебель, мешки с наполнителем и кормами, тряпьё…

- Кыс-кыс-кыс…

Тем временем клетки со спасёнными животными были погружены в грузовик и отправлены в ближайший приют для животных.

- Хоть в тишине поживу…

- Что? - не понял пожарный и повернулся к вялому деду.

- Я говорю - хоть в тишине поживу, - пояснил дед. - устал я…они такие шумные…были.

- Ты нас поджёг, что ли? - встрепенулась директриса приюта. В секунду из страдалицы она превратилась в злую львицу.

Довольный дед кивнул. Он был в таком состоянии, что не отдавал себе отчёта за последствия признания в содеянном преступлении.

- Все животные находились в закрытом помещении. Хорошая, дорогая звукоизоляция! Снаружи не было их слышно! Вообще!! - она схватила деда за грудки и хорошенько так тряхнула.

- Я вот всё слышал, - не унимался старый, - как выпью, вы как будто подгадываете, такой вой начинается, что аж ухи закладывает!

- Какой такой вой? Это называется - белая горячка. - женщина устало села на скамейку. Эта скамейка - всё, что осталось от её дела, которому она посвятила последние десять лет своей жизни. - Приют восстановим, невелика беда. У нас хорошие спонсоры плюс страховка… Но вот Черныш… Кто его вернёт, а?

Глаза женщины вновь заволокли слезы. Остатки сознания деда ушли в глубокий сон и офицер, протащив его пару метров, уложил бедолагу на свалку брёвен. Следующий порыв ветра перенес пламя на дом…

- Вот видите? - указала на соседний дом женщина. - Вот что он этим добился? Что же он наделал! Этот ублюдок не стоит и когтя нашего Черныша. Кот в приюте с самого начала. Сколько животных он принял с нами и сколько проводил… каждого в свою семью… Десять лет совместной работы! Он же сердечник. Понимаете? Все время на препаратах. Не каждый согласится взять такого…

- Никита! Никита! Слышишь меня? - опомнился командир Ключевский. - Прости, что ты спросил?

После недолгой и тревожной тишины донёсся знакомый, но хриплый голос:

- Всё нормально. Я, кажется, его нашёл…

- Он живой? - директриса вырвала рацию у пожарного. - Никита, он сердечник! У него слабое сердце! Понимаете меня?

- Понял. Буду осторожен. - прозвучал короткий ответ.

В подсобке, где находился Голубев, очень шаткие стены. Это была, своего рода, абы как сделанная пристройка. На стенах и вещах хорошо заметны следы огня… Почти всё залито пеной, кое-где тихо потрескивал огонь. В зазорах между деревянными стенами и крышей свистел ветер… Пожарный отлично понимал, что огонь вернётся в любую секунду. В углу, под столом он определил тёмное пятно. Оно слегка колыхалось. Мужчина присел и протянул руку. Свет фонаря отразился в паре испуганных глаз. Понимая, что животинка боится перчатку, он тотчас стянул её с руки. Кот всё равно зашипел и буквально влип в угол. Тогда, рискуя надышаться угаром, пожарный поднял забрало. Увидев улыбающиеся лицо человека, кот успокоился. Мужчина вновь протянул ему руку и тихо произнёс:

- Я за тобой, Кот!

Сознание животного было против, но ноги, вопреки страху, уже несли кота ближе и ближе к спасителю. Не растерявшись, пожарный резким броском захватил кота и, чтобы тот не надышался дымом, засунул себе за пазуху. Надел перчатку, махом головы опустил забрало и рванул к выходу…

- Кто вызвал скорую и кому? - Вера Павловна недоуменно вглядывалась в толпу собравшихся зевак.

- Как кому? На пожаре могут быть человеческие жертвы! - выступила вперед миловидная девушка и, переложив из левой руки в правую руку серебристый предмет, похожий на сумочку, добавила. - На всякий пожарный случай, так сказать.

Через секунду машина Скорой помощи остановилась рядом с пожарной, затихла сирена. Дверь салона открылась, из микроавтобуса вышли двое. Старший врач устремился в зону ЧП, его ассистентка, на бегу собирая светло-русые волосы в хвост, последовала за ним.

Голубев был уверен, что идёт по знакомому пути. Задымление позволяло видеть на пять метров вокруг. Кот сидел тихо. И вообще, вокруг стало как-то подозрительно тихо. Он не узнавал помещения, казалось, кто-то или что-то водит его по кругу. Вдруг звук! Этот звук был ему очень знаком. Так ревет огонь! Он поднял голову - потолок воспламенился. Спешно убрав фонарь, мужчина, задыхаясь, уже еле-еле побрёл к мнимому выходу из ада…

- Что здесь? - врач обратился к Вере Павловне.

- Пожарный ушел за котом и пока ещё не вернулся. Его курировал коллега, но ему нужно было подменить вон его - женщина показала на сидящего в стороне пожарного, который неважно себя чувствовал. - И теперь я не знаю, что делать. А! Ещё там на брёвнах пьяный поджигатель в отключке.

Вдруг, с неимоверным ревом из центрального входа приюта вырвался столп пламени. Вера Павловна вскрикнула. Толпа ахнула. С треском провалилась крыша дома деда. Два пожарных расчёта, стараясь спасти частный дом, невольно вытеснили огонь обратно к приюту.

- Что с пожарным внутри здания? - девушка-врач с тревогой обратилась к наставнику.

- Не знаю. - угрюмо ответил он. - Так, для начала план действия такой. Видишь пожарный отдышаться не может? Ему - кислород. Тот, на брёвнах, укладывается поудобнее - в помощи не нуждается. Остаётся - два кислородных комплекта и ждать нашего героя у входа.

- Почему герой один, а комплекта надо два?

- Так он будет не один. Ещё кот должен быть…

Никита, чувствуя, как теряет сознание, потянулся к дыхательному аппарату и включил подачу воздуха, не забыв обеспечить им кота через второй шланг. Каждый раз пожарному казалось, что вот он спасительный выход, но нет, опять стена, которая тут же охватывается пламенем. Он остановился. Не выдерживая жара, затрещала рация. Из-за помех был еле слышен крик сослуживца:

- Голубев, мы заливаем центральный вход и левый фланг! Ты понял?

- Везде огонь. Я вижу только огонь… - прозвучал измождённый голос в ответ.

Вера Павловна на ватных ногах подошла к врачам. Посмотрев в сторону центрального входа в широком дверном проёме, она увидела силуэт пожарного. Он повернул на неё голову и ей показалось, что он её видит. Но на самом деле он видел совершенно другую женщину. Совсем близко, напротив него из огня ему улыбалась та самая миловидная девушка в красивом платье и с серебряным предметом в руке. Та самая из толпы зевак с улицы. Она приветливо протянула ему руку…

- Вот он! Смотрите, он почти у выхода! Кто-нибудь помогите ему! - закричала директриса. - Он, наверное, нас не видит!

Молодая врач рванула через пламя навстречу к пожарному. Он, тем временем, улыбался той девушке и уже снял перчатку, чтобы протянуть ей руку… Как вдруг, её красивое лицо погрустнело, и она стала расплываться в воздухе. Сквозь неё за его руку схватила другая девушка, но уже в медицинской одежде. Со словами «Нам надо быстрее идти! Видно, вам уже совсем плохо.» крепко держа за руку, что есть мочи потащила пожарного на выход.

- Светлана, зачем так рисковать? Его мог кто-нибудь из пожарных вытащить. Ты могла погибнуть. - возмутился старший врач.

- Они все были заняты, Вадим Геннадьевич, а он вот-вот бы и упал. Тогда бы его никто бы не смог вытащить. Я сделала то, что посчитала нужным, простите. - ответила девушка, стараясь подавить приступы сильного кашля.

- Вы просто героиня! - захлопала в ладоши Вера Павловна.

- Так, всё, одевайте ваши маски. - скомандовал старший врач. - Как поживает котейка?

Никита распахнула куртку и оттуда показалась чёрная мордашка. Ловко приладив кислородную маску коту, Светлана довольно выдохнула.

- А вы волновались. - она обернулась, чтобы увидеть Веру Павловну, но растерялась, не найдя её. - А где женщина?

Директриса полубоком сидела на скамейке, держась рукой за сердце, не в силах сделать вдох.

- Вам плохо? - подскочила её помощница по приюту. - Кто-нибудь помогите ей!

Через секунду врачи уже хлопотали над ней. Черныш был передан помощнице. Он увидел, как его любимую Веру Павловну за руку взял молодой мужчина и повёл по тротуару в сторону светящегося круга. Кот, что есть кошачьих сил, мяукнул.

- Ну что ты Черныш? Всё позади. Нашу Веру обязательно спасут. - помощница тщетно пыталась успокоить кота.

Но он никого не слушал, а наоборот, стал кричать ещё громче, уговаривая женщину не уходить. Перед самым кругом Вера Павловна повернулась к нему, улыбнулась и помахала рукой на прощание, зашла за мужчиной в круг, тот в секунду превратился в маленький серебристый предмет и исчез в воздухе. Кот тут же перевёл глаза на скамейку - бездыханное тело женщины накрывали белой простыней.

- Соболезную вам. - командир первого расчёта обратился к сотруднице приюта. - Ну, хоть ваш кот спасён, она так переживала за его жизнь…на

- Кот-то спасён, но его ждёт эвтаназия. - угрюмо ответила та.

- А с чего это вы собираетесь усыплять? - удивился Голубев.

- Ну он тяжело больной, на новом месте никто им заниматься не будет. Там и без него много больных животных. - тяжело подбирая слова, девушка попыталась объяснить столь жестокое решение. - Очень жаль, что вы рисковали зря…

- Ничего не зря! - вскипел пожарный. - Я его себе заберу!

- Тогда, у вас есть возможность ставить ему капельницы и проводить курсы лечения? - уточнила собеседница.

- Нет. - грустно ответила Голубев. - Уколы делать могу, там подкожно и внутримышечно, а вот внутривенно, особенно в такие маленькие сосудики не смогу.

- Ну тогда вы ничем не сможете ему помочь…

- Я могу его себе забрать, уколы делать умею - работа такая. - улыбнулась Светлана. - И притом я люблю кошек. Будешь со мной жить, Котей?

- Ой, вы даже не представляете какая вы молодец! - обрадовалась девушка из приюта. - Вы продолжите дело Веры Павловны относительно этого кота. Она была бы рада, что её Черныш будет жить дальше. Вот, кстати его документы, здесь его график лекарств. Лекарства не могу вам дать, потому что они пропали в огне. Думаю, вы сможете их достать. Недельный курс инъекций раз в квартал. А так, каждый день поддерживающая терапия. Для вас, как врача будет несложно.

- Простите, в графе имя, вот здесь, прочерк. - Светлана очень внимательно изучала документы кота. - Вы его зовёте Черныш, а так, как будто у него нет имени.

- Да, вы правы, дать ему имя должен его новый хозяин. - уточнила сотрудница приюта. - У нас он появился взрослым и безымянным, так и получил дежурную кличку по масти. У вас есть выбор - оставить всё по-прежнему или дать новое имя. Хоть он парень уже в возрасте, но, думаю, сможет к нему привыкнуть.

- Я ещё вижу рентгеновские снимки. Это, вот, что? - спросила Светлана сотрудницу приюта.

- А, это его сердце…

- Что-то это не похоже на сердце. - засомневалась девушка-врач.

- Но он родился с таким сердцем. У него очень тяжёлый порок. Я сама слышала его биение - сильные шумы. Что поделаешь, сердечник он. Вот, для сравнения сердце здоровой кошки. - девушка, покопавшись в папках, вынула рентгеновский снимок. - Разницу видите?

- Бедный. Как он живёт с таким? Вижу, у него же совершенно видоизменённый левый желудочек.

- Да вот, он жил только на любви и заботе Веры Павловны. Я вам оставлю визитку, если будут вопросы, звоните. Но было бы хорошо, если бы вы оставили свои данные.

- Да, да, конечно. - Светлана протянула ей свою визитку. - На другой стороне я вам сейчас напишу свой адрес…

- Мне адрес не нужен, достаточно просто телефона.

- А мне вы дадите такую визитку, чтобы про котейкины дела узнать? - спросил Никита Голубев.

-Да, конечно, вот пожалуйста, мой телефон. Хотя подождите, - Светлана взяла из кармана ручку. - давайте я вам свой адрес напишу.

- Это было бы замечательно. - улыбнулся Никита.

Глава 2

Неделя промелькнула незаметно и за рабочей рутиной случай с приютом подзабылся. Если бы не визитка Светланы, выпавшая из спецодежды во время переодевания. Голубев поднял её и, задумчиво покрутив пальцами, обратился к сослуживцу:

- Слушай, Ключевский, может мне сейчас позвонить по номеру, что она дала…

- Позвони. Что тебе мешает? Она там и адрес написала. А лучше, сразу езжай к ней и всё.

- Что, прямо так?

- А почему нет? Вы - взрослые люди. Что размусоливать-то? Скажешь, что проведать кота приехал, а там, кто знает…

- Да я вообще-то не гонюсь за отношениями.

- Ну, не гонишься, тогда не звони и не езжай…

- Да мне просто интересно…

- Ну, если интересно, то иди в магазин возьми там что-нибудь коту. Типа занёс игрушки. Что там, сердечникам всё подряд есть нельзя? С едой не заморачивайся тогда. Остановись на лежанках и игрушках. - Ключевский вошёл в азарт в помощи другу и, уже еле сдерживаясь от смеха, добавил. - И игрушки, чтоб были развивающие тоже. Ну ладно, давай, попробуй!

- Так, и что, прямо без приглашения?

- Не, ну позвони ей.

Голубев набрал номер и ушёл в другую комнату. Через пару минут вернулся.

- Позвонил, она трубку не берёт.

- Ну вот, значит езжай! Тебя ничего не держит.

Вечером, после смены, Никита ехал по городу в поисках товаров для животных. Его внимание привлёк зоомагазин с яркой вывеской. Закупаясь, он сам удивился своей щедрости и вскоре вышел оттуда нагружённый разными «кошачьими радостями» и уже было направился к джипу, как увидел маленький цветочный магазин. Тут он подумал, что как-то несправедливо одарить одного лишь питомца и обойти его очаровательную хозяйку. Сложив всё на заднее сиденье машины, он отправился в магазин.

- Вечер добрый! Вам что-нибудь подобрать?

С порога Голубев был взят в оборот мегапрофессиональной продавщицей.

-Ммм, мне хотелось бы порадовать даму красивым букетом…

- А что известно про нашу даму?

- Ну, она работает врачом…

- Прекрасно! Нам сегодня завезли свежайшие белые розы, потом, обратите внимание какие роскошные белые лилии! - девушка показывала снова и снова белый букеты.

- Ей не нужны белые цветы. - донеслось из тёмного угла магазина.

- Как это, Екатерина Анатольевна? - пыл продавщицы заметно угас, и она растерянно посмотрела на женщину за столом.

- Она же врач! Врачи - это белые халаты. Где бы она не работала, в какой сфере не трудилась бы - везде белый цвет. Её от белого уже тошнит, наверное. Нужно собрать стильный, красивый сиреневый, розовый букет, ну, с голубыми цветами наконец. Ниночка, вон с теми тёмными цветами сформируй букет. Добавь вон тех посветлее. Думаю, получится хорошее сочетание. Хорошо?

Никита присмотрелся, в углу за столиком под маленькой лампой сидела дама средних лет и корпела над документацией. Видимо, это была хозяйка магазина. Продавщица тут же кинулась собирать композицию и, когда закончила, гордо продемонстрировала шедевр.

- Вот такой пойдёт, - дама одобрительно кивнула, - вон ещё маленькие белые цветочки туда добавить нужно, чтобы пурпурный цвет подчеркнуть.

Вскоре Никита поверх «кошачьих радостей» разместил эффектнейший, дорогущий букет, цвет которого переходил от тёмно-пурпурного до нежно-розового и от этого выглядел потрясающе. Через полчаса петляния по улочкам города он всё-таки нашёл дом, в котором живёт Светлана. Поднявшись на этаж, он, перехватывая с руки на руку подношения, постучал в дверь. Из-за двери донеслось тоскливое «мяу».

- Черныш, это ты?

«Мяу» донеслось в ответ. Голубев ещё раз постучал в дверь - никакого ответа, только опять «мяу». Тут соседская дверь открывается и в узкую щель просовывается бабушкин нос:

- Её уже пару дней не видно, кот нет-нет да орёт… Наверное, что-то произошло и, вообще, назвать так кота… Вот нельзя человеческим именем котов называть…

-А как она его назвала? - спросил Никита.

-Максим!! Ничего себе кошачье имя! У меня так троюродного племянника зовут. А она кота назвала. Ну, был же Черныш, нормально. Вот имя хорошее было, нет, ей вздумалось назвать его Максимом.

-А вы в больницу звонили? Искали её?

-Да вот ещё, объявится. Может, у неё там операции какие. Кто её знает.

Никита набрал номер Ключевского.

- Илья, я прибыл на адрес её два дня здесь нет, кот один, что-то случилось. Ты не знаешь в какой больнице она работает?

- Да откуда мне это знать, у Макарова спроси, может он знает, всё-таки с МЧС.

В своём телефоне Голубев нашёл нужный номер и позвонил по нему:

- Артём, что-то произошло пару дней назад в городе? Кто-нибудь из медработников пострадал?

- Но, вообще, да. Два дня назад на стройке был инцидент. Там на врачиху молодую упал кусок плиты бетонной, в третью больницу отправили, вроде живая была на тот момент.

Никита тут же бросился к машине. Через 15 минут он уже штурмовал приёмный покой.

- Я вам говорю, молодой человек, - остановила его медсестра, своим телом перегородив путь, - часы посещения давно закончились, я не могу вас пропустить! Уже поздний вечер, приходите завтра утром.

Медсестра, что есть сил, пыталась остановить взволнованного Голубева. На подмогу ей уже бежал неуклюжий престарелый охранник.

- Вот, посмотрите, она мне дала эту визитку! Мне срочно к ней надо! - Голубев применил последний, весьма сомнительный аргумент, но, как ни странно, это сработало.

- А, это наша Светлана Денисовна! Ну что же вы сразу-то не сказали! - развела руками медсестра.

- Но я не знал, что у вас визитки так работают, как пропуска.

- Конечно я могу вас к ней провести. Поедем на служебном лифте. Понимаете, она редко кому может дать свою визитку. Такой чести удостаиваются только избранные. - заговорщически проговорила она.

Поднявшись на четвёртый этаж, Голубев был сопровождён в палату интенсивной терапии. Под мигающей, пищащей аппаратурой лежала она, та которая ещё недавно вытащила его из огня и теперь она абсолютно в беспомощном состоянии. Как, всё-таки изменчива судьба. Ещё недавно она спасала жизни, теперь кто-то другой борется за её жизнь…

Рядом с её кроватью на маленьком табурете сидела пожилая медсестра.

- А вы, собственно, кто? - угрюмо спросила она пришедшего.

- Он к Светлане, у него визитка… - вмешалась сопровождающая медсестра.

- Как?!? К ней сейчас нельзя! Видите, она не готова принимать гостей. Покиньте палату, пожалуйста… - медсестра грудью попыталась вытолкнуть визитёров. - Хотя подождите, что это у вас в руках? Ах, какой красивый букет! Вот он сейчас как никогда кстати!

На шум пришли двое врачей. Первого, мужчину, Никита сразу узнал, он был со Светланой на пожаре, вторая, брюнетка в распахнутом белом халате, наспех надетом на короткое обтягивающее тёмно-серое платье, украшенное серебристой фурнитурой. Обойдя Никиту вокруг, она оценивающе осмотрела его с ног до головы, потом вернулась к старшему врачу.

- А не тот ли это пожарный, про которого она нам рассказывала? - молодая врач не отводила взгляд от Никиты. - очень жаль, что я не вызвалась тогда на скорую, иначе бы этот букет предназначался мне…

Голубеву пришёлся не по душе такой грубый флирт, и он обратился к Вадиму Геннадьевичу за пояснениями относительно состояния Светланы.

- Итак, она была с бригадой, когда пришёл вызов на стройку. Там группа лоботрясов развлекалась и один из них упал в глубокий проём и сломал ногу. Извлечь его оттуда в таком состоянии не представлялось возможным, а раз она небольшая и худенькая, то без особых проблем пробралась к нему, чтобы наложить шину.И когда она это делала, стена осыпалась и крупный кусок бетона повредил ей позвоночник…

- А как вы её оттуда вызволили?

- Она сама оттуда выбралась и вытащила того пятнадцатилетнего идиота. Мы думали, что с ней всё нормально, но добравшись до машины она легла и больше не встала. А когда мы сделали рентген, то увидели очень печальную картину… Так, она реагирует на что-то, да. Но бывает проваливается куда-то и пребывает в таком состоянии довольно долго.

- Сейчас она здесь? - Голубев никак не мог понять настоящее состояние девушки.

- Вот именно! - воодушевилась медсестра. - Она сейчас с нами и нас слышит. Поэтому букет так кстати. А то она видит только людей и больничные стены, а тут, что-то яркое и насыщенное…

- А как вы поняли, что она понимает происходящее? - спросил Голубев.

- Ну вот, сами посмотрите - вполне осознанный взгляд. Когда я вчера утром, пришла к ней, у неё были закрыты глаза, думала она спит. Стала тихо звать её, но она не реагировала. И вот, Агнесса Сергеевна и Вадим Геннадьевич не дадут соврать, сегодня к вечеру ей стало лучше. За час-два перед вашим визитом Светлана вернулась к нам…

- Значит, она нас слышит? - Никита подошёл к девушке, и она посмотрела на него. - здравствуйте, Светлана. - улыбнулся он.

- Она улыбается. - констатировала медсестра.

- Где вы это увидели?

- Вот, смотрите, у неё уголки губ немножко дёрнулись.

- Я вижу, у вас глаз намётанный…

- Так, я от неё эти два дня почти не отхожу. Конечно же, я с ней больше всего времени провожу и замечаю изменения. Я помогу вам, Светланочка, вернуться в мир из мрака, чего бы это мне не стоило.

На минуту в палате повисло молчание. Врачи недоумённо переглянулись. Вадим Геннадьевич подошёл к уставшей медсестре и, положа руку ей на плечо, сказал:

- Полно вам, Ариадна Артуровна, пощадите себя. Согласен с самого начала прогноз у Светланы был весьма печальный…

- Вот-вот! - перебила его медсестра, спешно утирая слёзы. - Это же какое было кровоизлияние! Гематома только сегодня стала рассасываться, а то, вообще, вырезать собирались, чтобы возможное воспаление не затронуло спинной мозг. А это ещё больше риска для неё. Там же, понимаете, позвонки раздроблены… Я знаю её с самого начала, как она появилась в нашем отделении. Не понимаю, зачем она стала работать на этой скорой?

- Она добровольцем пошла на скорую из-за вспышки респираторного заболевания в городе, не хватает врачей скорой помощи и работы слишком много. Вот мы с ней в две смены уже второй месяц работаем. - объяснил Вадим Геннадьевич.

- Ну, зато она познакомилась с вами, думаю, это того стоит. - к Никите подошла Агнесса и, посмотрев в его глаза, добавила. - Да, она права, у вас реально добрые глаза, - дальше её взгляд поплыл вниз, - и сильные руки.

Никита посмотрел на Светлану, она зажмурилась от неловкости.

- Не, но тут всё правда. Она правильно приметила, но я бы сказал, что у неё тоже сильно руки и сильный дух, раз она вытащила меня из огня.

- Она нам ничего не говорила про то, что она кого-то вытаскивала из огня. - растерялась Агнесса. - Она сказала, что она вас просто вывела на свежий воздух…

- Я бы сказал, что она меня вытащила, потому что я был ослеплён, дезориентирован и не видел дороги, а она сквозь пламя проложила путь ко спасению.

- Мне тоже неизвестны подробности про пожар в приюте для животных. - с грустью признала Ариадна Артуровна. - Да, ей свойственно скромность.

- Так она спасла и меня и Черныша. Ой, то есть Максима.

- Знаете историю с его именем? Очень забавно… - улыбнулась Агнесса.

- Ну, я видел соседку, которая была недовольна выбором…

- Ой, этим соседкам больше всего надо. Короче, слушайте, - воодушевилась Агнесса, - она с детства хотела назвать своего сына Максимом. А раз у неё не может быть детей… - тут девушка поняла, что сказала лишнее, раскраснелась и выскочила из палаты.

У Вадима Геннадьевича появились срочные дела, и он тоже покинул палату. Никита недоумённо посмотрел на медсестру:

- Почему мне надо знать эти подробности?

- Понимаете, Агнесса Сергеевна слишком открытая и, бывает, может сказать что-нибудь лишнее. А может, так и проще. Если у вас есть какие-то планы на Светлану, то сразу говорю, не ждите от неё потомство. В юности она перенесла операцию и осложнением вышло бесплодие. Из-за этого с ней развёлся муж. Так уж сложилось - всем её мужчинам нужны были наследники. И этим они разбивали ей сердце, а её доброе сердце такого не заслуживает. Так что, откровение Агнессы Сергеевны как никогда кстати…

Никита повернулся к Светлане и увидел, как она от смущения зажмурилась. Он коснулся её руки - она была очень холодна.

- Мне кажется, что у неё температура упала…

Ариадна Артуровна с ловкостью кошки подскочила и ощупала руки и ноги больной. Тут зашла Агнесса Сергеевна и, пряча глаза от Голубева, подошла к встревоженной медсестре. Та копалась в ящичке прикроватной тумбочки в поисках термометра. Увидев врача, она обратила её внимание на Светлану:

- Вам не кажется, что у неё холодные руки?

- Да, точно, ледяные. - согласилась Агнесса Сергеевна.

Наконец найдя термометр, Ариадна Артуровна установила его больной девушке и с нетерпением ждала звуковой сигнал.

- Температура тела низкая, смотрите. - медсестра протянула термометр врачу, а сама поспешила внести показатели в журнал.

- В этой палате сейчас нет грелок, за ними нужно сходить. - Ариадна Артуровна поторопилась на выход, и Агнесса Сергеевна последовала за ней.

Голубев остался наедине со Светланой.

- Какое же у вас бесцеремонное окружение, сочувствую вам.

Он присел на стульчик, на котором до этого сидела медсестра и, взяв руку Светланы, он попытался дыханием согреть её, но она по-прежнему оставалась холодной.

- Знаю, что вы меня слышите. Благодарю вас за ваш героический поступок. Новые сведения о вас никоим образом не влияют на моё решение навещать вас дальше. Вот смотрите это вам. - он взял с тумбочки букет и с гордостью продемонстрировал его девушке.

И тут он увидел, что она улыбнулась. За дверью послышалась речь, вскоре на пороге появился Вадим Геннадьевич, он сурово посмотрел на Голубева и хотел было возмутиться по поводу того, что больная осталась без присмотра, как тут же в палату влетели женщины с грелками разных видов. Его внимание переключилось на них:

- А куда вы уходили?

- У Светланы упала температура и вот, мы принесли грелочки! - выпалила Агнесса.

Врач недовольно покачал головой и подошёл к Светлане. Потрогав руки девушки, он произнёс:

- Отнюдь. Они у неё тёплые, сами пощупайте. Лучше перемерить температуру.

- Точно, теплые! - обрадовалась медсестра. - Нас не было тут пару минут, а такие изменения.

Никита сам заметил, что руки девушки заметно потеплели он обратился к врачу:

- Какие у неё прогнозы?

- Ну, я бы сказал - вполне положительные. - ответил врач, перелистывая историю болезни. - Её организм борется с последствиями травмы. Могу предположить, что при нашей терапии и процедурах через неделю она сможет самостоятельно двигаться и возможно даже сидеть. Если будет так всё продолжаться, она быстро вернётся к полноценной жизни.

- По роду своей деятельности я не имею возможности приходить к ней в часы посещения. Могу ли я рассчитывать на некие послабления? - спросил Никита.

Врач угрюмо посмотрел на него. Нарушение больничного порядка ему никак не по нраву, и он хотел было отказать, но заметил, как женщины носятся с букетом - рассматривают его, подыскивают ёмкость с водой, как на всю эту суету реагирует Светлана. Посчитав, что прилив жизни в палату принесёт пользу, вынужден был одобрить свободный график посещения персонально для этого человека.

- Вадим Геннадьевич, вас ждут в пятнадцатой… - позвала его какая-то медсестра.

Он откланялся и вышел.

- Так, и что нам мы будем делать с котом? - спросил Никита Светлану.

Она с надеждой посмотрела на медсестру.

- Вы хотите, чтобы я сходила за котиком? - уточнила женщина.

Светлана моргнула.

- Нет, увольте. Я не в том возрасте, чтобы бегать по лестнице за котом. Хоть вы говорили, что он пожилой, но я знаю какие они шустрые… Я этим не буду заниматься, простите.

Светлана просяще посмотрела на Агнессу, та попятилась:

- Нет, я не пойду туда. Я - аллергик, мне шерсть нельзя. У меня может случится анафилактический шок.

Светлана перевела взгляд на Никиту.

- Не, ну я могу. Мне не сложно. Я его уже держал в руках…

- Вот вам ключики от её квартиры. - протянула связку ключей медсестра.

На улице совсем стемнело и стало безлюдно. Чувствуя себя взломщиком, Никита тихо открыл дверь квартиры. Кот выскочил ему навстречу и стал неистово тереться о ноги, даже не помышляя удрать. Голубев был твёрдо намерен забрать его себе на время лечения хозяйки и поэтому все дары для кота были оставлены в машине.

- Ну что, Максим собираешься ехать ко мне домой? - пошутил он, кот в ответ мяукнул.

Никита включил свет и осмотрелся. Пять минут ушло на прибирание квартиры от последствий кошачьей тоски. Дальше, он насыпал ему корм. Кот бросился есть. Мужчина сел за кухонный стол. Ему понравился запах в квартире и как всё было красиво сделано. И тут он почувствовал голод. Со всей этой беготнёй забыл поесть. Он открыл холодильник и неспеша изучил содержимое. Его внимание привлекла небольшая кастрюля. Он достал её, заглянув, с радостью определил, что там был суп.

«О, куриный супчик!» - Никита, пританцовывая, поставил кастрюлю на огонь. Затем нашёл банку растворимого кофе и включил электрический чайник. В итоге, он замутил себе хороший ужин, при этом оценив кулинарные способности девушки. Завершив трапезу, убрал за собой. В столе нашёл пакет с пакетами. Разложил по пакетам продукты и лекарства из холодильника, выключил его, собрал вещи кота, посадил его в переноску и с этим грузом отправился к своей машине, предварительно обесточив квартиру и надёжно её закрыв.

Через полчаса он наконец-то был дома. Никиты жил в двухэтажном доме в пригороде и его двор был достаточно просторным, чтобы коту было вольготно себя чувствовать. Вопреки ожиданиям, кот не был вялым старичком и, быстро освоившись в коттедже, нашёл выход в сад и всю ближайшую ночь посвятил на его изучение.

На следующий день Никита опять поехал в Светлане. На этот раз она уже сидела и уныло ковыряла ложкой больничную еду. Он подошёл к ней и поздоровался. Девушка посмотрела на него и продолжила попытку поесть, но, видимо, запах и вид пищи её отталкивали.

- Вот опять плохо ест. Точнее вообще не ест. Мы так обрадовались, что она смогла сесть и двигать руками, но эта радость была преждевременна. Светлана по-прежнему не может говорить и вяло на всё реагирует. Вчера у неё реакции были лучше. - сокрушалась Ариадна Артуровна.

- Ну, от больничного корма я бы тоже потерял дар речи и не стал на всё реагировать. Скоро буду. - Никита собирался уходить.

- Не переживайте, молодой человек, если она к вечеру так и не поест, будем вводить еду через катетер, как было раньше, когда она была без сознания.

- Она в сознании и есть через катетер будет для неё пыткой. Никаких катетеров до моего прихода. Буду через час-два. Ждите!

Никита вылетел из палаты и вскоре появился на пороге, протягивая медсестре контейнер со свежеприготовленной отварной курицей с рисом.

- Может, вот это будет? Тут всё в её вкусе и приправы, какие она любит. Мне надо узнать, примет ли её душа мою стряпню. Я подожду в коридоре.

Выйдя из палаты, Никита вразвалку сел на ближайшей кушетке, откинул голову на стену и закрыл глаза. В больничном коридоре безлюдно и только приближающийся стук каблучков нарушил покой Голубева. Каблучки не прошли мимо, а остановились напротив него. Он открыл глаза, перед ним стояла Агнесса и улыбалась.

- Добрый вечер, Никита. Вы что-то ждёте?

- Ну да, жду, когда…

- Ой, простите, перебью вас. Светлана стала лучше двигаться, но у неё плохой…

- ...аппетит. Знаю. Мы с Ариадной Артуровной сейчас работаем над этим.

- Знаете? Если вам грустно и одиноко, то я смогу составить вам компанию. Можем съездить куда-нибудь поужинать.

- Мне очень даже весело…

- Весело?

- Меня дома ждёт меховой «ребёнок», которому нужно вовремя дать препарат. А сейчас жду результат…

- Ничего не понятно. - Агнесса заглянула в палату. - Сама ест? Это хорошо.

Повернувшись к Никите, она спросила:

- Я так понимаю, что контейнер с едой вы принесли? Спасибо вам за ваше участие…

- Не стоит благодарности. Это я делаю не для вас, а для Светланы.

- Хм. Деликатность не про вас.

- Вот такой я негодный. Что поделаешь.

Агнесса не могла понять, из-за чего её так сильно тянет к этому мужчине. Любовь? Может быть. Такие люди редко встречаются и, может быть, поэтому появилось влечение. А может, это просто банальная обида. Агнессе было до глубины души обидно, что этот “Супермен” пренебрёг ей, эффектной, манерной женщиной и выбрал эту бесцветную, беспомощную только из-за того, что она когда-то провела его по коридору на выход.

В дверях появилась довольная Ариадна Артуровна и вручила Никите пакет с пустым контейнером.

- Если решите повторить такое ещё, я только за.

- Мне приятна такая забота. Буду приносить ещё.

Никита заглянул в палату. Светлана сидела и вытирала руки полотенцем.

- Могу зайти?

Она кивнула. Воспользовавшись тем, что медики остались снаружи, Никита протянул девушке ее комплект ключей. Она взяла его своими тонкими прохладными пальцами.

- Вот возвращаю. Отчитаюсь - кот у меня и всё его приданное, квартиру обесточил, ибо риск пожара…

Тут Светлана безмолвно заметалась, занервничала, её зрачки расширились. Она стала пытаться что-то сказать, но ничего не получалось.

- Ааа, вы про холодильник?

- Да. - смогла воспроизвести девушка.

- Лекарства и скоропортящиеся продукты вывез к себе в холодильник. Суп мужественно утилизировал. Вкусный был.

От такой забавной непосредственности девушка улыбнулась и плавно откинулась назад. Переворачиваясь на бок, она нечаянно выронила связку ключей на кровать и стала искать её в складках. Никита нашёл и опять положил ей в руку связку. Светлана ещё раз посмотрела на ключи и, перебрав их, вытащила два - электронный и простой и вопросительно посмотрела на него.

- Да это мои ключи. Эти ключи от моего дома электронный от калитки, простой от входной двери. Ведь вы здесь ненадолго? Когда-то вы с этим всем закончите? - Никита глазами обвёл палату. - Вам же надо будет возвращаться к повседневной жизни? У меня вам будет лучше всего. Конечно, я вас не неволю, но знайте, что в моём доме почти круглосуточно у вас будет свой спасатель и верный кот.

Глава 3

Визиты Голубева к Светлане стали ежедневными. Девушка заметно шла на поправку. Однажды, он задержался на работе и направился к Светлане в своей рабочей одежде, чем произвёл фурор на пациентов больницы. Он шёл по коридору в своей форме - это выглядело эпично. Но всё омрачал шлейф запаха гари, что тянулся за ним. Войдя в палату, он увидел, что Светлана уже перемещается на костылях. Никита положил контейнер с обедом на стол и устало сел на табурет. Прошлая смена ему далась нелегко и он, наконец, смог присесть отдохнуть. Его безмерно обрадовал прогресс выздоровления. Он заметил, что наряду с букетом цветов, принесённым им вчера, стоял предыдущий, немного подвядший.

- А этот, что не убрали? Он уже не свежий…

- Ну подвял немного, а так, вполне красивый. Пусть ещё постоит.

Светлана уже лучше говорила, но сейчас её речь была сбивчива из-за тренировки. Она изо всех сил стремилась вернуться в прежнее состояние.

- Как там мой Максим?

- Учитывая, насколько хорошо я о нём забочусь, правильнее говорить – «Наш Максим».

- Тебе не трудно заботиться… - девушка сжалась от неловкости произнесения фразы, - … о нашем Максиме?

- Ну, что ты. С вами двумя у меня появилась причина возвращаться домой.

- А что, раньше было по-другому?

- Мне, просто, не было ради кого жить… Ах да, вернёмся к вопросу, Максим сыт и ласков. Теперь у меня во дворе есть «котий двор». Он надёжно огорожен и оснащён разными кошачьими тренажёрами и там, даже есть шестиметровая полоса препятствий. Ему нравится.

Молодые люди со временем проводимым вместе и не заметили, как перешли на «ты». Ариадна Артуровна грозно распорядилась, чтобы никто не заходил в палату Светланы пока там находился Голубев. А если так случилось, что по неведению, кто столкнётся с ним, то тут же должен удалиться под благовидным предлогом. Её распоряжению вынужден был подчиниться даже сам Вадим Геннадьевич. И сейчас, случайно зайдя в палату, он обнаружил там Никиту. Недовольно буркнул себе под нос – «Можно было по запаху догадаться…» тут же вспомнил о заполнении историй и пошёл было на выход, как Голубев сам остановил его.

- День выписки известен?

- Не могу пока сказать. При благоприятном прогнозе - неделя максимум. Но вы должны знать, молодой человек, что мне не по душе то, что Светлана будет проходить финальную реабилитацию на вашей территории. - тут врач замялся. - Но учитывая, что родственников у неё нет поблизости, то этот вариант придётся рассмотреть…

- Вот и славно. - улыбнулся Голубев. - Для неё в моём доме всё готово. Я знаю, что у Светланы из родни только тётушка, но она далеко. А мы с Максимом близко. Так что выбор очевиден.

Никита присел на табурет, Светлана положила руку ему на плечо. Он поднял свою руку и хотел было придержать эту «нежную птицу», но опасение, что это её спугнёт заставило опустить руку обратно. А девушка даже не предала значения сему действу, её просто влекло к этому мужчине и контролировать себя в этом ей не было никакой надобности. Вадим Геннадьевич определил, что перед ним пара и решил лично убедиться, насколько хорошо молодой человек знает свою возлюбленную.

- Вы в курсе, где проживает тётя Светланы?

- Думаю, это не секрет, Вадим Геннадьевич, тётя Элеонора уже три года как живёт в Соединённых Штатах.

Ответ Голубева его вполне устроил. Врач пристально посмотрел на девушку, от неё веяло безмятежностью.

- И как там ваша тётушка, Светлана? Ей нравится в Штатах?

- Она окончательно переехала в штат Джорджия, говорит, что ей там очень нравится. Они с мужем купили большую квартиру в столице штата, приглашают нас…

- Ну вот, - довольный доктор хлопнул в ладоши, - как в декретный отпуск пойдёте, так и поедете погостить.

Светлану и Никиту это немного смутило, но они не подали вида. Только Вадим Геннадьевич направился на выход, как в дверь влетела Ариадна Артуровна.

- Вот это у вас тут запах, я думала, горит что! - не видя на пути преград, она пробилась к окну и настежь открыла обе створки. - Дышать невозможно! Вы бы, товарищ Голубев, для начала бы переоделись и не несли бы панику в массы…

- Извините, я сильно торопился.

Светлана посмотрела в окно и с восхищением и воскликнула – «Какая чудесная погода!»

Ариадна Артуровна посмотрев над очками:

- Не вижу ничего чудесного. Вон чернота какая идёт с юго-запада, это говорит об очень большом ливне, приближающемся к нам.

- Вот именно!

Светлана устремилась к окну, запуталась в ногах, и чуть не упала, но Никита успел подхватить её. За это мгновение она оценила его реакцию и крепкость объятий. Он, в свою очередь, не особо торопился отпускать её, да и она не рвалась на свободу. На этот раз уже Вадим Геннадьевич подгонял растроганную от такого зрелища Ариадну Артуровну. А она так хотела посмотреть, что же они будут делать дальше…

Подойдя к окну, Светлана перевалилась через подоконник и посмотрела вниз. По больничному двору неспеша ходили больные и суетился медперсонал. Тем временем, солнце не хотело сдавать свои позиции. В сочетании с иссиня-чёрным грозовым фронтом солнечный свет ощущался ослепляюще ярким. Тёмные тучи всё ближе и ближе. Это завораживало не только девушку. Никита тоже очень любил грозу, но сейчас его внимание раздвоилось - с одной стороны, потрясающей красоты тучи поглощающие солнце, а то своими лучами пронизывает их, с другой стороны, Светлана смотрящая с восхищением на это торжество природы, отчего её глаза казались голубее самого чистого неба. Сверкнула молния, озарив лица восхищенных зрителей. Раздался гром Светлана вздрогнула, Никита облокотился на подоконник рядом с ней взял её руку и поднёс к своим губам. Совсем стемнело. Вечернее солнце скрылось за тучами, и только узкая полоска света на западе напоминала, что ещё не ночь. Свинцовая стена дождя стремительно летела на больничный комплекс, перекрыв микрорайон напротив. Полетели тяжёлые капли воды, громыхая о карниз и окрашивая светлые кирпичные стены больницы в тёмно-серый цвет. Внизу люди, покрикивая, разбежались, стараясь попасть в здание и вскоре толпились в каждом выходе из больницы, не желая пропустить эффектное зрелище. Кое-где тоже распахнулись окна, впуская внутрь целительный озон. При каждой вспышке молнии раздавались восторженные восклики людей. С каждой минутой раскаты грома становились всё более впечатляющими. И последний пришёлся сразу за разрядом молнии, что указывало на критичное приближение грозового фронта.

Светлане было очень приятно чувствовать горячее дыхание влюблённого мужчины на своих пальцах, и она не хотела забирать свою кисть из его захвата. Голубев в эту минуту хотел бы, чтобы вся Светлана была в его объятиях и решил, что сейчас самое время сделать к этому решительный шаг, но невероятное смущение сдерживало его. Сколько раз он был лицом к лицу с опасностью, сколько раз не спасовал перед стеной огня, а мужественно противостоял ей, сколько раз, рискуя своей жизнью, спасал других.

- Ну и зарядило… У меня дом стоит на возвышенности и оснащён мощным громоотводом… Я люблю созерцать это явление… - смотря в небесно-голубые глаза Светланы, Никита наконец осмелел. - Выходи за меня замуж.

Светлана никак не ожидала такого. Ведь она знает, что он в курсе её беды. И вот так предложить ей выйти замуж? Значит, он всё достаточно хорошо взвесил и осознанно выбирает бездетный брак. Тут она впервые осмелилась прямо посмотреть ему в глаза. В них была страсть. Раньше она их видела мягкими, тёплыми, но сейчас в них горел огонь предвкушения. Эти каре-зелёные глаза окончательно покорили её сердце.

- Я согласна. - ответила Светлана.

- Мы будем с тобой ловить грозы на нашей мансарде за чашечкой кофе. Будем ловить грозы, как эту. Хорошо?

- Это будет потрясающе. - ответила девушка и улыбнулась.

Он нежно поцеловал её руку, встал и привлёк к себе. Обнявшись, они утвердили своё решение долгим страстным поцелуем. А природа скрепила их союз таким мощным разрядом молнии, что вокруг стало светло, как в самый солнечный день, а гром сотряс всё вокруг и ещё долго гулом растекался по округе. Закончив с поцелуем, они посмотрели друг на друга и, не произнеся ни слова, договорились. Никита снял куртку, повесил на каретку кровати и, прокравшись в темноте к двери, закрыл её на замок. Вернувшись к любимой, он уложил её в постель. И свет они включать не стали…

Глава 4

Роковой день становился всё ближе. День капельницы.

- Девушка, здравствуйте. Как мне устроить сегодня своему коту капельницу на дому? Плановый препарат сердечнику. Всё необходимое имеется. Нужны только руки профессионала.

- Ну, записывайтесь на приём, приносите животное к нам в клинику, и врач поставит ему капельницу.

- Хотелось бы на дому, чтобы его не тревожить зря. У меня кот старенький.

- У вас больное животное. Вам необходимо стационарное обслуживание.

- А на дому никак?

- Нет. Мы не сможем вас сегодня обеспечить специалистом.

- Но у меня… ой, то есть, у моего кота сегодня должна быть капельница. Он должен быть прокапан именно сегодня.

- Ничем не могу помочь. Врачей у нас свободных нет.

- Мне надо сегодня.

- Не выйдем, только через недельку-полторы сможем найти окошко для вас. Надо было записываться заранее.

- Откуда я мог знать про это? Мне надо сегодня.

- Обратитесь в другую ветклинику. Может повезёт.

- Ладно. А если привезу его к вам сейчас, прокапаете?

- На эту процедуру надо записываться заранее. Так, ага, могу вас записать на среду…

- Но это же послезавтра! А мне надо сегодня.

- Тогда ничем не могу помочь. Вынуждена с вами попрощаться.

Раздались частые гудки. Голубев разочарованно посмотрел на часы. Девять двадцать.

- Знаешь, что, дружище, - он обратился к лежавшему на облюбованном кресле Максиму, - мы, всё-таки, с тобой сегодня покатаемся. Ещё утро. Думаю, к обеду управимся. Сейчас узнаю, где нас готовы принять.

Сделав несколько звонков в различные клиники, он нашёл ту, которая готова помочь Максиму. И в каждой из них не могла идти речь о вызове врача на дом для такой долгой процедуры. В этой клинике приём уже через час. Надо спешить, ведь она располагается на другом конце города. И вот, пластиковая переноска с котом зафиксирована на переднем пассажирском сиденье. К назначенному времени пациент был доставлен на место.

Никита, держа переноску на высоте во избежание инцидента с какой-нибудь шальной собакой, вошёл в скромное одноэтажное здание. Интуиция его не подвела - уже в дверях он чуть не споткнулся о какого-то суперактивного пуделя. Где-то в углу ротвейлер грозно рычал на немецкую овчарку. Кошатники, человек пять, также держа повыше переноски, забились в противоположный угол, недовольно переговариваясь о скоплении собак.

- Тимоша, отойди от мужчины. Дай ему пройти. - окрикнула пуделя седовласая хозяйка.

Голубев в растерянности так и остался на пороге, не понимая, что за бардак тут творится. Дверь открылась и в помещение впорхнула девушка в зелёном медицинском костюме. Она обратила внимание на непристроенного клиента.

- Мужчина, у вас кто? - девушка деловито заглянула в переноску. - Ааа. Котик. Тогда вам в ту группу любителей кошачьих…

Никита узнал этот голос.

- Я с вами говорил по телефону час назад. Коту нужна капельница.

- Да, точно, помню вас.

- И что? Куда пройти? Время подошло.

- Ой, вы знаете, у нас тут живая очередь…

- Сколько у вас врачей?

- Доктор один. Иван Андреевич. Видите, сколько пришло? Ему тяжело, он не железный. Понимаете? Не создавайте, пожалуйста, суету и присоединяйтесь к вон тому «клубу по интересам».

- А зачем тогда запись? Сразу бы сказали, что перегруз. Я бы не ехал сюда. А то ваш доктор от усталости не туда катетер поставит, и мой кот без лапы останется…

- Я не знала, что так народ привалит и ещё, не пригласи вас сюда, мы бы с Иваном Андреевичем потеряли бы клиента в вашем лице. А то, всю прошлую неделю тут всё пустовало. Так что, потерпите с часок другой и будет вам капельница.

Стараясь избежать гнева, девушка, бочком-бочком, прошмыгнула в кабинет, где над крупной мохнатой собакой склонился пожилой врач. «Иван Андреевич, я всё достала.» - она вынула из кармана и поставила на стол две склянки с розовой жидкостью, потом обернулась, виновато посмотрела на Голубева и закрыла дверь.

Раздосадованный он подошёл к длинной скамье, где почти не было места. Хозяйка пуделя подняла глаза на него и скомандовала всем сидящим сдвинуться и дать место. Он вплотную сел рядом с ней. Такая близость его смутила. Женщина определила это и решила отвлечь его от тяжёлых мыслей.

- Что же вы не пошли к кошкам?

- Захотелось посидеть. Два часа стоять - так себе перспектива.

- Ну и правильно. В ногах правды нет. А сколько лет вашей кошке?

- Ему десять с хвостиком.

- Кот значит…

- С больным сердцем.

- Правильно, что вы здесь сели, а не к кошатники пошли.

- В смысле?

- У вас мужчина в возрасте и к нему всякая болячка может прицепится…

Следующий по ряду за пожилой собеседницей сидел пожилой мужчина с парой корелл в клетке. Он весь разговор мялся, видно, хотел что-то добавить и тут не выдержал:

- Знаете что, молодой человек? Ваш кот, особенно сердечник, уже сильно рискует, находясь в этом душном и шумном помещении. А зараза кошачья спокойно по воздуху может перемещаться и, в дальнейшем, убить вашего питомца. Это я вам, как ранее практикующий ветеринар, говорю. Если бы не анализы для вывоза за границу, я бы здесь не был и не мучил бы моих девочек.

- Мне эта затея уже перед входом показалась сомнительной. Пойду, пожалуй.

Голубев поднялся и направился на выход. За ним, звякая карабинами на поводках, потянулись собачники, потом и кошатники, неся свои голосящие сокровища. На минуту Никита засомневался в своём решении и захотел вернуться, но видя счастливые лица и морды вырвавшихся на свободу, он твёрдо решил уехать из этого неприятного места. Даже хозяйка пуделя и экс-ветеринар с питомцами быстро покинули здание. Никита предложил подвезти их до ближайшей ветклиники, и они охотно согласились. Следующая клиника приняла радушно, и хозяин попугайчиков долго с благодарностью жал ему руку, а хозяйка пуделя нажелала всего самого-самого хорошего. Их с питомцами сразу развели по кабинетам, а вот Максиму не смогли ничем помочь, не оказалось в клинике до досадного простого, но крайне необходимого вещества. Дома этот препарат был, но в клинике не соглашались делать инъекции лекарствами владельцев из соображения безопасности. Никита ни с чем вернулся домой. Он выпустил кота из переноски и обессиленный рухнул на диван.

Перевернувшись на бок, он набрал номер Ключевского:

- Здорово, Илья! Ты внутривенно можешь уколы делать?

- Могу, а кому надо?

- Коту…

- Не, коту не смогу. У кота другие сосуды. Вот тебе смогу.

- Так, а что мне делать? Мне надо сегодня капельницу коту поставить.

- Ну, Макарову позвони. Он врач по образованию.

Голубев набрал номер.

- Здорово, Артём! Сможешь капельницу поставить коту?

-Тому чёрному, который у тебя живёт? Знаешь ли, с кошками у меня опыта ещё не было.

- Ну, я не знаю, что мне делать. У него по времени должна быть капельница, а из ветеринаров никто на дом не выезжает. А ему прямо надо вот сегодня.

- Знаешь что, давай я приеду, поставлю. Это будет мой первый прокапанный кот! - торжественно сообщил Макаров и положил трубку.

Уже через час двое мужчин вводили седацию крайне возмущённому животному. После этого Максим стал вялым и согласился на установку катетера. И как только Макаров наладил систему, в дверь постучали.

- Ты что калитку не закрыл? Кто бы это может быть? - Никита пошёл открывать дверь.

На пороге стояла Светлана, опираясь на элегантную винтажную трость. Из-за её спины выпорхнул ангел-хранитель в лице Ариадны Артуровны. Медсестра ворвалась в дом без приглашения. Разуваясь на ходу, воскликнула:

- Хорошо, как у вас тут, прохладненько. А то, пока сюда доковыляли, ноги себе стёрли до мяса. Так ведь, Светлана Денисовна?

- Что же вы мне не позвонили? Я бы вас на машине забрал. Так сказать, от крыльца до крыльца. - возмутился хозяин дома.

- А я тебе сюрприз хотела сделать.

Светлана кокетливо улыбнулась, но бледное, измождённое лицо сыграло против неё и вызвало у Никиты только одно желание - быстро усадить её в кресло, что он тут же и сделал. Затем, игнорируя протесты – «Ну что же ты, я бы сама…» ловко разул девушку и подставил скамейку для ног. Остальные присутствующие онемели от такого зрелища, но от комментариев воздержались.

- Могу ли я осмотреть второй этаж?

По всей видимости, Ариадна Артуровна решила проверить весь дом и, не дождавшись быстрого ответа, стала подниматься по широкой лестнице на второй этаж.

- Не стоит!! - в унисон крикнули Никита и Светлана.

- Я хотела просто проверить…

- Спасибо вам, что проводили меня до Никиты. Может вызвать вам такси? - предложила девушка.

- Не стоит. - Ариадна Артуровна была явно расстроена от того, что её помощь больше не нужна.

Светлана заметила, как её спутница поджала тонкие губы и, чтобы не выдать слёз, отвернулась к окну. Всем стало неловко. Неистовое рвение доброго человека было остановлено, и его неиспользованная энергия рвалась наружу через эмоции.

- Знаете что, Ариадна Артуровна? Я вам с удовольствием устрою экскурсию по дому и двору. Мне не сложно. Сейчас кое-что закончу.

Никита быстро сообразил, в чём было дело и жестом показал женщине присесть на кресло, что стояло у окна, та послушалась и села, оценив при этом удобство мягкой мебели.

- Не сочтите меня нахалкой. Просто, я вас знаю недостаточно долго и мне хотелось бы убедиться в безопасности дома для нашей Светланы Денисовны.

Тем временем, Артём внимательно наблюдал за дыханием и сердцебиением кота, при этом корректировал подачу препарата через систему.

Экскурсия не дала себя долго ждать и после просмотра трёх комнат на втором этаже Ариадна Артуровна облегчённо выдохнула, и довольная направилась на выход мимо Светланы и Артёма склонившихся над глубоко спящим котом.

- Ну, думаю, мне пора. Вызову такси, пожалуй…

Женщина вынула было телефон из кармана, но, посмотрев на Артёма, остановилась. Она вспомнила о шикарной машине, стоявшей около дома. Как давно её не катал молодой красавец…

- Молодой человек, если вы освободились, не будете ли так любезны довезти даму до центра? На Стрелецкую, если можно…

Макаров немного опешил от такого предложения. Но, что поделать? Здесь, после прихода Светланы, он уже не нужен. Стало быть, пора ехать. Он встал во весь рост и у Ариадны Артуровны перехватило дыхание от высоты мужчины. Молча попрощавшись с Никитой и Светланой, он поспешил на выход, любезно пропустив вперёд крайне инициативную даму. Никита, проводив гостей и закрыв ворота, шёл к своему крыльцу и в голове его крутился вихрь мыслей. «Хм, незнакомый дом и хозяин дома для Светланы Денисовны…» А эта самая Светлана Денисовна насколько близка хозяину этого дома? Да, им хорошо вместе. Но, если убрать зов плоти и «единение душ», по факту, каких-то там пару месяцев назад они даже не знали о друг друге. А сейчас, если учесть кота, уже полная семья получается. Так-так, если не давать слово внутреннему закоренелому холостяку, то выходит вполне-таки приличная картина. Если допустить, что он подходит для Светланы, то вопрос в другом - насколько эта девушка подходит ему? Когда-то он дал себе обещание не связывать себя узами брака из соображения, что в какой-то момент может случится трагедия и его близкие останутся одни… Но нынешние реалии совершенно меняют всё…

Зайдя в дом, он обнаружил, что с Максимом уже закончены процедуры и Светланы по близости нет. Наверху только шумела вода в душе. И вроде бы всё хорошо, и вроде бы всё встало на свои места, но внутреннее чутьё оглушало – «Немедленно наверх!».

Взлетев на второй этаж, Никита тихо подошёл к ванной комнате. Приоткрыв дверь, он увидел вещи Светланы аккуратно сложенные в углу и бордовый халат, висящий на крючке и готовый принять в свои махровые объятия её искупанное тело. В душевой кабине под сильным напором текла тёплая вода из-за густого пара трудно что было разглядеть…

Голубев подошёл ближе и не увидел силуэт девушки. Он посмотрел вниз и обомлел - там в полусидячей позе без сознания была Светлана. Голова опущена вниз и по затылку бил поток воды. Упади она на дно душевой, захлебнулась бы…

Не теряя ни секунды, он вытащил её из воды и, наспех обернув халатом, пронёс в ближайшую комнату и аккуратно положил на двуспальную кровать. Как человек, имеющий прямое отношение к спасению, он владел несколькими аптечками в доме и вскоре под воздействием нашатыря девушка пришла в себя. Измерив артериальное давление, было обнаружено, что оно было крайне низким.

- Наверное, я перегрелась… - только и смогла произнести Светлана.

- Меня самого чуть инфаркт не хватил. - сурово сказал Голубев, надевая на себя манжету тонометра, и получив результат, добавил. - Вот видишь, как подскочило.

- Прости. Я хотела быстрее «смыть с себя больницу». - девушка отвернулась от него и уткнулась лицом в подушку.

Никита с ужасом для себя определил, насколько хрупок этот мир. Что в одно мгновение, по нелепой случайности может случится непоправимое. Не пришёл бы он в душ вовремя, страшно подумать, что могло произойти. Его сердце разрывалось от тревоги за близкого человека.

Переодевшись в домашний халат, он лёг позади Светланы и нежно обнял её. Она не спала. Нащупав худенькую бледную кисть руки, он поднёс её к своим губам. Пальцы обжигали холодом. Он тут же вскочил.

- Что? - удивилась девушка.

- У тебя не только низкое давление! Ты вся ледяная… Едем в больницу!

- Стой. Это нормально.

- Нормально?!?

- Такое бывает при повреждении гипоталамуса.

- Но тебе попало по спине. Причём здесь головной мозг?

- Нарушение кровотока… Там всё рядом.

- А, ну тогда всё норм. Никуда не едем.

Никита с наигранной беззаботностью рухнул на кровать рядом со Светланой. Девушка нежно прижалась к нему и закинула стройную ножку на его бёдра.

- Ты такой горячий. Грей меня.

Никита изловчился и, притянув толстое широкое одеяло, завернулся с любимой в огромный кокон. Она уткнулась лицом в его широкую грудь и, отогревшись, вынырнула из его горячих объятий и посмотрела на него. На тот момент он почти дремал, но эти распахнутые глаза лишили покоя.

- Не переживай, это временно и скоро пройдёт. Из-за последствий травмы я быстро разогреваюсь и так же быстро остываю.

- Предупреждать надо, ящерка моя…

- Почему ящерка?

- У рептилий температура тела равна температуре окружающей среды. Это ещё в школе проходили.

- Ну, ящерка так ящерка, мой орёл…

- Почему орёл?

- У птиц из всех позвоночных самая высокая температура тела. Это тоже в школе проходили…

Они громко рассмеялись.

- Так, подожди, Света, а как же там наш подопечный?

- О точно, как он?

Не успели они подняться с кровати, как увидели, что кот, влекомый их голосами, шатко зашёл в комнату.

- Макс, давай к нам. - Никита отбросил часть одеяла, приглашая кота присоединиться.

- Да, Максимка, залезай к нам. - замахала рукой Светлана.

Кот вяло подошёл к кровати и, уткнувшись носом в боковушку, замер.

- Что с ним не так? - удивился Голубев.

- Наркоз не полностью прошёл. До вечера будет так, спутанность сознания, сонливость…

- Бедненький ты наш. - Никита бережно поднял зверя и положил между собой и Светланой и она тут же начала его наглаживать.

- Ух ты, какой напор.

- Это массаж, чтобы быстрее пришёл в себя и вернулся к полноценной жизни, конечно же, насколько ему позволяет сердце.

Глава 5

На удивление, Светлана не требовала какого-то дополнительного ухода за собой. Вскоре, её здоровье более-менее восстановилось, и она уже могла заботиться о себе самостоятельно. Никита по-прежнему тушил пожары и спасал жизни, а дома его встречала она. Поняв, что им вместе лучше, чем порознь, они сыграли свадьбу. Забота о больном коте их сплотила. Никита сам не мог поверить своим внутренним изменениям. При том, что все его сослуживцы были рады тому, что он всё-таки нашёл себе пару, он понял, насколько плохо себя знал. Однажды Ключевский подивился таким радикальным переменам, на что Никита, ответил:

- Я не хотел обнадёживать женщину в том, что обеспечу ей хорошую жизнь и буду всегда с ней. Но Светлана невольно показала мне, что она тоже может быть не навсегда, что она также рискует жизнью, как и я. И я подумал - почему бы и нет. И наконец, нам с ней очень хорошо. У меня никогда не было никого даже близко похожего на неё.

На следующий год, к лету, Светлана разбила розарий во дворе коттеджа. Наблюдая эту картину, Никита почувствовал внутреннюю негу от осознания того, что он семейный человек. Мысль о ребёнке уже не казалась такой сумасшедшей и нередко у него возникала мысль обсудить это со Светланой, но он не хотел ей делать больно и чаще всего преподносил это в шутливой форме. Так однажды, когда она похвасталась Вадиму Геннадьевичу тем, что её родная тётя обосновалась в соединённых штатах и ждёт их в гости, тот сказал, что, когда она уйдёт в декретный отпуск по уходу за ребенком, у неё представится прекрасная возможность посетить свою американскую родственницу вместе со своей семьёй. При этом Никита, как ни в чём не бывало, поддержал эту идею и сказал, что это неизбежно.

- Как ты можешь шутить на эту тему? - возмутилась Светлана, когда они остались наедине. - Ты же знаешь, я не способна родить… даже выносить… даже зачать…

- Я не хотел тебя обидеть. Но ты же знаешь, что с нашими графиками работы, вероятность нам с тобой отправиться в Джорджию к твоей тётушке также нереальна, как и родить ребёнка.

- Ну здесь ты прав. Мне даже на неделю нельзя отлучиться. - успокоилась молодая супруга. - Пока наш ребёнок - Максим и мы продолжим о нём заботиться.

Так прошло ещё 5 лет. За нежную любовь четы Голубевых к грозам с лёгкого слова Вадима Геннадьевича за ними закрепилось прозвище «Буревестники». И в самом деле, эта парочка просто с ума сходила от надвигающейся непогоды. Пока другие метались в поисках убежища, Буревестники занимали лучшую смотровую площадку. Находясь дома на момент грозы, они брали в свою компанию кота. Набирая вкусняшек по пути, троица спешила на чердак. Там, удобно разместившись на широком балконе, они, подобно строгому жюри, с азартом оценивали разряды молний и мощь грома. Максим всегда сидел между супругами и восторженно наблюдал за буйством стихии, чем очень радовал Никиту и Светлану. Расходились они только тогда, когда гроза шла на спад, словно соревнуясь, кто продержится дольше.

В больнице персонал всё чаще обсуждал способность Светланы к деторождению. И как водится, из «самых лучших побуждений», все кому не лень стремились дать ей полезный совет - от искусственного оплодотворения до усыновления. Она деликатно уходила от темы, а дома плакала на груди мужа. Максим с горестью смотрел на это. Отчаяние людей сильно било по его здоровью. Как они не старались компенсировать это прогулками и вкусной едой, его самочувствие ухудшалось с каждым днём.

Сам Никита чувствовал, как каменеет его сердце. Хотя дома он излучал теплоту и нежность, на работе он стал чёрствым и непоколебимым. Он также выводил из огня людей и спасал животных. И если со вторыми всё было понятно, то с первыми он не особо церемонился, если они были причиной пожара. Может не состоявшиеся отцовство наложило отпечаток, но Никита все эти годы не брал отпуск и у него накопился почти год отпуска, как он отшучивался, декретного. Видя, как Ключевский и Макаров возятся со своими детьми, он в полной мере осознал то, что попал в порочный круг, из которого нет выхода. Кто-то подсказал ему, что достаточно заменить женщину и тогда отцовство станет реальностью, на что получил бурю негодования. Особенно Никиту разрушало состояние Максима. Он всё чаще и чаще вспоминал первый день встречи, ту Светлану и ту странную девушку, которая возникла в пламени и протягивала ему руку. Это для него стало наваждением. Встречал ли он кого-нибудь подобного в дальнейшем? Нет. Но ещё одна странная ситуация произошла на одном пожаре. Горел Хостел. Люди были выведены в безопасное место и по горящему зданию ходили пожарные в поисках потерянных людей. Владельцы Хостела упомянули о парне-наркомане, который, возможно, устроил весь этот беспредел и который не вышел наружу.

Отдав приказ молодым пожарным покинуть здание, Никита отправился на поиски парня. Обойдя все комнаты, он всё-таки заметил его, сидящего в расслабленной позе на полу. Огонь ещё не добрался до этой комнаты, но дышать было там невозможно. Где-то совсем рядом трещал огонь и шипел пар от пены. За стеной шла борьба воды и пламени.

Парень был крупный и утащить его на себе не представлялось возможным. Никита подошёл к нему. Тот был в сознании. Он улыбался, будто находился в приятном ожидании подарка. Будучи под кайфом, он никак не мог удержать прямо свою голову, и она норовила завалиться на плечо. Никита протянул ему руку:

- Пошли отсюда!

Тот даже не пытался взять его за руку, блаженно улыбаясь, сказал:

- Я никуда не пойду, Огнеборец. Иди без меня. Я жду её…

- У тебя что, здесь встреча? - спросил Никита.

- Да, за мной придёт жрица смерти. За мной придёт моя Валькирия! - тут он закашлял от едкого дыма. - И она меня, благородного Воина, заберёт к себе в Вальхаллу, и я продолжу свою жизнь в чудесном мире.

- Дурак ты, а не воин! Сейчас тут сгоришь. Пошли отсюда быстрее. - Никита попытался схватить его за руку, но тот отдёрнул её.

- Меня сейчас заберёт прекрасная Валькирия. Она уже идёт, я слышу её шаги. Она идёт сюда. А её уже забрали. Остался только я…

- Кого её? - Никита напрягся, подозревая, что есть ещё жертвы. - Кого её?!?

Не получив ответ на вопрос, он обратил внимание, как маленькая худая ручка скатилась с плеча парня и упала на пол. Никита схватил его за шею, откинул в сторону и увидел, что всё это время за ним сидела маленькая девушка. Её глаза ввалились, губы посинели. Наркоман, оказывается, прятал её за своей спиной и, не владея телом, придавил к стене. Никита схватил её, перевалил через плечо и отправился на выход. Он не стал обеспечивать её кислородной маской, она и так едва дышала. На счету каждая секунда. Быстро вынес её из зданий, сразу передал медикам и тут же вернулся обратно. Зайдя в комнату, он увидел совершенно другого парня. От былой бравады и радости не осталось и следа. Его лицо исказилось от ужаса. Он смотрел на кого-то, кто стоял рядом с Никитой. Парень хотел встать и убежать, но ноги не слушались его и лежали бесчувственными столбами, как будто были отделены от туловища. У Никиты зашипела рация, это прорывался Ключевский:

- Голубев, как ты? Помощь нужна?

- Нужна. Надо вынести килограмм 100-120!

Парень, выпучив глаза, смотрел на только видимый ему объект и безмолвно шевелил губами.

- За тобой пришла Валькирия? - усмехнулся Никита.

- Это не прекрасная Валькирия! Это ужас! - парень побледнел, дыхание сбилось и, кажется, что вот-вот потеряет сознание от страха, но он не мог отвезти глаз от невидимого существа. - Она ужасна! У неё нет руки. Она страшна, как смерть! Нет, смерть не так страшна, как она. Меня зовёт с собой…

Он потерял сознание. Голубев собрал в полумраке использованные шприцы с остатками жидкости для передачи медикам - это было необходимо для идентификации вещества и, в дальнейшем, определения антидота для нейтрализации.

В комнату влетел Ключевский и помог Никите волоком дотащить полуживое тело до выхода и оставить на парадной лестнице. Тут же подбежали медики…

После разговора с самоубийцей, устроившим смертельный передоз себе и несчастной подруге, Никите было не по себе. Кого видел этот наркоман? Страшилище пришло за ним… Всплыло старое воспоминание - день, когда он впервые встретил свою Светлану. Ведь к нему тогда руки тянула сама Смерть и Светлана развеяла её. Так почему же у всех такие разные смерти? Парень ждал красивую женщину, а получил что-то страшное. Перенеся большую нагрузку, Никита чувствовал себя плохо. Кое-как встав на ноги с порога салона скорой помощи и освободившись от рук медиков, он пошёл к другой карете, где укладывали парня без сознания. Врачи смогли привести его в себя. Никита вошёл и спросил:

- Она сейчас здесь?

Парень не сразу понял, что пожарный имел ввиду и, водя глазами по интерьеру скорой помощи, ответил:

- Нет. Она ушла. Надеюсь, надолго. Ты спас меня, Огнеборец.

- Что ты сделал с той девочкой?

- Ничего такого. - парень улыбнулся. - Я хотел уйти в другой мир и забрать её с собой.

- Она знала, что ты отравил её?

- Неа. Сначала не знала. Потом только узнала. Так металась, плакала. Потом успокоилась. У неё получилось уйти, а у меня нет. И хорошо, что у меня не получилось это очень страшно…

Никита перевёл взгляд на медиков и спросил, что с девочкой. Один из фельдшеров ответил:

- У неё сильная передозировка веществами, и она отправлена в реанимацию. Шансов мало.

Никита схватил парня за грудки и хорошенько встряхнул.

- Ты вколол ей больше дозы, зная, что это её убьёт?

- Да. Мы должны были с ней отправиться в страну радости… Но хорошо, что у меня не получилось. Я уже скучаю по ней… по моей Даше…

- Ты сгниёшь в тюрьме, гадёныш! - Никита швырнул его обратно на каталку.

Подъехали ещё две пожарные машины, двадцать минут и с чёрного скелета Хостела струилась пена, заглушая последние очаги пламени.

Глава 6

Наступило лето. Июнь выдался тёплый и ласковый. В городе вовсю шли приготовления к общегородскому празднику. В семье Голубевых по-прежнему хлопоты с котом. В преддверии годовщины свадьбы супруги всё-таки взяли отпуск на пару недель. В один из таких тёплых июньских вечеров они нежились в объятиях друг друга, поглядывая на кота, который вальяжно лежал в своём любимом кресле. От скуки решили включить новости. С экрана телевизора прогремела страшная новость. Это был удар для всех горожан. Трагедия в городе небывалого масштаба освещалась абсолютно на всех телевизионных каналах – «Народное празднование прервалось в девять часов вечера тщательно спланированной террористической атакой. По примерным подсчётам количество жертв исчисляется десятками сотен, а может даже, и несколькими тысячами человек. С ближайших городов подтянута специализированная техника и медперсонал. Санитарная авиация работает на пределе своих возможностей…»

Новость заставила Голубевых забыть об отдыхе и срочно отправиться на службу. Светлана быстро одеваясь, позвонила на работу и вскоре её забрала служебная машина. Также быстро покинул дом и Никита.

Светлана не отходила от операционного стола, спасая жизни. Операции шли даже в коридоре больницы. Никита принял участие в тушении многочисленных очагов на центральном проспекте. Большие сложности возникли при ликвидации пожара на деревянной сцене. Из-за обилия пиротехники подступиться к сердцу огня никак не удавалось. И вот, наконец, после немалого часа борьбы, пожар был полностью потушен. Везде струился едкий цветной дым. Некоторым пожарным понадобилась медицинская помощь. Никита тоже чувствовал себя неважно. Иногда его раздирали приступы жестокого кашля. Он снял шлем и осмотрелся вокруг. У пожарных работа закончена, а вот у медиков в самом разгаре. Нескончаемые звуки сирен, плач и крики пострадавших молотом били в голове, не позволяя ему сосредоточиться. Разваливаясь от усталости, на ватных ногах он побрёл к пожарным машинам. Некоторые их них стояли наготове, другие были опустошены и готовились к возвращению в гараж. Он шёл вдоль газонов. На юной изумрудной траве сидели и лежали люди. Медики обследовали их, накладывали повязки. Кого-то в состоянии шока с усилием укладывали на каталку, а кого-то слишком спокойного и бездыханного закрывали в чёрный пластиковый мешок и уносили к дороге, где таких скопилось уже три десятка. Подъехал фургон, двое крепких мужчин бережно сложили мешки в него. Фургон уехал. Через минуту на этом месте появились ещё два чёрных мешка…

Была глубокая ночь. Время медленно тянулось, будто давая шанс на спасение. Никита решил помочь медикам, но его левая кисть болела. Он встал под фонарём и обнаружил, что она распухла. Предполагая, что это какая-то лёгкая травма, не стал её усугублять дополнительной нагрузкой. Решительным шагом он направился к своим. В тридцати шагах заметил Ключевского, тот проверял машины перед отъездом, тот тоже его увидел и махнул рукой.

Неподалёку стоял обгоревший остов злополучной сцены, а в нескольких метрах от него валялся раскуроченный взрывом ларь из-под мороженого. Никита направился к нему. Рядом с ним шла работа следователей. Велись замеры. Полицейский жестом указал не подходить близко, другой протягивал ленту, ограждая территорию... Никита остановился, посмотрел под ноги и увидел, что все предметы, такие как банки из-под напитков, обувь, головные уборы, сумки, были пробиты насквозь. Он подошёл к берёзе и нашёл глубокую рану на её стволе. Поддев ножом, он вынул из неё металлический шарик-шрапнель. Он понял, что за оружие было применено здесь. К нему тут же подбежал один из экспертов и изъял вещественное доказательство. Сделав финальные снимки, группа переместилась к следующему ларю, что находился неподалеку.

Никита почувствовал давление в груди и примостился на сломанную скамью. Ранее, ближним взрывом с неё была сорвана вся деревянная обшивка и остался только металлический каркас. Звуки трагедии не стихали - по-прежнему выли сирены и кричали люди, но какой-то другой звук привлёк внимание Никиты. Это немного походило на вибрацию, которую он уловил всем телом. Звук похожий на кряхтение, сопровождённое грудным гулом. Он обернулся. В ворохе веток, досок и щепок виднелся силуэт хрупкой девушки. Никита вскочил. Преодолев три метра оголённых, переломанных веток, он пробрался к ней. Она изо всех сил пыталась встать на четвереньки. Когда у неё это всё-таки получилось, она стала двигаться дальше от эпицентра взрыва. Видимо, она переживала этот кошмар снова и снова в своём потрясённом сознании. Её глаза были закрыты, Никита понял, что она делала это в неосознанном состоянии. Девушка просто кружила на месте. Он никогда такое не встречал - тело пыталось спастись при том, что человек находится без сознания. Всё время от неё исходили глухие звуки. Она боролась за жизнь.

- Девушка, остановитесь! Вам нужен покой. Сейчас подойдут врачи…

Но она не слышала его. Подойдя поближе, он разглядел её. Основное ранение пришлось на спину и правый бок. Через зияющую рану в правом боку струилась кровь. Сквозь грязь и пепел проглядывались светлые вьющиеся волосы, их часть, прядями, прилипла к окровавленной спине. Что-то блеснуло в полумраке - маленькая металлическая заколка-крабик скатывалась вниз по локону волос, стремясь к земле. Никита в полёте подхватил заколку и положил себе в карман для сохранности. Он огляделся. Все медики были очень далеко и очень заняты. Ничего другого не оставалось, как брать пострадавшую на руки и выносить из этого мрака. Накинув на её спину свою спецовку, он поднял её и перевернул на спину. Она изредка шевелилась, но была по-прежнему безмолвной, на её лице царили спокойствие и безмятежность. Обойдя огороженную территорию, а это был самый короткий путь к врачам, он, прижимая к груди девушку, что есть сил, насколько позволяли отравленные лёгкие, рванул к ближайшей карете скорой помощи. Едва он добрался до машины, как перед ним захлопнулась дверь. Он ладонью стукнул по бочине, призывая открыть дверь и впустить внутрь. Но открылось только окно, высунулся растрёпанный фельдшер.

- У нас нет места! Ищи другую машину!

- Откройте!! Ей нужно срочно в больницу! Она ранена! - Голубев снова хлопнул по двери.

- Не веришь - смотри!

Фельдшер, устало закатив глаза, открыл дверь, и Никита увидел, что весь салон был занят ранеными - кто лежал, кто сидел, а кто стоял, свернувшись в три погибели рядом с взмыленным от усталости фельдшером. Дверь закрылась и скорая, включив сирену, умчалась прочь. Так повторилось ещё с несколькими скорыми. У последней Никиту настиг Илья.

- Вот ты где! Я думал, ты возвращаешься, а ты тут спасаешь…

- Илья, наша машина где-нибудь поблизости есть?!? - сходя с ума от перенапряжения, закричал Никита.

- Да, вот она. Я на ней сюда подъехал…

- На ней в больницу её повезём!

Подбежав к пожарной машине, они не обнаружили водителя.

- Ждать не будем, когда он нагуляется. Илья иди за руль. Хотя нет. Подержи её… только аккуратно… вот так. Я сяду, ты подашь, хорошо?

- Куртка насквозь! - Илья почувствовал, как горячая липкая кровь просачивается через ткань куртки Никиты. - Что с ней? Где ты её нашёл?

- Пропустили её, видимо. Но я нашёл и это главное.

Тяжело дыша, Никита всё-таки смог затащить девушку себе на колени. Ключевский ловко вскочил на водительское место, врубил сирену и вырулил на дорогу.

- Хм, с сиреной скорей получится. - Никита одобрительно кивнул.

- Это точно. - согласился с ним Илья.

- Куда везём?

- Не знаю. Пристроюсь в поток скорых, авось, до какой-нибудь ближайшей больнички успеем доехать. Она, я вижу, вообще солдат. Держится.

Тут машина резко остановилась. Никита едва успел проложить руку между головой девушки и панелью.

- Что? Почему ты встал?!? - возмутился он.

- Сам смотри.

Никита увидел череду скорых, летящих перед ними.

- Но у нас тоже экстренный случай!

- А ты им это докажи. - пожал плечами Илья. - За ними, несомненно, приоритет.

Никита посмотрел на девушку. Она распахнула глаза. Свет уличных фонарей осветил её лицо. В её глазах он увидел такое…

- Илья глянь сюда. Или я схожу с ума или мы наблюдаем нечто странное, необъяснимое…

Пользуясь паузой из-за остановки, Ключевский перевесился и пристально посмотрел в её глаза. Потом перевёл растерянный взгляд на товарища.

- Синий туннель. Навстречу идут люди. Много людей, Голубев. Ты это увидел?

- Ага. Мы видим её глазами. Она в туннеле перед смертью… Мы не успеваем её спасти…

- Нифига, Голубев, ни-фи-га! - Ключевский резко переключил рычаг коробки передач, мотор взревел. - Не знаю, заметил ты это или нет, но все встречные фигуры озарены. Вот они как раз идут на свет, а она следует против потока.

Девушка закрыла глаза, а когда открыла вновь, это уже были простые, голубые глаза. Машина пересекла проспект и снова встала.

- Теперь что?

- Не будем тыкаться, как слепые котята. А если её не возьмут в больнице из-за того, что у них перегруз? Тогда ей придёт конец. Звони своей Светлане, узнай, куда везти. - скомандовал Илья и обратился к девушке. - Не знаю, слышишь ты меня или нет, девочка, но не следуй на свет…

- Она тебя не слышит. - угрюмо констатировал Никита, набирая номер жены. - Сейчас пребывает в бессознательном состоянии. Успеть бы…

После недолгих гудков, трубку взяла одна из операционных медсестёр и поставила на громкую связь.

- Да? - сухо донеслось откуда-то из глубины.

- У меня на руках тяжелораненый с кровопотерей. Куда везти?

Повисло молчание. В эфир ворвался Виталий Геннадьевич:

- Мы уже не принимаем. Где вы сейчас находитесь?

- У строительного колледжа.

- О! Как раз за ним центр по протезированию, при нём небольшая больница. Как я знаю, она ещё не задействована в приёме пострадавших. Оборудование там современное. Главное, чтобы хватило крови. Мы сейчас с ними свяжемся, они всё успеют подготовить…

Машина сорвалась с места и через пару минут петляния по закоулкам, притормозила у приёмного отделения.

Илья заглушил мотор и посмотрел на Никиту. Его было не узнать. Он тяжело дышал.

- Что с тобой?

- Что?

Никита едва услышал слова друга из-за шума в голове, но так и не смог понять.

- Голубев, с тобой всё нормально?

- Да ничего, просто устал.

Ключевский пристально посмотрел на него.

- Нет, ты покраснел, у тебя отёк лица и не только…

- Да нормально всё…

- Реально, какая-то аллергия. Там же было столько химикатов.

- Ерунда всё. - Никита стал готовить девушку на выдачу приближающимся санитарам.

Двое парней приняли и бережно положили девушку на каталку.

- Да что ж вы с каталкой?!? Тут же не объедешь тротуар. Носилки надо было… - возмутилась подоспевшая главврач.

Пока санитары поднимали каталку, чтобы перенести на ровную дорожку, к каталке подбежала пухленькая медсестричка. На её лице читалось неимоверное переживание. Посмотрев на девушку, она отвернулась, но собравшись духом, повернулась к пострадавшей вновь. Ком подкатил к горлу, и она схватилась руками за свою шею, чтобы расслабить спазм. Кое-как дар речи к ней вернулся, и она крикнула главврачу и другим медсестрам:

- Елизавета Михайловна! Девочки! Это же наша Стелла! Стеллочку нашу привезли! - потом она вскинула глаза на пожарных и спросила. - Там рядом с ней не было мужчины? Олег Павлович его зовут.

Они пожали плечами.

- Олега Павловича нашли, Любаша. Его состояние удовлетворительное. Он сам ищет свою супругу. - главврач подошла ближе и посмотрела на девушку, надеясь, что медсестра ошибается, но, так ничего не разглядев под слоем сажи и запёкшейся крови, скомандовала. - Каталку на плечи и бегом через лестницу!

Никита последовал за ними. При входе в просторный коридор, его резко остановила одна из медсестёр.

- Молодой человек, вам сюда нельзя!

Мимо проходящая главврач окинула его своим профессиональным взглядом и остановила рьяную медсестру:

- Вита, он пострадавший. Найди пока ему здесь место, я к нему кого-нибудь из врачей пришлю.

Медсестра тут же подхватила его под локоть и, проведя несколько метров, посадила на кушетку.

Тем временем, каталка с девушкой остановилась у лифта и главврач, пользуясь возможностью разглядеть её в свете достаточного освещения подбежала и ещё раз внимательно посмотрела на лицо.

- Это, всё-таки, она. Наша Стелла… - она заметно побледнела и, взяв себя в руки, продолжила. - Так, значит, готовим её к срочной операции! Карта её здесь имеется и это упрощает дело. Из столицы врачи летят. Наших рук не хватит.

Тут на улице послышались звуки сирен множества скорых. Подъезжая, сирены замолкали. Двери распахнулись и одни за другими въезжали каталки с раненными людьми. Парамедики передавали врачам пострадавших. Белоснежные листы бумаги летали из рук в руки. Наспех собранный анамнез по пути в больницу был подобен сокровищу. Никита сидел, откинув голову на стену, и только иногда приоткрыв глаза, наблюдал за происходящим. Сквозь поток людей он увидел молодого врача, тот, не имея возможности сразу подойти к нему, махнул рукой, мол, сейчас я вами займусь, но выскочивший из потока фельдшер перехватил его и увлёк к пострадавшему в критическом состоянии. Врачу ничего не оставалось, как с грустью посмотреть на бледного Никиту и пожать плечами. Через пару секунд он с суетливым медперсоналом прокатил мимо него каталку с раненным и скрылся в распахнутом зеве лифта. Вскоре, в полузабытье, Никита увидел напротив себя девушку в медицинской форме, у неё на груди был значок интерна. Пробившись через людей, она села рядом с ним и приступила к прослушиванию фонендоскопом.

- Извините, опытных врачей разобрали. - она устало улыбнулась, стараясь через шум приёмного отделения прослушать лёгкие и сердце Никиты. - Придётся вам довольствоваться неопытным…

Тут из толпы к ней подбежала медсестра Любаша.

- Татьяна Алексеевна! Там парень… срочно вы нужны!

Девушка вскочила и, бросив удаляясь «Займись им!», исчезла в самой гуще людей.

- Как, а что я должна сделать?

Медсестра растерянно посмотрела на внешне целого больного.

- Я стабилен. - произнёс Голубев, еле дыша от удушья. - Бегите, кому-то вы сейчас нужнее…

В секунду медсестра исчезла.

- Всё! Всё! Больше никого не принимаем! - мимо прошла главврач, махая руками. - У нас перегруз! У нас нет столько медперсонала! Мы уже об этом сообщили двадцать минут назад!

- Ну а как же он? - чуть не плача совсем юная фельдшер посмотрела на пожилого мужчину на каталке. - До другой больницы он не дотянет…

- Ну нас в коридорах мест нет, в операционные очереди. Вы что хотите, чтобы он здесь у дверей…

- Нет! Я этого не хочу! - фельдшер психанула и выскочила вон.

- Вот те на, да он весь как решето.

Возмущённый голос главврача был слышен в каждом уголке приёмного отделения. Елизавета Михайловна в ужасе изучала сопроводительные документы раненного мужчины. Не успела она дочитать, как в зал ворвалась молодая семья.

- Папа, мы еле тебя нашли! - к дедушке бросилась женщина и стала пытаться вернуть его в чувство. - Ты меня слышишь, папа?!? Я тебя отвезу. Тебя отремонтируют… - она подняла заплаканное лицо на главврача, поясняя. - Он всегда так говорил… «отремонтируют». Он же бывший военный… старший лейтенант. Он столько пережил. И вот так, нелепо.

Женщина стала толкать каталку к лифту, а Елизавета Михайловна её всё старалась вразумить.

- Поймите же, наконец! У вашего отца нет шансов. Пять проникающих ранений! Задет сердечный мешок. Кровоизлияние. Сердце сдавленно своей же кровью. Работает на пределе.

- Но мы же не знали, что его к вам привезут! Его надо было в кардиологию… Ваша больница не имеет достаточного уровня…

- Да, его привезли без согласования. Виновные будут наказаны. Но, тем не менее, очень прошу вас не создавайте излишнюю суету. - главврач обратила её внимание на окружающих людей. - Посмотрите, здесь очень много пострадавших. Им страшно…

Женщина всё-таки смогла довести каталку до лифта и остановилась. В отчаянии она посмотрела на своего отца. Она была бессильна ему помочь. У входа остались её муж и дочь. Тут девочка сорвалась с места и побежала к матери. Её никто не пытался остановить. Кто-то из пострадавших приподнялся с каталки и сказал:

- Бежит прощаться с дедом…

Вскоре, медперсонал развёз больных по палатам и остались только люди на кушетках, такие как Никита. Внешне, как будто целые, но внутри…

Некоторых из них, падающих, подлавливали пробегающие медсестры и на подоспевших каталках развозили по указу врачей. К Никите никто не решался подсесть и у него не раз возникало желание прилечь, ведь на кушетке для этого достаточно места, но он держался из последних сил. Чтобы не мешать движению, женщина с девочкой подкатили каталку к Никите. Каталка встала у стены, женщина села рядом с ним и посадила девочку к себе на колени. Девочка, лет четырёх-пяти, всё время спрашивала про здоровье дедушки.

- Сейчас большая очередь, доча. Дойдёт дело до нашего деда, дойдёт…

Девочка, будто птенец, просяще смотрела на каждого проходящего в медицинской одежде. Иногда подбегала к ним и в надежде, хватая за руку, спрашивала:

- Вы поможете моему деду?

Те аккуратно освобождались от крепкого захвата и летели дальше. С каждой минутой таких крепких захватов становилось всё больше и больше. И сейчас она схватила не кого-нибудь, а главврача.

- Вы спасёте моего дедушку?!?

Елизавета Михайловна была без сил и, заметив побледневшего Никиту, подошла к нему. Женщина тут же вскочила, дав место врачу. Впервые за эти часы у главврача представилась возможность сесть. Но, прежде всего, помня о своём врачебном долге, она схватилась за свой фонендоскоп и, прослушав грудь пожарного, стала глазами искать того, кто увезёт его в палату.

Женщина с девочкой стояли рядом в растерянности.

- Вы ему сможете помочь? - осторожно спросила она.

Мимо прошёл санитар и, забрав каталку с дедушкой, скрылся за поворотом.

- У нас сейчас появилась возможность сделать ему рентген. Прогноз печальный. Ничего обещать не могу, Лютая нехватка людей, места и оборудования. Ждём врачей из столицы. Там два кардиолога. У него ещё и возраст. Сколько, напомните?

- Шестьдесят девять. - угрюмо ответила женщина, но недавние события вновь заставили её встрепенулся. - Шестьдесят девять! Он же ещё молодой! А знаете, какое у него сердце?!? Он участвовал в таких военных операциях! Его сердце всё выдержало! И это выдержит! Прошу, дайте ему шанс!

- И вместо кого я должна его пропустить на операцию? Вместо ребёнка? Или вместо несчастной беременной, которой остался месяц до родов? Вся команда хирургов надеется, что осколок застрял в мягких тканях матери, а не был остановлен её нерождённым плодом. Или вместо парня… А таких, как ваш дедушка, знаете, сколько у нас? С тем отличием, что они в палатах и ждут свою очередь.

- Я всё понимаю. Это ужаснейшее стечение обстоятельств. Просто, чтобы вы знали, он - настоящий герой.

- Выжить в такой мясорубке… Вы правы.

- Нет, вы не поняли. Он с ней пошёл покупать мороженое. - женщина показала на сонную дочь, которую она держала на руках. - Поняв, что происходит, он не нашёл укрытия и закрыл мою девочку собой. Понимаете? Он пожертвовал собой ради внучки.

Подошёл отец семейства и, забрав спящую девочку на руки, увёл жену наружу.

- Как это не печально, но подобные ситуации, как конвейер, штампуют героев всех уровней… - философски приметила Елизавета Михайловна. - Но лучше бы всего этого не случалось и все бы жили в мире и согласии.

Никита почувствовал сильное головокружение и сел полубоком, облокотившись об стену. Его затуманенный взгляд был устремлён на центральный вход. Мимо дверей всё реже и реже пробегал медперсонал и в огромном приёмном зале остались только он и Елизавета Михайловна сидящие на одной кушетке. Ему было неловко перед ней, сидеть так, повернувшись спиной, но в другой позиции он неминуемо упал бы. Он не видел, как она, пользуясь моментом, немного задремала. Медики, проходя мимо, с сочувствием смотрели на свою начальницу. Ведь, именно на неё обрушилась основная нагрузка. Административная работа позади и можно немного отдохнуть перед работой в операционной. Хотя бы пять минут…

Наступило утро. В широком окне забрезжил свет. Молодая листва деревьев засверкала, колыхаемая нежным ветерком. На душе Никиты стало так спокойно. В полусне он не заметил, как каталка с дедом вернулась на место у стены, а Елизавета Михайловна, тихо охала, перебирая рентгеновские снимки. Сквозь падение в бездну он ненадолго вернулся в реальность. У входа появилось пятеро человек. Они появились так неожиданно, что, когда их обнаружила главврач, она вздрогнула, но, взяв себя в руки, тут же побежала к ним. Мужчина и женщина, с ними два мальчика лет семи, чуть позади красивая девушка. Девушка сильно отличалась от всех, кто встречался Никите с момента трагедии, будто, она только вернулась с приятного романтического свидания и случайно оказалась здесь. Один из мальчиков старался дотянуться до матери, та была в отчаянии, но его старалась увести в сторону девушка. Она это делала нежно и ласково, но весьма настойчиво. Другого мальчика мужчина держал на руках. Тот не подавал признаков жизни. Мужчина пребывал в неменьшем отчаянии, чем его жена. Елизавета Михайловна подошла к ним. Мужчина положил сына на кушетку, врач подняла край его футболки и показала живот ребёнка. Родители в ужасе отпрянули назад. Женщина бросилась на грудь своему мужу и громко зарыдала. Елизавета Михайловна оставила их и вернулась к Никите. Он, еле шевеля слипшимися губами задал ей только один вопрос:

- Почему никто не поможет другому сыну?

- Какому ещё сыну? - удивлённо спросила врач.

Каждое слово давалось Никите с трудом:

- Второму мальчику. Его уводит девушка, сестра, наверное, а он хочет быть с матерью…

Глаза врача округлились от страха. Она вскочила и закричала:

- Санитары! Что же вы там медлите? Пациента срочно в пятнадцатую! Вита!

Подбежала медсестра.

- Вита, его срочно в пятнадцатую под кислород. Анализы собери. - тут Елизавета Михайловна, озираясь по сторонам, добавила. - Он Регента видит.

- Своего?!? - испугалась медсестра.

- Нет. Вон того мальчика.

- Что с ним?

- Раненого привезли домой. Думали, отлежится, а утром к участковому педиатру. А там у него отверстие от шрапнели, представляешь. Я им показала, где собралась вся его кровь. Он уже минут двадцать как был мёртв…

- Кто такой Регент? - спросил Никита.

- Та девушка, которая уводит душу мальчика в другой мир - одна из них. - пояснила главврач. - Она ещё там?

Никита старательно напряг затуманенный взгляд:

- Она увела мальчика в светящийся круг в стене, и он погас. Вы, что, разве не видели?

Вита посмотрела на уставшую начальницу и улыбнулась:

- Елизавета Михайловна, что вы так испереживались за нашего пожарного? Вот, если бы он своего Регента увидел, то мы мало чем смогли бы помочь…

- Как там Стелла? - устало перевела дух главврач.

- Оперируют её. Пока стабильна. Но не хватает рук. Во всех трёх операционных параллельно идёт по две операции. Это сумасшествие какое-то. Хирурги наши на издыхании. Нам поможет только чудо…

Из-за угла выбежал санитар с каталкой и направился к Никите, но Елизавета Михайловна приказала ему заняться той семьёй и вскоре каталка с телом уехала в один из коридоров.

Утреннее солнце залило холл больницы. Новый день - новая надежда. Где-то далеко, в одном из больничных комплексов, Светлана осторожно извлекает осколки из бедра пациента. Вот она бедренная артерия. Цела. Прогноз благоприятный. Ассистент промачивает ватным тампоном пот со лба хирурга Голубевой. Где-то в другой стороне города, в доме с изящным розарием у крыльца, на окне сидит большой чёрный кот и ждёт своих людей домой. Его сердце сжимается от тоски и тревоги.

Никита потерял сознание. Очнулся, когда уже был на каталке. От кислородной маски всё-таки дышится легче. Елизавета Михайловна сама сопровождает его. К ней подбежала медсестра и протянула несколько бумаг. Она остановилась и стала печально перелистывать.

- Врачей нет. Нам поможет только чудо…

Тут двери распахнулись и в холл ворвалась большая группа людей… Елизавета Михайловна сразу узнала их. Она смотрела на этих трёх человек как на богов. Для неё они и были - боги. Двое мужчин и женщина шли быстро, не теряя ни секунды. Они приветливо помахали ей руками и скрылись в ординаторской.

-Хирурги из столицы и их команды. Мы спасены! - вырвалось из её груди.

Никита приподнялся, посмотрел в сторону каталки деда и схватил руку Елизаветы Михайловны, та опешила от неожиданности.

- У деда нет Регента! Слышите? Нет… Регента…

Главврач схватила за руку пробегающую мимо медсестру:

- Любаша, срочно готовь того мужчину и вези его к столичным! Снимки все рядом с ним, там всё понятно. Уверена, они справятся!

- А как же другие срочные?!?

- Процедурную надо переоборудовать под операционную. Поняла? Знаю, ты хороша в анестезиологии. Будешь мне ассистировать. Разгрузим их немного.

- Хорошо, Елизавета Михайловна, хорошо!

Любаша схватила каталку с дедом и врулила в распахнутые двери лифта.

Через несколько минут Никита попал в профессиональные руки больничной санитарки. Бабулечка лет семидесяти, припевая что-то себе под нос, ловко раздела его, он только успел вынуть из кармана ту самую заколку Стеллы и свой телефон. Затем, провела его в душ. После, облачила в больничную пижаму и, проводив до одиночной палаты, уложила в постель. Всё это время она не сказала ему ни слова и только в конце, когда она увидела аппаратуру наготове, растерялась и попыталась что-то с ней сделать.

- Ой, внучок, не знаю, как это надо к тебе приладить?

- Не переживайте, кто-нибудь из медсестёр сообразит…

Тут в палату влетает медсестра Вита, вырывает из рук санитарки кислородную маску и торопливо выпроваживает её из палаты.

- С возрастом Ангелина Ивановна стала более инициативной, аж страшно. Считает, что выросла до уровня медсестры. На пенсию ей давно пора…

Никита улыбнулся. Вита, взглянув на него, тоже расплылась в улыбке, заметив:

- Вы, когда умытый, такой хорошенький…

- Да это просто антигистаминный препарат начал действовать.

- Не, ну вы вообще красавчик!

- Женат. - Никита жёстко пресёк флирт.

Медсестра погрустнела и поджала губки. Ему стало неловко.

- Вита, если вам нравятся смелые мужчины с дымком, то добро пожаловать к нам - военно-пожарную часть номер три. С десяток холостяков у нас точно наберётся.

Девушка улыбнулась и достала резиновый жгут. Перетянув им руку, набрала тёмную венозную кровь в большой шприц. Закончив, она перевела взгляд на прикроватную тумбочку. Там рядом с телефоном лежала заколка.

- Какой милый крабик. Где-то я такой видела. Ваш талисман?

- Нет, это не мой. Он принадлежит Стелле. Я перехватил его в полёте, когда он чуть не упал на землю…

- Прямо, как его хозяйку… - медсестра загадочно улыбнулась.

- В смысле?

- Если бы не вы, Стелла пропала бы. Совсем. Вы её, получается, тоже, как этот крабик, успели перехватить и сохранить.

- Конечно, звучит притянуто, но какая-то параллель есть.

- В жизни много символов и разглядеть их, нужен талант. У меня он есть. Так вот, не спорьте со знающим человеком.

Никита был восхищён тем, как убедительно она рассуждает о таких тонких вещах.

- Что за слово такое - Регент? Вообще, я знаю это понятие с уроков истории. Рим, всё такое…Но тут, какие-то люди - проводники на тот свет.

Вита вдруг стала очень серьёзной.

- Они сами себя так называют.

- У вас с ними был вербальный контакт?

- У некоторых из нас. Когда Елизавета Михайловна была подростком, с ней приключилось несчастье. ДТП. Она теряла много крови. Все, кто пытались помочь, делали только хуже. И к ней явился Он. Как она говорит, приятный молодой человек, очень улыбчивый. Он стал звать её с собой. Но вы же знаете нашу Елизавету Михайловну. Она с младенчества обладала пытливым умом. Она же не пойдёт с незнакомцем. Ну вот он ей и представился. Даже рассказал про то, кем был при жизни - врачом. Скончался в глубокой старости. Так что, все Спасатели при жизни могут стать Регентами после неё и продолжать своё великое дело - помогать людям в сложных ситуациях.

- И что же было дальше с этим Регентом? Я так понимаю, свою работу он не сделал.

- А он развеялся, когда подоспел фельдшер скорой помощи. Для начала ему пришлось раскидать дилетантов, которые чуть не загубили девочку, он сделал тампонаду, наложил две шины и только потом вытащил её из раскуроченной машины. Как же он явился вовремя! И знаете, это далеко не единственная история о Регентах. Просто она мне, в первую очередь, запомнилась тем, что там прозвучало их чёткое определение. А так, все схожи…

- Елизавета Михайловна не боялась, что он вернётся и доведёт дело до конца?

- Что вы? Они не подстраивают несчастные случаи, нет. Они просто забирают потерянных и отводят их в новую обитель. А у вас было что-то подобное? Ваша профессия сопряжена с огромным риском.

- Врать не буду. Было такое. Тоже был вовремя спасён…

В палату заглянул врач и позвал Виту.

- Ну мне пора бежать.

- Подождите. Передайте заколку Стелле.

- Она ещё на операции. Сами ей отдадите, когда будете на ногах. После операции она будет в двенадцатой палате.

Через полчаса вошла какая-то незнакомая медсестра, сделала пару инъекций в вену, плотно зашторила окно и вышла. Никита быстро забылся в тягучем, липком сне - синий тоннель с людьми, красивые люди, забирающие обречённых в никуда… Сквозь сон увидел, что в палату вошла Елизавета Михайловна в сопровождении двух медсестёр. Она постаралась его разбудить, но это было невозможно. Он никак не мог выйти из тяжёлой дрёмы.

- Анализы плохие. Ему здесь нужно остаться как минимум на неделю. В любой момент может случится рецидив…

Иногда просыпаясь, он вглядывался в тёмную пустоту палаты. Ему мерещилось, что кто-то смотрит на него из темноты. Так, в очередной раз сумев открыть глаза, он увидел крупную молчаливую фигуру, сидящую на стуле рядом с кроватью. Заметив его пробуждение, фигура оживилась.

- Здорова, Голубев! - голос Ключевского колоколом прозвенел в голове. - Я думал, что ты сегодня не проснёшься…

Илья громко засмеялся и хлопнул себя по колену.

- Какими судьбами? Сколько времени? - Никита прошептал сиплым голосом.

- Около десяти вечера. Да вот, мимо проезжали и я вызвался посетить нашего героя. Кстати, я узнал, твоя протеже жива. Конечно, она пока не тут…

- В смысле?

- В коме. - Илья заметил, что он помрачнел и задорно добавил. - Но все ждут её скорейшего возвращения из «Царства теней». Мы тоже будем ждать. Я им оставил наши контакты для отчёта по её состоянию. В газете про тебя написали. К нам в часть, в обед, приезжали журналисты. Много их было. Репортаж получится что надо. И здесь тоже полно журналистов на первом этаже. Дальше приёмного отделения их не пускают. Там вообще не протолкнуться…

- Когда я там был последний раз, там было пусто…

- Так, этой ночью собирали травму - ранения, переломы, а сейчас, с раннего вечера, наверное, во всём городе наплыв людей с интоксикацией от сгоревшей пиротехники и чего-то там ещё. Их там полно! - Илья показал пальцем вниз. - На ходу падают, сам видел. Хорошо, что у тебя есть место и притом в одиночной…

Никита стал подниматься с кровати.

- Ты что?!? Ложись обратно! Тебя тут на неделю оставили. Я сам спрашивал.

Но его было не остановить. Он посмотрел на кушетку у противоположной стены, на ней аккуратной стопкой сложены все его свежепостиранные вещи. В глазах загорелся огонь.

- Голубев, быстро ляг на кровать! Я не шучу!

- Пойдём отсюда. Вместе с этой кушеткой, тут будет два койко-места. Мне намного лучше…

- Что-то незаметно, что тебе лучше…

- По крайней мере, мне лучше, чем им.

Никита распахнул шторы и увидел, что вблизи больницы в свете фонарей стоят несколько машин скорой помощи. Рядом с ними много людей. Одевшись в спецодежду, он схватил с тумбочки телефон и заколку.

- Сейчас в двенадцатую занесу и погнали.

Ключевский спорить не стал.

Когда Никита покинул палату, никто не пытался его оставить. Весь персонал метался с кислородными баллонами. На ходу он поймал одну медсестру.

- Там пятнадцатая свободна.

- Здорово! - она очень обрадовалась и крикнула у лестницы. - Танюш, вези ту женщину в пятнадцатую!

Никита шёл по больничному коридору, стараясь найти палату Стеллы. Он увидел, что одна дверь открыта. Оттуда доносились голоса. На этой двери не было номера, и он заглянул внутрь. На кровати лежал пожилой мужчина, окружённый своей семьей. В нём он узнал того самого деда, который собой закрыл внучку от взрыва. Он был в приподнятом настроении и выглядел весьма бодро. Молодые родители сидели с двух сторон от него, женщина, видимо, его дочь, держала его за руку, у ног на стуле сидела его внучка. Девочка, как и её старшие родственники, находилась в благостном расположении духа и от переполняющих её чувств грудью легла на ноги своего деда и крепко обняла их, чем умилила его и родителей. В то же время, все они внимательно слушали врачей. Те стояли напротив кровати и эмоционально объясняли режим и особенности ухода за выздоравливающим. Никита сразу узнал их - мужчина и женщина - столичные кардиологи. Там же, за столиком, сидела Елизавета Михайловна и что-то записывала. Голубеву такая картина пришлась по душе, он улыбнулся и пустился дальше на поиски палаты Стеллы. Наконец, в одном из закоулков Никита нашёл двенадцатую палату и, оставив товарища у двери, тихо зашёл внутрь. В полумраке палаты стояла кровать, окружённая разной аппаратурой. Со всех сторон она была обвешана прозрачной плёнкой. Сквозь неё он увидел знакомые черты. Стелла. Глянув на показатели на мониторе, понял, что ей вернутся в сознание, это просто дело времени. Он сразу не заметил, но, присмотревшись, увидел спящую Любашу на кушетке, что стояла рядом. Он тихо положил заколку на столик и также тихо вышел.

- Ну что, поболтали? - пошутил Ключевский.

- Она спит. Не стал тревожить…

Глава 7

Третья городская больница.

- Кто-нибудь видел Светлану Денисовну?!?

По коридору хирургического отделения бежал Вадим Геннадьевич. Он заглядывал в каждую палату в поисках своей ассистентки. Одна из медсестёр направила его в ординаторскую. Заглянув в комнату, он никого не увидел.

- Да там она. - медсестра зашла и показала на узкий проём между стеной и шкафом. - Вон стоит… и плачет.

Отчаянный вид одного из ведущих хирургов больницы смутил медсестру, и она быстро выскочила из комнаты.

- Света, возьми себя в руки. - он коснулся её плеча. - Такое происходит от переутомления…

- Вы меня предупреждали, я не послушалась.

Светлана ревела навзрыд.

- Ой, как я не хотел, чтобы ты выучила эту грамоту таким образом. В медицине героизм выглядит несколько иначе, чем где бы то ни было. Тут не нужно превозмогать себя и прыгать выше головы. К слову, о голове. Это твой главный рабочий инструмент, твой незаменимый актив. Переутомление неизменно приведёт к ошибке…

- Я это уже поняла. Как так получилось, не знаю. Рука перестала меня слушаться, да ещё и со скальпелем. Если бы вы не успели схватить её, я бы таких дел наделала!

- Свет, давай так. Будь поаккуратнее с собой. Поняла?

Светлана кивнула.

- Но вы же, Вадим Геннадьевич, тоже сутки не спали. Как у вас получается сохранить такое самообладание?

-Во-первых у меня многолетний опыт, во-вторых, я за эти сутки дважды спал. После пяти часов работы, обязательно, два часа сна.

- Когда это вы спали? Я вас всё время видела. Из пятнадцати операций восемь я сделала с вашим участием.

- Ага, и каждый раз я напоминал тебе, что пора идти поспать.

- Но я же чувствовала себя вполне удовлетворительно и все операции проведены успешно.

- В том то и дело – «удовлетворительно». Ты рассыпалась на моих глазах. Я тебе запрещал быть на последней операции?

- Да, Вадим Геннадьевич.

- Но тебе надо было геройствовать…

- Я не геройствовала. Кроме меня у вас не было ассистентов. Всё бы затянулось. А так, мы сделали всё быстро и только в конце…

Светлана вновь горько заплакала.

- Ну ладно, давай так, на будущее. Вижу ты не щадишь себя и относишься к себе как к машине. Рассмотрим ситуацию с этой позиции, иначе она сможет повторится, и я не окажусь рядом. Допустим, ты не чутко к себе относишься и часто, я это сам видел, работаешь на износ. Так вот, представь такую ситуацию - тебе надо въехать в бугор, но у твоей машины пустой бак и изрядно перегрелся двигатель, аж пар идёт. Какие твои действия?

- Надо подождать, когда остынет двигатель и заправить бак, и только потом ехать в бугор.

- Вот видишь, получается, ты к себе относишься не как к машине, а намного хуже. И при всём при этом ты отвечаешь за здоровье. Да, что там здоровье! Ты отвечаешь за жизнь вверенного тебе человека. Вредя самой себе, ты превращаешься в орудие убийства.

- Я хотела как лучше…

- Ладно. Будем считать, что у тебя сегодня был самый счастливый день в жизни. Ты усвоила урок без потерь. Если ты пуста, растрачена, кроме ущерба нечего от тебя ждать. Нужно остыть и заправиться. Так что, езжай домой - поешь как следует и хорошенько выспись, так сказать, до розовых щёчек. Сейчас уже поздний вечер. Жду тебя завтра, ближе к обеду.

Ближе к полуночи Светлана переступила порог своего дома. Везде было темно. У порога её встретил кот. Бодрый и радостный тёрся о ноги, неистово мурлыкая на весь дом. Она подхватила его на руки и поцеловала в лоб и холодный нос. Затем переобулась и прошла в гостиную. Максим опередил её и прыгнул на диван. На нём лицом к стене спал Никита. Светлана понюхала воздух рядом с ним. Пахло больницей. Ей захотелось его разбудить, но он похрапывал, и она не стала его беспокоить. Прошла на кухню, включила свет. В распахнутое окно шумно врывался холодный ветер. Неожиданно холодный для июня. Он по-злому трепал тюль и даже люстра на потолке не могла устоять против дерзкого потока воздуха и качалась из стороны в сторону. Светлана пробежала через всю кухню и громко закрыла окно. Тут же воцарились тишина и покой. Она прислушалась. Может из-за шума проснулся Никита? Но тихий храп по-прежнему доносился из гостиной. Она быстро прибрала разбросанные ветром вещи и увидела, что на столе стоит кофе. Остывший, видимо он налил и отвлёкся. Это было совсем ему несвойственно. Тут уже она начала переживать. Подойдя к мужу, потянула его за плечо.

- Никита, проснись.

В полумраке не было видно насколько он был бледен. После некоторых усилий, она услышала тихий голос.

- Милая моя, ты вернулась. Ложись рядом.

- Мне надо переодеться.

- Ложись со мной. - он стал тянуть её к себе.

- Ну хорошо. - Светлана присела рядом. - От тебя пахнет больницей. Что произошло?

- Да так, полежал немного, отдохнул. Сейчас, почти полон сил для свершений…

Вдруг он разразился продолжительным и тяжёлым кашлем. Как он не пытался сдерживаться, получалось только хуже.

Кот, лежащий в кресле по соседству, подскочил и в тревоге устремил всё внимание на своего человека. Потом посмотрел на Светлану. От волнения на ней не было лица.

- Так, давай, дорогой, всё по порядку. Что произошло?

- Ну тушили… надышался… привезли с Ключевским пострадавшую. - хрипло проговорил он и после, немного отдышавшись, добавил. - Там меня определили тоже как пострадавшего. Полежал немного под кислородом, отдохнул. Теперь полон сил…

- Ты в той же больнице был?

- Конечно, меня оттуда так и не выпустили. Сбежал…

Светлана поднялась, подошла к окну и набрала номер больницы. После долгих гудков прозвучал звонкий голос:

- Больница при центре протезирования слушает.

- Здравствуйте. Я лечащий врач Голубева Никиты, возраст пациента 34 года. Будьте так любезны, предоставить мне его историю болезни и полный медицинский отчёт. Отправляйте по адресу, который я вам сейчас вышлю.

- Хорошо, жду…

Светлана сосредоточено вбила адрес, отправила сообщение в отдел контактов больницы и стала ждать ответа прижав телефон к груди.

- Света, ты не волнуйся. Мне уже намного лучше… - донеслось с дивана.

- Это я сама определю, насколько тебе лучше.

Она подошла и накрыла его пледом. Телефон звякнул, пришло сообщение. Она с мрачным лицом прочла его, громко вздохнула и спросила мужа:

- Так, а почему ты сбежал?!?

- Там был наплыв пострадавших, и я хотел освободить место.

- Те пострадавшие, в большинстве своём, менее пострадавшие, чем ты. Ты должен был там остаться!

Светлана, впервые за всё время, не на шутку разозлилась на мужа. Максим испугался и прижался к нему, закрывая собой. Она определила это и её до слёз тронуло поведение кота.

- Максим, ну что ты переживаешь? Я ни за что не наврежу ему. Он сам себе навредит пожёстче, чем могла бы навредить ему я. Он сам прекрасно с этим справится. Да, Никита? Твой друг, Максим, чуть не убил себя и я из-за этого на него так зла. Пойдём, лучше, я тебе покормлю.

Кот понял, что Никите ничего не угрожает и радостно побежал на кухню. Светлана прихватила пакет сухого корма, но он не пригодился. Оказывается, всё это время кошачья еда оставалась нетронутой. Почувствовав её крайнюю заинтересованность в его благополучии, кот тут же приступил к трапезе.

- Что же у меня за мужчины такие! Совсем не берегут себя.

Она села за стол и прихлебнула холодный кофе из чашки. Горьковатый вкус пробудил в ней сильный голод. Она направилась к холодильнику, но чувство тревоги заставило поменять курс. Она приоткрыла окно в гостиной и вновь ощутило холодное дыхание, рвущиеся внутрь тёплого дома. Но, что поделаешь, больному нужен свежий воздух. Никита снова стал задыхаться. В расход пошла последняя ампула адреналина и кислородный баллон. Этого было мало.

- Я сейчас тебя обратно в больницу отвезу!

- Мне не нужно в больницу. Во-первых, там нет места, во-вторых, ты сама сможешь всё проконтролировать…

- А если тебе сейчас станет хуже? Вдруг случится кома? Как я тебя проконтролирую? Или тебя на руках в машину отнесу?

Она схватила телефон и набрала номер скорой помощи. После очень долгих гудков диспетчер взял трубку. Светлана, уже не в силах сдержать слёз, описала ситуацию, но он ответил только:

- Извините, девушка, но все наши машины заняты. Ближайшая освободится минимум через час. Могу вас записать…

- Понимаете, я сама врач, мне нужен только адреналин! Пусть, кто-нибудь завезёт мне препарат, и я смогу стабилизировать больного.

У Никиты снова случился приступ. Светлана отвлеклась на него. Диспетчер прервал связь. Ей ничего не оставалось как ехать в ближайшую круглосуточную аптеку, что находилась в двадцати минутах езды. Она в последний раз попыталась поднять Никиту на ноги, но ничего не получилось. От гипоксии он был в полуобморочном состоянии и даже сесть на диван, не то, что выйти на улицу, для него было невозможно. Напоследок, проверила окно, укутала пледом мужа и выскочила из дома. Начался ливень. Ледяной и пронзительный. Вспомнив, что аптека находится вдалеке от автомагистрали, вернулась за дождевиком. Взревел мотор, ворота гаража поднялись, и машина тронулась. Переутомление от тяжёлых рабочих суток никуда не делось, и Светлана едва избежала наезда на столб. Улицы города были пусты и только сверкающие машины скорой помощи иногда пролетали мимо.

Приехав, она увидела заграждение. Значит, придётся выходить здесь и идти вдоль высотки. Везде натянуты красные ленты с предупреждением не пересекать их. Велись работы по коммуникациям, объехать не было возможности, да и кто знает, что там было с дорогой. А аптека вот, совсем рядом. Сквозь стену дождя просматривалась вывеска - красный крест круглосуточный аптеки. Нужно немного обогнуть котлован с кипящей водой…

Максим тем временем лёг рядом со своим другом. Он закрыл глаза, слушая тяжёлые хрипы. Вдруг он почувствовал чьё-то присутствие. Он открыл глаза и увидел, как тюль и шторы колышутся. Показалось. А, нет. Возле окна стояла фигура. В расплывчатых бликах просматривалась женщина с длинными тёмными волосами и в длинном голубом платье. Но она была не в комнате, а где-то в другом месте, будто передавалась далёкая трансляция прямиком в эту комнату. Её лицо также было расплывчато. Резкая боль пронзила сердце кота. Он вскрикнул. Это взбудоражило Никиту. Он открыл глаза и в полутьме нащупал своего кота.

- Максим, не переживай за меня. У меня всё будет хорошо. Светлана обязательно спасёт меня. Она - моя жизнь…

К горлу мужчины подкатил ком, и он положил кота рядом с собой. Максиму стало легче, и он замурлыкал.

- Вот, другое дело. Максим, дружище, ты со мной. Ты меня поддерживаешь. Никита присмотрелся и увидел, как у кота льются слёзы.

- Ты что, плачешь? Котам это не свойственно. Хотя, ты у нас удивительный кот. Не переживай за меня. За мной никто не пришёл…

Никита протёр глаза и посмотрел вокруг, но никаких гостей с той стороны перед ним не было.

- Нет, не сегодня, Максим…

Тяжело дыша, Никита повернулся на бок и погладил кота.

- Знаешь, что меня на самом деле убьёт. Нет, вот это вся фигня меня не убьёт. Если со Светланой что-нибудь случится, вот тогда я умру точно. - и тут уже сам Никита прослезился. - Знаешь что, она и есть моя жизнь. Если с ней что-то случится, я уйду за ней…

Максим закрыл глаза и увидел Светлану, как она пробирается вдоль стены по узкой дорожке мимо глубокой парящей ямы. Тогда он понял, что не за того человека он так волнуется. Он посмотрел в сторону окна. Там уже никого не было.

Тем временем, Светлана уже почти сошла со скользкой дорожки и вышла на твёрдую дорогу. Дождь приударил, и она рывком одела капюшон дождевика, чтобы прикрыть голову. От этого движения асфальт под ногами дал тонкую трещину и девушка, стоя на этом несчастном куске асфальта скатилась прямиком в кипящий котлован. В какой-то момент ей удалось с него спрыгнуть и удержаться на маленьком скользком выступе бетонной балки…

Никита уснул, но кот не находил себе места. Закрыв глаза, он не увидел Светлану, только лишь, как люди бегут к этой яме. Он не мог понять, что случилось. Они все бегут и смотрят в яму. Среди них нет Светланы! Это, обычно, она бежит кого-то спасать. И тут он, как будто подплыл к самому краю ямы и увидел, как она стоит на маленьком выступе и пытается вылезти оттуда. Какой-то мужчина, рискуя, спустился на пару метров, схватил её за капюшон дождевика и почти вытащил, но капюшон оторвался, и она упала на самую глубину. Кипяток из трубы чуть не ошпарил ей ноги, и она еле успела подскочить на какую-то трубу. Но она была такая скользкая. Всё в какой-то слизи. В тщетных попытках вылезти, Светлана всё время срывалась. Она так и не могла найти опору. Горячий пар ослеплял её. Всё вокруг было мокрое, липкое. Она боролась, чтобы выбраться. Люди отчаянно искали, что ей подать. Одежду, палки, женские сумки… Всё спускали ей, но ничто не доставало до её рук. А ещё раз упасть, означало, уже попасть в самый кипяток…

Максим спрыгнул с дивана, ушёл наверх и лёг на хозяйскую кровать. В доме была абсолютная тишина, а ему, как никогда, сейчас нужен был покой…

- Девушка, вот вам, хватайтесь за мою сумку! - кричала какая-то сердобольная женщина. - Там очень крепкие карабины. Хватайтесь, мы вас вытащим!

Светлана посмотрела наверх, в полумраке пара было несколько человеческих силуэтов.

- Да что вы со своей сумкой! - крикнула другая женщина. - Она у вас хлипкая. Она не выдержит! Девушка, вы там живы?!?

- Да, я жива!!! - закричала Светлана в ответ.

И тут напротив неё разверзлась стена. Сквозь густой, удушающий пар она увидела парня, который протягивает ей руку. Совсем близко! Вот и оно - Спасение! Не обдумывая, она потянулась к нему. Но что-то тяжёлое рухнуло между ними. Что-то почти невидимое, полупрозрачное, пульсирующее… Она почувствовала ушиб и посмотрела на лицо парня. Он был очень расстроен. Улыбка сошла с его лица. Он мученически посмотрел на свою руку, будто его ударило током. Но, совладав с эмоциями, он вновь улыбнулся и опять протянул ей руку и опять эта невидимая, тяжёлая субстанция ударила его током. Он резко встряхнул руку и попытался поменять положение, чтобы помочь ей, но снова что-то невидимое, пульсирующее, большое, висящее в воздухе снова помешало ему взять её за руку. Светлана так надеялась, что он её спасёт. Она была так рада, что так близко спасение, ведь крепкие мышцы всегда лучше, чем какая-нибудь рубашка или же сумка и вообще, чтобы то не было. Она сама стала нервничать и тут она осмелилась и подняла глаза, чтобы рассмотреть, что же это такое мешает ей спастись и она увидела в воздухе огромный орган, напоминающий сердце. Оно билось очень часто, раздавался свист. Он почти оглушал её. Она посмотрела на парня, а его нет. Вдруг, он опять возник из ниоткуда. И тут она стала понимать, что это не спасатель. В секунду, этот пульсирующий орган надсёкся с одного края и по котловану на мгновение разлился свет. Его было достаточно, чтобы она увидела стену, на которой удерживалась на трубе. Оказалось, что в двух местах торчали железные трубы. Для неё это было спасение. Она схватилась за трубу, потом подтянулась и вскоре уже стояла на ногах на бетонном выступе. Он стал крошиться, но её это не смутило. Она перехватилась за вторую трубу и вскоре сама выскочила из этой ужасного котлована. Люди в восторге обступили её. Она только сказала:

- Мне надо в аптеку.

Её сопроводили несколько восторженных фанатов. Покупатели в аптеке сразу поняли, кто зашёл и учтиво расступились. Она протянула бумажку со списком аптекарше.

- Тут половина - рецептурные препараты. Приходите с рецептом от лечащего врача.

- Я и есть лечащий врач! - Светлана достала из нагрудного кармана свой автоматический штамп и одним метким движением превратила список лекарств в официальный рецепт. В подлинности печати у аптекарши сомнений не возникло, и она быстренько поднесла все препараты.

Обратный, безопасный путь до машины обеспечили два местных добровольца. Вскоре Светлана оказалась дома. Она установила капельницу, ввела препарат и теперь Никите уже ничего не угрожало.

Она почувствовала себя зябко и сразу закрыла окно. Состояние Никиты значительно улучшилось. Она села рядом с ним, по её лицу текли слёзы. Он посмотрел и не мог понять почему на её одежде следы грязи. Он взял её за руку.

- Рассказывай.

- Я упала в яму. Но смогла оттуда выбраться. - спокойно ответила она. Никита пристально посмотрел на неё и никак не мог понять, что в ней так поменялось. Она отвела взгляд, еле сдерживая эмоции.

- Давай, рассказывай.

И из Светланы полился безудержный поток слов. Она не смогла сдержать себя и всё рассказала - как она жестоко боролась за свою жизнь на дне кипящего котлована, как едва не обварилась, как её душил пар, как её манил к себе на тот свет проводник...

- Проводник?!? -перебил её Никита.

- Да! Самый настоящий! - взорвалась она.

- Извини, что я тебя перебил, но будучи в больнице, я узнал о этих проводниках больше. Они называют себя Регентами, то есть они опекуны. -Но он так настаивал! - разрыдалась Светлана. - Он был такой настойчивый и милый. Его било током. Ему было больно, но он всё равно пытался увести меня с собой.

- Каким ещё током?!?

- Самым настоящим! По-другому не скажешь. Огромная махина возникла между нами. Когда я коснулась это, мне было не очень больно, а вот он страдал…

- То есть, эта махина - какая-то противостоящая Регенту сила? Антирегент?

- Я не знаю, как это называется. Она была похожа на сердце. Знаешь, такое сердце какое-то больное. Сердце, которое я когда-то видела, но я не могу вспомнить у кого? Это может с рентгеновского снимка какого-то больного может ещё что-то… Но это сердце… - вспомнив, она горько заплакала.

- Такое сердце, как у нашего Максима? Других сердечников я не знаю. - предположил Никита.

Они осмотрелись, в гостиной кота не было. Светлана бросилась на кухню, но там его тоже не было. Она стала искать по всему дому. Никита поднялся, взял капельницу и пошёл искать кота.

- Максим! Максим!

Они звали его, надеясь, что он выбежит навстречу. Они много раз заглядывали в свою комнату на втором этаже, но, как будто, не видели его. Хотя, вот он лежит на кровати! В это время он уже был при смерти. Лежал распластавшись, словно какая-то вещь, случайно оставленная на покрывале.

Никита вышел во двор. Там всё ещё шёл дождь и он, изрядно промокнув, с капельницей наперевес, прочесал все кусты, просветил фонарём все укрытия и углы. Максима нигде не было. Вернувшись в дом, с прежним усердием продолжил поиски. Светлана, тем времени, уже перевернула вверх дном весь чердак. А кот, по-прежнему, неподвижно лежал на кровати в ожидании помощи. Сердце билось по-сумасшедшему, воздуха не хватало, он задыхался. Как он хотел выйти к своим людям, но он даже не мог пошевелить лапой. Тут он снова почувствовал чьё-то присутствие в комнате. Из последних сил поднял голову и посмотрел в дальний угол. Ему показалось, что там кто-то есть. Но кто-то был уже намного ближе и двигался в его сторону. Расплывчатая женская фигура плыла к нему. Чем ближе она подходила, тем чётче становились её черты и цвета одежды. В мрачной тишине комнаты раздался знакомый голос и до боли знакомые слова:

- Я за тобой, Кот.

Глава 8

Светлана вновь заглянула в комнату в надежде, что объявился Максим, но никого не обнаружила и убежала вниз по лестнице.

Максим устало положил голову на лапы. Он знал, что это пришли за ним. Борясь со страхом расставания с любимыми людьми, он тянул время, не желая общаться с ней. Тут он почувствовал, что она села рядом. Он был вынужден открыть глаза и увидел сверкающее голубое платье. Максим вспомнил, что такое видел накануне. Рядом с ней лежал небольшой золотистый предмет овальной формы, от него исходило еле слышное гудение. Нежная рука провела по спине кота, освобождая от боли.

- Я за тобой, Максим. - снова проговорила девушка.

Он поднял глаза и увидел её лицо. Оно было такое знакомое. Ну где же он его раньше видел? Девушка улыбнулась.

- Сейчас тебе станет легче, мой дорогой друг, и мы с тобой уйдём.

Максим хотел мяукнуть и позвать хозяев, чтобы они помогли ему, но из него вырвался только тихий звук. Она сказала:

- Это неизбежно, мой дорогой кот. Твоё тело уже ничего не может. Оно изношено и не может удержать твой бессмертный дух. Я защищу тебя… Что-то больно кольнуло в груди и ему стало необыкновенно легко. Он поднялся, сел рядом с девушкой и посмотрел в её глаза.

- Ты меня так и не узнал, Максим? Это я, твоя Вера. Вера Павловна. Максим хорошо помнил директрису приюта. Она часто снилась ему во сне, но он никак не мог соединить её образ с этой утонченной фигурой с роскошными длинными волосами.

- Ладно, - она решила облегчить его задачу, - признаюсь, я себе сама выбрала этот образ. Пришлось, конечно, убавить немного в талии и скинуть лет, три десятка. Помнишь, шиньон носила? Ты всё время от него чихал. Так, теперь, у меня настоящие волосы. Смотри, какие они роскошные, каштановые, как когда-то у меня были в молодости. - улыбнулась она. - И, к тому же, я всегда хотела такое голубое платье. Я от него ещё не устала, хотя уже много лет в нём. Знаешь, сколько я проводила таких как ты?

- Сколько? - спросил он.

- Сотни. Ты стал говорить, Максим. Меня это очень радует.

- Да, я могу говорить. - ответил кот.

Он обернулся и посмотрел на тяжело дышащее тело, у которого уже закатились глаза.

- Ты освободился, значит, пора уходить…

- Почему я должен идти с тобой?

- Я тебя уберегу. Тебе нельзя оставаться в этом мире. Ты будешь уязвим для разного рода опасных существ, поэтому ты уходишь со мной. Там, куда мы идём, абсолютно безопасно.

- Я не хочу уходить. Я готов страдать, но останусь здесь, со своими семьёй.

- Я тебе повторяю, Максим. Твоё тело изношено. Как ты с ними останешься? Облачко, которое будет с каждым днём всё меньше и меньше и через пару лет от него не останется и следа? Именно это произошло с тем пьяницей, который поджёг наш приют и этим довёл меня до смерти. За ним никто не явился. Да, он доставил немало хлопот своим живым соседям по дому, но со временем превратился в ничто и исчез полностью. С тобой я такого не допущу. Я тебя силой уведу! Ты понял? Ты будешь жить, и я тебе обещаю, если ты сделаешь всё, как я говорю, ты обязательно вернёшься в этот мир в скором будущем. Ты совершил дерзкий поступок. Мешать Регенту исполнить свой долг - это очень сильный поступок, смелый и глупый, но ты это сделал. Я знаю, какой ценой это тебе далось. Это осуждается, но в то же время, высоко ценится. Ты осветил ей путь, разорвав клапан своего сердца. Ты это сделал специально?

- Да, я знал, что делаю.

- Значит, прими заслуженную расплату. Сейчас ты уходишь со мной…

- Те люди спасли меня когда-то, я просто отдал долг. Я ни о чём не жалею.

- Знаешь, тебя должен был забрать другой Регент, но вызвалась я, потому что мы с тобой друзья.

- Кто такой Регент? - спросил Максим.

- Это я, это тот парень, который хотел провести Светлану в безопасное место. Но ты выиграл для неё время, пожертвовав собой…

- Какая ваша роль в мире?

- Старое, изжившее себя, уступает место новому и энергичному. Мы, Регенты, незаменимое звено между мирами. Нам дано право, а точнее, это наш долг - сохранить мировой порядок. Я всегда вызываюсь забирать таких как ты - особенных животных. И ты знаешь, вас таких немало. Те, которые были особенно близки с людьми. И у вас одна дорога - следующее воплощение у вас будет человеческое. Со мной они уходят уже в человеческом облике.

- Я буду человеком?

- Да, Максим. Даже, если бы ты захотел быть каким-то животным, у тебя не получилось бы. У тебя слишком большой дух. Этот дух может вместить только человеческая плоть.

- Известно, где будет моё воплощение?

- Да. - спокойно ответила Вера. - Ты родишься как раз у этих людей и будешь называть их мама и папа.

Максим увидел, как в очередной раз мимо прошли Голубевы.

- Посмотри на себя в зеркало.

Он повернулся и в отражении увидел, что он мальчик. Светловолосый и очень похожий на Светлану.

- Смотри, ты будешь похож на маму. Значит, внутри ты будешь, как твой отец - смелый и сильный. Это всегда так работает, когда ребёнок внешне похож на одного родителя, внутри он похож на другого. А вот таким ты будешь постарше.

Теперь он видел в отражении подростка и вскочил с кровати, с удовольствием ощущая прямохождение.

- А вот таким ты будешь, когда вырастешь…

Он увидел себя взрослого. Ему было по нраву знать, что в следующем воплощении он будет иметь благородные черты лица - высокий лоб, волевой подбородок, к тому же, он будет обладателем высокого роста и широких плеч. Сознание животного стремительно замещалось сознанием человеческим. И даже, будучи котом, он отлично разбирался в человеческой красоте и привлекательности и был весьма горд жить в одной семье с красивыми людьми. Также, он всегда был ценителем благородных человеческих качеств - доброта, смелость и стремление помочь страждущему. В отражении он посмотрел на Веру. Она, порядком утомлённая, терпеливо ждала, когда он налюбуется на себя. Она сидела на кровати скромно, иногда с теплотой поглядывала на него. На него нахлынули прежние воспоминания, связанные с ней. С какой любовью и терпением она выхаживала его. Как одного за другим перебирала специалистов в поисках лучшего, который смог взяться за такой сложный случай и помочь ему, коту с очень больным сердцем. Когда другие хором заявляли, что он не жилец, этот врач внимательно обследовал его с использованием всего, что было доступно и составил оптимальный график лечения, благодаря которому он прожил до глубокой старости. В большей мере это была заслуга этой чудесной женщины. Несомненно, она всегда состояла в числе важных для него людей, а их у него было только трое. Вдруг Максим вспомнил тот последний день, когда Регент уводил в светящийся круг его Веру и как он хотел вернуть её обратно. И вот теперь она опять рядом с ним, такая тёплая и такая живая.

- Присаживайся ко мне. - она пригласила его, похлопав по кровати.

Он с благоговением тут же сел рядом с ней.

- Ты задумывался когда-нибудь, кем ты был в предыдущей жизни?

- Может быть, каким-то животным. - ответил парень.

- Нет, ты был человеком и смотри, кем.

Вера раскрыла ладони и в них он увидел сурового офицера, отдающего приказы своим солдатам.

- Ты был не очень хорошим человеком, можно сказать, ты был очень плохим человеком. Из-за твоих приказов пострадало много мирных жителей. Ты избежал наказание, сменив личность и долго скрываясь. Но однажды, совесть заела тебя, и ты покаялся, и люди простили. Они простили тебе свои сердечные переживания, свои утраты. Ты очень старался всё исправить и до конца своих дней помогал людям, но этого было мало. Ты сам не смог себя простить. Потому, как ты разбил сердца очень многих людей, твоим воплощением стал кот с очень разбитым сердцем. Конечно, ты мог бы ещё 50 лет оставаться в небытие и родиться человеком, но ты выбрал скорое воплощение и это вышло на кота. Мы считаем, что ты исправил свою вину, пожертвовав собой ради другого, это очень дорогого стоит. Но для воплощения в человека этого мало. И то, как болят сердца этих двух людей…

В комнату вошли Светлана и Никита и, определив чёрного кота, бросились к нему, пытаясь вернуть к жизни. Вера и Максим поднялись и стали около зеркала, наблюдая горькую картину. На руках Светланы кот вздрогнул и его сердце остановилось. Она бережно положила его на край кровати. Никиты привлёк её к себе, и она отчаянно заплакала в его объятиях.

- ...и то как болят сердца этих двух людей. - повторила Вера, с печалью смотря на молодых людей. - Они не оставляют нам выбор. Ваша связь очень крепка. Настанет час, и они снова возьмут тебя на руки. Они вырастят тебя с любовью. Их сильная, чистая любовь будет вознаграждена возвращением тебя им. Но это будет не совсем скоро. Это будет через год. Ты вернёшься к ним в мае. Когда будет нежное весеннее солнце и зацветут первые цветы… Это время для тебя пролетит мгновенно. Пошли скорее со мной, Максим. Как говорится быстрее уйдём, быстрее вернёмся.

Она улыбнулась и подбросила золотистый предмет вверх. Он тут же превратился в золотой серп на длинной ручке из белого дерева. Вера схватила его и кинула в сторону стены. Он закрутился, создавая золотой Круг.

- Пошли быстрее!

Она протянула руку, и он крепко взялся за неё. Максим ещё раз обернулся на своих людей. Те были в полном отчаянии. Он отпустил руку Веры, подбежал и крепко-крепко обнял обоих сразу. Светлана подняла глаза на мужа:

- Ты чувствуешь, как стало тепло?

- Да. - признался он.

- Я думаю, это наш Максим с нами прощается.

- До свидания, мой друг.

- До скорой встречи, мой дорогой Максим. - Светлана дрожащей рукой утёрла слёзы.

Максим знал, что он будет не услышан и не сказал ничего. Подошёл к Кругу, взял за руку Веру остановился и пристально посмотрел на неё.

- Что? - спросила она.

- У меня вопрос. Когда я окажусь по ту сторону, ты будешь со мной?

- Нет. Регенты невидимы для обитателей того мира, как и этого.

- Что со мной произойдёт после того, как я войду в этот Круг?!?

- Ты проведёшь время в эйфории. Будешь переживать приятные моменты из прошлой жизни и из будущей…

- Но тебя со мной не будет? - не унимался он.

- Нет, я не буду рядом с тобой. - подтвердила она. - Я продолжу заниматься спасением душ. Но я буду также приглядывать за тобой, Максим. Скажу больше, я добровольно взяла на себя полномочия Регента. В моей власти снять их с себя в любой момент и вернуться в этот мир. Только я не выбрала подходящий род. И, может такое произойти, что в будущем мы встретимся с тобой в этом мире. Конечно, у меня будет другое имя и облик, но ты точно почувствуешь, что это именно я. Может, неосознанно, но ты обязательно почувствуешь родную душу. А я, в свою очередь, также как и ты, всё забуду. И прошлую жизнь и свое великое дело Регента. И только обрывки воспоминаний яркими вспышками будут являться мне во снах. А что-то я неосознанно перенесу в свою будущую жизнь. Уверена, одно из этого будет - забота о людях.

Максим улыбнулся, взял руку Веры и они вместе смело вошли в Круг.

Глава 9

Наступил день выписки из роддома. На улице торжествует май. В окрестностях города сады щедро сыплют яблоневый и грушевый цвет. Ветерок подхватывает лепестки, поднимает вверх и затем ровным слоем разбрасывает по земле и постройкам. В городе улицы умыты утренним дождём и молодая зелень травы и деревьев, сверкает изумрудом.

К роддому подтягиваются машины. Люди выходят с цветами и воздушными шарами. Пробегают дети, сбиваясь в шумные, весёлые стайки. Ребята из пожарной части с семьями приехали поздравить своего коллегу - Никиту Голубева. В то же время не отстают и медики. Нарядные с цветами торопятся поздравить свою коллегу - Светлану Голубеву.

Приехала семья Ключевских. Супруга и трое ребятишек ушли в поисках семьи Макаровых, а Илья, держа букет в руках и переминаясь с ноги на ногу, осматривается в стороне. К нему подошёл Артём.

- Здорова, Тёмыч! Ещё не вышли?

- Да, нет ещё. Что-то там заминка какая-то. Наряжают, наверное…

- Как назвали?

- А ты не знаешь?!?

- Знал бы, не спрашивал. - рассердился Илья.

- Ну как-как, не буду тебя томить. - Макаров хитро прищурился. - Дали, короче, ему кошачье имя. Вот так.

- Ты что говоришь? Барсик, что ли?

- Для особо непонятливых, подсказываю. - Макарову явно нравилось подтрунивать над своим товарищем. - Как звали их кота? Но ты не тормози, Илюха. Как… звали… их… кота?

- А, Максим! Точно, Максим! - вспомнил Ключевский и проказа Макарова сошла тому с рук.

Артём нагло пользовался отходчивостью Ильи, не понимая, что он просто делает ему снисхождение и, если своими подколами тот выйдет за рамки дозволенного, то получит так, что мало не покажется. Пусть, пока думает, что Илья - наивный добряк. Голубев такое отношение сразу рубил на подлёте и Макаров соблюдал в общении с ним крайнюю аккуратность. А сейчас, Илья был слишком увлечён этим событием, чтобы обращать внимание на мелкую шалость сослуживца.

- Максим Никитич Голубев, хорошо. Добро. - Илья мечтательно улыбнулся и посмотрел на арку, через которую должны пройти молодые родители с малышом.

- О, идут, кажется! - Макаров приподнялся на цыпочках. - Точно, несут. Смотри, Илюх, наш Голубев взлетел от радости.

- Ну ты и приметил, Тёмыч! - согласился Илья. - Я бы сказал - Парит наш орёл!

- Это да. Кто знал, что у него Светлана ого-го. Но он и сам не сплоховал.

- Согласен, Тёмыч. 3500 грамм и 56 см хороший показатель. Да, я бы сказал замечательный.

Молодые родители вышли к людям. Их обступили плотным кольцом. Сопровождающая медсестра деловито разделила присутствующих на два ряда.

- Разойдитесь, чтобы не мешаться. - как на птиц, она махала руками. - Вы так у ребенка кислород отнимаете!

Все любопытствующие покорно расступились. В открытую дверь вошёл запоздалый гость - Вадим Геннадьевич. По нему было видно, что он прямиком со смены. Волнуясь, он запутался и, вспомнив, что надо подарить букет, покопавшись в пакете, достал пышный букет роз и гордо вручил Светлане. Все уже стали готовиться фотографироваться, как вновь пришёл ещё один врач. Вся «медицинская тусовка» ахнула – «Это же он… Как, он здесь оказался?» - прокатился шёпот по рядам. «Пожарная половина» недоумённо наблюдала за волнением медиков. Вадим Геннадьевич не растерялся, подошёл к нему и крепко пожал руку.

- Позвольте представить вам, Олег Павлович Горячевский!

Молодой врач раскланялся присутствующим, и они захлопали в ладоши. Пожарная часть гостей не стала отставать и тоже захлопала. Вадим Геннадьевич продолжил:

- Он - ведущий врач-протезист нашего города и нашего района.

Тут силуэт проскочил с улицы и спрятался за спиной Горячевского. Он завёл руку назад и, схватив тонкое запястье, бережно вывел свою спутницу на показ. Девушка с распущенными светло-русыми, волнистыми волосами, в ярком просторном сарафане с цветочным рисунком нисколько не смутилась, а наоборот, стала глазами искать кого-то среди людей в пожарной части. Вадим Геннадьевич, глядя на неё, широко улыбнулся и обратился к присутствующим:

- Теперь, хочу представить вам супругу Олега Павловича - Стелла Горячевская!

Все о ней были наслышаны, и вся компания разразилась бурными аплодисментами. Никита вышел вперёд. Стелла подбежала к нему и крепко обняла.

- Поздравляю от всего сердца! - сказала она, краснея от волнения. - Я могу посмотреть?

- Да, конечно.

Она подошла к Светлане и заглянула в свёрток.

- На маму похож. - констатировала она.

- Хотите подержать? - предложила ей Светлана.

- С великим удовольствием, но сейчас, пожалуй, я воздержусь. - и она продемонстрировала свой растущий животик.

Светлана с тревогой глянула на неё:

- У вас всё согласовано?

- Да-да, не волнуйтесь, я прошла все обследования и ни мне ни ребёнку ничего не угрожает.

Никита, глядя на это уникальную девушку, потерял дар речи и просто молча любовался тем, как они общаются между собой.

- Ну раз смелых не нашлось, тогда я хочу подержать на руках нового Голубева. - из группы вышла пожилая женщина - американская тётушка Светланы, Элеонора. - Я же всё-таки его двоюродная бабушка.

Она приняла свёрток и подняла малыша на уровне своего лица. -Посмотри, сколько людей пришло тебя встречать, Максим. А вот и твой папа, смотри, какой красавец.

Малыш посмотрел на Никиту. Конечно же, он его узнал. Он был тот же, только слегка посеребрились виски за этот год. Рядом, прильнув к нему, стояла Светлана. Она была по-прежнему прекрасна. Её светлые волосы были уложены в элегантную причёску, и она была очень красива в этом зелёном платье. Элеонора поднесла малыша к окну.

- Эта весна на редкость прекрасна. Такая же, как у нас в Атланте. Скоро приедешь к нам в гости, Максим.

Вдруг его внимание привлекла девушка, стоящая отдельно от всех. Она была одета в свободную спортивную одежду. На её голове бейсболка, длинные каштановые волосы перехвачены тонкой резинкой и выведены через зазор бейсболки сзади и ниспадали на спину. На плечах свободная куртка, на ногах - высокие ботинки на шнуровке. Это была странная одежда для жаркой майской погоды. Она стояла скромно, не отводя глаз от него. Никто с ней не общался, как будто её никто не видел. Максим присмотрелся, черты показались ему очень знакомы. Девушка улыбнулась и махнула ему рукой, потом подошла ближе.

- Максим, ты узнал меня? Я - Вера.

Последнее общение с ней повлекло за собой расставание с близкими и сейчас, как ему казалось, не сулило ничего хорошего. Он не на шутку испугался и начал тихо плакать.

- Ну что ты расстроился так? Ну ты что? Кто тебя напугал? - тётя Элеонора повернулась и посмотрела назад, там никого не было. - Всё хорошо. Ты с мамой и папой.

«С мамой и папой» - прозвучало в голове Максима. Теперь он забыл их имена и со временем узнает их снова, но больше никогда они не будут его Никитой и Светланой. С этого дня они - его родители - мама и папа.

Теперь уже незнакомая девушка улыбнулась и сказала:

- Видишь, Максим, я поменяла стиль. Он стал молодёжный. Не волнуйся, я не пришла за тобой, я пришла проводить тебя в новую жизнь. Ты же не против, чтобы я тебя проводила?

Малыш улыбнулся. Он уже не знал её, но её приятный голос ему очень нравился.

- Не знаю, успела ли я захватить этот момент, когда ты ещё помнишь прошлое. Совсем скоро это уже не сработает. Удачи тебе в новой жизни. Будь счастлив.

Через мгновение она исчезла.