Взгляд сквозь вечность

Глава 1

Я существую уже не одну тысячу лет. Десятки тысяч лет...

Конечно, если моё унылое существование можно назвать жизнью, то я обитаю между двумя мирами: миром живых и миром тех, кто ушёл за грань. Представьте, что я воплощение в виде бестелесной белой дымки, вобравшее в себя частицу каждого из тех, кто находится в сером мире — мире мёртвых и навечно забытых. Во все времена меня называли по-разному. Самые древние люди нарекли меня «Оно», в античности обращались ко мне как к страшному символу, приносящему одни лишь беды, страдания и несчастья, а в Средние века именно я, по мнению многих, стал причиной всех пожаров, сражений, чумы и наводнений.

Однако человек страшно ошибается, когда в произошедших по его вине бедах винит всех, но только не себя. Может быть, человеческий разум так устроен, что проще скрыть недалекость ума, обвинив кого-то, кто не поддается логическому объяснению. Опять же, это всё из-за людской недалёкости. Замкнутый круг, который вполне устраивает такое хрупкое создание, как человек. Впрочем, моя вина действительно присутствует, но не в том, что грязь порождает инфекции, и не в том, что инквизиция жжёт ведьм на кострах потому, что, по их решению, они виноваты в том, что пошёл дождь и испортил урожай, или что кто-то принимает решение захватить соседние владения.

Я виноват в том, что однажды, давным-давно, я поддался искушению, забылся лишь на мгновение и показал себя людям...

Всё началось с полёта. В тот далёкий день я парил над изумительно красивым лесом в румынских краях. Я не чувствовал его аромата, не ощущал вкуса ветра, не мог прикоснуться к тронутой багряно-золотистым покрывалом листве и осознать её мягкость — я наслаждался лишь единственным, что мне было доступно, — зрением. Я вижу все миры, и в этом заключено моё богатство. В то утро я любовался красотой, увядающей под тенью осенних деревьев, и вдруг увидел молодую пару: девушку и юношу. Они держались за руки, заливисто смеялись и улыбались; было понятно, что между ними царит то светлое чувство, которое хранится в моей сущности в виде мельчайших капель, но мне не дано его почувствовать и понять.

Меня вело зрение. Я притаился и совершенно бесшумно последовал за людьми. Вскоре юноша постелил на жёлтую листву свою бордовую накидку и усадил на неё девушку в красивом голубом платье, после чего сел сам. И вот тогда я увидел, как они дарят друг другу то, что, как я понял, называется любовью. Их губы сливались в поцелуе, они шептали нежные слова, а я настолько увлёкся наблюдением за тем прекрасным, что происходит в человеческом мире, что потерял бдительность и показал себя им.

Девушка испуганно закричала, отпрянув к стволу высокого дерева, а юноша вскочил на ноги и выхватил из ножен меч. Грозное оружие громко звякнуло.

— Кто здесь? — закричал юноша. — Покажись мне, демон! Я тебя не боюсь!

Тогда я исчез, но с тех пор люди знали, что, помимо их существования, существует что-то высшее или опасное, как они вскоре решили. Ведь человечество придерживается мнения, что всё неизученное является угрозой и опасностью.

После того случая на долгие сто лет я заставил себя не поддаваться искушению и обитать в своем междумирье. Но шли годы, и я начал понимать, что каждая мёртвая душа добавляет тяжёлую каплю к желанию вернуться в мир людей.

Для меня не существует правил или законов, выше меня никого нет, и только я сам могу наказать себя за нарушение установленного мною же правила избегать соблазнов. Я долго сопротивлялся, но капель становилось всё больше, и я не удержался.

Я снова был наказан...

Однажды я оказался в древнем каменном замке, где у старого графа родился долгожданный наследник, которого он вымаливал долгие годы. Тогда я впервые увидел, как человек прижимает к груди новорождённое дитя и льёт слёзы радости над крошечным созданием. Завораживающая картина. Наверное, если бы я мог заплакать, то непременно бы так и сделал. Я вновь засмотрелся, и меня заметила проходившая мимо служанка...

Должно быть, в тот вечер её оглушительные вопли слышал не только весь замок, но и вся округа: обитатели деревни и лесные звери, а потом граф приказал привести в его дом священника, чтобы изгнать всех призраков замка. И ему это удалось. Я больше не появлялся в его замке, но не потому, что его окропили святой водой и прочли молитвы, а потому, что я сам так решил.

Хотя старый граф наверняка думает иначе...

Пролетали годы, и я много раз возвращался и продолжаю возвращаться в мир людей. Чем больше их умирает, тем больше частиц появляется в моей сущности, тем сильнее я жажду познать, что значит чувствовать, что такое любить человека, ощущать тепло и биение сердца... Что человек чувствует, прижимая к себе родное дитя? Что значит боль? Каков вкус вина и жареного мяса?.. Снова и снова я возвращаюсь в живой мир, становлюсь знаком той или иной беды, объектом изучения шарлатанов, пугаю до смерти какую-нибудь старушку, вышедшую во двор за водой, — и всё ради того, чтобы познать, что значит быть человеком. Их капли стали слишком тяжёлыми, и я не знаю, что будет дальше... Но я точно знаю, что если бы однажды у меня появился шанс хотя бы на один день обрасти плотью и кровью, почувствовать мир так, как чувствует его человек, то я, не раздумывая ни секунды, согласился бы.

Даже если бы мне пришлось навечно исчезнуть за гранью...