Вызов

Глава 1

Рация всегда включалась не вовремя.

Стоило только отхлебнуть кофе из бумажного стаканчика…

К-х-с-с! – затрещало на приборной панели.

От неожиданности Кирилл сделал слишком большой глоток. Жгучая боль во рту заставила пальцы рефлекторно сжаться. Стенки стаканчика сдавило. Горячая жижа выплеснулась наружу.

- Ай-й с-су-к…! – фельдшер бросил стаканчик на асфальт и быстро затряс стремительно краснеющей ладонью.

- Не надо с… сорить… Пожалуйста! – прошелестел сбоку голос.

Кирилл поднял голову, уже открывая рот, чтобы послать советчика куда подальше. Увидел у подошедшего в глазах тусклое свечение, прикусил язык, осмотрелся и наклонился за смятым мусором.

На территории этих ясноглазых при встрече лучше молчать! Ответишь – и меловой круг не поможет!

Юноша в форме ресторанчика, на парковке которого остановились Кирилл с коллегами, отошел, шурша большим черным пакетом. Кирилл поставил мятый стаканчик на подножку машины «скорой помощи», забрался внутрь и чистой рукой снял рацию.

- Тридцать пятая, прием!

- Тридцать пятая на проводе, Кать! – ответил Кирилл и потянулся за упаковкой влажных салфеток, - успела соскучиться?

- Мечтайте, КирилСаныч, - хмыкнула рация, - а где Дмитрия потеряли?

- Дмитрия ей…, - мужчина сунул очередную испачканную кофейными пятнами салфетку в карман синей формы и выглянул в окно, ища коллег. Водитель и два других фельдшера быстро нашлись внутри ресторана за ближайшим к большому панорамному окну столиком, - Дима, дорогая, занят поглощением будущих холестериновых бляшек.

- В бургерную заехали? – хмыкнула Катя, - надеюсь, поесть успели! Вызов на Бурлачную пять!

- М-минуточку, - Кирилл проводил взглядом уборщика, собирающего неестественно удлиняющимися руками мусор со столиков на веранде, и набрал в навигаторе адрес.

- КирилСаныч, не тормозите, пожалуйста! – недовольно буркнули в трубке, - вы не одни у меня, если что!

- Ща-ща-ща, - махнул рукой Кирилл, словно Катя могла видеть этот жест, - тут «подмен» шатается… Одним глазком поглядывать приходится…

- Просто так шатается? – голос Кати приобрел напряженные нотки.

- Нет, - Кирилл поманил выходящих из кафе коллег, - уборщиком работает.

- Хоть пользу приносит, - грустно констатировала Катя.

Кирилл закусил губу, ещё раз глянул вслед уборщику и, стараясь придать голосу максимально безразличный тон, спросил:

- Кать,.. Как думаешь, где сейчас тот, чье место он занял? Куда пропал настоящий пацан уборщик и ну… другие…

- Не знаю и знать не хочу! – отрезал голос из трубки.

- У этих людей были свои жизни, а…

- Ты адрес вбил? – чуть более громко, чем раньше, спросила Катя.

- Да, - фельдшер понял, что разговор о подменах закончен. Он, кряхтя, перелез на пассажирское сиденье спереди, - с чем едем?

- Жалобы на острую боль в груди и паническое состояние, женщина, двадцать пять лет, - продиктовала Катя. Кирилл быстро достал из бардачка планшет с прикрепленными бланками для опроса, снял зубами колпачок с ручки и быстро зачеркал под диктовку рации, - говорил её молодой человек. Особо внятных пояснений не было.

- Пьяные оба что ли? Здаров, Катюх, - полноватый, лысеющий Дмитрий уселся на водительское кресло, захлопнул дверь и зачем-то помахал рации рукой. Кирилл горестно вздохнул, когда Дмитрий вытер грязную, покрытую крошками и разводами соуса руку об униформу.

- Не может толком боль описать. То ли огонь в сердце…

- То ли лава в пупке, - буркнула Лена, забираясь на привычное место в машине. Последней, под хихиканье Кирилла, вошла Наташа и задвинула за собой пассажирскую дверь.

- По объяснению не понятно, «первый» уровень или «второй». Нужно определить на месте, так что возьмите два чемодана, - рация тренькнула напоследок и выключилась.

- Вечер удался, - буркнул водитель и завел машину, – вечно это «определите на месте» означает «второй» уровень! Прям к гадалке не ходи… Хотя бы адрес тут, в Пешкове, не придется в область мотаться! Кирюх, хватит в окно пялиться! Что рассматриваешь?

- Да так, - Кирилл, наконец, уселся ровно на кресле и пристегнулся, - там уборщик – «подмен»… Видели парня, когда мимо проходили?

- Что, глаза светятся? – Наташа под ровный гул работающего двигателя посмотрела сквозь стекло на уплывающее из виду кафе и покачала хорошенькой круглощекой головой, - обидно! Ему же лет девятнадцать на вид!

- Жить и жить бы ещё, - подала голос Лена, - бесят эти лярвы! Нихрена они на людей не похожи, это все видят! Так какого ху…

- Не ругайся, Ленок! С твоим голосом все ругательства звучат, как от школьницы за гаражами! – добродушно протянул Дмитрий. Лена фыркнула и мрачно покосилась на черный чемоданчик, предназначавшийся для случаев «второго» уровня

Микроавтобус объехал по круговой дороге ночную площадь, скатился ниже по улице. Кирилл поглядывал то на проплывающие мимо фонари, светящиеся квадратики окон, желтоватые от ламп ветви деревьев, то на панель навигатора, где красная стрелочка на экране упорно двигалась к заданной точке. За спиной Кирилла шуршали и постукивали: Лена, следуя маниакальному желанию всё перепроверить, перебирала наполнение фельдшерских чемоданчиков, а Наташа, как всегда на скорости, завидной для любого писателя, набирала кому-то сообщение в телефоне.

Дима сверился с навигатором, повернул во двор и, чертыхаясь на припаркованные как попало автомобили жильцов дома, остановил машину у одного из подъездов. Кирилл потянулся, поморщился, когда суставы хрустнули, и приложил правую ладонь к груди, там, где под формой был спрятан нательный крестик – подарок мамы на совершеннолетие. Мужчина одними губами проговорил последнюю строчку известной молитвы, сунул под мышку планшет и вышел из окутывающего тепла машины в прохладный апрельский воздух, напоенный запахом протекающей неподалеку реки. За спиной отъехала в сторону раздвижная дверь. К Кириллу присоединились Наташа с синим чемоданчиком и Лена с черным. Последняя свободной левой рукой всё ещё сжимала правую. Большим пальцем Лена успокаивающе потирала набитую на запястье татуировку-анкх.

На подъездной дорожке их обогнала высокая, стройная девушка с большой черной холщовой сумкой для покупок в изящной руке. Сумка была плотно набита, однако нести её незнакомке, похоже, не составляло никакого труда.

Девушка на мгновение замедлилась, взглянула на черный чемодан, нервно поджала темно-розовые губы, а после поправила длинные волосы, чтобы те получше закрыли спину. Она ускорилась, обгоняя фельдшеров, быстро приложила ключ к домофону, прошмыгнула в щелочку и сразу же закрыла за собой дверь. Наташа нахмурилась, принюхалась к повисшей в воздухе смеси запахов сладких духов и тины, и тут же поспешила к входу в подъезд, внимательно глядя под ноги. Фельдшер поднялась по двум ступенькам к бетонному приступку и указала пальцем куда-то вниз. Подошедшие следом Кирилл и Лена увидели несколько густых, явно свежих капель крови на бетонной плите. Мужчина грустно вздохнул, переложил планшет под мышку, достал из кармана смартфон, нашел нужный номер и зажал значок «вызов»

- Внимательно слушаю, - ответил слегка заспанный мужской голос.

- Бурлачная улица, дом пять, подъезд три, - отчитался Кирилл, - мавка прошла мимо нас, из сумки большой такой холщовой, как её…

- Шоппер, - свистящим шепотом подсказала Наташа, доставая из чемоданчика длинную ватную палочку и колбу с крышкой.

- … шоппер. С него кровь капала…

- Ясно. Собери на анализ, пожалуйста!

- Уже, - Кирилл отступил на шаг в сторону, пока Наташа обмакивала конец палочки в кровь, - что-то равнодушно отнесся, Толян. Профдеформация догнала?

- Устал переживать, - честно ответил Анатолий, - ты не первый сегодня звонишь. Эта мавка твоя явно не щуку на ужин домой тащила! Уверен, что именно мавка?

- Кто ещё будет шататься ночами, тиной вонять и волосами спину прятать? – задал встречный вопрос Кирилл и, услышав, что гудки домофона сменились на голос ответившего, положил трубку.

- Да? – спросили из динамика.

«Звезда!» - прошипела Лена, помогая Наташе упаковать пробирку с анализом крови. Едва у коллеги освободились руки, как та сразу же снова уставилась в свой смартфон.

- Скорая, - ответил Кирилл, - этаж какой?

- Пятый!

Домофон запиликал. Наташа потянула на себя ручку тяжелой скрипучей двери, вошла первой, не переставая смотреть в экран. Немного постояла, а после уверенно зашагала вверх по ступенькам, давая коллегам пройти в едва освещенный одной тусклой лампочкой пахнущий застарелым табачным дымом лифтовой холл.

Пока девушки переговаривались, ожидая спускающийся дребезжащий лифт, Кирилл осмотрелся: на ступеньках, ведущих наверх, кровавых капель не было. Значит, мавка заметила, что сумка с добычей протекает. Решила не оставлять следа, по которому её можно было так просто отыскать, и поехала на лифте. Что ж, хороший ход! Дом довольно старый, экранчика, показывающего цифры этажей, пересекаемых лифтом, нет…

Сверху раздался шелестящий звук, будто там наверху, несколькими этажами выше, что-то тяжелое, шуршащее расстелили на ступеньках. У фельдшеров на затылках шевельнулись волосы, как от дуновения ветра. Кирилл закрыл ладонью шею, моментально покрывшуюся мурашками, Лена шагнула поближе к лестничным пролетам и задрала голову, вглядываясь в уходящие вверх изгибы и столбики перилл.

Медики задержали дыхание, вслушиваясь в тишину ночного подъезда, прерываемую только дребезжанием чертовски медленно спускающегося лифта.

Пуф!

Лена моргнула от неожиданности и выругалась. Над её головой, там, куда она так пристально смотрела, в пространстве между ступеньками где-то на уровне шестого этажа погас свет.

В-ж-ж-ж!

Очнулся в руке Наташи телефон. На черном экране с кругом, изображающим радиус охвата пространства, где центром было положение смартфона, появилась ярко-красная, медленно приближающаяся к центру круга точка.

Пуф!

Ещё одна лампочка погасла, ещё один этаж погрузился в темноту. Лена с силой выдохнула через нос и, отведя за спину руку с тяжелой бесценной ношей, шагнула назад и прошипела через плечо:

- Сколько ещё?

- Метров двенадцать, - Наташа крепко сжала ручку синего чемодана.

Пуф!

Очередной этаж лишился света. К шороху наверху присоединилось скребущее поцокивание когтей по бетонным ступенькам.

Кирилл почувствовал, как ноги сами слегка присели. Тело машинально готовилось к побегу.

- Ждём пять секунд, и если лифт не спустится…, - быстрым шепотом резюмировала Наташа, - пять… четыре…

Створки лифта пришли в движение с металлическим лязгом. Кирилл, стоявший к нему ближе всех, схватил коллег одну за отставленную руку, вторую за форменную фельдшерскую куртку, втащил за собой в ярко освещенную кабинку, стремительно нажал нужную кнопку на циферблате.

Судя по пропавшим отсветам на ряде почтовых ящиков, лампочки успели погаснуть и на втором этаже, когда лифт, наконец, закрылся. Наташин телефон перестал издевательски жужжать, красная точка на экране померцала немного и исчезла. Лена, облегченно выдохнув, прислонилась на мгновение к мелко подрагивающей стенке кабины, а после присела на корточки, поставила чемодан на пол, отогнула запирающие створки и достала из его недр черную матовую бутыль с насадкой-распылителем.

«Толян, тут не только мавка. На нас хотели напасть. Срочно сюда!» - допечатал сообщение Кирилл, посмотрел на пол и выругался.

Капли крови были здесь. И, разумеется, на одну из них он наступил!

- Твоя м-ма-ать! Сливать кровь с добычи надо, дура!

- Как думаете, она ЭТО приманила? – голосом, не выражавшим ни капли интереса, спросила Лена, кивнув головой куда-то в сторону створок лифта. Пальцы девушки сжались вокруг горлышка, проверяя, плотно ли закручен колпачок на бутылке.

- Или спешила не меньше нас. Знала, что ужин могут отнять, - Наташа быстро глянула черный экран, убеждаясь, что никто не поджидает их на выходе.

Лифт остановился, открылся с лязгом. Лампочка на этаже горела, как ни в чем не бывало, освещая стены с облупленной краской и маленькое подъездное окно напротив лестничных пролетов.

Фельдшеры вышли на этаж. С правой и с левой стороны были совершенно одинаковые железные, выкрашенные грязно желтой краской двери. Ни одна из них не была пронумерована, звонки на стенах рядом отсутствовали.

- «Второй» уровень, - мрачно констатировал Кирилл и сделал пометку в блокноте, прикрепленном к планшету.

- Гадина! – Лена несколько раз попшикала из темной бутылки на пару дверей справа и слева. Затхлый воздух будто зарябил, двери медленно начали менять очертания и цвет, оказалось, что одна из них вообще деревянная, - зачем скорую вызывать и прятаться?

- Сразу видно, Леночка, твой невеликий стаж, - указал Кирилл ручкой на коллегу. Та фыркнула и продолжила обрызгивать пространство. Постепенно капли крепко пахнущей ладаном жидкости проявили скрытые за мороком номера квартир и кнопки звонков у дверей.

- Могли и не те, кто вызвал, навести морок, - пояснила Наташа, не отрывая глаз от экрана телефона, - чтобы нас в подъезде задержать…

- Или на вызове настоял заболевший, а с ним в квартире есть кто-то здоровый. Кому очень не надо, чтобы скорая приезжала…, - приподнял брови Кирилл в красноречивом саркастическом жесте и несколько раз позвонил в звонок.

Приглушенное треньканье раздалось где-то вдалеке квартиры и умолкло. Кирилл прислушался – за дверью не было ни звука. Словно никого не было дома. Мужчина ещё несколько раз нажал на кнопку звонка, а после забарабанил в дверь.

- «Скорая», открывайте!

Вж-ж-ж!

- КирилСаныч…

В Наташиной руке снова загудел телефон. Та сглотнула. Лена быстро нажала кнопку вызова лифта и осмотрела пролет между этажами – на сей раз свет выключился на первом.

- Эй, я написал в полицию, когда мы вошли в подъезд! – крикнул Кирилл в закрытую дверь, - они уже сюда едут! Хотите с ними за ложный вызов разбираться?!

- Дело дрянь! – резюмировала Лены, увидев, как на втором этаже погас свет. Наташа несколько раз ткнула пальцем в лифтовую кнопку.

Кирилл от всей души ударил кулаком в дверь и собирался уже поддать ногой, как за железным полотном зашаркали шаги, раздался хруст пришедшего в движение замка.

Дверь распахнулась. Смартфон Наташи перестал вибрировать, красная точка исчезла с экрана. Перед покрасневшим от злости Кириллом в дверном проеме стоял взлохмаченный молодой мужчина. Одна его жилистая, покрытая жесткими волосами рука крепко держалась за ручку, вторая сминала край вытянутой желтой футболки. Единственной ухоженной частью его облика была аккуратно подстриженная, окладистая борода длиной до кадыка.

Кирилл заглянул в слегка запавшие глаза жильца: их радужка была почти черной, в то время как белки будто источали робкий свет.

- Ну точно «второй» уровень, - недовольно буркнул Кирилл под нос и обратился к открывшему, - всё-таки вызывали «скорую»?

Мужчина медленно кивнул и отошел в сторону, пропуская медиков в темную прихожую.

- Где больной? – поинтересовалась Наташа, передавая коллегам синие шуршащие свертки бахил. Бородач оторвал взгляд от черного чемоданчика и жестом указал на приоткрытую дверь справа по коридору.

В полумраке душной спальни на широкой заправленной кровати сиделаслегка растрепанная, бледная девушка. При виде фельдшеров она смутилась, заправила за ухо выбившуюся из небрежного домашнего пучка вьющуюся прядь и пониже подтянула рукав серо-бежевой водолазки.

«Царапины прячет» - набрала Наташа в смартфоне и, прикрыв экран рукой, чтобы не увидел бородач, показала текст коллеге. Тот кивнул и шагнул ближе к кровати.

- Добрый вечер! – протянул он девушке руку для рукопожатия. Та улыбнулась уголком рта и коротко пожала подрагивающими пальчиками широкую ладонь фельдшера, - могу присесть?

Не дожидаясь ответа, Кирилл уселся на край кровати и поудобнее перехватил планшет, готовясь записывать.

- Что вас беспокоит? – спросила Наташа, доставая из чемодана длинные трубки стетоскопа и небольшой тонометр для запястья.

- Я-а… в общем… - тихо начала было девушка, однако её быстро перебил злой голос из дверного проема.

- Устроила истерику и получила нервный срыв, вот что! – встретивший медиков мужчина сложил руки на груди и уставился на больную, - ещё и «скорую» вызвала! Дайте ей успокоительного и хват…

- Я бы хотел услышать… Как вас зовут? – Кирилл похлопал ладонью девушку по острой коленке.

- Юля…

- Юля устроила истерику, как вы изволили выразиться – Юля вам и расскажет, зачем для её прекращения понадобились врачи! – отрезал Кирилл, - вы оператору толком сами не смогли сказать, что с ней такое, вряд ли нам сможете!

- Она внятно не говорила, - махнул рукой собеседник, сверкнув глазами, - вы послушайте – она мямлит только, ничего не объясняет!

- Жора, я пыталась сказать…

- Жо…Георгий, - обратилась Лена, - выйдите из комнаты, пожалуйста! После осмотра мы вас позовём.

- Я не имею права тут быть? – Жора медленно склонил голову к плечу. Его шея оказалась удивительно гибкой и будто удлинилась.

Кирилл ощутил движение ткани под задом: Юля крепко, до побелевших костяшек стиснула ткань покрывала и медленно тянула её на себя. Её бледное лицо было обращено к Георгию, покрасневшие глаза наливались слезами.

- Имеете, - Лена присела, откинула крышку своего чемодана, достала оттуда длинный бархатный футляр и переложила из руки в руку, глядя прямо в Жорины сверкающие глаза, - имеете, но это - самый обыкновенный осмотр. Ничего интересного.

- Пока сделайте, пожалуйста, девушке крепкий чай с сахаром, - Наташа надела на шею стетоскоп, - если это и впрямь паническая атака, чай не повредит!

- На что хотели пожаловаться? – Кирилл посмотрел, как удаляется вглубь квартиры спина в желтой майке и повернулся к Юле, держа на изготовке ручку.

- Мне стало очень плохо, - больная красноречиво положила руку на грудь и сделала несколько демонстративных судорожных вдохов, - словно не могла вдохнуть… Стало очень душно. Грудь сдавило.

- И сейчас душно? – фельдшер и повернул голову к окну.

Форточка была открыта нараспашку.

- Да. Странно. Жорик окно открыл после того, как мы в «скорую» дозвонились. Столько времени прошло, а я всё еле дышу, - непонимающе протянула Юлия.

- Оператор сказал, ваш молодой человек за вас отвечал «скорой». Было настолько плохо, что сами не могли внятно сказать, что с вами?

- Нет, я могла, - девушка развела руками и улыбнулась, - просто Жорик решил, что лучше объяснит. Чтобы я не нервничала. Он хотел позаботиться… Даже телефон потом забрал, говорит, нагуглишь симптомы, решишь, что совсем умираешь, опять паника начнётся…

- Какой у вас Жорик участливый, - хмыкнул Кирилл, - дайте коллеге руку, пожалуйста – померим вам давление. Аллергия на антисептики есть?

- Вроде нет, - нахмурила брови пациентка. Кирилл кивнул и махнул рукой Лене. Та снова вооружилась черной бутылью и, аккуратно выставляя ладонь, чтобы брызги не беспокоили больную, сделала несколько пшиков пульверизатором. Через мгновение спертый воздух будто наполнился кислородом. Юлия облегченно выдохнула, зарумянилась и откинулась на подушки. Кирилл мрачно угукнул, сделал ещё пару пометок в блокноте, пока Наташа помогала пациентке правильно уложить на груди руку с тонометром.

- Что ещё беспокоило? – Кирилл указал себе за спину. Наташа, увидев знак, отошла туда, поигрывая насадкой стетоскопа.

- Боль в груди. Жуткая. Сердце будто в кулак сжали, - Юлия не сводила глаз с ритмичных отсветов света на насадке прибора.

- Перед этим что-то почувствовали? Горе? Гнев? Страх? – Кирилл поставил кончик ручки в один из квадратиков, готовясь поставить галочку в графе.

- Страх. Ужас, - голос пациентки грустно затих.

- Ясно, - безошибочный росчерк ручки в анкете, - раньше такое бывало?

- Было похоже, - веки Юлии дрогнули, однако взгляда от мерцающего кругляшка стетоскопа она не отводила, - не так сильно. С каждым новым кошмаром будто хуже становилось, и вот сегодня…

- Хронические заболевания есть? Выявленные нарушения психики? Родственники шизофренией не страдали?

- Нет, родня психически здорова, да и я – тоже, - глаза Юлии закрывались, голос становился всё более вялым, - только кошмары… замучили. Снова.

Тонометр на руке пациентки закончил жужжать и медленно выпустил воздух. Лена наклонилась к экранчику, расстегнула фиксатор прибора.

- Вроде успокоилась, а пульс как у марафонца. Бедное сердечко! Говорите, кошмары раньше были?

- В детстве, - рука Юлии безвольно скользнула вдоль тела, когда фельдшер её отпустила, - день проживала ну… обычный день ребенка! А ночью снилось всё то же самое, что днем видела. Снилось, что хожу по тем же местам, с теми же людьми говорю… Только вместо трети встретившихся за день – чудовища…

- Чудовища? - Кирилл поднял брови и нарисовал в углу бланка с собранными данными две большие буквы «NB», - какие?

- Длинные, тощие, лысые, - голос Юлии стал тверже, щёки побледнели, - огромные зубы, глаза светятся. Девушки с рыбьими лицами, они за длинными волосами прячут спину без кожи, все кости и органы со спины видно. Женщины со ступнями задом наперед… И живые м-мертвецы … Кожа лопается, глаза гниют, руки в червях… Ходят среди нас! По улицам, в толпе, за кассами стоят, едут в лифте…

- Достаточно, - Кирилл сжал в ладонях мелко задрожавшую руку Юлии. Лена кинулась к своему чемоданчику, вынула оттуда ампулу и новый шприц, - кошмары прекратились в переходном возрасте, верно?

- Да, - больная слегка поморщилась в полусне, когда кожу проколола игла, - но они вернулись. Я так устала, знаете… Спать боюсь, всё кажется – наяву их среди людей увижу…

- Давно вернулись? – Кирилл поднялся с кровати. Лена и Наташа, забрав чемоданчики, вышли из спальни, тихо переговариваясь.

- Когда Жорик ко мне переехал…, - промямлила Юля и негромко захрапела, приоткрыв рот. Кирилл удовлетворенно кивнул, сделал последнюю пометку в бланке и оставил больную спать глубоким лекарственным сном без сновидений.

В темном коридоре его ожидали уже успевшие снять бахилы коллеги и Георгий, всем видом продолжавший демонстрировать недовольство.

- Даже не спросите что с ней, Жорик? – поинтересовался фельдшер, - зачем так бесстыдно у девчонки силы сжирать? Кстати… давно «Жорик»?

- С первого… января, - Георгий сделал небольшой шажок назад, туда, где тьма в коридоре была гуще. На глазах медиков его мрачная фигура удлинилась, сверкнули из полумрака светящиеся глаза. Смартфон у Наташи в кармане гулко зажужжал.

— Это ты зря, «Жорик», - Кирилл и указал подбородком на черный чемодан у Лены в руке, - у нас для таких борзых есть подарки. И полиция скорее всего уже тут, твоего друга с лестницы ищет.

- Ты, что, правила забыл? – поинтересовалась Лена через плечо, поворачивая винт замка.

-Вы правила забыли, человечишки! - голос Георгия понизился до глухого рыка, - она меня пригласила!

- Ненадолго, если продолжишь в том же духе. Надеюсь, – сухо резюмировал Кирилл и сунул под мышку планшет,- мы ей вкололи успокоительное, проспит без снов. А как проснется, будь любезен умерить аппетит. Попытки высосать душу заставляют беднягу видеть твоё истинное лицо. Так себе привилегия!

- Пошёл вон! – длинная рука «Жорика», увенчанная острыми когтями поднялась наверх, будто замахиваясь. Лязгнули изогнутые клыки.

Дверь в квартиру захлопнулась за медиками с оглушительным грохотом.

В лифте Кирилл, Наташа и Лена ехали в сумрачном молчании, даже не пытаясь переброситься взглядами. Только подойдя к микроавтобусу с красным крестом и подкурив от ярко-алого огня протянутой Димой зажигалки, Кирилл выпустил в воздух длинную струю табачного дыма и с чувством выдохнул: «Сраный паразит!».

- Сложности? – вяло поинтересовался Дмитрий, поставив локоть на руль и подперев голову рукой.

- Девчонка подмена пригласила жить к себе, он её и жрёт в своё удовольствие, даже не стесняется, - Кирилл бросил окурок на асфальт, с силой затоптал, выместив на нём досаду, уселся на своё место в машине и захлопнул дверь.

- Может после визита Толяна уймётся, - пожала плечом Наташа и указала на припаркованную неподалеку полицейскую легковушку. Машина стояла ровно посередине нарисованного на асфальте белого мелового круга, - ему всё равно подъезд осматривать, заодно и к Жорику заглянет. Подождём его?

- Понадобимся – вызовет, - отрезал Дмитрий и жестом велел девушкам закрыть раздвижную дверь, - Катя новый адрес дала, пока вас не было!

Фельдшеры поудобнее строились на своих местах, пристегнули ремни безопасности. Машина завибрировала, вывозя команду медиков на улочку между дворами. Дима сосредоточенно поглядывал на проложенный навигатором маршрут, петляя по однополосным узким дорогам. Чем дальше они проезжали вглубь микрорайона, тем темнее было на улицах. Всё меньше окошек светилось в домах, свет фонарей, казалось, гас на глазах, погружая дворы в непроглядный серо-черный мрак.

Дмитрий крутанул руль, подъехав к обочине дороги, заглушил мотор и выключил фары.

- В чём де…, - спросила было Лена, но Кирилл быстро обернулся и шикнул на неё, прислонив палец к губам. Наташа щипнула коллегу за бедро, привлекая внимание, и показала экран смартфона. Лена взглянула на индикатор приложения и прижала ко рту ладонь.

Красная точка была совсем рядом с центром круга. Что-то скрывалось в темноте в паре шагов от их микроавтобуса.

Кирилл, придвинулся поближе к окну, задрал голову, изо всех сил вглядываясь в нависающий над ними темный высотный дом. Дмитрий похлопал его по плечу и указал на угол многоэтажке.

По краю угла панельного дома скользили черные исполинские пальцы. Одна рука скрывающегося во мраке существа, казалось, была в человеческий рост. В тишине, заполненной только гудением вибрации телефона, медики наблюдали, как из-за угла вслед за рукой показалась длинная, изломанная фигура великана, будто сотканная из клубящейся тьмы. Ладони на непропорционально длинных руках ощупывали стену. Существо поднималось на цыпочках, будто заглядывая в темные окна.

- Девчонки, держитесь! – гаркнул Дмитрий, завел мотор и кулаком ударил по кнопке клаксона.

Громкий гул спугнул спавших на деревьях птиц. Они с гомоном и криками сорвались с насиженных мест, шлепая крыльями. Тварь стремительно обернулась на звук, пронзив микроавтобус с красным крестом хищным взглядом алых глаз. Наташа красноречиво завизжала.

Дмитрий дернул за рычаг и развернул машину с такой скоростью, что с полок посыпались запасные бинты. Синий чемодан уехал из-под ног Наташи, ударился об стенку, раскрылся, вытряхнув содержимое. Вата, рулоны бинтов, шприцы покатились по полу. Водитель, бешено крутя руль, гнал на всех парах прочь со дворов. За машиной бежала гигантская тощая черная тень. Она то и дело вытягивала руки в попытках схватить улепетывающую «скорую».

- Толян! – кричал Кирилл в выскальзывающую из потной ладони трубку, крепко вцепившись второй рукой в поручень над сиденьем, - мы нарвались на «жердяя»! Ведём его к Бурлачной! Вызывай подкрепление!