Выйти в окно

Глава 1

Необъяснимое мерцание света, прерывистое и ритмичное, словно кто-то, находившийся по ту сторону привычной реальности, пытался передать мне послание при помощи азбуки Морзе, заставило меня вырваться из беспокойных сновидений; ещё не понимая, что происходит, не успев окончательно проснуться и отделить действительность от продолжавших клубиться в сознании обрывков сна, я, подобно героям банальных голливудских фильмов, которые непременно идут навстречу неизвестности именно тогда, когда любой разумный человек предпочёл бы остаться в постели, решил подняться и проверить, в чём дело.

Словно одинокий корабль, блуждающий среди густых, тёмных волн безбрежного моря и, несмотря на надвигающуюся бурю, идущий на всех парусах к едва различимому маяку, тусклый свет которого то исчезал, то вновь возникал где-то далеко впереди, я медленно двигался по погружённому во мрак пустому коридору, пока наконец не приблизился к окну, за которым не было видно ни неба, ни земли, ни единого огонька, способного напомнить о существовании мира.

«Я умер?» - внезапно пронеслось у меня в голове, и после этой мысли, вспыхнувшей так отчётливо, будто она принадлежала вовсе не мне, я перестал отдавать себе отчёт в происходящем.

- И сегодня в главных новостях… - чей-то голос словно включил меня заново, вернув сознание так резко, как возвращается изображение на старом телевизоре после внезапного перебоя электричества.

- В четыре часа тридцать минут утра в нашей больнице произошло необъяснимое событие: человек, перенёсший тяжёлую детоксикацию, был отправлен в палату для дальнейшего восстановления, однако каким-то невероятным образом сумел подняться с постели и самостоятельно добраться до окна, расположенного в конце коридора, несмотря на то что после сделанных накануне вечером инъекций он, по словам медицинского персонала, не мог пошевелить даже рукой, - заявил главный врач нашему корреспонденту. Прибывшие на место сотрудники полиции не обнаружили никаких следов, которые могли бы объяснить произошедшее; эксперты утверждают, что самостоятельно подняться с койки, покинуть палату и тем более дойти до другого конца этажа пациент не мог, в связи с чем в настоящее время проводится проверка всего медицинского персонала на предмет возможного соучастия. Однако главными остаются вопросы: почему именно окно, что произошло после исчезновения пациента и где находится тело человека, который, судя по всем имеющимся обстоятельствам, должен был выпасть с четвёртого этажа? Наша команда продолжает следить за развитием событий…

В голове теснилось слишком много вопросов, не складывавшихся в сколько-нибудь понятную картину, однако я прекрасно осознавал, что в репортаже говорили именно обо мне, поскольку должен был находиться в больнице и отчётливо помнил мерцающий свет, тёмный коридор и окно, перед которым стоял за несколько мгновений до того, как сознание окончательно погрузилось во мрак; но меня, как, вероятно, и всех зрителей, услышавших эту странную новость, прежде всего волновал один-единственный вопрос: что же всё-таки произошло?

Не дослушав репортаж до конца и оборвав новостную трансляцию, я собрал оставшиеся силы, поднялся и, с трудом переставляя ноги, доплёлся до ванной комнаты, намереваясь хотя бы привести себя в относительный порядок, после чего, не располагая никакой иной информацией и понимая, что ответы могут находиться лишь там, где всё началось, решил отправиться в больницу, надеясь, что знакомые коридоры, запахи, звуки и предметы помогут пробудить воспоминания, вызвать хотя бы короткие вспышки прошлого и восстановить исчезнувшие фрагменты ночных событий; единственной задачей, которая казалась особенно сложной после показанного по всем новостным каналам репортажа, было оставаться незамеченным и неузнанным.

Добравшись до больницы, я обошёл здание, отыскал нужную сторону и без труда определил тот самый этаж по всё ещё не отремонтированному окну, в котором по-прежнему отсутствовало стекло, тогда как лежавшая внизу груда осколков ослепительно переливалась под лучами палящего солнца, разбрасывая по траве и стенам множество дрожащих бликов; эта часть коридора выходила на восток, где больница почти вплотную граничила с раскинувшимся до самого горизонта золотым полем, среди которого вскоре оказался и я.

Обернувшись, чтобы убедиться, что за мной никто не следит, я увидел огромное животное, чёрное, словно раскалённый и мгновенно остывший уголь, стремительно бежавшее мне навстречу; не успев толком рассмотреть его, я инстинктивно ринулся вперёд, хотя уже через несколько мгновений понял всю тщетность этой попытки, поскольку хищник, оказавшийся пантерой, в два или три могучих прыжка преодолел разделявшее нас расстояние и очутился рядом.

Везло мне или, напротив, судьба всего лишь откладывала неизбежное, я не знал, однако нападать на меня пантера, судя по всему, не собиралась; подняв голову и осторожно направив взгляд вдаль, туда, куда смотрело животное, я заметил людей, работавших посреди золотого поля, и чем дольше я за ними наблюдал, тем сильнее становилось смутное, неприятное ощущение, что в окружающей действительности что-то не так: их одежда выглядела старомодной, словно принадлежала людям из давно ушедшей эпохи, лица казались мрачными и безжизненными, а для ухода за урожаем они использовали настолько примитивные орудия, что те скорее могли бы храниться в историческом музее, нежели применяться в нескольких шагах от современной больницы.

Внезапный шум заставил меня отвлечься от наблюдения за странными работниками: дверь запасного выхода распахнулась, и наружу вышел один из больничных уборщиков, явно рассерженный чем-то произошедшим внутри; нервно оглянувшись, он достал из кармана сигарету, закурил и на несколько минут замер у стены, выпуская густой дым, а когда его короткий отдых закончился и он направился обратно, я осторожно последовал за ним, воспользовавшись тем, что уборщик был настолько погружён в собственные мысли, что не заметил ни моего приближения, ни того, как я проскользнул в здание прежде, чем дверь захлопнулась.

Поднявшись на четвёртый этаж и добравшись до знакомого коридора, я остановился перед разбитым окном и выглянул наружу, поражённый тем, насколько прекрасным отсюда казалось поле, золотистое, бескрайнее, залитое светом и совершенно не похожее на то тревожное место, которое я видел снизу; однако прежде чем я успел вновь задуматься о странных людях и чёрной пантере, на дальней стене появился уже знакомый дрожащий отблеск, похожий на солнечного зайчика, какими в детстве дети пускают друг другу в глаза, играя маленькими зеркальцами.

- Да кто это такой?! - начал сердиться я, пытаясь определить, откуда исходит свет.

- Иди… Иди вперёд… Иди, и тебе станет легче… - внезапно раздался за моей спиной странный голос.

Тонкий, почти незаметный холодок коснулся пяток и, постепенно поднимаясь вверх, превратился в миллионы острых мурашек, рассыпавшихся по всему телу и заставивших меня застыть перед окном, не решаясь ни обернуться, ни сделать шаг в сторону.

- Не поворачивайся, - продолжил голос, становившийся всё отчётливее, хотя по-прежнему не превышавший обычного шёпота.

- Я всегда рядом… Я всегда наблюдаю за тобой.

И в тот же миг я почувствовал на своей шее ледяное дыхание.