Вы любите гулять по лесу?

Глава 1

Вы любите гулять по лесу?

Жаркий летний день. Солнце бьёт золотыми лучами сквозь кроны корабельных сосен. Изображая броуновское движение, в них хаотично мечется мелкая мошкара. Пожилой человек осторожно ступает по мягкому ковру леса. Улыбка блуждает по его лицу — он любит гулять по лесу. Здесь ему уютно, здесь ему хорошо. Несмотря на то, что в последнее время стоит жаркая погода, пол корзины уже заполнено грибами. Он опытный в этом деле, знает никому неизвестные места, где даже в неурожайный год можно найти крепких пузатых боровиков. Лес чистый, без кустарника. Только могучие деревья вокруг, да усеянный шишками зелёный мох, вперемешку с мхом белым.

Взгляд опытного лесовика цепляется за старый пень невдалеке. Пень кажется странным. Высокий, толстый, с неровным верхом, он явно остался не от хозяйственной деятельности человека. Как будто дерево сломало ветром или оно высохло из-за болезни, вызванной паразитами. Но упавшего ствола рядом с ним нет. Непонятно. Грибник идёт к нему и замечает, что пень как будто полый внутри. Он решает заглянуть внутрь, для чего подходит к нему ещё ближе.

В этот момент человек отчётливо понимает, что здесь он уже не один. Неприятное ощущение заставляет его резко обернуться. От увиденного волосы шевелятся у него на голове, зрачки скачком расширяются от ужаса, сердце даёт сбой и перестаёт выполнять свою многолетнюю работу. В глазах темнеет, он хватается рукой за грудь и не в силах устоять, падает навзничь. Корзина опрокидывается рядом, на мягкий мох выкатываются только что собранные грибы.

- - - - -

Не успел Игорь прийти на службу, как его тут же вызвали к начальнику. Это было нехорошо — если вызывают с утра, значит либо новых задач накидают, либо отправят куда подальше.

— Добрый день. Вызывали?

— Ты где добрый день увидел? Давно уже все добрые закончились! В Ивановке дед в лесу помер, нужно съездить, убедится, что это ненасильственная смерть. — случилось второе — пытаются отправить подальше.

— Но там же участковый есть! — деревня находилась далеко от райцентра и Игорю совсем не хотелось тратить целый день на езду туда-обратно для того, чтобы разбираться в однозначно заурядном деле.

— Ты что, с Луны свалился?! У нас второй месяц банда домушников орудует, четвертую квартиру уже вскрыли, а у нас ни одной зацепки! К нам сейчас из-за этих краж внимание повышенное, ещё одно резонансное дело и сюда точно из столичного КГБ пожалуют! Хочу знать наверняка, что там без криминала. Участковый, кстати, уже предупреждён и ждёт тебя с нетерпением.

— Как я без криминалистов? — не сдавался Игорь.

— Наше начальство через день на ковре в администрации, и партийное руководство уже подключилось. Потому все криминалисты заняты — дактилоскопическим порошком обворованные квартиры по третьему разу обсыпают!

— Машину?

— Слушай, мне тебе в третий раз рассказать про наши проблемы? Служебные машины уже покрышки стерли, обслуживая этих самых криминалист, и следователей тоже, от которых толку пока ноль! Так что дуй на общественном, или на своей, а я, так и быть, премию тебе в зарплату на бензин подкину.

— Ясно…

— Мне нужно чётко понимать, что там все «чисто», а ты у нас единственный свободный. Так что перестань отбрыкиваться и немедленно выдвигайся. Задачу понял?

— Понял.

— Ну тогда вперёд. И не забудь мне вечером отзвониться по результатам.

Игорь вышел от начальника расстроенный — ехать далеко, ещё и свою машину гнать, а премии той едва-едва бензин покрыть хватит. Дойдя до своего кабинета, взял со стола папку с бумагой для заявлений от свидетелей, сунул под мышку Макаров и вышел на крыльцо отдела. Глубоко вдохнул и решил найти положительные моменты в сложившейся ситуации. Погода отличная, солнце шпарит как на юге. Всё лучше катить под его лучами на автомобиле по шоссе, чем сидеть в душном кабинете, зарывшись в ворохе архивных дел. Сейчас все свободные и не очень сотрудники были брошены на поимку орудовавшей в городе банды залетных домушников, а его, единственного, оставили как бы в резерв, отбиваться от текучки и при необходимости поднимать архивные дела, в попытке найти там почерк действующих у них преступников. Иногда ему даже становилось немного не по себе — все «землю роют», а он все больше в отделе «прохлаждается». Так что, все причинно обоснованно.

Уже в более благожелательном расположении духа, он подошёл к своему блестящему автомобилю — темно-синему ВАЗ 2103. Недавно приобрёл, с небольшим пробегом. Доволен, как медведь возле развороченного улья! Сдул с крыши вымышленную соринку и отперев ключом водительскую дверцу, плюхнулся на коричневое велюровое сидение. Приоткрыл окно, сунул кассету в магнитолу и под хриплый голос Высоцкого, забористо выводящего про рваный парус, выехал со служебной автостоянки. Курящие у крыльца коллеги проводили его завистливыми взглядами.

Время в дороге пролетело незаметно. Солнце, ветер в окно, хорошая музыка и бодро сокращающий по гладкому асфальту расстояние до цели автомобиль. Красота! Но потом пришлось съехать на просёлок и пару десятков километров трястись по не очень ровной, извивающейся в лесу грунтовке.

«Ну вот, только машину намыл. Теперь запылиться.» — посетовал Игорь.

Лес внезапно закончился и Жигули выскочили на обширный луг, на другом конце которого, у следующего лесного массива, торчали приземистые избы Ивановки.

Преодолев поле, Игорь въехал на одну из трех имеющихся в деревне улиц. Разгоняя суетливых кур и аккуратно объезжая остатки луж, упорно сопротивляющихся летней жаре, докатился до небольшого расширения, где стоял магазин райпо. Возле него сидел на скамейке и изнывал от жары участковый в форме, попеременно то обмахивая себя черной папкой, то вытирая пот со лба носовым платком. Фуражка лежала рядом. Был он уже в годах и по всему видать на должности этой проработал изрядную долю своей жизни.

Затормозив рядом, Игорь поздоровался через открытое окно:

— Добрый день! Присаживайтесь, в машине побеседуем.

Милиционер подскочил и забрав фуражку, шагнул к машине.

— Следователь из района?

— Он самый.

Участковый сел на переднее сидение и протянул ему крепкую ладонь:

— Евгений Петрович.

— Игорь. — пожал тот протянутую руку.

— Пока не начали по существу дела, можно взглянуть на ваши документы. Мало ли что, сами понимаете…

Игорь показал ему раскрытое удостоверение. Перестраховывается, ясное дело. Из района сюда редко кто заезжает, а тут такое событие, по местным меркам, конечно. Следователь после может и докладную на него написать, что, мол, плохо исполняет свои служебные обязанности. В частности, разглашает сведения по делу абы кому, не удостоверившись, что это сотрудник органов.

Внимательно рассмотрев документы, тот сразу предложил:

— Может на «ты»?

— Без проблем. — сразу согласился Игорь, тем более что участковый был старше его лет на пятнадцать, а то и на все двадцать — Ну что, давай обстоятельства. Что тут у вас стряслось?

— Да, собственно, и рассказывать-то особо нечего. Дед, Пётр Афанасьевич, бывший местный ветеринар, ныне на пенсии, пошел в лес за грибами. Ну и там плохо стало, по всему видать сердечко прихватило. Жара-то нынче какая стоит, сам видишь. А вернее всего напугал его кто-то.

— Нет Петрович, так дело не пойдет. Ты мне свои выводы не рассказывай, ты мне факты давай. Что, где, когда, как в передаче.

Явно недовольный дотошностью молодого следователя, участковый нехотя начал доклад:

— Два дня назад, то есть четырнадцатого числа, вечером, позвонила жена погибшего и сообщила, что супруг с утра ушел за грибами и до сих пор не вернулся. Уже темнело, я в соседней деревне живу, еще и «бобик» мой как обычно «сдох»…

— Бобик?

— УАЗ служебный, старый как моя теща. День езжу, три ремонтирую. Сколько начальству своему писал, да все без толку…

— Ясно. Давай дальше.

— Потому оперативно поиски организовать не смог. Да и, если честно, в девяти из десяти случаев позже сами приходят. Сколько раз уже такое бывало. Тут, к сожалению, не пришел. С утра собрал лучших охотников, сколько смог забрать у председателя колхоза — у того страда в самом разгаре, каждый человек на счету. Направление примерное знали, ну и отходили целый день безрезультатно. Но на второй повезло. Стали обследовать соседний массив и к обеду собаки учуяли что-то, а потом и вовсе надежно след взяли. Вывели нас аккурат на него.

— Фото места происшествия имеются?

— Криминалистов не прислали, сказали свободных нет. Распорядились самому со всех сторон сфотографировать, потом следователю предъявить. Тебе получается. Упросил одного человека посодействовать, у кого фотоаппарат есть. Уж не знаю, как у него получилось, так как фото забрать ещё не успел.

— Тогда опиши мне подробно, как лежал погибший.

— Немного там подробностей. Лежал немного на боку, левая рука вытянута в сторону, правая на груди. Одна нога ровно, вторая немного согнута в колене. Голова на затылке. Возле левой руки опрокинутая корзина и грибы рассыпанные. Следов физического насилия нет.

— Странности?

— Одна только, если странность это, конечно. Зрачки сильно расширены, как от испуга. Я потому про сердце-то и предположил. Напугал его кто-то. Куропатка какая из-под ног выпорхнула или может заяц сиганул. Они же до последнего таятся, в надежде, что их не заметят, а когда близко подходят, стремглав удирать бросаются. Вот он и испугался. И за грудь, думаю, поэтому рукой держался.

— Понятно. Следы каких-нибудь зверей удалось обнаружить рядом?

— Нет, совсем ничего. Ни зверей, ни людей. Как не искали.

Игорь задумчиво почесал подбородок.

— А что по состоянию здоровья?

— Да вроде нормально. Сравнительно недавно на пенсию вышел. По годам-то дед уже, конечно, а по факту еще бодрый. Я бы даже сказал крепенький.

— Как в лесу ориентировался?

— Хорошо ориентировался. Охоч он был до этого дела, всю жизнь, сколько его помню, в лес ходил. То за грибами, то за ягодами. Рыбку еще любил поудить. Охоту только не любил, ветеринар ведь.

— Все?

— Как будто…

— Вчера забрали его?

— Да, уже под вечер машина пришла. К вам в город и увезли, а то жара нынче, сам видишь какая.

Игорь глянул на истертые ногами покатые ступеньки ведущего в магазин крыльца.

— Телефон тут есть? Позвонить можно?

— Имеется. Сейчас организуем.

В магазине стояла духота, пахло свежим хлебом, старым печеньем и копченой рыбой. Толстые мухи с жужжанием устраивали воздушные гонки за право вольготно разместиться на лучших местах тушек, источающих рыбный аромат. У прилавка скучала дородная женщина в засаленном переднике. Увидев вошедших, она сразу распрямилась. Рефлекторно поправила волосы и бросила заинтересованный взгляд на Игоря.

— Чего желаете?

— Раечка, это следователь из района. Ему бы позвонить. Исключительно в служебных целях.

Раечкин взгляд немного попритух от понимания, что ничего покупать у неё не собираются, но любопытство осталось. И было непонятно, чем оно вызвано в большей степени, самим Игорем или его служебными делами, к которым она имела реальный шанс сейчас прикоснуться, а потом самозабвенно распускать по деревне в виде слухов. Женщина грациозным движением выудила из-под прилавка телефон и с дзиньком водрузила на него сверху. Потом отошла в сторону, делая вид, что занимается размещением товара на полках и совсем не интересуется происходящим вокруг. Игорь снял трубку и прямо ощутил, как ближайшее Раечкино ухо напряглось в стремлении не пропустить ничего интересного. Хоть в размерах не увеличилось, и то ладно. Он выразительно глянул на участкового и незаметно кивнул в сторону продавщицы. Тот сразу сообразил, нырнул за прилавок и крепко прихватив Раечкин локоть, повел её в сторону, одновременно выясняя никому ненужные подробности относительно хранящегося в магазине товара. Та лишь успела бросить полный сожаления взгляд на зажатую в руке следователя телефонную трубку.

Игорь посмотрел на часы, время было уже к обеду. Он набрал номер, через четыре гудка в трубке раздалось резкое:

— Морг!

— Позовите Фёдора к телефону.

— Кто спрашивает?

— Игорь, из центрального.

— Сейчас.

Слышно было как трубка брякнулась на тумбочку. Игорю приходилось бывать там неоднократно и эту тумбочку он хорошо знал. Не успел он мысленно представить все её отличительные особенности, как в динамике снова зашуршало и раздался голос знакомого патологоанатома:

— Здорово, следователь!

— И тебе не хворать, работник скальпеля и формалина!

— Ты, конечно, по вчерашнему?

— Смотри-ка, работа с органами идёт тебе на пользу — ты научился пользоваться методом дедукции!

— Я всегда им пользуюсь! А вот ты, видимо, стареешь, раз начинаешь разговор с человеком, от которого имеешь необходимость получить нужные тебе сведения, с подтрунивания, прежде чем ты их от него получил. — тут же парировали его выпад на другом конце провода.

— Беру свои слова обратно. Работники морга самые умные и начитанный члены нашего общества! Успел вскрыть?

— Только закончил.

— И?

— Признаков насильственной смерти нет.

— Какая причина? Сердце?

— Уже успел на месте поработать? Молодец! Предварительно, да.

— Могло его прихватить от испуга?

— Вполне вероятно. Сам по себе дед ещё крепкий и возрастные изменения органов в пределах нормы. Внезапный отказ вполне мог быть вызван перенесенным стрессом.

— Зрачки…

— Да, да, они тоже на это намекают.

— А внешне? Ну хоть что-нибудь?

— Внешне ничего. Обычный человек пожилого возраста, лишний вес отсутствует, шрамов и татуировок нет, каких-то физических отклонений тоже. Волосы густые, когда-то были черные, но сейчас седых много, небольшие усы. Ммм… глаза зеленые… не знаю, чем ещё тебя порадовать.

— Понятно… Спасибо тебе за информацию.

— Бывай.

Раечка всё же вывернулась из окружения участкового и решительно шагнув в сторону Игоря, уточнила:

— Так что, брать что-нибудь будете?

Чтобы совсем не обижать работника торговли, он приобрёл бутылку газированного лимонада — в такую жару не помешает. Отсчитывая сдачу, женщина не удержалась:

— А вы что же, из-за гибели Петра Афанасьевича приехали?

— Вы про ветеринара? А, нет, я не по этому делу. С этим Евгений Петрович и без меня отлично разберется. — и внезапно нагнувшись к Раечке, доверительно сообщил — Прошла информация, что в соседнем лесу десантировалась группа американских диверсантов.

— Как так… — Раечкины глаза мгновенно округлились.

— Вот так. Вы тут, случайно, никого подозрительного не видели?

— Да вроде н… нет…

— Это хорошо. Но если вдруг что-то узнаете, незамедлительно докладывайте непосредственно Евгению Петровичу, а он уже передаст мне. — и кивнув участковому, Игорь решительно вышел на улицу, оставив женщину в натужно-задумчивом состоянии.

— Эх, ну зачем ты ей про диверсантов навыдумывал. Она же теперь мне всю плешь с ними проест. — упрекнул участковый Игоря, когда они оказались снаружи.

— Неужели не поймёт, что шутка?

— Может и поймёт. Ну а вдруг правда? Будет теперь меня при встрече каждый раз допрашивать.

— Зато, взамен, будешь в курсе всех последних событий.

— Какие тут события?! Вот только первое случилось, да лучше бы без него.

— Ладно, давай по делу. В морге подтвердили сердечную недостаточность, причём, предположительно от испуга.

— Вот! Я же говорил!

— Нет, Петрович, все равно тут что-то не так.

— Что не так?

— Ты сам сказал: товарищ был ещё крепкий и с лесом всю жизнь знаком. Такого куропаткой или зайцем до смерти не напугаешь.

— Значит покрупнее кто-то был.

— Покрупнее следы бы оставил, но вы не нашли.

— Так-то медведь если, а рысь, к примеру, никаких следов не оставит.

Игорь сжал губы. В целом участковый был прав. Но внутреннее чутье, которому он уже привык доверять, шероховато ворочалась внутри. Следователь с некоторым неудовольствием понял, что его врождённая дотошность начинает брать верх, а это значит, что копаться ему в этом заурядном деле до тех пор, пока не выяснит все нюансы и не будет точно уверен, что тут без криминала. Даже его коллеги иногда подтрунивали над ним из-за его въедливости, а иногда и откровенно злились, когда он не давал закрыть какое-то, вроде бы несложное дело. И зачастую его скрупулёзность давала совсем другой результат расследования. Что поделаешь, такой человек. Но для следователя, если предметно разобраться, это весьма неплохая черта характера.

Игорь вздохнул и принял решение:

— Так, раз идей больше нет, давай выжимать крупицы из того, что осталось. — шагнул он к машине — Вдова где живёт?

— Так на соседней улице.

— Давай сначала к ней, потом к твоему фотографу.

Глава 2

- - - - -

По-прежнему аккуратно объезжая лужи — пыль пылью, а грязью измазать автомобиль ему совсем не хотелось, Игорь подвёл машину к указанному участковым дому. Открыв калитку, милиционеры шарахнулись от залаявшего на них, рвущегося с цепи лохматого пса. Пройдя по мосткам, постучали в дверь. Открыла молодая девушка с припухшими от слез глазами, в черной кофте и такой же повязке на голове.

— Здравствуй, Надюша. Это следователь из района, ему бы с Татьяной Никитичной переговорить.

Та шире открыла дверь и без слов пропустила их в дом.

— Дочка. С города приехала сегодня. — шепнул участковый Игорю, пока они проходили сени.

На кухне сидела миниатюрная пожилая женщина, в черном платье и платке поверх головы. Горе сгорбило её, и от того она казалась ещё меньше. Сухонькие ручки теребили мятый белый платочек, которым она поминутно вытирала себе глаза. Дочка указала милиционерам на стулья и ушла в комнату.

— Следователь милиции, капитан Белов. — представился Игорь.

Женщина еле заметно кивнула, не поднимая взгляд на пришедших.

— Примите наши соболезнования. Простите, но мне необходимо задать вам несколько вопросов.

Еще один слабый кивок.

— Скажите, ваш супруг в посл… в тот раз известное ему место решил проведать или у него какой-то новый маршрут был?

— Какой там новый, ему старых-то не обойти — столько их было. Мы тут, почитай, всю жизнь прожили, так что у него в ближайших лесах везде свои места имеются… имелись… Ведь сколько раз ему говорила, ну остепенись ты, хватит, чай, не молодой уже. Так не слушал…

— Часто в лесу бывал?

— Пока работал, каждые выходные, а как на пенсию вышел, хорошо если через два дня на третий, а то и чаще случалось. Эти банки с грибами, да ягодами ставить уже некуда, а он все за своё.

— Не говорил, может что-то или кого-то необычного в лесу видел?

— Не припомню такого… Всех зверей перевидал, даже с мишкой несколько раз раскланивался, слава Богу без последствий, а про необычное… Нет, точно не рассказывал.

— На здоровье последнее время не жаловался? Сердце там, или может боли в груди?

— Нет. До сих пор всё сам по хозяйству, не так споро как молодой, конечно, но со всем справлялся. Даже седина его не трогала…

— В каком смысле?!

— До последнего волосы чёрные как смоль, ни одной седой волосинки… — голова вдовы медленно стала опускаться вниз, ей навстречу потянулись ручки с платком. Она громко всхлипнула и стало понятно, что сейчас женщина расплачется по-настоящему. Из комнаты выскочила дочь и крепко обняв мать за плечи, строго посмотрела на пришедших.

— Примите ещё раз наши соболезнования… — милиционеры поспешно вышли во двор. Снова шарахнулись от караулившего их у угла дома пса и быстро ретировались на улицу.

Игорь обернулся к участковому и с досадой упрекнул:

— Ты что же мне про волосы сразу не сказал?

— Откуда я помню, какие у него были волосы?! Ты думаешь я с ним каждый день за руку здоровался? У меня пять деревень в работе, так-то! — огрызнулся тот — И вообще, что это принципиально меняет?

— Принципиально меняет то, что теперь можно уверенно говорить о его встрече в лесу с чем-то из ряда вон выходящим. Шутка ли, человек из брюнета практически в седовласого превратился!

— Опять ты за своё. — закатил глаза Петрович — А как же эффект неожиданности? Почему ты все время сбрасываешь его со счетов?

— Всякой неожиданности он в лесу навидался. Слышал? Даже с медведями сталкивался! Так что маловероятно.

— И кто же, такой страшный, по-твоему мог его до смерти напугать?

— Нет у меня вариантов, от того и странно всё это. Ладно, давай к твоему фотографу, может там что обнаружиться. Далеко?

— Нет. Пару домов пройти.

Они двинулись вдоль по улице. Тут же увернулись от стайки загорелой детворы, с криками догоняющей бандитского вида кота и вскоре остановились возле нужного дома.

— Егорка! — крикнул участковый в раскрытое окно.

Там сразу показалась веснушчатая физиономия подростка в очках:

— Сейчас!

— Петрович, ты что мальца труп фотографировать заставил?!

— Да нет же, отец его помогал. Сейчас он просто на работе.

— По любому же мальчуган подсмотрел что на снимках.

— Да нет там ничего страшного.

Скрипнула дверь. Парень прошлепал по мосткам босыми ногами и повиснув руками на калитке, протянул им конверт.

— Дядя, Женя.

— Что?

— Папка ворчал, говорил, что фотобумага денег стоит.

— Передай ему, чтобы сильно не ворчал. Так-то он проявляет гражданскую сознательность и помогает следствию! — поднял указательный палец вверх участковый.

— На гражданскую сознательность он тоже ворчал.

— Скажи этому ворчуну, что я его должник и при необходимости помогу чем смогу. А вот следователь из района ему благодарственное письмо потом пришлёт.

— Непременно… — ответил Игорь, пристально разглядывая фотографии. Но, к сожалению, там не было ровным счётом ничего, что бы могло добавить хоть каких-то деталей к уже имеющимся. Погибший лежал точно так, как это описал Евгений Петрович и никаких новых нюансов, ни в одежде, ни в лежащих рядом предметах, так же как в окружающей обстановке, не нашлось.

От созерцания его отвлек вопрос мальчишки:

— А там ваша машина стоит?

— Моя.

— Красивая! Сколько лошадиных сил?

— Семьдесят семь.

— Здорово! Прокатите?

— Так, беги-ка домой, не мешай дяде следователю работать. Потом на «бобике» тебя покатаю. — осадил его участковый.

— Не, на «бобике» не хочу. — мальчишка улыбнулся и убежал в дом.

Медленно шагая обратно, Игорь посетовал:

— Даже крупицы выжать не удалось из того, что нам оставалось.

Участковый устало на него посмотрел:

— Ну нет тут состава преступления.

— Состава может и нет, а загадка какая-то точно есть.

— Далась тебе эта загадка.

— Действительно, далась она мне… Совсем никаких следов не нашли на месте происшествия?

— Нет, Игорь, нет.

— А лесник, кстати, ваш? Он же в этой деревне проживает?

— В этой.

— Ну так что? Я слышал он опытный лесовик.

— Тоже нет. — участковый как-то странно отвел глаза в сторону.

Это движение не ускользнуло от Игоря. Он подозрительно прищурился и в упор глядя на коллегу, уточнил:

— Петрович?

— Нет, говорю.

— Я слышал. Что не так?

— Не было его при поисках. — признался участковый.

— То есть как это не было?! — резко остановился Игорь — Он же должен был их возглавлять, как самый опытный?

— Приболел он на тот момент. Живот у него прихватило.

Игорь начал злиться:

— Какой живот?! Слушай, Петрович, мне тут ваши местные дела без интереса, если это не откровенный криминал, конечно. Мне со своей проблемой разобраться нужно, так что давай-ка выкладывай всё как на духу. Иначе я сейчас у первых встречный слухи соберу, сложу дважды два и все равно узнаю про ваши секреты. Но тогда в моем отчете относительно тебя может возникнуть нехорошая формулировка, про чинение препятствий следствию. Так что узнаю я в любом случае, только при плохом варианте мне побегать придётся, а у тебя потом проблемы по службе будут.

Участковый обречённо вздохнул и сдался:

— Не бывает он в лесу… Ну, то есть, вообще туда не ходит.

— Лесник, который не ходит в лес?!

Игорь сразу почувствовал, что нежданно-негаданно нащупал что-то, за что можно было ухватиться в этой непонятной истории.

— Уже года как полтора.

— Ну-ка, ну-ка. Давай-ка дальше.

— Случай был, как раз полтора года назад… — начал было участковый и прервавшись, уточнил — Точно не будешь докладывать начальству?

— Если не криминал — не буду. Давай уже, Петрович, что мне из тебя всё клещами тянуть приходится.

Они наконец сели в машину и участковый начал рассказ:

— В райпо тогда привезли какой-то дефицитный товар, не помню уж какой, да и не важно то. Народ столпился возле магазина, в очередь выстроился. Тут на своём мотоцикле к ним Сергей подлетает…

— Это лесника так зовут?

— Именно. С мотоцикла спрыгнул, лицо белое как полотно, трясётся весь, глаза как у безумного. Кричит: «Не ходите больше в лес! Там опасно!» Народ сначала не понял, попытался его расспросить, а он всё талдычит одно и то же не переставая. Вскоре стали на него посматривать как на душевнобольного, кто-то начал пальцем у виска крутить. Он вдруг очнулся, понял, что со стороны выглядит, мягко сказать, странно. Поник весь разом, залез на мотоцикл и укатил. Бросил только напоследок: «Ну смотрите. Я вас предупредил!» После того случая в лесу ни разу не бывал. Даже все деревья, которые близко к его участку росли, зачем-то спилил. Дом-то у него рядом с лесом, на отшибе стоит.

— Петрович, ну ты что? Почему молчал?! Тут наверняка какая-то связь имеется!

— Да как-то не подумалось…

— Если с волосами ещё туда-сюда, то тут ты опростоволосился по полной!

— Да понял я уже…

— Где он живёт?

Участковый махнул рукой, Игорь завел машину и по-прежнему аккуратно объезжая грязь, поехал в указанном направлении. Деревенская улица закончилась полевой дорогой, ведущей прямиком к одинокому хутору. Тот, в свою очередь, живописно расположился недалеко от лесного массива.

Участковый оправдывался по дороге:

— Ты пойми, знаем мы друг друга давно, не хотелось подлянку делать — докладывать его руководству. Тем более, что остальные обязанности он выполняет вполне исправно: лицензии на отстрел выписывает, за оружием охотничьим у местных присматривает, если из леса кто возвращается — проверяет. А то что в лес не ходит, так-то пусть с ним его лесхозное начальство разбирается.

Игорь слушал его в пол уха. Внутри растекалось приятное чувство от того, что он всё-таки взял след. Правда след был какой-то странный. Но какая разница какой? Куда-нибудь он же должен его вывести.

— Неужели ты ни разу за все это время не поинтересовался, что тогда с ним произошло? Может и правда помутнение рассудка случилось у человека, а у него оружие имеется.

— Спросил, конечно. Когда все немного поулеглось и обстановка подходящая случилась.

— И?

— Говорит, что неожиданно вышел на матерую медведицу с медвежатами. Такую большую никогда раньше не видал. Та, естественно, на задние лапы, чуть не заломала. Трухнул тогда сильно, после этого не может заставить себя в лес идти.

— Ну врёт же!

— Похоже на то… Но больше ничего мне от него добиться не удалось. А так, нормальный мужик, и с головой у него всё в порядке. Точно говорю.

Игорь остановил Жигули в тени развесистой черемухи, растущей у забора одинокого дома.

— Слушай, Петрович, разговор будет сложным. Нам двоим он точно ничего не скажет, а мне одному может и признается. Подожди-ка ты пока в машине.

— Ну конечно! Мне не рассказал, а тебе, кого видит впервые, все сразу и выложит.

— Я всё же попробую. — Игорь передал ему с заднего сиденья купленную в магазине бутылку лимонада. — Ты тут пока не скучай.

Двор у лесника был сплошное загляденье. Ухоженный, все на своём месте. Оно и понятно, времени сейчас у него свободного много. Игорь поднялся по ступенькам на крыльцо и постучал в крепкую дубовую дверь. Открыл невысокий коренастый мужчина, с бородой и суровым взглядом. Игорь сразу понял, что выудить из него нужную ему информацию будет весьма непросто. Тем более, что дельных аргументов в активе у следователя для этого не было, так же, как и времени нормально подготовиться к сложному разговору.

— Добрый день. Следователь милиции Белов.

— Сергей. Лесничий районного лесхоза. — по мрачному виду хозяина дома было понятно, что «добрость» этого дня он абсолютно не разделяет. Возможно так же, как и большинство предыдущих.

— Мне нужно задать вам несколько вопросов. Можно войти?

Сергей молча посторонился, пропуская гостя в дом. Потом провел его на кухню, где усадил за широкий деревянный стол. Достал две стопки, бутылку самогона, трёхлитровую банку солёных огурцов и поставил все это перед гостем.

— Благодарю, но я на службе. К тому же за рулём.

Лесник так же молча убрал посуду и незатейливое угощение обратно, сел напротив и выжидательно посмотрел на Игоря.

— Вы, наверно, уже догадались по какому вопросу я к вам пришёл. В вашем массиве погиб пенсионер.

Сергей кивнул.

— Что вы об этом думаете?

— Что тут думать… Пожилой человек, всякое может случится.

— Пожилой, но ещё крепкий, как говорят свидетели. К тому же в лесу далеко не новичок. По некоторым признакам у него не выдержало сердце, предположительно от испуга. Скажите, что такого может быть в вашем массиве, что могло его так сильно напугать?

— Ну если только большой зверь какое-то.

— Нет, со всеми животными, в том числе с большими, он встречался в своей жизни до этого. Может что-то ещё?

— Ничего другого я предположить не могу.

Игорю не нравилось, как начался разговор, но он не знал, как повернуть его в нужное русло. Оставалось только заходить с того, что ему уже было известно.

— Скажите, Сергей, почему вы не участвовали в поисках?

— Приболел на тот момент.

— Чем же, если не секрет?

— Живот прихватило.

Игорь усмехнулся про себя — успели сговориться с участковым, чтобы врать одинаково.

— Понятно. А последние полтора года в лесу вы не бываете по той же причине?

— По другой… — Сергей ответ глаза в сторону — С медведицей один раз нос к носу встретился… С тех пор не могу. Хотите, докладывайте начальству — это ваше право.

— Нет у меня особого желания кому-то об этом докладывать. Мне просто нужна информация, которой вы, по всей видимости, располагаете. Очень вероятно, что она прольёт свет на причину гибели бывшего ветеринара.

— Мне добавить больше нечего.

— Но вы же неправду мне сказали про медведицу.

— Другой правды у меня для вас нет. Правда иногда бывает такой, что просто так её не скажешь. У вас ко мне всё?

Сергей встал, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Игорь тоже поднялся — было предельно понятно, что лесник ему больше ничего не расскажет. Так же понятно, как и то, что ему есть что сообщить. Следователь вышел во двор, дошёл до автомобиля и с угрюмый видом сел на водительское сидение.

— Ну что, удалось что-нибудь выяснить? — по выражению лица коллеги, Петрович сразу понял каков результат переговоров, но не удержался от каверзного вопроса.

— Нет.

— А я что говорил?! — торжествующий возглас сопровождала самодовольная улыбка. Игорь задумчиво постучал пальцами по ободу руля и последующим предложением мгновенно стёр её с его лица участкового:

— А знаешь что, отведи-ка ты меня завтра на место происшествия. Хочу сам там всё осмотреть.

— Да ты что, Игорь?! Туда по лесу больше часа топать!

— Вот и отлично. Прогуляемся.

— Я даже дороги не помню!

— Точно! На счёт дороги. Нужно взять с собой пару надежных провожатых с ружьями, заодно и путь нам укажут.

— Да где ж я их возьму?! Все сейчас на сельхозработах! Председатель за прошлый-то раз на меня все ещё волком смотрит.

— Два человека не сделают твоему председателю погоды. Если что, вали всё на меня. Или вообще, дай лучше мне с ним пообщаться.

— Нет уж, как-нибудь сам… Слушай, я тебе клянусь, мы там всё проверили, лично каждый сантиметр на карачках проползал. — предпринял последнюю попытку убедить следователя Петрович. Уж очень ему не хотелось снова бродить по лесу, тем более с очевидно нулевым результатом. Игорь тоже не особенно рассчитывал найти там новые улики, но, в создавшейся ситуации, должен был проверить все. К тому же поход по лесу давал время для того, чтобы новые нюансы по этому делу смогли себя проявить. А они могли. Он это остро чувствовал. Оставив без внимания последний довод участкового, следователь спросил:

— Где тут переночевать можно?

— Гостиницы нет. Можешь у меня, в соседней деревне. Заодно хоть до дому подбросишь. — со вздохом сдался участковый.

— Годится. Позвонить бы ещё.

— От меня и позвонишь, телефон имеется. Только сначала к мужикам заедем, чтобы сразу предупредить их про завтра, а с председателем потом уже договариваться буду.

Дома у участкового Игорь набрал домашний номер начальника отдела.

— Ну что, все стандартно? — уточнил тот после приветствия.

— В целом да, но есть один нюанс, который необходимо проверить. Задержусь здесь еще на денек.

В трубке повисла недолгая пауза.

— Я надеюсь ты там не самогон местный распробовал?

— Разговариваю же нормально. Предварительно ветеринар погиб от сердечной недостаточности вызванной сильным испугом. Можешь в морг завтра позвонить, они подтвердят. Хочу сходить на место где его нашли, может найду причину.

— Мало ли чего он в лесу испугался.

— Дед не из пугливых, к тому же есть и другие детали, указывающие на нестыковку в данном вопросе.

— Ладно. Послезавтра жду тебя в отделении с подробным докладом.

— Понял.

Потом телефон занял Евгений Петрович, долго и весьма виртуозно ругаясь с председателем колхоза. При этом он использовал не по назначению чисто деревенские термины и другие замысловатые эпитеты так, что Игорь невольно заслушался.

Глава 3

- - - - -

Рано утром доехали до Ивановки и по неприметной грунтовке попали к оговоренному месту возле леса. Провожатые их там уже ждали — два человека в зеленых костюмах, с двустволками наперевес.

— Знакомьтесь, следователь из района Игорь Анатольевич. Если что, это он виновник нашей сегодняшней прогулки. — представил Игоря участковый.

— А нам-то что? Нам только в радость по лесу побродить, вместо работы.

Шли долго. Вокруг простирался чистый красивый бор, путников окружали только толстые многолетние сосны. Пейзаж практически не менялся и как местные охотники определяли в каком направлении нужно идти, Игорь абсолютно не представлял. Через час с лишним вышли к длинному оврагу и пройдя по его дну, выбрались на другой его оконечности. Отошли метров на двести и один из провожатых обозначил:

— Пришли. Это место.

— Немного дальше. — подкорректировал второй.

— Там лежал. — конкретизировал участковый.

— Мне нужно время. — подытожил следователь.

Не подходя близко к обозначенному месту, Петровичем с мужиками сели передохнуть на сосновые корневища. Достали что-то из рюкзаков и не спеша принялись жевать, запивая водой из фляжки.

Игорь один преодолел последние пару десятков метров до места происшествия и окинул его взглядом. Оно ничем не отличалось от кучи таких же мест, которые им попадались на пути сюда. «Н-да, следователь, хрен ты здесь что-нибудь найдешь.» — грустно подумал он и зачем-то посмотрел вверх. Там тоже не оказалось сюрпризов — сосновые кроны слабо шевелили верхушками от прикосновений легкого ветерка. Игорь встал на место, где лежал погибший и медленно, по спирали, начал обследовать лесной «ковёр», обращая внимания на любые мелочи. Но ни одной мало-мальски интересной улики найти ему так и не удалось. Только мох, кустики черники, падшие шишки, в разной степени открытости, да зеленые и желтые иголки вперемежку.

Отдыхающие с иронией смотрели на его потуги. Уж если они тут не смогли ничего найти, то что может обнаружить этот городской деятель?!

— Ну что, следователь, все чисто? — с видом «ну я же говорил» спросил Петрович коллегу, когда тот наконец распрямился.

— Чисто.

— Можно закрывать дело? — ехидной улыбкой празднуя победу, снова уточнил участковый.

— Можно… — неуверенно ответил Игорь.

— Тогда пошли обратно. — сразу встал Петрович — Ходи-броди туда-сюда. Сказано ведь было…

Охотники одобрительно закивали и двинулись вслед за ним в направлении оврага. Игорь обернулся и в последний раз окинул взглядом место происшествия. Пошёл было за остальными, но через пару шагов понял, что что-то ему не понравилось в увиденном, что-то все же там было не так. Он обернулся еще раз и через мгновение понял что. Пень! Немногим далее места, где лежал погибший, стоял пень. На фотографиях его как будто там не было. Он быстро вернулся обратно, выбрал ракурс как на одном из фотоснимков и его предположение сразу подтвердилось — пень новый элемент окружающего пейзажа.

— Игорь, ты что там застрял?

— Сейчас, еще кое-что проверю.

— Догоняй. — не останавливаясь ответил участковый. Повернулся к мужикам и с видом «надоел уже этот блаженный» махнул рукой, показывая двигаться дальше.

Следователь медленно пошел к подозрительному пню. Как он мог здесь появиться?! В глаза сразу бросилась странная деталь: дерево как будто было сломано стихией, но ствола рядом не наблюдалось. К тому же корни пня не уходили в землю как обычно, их неровные окончания покоились сверху мха, словно кто-то этот обрубок дерева сюда просто поставил. По мере приближения к нему, человека вдруг стала одолевать беспричинная тревога. И чем ближе он подходил, тем сильнее проявлялось это беспокойство. Рядом с остатком дерева чувство стало таким подавляющим, что приходилось прилагать серьезное волевое усилие, чтобы его преодолеть.

Пробивая даже эту сильную эмоцию, в сознание Игоря резко ворвалось чувство опасности. Выработанное годами работы в милиции, оно пару раз уже спасало ему жизнь. То, что следователь увидел обернувшись, заставило его сознание искривиться волной, колеблющей понимание самого себя как части этого мира. На миг он ощутил ошеломляющее чувство непостижимости, мгновение назад вполне понятного мироздания и всю свою беспомощность перед его сложностью и величием.

Возле толстого ствола ближайшей сосны стояло нечто, под два метра ростом. Как будто худой и жилистый зверь, с волчьей мордой, странно сплюснутой с двух сторон, встал на задние лапы. Его покрывал темно-коричневый мех с черными неровными полосками, имитирующими рисунок древесной коры. Особенно настойчиво обращала на себя внимание толщина существа — оно было не шире двадцати сантиметров. Моргнув, Игорь понял, что зверь стоит к нему боком: голова повернута на обращенное к человеку плечо, одна верхняя лапа впереди, другая сзади. Так же, друг за другом, повернув носки стоп в сторону следователя, опирались на мох его нижние конечности. В мозгу возникла, и тут же улетучилась под гнетом происходящего, аналогия с нарисованными на фресках египтянами, из иллюстраций в книгах про древние цивилизации. По всему было видно, что от такого положения своих членов в пространстве существо не испытывало никакого дискомфорта. Даже наоборот, это было естественное положение его тела. Но самое страшное, как будто всего остального было мало, звериные глаза смотрели на Игоря сверху вниз как-то осмысленно. Сквозил в них разум и некое понимание, несвойственное в такой степени лесным обитателям.

Странное существо переступило длинной, сухопарой, по звериному сложенной ногой в сторону и развернулось к человеку грудью. Широкая лапа с длинными когтями не оставила на лесном покрове никакого следа. Потрясенный Игорь завороженно смотрел на это чудо, но рефлексы продолжали работать без его ведома — рука сама собой потянулась к кобуре. Боковым зрением он уловил новое движение сбоку и скосив глаза, увидел, как из-за другого дерева выходит еще один такой же зверь. Милиционер затравленно обернулся — из-за каждого ствола вокруг него появлялись все новые и новые, не имеющие право на существование создания. Человек оказался в окружении и самое скверное — счет шёл на секунды! Как только в овраге скроется последний из провожатых, странные звери разом бросятся на него. Следователь это четко понимал. А показались они ему раньше времени, рискуя быть раскрытыми удаляющимися людьми, лишь только чтобы не открылась тайна этого пня. Игорь хотел закричать, но мгновенно пересохшее горло не оставило ему шансов. Тогда он сделал единственное, что ему оставалось — выхватил пистолет из кобуры, дернул затвор и выстрелил вверх. Звери дрогнули, а Игорь без паузы нажал на спусковой крючок снова. Из оврага тут же показались остальные члены группы. Они встревоженно оглядывались, одновременно сдерживая ружья с плеч. Долетел возглас участкового:

— Игорь, что там у тебя случилось?

Плавно переставляя ноги и огибая человека с двух сторон, звери бесшумно и быстро углубились на десяток метров в лес. Резко развернулись, опять став не толще строительного бруса и шагнув каждый за свое дерево, перестали зрительно присутствовать. Вокруг Игоря снова был чистый сосновый бор, где прятаться было как будто негде.

Понимая, что он только что прошел на волосок от смерти и пытаясь хоть как-то обуздать бушующие в душе чувства, следователь бросился навстречу бегущим к нему людям. Успел только на рефлексах подхватить с мха стрелянные гильзы. Благо, что они никуда не закатились.

Встретились где-то посередине, между оврагом и местом гибели ветеринара.

— Там… Там, это… — Игоря мелко трясло. Его бледное лицо и ошалело метающийся взгляд изрядно напугали охотников.

— Что с тобой?

— Я видел… Там…

— Да говорили ты толком!

Сказать? А что он им скажет? Нет, ну сказать, конечно, есть что, но вот как доказать сказанное? Он и так сейчас выглядит как полнейший идиот, а там, пытаясь объяснить необъяснимое, будет выглядеть ещё хуже. Они же не смогут увидеть этих созданий, если те сами этого не захотят. «Вот я дурак! Зачем стрелял в воздух?! Нужно было стрелять в кого-то из них! Сейчас бы я смог предоставить доказательства.» Но долго сокрушаться не пришлось. Тут же молнией блеснула догадка — выстрели он в кого-то из этих тварей, никто из людей живым бы отсюда уже не ушел. Даже несмотря на огнестрельное оружие. И вообще, им сильно повезло, что Петрович с охотниками изначально не подошли близко к пню и оставили этим тварям возможность спрятаться за деревьями. Если сейчас вернуться назад, то бой будет неизбежен, а люди к нему не готовы. Не готовы в плане вооружения и численности, а главное, в плане моральном. Пока будет длиться замешательство, вызванное их внезапным появлением, все будет кончено.

— Зверь какой-то неожиданно выскочил… Я испугался и на рефлексах выстрелил.

— Ну вот, говорил же! Не стоит недооценивать эффект неожиданности. Теперь ты сам это прочувствовал. Пойдём, посмотрим, кто там такой страшный. — опять восторжествовал Петрович.

— Не нужно! Отсюда и так видно, что там уже никого нет.

— Так и выскакивать было неоткуда.

— Уходим, я сказал! — прозвучало неоправданно резко. Охотники удивлённо посмотрели на Игоря.

— Гильзы надо… — заикнулся было участковый.

— Я забрал. Давайте быстрее.

Подозрительно переглядываясь между собой, люди медленно пошли к оврагу.

Мысли в голове следователя путались, то замирали в оцепенении, то неслись обгоняя друг друга. «Это как так? Это кто такие? Как это вообще возможно?!» Он шёл как робот, уткнув взгляд в землю, не обращая внимание на странные взгляды, которые кидали на него попутчики. Пусть смотрят, пусть думают, что хотят. Сейчас ему было не до них.

За время обратного пути следователь так и не смог обрести душевного равновесия. Охотники попрощались с участковым и последний раз глянув на стоящего в стороне с отсутствующий видом Игоря, двинулись по своим домам.

— Что там всё же произошло? — сразу после ухода провожатых спросил Петрович.

— Ничего. Увидел кого-то и испугался.

— На кого хоть был похож?

— Не знаю… Не разглядел… Все, Петрович, большое спасибо тебе за помощь, больше не задерживаю. Езжай домой.

— Погоди, погоди! Что в отчёте-то напишешь?

— Да, погибший испугался какого-то лесного зверя. Ты был прав. Все, мне пора.

— Ну наконец-то согласился! Ты в город? Подкинешь до дому?

— Прости, не могу. Нужно ещё кое-куда заскочить.

— Куда?

— Неважно…

И оставив участкового в легком недоумении, Игорь быстро сел в машину и газанув, резко сорвался с места.

- - - - -

Он мчал к хутору Сергея не разбирая дороги. Наверняка там его ждали подробности о том, что он сегодня увидел и возможно даже найдутся какие-то ответы на те вопросы, что сейчас хаотично громоздились друг на друга у него в голове. Ему уже было все равно на липкую грязь, летящую из полувысохших луж на его новую машину.

Добравшись, Игорь нетерпеливо забарабанил в дверь дома лесника. Через несколько мгновений та распахнулась и два человека встретились взглядами. Один затравленный, ищущий ответов, другой подозрительный, готовый их дать. Но только тому, кто будет слушать, а главное, если не поверить, то хотя бы не рассмеяться рассказчику в лицо. Они сразу поняли, что оба теперь являются носителями страшной тайны.

— Видел? — хмуро уточнил Сергей.

— Видел. — хрипло ответил Игорь.

— Проходи.

На кухне об стол снова стукнулись две стопки. Им составила компанию уже знакомая банка огурцов. На этот раз Игорь не отказался от угощения — требовалось снять засевшее внутри напряжение и попытаться хоть как-то привести чувства в порядок. Сосредоточенно разлили и выпили не морщась — в головах обоих теснились странные мысли, перебивая собой даже послевкусие деревенского самогона.

Лесник уточнил:

— Кто-то ещё знает?

— Нет, только я. — нетерпеливо ответил следователь и сразу спросил главное — Кто они такие?

— Откуда мне знать!

— Но ты же их встретил полтора года назад?

— Их, их. Назвал заствольниками.

— Как же ты смог их увидеть?

— Как-то смог, на свою беду. В то время любил у нас поохотиться один видный деятель райкома. Очень нравилось ему тут почему-то. Он не наглел, брал когда дичь, когда зверя и ему было достаточно. Потом вместе сидели у костра, пили, ели, да байки травили с охотниками. Потому и я лесной досуг ему с душой организовывал. За это подарил он мне, в благодарность, костюм охотничий ГДР-овский. Ткань плотная, крой удобный, карманов куча, а главное цвета подобраны так, что если сесть летом в кустах, то с десяти шагов тебя практически не различить. Здесь такого не купишь. Вот только не в костюме, я думаю, дело…

— А в чем тогда?

— Сейчас попробую объяснить. Как я это понимаю.

Сергей разлил еще по одной, встал и переставил с плиты на стол горячую сковородку с жареной картошкой и луком. Они снова выпили, закусили ароматным жаревом, забирая каждый со своей стороны.

— В ту ночь сидел я в засаде на браконьера. Завелся тогда один, из соседней деревни. Но безрезультатно — почуял видно что-то гад и не появился. Домой вернулся лишь под утро, весь расстроенный и сразу спать завалился. Но проспал недолго, проснулся и не уснуть. Не знаю от чего, может от неудовлетворения, что улизнул нарушитель. Потянуло меня обратно в лес. Тянет, значит надо. В то время я с ним крепко дружил. Наскоро перекусил, прыгнул на мотоцикл и вперед, «владения» объезжать. Оставил транспорт в нужном месте и пешком пошел по маршруту. Недалеко отошел. Есть в том месте один овраг, прямо в лесу, большой и длинный. Все склоны молодняком заросли, а внизу еще чисто. Сел я в кустах на его краю и с местностью в новом костюме слился. Понаблюдал немного, послушал лес вокруг — всё спокойно. Потом облокотился спиной об ствол дерева и глаза прикрыл. Там меня и сморило, от предыдущего недосыпа и тепла весеннего солнышка.

Сплю я, значит, и сняться мне твари страшные, как будто волки матерые на задние лапы встали. И окружают они меня со всех сторон, с шумом и тявканьем. Очнулся я, то ли от кошмара, то ли от шума этого, который, как оказалось, наяву раздаётся. Глаза открыл и понять не могу, проснулся я уже или сон всё еще продолжается. Вижу внизу примерно таких же тварей, как в сновидении и тявканье слышу. Загнали они молодого лося и зарезали в аккурат на дне оврага, ну и к трапезе готовятся. Я как все это увидел, у меня аж волосы на голове зашевелились. Стоят высокие звери на задних лапах, худые, жилистые, головы волчьи. И самое непонятное: метаморфозы с ними постоянные происходят. То вроде фигура широкая стоит, лапы верхние, лапы нижние, где и положено им быть, то за миг повернулся и плоский стал, что твоя жердина. И каждую секунду кто-то из них туда-сюда оборачивается. Но как только я глаза открыл и осмысленно на них глянул, замерли они все разом и головы свои, с боков сплюснутые, синхронно в мою сторону повернули. Вот, думаю, в чем дело. Чувствуют они как-то человека, когда разум у него в активной фазе находится.

— Да ну!

— А как еще объяснить? Биоритмы может какие или ещё что, я в этом не разбираюсь. Это к ученым, или может к ясновидящим. Сам решай.

— Ладно, допустим. И что же дальше?

— Секунду только они так постояли и все разом ко мне по склону оврага бросились. Заходить стали с двух сторон. Уже и не видно их, только тени от ствола к стволу мелькают всё ближе и ближе. Как я тогда свой новый костюм, а точнее штаны его изнутри не испачкал, сам не знаю. За мгновенье понял, что даже карабином мне от них не отстреляться — больно шустрые. Да и многовато их на меня одного. Вскочил и к мотоциклу во всю прыть. Ох как бежал! Стометровку молодым в институте так не бегал! Несусь что есть мочи и только тявканье раздаётся со всех сторон. Боковым зрением вижу: то одна морда из-за дерева высунется, то другая. Вот-вот загонят, как лося того из оврага.

Игорь замысловато выругался и уточнил:

— Тявкают?

— Да, на лису очень похоже. Только чуть громче и погрубее. Я их и раньше слышал, но думал мало ли, самцы-переростки какие. Ну так вот, мотоцикл у меня второй Юпитер старенький — вечная проблема с зажиганием. Бывает до того дотопаешь, что вспотеешь весь сверху донизу. Бегу я, а мысли невесёлые давят: пока я с ним возится буду, тут они меня и приберут. Но и без него не уйти, догонят. Это точно. Так что он был единственным моим шансом на спасение. Ткнул ключ в замок зажигания, краник топливный повернул и мой красавец с первого раза затарахтел, словно всегда так и делал! Пригнул я в седло и помчал на полном газе. Молился только, чтобы на корневище каком не опрокинуло, тогда каюк. Но не сплоховал. Выскочил сначала на проселок, потом и из леса благополучно. Спас меня мой железный конь.

— Свезло…

— Не то слово. Я как в себя пришел, так сразу заначку достал и все детали, которые давно замены требовали, в райцентре купил. После намыл его как следует и в порядок привёл за то, что вывез меня тогда из леса.

От воспоминаний волнение охватило Сергея, он налил снова и тут же выпил. Потянулся было вилкой к банке с огурцами, но на пол пути передумал и резко ткнул ею в сторону Игоря.

— Так что знай теперь, следователь, когда ты по лесу гуляешь, счастливый весь такой, радостный, грибочки там собираешь или ещё что, за каждым деревом вокруг тебя… Слышишь?! За каждым! — вилка сделала круговое движение — Стоит эта тварь и следит за тобой, чувствует тебя, играет с тобой!

— Да как же это… — Игорь только сейчас отчётливо понял, что его отношение к лесу теперь навсегда изменилось.

Глава 4

— Вот так! — отрезал Сергей и закончил свой рассказ — Выскочил я из леса и прямым ходом к магазину. Всего меня колотит, в голове кавардак, смотрю на мир вокруг и как будто вижу его впервые. У магазина народ толпиться, ну я к ним и кричу: «Не ходите больше в лес, там опасно!» Повторяю одно и то же, как заведенный. Вроде бы дальше рассказывать нужно, а не могу, несмотря на состояние, понимаю, что за сумасшедшего сразу примут. И так уже как на психически больного смотрят.

Игорь прекрасно понимал ощущения Сергея в тот момент. Сам прочувствовал то же самое, когда выходил из леса сопровождаемый подозрительными взглядами охотников.

— Наконец осознал, как выгляжу со стороны, замолчал, махнул рукой и ушёл. Сказал только, что, мол, я вас предупредил. С тех пор в лес ни ногой. Позже нанял работяг и завалили они все деревья, которые близко к моему дому росли, чтобы эти твари подобраться не могли скрытно.

Следователь на минуту задумался, переваривая только что услышанное. Потом задал, как казалось, весьма сложный вопрос, но у Сергея на него неожиданно нашёлся вполне приемлемый ответ.

— Получается, что они чётко занимают такую позицию, чтобы между ними и наблюдателем, то есть человеком, всегда находился ствол дерева… Интересно, как им это удаётся?

— Вероятно, орган какой-то есть. Например, как боковая линия у рыбы, при помощи которой она осязает малейшие изменения в течении воды. Или как летящая птица, всем своим естеством ощущающая силу и направление ветра. Вот и они так же чувствуют сознание человека и всегда знают куда он перемещается в пространстве до сантиметра.

— Откуда у них такое?!

— Думаю, в процессе эволюции выработалась эта способность. Ведь, если предметно разобраться, мы для них злейшие враги. Все больше леса вырубаем, все глубже в чащу забираемся и прогресс при этом не стоит на месте — помогает увеличивать заготовку древесины. Вот и приходится им меняться, да приспосабливаться, чтобы как-то выживать в таких условиях. К тому же они… ну… в какой-то степени разумные, что ли. Ощутил это?

— Ощутил… Жуть, как неприятно.

— Вот то-то и оно.

— Хорошо, ну а если людей двое или трое?

— Если двое, вероятно, ещё «поиграют», но только на более дальней дистанции — Евклидову геометрию не обманешь. А если трое или вообще с собакой, тогда не связываются, уходят. Сколько раз такое бывало: вроде умный, натасканный пес, совсем не пустобрех по характеру, вдруг, ни с того ни с сего, начинает ошалело гавкать прямо в «пустой» лес.

— Теперь понятно почему… Страшно…

— Страшно, да не так, как если видишь идущих в лес людей и понимаешь, что там их поджидают эти твари, но ничего поделать с этим не можешь. Вот где страшно! И не важно, что заствольники стараются себя лишний раз не проявлять. Неизвестно, когда им в башку их звериную что-то втемяшится и бросятся они тогда из-за деревьев на тех, кто спокойно по лесу гуляет.

Игорь не нашёлся, что ответить.

— Знаешь, как тяжело одному знать эту тайну?! Иногда казалось не выдержу, пойду сдаваться, а там хоть в психушку. Но теперь мне много легче стало, теперь не я один это знаю.

— Не могу сказать, что разделяю твою радость…

— Не дрейф, теперь нас двое. Что-нибудь придумаем.

Они снова выпили и Сергей продолжил разговор:

— Одно мне непонятно, с чего они вдруг решили ветеринару на глаза показаться?

— Точно тебе не скажу, но есть одна мысль странная. Такая же, как и вся эта история.

— Валяй. В сегодняшнем разговоре других видимо не будет.

— Пень там был непонятный, которого на фото места происшествия нет. Они его, видать, по лесу за собой таскают, так как поверх мха стоял. С виду пень как пень, а посмотришь — оторопь берёт. Неприятное от него что-то исходило. Как будто в нем чуждое для нас, для людей, но важное для них спрятано. Наверное, ветеринар тоже на него наткнулся и хотел осмотреть. Потому что когда я ближе к этому пню подошёл, с намерением заглянуть внутрь, тогда только они мне и явились. Чтобы не допустить раскрытия их тайны, вероятно.

— И что же это за тайна такая?

— Почем я знаю?! Полуразумные, говоришь… Может у них уже вера какая-нибудь есть, а это их идол. Ну или алтарь. И место это для них особое — зачем-то же они второй раз его туда приволокли.

— Вот ты выдумал, конечно! А ветеринар типа жертвоприношение?

— Придумай свой вариант, у меня на другое фантазии не хватает.

— Не нужна тут фантазия. Думаю, все значительно проще — щенята у них там неокрепшие. Вот и таскают их за собой в пне по лесу, образ жизни-то у них подвижный. И от людей проще уносить и прятать, когда те ненароком рядом окажутся.

— Тогда непонятно почему они его не унесли, когда мы с участковым туда явились. Ведь, если верить твоим предположениям, должны были нас учуять заранее.

— Ну… Может детенышей в тот момент беспокоить нельзя было… — задумался было Сергей, но тут же оживился — А скорее всего прошляпили вас, занятые своим потомством. Мы же не знаем, на каком расстоянии их способность действует. Потом уже поздно было прятать — лес там чистый, далеко видно, с пнем от дерева к дереву особо не побегаешь. Вот и ждали, когда вы сами уйдёте, но ты дотошный оказался.

— Наверное так. Но если в пне просто щенята, почему близость к нему вызывает такие неприятные ощущения?

— Не знаю. Если они так хорошо чувствуют сознание человека, может и влиять на него как-то умеют. Прятаться за деревьями это хорошо, но иногда нужно наоборот, кого-то от чего-то отпугнуть. Как в этом случае. Кстати, про снежного человека нечто подобное в газетах пишут. Слышал про такого?

— Приходилось.

— И древние сказания о волкодлаках, людях, способных перекидываться в волка, наверняка от этих тварей пошли. Наши предки раньше с ними чаще встречались.

— Н-да… Ты уже обо всём успел подумать...

— Времени вдосталь было. Так порою думал, что казалось мозги закипят.

— Понимаю. И что теперь с этой информацией делать?

— Как что?! Её обязательно нужно обнародовать! Тут люди живут, на благо страны трудятся, а рядом такая напасть обитает.

— Сказать проще, чем сделать. Кто нам поверит?! Каждый в своей жизни ходил в лес и никаких заствольников там не видел. А меня за такие рассказы вообще из органов попрут.

— Есть у меня одна мысль.

— Выкладывай, что надумал.

— Я уверен, что в лесном хозяйстве я не единственный, кто о них знает. Но все молчат, боясь, что их примут за психически нездоровых. Нюанс в том, что это в основном лесничие, как и я. В управе, если и есть, то единицы, но они пуще остальных будут хранить тайну, ещё и из-за риска потерять своё место. Тебе нужно поездить по району, поговорить с другими лесниками и когда нас наберётся хотя бы человек десять, можно заявлять. От такого количества свидетелей уже не отмахнуться. Хочешь не хочешь, а информацию придётся проверять.

— С чего ты взял, что твои коллеги решат мне довериться?

— Тут главное зайти правильно. Ты же милиционер, вот и начинай разговор с того, что, мол, прошла информация, были случаи, есть свидетели. Они, когда поймут, что не одни об этом знают, сразу тебе с радостью всё выложат. Для них это будет огромное облегчение. Тяжело нести в себе это знание в одиночку, по себе знаю.

— Пожалуй, другого не придумать. Но на это нужно время… Ладно, у меня скоро отпуск, придётся вместо отдыха заняться решением этого вопроса.

— А как иначе?! Это же проблема в масштабах страны! Тут не только отпуском пожертвовать можно. К тому же, когда всё подтвердится, очередное звание тебе обеспечено. Может и медаль еще какая. Шутка ли, такое дело раскрутить!

— Да, ты прав. Так и сделаем.

— А я тебе первую наводку дам — знаю одного «домоседа», кто в лес как и я резко перестал ходить.

— Годится. Дела утрясу в отделе и перед отпуском с тобой свяжусь.

Опустошив бутылку с самогоном и съев всю нажаренную лесничим картошку, они легли спать, предварительно хорошенько заперев входную дверь. Сергей спал спокойно. Так спокойно он не спал уже полтора года. Игорь же, напротив, ворочался от донимающих кошмаров — мозг пытался «переварить» страшно-потрясающую информацию, впитавшуюся в него за прошедший день.

- - - - -

Рано утром, позавтракав яичницей, они еще раз утвердили дальнейший план действий и дружески распрощались. Невыспавшийся Игорь выскочил из дома и через минуту на улице заурчала машина. Ему ещё нужно было успеть на службу вовремя.

Пробиваясь сквозь тюль, луч восходящего солнца оставил зайчик на белой скатерти стола в большой комнате. Сергей распахнул окно и вдохнул свежий утренний воздух. Сел за стол и глядя сквозь него на лес, радовался новому дню так, как давно не радовался. Наконец-то это дело сдвинется с мертвой точки и вскоре о заствольниках узнают те, кому положено о них знать. Ещё немного потерпеть и эта мрачная история завершится. Он перестанет быть одним из тех немногих, кто против воли хранит в себе этот секрет. Настроение было хорошим, несмотря на выпитый вчера самогон. Он искренне радовался этому, притупленному обстоятельствами, а ныне вновь воскресшему ощущению.

Сзади скрипнула пословица. Сергей резко вскочил и обернулся. Разом схлынули весь позитив и накатившая было весёлость. В комнате, возле двери, неподвижно как изваяние, стоял заствольник и не моргая смотрел на человека. У лесника аж дыхание перехватило от неожиданности.

— Ты как посмел сюда явится, тварь! — зло прохрипел он, а в голове пронеслось: «Сука, на радостях забыл дверь закрыть за Игорем!» Но кто же мог знать, что они так осмелеют… Поняли видно, что если встретились двое, которые о них знают, то это уже опасно… И даже вырубленные вокруг дома деревья им не помешали. Получается, в экстренной ситуации заствольники могут обходиться и без характерной повадки прятаться за их стволами.

Положение существа не изменилось, оно продолжало буравить взглядом человека, словно чего-то выжидая. Сергей быстро глянул на противоположную стену — там висел его карабин. Нет, туда точно не успеть, зверь его легко перехватит. Ладно, сейчас посмотрим кто кого. На поясе висит добротный охотничий нож, если не сплоховать и ударить вовремя, можно завалить тварь одним ударом. Даже если она его зацепит, он все равно выйдет из этой затянувшейся жизненной передряги победителем.

— Убирайся отсюда… — угрожающе процедил сквозь зубы Сергей, а его рука медленно потянулась к рукояти. Нарушая его планы, в дверном проёме неслышно появилась ещё одна, сплюснутая с двух сторон звериная голова. «Да чтоб вас!» Мгновенно принимая решение, лесник бросил в первое существо стулом, на котором сидел, а сам рыбкой выпрыгнул в открытое окно. Его тут же схватили несколько крепких мохнатых лап, ждавших там в засаде тварей. Резкий оглушающий удар и человек мгновенно отключился. В азарте скоротечной схватки, молодой заствольник сунул было пасть к его шее, намереваясь её перекусить. Другой, матерый зверь ударил его наотмашь по зубам, с не меньшей силой, чем только что человека. Молодой недоуменно взвизгнул, отскакивая в сторону.

В лёгком, медленно исчезающем перед новым жарким днём тумане, неясные тени быстро волокли к лесу бесчувственного человека.

- - - - -

Жигули мчались по грунтовка то и дело подскакивая на дорожных ухабах. Игорь понимал, что надо бы поберечь машину и ехать до шоссе медленнее, но недосып и пережитое вчера не давали ему расслабиться. От внутреннего напряжения нога сама давила на педаль газа. Видимо, таким образом он пытался хоть на какое-то время отделаться от невеселых мыслей, переключившись на управлении автомобилем в околоэкстремальных условиях, которые сам же себе и создавал.

Скорость и постоянная борьба с эмоциями чуть не привели к трагедии. За очередным резким поворотом, поперёк дороги, лежал ствол сухого дерева. Но милиционер успел среагировать вовремя: резко нажал на тормоз и вывернул руль. Жигули пошли юзом и остановились в полуметре от препятствия. Игорь выдохнул, тихо выругался и вылез из машины.

Что теперь делать? У него лишь маленький автомобильный топорик. С ним он проковыряется здесь пол дня, а на работу опаздывать не хотелось. Ехать обратно за помощью? Тоже время. Раннее утро, наверняка какая-нибудь грузовая машина сейчас поедет работать в поле или свежий хлеб в магазин повезут. Тогда можно будет зацепить край ствола тросом и стащить его с дороги.

Игорь решил дожидаться, а пока достал из багажника топор и пошёл готовить ствол к уборке. Первым делом нужно было проверить полностью ли дерево отломилось от основания или все же там придётся поработать, чтобы освободить его. Не успел он толком оценить ситуацию, как резко накатило уже знакомое чувство опасности. Отвратительное, обдающее жаром изнутри, преумноженное ощущением, что эта опасность уже совсем рядом. Следователь попытался отскочить в сторону, правая рука дернулась к кобуре, но в ней уже был топор. На секунду замешкался, не сразу сообразил что лучше, терять время на смену оружия или отбиваться тем, что уже имеется в руке. Разом заглушая все предыдущие ощущения, его захлестнуло подавляющее волю понимание, что что бы он сейчас не предпринял — он уже не успевает…

- - - - -

В дверь кабинета начальника милиции города постучали. В это время он перебирал бумаги у себя на столе, отбирая и складывая нужные в папку.

— Разрешите? — в дверь заглянул подчиненный майор, начальник центрального отдела.

— Заходи. Только быстро. Меня в администрации ждут, в очередной раз будут распекать за этих чертовых домушников. Или новая информация по ним появилась?

— Никак нет.

— Плохо! Когда будут результаты?

— Работаем.

— Работайте лучше! — не переставая разбирать бумаги, строго посмотрел на стушевавшегося подчиненного полковник — Ладно, ты с чем ко мне?

— В моем отделе погиб следователь.

Руки замерли над столом с очередным документом.

— Как это?! При каких обстоятельствах? Неужто на наших воров вышел?

— Нет, товарищ полковник. В районе грибник в лесу умер, отправил его проверить на криминал. Возвращался через пару дней на своей машине. Там от Ивановки грунтовка по лесу идет, сухое дерево поперек дороги упало. Он вышел посмотреть, тут на него и напали. Нашли рядом, в придорожной канаве, растерзанный весь… Я такого за всё время своей службы не видел…

— Что за бред?! Кто растерзал?

— Работники с лесного управления были на месте происшествия. Осмотрели, пошушукались меж собой и сказали, что это волки.

— Какие, нахрен, волки?! Они в лютую зиму у нас на людей не нападают, а тут летом!

— Говорят, у них сейчас массовая эпидемия бешенства. Вот и дуреют.

— Почему тогда местный лесник не организовал отстрел, если они представляют опасность?

— Лесник пропал, не побоюсь этого слова, бесследно. Дом открыт, все чисто: ни отпечатков, ни следов борьбы, ни тем более какого-либо биологического материала, ни в избе, ни рядом не обнаружено. Ну кроме шерсти различных животных, что для жилища лесника вполне нормально. Поиски в деревне и ближайшем лесу так же не дали результатов.

— Ералаш какой-то. А участковый что?

— Чушь несёт какую-то, про что-то страшное в лесу. Вообще без конкретики, одни ничем неподтверждённые догадки. Его бы на профпригодность проверить.

— Да что там, в этом лесном хозяйстве вообще происходит?! Нет, как только поймаем этих домушников, я точно загляну к начальнику лесхоза, пусть потрудится мне объяснить, что у них за бардак творится! А вы разберитесь мне с этим делом со всей тщательностью!

— Обязательно… Только мы и так там все уже перерыли. К сожалению, никаких улик. Так что… остаются только звери.

— Эх, жалко мужика. Такая нелепая смерть… — встал из-за стола начальник милиции и сунув папку под мышку, распорядился — Ладно, займись организацией похорон. Хоть и не в схватке с бандитами пал сотрудник, но все же на службе. И чтобы все по регламенту! Если помощь нужна будет — обращайся.

— Понял. Сделаю.

— Всё, я в администрацию.