Всего понемножку

Выбор

Дул пронизывающий, пробирающий до самих костей, ветер. Банальная фраза, но она очень точно описывала все ощущения. Паренёк, лет шестнадцати, поёжился и, подойдя к краю крыши, с опаской высунул голову, рассматривая окрестности. Вроде всего десятый этаж, а люди всё равно внизу выглядят как муравьи, куда-то спешащие по своим, муравьиным, делам. Кто на работу, кто с работы, кто домой. Весёлые, грустные, утомлённые, бодрые. Едут машины, где ускоряясь, а где стоя в пробке. Жизнь кипит в этот вечер, несмотря на ненастную погоду. Впрочем, как и в любой другой вечер.

Шелестят деревья в парке, только-только покрывшиеся листвой. Да и трава не отстаёт, то тут, то там, высовываясь из-под земли.

Витя засмотрелся на зелёное море, постепенно заполняющее всё больше места. Ссохшиеся деревья, борются с остатками зимы, с каждым днём всё сильнее расцветая и побеждая в этой нелёгкой схватке. Успокаивающая картина...

"Так, хватит! Совсем отвлёкся, ради чего пришёл сюда"

Он приблизился ещё на пару миллиметров, чувствуя под ногами пугающую, но такую манящую пустоту. Опасно покачиваясь, прикрыл глаза. Вот и всё...

— Ты что, прыгать собрался? — неожиданно раздался грубый голос сзади.

Витя дёрнулся и отступил от края, пряча чуть потрясывающиеся руки в карманы лёгкой куртки. Испуганно обернулся. Метрах в пяти от него стоял мужчина в длинном сером пальто. Нахмурив брови, он наблюдал за неловкими движениями парня. От его глаз не укрылось, как Витя быстро смахнул пот со лба.

— Да собираюсь! — крикнул Виктор с бравадой в голосе. — Не надо меня останавливать!

— Упаси, боже, — скривился мужчина, будто целиком съев лимон, — хоть солдатиком, хоть сальто исполняй в полёте. Тут скоро закат начнётся, красивый вид, а ты его портишь.

— К... Как же так, — закашлялся от неожиданности Витя. Самоуверенный тон быстро сменился недоумением, — вам всё равно?

— Я тебя минуту знаю. С чего мне хотеть помочь? — Мужчина подошёл поближе. Его суровые, почти чёрные, глаза словно проникали Вите прямо в душу. Будто видели все неудачи в его короткой жизни. — Может ты маньяк-насильник, от угрызений совести, решивший покончить с собой.

— Да что вы несёте?! — сорвался на нелепый крик парень от такой несусветной глупости. — Какой маньяк?

— Это просто предположение, — невозмутимо поковырялся в ухе мужчина, — так-то я знаю причину. Из-за девушки?

— Ну... да, — поначалу опешившись, а затем, печально вздохнув, сказал Витя. — Я ей всё, а она с другим встречаться начала...

— Бла-бла-бла. Ты это, не отвлекайся, давай, — махнул в сторону мужчина, — лети, как кусок голубиного помёта на асфальт. Вижу, как ты скривился. Не поэтично получается?

Парень мрачно уставился под ноги.

— А на асфальте, — продолжил мужик спокойным тоном, — будешь смотреться ещё мерзостней. Думал прыгнешь, она узнает, прибежит рыдая, а ты весь в белом рядом летаешь и слушаешь, какой ты хороший и какая она тварь, что бросила тебя? По лицу вижу, что так и думал. Извиняй, но так не будет. А от твоего вида родителям тошно станет.

— Хватит разговоров! Я решился уже! — перебил его Витя, делая шаг назад.

— А записку написал? — в лоб спросил неизвестный, заставив паренька снова заикаться.

— К...какую?

— Эх, пацан, реально ваше поколение чересчур отупело, — мужчина сокрушённо покачал головой, посильнее закутавшись в пальто, — записку, где сказано, что любил её, и вертушкой скакнул с крыши тоже по этой причине. Даже мамкин борщ не поев напоследок.

Витя покраснел и отвернулся, закусив губу.

— Поел всё-таки? Ну, поверь, маман будет рада. А уж дворники тем более. Такую красоту потом им оттирать... Но без записки не комильфо будет, отвечаю. А если ещё и в туалет не сходил...

— Перестаньте мне рассказывать все эти мерзости!

— А что ещё делать, если ты мне мешаешь наслаждаться тишиной? Устроил тут комедию - то прыгну, то нет. Решился — давай, действуй. Но летать над своим бренным телом с крылышками, увы, не получится.

— Как так?

— Вот болван, ты же самоубийца, только в ад дорога. А там, поверь, не так приятно, как здесь. А, прикинь, ещё веселее, — ехидно улыбнулся мужчина, таинственно понизив голос, — если после смерти ничего нет. Вообще. Тогда твой поступок выглядит ещё более глупым. Подумай...

Витя зашмыгал носом и раскрыл рот, хотя не знал, что ответить на это.

Внизу загрохотала дверь. Кто-то шумно поднимался на крышу. Мужчина приложил палец к губам и внимательно уставился в ту сторону. Раздался шум и ругань.

— Слышь, Лёх, тут заперто чёт.

— Не может быть, открыто же было с утра! — с печалью прохрипел пропитой голос. — Всё Михайловна, старая ведьма! Небось закрыла дверь...Ну ничего, в другом месте бухнём. Сегодня же пятница, сам бог велел!

Голоса удалились, продолжая невнятно обсуждать предстоящий праздник для души.

— Создание людей - самая большая ошибка творца, — мужчина взглянул исподлобья на парня, — "сам бог велел" Конечно. Спустился с неба к этому Лёхе и сказал: "Велю жрать водяру до потери пульса, иначе в рай не попадёшь" Согласен?

— М... — Витя уже потерял нить беседы и нерешительно топтался на месте, понимая что выглядит всё глупее с каждой минутой. — Может вы это...отвернётесь?

Мужчина довольно расхохотался.

— Сколько я всего повидал, но всё равно умудряюсь вам удивляться. Да можно уже на ты, раз ты такой нерешительный. Меня Меф зовут.

— Какое глупое имя, — первый раз за день у Вити на лице появилась робкая улыбка, — как кличка у собаки.

— А Виктор нормальное? — Меф сделал вид, что обиделся,— в какой-нибудь Африке тебя отпинали бы по мягкому месту палками, не выговорив его с первого раза.

Теперь засмеялся Витя.

— Слушай, парень, скажу как есть. Ты, вроде бы нормальный здравомыслящий человек. Чересчур впечатлительный только. Забей и забудь. В жизни будет ещё столько плохого, что этот момент ты и не вспомнишь, либо скажешь "какой же я был идиот" Подумаешь, бросила. Будут и другие девушки. Вообще попробуй представить, что она не виновата в принципе, просто не подошли вы друг другу. Не всё делится на белое и чёрное на этом свете...

Солнце медленно опускалось к горизонту, раскрашивая облака в оранжевый. Всё в этом цвете стало более позитивным, уют и покой охватил каждого, кто смотрел вверх. На краткий миг стих гул машин и голоса людей. Последние лучи прощально сверкнули на краешке земли.

— Как красиво, — прошептал Витя. В голове немного прояснилось и на душе стало спокойнее. И действительно, ради чего он припёрся сюда?

— Ну хоть что-то здесь сделано на совесть, — в голосе Мефа сквозила тоска, — так близко и так далеко...

Витя глубоко вздохнул и в последний раз глянул на кирпичный ободок крыши. Решительно отошёл, протянув руку мужчине.

— Спасибо, Меф, за совет, надеюсь ещё встретимся, — выглядело немного наивно и по-детски, но Меф крепко её пожал без тени улыбки.

— А я всё-таки надеюсь, что нет. Удачи, парень. И...переходя дорогу, смотри по сторонам чуть внимательней.

Витя спустился вниз, не заметив, что дверь опять стала открытой. Жизнь казалась теперь не такой мрачной штукой.

А Меф остался стоять на крыше, смотря на чернеющее небо, и будто бы прислушиваясь к рокочущим звукам, доносящимся оттуда...

Последний день

Трезвон будильника вырывает из кошмара, но перед глазами всё ещё мелькают видения.

Окровавленные руки тянутся к горлу, цепко смыкая пальцы. Здоровенный детина рычит, всё сильнее сжимая хватку. Мои лёгкие раздуваются, тошнота наваливается волна за волной, гортань царапают грязные ногти. Сзади подбирается кто--то ещё. Даже скосив глаза я не вижу — лишь длинный силуэт в полутьме. Хочет помочь или присоединиться? Громила безумно пучит глаза, брызгая слюной от счастья, что сейчас покончит со мной.

Сказывается нехватка кислорода — дышать всё тяжелее с каждой секундой, последние крохи воздуха со всхлипом всасываются в ноздри. Мужик даже не удивляется тому, что с моей стороны нет никакого сопротивления. Наоборот, я с радостью жду этого момента... когда всё закончится...

Видимо не судьба...

Трезвон продолжается. Раньше мне нравилась мелодия, но теперь просыпаясь каждое утро под неё, хочется разбить телефон об стену. Что я и делаю. К чёрту! С силой швыряю в шкаф дорогостоящий предмет. Хруст экрана и музыка мгновенно замолкает, лишь куски пластика разлетаются по ламинату. Я поворачиваюсь на бок, продолжая валяться на кровати.

Закрываю глаза, но попытка себя успокоить не удаётся. Сердце ноет в груди, всё ещё находясь в том кошмаре. Лишь злость и тоска растекаются по телу, заставляя больше нервничать. Но я продолжаю лежать, бездумно пялясь на остатки телефона.

За стеной усиливаются голоса соседей. Поначалу их было еле слышно, так комариный писк, но по прошествии часа, а может и больше, теперь я даже времени не знаю, шум увеличился. Опять эта бессмысленная ругань, крики...рукоприкладство. И не только со стороны мужа, там и жена может дать сдачи, в чём я убеждался множество раз.

Мелкая ссора перерастает в визг жены : "Ты это не сделаешь! Слышишь! Ты жалкий кусок..." Звук удара прерывает брань. На короткое время. Тут же продолжается : "Мразь, да как ты посмел!" Удары продолжаются - глухо рычит муж и плачет его вторая половинка.

Даже не хочу вмешиваться. Совершенно разбитый всё-таки встаю с постели. Лежи, не лежи - толку ноль. Как зомби одеваюсь, не сразу натянув свитер. Чищу зубы, на автомате двигая щёткой во рту. Зачем? Одна из привычек, которые ничем не вытравить.

Быстро готовлю поесть. Ещё один никчёмный ритуал. Аппетита нет совсем, особенно под такой аккомпанемент за стеной, бутерброд не лезет в горло, болезненно саднящее, словно тот кошмар перетёк в реальность. Но на шее нет никаких следов ногтей или удушения. Есть не хочется, но так нужно, спустя пару часов желудок начнёт урчать сам, а перекусить уже не получится.

Иду в коридор, натягиваю кроссовки. Прислушиваюсь. В квартире соседей наконец стало тихо. В квартире напротив никто не живёт, так что там тоже спокойно. Зато начинается шум на улице. Как волна — слышимость вначале на пределе слуха, лишь шипение воды, но чем ближе, тем больше звука, оглушительного бурления и шуршания песка. Так себе сравнение, но мне сойдёт.

Несколько секунд стою в размышлениях об разбитом телефоне. Зря я так...Теперь и музыку не послушать...а она неплохо помогала отвлечься.

Медленно спускаюсь по лестнице, торопиться не за чем. Дом постепенно оживает, звуки из всех жилых помещений растут — из одних квартир гневные вопли, из других мольбы о спасении. На втором этаже на удивление тихо — я уже и позабыл, кто там живёт.

Толкаю дверь и выхожу из подъезда. Сильный порывистый ветер дует в лицо, привычно трепля полы незастёгнутой куртки. Запах едва наступившей весны проникает в ноздри. Смешиваясь с запахами гари и дыма.

Не тороплюсь идти дальше, притормаживая перед ступенями вниз. Сверху раздаётся пронзительный визг и на асфальт, шагах в десяти от меня, падает тело. От соприкосновения кровавые брызги разлетаются во все стороны. Но я стою, как раз там, куда они не попадают.

Обезображенное лицо превратилось в месиво, можно разобрать только дикий оскал и глаза — два белых пятна на кровавом фоне. Никаких эмоций у меня не возникает, лишь усталость.

Я уже пробовал его спасти. Не помню сколько раз. Уговаривал, пытался объяснить, что этого делать не нужно. Несколько раз даже удавалось, но смысл? Чем я ему помог? Лишь немного отсрочил неизбежное.

Мимо проносится машина, шины скрипят по дороге, тачка почти задевает ещё не остывший труп, чудом не раздавив ему голову. На полном ходу врезается в дерево. Визг колёс, хруст металла и жалобный треск небольшого клёна сливаются в одном громком звуке.

Машина загорается и мужчина, сидящий за рулём, нечеловечески воет, пытаясь выбраться из огненного плена. Но дверь заклинило, автомобиль так покорёжен, что весь перед практически всмятку. Водителю не спастись.

Я подхожу ближе. Сзади бьются окна на четвёртом этаже, крики снова разносятся эхом по площадке. Ещё кто-то не выдерживает и тоже прыгает с крыши, но другого здания. Я отрешаюсь от этих звуков, без эмоций смотрю на водителя, скребущего руками по стеклу. Один ноготь ломается, но мужчина словно не чувствует, продолжая елозить ладонями в поисках выхода. Пламя охватывает щёку, запах жжёной плоти проникает даже сквозь дверь, заставляя бунтовать мой желудок.

Горелые губы что-то шепчут, но я отворачиваюсь.

Его я тоже спасал. Выходил раньше из дома, торопясь успеть вовремя, старался остановить машину разными способами. Когда это не удавалось, то вытаскивал из автомобиля. Человек был из обезумевших, так что он просто кидался, стоило мне лишь начать помочь. Либо убегал, невзирая на ранения — переломанные руки, разбитая голова, обгорелое лицо — будто не ощущая боли, он нёсся дальше, уничтожить себя по другому.

После множества попыток, я уже даже не пробую что-то изменить. Как робот, передвигаю конечности, растягивая свои последние часы.

Это последний день для человечества. Пафосно и даже глупо звучит, но мне давно не весело. С самого утра люди проснулись с непонятным вирусом безумия. Небольшой части населения это почему-то не коснулось. Но почему? Ответа я не знаю. Остальные схватились за любое оружие поблизости и принялись убивать себя и себе подобных. По всему миру. Всеобщая паника и ужас. Стрельба, взрывы, убийства — полный беспредел, в котором обычному человеку не выжить. В средствах массовой информации сообщалось о помешательстве, что всё стабилизируется, армия справится, интервью с необезумевшими главами государств, которые обещали разобраться во всём в кратчайшие сроки. Через пять часов и это прекратилось. Когда начались обмены ракетными ударами.

По улице мимо меня пробежала девушка, завывая от страха. Каблук на левой туфельке хрустнул, ломаясь, девушка накренилась в сторону, чуть не падая, но сумела удержаться на ногах. Сбросила бесполезную обувь. Преследовавшие её три парня, постепенно настигали свою жертву. Один на ходу полосовал себя ножом по венам, оставляя кровавый ручеёк. Долго не протянет. И девушка, и он.

Свою первую смерть я хорошо запомнил... Дозвонился до родных — мать заперлась в туалете, прося меня помочь, а отец, сойдя с ума, ломился внутрь. Я хотел как можно быстрее добраться до дома. Под колёса бросился мужчина в годах, буквально ныряя под капот. Я выбежал из машины, а он, разевая рот в безумном завывании, вцепился зубами в протянутую руку. Затем подбежали ещё несколько человек и меня просто забили камнями, впечатывая их в голову. Боль разрывала, я пытался прикрыться, встать, но всё без толку. Помню хруст черепа, быструю агонию... а потом смерть. Не было света в конце тоннеля, быстрой промотки всей жизни перед глазами или даже обычной темноты вокруг.

Просто миг... и день начался снова. Мелодия на будильнике, выпуски новостей по телевизору, посты людей в пока ещё работающем интернете, вопли соседей через стену, крики с улицы, заставляющие трястись в ужасе — всё это снова навалилось на меня со всех сторон.

А потом ещё...и ещё... и ещё...и ничего нельзя изменить. Я пытался помочь другим, образумить хоть кого-нибудь. Но всё тщетно. Либо смерть, либо погоня, чтобы убить.

Быстро понял, что меня начинают замечать, лишь когда я сам вмешиваюсь. Если ничего не делать, то для остальных меня словно не существует. Так...досадная оплошность, незаметная опечатка. Никто не реагирует, не старается зарезать или застрелить.

Может быть есть такие же как я, застрявшие в этом кошмаре? На это ответа тоже нет, я пробовал их найти, прочёсывал сеть, но всё без толку. Апатия на всё происходящее вокруг стало моим щитом, который помогал не сойти с ума. Несколько раз я уже был на грани, был готов наплевать на моральные устои и просто присоединиться к безумству остальных. Не знаю как удалось пересилить себя...

Я пробовал пережить ночь. Это стало моей навязчивой идеей - может хоть так получится перескочить в следующее утро. Про то, что буду делать дальше, я не задумывался, главное вырваться из повторяющегося кошмара.

Испробовал множество разных способов. В городе никогда не получалось, а за отведённое время далеко отсюда не уехать. Ещё один тупик, из-за которого я впервые решился на самоубийство. Просто спрыгнул с крыши, надеясь хоть на что-то... Так же безуспешно.

Зачем я каждый раз всё равно пытаюсь, изо всех сил стремясь поменять, повернуть хоть что-то, хоть немного в сторону? Ведь в глубине души давно понял — мне не выбраться, я застрял тут навсегда. Своеобразный ад из которого нет выхода.

Раньше такие мысли заставляли злиться, бить кулаками по стенам в припадке, кричать в отчаянии, но... Каждый день начинает мою пытку заново.

Я остановился на главной площади. С утра тут всегда открывался красивый вид, да и под вечер ничуть не хуже, а сейчас... пыль, огонь и крики. Солнце садится, уступая место вечеру. Но он уже не наступит.

Вдалеке люди безумствовали, постепенно приближаясь, на ходу старательно уничтожая всё, что попадалось на красные от бешенства глаза. Все маски оказались настолько быстро сброшены, всего-то пара часов и вместо человеческих лиц проступили животные морды с окровавленными клыками, готовые рвать себе подобных. А я... я словно тень, призрак вчерашнего дня, когда всё было хорошо и замечательно.

Далёкие взрывы за спиной. Начало конца... Вот и добрались до ядерных кнопок, решив уничтожить всех разом.

Я повернулся. Хоть и видел это уже тысячу раз с разных ракурсов...но каждый раз верю...что это будет последний.

Дым несётся прямо на меня, сметая здания и уничтожая людей за секунды. Вопли сгораемых заживо, раздавленных обломками, многоголосый вой проникает мне в уши. Хочется заткнуть их, либо присоединиться в животном порыве. Я кричу прямо в темнеющее небо, кричу как можно громче:

— Хватит! Хватит, умоляю! — с надеждой в кровоточащих глазах смотрю на чудовищную волну от взрыва. Она распространяется с небывалой скоростью. Прямо в лицо прилетает кусок кирпича, снося мне полчерепа. Ужасные ощущения, но я с радостью их принимаю.

— Пожалуйста, дай умереть... — и меня изжаривает дотла, распыляет волна ненависти...

Наконец-то тишина и покой...

Звонок будильника возвращает в реальность. Словно прошла секунда, миг, быстрое моргание глаза — только была боль и спасительное забвение, как опять... Я должен опять всё это пройти... чтобы в конце снова молиться. Чтобы всё прекратилось...

Смахнул выступившие слёзы и отключил надоевшую мелодию.

Ну что же...начнём...

Мы пришли с миром

— Мы пришли с миром, — повторил ещё раз пришелец, вальяжно закинув ногу на ногу и лениво почёсывая живот. Ну, прямо как с картинки "Директор Рен-тв" Всё, как с десятка фотографий и фильмов. Отсутствие ушей, небольшого роста, зелёный, с крупной головой и глазами с блюдце, — а то я знаю, как относятся у вас к нашим появлениям. Сразу за оружие хватаются. Или за сердце.

— Тебя нет, — я опять закрыл глаза, показывая своё отношение ко всему происходящему. — Это просто глюки или сон. А может выпил что-то не то вчера. В любом случае сейчас я потрясу головой, очищу разум и проснусь.

— Ну-ну, — скептически произнёс голос. Загремел холодильник и через несколько секунд раздалось чавканье.

Я расслабленно выдохнул. Поудобнее устроился на полу и прислонился головой об небольшой шкафчик, где хранились сковородки и прочая утварь. Отрешился от всего. "Всё, завязываю пить, начинаю новую жизнь. Пусть она будет скучной и серой, но хотя бы не закончится в дурке, с размазыванием коричневой субстанции по стенкам"

С улыбкой на лице открыл глаза.

— Полегчало? — участливо спросило лупоглазое существо.

Сидит, сволочь, и не краснеет. Не знаю, может физиология другая и они и не могут так делать, но жрать колбасу, ещё как способны!

— Слыш, — я преодолел робость и идиотизм этого разговора, глядя, как в эту мелкую пасть уходят приличного размера куски недешёвого мяса. Будто в чёрную дыру уносятся! — Оставь мне на завтра, скотина марсианская.

— Что вы пристали с этим Марсом, — закатил глаза колбасный аннигилятор, — нет там никого и не было никогда. Ну, бывает, не спорю, прилетает наша молодёжь и издевается над камерами со спутников. То камень причудливый подбросят, то из песка фигуру или знак сделают. А у ваших учёных пятые точки начинают полыхать.

— Всё равно положи, — я был непоколебим, — а то на работу нечего будет взять.

— Женщину тебе надо завести, — назидательно поднял тощий длинный палец пришелец, — или жениться. Холодильник пустой, посуда немытая. Эх!

Я поперхнулся. Ещё инопланетянин будет мне морали читать о пользе брака. Сюрреализм какой-то. Чувствую мне психиатр скорее понадобится.

— Ты вставай давай, а то пол прохладный, застудишь чего, — он махнул приглашающе рукой на фильтр, — водички попей. Чувствуй себя как дома, в общем.

Оторопев от такой наглости, я поднялся. Налил кружку почти до верху. Холодная вода приятно освежила моё похмельное состояние. Чего нельзя сказать о психическом. Оно катилось всё ниже и ниже.

Стою тут, покачиваясь от выпитого вчера, и болтаю с наглой внеземной жизнью! Лет пятьдесят назад, от ужаса, с остановкой сердца слёг бы сразу. А сейчас... Люди уже настолько привыкшие к происходящей вокруг дичи, что больше испугаются, когда им товар по акции, на кассе пробьют по обычной цене.

— А ты не мог, раз тебе так обожрать бедного офисного сотрудника приспичило, по-тихому все свои злодеяния сделать и свалить? Обязательно было шуметь и будить?

— Конечно, — он уставился на меня своими большими глазюками. Взгляд пробирает до мурашек, как ни крути. Блин, он моргал хоть раз с момента нашей тёплой "встречи"? — Я сначала хотел тебя по плечу потрясти. Но решил, что второй вариант будет проще и разумнее.

И вправду... Представив, как в темноте, я очухиваюсь от тряски и вижу перед собой такую улыбчивую зелёную морду... "Приветствую тебя, землянин!"

Меня передёрнуло. В такой ситуации я бы точно уже валялся хладным телом в постели. Или сидел в углу голый и обмазанный просроченной сметаной, идиотски хихикая и ковыряя в носу пальцем ноги. Неизвестно ещё, что хуже.

— Если ты поесть прилетел, то я вариант не очень, — я развёл руками, — наверное, уже заметил.

— Какой же ты жадный, Дмитрий, — пришелец наконец-то оставил в покое колбасу. Аккуратно положил на стол. Сурово посмотрел прямо в душу, заставляя чувствовать себя мелкой букашкой. — Все вы люди - мелочные создания. Создавая вас, мы думали иначе. Хотели братьев не только по разуму, но и по духу. Вместе бороздить просторы вселенной. А посмотри, что творится у вас сейчас! Постоянные войны, голод, борьба за ресурсы любой ценой. Озлобленность и жажда наживы впереди всех остальных чувств. Вместо того, чтобы восторгаться такому гостю и в приступе экстаза биться головой об пол, ты, в первую очередь, думаешь о том, сколько я съел и когда уберусь отсюда. Вы действительно получились очень странными и нелогичными.

Он печально покачал головой. Я как-то даже устыдился нашей людской никчёмности.

— Давай чаю налью, — неумело я начал строить из себя заботливого хозяина, — или покрепче чего?

— Мне за руль потом, не надо. Да я шучу, расслабься, — он усмехнулся, — ничего мы такого не рассчитывали, конечно же. Вы и получились-то по ошибке.

— Но... ты же сам сказал только что... — я не находил слов.

— Вы всегда так теряетесь, когда говоришь вам правду. Считаете себя вершиной эволюции, центром вселенной. Тьфу! Но история вашего возникновения занятная, не спорю. Даже фильм сняли давным-давно. Комедию. Жаль, что нельзя тебе показать. Любимая сцена, когда в лаборатории, учёный, расколотив в пьяном угаре несколько пробирок с мутагенами... а потом на столе с молоденькой ассистенткой..., — он оборвал речь, глядя на моё вытянувшееся, как у лошади, которой сказали, что она хорошо трудилась, но не станет председателем, лицо. — Ладно я отвлёкся. Посмотреть ты всё же сможешь, если согласишься.

— На что? — я стоял в оцепенении. Догадка озарила моё невыспавшееся сознание. — Нужно помочь спасти Землю? Галактику?

— Какую галактику, бери выше. Вселенную! Ведь кому её еще спасать, как не работнику кофемашины и принтера.

— Опять шутишь?

— Откуда у тебя вообще такие мысли возникли? Ты доверил, хотя бы уборку в доме, обезьяне? Вот то-то же. Не знаю даже, зачем я всё это тебе рассказываю. Но чем-то вы забавляете меня...Короче, мы решили, что проект "Земля"нецелесообразен и убыточен. Было принято решение о его закрытии.

Я ошарашенно уселся на стул. Захотелось снова уснуть.

— А...как же...чё? Всё?

— Да, всё, — он обвёл руками окружающее пространство. — Решили оставить несколько сотен экземпляров, с наиболее лучшим генофондом, для дальнейшего изучения и улучшения. Сделать что-то типа заповедника и попробовать заново.

— А я?

— Парень, — он опять заулыбался, — ты ставишь под сомнение свою персону.

— Но зачем? — вырвалось у меня. — Мы изменимся. Сможем.

— Одни и те же отговорки который век. А зачем вы вырубаете леса или сносите старые дома, чтобы построить, например, новый жилой комплекс или торговый центр? Тут примерно так же.

— Мы...мы вам не позволим!

— Ага, конечно, — он посуровел, — если бы вы не только в фильмах могли со всем справиться, со всеми своими пороками и проблемами... По одиночке, ещё можно вести беседы с некоторыми из вас, хотя и приходится особо не умничать, чтобы слабенькие мозги не перегрелись, но если брать в расчёт всех...Извини, но для нас вы, именно в общем смысле, максимум, как обезьяны. Ну, может, как дикое племя, толком не научившееся подтирать задницу, но уже угрожающе бегающее с автоматами. Поэтому вам остаётся только смириться. Тем более, что у тебя, как я уже сказал, есть возможность на дальнейшую жизнь. Не самую плохую, поверь.

— Ставить на мне опыты, как на мартышке? Не особо радует. А как же родители, друзья?

— Очень сильно сомневаюсь. Мне жаль, — он постарался придать голосу огорчения, но я видел, что это не так. — Вероятность крайне мала. А про опыты... тут ты не прав. Проверки и исследования у нас более гуманные, чем у вас. А остальное время будет занято новым реалити-шоу и разными интервью, на первое время. Может даже станешь известной личностью!

— Известной обезьяной, ты хотел сказать? — первоначальное огорчение прошло, следом навалилась усталость и недосып. — Сам же сказал, что ни во что нас не ставите.

— Ты меня удивил. Честно. — Он покачал головой. Сменил позу на более комфортную, облокотившись об подоконник. — Но ты же боишься, не спорь. Боишься дальнейшей судьбы. Смерти. Хочешь расскажу, что тебя ждёт после?

— Не нужно, — хотелось узнать, но я опасался, что после этого не смогу удержаться от предложения. — После твоего рассказа, не думаю что что-то хорошее. Мне достаточно того, что всё-таки мы не одни. Хоть и наши создатели те ещё мудаки.

— Ты пока-что первый, кто отказывается. Можно было бы вообще не заморачиваться, не разговаривать ни с кем, и в день "икс" вне зависимости от решения, забрать всех, так сказать, избранных. Но мы ценим выбор. Зачем нам лишние проблемы после. Хотя и бывают интересные случаи. Мой предыдущий кандидат оказался священником. Увидев вот это всё, — пришелец показал на себя, — он так испугался, что крестил одной рукой себя, а другой меня, попутно одновременно читая молитвы и матерясь, пока не выдохся от такой гимнастики. В итоге всё же согласился попутешествовать.

Я встал. Выпил ещё воды, ополаскивая пересохший рот.

— Интересно...Полагаю, что я всё - равно этого не вспомню? Или получу бластером в лоб, а ты сметёшь меня в совок и смоешь в унитаз?

— Мда, извини, — он нацелил на меня палец. — Бам!

Я дёрнулся и чуть не уронил кружку.

— Не надо так драматизировать, — пришелец запрокинул голову и, почти как человек, расхохотался. — Ну, ты даёшь. Откуда я бластер вытащу? Ты видишь у меня карманы?

— Я вижу что ты голый и без причиндалов, — я тоже заулыбался.

— Раньше мы выглядели по-другому. Потом надоело, придумали эту форму. Мы постарались, чтобы она стала менее стрессовой для вас. Может со временем поменяем облик ещё раз. А по поводу вопроса...Даже если бы ты согласился, я всё - равно стёр бы твою память. На время. И поэтому мы не можем взять и рассказать всем о готовящейся катастрофе. Так будет только хуже. Люди сразу начинают крушить всё вокруг, если рушатся их привычные устои.

— Можно я задам последний вопрос? — я колебался, переминаясь с ноги на ногу.

— Это произойдёт завтра, ближе к вечеру, — он понял меня. Поднялся, оказавшись по росту чуть выше пупка.

— Быстро, — я потёр переносицу. — Раз уж я оказался чуть более удачливой макакой, чем остальные, можно ещё одну небольшую просьбу?

— За колбасу возможно...

* * *

Я разлепил глаза. Хорошо погуляли вчера. Всегда бы так, даже на утро нет ни похмелья, ни трещащей головы. В окно светит солнце, а ещё на работу вставать, собираться! Жаль, нельзя как со школой или институтом, прогулять её, слоняясь по городу с друзьями и глазея на красивых девушек.

Я потянулся за телефоном. Сколько мне ещё позволено валяться, пока будильник не заорёт, приглашая меня в ещё один скучный день.

Твою мать! Я вскочил. Десять утра! Проспал.

Будильник выключен, телефон на беззвучном. Несколько пропущенных от начальства. Мне жопа...

Рядом валяется сложенный лист. Я развернул его. Недоверчиво прочитал. По поводу своего состояния я похоже слишком рано обрадовался.

"Ты не вспомнишь, как писал это, но поверь себе - забей сегодня на работу. Позвони бабушке, съезди к матери, встреться с Мариной, отдохни с друзьями ещё раз. Так будет лучше. Один день, большего не нужно. А на следующий вернёшься в старое унылое русло"

Я пошёл на кухню. Почему же я не помню этой записки? Но почерк-то мой.

Я раскрыл холодильник. Колбасы не было. Замечательно! Только одна сосиска, со следами мелких зубов, сиротливо лежала на полке, взывая закончить её бренное существование. Я понюхал её. Похрен, и не такое хавали.

Я, дожёвывая, взял телефон. Ну...не буду спорить с таким умным человеком, как я сам.

— Алло, мам, привет. Да, извини, что давно не звонил...

Эпидемия

Серёга сидел, уставившись в окно. В ушах играла любимая музыка, мимо проплывали здания, люди, снующие туда-сюда по улицам, проносились машины — а он просто смотрел на всё это отсутствующим взглядом, практически ничего не замечая. Чем-то езда в маршрутках умиротворяет, если сидишь у окна конечно. Сидишь в своём безмятежном мирке спокойствия, размышляешь о всяких мелочах, а то, что происходит снаружи, воспринимается просто как фон, как картинка, помогающая отвлечься.

Ай! Его что-то сильно укололо в ногу.

— Бубубу, — невнятно пробормотал сидящий рядом мужчина.

Сергей вытащил наушники, не поняв ни единого слова.

— Извини, парень, — мужчина понял свой промах и повторил, показывая на низ одежды. — Подшивал пальто и иголку забыл.

— Ничего страшного, — Серёга вновь надел наушники, почесал больное место и снова погрузился в себя, рассматривая окрестности.

Мужчина встал и вышел на остановке, оглянувшись напоследок.

Через пару минут парень почувствовал себя некомфортно, неожиданно стало душно. В горле пересохло, а лоб покрыла испарина.

"Вроде и людей не так много..." — Сергей помотал головой и расстегнул куртку. Вроде полегчало.

Через минуту бросило в озноб, да так, что по спине побежали мурашки. Он осмотрелся — люки закрыты, форточки тоже. Непонятно...

Его взгляд переместился на аппетитную пятую точку стоящей рядом девушки.

"Какая сочная попка!"

Девушка обернулась, гневно приоткрыв рот.

"Я что - сказал это вслух?" — панически подумал Серёга.

— Да, засранец очкастый! — девушка покраснела. Ткнула локтём своего парня, грозно продолжив. — Коль, ну чё ты молчишь. Разберись!

Развернулся здоровенный бугай, оценивающе разглядывая Серёгу. Того снова бросило в пот.

— Ну и что, Наташ, это комплимент типа тебе, — Коле, видимо, не хотелось начинать мордобитие.

— Вот это ты дыыыылда, — протянул тоненьким голосом лысый дедок, с изумлением глядя на бугая. Разинул рот, испуганно выпучив глаза. — Что-то мне жарко стало, аж ляжки вспотели.

— Как с тобой обращаются? — злилась девушка всё сильнее. — Правильно я с Митей тебе изменила позавчера. Ой! — от этой неожиданно брошенной фразы, она так быстро сомкнула челюсти, что прикусила язык.

— Что ты сказала, лярва?! — Коля мигом развернулся. — Да я... да я... со всеми твоими подругами уже успел перетрахаться. — Запоздало хлопнул себя ладонью, которая из-за тряски попала по подбородку. — Да что происходит-то такое???

На переднем сидении древняя бабка лениво пожамкала губами и выдала сидящей рядом подруге:

— Михайловна, бесишь ты меня карга старая..., — на секунду замолчала, а потом затарахтела, как пулемёт выплёвывая слова. — И это я у тебя ложки ворую. Матерь Божия, язык мой грешный. Шож такое делается-то. Бесы, бесы попутали! Свечек ещё пару штук вчера спёрла. Господи! Креститесь люди!

— Ах ты прошмандень сморщенная, щас я тебя перекрещу! — и бах, соседка огрела бабку тростью по голове.

Начался гвалт. Все выливали друг на друга всю правду — самую сокровенную и так долго сдерживаемую. Всё что думали, но никогда не говорили. Измены, враньё, тайны - всё мгновенно стало открытым.

Наконец обернулся водитель, почуяв что-то неладное в салоне.

— Что у вас там происходит? Заткнитесь уже, чтоб вас перевернуло пять раз, да кверху пятками!

Народ ошалело замолк. Как и мужик, разевая рот, как рыба. Он съехал в сторону и остановился на обочине. Мимо проносились машины. Водители непонимающе бибикали и крутили пальцами у виска.

— Надо всем сохранять спокойствие, всё будет хорошо, — нарушил тишину седеющий дядька лет сорока. — Фууух, как же в туалет охота, сил нету держать уже. Твою мать!

Девушка, с чьей попки всё и началось, стала ломиться в двери. Заколотила кулачками по стеклу.

— Я бы вдул — в унисон сказали Сергей и ещё какой-то парень. — Извиняюсь, вырвалось.

— Откройте, выпустите нас! Тебе бы я дала. А тебе нет, ты стрёмный, — девушка уже почти плакала.

Интеллигентного вида мужчина поправил очки и задал вполне резонный вопрос:

— А вдруг это заразно? Надо оставаться здесь, — скривился, пару секунд происходила мысленная борьба и он сразу сдался. — Ох, как же я люблю, когда меня хлещут по заднице ремнём! Извините, не люблю. — Вцепился в губы пальцами, но ничего не помогло. — Конечно обожаю. Слышите - обожаю!

Люди озирались и боялись открывать рты. Все опасливо косились друг на друга, ожидая какой-нибудь подлянки.

Кто-то вспомнил про телефоны. Мигом началась вторая волна признаний во всех грехах.

— Полиция? Хрениция! Пошто скотины мужа моего в вытрезвитель увезли? Правильно он вас баранами в погонах называет!

— Сергей Петрович? Это я у вас под дверью нагадил. А нечего было премию урезать, козёл плешивый. Ждите, я и завтра приду!

— Алёша, я на заначку нашу купила себе шубу и не сказала тебе. Ты рад, милый? А сейчас на оставшееся хочу на лето туфельки взять...

Начался собираться народ вокруг маршрутки. На звонки испуганных пешеходов быстро подъехали и менты, и скорая, и пожарные. Стали подтягиваться журналисты, почуяв интересные новости. Никто не знал, что происходит. Люди внутри категорически отказывались выходить, боясь даже сказать слово.

Наконец водитель, чуть приоткрыв окошко, прокричал самую суть сложившейся непростой ситуации в которой они оказались. Попутно рассказывая ментам где и что он нарушил по дороге и не забывая материть всех от русской широкой души.

Спокойствия это совершенно не принесло. Решив, что произошёл массовый психоз, вскрыли двери, невзирая на крики и беготню внутри маршрутки. Люди, сжавшись в кучу малу в самом дальнем уголке, представляли собой одновременно и комическое, и пугающее зрелище. Зашли менты. Из боковой двери вытащили водителя, который уже начал вспоминать мелкие детские кражи.

Серёга молился, чтобы это было кратковременным явлением. Сейчас полегчает и их отпустит. И в прямом и переносном смысле. Вроде те, кто контактируют с ними, выглядят нормально.

Мент, самый первый заходивший в маршрутку, вытер потеющий лоб. Тяжко вздохнул, словно перед казнью.

— Люююююди! — завопил он во всю глотку. — Столько я всего проворовал, скотина такая, даже представить не сможете! А уж сослуживцы мои, — начал тыкать пальцами то в одного, то в другого ошалевшего коллегу, — всё уносили, что плохо лежало. Щас всё расскажу без утайки, всех сдам!

— Да я сам расскажу! — оттолкнул его в сторону приятель, испуганно пуча глаза, но всё - равно продолжая говорить.

— И я! — поддакнул следующий.

— Про меня не забудьте сказать, только машину новую обмывали вчера!

— Это финиш, — выдал Серёга. — Полный и бесповоротный звездец.

Начиналась эпидемия. Эпидемия правды...

Фальшивка

Нож замер у меня в руке. Блестящий...острый...опасный... Почему я остановился? Неприятное ощущение в голове, словно все мысли перемешались и с трудом вспоминаешь что-то нужное, что-то важное... Я посмотрел направо, хрустнув шеей. Ага, точно! Медленно, но верно воспоминания начали возвращаться.

Встряхнулся. Начал нарезать картошку. "Надо будет потом прибраться перед уходом, такой срач развёл"

Раздался звонок в дверь. Я посмотрел на часы - 19:30. "Рановато приехали, договаривались же на полдевятого. Ну что же, всё равно пора начинать. Не до конца всё приготовил, но что поделать, надо встречать гостей"

Тщательно вытер ладони об полотенце, следя чтобы не осталось ни единого пятнышка. Вышел из кухни, аккуратно прикрыв за собой.

Открыл входную дверь на бегу, намереваясь быстрым шагом проскочить по общему коридору до следующей, и тут же врезался в какое-то массивное тело, не замечанное ранее.

— Тише, тише, Сань, куда летишь? - спросила фигура... знакомым голосом.

Я поправил очки на носу и вгляделся. Облегчённо выдохнул.

— Блин, Дим, ты ту дверь научился открывать? Не прошло и десяти лет, — хлопнул себя по голове.— Где мои манеры... Здорово! — мы крепко обнялись.

— А со мной поздороваться? — сбоку нарисовался Игорь.

— О, Игорян, дружище! Вместе доехали чтоли? — я радостно пожал ему руку, вглядываясь в глаза, — ух, ледяная! Ты в морозильнике путешествовал?

— Он с какого-то неизвестного номера звякнул, сказал подкинет до тебя, — встрял Дима. — Шифруется похоже.

— Это рабочий номер, редко им пользуюсь не по делу, — сделал серьёзную рожу Игорь. — Для тебя болван исключение сделал. А ты, Сань, на улицу почаще выходи, там холодно вообще-то.

Я заметил, что говорит он как-то неуверенно. Мы поулыбались друг другу, но первоначальная радость потихоньку прошла. Постояли, переминаясь с ноги на ногу. Я видел намекающие взгляды друзей, что пора бы и пустить внутрь.

— А что так рано приехали? — решил разрядить обстановку. — Назад валите, на лавочке посидите до нужного времени.

— Да больше делать нечего, шутник очкастый. Подумал не будешь против, если подлетим на часок пораньше. — Игорь потёр руки. — Ты и дальше будешь морозить нас в коридоре или разрешишь всё таки пройти?

— Какой ты вежливый стал. Не замечал такого раньше. А если скажу нет? — я вопросительно уставился на него.

— Девушки, не ссорьтесь, прошу, — Дима шутливо вскинул руки. — мы же как-никак лучшие друзья. Давно не виделись, а вы сразу сраться начали.

— Не боись, мы так всегда делаем при встрече. Любовь у нас такая, — я переглянулся с Игорем. Какой-то он сегодня молчаливый и отрешённый. — Ладно, проходим, не стесняемся. Только давайте сильно не орать, а то у меня сосед тот ещё фрукт.

— Я помню, — поддакнул Игорёк, — прошлый раз он ментов вызывал.

Дима подозрительно посмотрел на него.

— Вообще-то прошлый раз мы у тебя и встречались. Давным-давно. Да и сосед этот только грозиться и может.

— Значит ошибся, — сразу пошёл на попятный Игорь.

— Что ты прикопался к нему? Видишь он и так весь придавленный. — Я хлопнул Диму по плечу, стараясь сменить тему. — Да и ты изменился, морщин на лице прибавилось. Что - старость не радость? Работа так действует, али подруга?

Мы посмеялись и зашли в комнату. Игорь, не попав в дверной проём, ударился об косяк, потёр лоб и как ни в чём не бывало потопал дальше. Я раскрыл рот что-нибудь сказать, но передумал.

Скинув куртки, расположились в зале. Дима достал из пакета запотевшую бутылку.

— Свойский! И холодненький, — он причмокнул.

Я усадил друзей в комнате, а сам быстренько принёс с кухни нехитрую закуску - картоху, сальцо, селёдочку, хлеб. Разлили самогон.

— Ну, за встречу друзья! — сказал Дима первый тост, — давно не видел вас, братишки.

— Угу. Хлопнем! — немногословно отозвался Игорь.

Мы выпили. Потом ещё по одной. Но разговор как-то не клеился. Я прислушивался ко всем словам друзей, пытаясь уловить хоть что-нибудь для меня значимое и интересное.

"Сидим тут, как на похоронах, время от времени оживляясь. Давно отдалились друг от друга, но никто не хочет этого признавать... Я думаю, это последняя наша встреча"

Краем глаза заметил, что Игорь уставился куда-то в сторону и еле-еле улыбается, чуть растянув губы. Аккуратно повернулся и увидел, что Дима тоже наблюдает за этой непонятной и немного пугающей сценой.

— Дружище, ты что, курнул? — он первый нарушил продолжительное молчание.

— А? — Игорь вздрогнул и вернулся на грешную землю, — неее, так... просто задумался о своём. Решаю тут в голове одну интересную задачку.

— Мы вместе собрались чтобы задумываться или пообщаться? Рассказывай, как поживаешь. Да деталей побольше, — Дима кивнул мне. — А ты, Сань, лей, не жалей.

Мы ещё немного пообщались. Я расспросил их про работу и быт, кто чем занимается и живёт, стараясь избегать вопросов про себя. Вроде напряжение спало. Потихоньку и Игорёк оживился, но всё равно больше слушал Димку, чем говорил сам, хотя я и пытался из него выведать разную интересующую меня информацию.

Выпивая очередную рюмку, я скосил глаза в сторону...и охренел. Вместо Димы сидела какая-то обгорелая тварь, чуть слышно шипя потрескавшимися жжёными губами. Я вздрогнул и поперхнулся. Быстро помотал головой и через пару секунд всё пропало. Друг, как ни в чём не бывало, продолжил рассказывать историю с работы. Обычным голосом и в обычном облике.

— Ты что, Сань? — заметил моё поведение Игорь. — Как привидение увидел.

И заулыбался.

"Интересно получается... "

— Пожалуй, на сегодня с меня алкоголя хватит. — Я уставился на свои руки. Пододвинулся ближе к столу, незаметно шаря в кармане.

— Магическая сила самогона! — Дима прямо прицепился к Игорю. — Даже наша недотрога лыбится в тридцать зубов.

— Да иди ты, — он беззлобно отмахнулся, — чё ты уродом таким стал?

Повисло неловкое молчание.

Раздался звук пришедшей смс. Дима достал телефон и уставился в экран, быстро читая. Посмотрел на меня заинтересованным взглядом. Лицо стало очень серьёзным.

— Было не сложно, я в принципе так и думал.

— Ты о чём, Дим? — Игорь нахмурился, подобравшись в кресле.

— Поссать я захотел, вот что, — он встал и быстро направился в туалет.

Мы остались сидеть в тишине, пытаясь продолжать делать вид, что всё в порядке. Я залюбовался на нож, лежащий на столе. Такой блестящий... острый... опасный.

"Фальшивые улыбки, фальшивые друзья. Особено Диман. Уж я-то понял, какая он тварь на самом деле. А вот Игорь и не в курсе...тем хуже для него"

Вернулся довольный Димка. Подошёл к креслу, но садиться не стал. Лишь облокотился. Я решил нарушить тишину.

— Чуть попозже пройдём на кухню. Там вас будет ждать один сюрприз, — ткнул в Диму пальцем, — но вот тебе он наверняка не понравится.

— Ха-ха, и с чего же? — Дима так сильно сжал изголовье кресла, что побелели костяшки пальцев. — Хотя... Надоело мне ломать эту комедию.

Он тоже посмотрел на нож. Игорь заторможенно переводил взгляд с него на меня. Начал вставать.

— Сейчас я тебя сам удивлю, — Дима молниеносно протянул руку, схватившись за рукоятку. — Наш Игорян никакой тебе и не друг!

— Ребята, успо...— и Игорь забулькал кровью, полившейся из перерезанного горла.

— Он даже не человек! — Дима, безумно ухмыляясь, бросил нож обратно на стол, довольный произведённым эффектом.

— Какого ...! — я даже не смог толком крикнуть, ужас перехватил горло. Попытался встать, но тут же рухнул на пол.

Игорь что-то жалобно хрипел, пытаясь закрыть ужасный разрез на горле. Судорожно подергал ногами и затих. По ламинату растеклась лужа крови, но Дима вовремя отвернулся и этого не увидел.

— Всё не по-настоящему. Это сон или горячка белая. Такого просто быть не может! — я набрал в лёгкие побольше воздуха.

Дима увидел, как я раскрыл рот громко завопить, зовя на помощь. Подскочил в один прыжок, со всей силы ударил по горлу краем ладони. Я взвыл и хрипло закашлялся.

— Вообще-то у меня даже есть ещё один сюрприз. Я тоже не человек. Такие дела, — от широкой улыбки его нос немного стёк вниз, как будто был сделан из пластилина. Затем и кожа на лице стала медленно спускаться, отслаиваясь частями. Открывая мне то существо, которое я видел ранее. Сожжёное заживо, со вспухшими венами на обезображенном теле.

— Блин, плохо подогнал свой костюмчик, — Дима попытался вернуть прежний вид, но ничего не получилось. — Ладно, вскоре он мне не понадобится.

— Что тут происходит? — шёпотом спросил я. Похоже тварь разбила мне кадык.

— Ты станешь моей пищей, Сань. Звучит дико, как в дешёвом ужастике, но что поделать. Просто представь моё удивление, когда мне пару минут назад приходит смс от настоящего Игоря. Мол, у меня тачку угнали, не смогу с вами встретиться. Этот сдохший идиот, — он вяло махнул рукой назад, — оставил объект своего замещения в живых. Неслыханная тупость! За неё он и поплатился. Теперь на настоящего Игоря ещё и всё повесят, вот веселуха!

Дима похлопал себя по щекам, издавая мерзкие звуки.

— Ну, всё, сейчас помою руки и приступим. Не совсем я всё-таки дикий, — он открыл дверь ногой и почти зашёл на кухню. Встал в проёме, оторопело разглядывая грязное убранство. — Что за ...

Дико взвыл и рванул назад, обернулся...и я воткнул ему в голову нож. Приятно закололо в пальцах.

"Наконец-то..."

На его лице застыло изумление.

— Как же так...

— Вот так, — я перестал изображать из себя жертву, — ошибочка вышла, Игорь как раз и был человеком. Это я, пока вы мило общались, написал тебе смс с его телефона. Долго ли спереть у такого болвана?

Существо, давясь вязкой чёрной жижей, что-то прохрипело.

— Что? А... что за тело там валяется? Это и есть настоящий Саша. Не успел его убрать, замещение немного не так пошло, да и не ожидалось такого поворота. Бывай, дружище! — я выдернул нож и сильным взмахом отрубил ему голову. Как легко получилось, словно масло разрезал.

Раздался звонок в дверь. Я повернулся, оглядывая, царивший вокруг кровавый беспорядок.

— Что у вас там происходит! — сосед громко визжал сквозь дверь. — Сейчас ментов вызову!

Я направился утихомирить его, на ходу меняясь и сбрасывая уже ненужный облик...

* * *

— Конец демо-версии. Хотите сыграть за другого персонажа? — приятный женский голос в голове.

— Нет, спасибо, теперь в другой раз, — я снял шлем и помотал головой, восстанавливая зрение. Было непривычно снова ощущать себя человеком.

— Ну и как тебе? — подошедший Евгений протянул мне стакан воды.

Я благодарно кивнул и сразу же жадно отхлебнул половину. После стольких часов живительнвя влага самое-то!

— Если честно... неплохо, но продукт ещё очень сырой. — Начал загибать пальцы. — Диалоги простые, вариативности мало. Время от времени были неполадки и я чётко понимал, что нахожусь в игре. Это очень сбивало настрой. Игоря надо тоже доработать, уж сильно он тупил и глючил. Да и слишком много неиграбельных моментов, когда просто сидишь. Плюс, — я допил и поставил стакан на столик, поднялся, разминая ноги, — поменяй сюжет, уж больно он перекрученный и не особо понятный. Я половины так и не уяснил. Кто, зачем и почему.

— Вариативности там много. Ты мог не открывать дверь, попытаться убить их сразу, хотя за это сразу игра окончена, но всё же, мог всё решить мирно, мог много что сделать. Основной смысл это узнать, кто есть кто и остаться в живых. — Женя, раздосадованный моими словами, поскрёб бороду. — А целиком ты поймёшь историю, если пройдёшь за всех персонажей. Их пока три - человек, инопланетянин и чудовище-охотник. Но я много что хочу ещё добавить. Главное - полное погружение в эту реальность. Чтобы ты верил, что всё вокруг настоящее и ты действительно монстр. Ну или человек, опять же, смотря кого выберешь.

— Чего точно не отнять у твоей игры, так это полного погружения в пьянство, — я подколол его, улыбаясь, — надо было алкосимулятор делать. Вот это золотая жила, дружище. Пьёшь, выходишь из игры и никаких последствий. Не то, что в реальности.

— А откуда ты знаешь, что мы сами реальны, а не сидим сейчас в ещё более продвинутой, но скучной игре? — Женёк тоже засмеялся, глядя на мою потрясённое лицо. — Здесь проходят годы, а там минуты, достижения разные зарабатываем. Столько-то съел продуктов, столько-то потратил денег, столько-то прошёл километров, ни разу не изменил, ни разу не подрался ...Да я шучу, Сань!

— Ха-ха, юморист, — я задумчиво осмотрелся вокруг. Зачем...? Может стараясь разглядеть хоть какие-нибудь изменения в окружающей обстановке? Мигание сквозь стены, непрогруженные текстуры оборудования, зависшую в воздухе кружку...

Всё было нормальным, обычным и обыденным. Во всяком случае я хотел в это верить...

Ты чего не спишь?

Алексея разбудил шум на кухне. Вначале он ничего не понял, в полудрёме повернувшись на другой бок и пытаясь досмотреть ускользающий сон, но скребущийся по стене звук, заставил его настороженно открыть глаза.

Постепенно высвобождаясь от своих грёз, парень приподнялся на локте и навострил уши. В глубине квартиры кто-то тихо ходил, поскрипывая половицами. Раздалось бренчание посуды, будто неизвестный решил приготовить себе поесть. Открылась дверь холодильника, подтверждая эту догадку. Житейская ситуация в общем-то. Семейная.

Проблема была в том, что Алексей жил один.

Лунный свет просачивался сквозь шторы и большая комната казалась призрачной и нереальной. Парень обратил внимание на напольный вентилятор, стоявший у входа на балкон. Холодный ужас пробежался по нервам и он вздрогнул, присматриваясь внимательнее. Алексей точно помнил, что оставлял его включеным. Сейчас же вентилятор не работал, и к тому же стоял немного сбоку, словно какой-то незнакомец решил выйти подышать свежим воздухом и аккуратно отодвинул его в сторону, стараясь не разбудить хозяина квартиры...

Преодолев страх и неожиданную робость, парень встал. Крадучись, приблизился к двери и затаил дыхание. Прислонился ухом, прислушиваясь к звукам, доносящимся из кухни. Вдруг раздалось тихое бормотание, буквально в паре сантиметров от двери. Алексей отшатнулся, едва не вскрикнув. Чудом удержал рот закрытым. Кто-то тихо хихикнул и зашагал дальше по коридору. Шлёп-шлёп по полу. Мурашки бегали по коже, а в ногах появилась предательская слабость, но Алексей, собравшись с силами и сжав кулаки, резко распахнул дверь.

— А ну, покажись скотина! — громкий и, как ему казалось, решительный возглас потонул в тишине.

На кухне никого не было. Тарелки тоже все были на месте...

— Что за чертовщина... — потрясённо прошептал парень, привалившись к стене и протирая глаза, будто это могло помочь разобраться в случившемся.

В полумраке кухни было очень неуютно находиться. Занавеска легонько колыхалась, хотя окно закрыто, да и сквозняка нет. Алексей, наконец-то, вспомнил про свет. Не сразу нашарил пальцами выключатель. За секунду до того, как лампочка загорелась, он явственно увидел, как один сгусток тьмы юркнул в угол и там растворился от вспыхнувшего света.

"Быть такого не может. Это всё мне спросонья показалось..."

Сзади скрипнула дверь комнаты. Алексей мигом обернулся... и опять ничего. Его начало потрясывать. Внутренний голос просил вернуться назад, под тёплое одеялко.

"Проклятая квартира. Сказала же соседка, с которой недавно познакомился, что здесь давно уже творится всякая паранормальщина. Последнего жильца вообще нашли без сознания в коридоре у туалета. А я ещё посмеялся. Мужик в возрасте, не добежал похоже. Зато квартира хорошая и цена более чем приемлемая. Болван. Дважды болван!"

В ванной вдруг зажёгся свет. Выключился. Включился. Ручка двери закрутилась. Через несколько томительных секунд свет снова выключился. В абсолютной тишине раздался довольный смешок и Алексей услышал, как что-то, шаркающими шажками, направилось к нему.

— Да ну на хрен! — вскрикнул парень и помчался к выходу из квартиры, наплевав на всё.

Неожиданно ударился лбом об дверь. Распахнул её и упал внутрь. Чертыхаясь, вскочил и понял, что он как-то оказался в ванной комнате. Но как это произошло?

Свет включился. Алексей уставился на своё отражение. Безумные глаза, всклокоченные волосы и трясущиеся губы.

"Так и поседеешь раньше времени"

Он истерически улыбнулся сам себе. Отражение этого делать не стало.

"Должно быть, я сошел с ума!"

Алексей попятился. Сердце колотилось, как в последний раз в жизни. Отражение злобно оскалилось и провело рукой по горлу. А после вновь стало обычным. Повторять все его истеричные движения, будто прошлых ужасных мгновений не было.

Парень уткнулся спиной в дверь. "Убежать. Скорее свалить отсюда, пока не тронулся рассудком"

Он попытался нашарить ручку, но вдруг осознал, что дверь стала какой-то эластичной и податливой. Как из пластилина. Свет замигал. В отражении зеркала, сзади себя, Алексей увидел извивающуюся фигуру. Словно вывернули наизнанку тело человека и удалили все кости, оставив лишь мясо и мышцы. Через мгновенье парень почувствовал смрадное дыхание в затылок и на плечо опустилась изрубленная перекрученная лапа. Тварь легонько куснула его за мочку уха.

— Ты чего не спишь?

Алексей смог удержать в себе пронзительный, девчачий визг, но брызнувшую по ляжкам коричневую неожиданность никак не смог.

Монстр ошарашенно уставился на него и презрительно сморщил обрубок носа, немного отвернувшись в сторону.

— Фу... Одни засранцы кругом. Я так не играю... — и ушёл сквозь стену, продолжая брезгливо бормотать.

Парень, от всего пережитого, даванул ещё раз что было сил, и лишь затем потерял сознание. Проснувшись на следующее утро от едкой вони, он быстро собрал все вещи и в спешке съехал, сказав самому себе, что это был всего лишь глюк от частого недосыпа.

Но в другой квартире, каждую ночь перед сном, он делает большую кучу в туалете и не смывает.

Так. На всякий случай.

Второй шанс

"День не задался с самого начала" - размышлял я, стоя у мусоропровода и растерянно вглядываясь в его чёрный провал. Оттуда несло не очень приятными запахами, но я был слишком огорчён, чтобы полностью прочувствовать все ароматы. Что же пошло не так?

Парой минут ранее, перед походом на рынок, с целью закупить продуктов и сбацать на обед окрошки, я собрал поднакопившийся мусор с кухни, обулся и, напоследок, глянул в зеркало на непобритую рожу. "Да там немного совсем отросло. В следующий раз" - пообещала моя лень. Я, в который раз, поверил.

Надев наушники, я закрыл дверь и, подойдя к мусорке, с уверенным видом выкинул ключи. Постоял десять секунд. Осознание своей тупости пришло не сразу. Задумчиво уставился на пустую руку, затем на пакет с мусором в другой. Всё понял. Выругавшись, подёргал дверь квартиры, ожидая, что она сама распахнётся перед хозяином. Чуда не произошло.

Обозвав себя дебилом, подумал, что же делать дальше. Решил съездить вниз и узнать у лифтёрши, где ключ от мусоросборочной камеры. Помню раньше баб Нина проживала и работала на первом этаже в отдельной каморке, а есть ли она там сейчас неизвестно. Ну, хотя бы номер телефона может будет висеть. Надеюсь, что всё обойдётся и ключи валяются прямо на самом верху кучи.

Нажав кнопку вызова, вспомнил, что до сих пор стою с проклятым мусором в руке, будь он неладен. Наконец-то выкинул его. Ну, хоть что-то дельное. Надеюсь, в мусор я не закинул свои документы или важные бумаги. Больше ни разу в жизни не подойду к мусорке, вначале не распихав всё ценное по карманам. Нелепая ситуация. Всегда веселили люди, витающие мыслями где-то далеко и поэтому совершающие глупые поступки. Ищешь телефон, а он всё это время у тебя в руке, солишь суп по три раза, отвлекаясь на что-то другое. Теперь и я в их числе...

Лифт подошёл. Через пару этажей зашла девушка, потом парень с собакой. Последней, этаже на пятом, зашла бабулька, и предварительно неодобрительно покачав головой, шустро ввинтилась в оставшееся свободное пространство. Двери захлопнулись. "Редко в такое время столько людей набивается" - подумал я, а вслух произнёс, усмехнувшись:

— Надеюсь, больше никто к нам не подсядет, а то так и лифт не выдержит.

Девушка улыбнулась. Симпатичная...

Раздался скрежет и свет погас. Кто-то ойкнул.

— Накаркал, ирод очкастый! — гневно раздалось справа от меня.

— Бабуль, успокойтесь, сейчас всё починят, — не люблю таких склочных людей. С возрастом они всё противнее, проще с ними общаться, как можно меньше.

— А ты тут не затыкай меня! — не унималась она. — Ох, чую давление подскочило. А это что мне по ноге елозит?

— Это Зевс, — подал голос парень, — на прогулку очень сильно хотел. Главное, чтобы он вас с кустиком не перепутал.

— Хорошо не Посейдон, а то точно затопит, — я попытался разрядить обстановку.

Девушка захихикала. Молодец, я думал, что будет первая верещать при такой поломке.

Бабка что-то пробурчала и замолкла.

Только мы достали телефоны, хотя бы осветить это место, как лифт ожил.

Наконец, доехав до первого этажа, мы всей гурьбой вышли из подъезда. После затхлого лифта свежий воздух был как бальзам на душу.

Я не успел даже дёрнуться.. Резкий удар по голове и моё сознание померкло. Последнее, что я услышал, были вопли голосившей бабки...

* * *

Я открыл глаза. Резко приподнялся. Боли не было, как не было и людей вокруг. Вообще замечательно, человек в обморок упал и все пошли дальше по своим делам! Хотя на обморок не похоже. Я пощупал голову - всё, вроде, было нормально. Ни шишек, ни крови. Обернулся и увидел половинку кирпича, валявшегося недалеко. Судорожно сглотнул и ещё подробнее постарался нащупать что-нибудь на голове. Опять ничего... Это что значит - кирпич упал на меня сверху и народ, как ни в чём не бывало, разошёлся? Бред полный...

Кряхтя поднялся, хотя опять же, не чувствовал боли. Да и усталости если так подумать. Очень странно. Опёрся об дверь и полез рукой в карман. Ключей нет. Вспомнил, где я их потерял. Похлопав по остальным, понял что нет и телефона, и денег. Вот это ещё сильнее озадачило меня. Да что тут творится?

Отошёл немного подальше от подъезда. Выходной день, это да, но чтобы не было вообще никого? Пустынный двор. Кругом тишина и спокойствие. Ни людей, ни животных. Только у меня сердце колотится как бешеное.

Может я во сне? Похлопал по щекам, пощипал себя. Нет, всё слишком реальное. Хотя щипки еле чувствуются. Всё веселее и веселее.

И что же делать? Будто бы в ответ на мой молчаливый вопрос меня потянуло к парку, расположившемся недалеко от дома. Будто в голове навигатор включился, что не добавляло мне оптимизма, но это всё же было хоть что-то.

Я завернул за угол. Неподалёку стояли и что-то обсуждали два парня. Один в чёрном строгом костюме, будто важный работник или собрался на похороны. Другой, наоборот, словно светился изнутри от обилия на нём белого цвета.

— Признайся, что это ты сделал, — донёсся до меня разговор, — ты надоумил этого чинушу, что денег на строительство дорог много осталось, на брюлики для своей любовницы ещё хватит. И вместо школы построить церковь тоже твоя идея?

Белый напирал, чуть ли не тыча в собеседника пальцем. Тому, видимо, было всё по барабану. Он флегматично стоял скрестив руки и смотрел куда-то вдаль.

Увидев меня, белый прекратил монолог, недоумённо поднял брови и судорожно задёргался. Откуда-то достал здоровенный меч и замахнулся.

— Ты не получишь его, грязное отродье! — белый попытался грациозно встать в какую-то замысловатую стойку. За спиной встопорщилась рубашка.

— По-моему мы опоздали с этим, — оценив моё состояние, произнёс чёрный, не делая попыток отбиваться.

— Точно...Он должен был придти попозже! А так цирк какой-то получился, — удручённо заметил парень в белом, приглаживая волосы и убирая меч в никуда. Он просто растворился в воздухе. Пристально разглядел меня ещё раз. — Да и возрастом должен быть намного старше...

— Что тут происходит? — задал я резонный вопрос. Мне бы удивляться, может даже испугаться, но сознание оставалось спокойным, будто так и надо. Хотя ответ на свой вопрос я уже знал, но мечтал чтобы это всё оказалось неправдой.

— Это правда, — кивнул головой чернявый, — ты умер, неважно звучит, но это так.

— Блин, так неожиданно... — пролепетал я.

— Так чаще всего и происходит, хлоп и всё. А ты хотел чтобы тебе письмом прислали точную дату и причину? — он усмехнулся, отряхивая штанину и поправляя костюм. — Ненавижу официальную форму одежды.

— Вот чёрт... — грустно прошептал я, почти не слыша его

— Да тут я, тут.

— Извините, — я вымученно улыбнулся от всего происходящего. — Непривычно как-то.

— Ты, давай, документы готовь на проверку. А то может ты самозванец какой — посуровел чёрт.

— Так нет их.., — я на всякий случай ещё раз обследовал карманы, — пропали.

— Ага, пропали. — чёрт заговорчески подмигнул мне и радостно потёр руки— Я такие истории каждый день слышу. Попал ты, парень.

Я громко икнул.

— И что со мной будет?

— В ад, куда же ещё, — серьёзным тоном ответил чернявый, из его головы потихоньку прорастали небольшие рожки.

— Кккак? — опешил я. Икота сразу прекратилась. — Я же не воровал, не убивал, нормально жил как все. За что?!

Чёрт достал телефон. Я от неожиданности разинул рот.

— Технологии! — назидательно сказал он, подняв палец. — В ногу со временем идём. Так, посмотрим... не воровал значит... а кто спёр десять рублей у отца в детстве на мороженное?

— Да это мелочи... — сконфуженно пробормотал я, заливаясь краской. Фига себе!

— У нас всё фиксируется! А получив это мороженное вкушал его, совершив тем самым ещё грехи чревоугодия и гортанобесия!

— А это что такое? — я уже пожалел, что начал возмущаться. Ещё больше пугало, что...ангел, по всей видимости, с серьёзным лицом всё это слушал и печально качал головой.

— А ты как думал - поедая вкусную пищу ты тем самым грешишь, это знать надо! Смиренный христианин должен довольствоваться обычной кашей, ни подслащенной, ни солёной. Вот уже на тебе три греха висит и это я даже далеко не листал и не подсчитывал сколько раз ты в мыслях забавлялся с девушками, фантазируя о таких вещах, что даже я краснел, а некоторые из них были подругами и жёнами твоих друзей!

— И это знаете? — я покрылся мурашками с пятирублёвую монету.

— Конечно! — чёрт злорадно ухмыльнулся. — Всё записано. Так что дружок, готовься шкворчать на сковородке. Мой тебе совет - выбирай жарку на подсолнечном, там обгоришь поменьше. И вилами проси чаще переворачивать.

— Всё хватит, — еле сдерживая смех, сказал белый, — он так шутит парень, успокойся. Хотя история твоего браузера и вправду не слишком радует. Люди ведут себя отвратительно, когда думают что их никто не видит...Но если бы мы за это всё отправляли в ад, то в раю летали бы одни пташки.

— Зря ты так рано ему сказал, ещё можно было постращать.

— Пугать будешь тех, кто этого больше заслужил.

— Так куда меня? — я нетерпеливо, сам удивляясь своей наглости, перебил их разговор.

— А ты, молодец, — похвалил ангел, — многие на твоём месте творят разную фигню. Кто пытается договориться, взятки предлагает за проход в рай, кто молиться или орать матом начинает, а недавно веган - дизайнер попался, подавился листьями салата, так полчаса доканывал, чем мы кормим, экологически ли чистые продукты там и можно ли он сам себе крылья сделает поэксклюзивнее, "в синих точечках и парой иероглифов по бокам". Еле отвязался от его. С тобой штука заковыристей... Ты умирать пока не должен был. Минуту назад пришло мне оповещение.

Я, в который раз, заторможено уставился на двух посланцев.

— А почему...?

— Такое изредка происходит, — взял слово чёрт, — вас много, какие-то случайные мелкие события впутываются в жизненные пути и немного меняют вектор вашей истории. Выронил мелочь на остановке и пропустил свою маршрутку, пока собирал её. А через пару километров водитель не справился с управлением... Или наоборот - ушиб мизинец об тумбочку, пару минут кряхтел и корчил страдальческое лицо, затем вышел из дома и тебя сбила машина. А пройди ты мимо тумбочки на пару сантиметров левее, то был бы цел и здоров. Мелочь, а как влияет на дальнейшее! К счастью, как я и сказал вначале, это почти единичные случаи на большое количество случаев. Но ты умудрился попасть в их число.

— Это хорошо или плохо? — только этот вопрос крутился у меня в голове.

— Это... — звук пришедшей смс заставил чёрного замолкнуть. Через мгновение сигнал сработал и у белого. Они прочитали сообщения и обменялись взглядами. — Тебе дали второй шанс, парень. Видимо, у тебя будет довольно интересная жизнь.

Я открыл рот опять что-нибудь спросить, но сознание опять заволокло темнотой...

* * *

Так, музыку в уши...Rammstein сейчас очень подойдёт своими марширующими запилами перед прогулкой. Закрыл дверь, подошёл к мусорке, протянул руку...

— Эй, дружище! — громко, перекрывая звук в наушниках, раздался голос сбоку.

Я от неожиданности дёрнулся. Блин, вот болван, заслушался мелодией так, что чуть не выкинул вместо мусора ключи. Обернулся на шум.

— Закурить есть? — рядом стоял массивный парень. Чёрные патлатые волосы, на мускулистом теле футболка с логотипом Motцrhead, глаза, немного уставшие, но цепко смотрящие вглубь тебя.

— Извини, не курю. "Откуда он только взялся. Рядом же только что никого не было"

— За ЗОЖ что ли? Так неинтересно. — он заржал. — Ну, бывай, будь внимательней, парень.

Напоследок зыркнул на меня и направился в сторону лестницы.

"Странный персонаж. Ещё и пешком попёрся." Я постарался выкинуть его из головы.

Лифт пришёл быстро. Где-то через пару этажей остановился и вошла девушка. Пока ехали вниз я замечал её оценивающие взгляды. Блин, может познакомиться? Ну да, в лифту самое то. Подумает, маньяк какой. Да и я слишком затупок в таких делах.

Приехав на первый этаж, мы вышли. Распахнув подъездную дверь, я ощутил освежающий запах листвы и травы. Галантно пропустил девушку вперёд. Сделал пару шагов вперёд...

Бам! Что-то просвистело сзади, чуть не оцарапав мне затылок. Я обернулся, немного дёрнувшись от неожиданности. Буквально в десятке сантиметров от меня валялся кусок кирпича. Я сглотнул.

— Ничего себе! — девушка подошла. — Ещё чуть и по голове бы заехало! Ты прямо счастливчик.

Из подъезда вышли бабка и парень с собакой. Они заинтересованно посмотрели на нас, но никто ничего не сказал.

— Раз уж сегодня мне так везёт, надо пользоваться до последнего,— я неуклюже, но всё-таки решился, — я Александр... Санёк то есть.

Девушка засмеялась.

— А я Олеся.

— Представь, я сегодня чуть ключи в мусорку не выкинул!

— Да ты врёшь. Не бывает таких остолопов.

— Я же говорю, у меня сегодня прямо счастливый день. Всё было так...

Мы не должны были выжить

Витя устало сел в кресло, чуть скрипнувшее колёсиками по ламинату. Обвёл взглядом комнату, особенно внимательно осмотрелся за спиной. Дверь прикрыта, а в коридоре есть освещение. Единственное место, которое его очень тревожило — дальний угол, в районе кровати. Туда не доставал свет от лампы и тени язвительно качались, прячась за шторами. Тянулись к изголовью, стараясь залезть под свисающую простынь.

Хотелось спать, но мучительно болевшая голова не давала этого сделать. Последняя неделя вся как в тумане, постоянный недосып плюс депрессия и возникшие проблемы в жизни — и он с трудом может вспомнить во сколько сегодня проснулся и что делал.

Но сейчас необходимо сосредоточиться, как раз и нужное время настало. Пощёлкал мышью и зашёл в скайп. Выбрал нужный контакт, добавил ещё один и нажал на телефонную трубку.

Яна отозвалась быстро, словно сидела и ждала звонка. Хотя, может так оно и было. На экране монитора отобразилась девушка лет двадцати пяти. Красные уставшие глаза и всклокоченные волосы, которые она безуспешно пыталась пригладить, навели Витю на мысли, что не он один плохо спит последние недели. Больше разглядеть ничего не было возможно — ни комнату, ни окружающую обстановку, казалось лицо Яны и тело по плечи просто плавают в темноте.

— И что такого ты хотел рассказать? — нахмурилась девушка, даже не поздоровавшись. Снова пригладила непослушные волосы. — Не самое лучшее время для разговоров.

— Погоди, сейчас..., — пробормотал Витя. — Сейчас Кирилл ещё должен присоединиться.

Друг не спешил отвечать. Яна стала грызть ногти и немного отклонилась назад. Теперь даже лицо стало еле видимым, остальное поглотила тьма. Через несколько томительных секунд Кирилл всё же соизволил появиться.

— Привет, Вить, — безрадостно сказал старый друг. За его спиной под плохим освещением стал заметен бедный интерьер комнаты. Шкаф, неубранная постель и стоявший рядом стул с висящими джинсами — вот и всё, что Витя разглядел. На самого Кирилла он старался не смотреть. Друг махнул головой Яне, поджав губы.

— Привет..., — Яна неловко улыбнулась. Приблизилась к камере, догадавшись, что её стало плохо слышно. — Извини, что не перезвонила... дела.

— Да, понимаю, — тот пожевал губу. Нахмурил брови. — Я всё понимаю... и навещать тоже меня не стОит, не достоин я этого.

Яна вздохнула.

— Кирилл, не начинай пожалуйста... Мы обсуждали уже...

— Погодите ребята, — пробормотал забытый Витя. Сказал погромче, видя, что его вообще не слушают. — Ребят!

— Ты камеру включать будешь? — спросила Яна, мгновенно переключаясь с начинающейся ссоры.— Не очень удобно общаться с чёрным экраном.

— Хорошо, — не стал спорить Витя. — Сейчас...

Потёр глаза и посмотрел вначале на неё, а затем мельком на Кирилла.

— Выглядишь хреново, — тот не стал обманывать. — Дружище.

Последнее слово было произнесено с понятным ему намёком, намёком на то, что они в последнее время разобщились, давно не виделись, перестали быть лучшими друзьями, но Витя смолчал. Лишь медленно кивнул, соглашаясь со словами о своём виде.

— Итак, — Яна скрестила руки на груди, словно ограждаясь от того, о чём хотел поговорить Витя. Словно уже заранее знала, про что пойдёт речь. — Зачем ты нас вот так собрал? Если хотел просто пообщаться, то мог позвонить каждому.

— А нам разве не надо ничего обсудить? — немного резко спросил Витя.

Неожидавшая такого тона Яна на несколько секунд замолчала. Кирилл лишь хмыкнул, насмешливо поглядывая на них.

— Ты ещё обвинениями будешь сыпать?! — пришла в себя девушка. — Совсем ошалел?

Витя понял, что перегнул палку. Срываться на друзьях это не то, что хотелось делать сейчас.

— Извини... сам не знаю, что на меня нашло..., — он сконфуженно скривился. — Просто мы давно не общались... с того раза...

Девушка тоже сникла, передёрнула плечами, словно вспомнив что-то нехорошее.

— Да, — произнёс Кирилл. — Есть такое. Не звоним, не пишем. Забываем друзей.

Витя постарался пропустить это мимо ушей. Он и сам прекрасно знал в чём виноват.

— Яна права, — Кирилл шумно отпил воды из стакана. — Говори, зачем звал.

Витя не стал долго разглагольствовать. Он предчувствовал реакцию и поэтому решил задать этот вопрос сразу.

— Какие вам снятся сны?

Как он и ожидал — Яна, хмурясь, придвинулась ближе к монитору и даже Кирилл поменялся в лице.

— Извини, что? — девушка приподняла брови. — Ты реально позвонил нам для обсуждения снов?

— Пожалуйста, ответь, — Витя потёр подбородок. — Это важно.

— Я сейчас отключусь, — отрезала Яна. — Мне расхотелось говорить.

Кирилл хранил молчание.

— Ты можешь ответить? — продолжал настаивать Витя.

— Нет! — взвизгнула девушка. Она снова окунулась в темноту, отодвинувшись от монитора.

— Кошмары... — Кирилл исподлобья посмотрел на друзей. — Я думаю, что нам всем снятся кошмары.

В глазах Вити мелькнул затаённый страх. Яна принялась снова приглаживать волосы, словно это единственное, что сейчас её волновало. В полутьме даже такие простые действия выглядели неприятно — казалось отрубленная голова пялится в монитор, стараясь уложить непослушные пряди.

— Он прав? — Витя оглянулся, рассматривая свою комнату. Дверь так же прикрыта, из-под небольшой щели выбивается свет. Всё хорошо.

— Скажи вначале ты, — боязливо пробормотала Яна.

— Мне снится Игорь... как он выглядел после аварии, — Витя потёр раскалывающиеся вискИ. На мгновение замолчал, к чему-то прислушиваясь. Затем продолжил. — И не только снится... мне кажется он появляется каждую ночь... стоит у изголовья, когда я закрою глаза, прячется за шторами, ходит по кухне, поджидает в темноте. Чтобы утянуть за собой, забрать в небытие. Укоряет меня, говорит, что я слишком легко отделался.

— Мы не должны были выжить, — голос Яны изменился, стал хриплым. Она откашлялась, вытирая рот ладонью. Витя заметил маленький красный развод, оставшийся на руке. — Мне он постоянно говорит эту фразу. Я, ты, Кирилл — мы должны были тогда погибнуть, шанса выжить практически не было.

— Практически не было, — повторил Витя. — Мы везунчики, что тут сказать.

Кирилл заливисто расхохотался.

— Ахаха! Ну ты и сказанул, — снова отхлебнул воды, чуть не поперхнувшись. — Хорошее подобрал слово ­— везунчики.

— Я почти не сплю, так урываю по паре часов днём, — ни к кому не обращаясь продолжил Витя.— Но так долго продолжаться не может. Я чувствую, что почти на грани... Ощущаю всякое... голоса, зовущие меня по имени. Когда дремлю, то сквозь веки вижу смутные силуэты, толпящиеся вокруг... А ты, Ян?

— Прошлой ночью он чуть не задушил меня, — всхлипнула девушка. Всё, что она держала в себе, вылилось в торопливо сказанных словах. — Было как при сонном параличе, я не могла пошевелиться... а Игорь возник из неоткуда, словно выполз из-под кровати. Шипел, что скоро мы все встретимся, осталось совсем немного, — она быстро взглянула на Витю. — И то, что вина лежит на тебе...

— В смысле? За рулём был он, — Витя непонимающе смотрел на друзей. — Вы же сами помните!

— Ты был рядом, — парировала Яна. Хотела сказать ещё что-то, но смолчала.

— И что? Мне надо было хвататься за руль? — Витя ожидал всего, но не того, что его будут обвинять в случившемся.

— Может быть..., — пробормотала еле слышно Яна.

— А может тебе стоило тоже подумать, прежде чем лезть в машину?! — он скривился от собственного громкого голоса. — Ты ведь прекрасно видела, что Игорь нетрезвый.

— Это мягко сказано, — влез Кирилл. — На ногах он держался так себе...

— Мы все сели к нему в тачку. Так что не надо перекладывать лишь на меня вину.

— Ты мог его переубедить, — опять Кирилл. Витя помотал головой, разгоняя сонливость. — Игорь бы тебя послушался. Вы с ним были... как одно целое.

— А какие кошмары у тебя? — обратилась к Кириллу Яна. — Ты единственный не рассказал.

— У меня они немного другие...

Девушка осеклась, пристыженно глядя на него.

— Не поздновато ли друзья-приятели мы начали этот разговор? — Кирилл не смотрел в камеру, барабаня по столу пальцами. — Таким темпом может и про меня вспомните через пару месяцев. Да, Ян?

— Пожалуйста..., — прошептала она. — Ты сам знаешь... и я, и Витя...если что-то понадобится, мы приедем.

Кирилл ухмыльнулся и отъехал от стола.

— Очень заметно, как вы навещали меня... друзья.

Витя не хотел, но глаза сами уставились на инвалидную коляску. Раньше он старался не обращать внимания на неё и это удавалось из-за того, что Кирилл сидел очень близко к монитору. Сейчас же, когда парень отодвинулся, всё стало слишком заметно.

— Красота, да? — усмешка не сходила с лица Кирилла. Поскрипывая колёсиками он проехался по пустой комнате и вернулся обратно.

На глаза Яны навернулись слёзы.

— Не вини нас, — Витя, как мог, отводил глаза. Не желал видеть своего приятеля таким... злым и, одновременно, беспомощным. — Так могло произойти с любым из нас.

— Но произошло со мной! Не с тобой, не с ней, — Кирилл нервно замахал руками. Хрипло продолжил, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. — А со мной, жалкие вы куски дерьма. И что я вижу - одна меня тут же бросает, а лучший друг перестаёт общаться. Все заняты своими проблемами.

Витя пристыженно молчал, он ещё перед разговором догадывался, что Кирилл припомнит им их поведение.

— Из-за этого я стал инвалидом! Понимаете?! Из-за сраного Игоря! Вы отделались ушибами, а мне досталась самая вишенка! — продолжал говорить Кирилл, не замечая ничего. Наконец опустошённо замолчал. — Может и правда лучше, если бы мы действительно там сдохли, разбившись на дороге...

— Не говори так, — Витя не знал, куда деть глаза. Теперь его собственные проблемы казались не такими серьёзными. Плюс голова всё сильнее болела. — Мне так жаль.

— Если бы он вывернул руль в другую сторону, то на таком вот замечательном агрегате сейчас рассекала бы Яна, — Кирилл снова улыбнулся. Только улыбка получилась немного страшной, уголок правой губы съехал вниз, делая его похожим на сумасшедшего.

— Витя мог его остановить, — повторила Яна из своей темноты. Теперь было сложно даже рассмотреть её лицо, так... смутный контур.

— Почему ты заладила это говорить?

— Зачем ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО позвал нас? — продолжала Яна. Голос опять стал хрипящим, неприятно давящим на уши.

— Чувствует вину, — Кирилл не дал Вите ответить. — Разве не ясно? Пытается переложить всё дерьмо на плечи... Игоря.

— Потому что он вёз нас тогда! — зарычал парень. Шум в ушах усилился и он раздражённо помотал головой, пытаясь от него избавиться. Словно рядом кто-то трёт по доске наждачкой. — Мне нужно, чтобы вы выслушали меня, чтобы мы вместе, как всегда делали раньше, решили эту проблему! Мне нужны вы!

— Ты до сих пор убеждён в своей полной непричастности, это сильно въелось в тебя, — голос Яны прозвучал совсем рядом, но лицо так и осталось плавать во тьме.

— Не понимаю, — он принялся испуганно озираться, покрутил громкость на колонках, стараясь понять в чём фокус, произошедший со звуком.

— Никакого Игоря не было, — вкрадчивый шёпот Кирилла в другое ухо, словно он находился в паре сантиметрах от Вити. — Ты его выдумал, убрать с себя ответственность за содеянное.

— Нет..., — он с ужасом смотрел, как тьма из камеры Яны медленно перетекает в комнату Кирилла. Расползается по стенам, приближаясь к другу.

— Ты выпил... очень сильно... и решил, что до дома совсем недалеко... а мы согласились с тобой...,— теперь Кирилла тоже не было видно совсем, остался лишь его грустный голос. — Да, мы тоже виноваты, но.. мы уже умерли, а вот ты остался.

— Не может такого быть. Я не верю! Нас спасли, отец Яны помог... лишь Игоря не удалось откачать, тело слишком сильно повредилось при ударе.

— Ты сам начинаешь уже осознавать, что это неправда, — сказала Яна. — Из-за тебя мы погибли и ты придумал для своего успокоения, что всё закончилось хорошо. Почти все живы, почти все здоровы.

С камеры, поверх монитора, начала стекать чёрная жижа, но Витя остался сидеть на месте.

В голове мелькали обрывки воспоминаний — он смеётся над друзьями, которые боятся лезть в автомобиль, стрелка спидометра всё больше, но он лишь прибавляет скорость... Резкий, бьющий по ушам, визг тормозов, машину крутит, почти невозможно удержать руль, громкий вопль Яны... тишина... лишь кровь течёт по лицу, почти так же, как сейчас чёрная жижа по монитору... он скрипя зубами поворачивает голову и видит Яну — всклокоченные волосы закрыли лицо, кажется словно девушка в обмороке... но шея, неестественно вывернутая в сторону, заставляет содрогнуться. Кирилл выглядит ещё хуже — переломанные руки и ноги, превратили его в какую-то страшную игрушку, лишь похожую на человека. Безжизненные зрачки смотрят прямо Вите в глаза, но он не может оторваться. Лишь запоздало пришедшая боль, наконец-то, лишает его чувств.

— Мне очень жаль...— Чернота вылилась через экран сильным потоком, поглощая стол, и громадной волной ринулась на Витю...

* * *

Его резко вырвало из забытья. Словно мгновенно окатили холодной водой с головы до ног. Витя попытался пошевелиться, но ничего не вышло. Ещё пара безуспешных телодвижений также ни к чему не привели.

— Очнулся, значит..., — хриплый голос где-то справа.

Витя скосил глаза, силясь хоть что-то рассмотреть. Зацепил белёсое пятно на краю зрения, которое, после произнесённых слов, быстро зашевелилось, увеличилось в размерах. Непонятная белая фигура растеклась, стала более расплывчатой, отлетев от него на пару метров. Витя попробовал открыть рот, но даже такое простое движение было ему не под силам.

Пятно вернулось. Приблизилось к нему. Фигура обретала объёмность, с каждой секундой всё больше походя на человека.

— Узнаёшь меня? — голос одновременно был знаком, и не знаком. Голова начинала болеть, когда Витя попытался вспомнить.

Человек наклонился. Стал виден больничный халат и уставшее лицо мужчины лет пятидесяти. Он смахнул пот со лба и уставился на Витю злыми, но замученными глазами.

Понимание окатило второй волной тело парня. Зрачки расширились.

— Узнал..., — удовлетворительно прошептал мужчина. — Михаил Александрович, отец Яны... Мы пока что одни, но скоро набегут другие врачи, так что я потороплюсь. Чудесно, просто несказанно повезло, что ты вышел из комы в мою смену... Я столько потратил на тебя сил, даже не представляешь — хотя вначале думал просто задушить за то, что ты натворил. Ты же всё помнишь, ведь так?! Жалкий кусок дерьма, уговорил Яну и Кирилла, что всё будет в порядке, что тут недалеко... и остался жив! Вот, что меня больше всего взбесило! Машина всмятку, хорошие люди погибли, а ты... живой... и почти здоровый. Пострадал совсем немножко.

Витя силился произнести хоть слово, пошевелить хотя бы пальцем.

— Начинаешь осознавать? Тебя выволокли буквально с того света, но вот мозг принимать бразды правления над телом уже отказался...

Мужчина через силу улыбнулся, прислушиваясь к шуму снаружи.

— Может действительно есть какая-то высшая кара, хотя... я ни во что давно уже не верю... Столько чудовищно неправильного творится вокруг, что скорее всего это просто случайность, практически невозможная, но тем не менее... я рад, что она случилась с тобой. Наслаждайся полученной жизнью. А я постараюсь продлить её как можно дольше.

Он почти ласково вытер слезинку, одиноко вытекшую из глаза Вити. Зрачки парня бешено крутились. Мужчина практически ощущал ужас, слышал безмолвные вопли, разносившиеся по комнате.

Улыбнулся и вышел, прикрыв дверь.

Ночь, полная страхов

— Эй, дружище, ты точно дойдёшь? — участливый голос таксиста прозвучал глухо из-за закрытого окна машины.

— Да, шеф, не волнуйся, — махнул рукой Анатолий. Медленно нащупал ручку двери и тут же чуть не вывалился. Рассмеялся своей неуклюжести. — Спасибо за поездку, высший бал!

Пошатываясь, Анатолий всё же выбрался из машины и, сделав максимально серьёзное лицо, направился ко входу в парк.

"Отличный корпоратив вышел" — подумал он, бредя по узкой дорожке, присыпанной снегом. Зима только началась и как раз вчера успело намести, навалив снега на крыши домов и ветки деревьев.

А корпоратив действительно вышел замечательным — с его точки зрения. Он хорошо выпил, заел алкоголь вполне годной закуской, потанцевал с так давно приглянувшейся Настей из бухгалтерии, и даже начальник Сергей Павлович не смог огорчить его своим присутствием и неуёмными тупорылыми тостами за здравие компании и за то, какой он молодец и в какое светлое будущее ведёт всю их компанию.

Не доезжая совсем немного до дома, Анатолий решил попросить таксиста остановиться и кусок пути дойти пешком. Выветрить алкоголь, так сказать. Ночной променад перед сном. Тем более и погода сейчас стояла как раз для прогулки — ветра почти нет, лишь мелкий снежок лениво падает сверху.

Тропинка раздвоилась. Одна часть змеилась через детскую площадку, турники и остальную дребедень, другая через голые кусты в сторону дома. Анатолий выбрал первый вариант — хотелось, раз он всё-таки гуляет, пройтись подольше.

Снег хрустел под подошвами ботинок, мысли парня были все о танце со Светой и как она на него пристально смотрела. И как согласилась завтра... Анатолий быстро взглянул на телефон... уже сегодня вечером сходить с ним в кафешку. Всё складывается как нельзя лучше. Главное, успеть хорошенько выспаться.

Громкий скрип сзади заставил вздрогнуть и замедлить шаг. Анатолий быстро обернулся, да так, что от неожиданного быстрого движения загудела шея. За парнем никого не было — лишь собственные хорошо заметные следы на снегу. Откуда тогда раздался хруст? На краю зрения сбоку мелькнула мелкая тень. Снова резкий поворот, только в другую сторону, и опять никого...

"Да что такое...?"

Анатолий нахмурился, не решаясь идти дальше, хоть алкоголь и тянул продолжить такое неожиданное "приключение" Может ну его... забить на неожиданную остановку и шустро топать к дому? Спустя секунд пятнадцать Анатолий всё же решился не слушать голос разума и настороженно зашагал вперёд.

Детская площадка освещалась всего тремя фонарями — остальные перегорели, но менять их пока никто не дёргался. Хоть парк и считался большим и в нём постоянно велись какие-то ремонтные работы, но вот качество этих самых работ... оставляло желать лучшего.

Карусель с креслами в виде зверушек медленно поскрипывала под начавшимся лёгким ветром, еле-еле продвигаясь вперёд. Благодаря отсутствию света, казалось, что на турниках кто-то движется. Чёрные силуэты скакали между ними, выбирая себе место получше. Громоздкий автомат с кофе злобно подмигивал красными лампочками из темноты, напоминая о всяких чудовищах из ужастиков, которые только и ждут незадачливого путника. Приманить его поближе, резким движением схватить и утащить к себе во мрак. Одиноко брошенная машинка в песочнице шелестела колёсиками, словно невидимка решился поиграть с ней, и вот сейчас возьмёт и, на глазах изумлённого парня, перевернёт её.

"Ночью детская площадка прямо криповое место" — некстати подумал Анатолий, прибавляя шагу. Дальше он некстати вспомнил и о самом парке, где только недавно нашли замёрзшего наркомана. Какая-то девушка на ранней утренней пробежке замечталась о своём и впотьмах чуть не подвернула ноги об длинное тщедушное тело, валяющееся прямо на тропинке. А до этого был обнаружен молодой парнишка — лет наверное девятнадцать — висел на дереве, до которого кстати осталось не так и долго шагать. Из-за чего тот решил так поступить непонятно, хотя поговаривали, что не сам он полез в петлю, а помогли.

"Короче, в последнее время замечательное место наш парк..." — подумал Анатолий, стараясь ровно дышать от быстрого шага. Из-за выпитого алкоголя получалось плохо, парень лишь ещё сильнее вспотел.

Деревянные лавочки, мимо которых он проходил, словно специально тоже начали скрипеть в такт карусели, соревнуясь в самом неприятном звуке, в без того уже мрачной обстановке. "Да с чего вы вообще скрипите-то? Ветра почти нет, только на нервы давите проклятые"

Давило к сожалению не только на нервы. Похоже всё таки зря он налегал на запечённые грибы и салаты с майонезом. Живот недовольно буркнул и тут же буркнуло где-то внизу, под ближайшей скамейкой. Что-то зашуршало, полупрозрачная тварь, тихо шелестя, резво двинулась по направлению к его ногам! Анатолий пискнул и включил телефон, направляя луч света на... пакет. Обычный белый пакет ветром вытянуло из-под скамейки, а из-за снега и алкоголя разглядеть его было совершенно невозможно. Получилось просто большое размытое пятно, от которого чуть не случился конфуз... и это совсем рядом с домом.

Анатолий громко выдохнул, затем медленно втянул холодный воздух. Так и заикой можно стать... Давно сердце так не колотилось. Парень еле сдержал истеричный смешок, который неожиданно решил вырваться.

"В кои-то веки решил подышать свежим воздухом, а ощущение словно попал в фильм ужасов. Причём с примитивными резкими пугалками"

Будто в подтверждении мыслей на краю зрения снова промелькнул чёрный силуэт, прочерком устремляясь в ближайшие кусты. Анатолий, с неожиданной прытью, подхватил кусок деревяшки с земли, размахнулся и швырнул по направлению мелкого существа. Из кустов мявкнуло и мелкий котёнок, злобно ощерившись, шикнул и дал дёру дальше, оставив парня учащённо дышать.

Анатолий даже задумался о том, чтобы вызвать такси, но дурацкая мысль сразу же ушла, как только он представил лицо таксиста, который смотрит на его заказ. "К чёрту этот променад, будь он неладен!"

Собрав волю в кулак, Анатолий по необъяснимой причине подхватил из кустов кусок деревяшки и быстро шагая, направился самым коротким путём к родному подъезду.

Через метров десять он порадовался своему решению захватить импровизированное оружие — впереди как раз была самая неосвещённая местность. Не первый раз жильцы жаловались, чтобы починили хоть один фонарь, но администрация лишь давала туманные ответы, не забывая впрочем исправно отчитываться о неких мифических проведённых работах.

Узкая дорожка, а с обеих сторон густые кусты. Хоть и без листвы, но ветки торчат словно частокол, так и норовя зацепить дорогую куртку. И в этих зарослях может кто-то ждёт его... Худощавый силуэт, почти сливаясь с ветками, практически растворившись в темноте, ждёт, когда Анатолий пройдёт мимо, а затем аккуратно выберется из своего импровизированного логова и бесшумно направится за ним, чтобы в самый неожиданный момент схватить сзади за шею и затянуть в темноту навсегда...

Анатолий покачал головой — сейчас совсем не время пугать себя ещё больше. И так тело дрожит, а ноги норовят увести его в сторону. Ветки в ответ тоже закачались из стороны в сторону, будто бы действительно были живыми и ждали непутёвого путника поближе, вцепиться и залезть ему в глаза, рот, уши. Проколоть кожу и выпустить всю кровь. Живот от этих мыслей опять крутануло, что тоже не добавило счастья и оптимизма.

Одной рукой Анатолий сжал мелкую импровизированную дубинку, а другой вытащил телефон. Включил свет, направив в саму гущу.

— Господи! — непроизвольно вырвалось совсем непривычное для него слово.

В кустах стоял, качаясь, непонятный силуэт. Обернулся на шум и недовольно поморщился, когда свет попал ему по глазам.

— Я Вася ващет, — медленно и четко выговаривая слова произнес мужчина лет сорока. На вид он выглядел не очень, а покачивания говорили о том, что был он пьян. Очень пьян.

— Вась, а что ты тут делаешь? — задал глупейший вопрос Анатолий, тоже старательно выговаривая буквы. Он сам был не намного трезвее, поэтому вопрос вылетел сам собой.

— Хочу и стою, — мужчина продолжил замечательную интеллектуальную беседу. Помедлил, а потом грустно хмыкнул и аккуратно стал вылезать из кустов. — Поссать не дал спокойно, — пробурчал он, протискиваясь мимо Анатолия.

Тот, не зная что ответить, просто пошёл дальше, раздумывая о том, что ещё может такого произойти, ибо ночь была просто полное дерьмо. А начиналось всё с момента, как Анатолий решил пройтись через чёртов парк! Натерпелся страху на месяц вперёд — причём кому расскажи, чего он испугался?! Пакет, котёнок и алкаш, который хотел по-тихому справить нужду в кустах. Ну не идиотизм? Коллеги бы засмеяли, а Светка сказала бы, что лучше пойдёт с Виталием в кафешку. А тот жлоб, любит аниме и ходит в стрёмном свитере!

Впереди уже замаячили многоэтажные дома и даже освещённое место. Ещё немного пройти по тропинке, дальше работают фонари, а там и родной подъезд. Лифт, который довезёт до самого последнего этажа в уютную квартирку. Анатолий стиснул зубы и с кривой улыбкой пошёл дальше. "Сколько всего за одну ночь, подумать только" Через десяток шагов в животе подозрительно забурлило, на сей раз сильнее, чем в прошлые разы. Только этого не хватало! От волнения похоже.

Самый ближайший фонарь пшикнул и вдруг неожиданно вырубился, за ним последовал второй и третий. Место, которое выглядело островком света, мгновенно поглотилось тьмой.

И сразу же после этого, не давая Анатолию расслабиться хоть немного — хотя в его состоянии расслабляться было вообще нельзя — впереди что-то страшно зарычало, будто дикий зверь. Причём звук шёл сверху! Словно по воздуху стремительно неслось непонятное существо, злобно рыча. В глубине парка взвизгнуло, раздался вскрик и хруст веток.

Анатолий, тоже как пугливый заяц, скакнул в кусты, ломая и пробиваясь сквозь них. Не разбирая дороги, ринулся куда-то, петляя и цепляясь за ветки. Ноги впервые за ночь заплелись, он упал на снег, больно стукнувшись коленом, всхлипывая встал и похромал дальше. Необъяснимый страх гнал дальше, пока он не очутился на полянке. Тут обычно выгуливали собак.

От быстрого бега Анатолия ещё сильнее стало пучить. Что за непруха такая!!! Проклятая ночь! Ситуация была такая, что непонятно — смеяться или плакать. Завывания в глубине парка заткнулись, хотя может это произошло и раньше, просто Анатолий из-за громкого дыхания уже не разбирал ничего, кроме своих хрипов и бурчания в животе. Он лишь надеялся, что от шума, хоть кто-то проснулся и... позвонит куда-нибудь. Или выйдет проверить, что же это было. Анатолий только сейчас увидел, что в пылу своего побега выронил доску, хорошо хоть телефон остался...Телефон! Анатолий быстро выключил фонарик и принялся лихорадочно размышлять, а куда в принципе можно позвонить. И что говорить в таком случае?

Вдруг раздался очередной душераздирающий вопль... совсем неподалёку! А затем наступила тишина... не совсем тишина — Анатолий всхлипнул... почувствовав и страх, и облегчение одновременно. Он с испугу поддал такой джаги-джаги, что на несколько секунд потемнело в глазах. Не раздумывая больше ни о чём, юркнул в кусты и лёг прямо на землю, слушая, как хрустит снег. Всё ближе и ближе...

Анатолий через сплетения веток увидел три силуэта, которые целеустремлённо двигались прямо к нему " Всё... мандец" — сложилась ёмкая мысль. Сейчас что-то случится, что-то плохое — ведь не зря мозг словно пылал от страха, а волоски во всех местах торчали дыбом. Его убьют, жестоко убьют, а менты, найдя труп с грязными джинсами, будут лишь смеяться, что же такого тут произошло. А друзья с работы? Те вообще, наверное, откажутся приходить на похороны к такому идиоту, который даже помереть не смог нормально!

Присмотревшись, Анатолий увидел, что силуэтов даже четыре, просто один висит на руках двух других, а последний чётко шагает, словно знает куда.

Силуэты что-то говорили между собой, но язык был непонятным, какие-то щелчки и подвизгивания. Мрачные незнакомцы подошли ближе. Буквально несколько метров и окажутся на расстоянии вытянутой руки. Непонятные силуэты остановились и бросили тело прямо на снег. Анатолий увидел, что лежащее тело принадлежит тому мужичку, встреченному ранее. Чёрт! Остальные были одеты в какие-то костюмы, похожие на скафандры, на лицах маски, по типу сварочных. Секта, это сектанты! Сейчас их принесут в жертву!

Один из сектантов вдруг принюхался и недовольно что-то заскрипел другим. Стал озираться. Другие в это время щёлкали в своих телефонах. Анатолия спасало лишь то, что всё происходило в темноте и он растёкся большой вонючей кляксой по снегу, боясь даже пошевелиться. Может его всё таки пронесёт...?

Анатолий держался изо всех своих последних сил и вполне возможно, что будь он трезвее, то всё обошлось бы. Но беда надвигалась несокрушимо, шла ещё одна волна. Перед которой не устоять. Да как так-то! Умер в говне. Какая нелепая смерть...

Тихий шептун прозвучал, как громовой выстрел из Царь-пушки. Все три сектанта повернулись на шум, мгновенно выискивая парня. Один достал продолговатую вещь, похожую на пистолет.

Анатолий вскочил, раскрыл рот, чтобы громко заорать. Пусть хоть кто - нибудь услышит! Нельзя, чтобы так всё закончилось!

— Это Москва? — с непонятным акцентом глухо произнёс крайний из сектантов, наконец нащёлкавшись в свой телефон.

— Нет, — пискнул Анатолий, даже не понимая, что уже может разобрать речь незнакомца. Он лишь чувствовал, как навалившийся страх выходит уже без лишних телодвижений с его стороны. — Воронеж...

— Ёб твою мать, Урлук поворачивай назад, — рявкнул левый, давая подзатыльник другому. — Ничего тебе доверить нельзя

Анатолий лишь сейчас увидел, что у этих сектантов руки в перчатках... только пальцев не по пять...а по три...

— Да кто узнает, — проворчал тот, кого назвали Урлуком. — Давайте зондирование этим двум по-быстрому сделаем, а потом скажем, что всё было по плану?

Остальные захмыкали, видимо раздумывая.

Анатолий от слова "зондирование" словно очнулся от шока и, чуть ли не на четвереньках, дал стрекача через полянку, приглушённо подвизгивая. Но не успел он развить приличную скорость, ловко подражая четвероногим дальним предкам, как что-то вжикнуло и его вырубило прямо на ходу. Парень мгновенно уткнулся мордой в землю, блаженно хрюкнул и успокоился.

Последнее что Анатолий увидел угасающим сознанием были стрёмные силуэты подходящие всё ближе... и ближе...

Бах!

Анатолий дёрнулся и недоумённо покрутил головой, постепенно приходя в себя. Посмотрел на руку — оказалось телефон выпал из руки и грохнулся об... пол? Парень зевнул, медленно ощупывая кровать. Солнце ярко светило прямо в глаза, заставляя морщиться. Лицо было всё в поту, сердце учащённо билось, как заведённое.

"Да и немудренно, с такими кошмарами!"

Он наконец радостно хрипло захохотал. Твою-то мать. Это всего-лишь сон. Ничего не было. Обрывки дурацкого сновидения вертелись в голове — правда часть из них уже размывались сознанием, но там было чертовски страшно, что-то очень неприятное... С открытого балкона в комнату дул ветер, закидывая внутрь мелкий снег и теребя шторы — когда он успел открыть его? Видимо всё же пить надо поменьше в следующий раз.

Приснится же такое! Единственное, что беспокоило Анатолия, было неприятное ощущение сзади, словно он чересчур сильно отлежал пятую точку...

"Спишем это на вчерашние зажигательные танцы со Светкой... Всё-таки отличный сегодня денёк..."